Кор быстро перевёл оружие в сторону мальчика.
– А ты ещё кто? А ну выходи на свет.
Бандит, который двигался в сторону Эйрин, также отвлёкся на голос, и девочка успела спрятаться там, откуда ей было видно Флинна. Он стоял прямо напротив. Его фигура была едва различима в темноте, лишь символы на его плаще светились слабым голубым свечением. Эйрин не помнила, чтобы видела их хоть раз. Его револьвер также светился голубым светом в его руке. Но что-то было не так. Его глаза. Почему они так ярко светятся? Кор перевёл свет фонаря на Флинна В свете луча стоял тот же мальчик, которого Эйрин видела и раньше, но что-то в нём пугало девочку.
– Эй, шкет, ты что тут делаешь? А ну не дёргайся, а то получишь пулю в лоб.
– Кор, мне это всё не нравится, давай просто отпустим их? – жалобно просил Ляпис, вновь приблизившись к напарнику.
– Ха, ты что, детей испугался? – подколол Кор – А ну-ка притащи его сюда.
– Я не… – кулак Кора, врезавшийся в живот Ляписа, не дал ему закончить фразу.
– А ну живо притащил его сюда.
Бандит послушно двинулся в сторону мальчика. Флинн вскинул руку с револьвером на бандита. Тот остановился.
– Фонарика какого-то испугался, а, Ляпис?
– Не похоже это на фонарь.
– Схвати ты уже чёртового ребёнка!
Бандит снова пошёл на Флинна. Рука мальчика начала дрожать.
– У кого-то ручки затряслись? Что, малыш, испугался?
Флинн направил пистолет немного ниже и нажал на курок. Из ствола вылетел сгусток синей жидкости и попал в ногу нападающего и облепила её по колено.
– Что за? – Ляпис запрыгал на одной ноге, пытаясь стряхнуть субстанцию. – Что это за хрень?
– Что ты там скачешь? Это же какая-то игрушка! – рычал на него Кор. – Тебе даже не больно, идиот.
Ляпис успокоился, встал на обе ноги и осмотрелся.
– Кажется, ты прав. – Ляпис попытался отряхнуть ногу рукой. – Ха, всего лишь безобидная слизь.
Бандит упорно пытался очистить ногу.
– Да какого чёрта она не стряхивается? – Ляпис поднёс руки ближе к лицу, чтобы осмотреть их. – Какого?..
Руки бандита были полностью покрыты кровью со сгустками слизи. Он попятился назад, ближе к свету лампы. Добравшись до света, увидел, что слизь поднялась выше колена. Бандит попытался убежать подальше от Флинна, но свалился на землю. Слизь продолжала поглощать тело бандита всё больше и больше.
– Кор? Кор! Что это? – Ляпис пытался ползти в сторону напарника. – Кор, помоги, прошу тебя. Я не хочу умирать, я буду делать всё, что скажешь, прошу, помоги мне!
– Что за чёрт? – Кор попятился назад, но запнулся и упал на задницу, продолжая отползать от товарища. – Не приближался ко мне, чёрт тебя дери.
– Кор… прошу… – Ляпис цеплялся руками за землю, пытаясь ползти к товарищу, но слизь уже сжигала его руки.
Кор посмотрел в глаза тому, что осталось от его напарника. В них был только страх. Он навёл ружьё на Ляписа и спустил курок. Пуля попала в голову, и тело обмякло.
– Ах ты, мелкая тварь! – Бандит поднял своё ружьё в сторону Флинна и спустил курок вновь. Пуля попала в стену, туда, где ещё недавно стоял мальчик.
– Покажись, ублюдок, я тебя голыми руками разорву! – кричал бандит в пустоту.
Эйрин спряталась обратно в укрытие. То, что она видела, повергало её в ужас. На её глазах погиб человек, и, что пугало её ещё больше, убил его Флинн. Её затрясло. Дыхание участилось. Из-за спины бандита послышалось рычание. Он развернулся и направил фонарь в ту сторону. На свету стоял Шаман. Бандит вновь вскинул самодельное ружьё и сделал несколько выстрелов.
Пули попали в корпус пса, но отскочили от него, будто резиновые мячики. Шаман медленно подбирался к бандиту, а тот пятился назад, продолжая стрелять в Шамана, но результата не было. Кор остановился. Страх завладел его разумом. Он остался один. Он видел, что случилось с его напарником. Он не сбежит отсюда. Он уже труп. Бандит поднял своё ружьё и приставил к голове. Руки затряслись. Кор упал на колени, сжал ружье ещё сильнее и спустил курок. Щелчок. Осечка. Патронов больше не было.
– Ты же не думал, что так легко сбежишь? – прошептал Флинн ему на ухо. – После того что хотел сделать с ней.
Эйрин сидела в укрытии, обхватив руками колени, и тряслась. Ей было страшно, она дышала так часто, что начала задыхаться. И снова она увидела тот свет, который появился на поляне. Но тьма настигла её раньше, и она упала без сознания.
Глава 6. В которой ПЕРЕПЛЕТЕНЫ судьбы.
Вальтер вернулся в свой особняк, приказал слугам приготовить обед и отправился в кабинет. Кабинет был просторный, по периметру стояли стеллажи ло самого потолка, заставленные книгами, а в центре комнаты располагался огромный стол. Вальтер обошёл его и уселся в своё кресло. Выдвинул один из ящиков стола и достал бумагу и чернильницу, а из другого ящика перо.
– Итак, что же мы имеем… – Вальтер макнул перо в чернила и написал на бумаге: «"Рассвет" – террористическая организация, устроившая на меня засаду с явной целью убить».
– Барон Бертрам. – Инквизитор снова макнул перо в чернила и написал: «"Бертрам" – разумеется, персонаж вымышленный, но, возможно, найду упоминание о нём ещё где-то.
Раздался стук в дверь.
– Ах, да и самое интересное. – Вальтер написал слово «Инквизиция» и выделил его ярче остальных. – Никто кроме инквизиции не знал про это задание.
Стук раздался вновь.
– Кто-то внутри инквизиции предатель? Или, быть может, наши секретные документы выкрали? Кто-то ненароком проболтался? – Вальтер откинулся на спинку кресла. – Думаю, этот вопрос требуется изучить в первую очередь.
В дверь снова постучали, более напористо.
– Чёрт вас дери, я занят, меня нельзя беспокоить! – кричал инквизитор на дверь. – Войдите, и я надеюсь, у вас веские причины.
Дверь приоткрылась, и в щель протиснулся очень худой и бледный юноша. По его одеяниям Вальтер сразу понял, что это один из работников штаба Инквизиции.
– Прошу прощения, Лорд Инквизитор. – Юноша поклонился Инквизитору и, не поднимая взгляда, продолжил говорить: – Вас просит прибыть миледи Верховный Инквизитор.
– Сама верховный Инквизитор? – с иронией сказал Вальтер. – Чем же я обязан такой честью?
– Не могу знать, Лорд Инквизитор. – Парень продолжал пялиться изучать свои ботинки.
– В таком случае, не могу заставлять Джилл ждать, я выдвигаюсь немедленно. Вы свободны.
Услышав имя Джилл, юноша залился краской и, дождавшись разрешения, пулей вылетел из кабинета Вальтера, а после и из его особняка. Вальтер убрал свою чернильницу, ещё раз осмотрел записи, после чего сложил всё в ящик и запер его на ключ. Дорога до Штаба Инквизиции займёт около двадцати минут. Инквизитор размышлял, где бы ему перекусить по дороге.
– В закусочной, в двух кварталах от его особняка, подавали прекраснейшие паровые булочки с томлёным мясом кабана, специями и чудесным томатным соусом.
При мысли об этом у инквизитора заурчал живот.
– Ах, нет, конечно, не там. Они добавляют в пирожки чеснок. Было бы крайне невежливо с моей стороны явиться к Джилл, благоухая чесноком. Тогда, возможно, тот небольшой ресторанчик прямо напротив Штаба Инквизиции в верхнем городе? Там используют специи с того пустынного региона. Хм… Как же он называется. Мафис? Мокрис? Мефис. Точно, Мефис. Специи там производят поистине неописуемые. Но, боюсь, сейчас это тоже не подходит – слишком близко к Штабу, не хотелось бы, чтобы Джилл увидела меня раньше времени.
Солнце потихоньку скрывалось за горизонтом. До сумерек было ещё несколько часов, но улицы уже начинали потихоньку пустеть. Инквизитор шёл по улице, тихонько разговаривая сам с собой, по хорошо знакомому маршруту.
– Тогда, может быть, зайти в пекарню в двух поворотах отсюда? Там подают вкуснейший рулет. Картофельное пюре, мелко рубленная курица, лук, и всё это завёрнуто в тончайшее слоёное тесто и обжаренное до хрустящей корочки. Это произведение исскусства, не иначе. Я слышал, что подобное блюдо делают где-то на западе, но добавляют туда яблоки. По моему мнению, это абсолютно неприемлемо. Жарить яблоки – ужас. Да ещё и с курицей их смешивать. Что за извращённый ум придумал это? Явно у него есть горсть секретов, которых инквизиции бы стоило вытащить. Ах, если бы наше влияние распространялось так далеко. В каком бы чудесном мире мы жили…
Инквизитор остановился у входа в Штаб.
– Эх… вновь мои размышления о еде, приводят сюда. Возможно, стоит меньше погружаться в свои мысли по дороге, иначе рискую вечно ходить голодным.
Инквизитор вошёл в холл. Он был большим и величественным, колонны, картины, дорогие растения и мягкая мебель создавали впечатление скорее прихожей дорогого банка или какой-нибудь бюрократической службы, но никак не здания, где содержали опаснейших магов, изменников короны и не менее опасных Инквизиторов.
Два коридора, уходивших в разные стороны, которые вели к библиотекам, архивам, комнатам отдыха и приёмным. В конце холла были две больших винтовых лестницы. А ещё здесь должно было быть людно. И это смущало инквизитора. Всего несколько охотников охраняли вход и пару раз из коридора в коридор пробежали клерки.
Вальтер поднялся по лестнице на самый верх, попутно оглядывая остальные этажи на наличие спрятанных толп клерков, инквизиторов или хотя бы просителей. Но никого не было. Последний этаж представлял из себя всего пять комнат с отдельными входами. Кабинеты Лордов инквизиции по краям и непосредственно Верховного Инквизитора в центре. Здесь не было красивых прихожих, мягкой мебели и картин. Лишь двери и пара ламп. Посетителей здесь быть не должно, а значит и удобств не требуется. Вальтер приблизился к двери в центре и постучал. Прошло несколько секунд, и голос с другой стороны двери позволил войти. Вальтер распахнул двери и вошёл в кабинет.
Он был не очень просторным, напротив двери было окно с видом на город. Перед окном стоял стол, а за ним сидела Джилл – Верховный Инквизитор. Хоть убей, после выхода из кабинета Вальтер не смог бы описать, как этот самый кабинет выглядел. Немного постояв в дверях, Инквизитор всё же двинулся к столу и сел в удобное кресло напротив.
– Вы хотели меня видеть, Великий Инквизитор? – Вальтер против своей воли начинал улыбаться, глядя на девушку. – Не могу не отметить, вы, как всегда, прекрасно выглядите.
«Сколько лет они уже знакомы? – думал про себя Инквизитор. – Уже лет пятнадцать. Если не ошибаюсь, мне тогда было двенадцать, а ей десять. Так много прошло времени, столько событий. Вспоминается тот день, когда мы поступили на службу в Инквизицию. Такие чудесные были времена. Но за хорошими воспоминаниями приходят и плохие». Вальтер вспомнил и тот день, когда их, казалось бы, нерушимая связь ослабла, а затем и вовсе порвалась.
Только сейчас он заметил, что в кабинете находилось по меньшей мере десять клерков, все с огромными папками бумаг.
– Оставьте свою лесть при себе, Лорд Инквизитор, – голос Джилл был холоден, как и всегда в последнее время. Она что-то записывала. – Как продвигается ваше расследование?
– Узнал пару интересных деталей и нашел зацепки, но пока не более того.
Верховный Инквизитор закончила писать, позвала одного из клерков. Клерк подошёл к столу, положил на него пачку бумаг, после чего выложил из них несколько и передал Джилл. Она быстро пробежалась по бумагам взглядом, что-то шепнула клерку на ухо, после чего поставила на одной из бумаг подпись. Клерк забрал все свои бумаги и вышел из кабинета. Джилл подняла взгляд на Вальтера. Такие же зелёные, как и всегда. Чарующие, манящие, но холодные для него.
– Лорд Инквизитор Марон отправился в Мефис, – внезапно сказала она.
– Так далеко? Зачем?
– Как вы знаете, Вальтер, границы Мефиса и Империи Ксардас крайне размыты, но до тех пор, пока они представляли из себя в основном безжизненную пустошь, Герцога Эмлера это устраивало. Недавно жители одной приграничной деревни сообщили, что рядом с ними разбили поселение какие то люди. Выглядят как бандиты – вот так их описали. Эмлер обратился ко мне лично и попросил провести расследование. Именно им и занимается Марон. Несколько дней назад я получила от него сообщение. Большинство жителей этого поселения оказались носителями вируса.
– Целая деревня магов?
– Именно, около трёхсот человек по предварительным подсчётам. – Джилл позвала следующего клерка и начала что-то заполнять в бумагах, которые он ей дал. – Я отправила к ним практически всех наших Инквизиторов и Охотников, писарей из штаба.
– Но зачем так много? Это всего лишь горстка аборигенов. Да и зачем нам их филактерии? Мы теперь следим за магами и из других стран?
– Они на спорной территории. И они носители вируса. для каждого должен быть подготовлен филактерий для отслеживания. Каждый должен быть занесен в архив. А также нужно провести расследование, откуда они вообще появились. – Осмотрев только что подписанные бумаги, Джилл отдала их клерку, и тот вышел из кабинета. – Мы с вами живём в столице самой большой империи, Вальтер, и мы должны быть готовы. Они могут оказаться террористами. Безопасность этой страны и этого города в наших руках, и я не собираюсь пренебрегать этим.
– Но разве разумно отправлять практически всех наших людей и Лордов инквизиции так далеко?
– Я не собираюсь оправдываться перед тобой в своих решениях. – К столу подошёл следующий писарь. – К тому же это распоряжение Герцога.
– Ах… ну да, Герцог. – Вальтер откинулся в кресле и примерил свою самую неприятную ухмылку. – Как я мог забыть про нашего дорогого Герцога Эмлера. Когда ты успела стать его подручной, Джилл?
– Не смей со мной так разговаривать. Я тебе не девчонка, Вальтер. Хочешь сохранить свою должность – закрой рот.
– Какие поблажки делает тебе этот старый хрыч за то, что ты с ним трахаешься? А может, тебе самой нравятся постарше?
Джилл встала из-за стола и посмотрела на Вальтера испепеляющим взглядом.
– Прошу, оставьте нас.
Клерки спешно засобирались и быстро покинули кабинет. Джилл подошла ближе к Вальтеру и. скрипя от ярости зубами, произнесла:
– Хер у него побольше, чем у тебя, вот и трахаюсь. – Джилл обошла кресло, в котором сидел Вальтер, схватила его за горло и приставила к нему кинжал. – А теперь, если хочешь остаться в живых, закрой свой поганый рот.
Такого поворота Вальтер явно не ожидал. Не думал, что его слова заденут Джилл так сильно. Или именно этого он хотел? Получить от неё хоть какие-то эмоции? Хоть какой-то ответ на свои чувства? Видимо, единственной загадкой для него остаются только свои эмоции.
– Прошу прощения Великий Инквизитор. – Вальтер подбирал каждое слово, стараясь не разжечь в Джилл новый приступ ярости. – Мои слова были непростительно резкими, этого больше не повторится.
– Я надеюсь на это, Инквизитор. – Скрипя зубами от ярости проговорила она, после чего убрала кинжал в ножны. – Иначе это будет твоя последняя выходка.
Вновь обойдя стол и встав к окну, Джилл продолжила разговор, вновь ледяным тоном, будто только что не угрожала Вальтерау смертью.
– Завтра я отправлюсь к Марону и Луго для личного контроля и сопровождения первой партии филактерий. – Джилл развернулась и вновь посмотрела на Вальтера. – Меня не будет около недели. На это время все расследования, кроме вашего, переходят в юрисдикцию стражи. Я уже подготовила письмо для Герцога. Когда я вернусь, надеюсь, дело об этих контрабандистах уже будет раскрыто.
– Непременно, мы с моими людьми закончим это дело.
– Ваши люди будут сопровождать меня.
– Но я не…
– Мне не нужно ваше разрешение, Инквизитор. Через неделю дело должно быть раскрыто вашими силами. Вы свободны.
Вальтер встал, поклонился Великому Инквизитору и вышел из кабинета. За дверьми стояли те самые клерки, которые, по предположению Вальтера, всё слышали и, как только он покинул кабинет, вошли внутрь. Стоило дверям закрыться за его спиной, Инквизитор выругал себя за цирк, что устроил.
– Мать твою, Вальтер, – говорил он себе под нос. – Какого чёрта ты устроил? Не так себя ведут с девушками.
– Добрый день, Вальтер.
Услышав знакомый голос, Инквизитор начал испытывать раздражение. Это был голос Верховного Канцлера Кирии. Очень молодой и привлекательной девушки, неспособной даже верно написать имя Герцога. Чёртов Эмлер устроил из Верховного совета бордель.
– Безумно рад вас видеть, госпожа Кирия, но, боюсь, не могу задерживаться, меня ожидает множество дел.
– О, конечно, ваша работа очень важна. До свидания. – Канцлер слегка поклонилась Инквизитору, после чего вошла в кабинет Джилл.
– Рыжая идиотка – буркнул Вальтер ей вслед.
Медленно спускаясь по винтовой лестнице, Вальтер обдумывал, что же ему делать. За сегодня его попытались убить уже дважды, один раз из которых по его же глупости. На раскрытие дела у него всего неделя, а людей нет. А ещё он до сих пор голоден.
– Что ж, придётся импровизировать, как всегда, но уже завтра. Сегодня мне требуется горячая ванна. И ужин. Да, точно. Начну с ужина. Или лучше сначала пообедать? Решено, пообедаю тем чудесным куриным рулетом, приму ванну и поужинаю.
Мысли о еде немного приподняли Вальтеру настроение, и он отправился в пекарню. Солнце уже скрывалось за горизонтом, а город засыпал.
Глава 7. В которой Эйрин И Флинн идут в библиотеку.
Эйрин открыла глаза. Её окружала знакомая мастерская. Это то место, которое Флинн называл своим домом. Минувшие события мелькали у неё в памяти. Канализация, бандиты, тьма и самое страшное – убийство. Крики и голоса то всплывали в её памяти, то затухали вновь. Кто они были? Чего они хотели? Что за оружие Флинна? Вопросы, на которые Эйрин хотела бы получить ответы, но сейчас не могла проронить ни слова.
И вновь этот свет. Он опять появился. Или ей только показалось? Кажется, за секунды до того, как Эйрин потеряла сознание, был свет. Такой же яркий, заполняющий всё вокруг. Эйрин попыталась пошевелиться и поняла, что её тело затекло, и в ту же секунду боль пронзила его. Она была не сильной, а колючей и всеобъемлющей. Эйрин вскрикнула. Где-то недалеко раздался скрежет, а после лестница, ведущая на второй этаж, где сейчас лежала девочка, начала двигаться, сообщая о том, что кто-то поднимается. Через секунду появился Флинн.
– Эйрин! Ты наконец-то проснулся, – обрадовался Флинн. – Ты проспала весь вчерашний вечер и ночь. Я переживал, что с тобой что-то не так, уже начал думать, где бы найти доктора.
Девочка повернула голову и слабым голосом прохрипела:
– Дай воды, пожалуйста.
Флинн быстро спустился по лестнице. После чего послышался ряд неприятных лязгающих звуков, а после – журчание воды. Через несколько мгновений мальчик вновь стоял на втором этаже, рядом с кроватью девочки и стаканом воды в руках. Эйрин облокотилась на спинку кровати. Руки заметно тряслись, но сильнейшее желание пить помогло Эйрин сконцентрироваться и не расплескать всю воду. Живительная влаги растекалась приятным чувством по телу. Эйрин вернула стакан и вновь рухнула на кровать.
– Что произошло, Флинн? – Эйрин говорила очень тихо, но уже не хрипела. – Я видела, что случилось с первым бандитом, это было ужасно.
– Они хотели до тебя добраться, – Флинн резко помрачнел, говорил очень серьёзным голосом, внушая небольшой страх. – Я не мог им позволить.
– Они были ужасными людьми, но разве они заслужили такой участи?
– Другого варианта не было. Я не мог позволить им добраться до тебя.
– Что у тебя за оружие? Откуда оно?
Флинн вытащил пистолет из кобуры. Он был и похож и не похож на револьвер одновременно. Прямоугольный вытянутый ствол вместо обычного, ёмкость с синей жидкостью вместо барабана. Этот револьвер казался очень чужим и странным, как будто не из этого мира.
– После того взрыва на поляне моя одежда и оружие преобразились. Это были всё те же вещи, но абсолютно новые. И он тоже. – Флинн покрутил пистолет в руках, разглядывая со всех сторон. – Он достался мне от отца, и я не знаю, что это такое на самом деле.
– Кем был твой отец, Флинн?
– Теперь и мне хочется об этом узнать. – Мальчик засунул пистолет обратно в кобуру. – Кстати, что это был за свет на поляне?
– Я не знаю. – Воспоминания о тех события пугали девочку ещё больше. Голос вновь начинал дрожать, к глазам подступали слёзы. – Я пыталась плести, у меня ничего не вышло, а потом свет. Когда я очнулась, всё вокруг было разворочено, а ты был мёртв.
Последние слова дались девушке с огромным трудом, после чего она залилась слезами. Флинн присел на колено рядом с кроватью и взял Эйрин за руку.
– Всё же хорошо, я в порядке. Даже одежда стала новой. И ты только посмотри на Шамана.
Стоило Флинну произнести имя пса, как он оказался рядом. Эйрин продолжала плакать. Она не помнила, чтобы плакала хоть раз. Всю свою жизнь Эйрин старалась не показывать свои слабости, во всяком случае, так она помнила, но только сейчас поняла, как это было глупо. Наконец собравшись с силами, девочка успокоилась. Посмотрела опухшими глазами на Флинна и Шамана, послушно сидевшего рядом. Они в порядке, а значит надо разобраться, что произошло на поляне, чтобы не допустить этого в будущем.
– Нужно найти человека, который сможет объяснить, что с нами произошло, – предложила Эйрин всё ещё немного дрожащим голосом.
– Последний раз, когда я отправлялся искать металлолом, увидел какую-то библиотеку. – Флинн задумчиво почесал затылок. – Там было написано «Частная библиотека магических наук». Может, там нам помогут?
– Не вижу пока других вариантов. – Девочка поднялась с кровати. – Идём?
На улице во всю светило солнце. Время приближалось к полудню. Город кипел жизнью. Эйрин и Флинн шли по оживленным улицам. Со всех сторон были слышны голоса зазывал, рекламирующих свои магазины и закусочные, естественно, упоминая, что такого больше не найти. Ароматы разнообразной еды наполняли воздух, но ни Эйрин, ни Флинн голода не испытывали.
Пройдя мимо очередной закусочной, Флинн свернул на небольшую улочку, где людей было заметно меньше. Девочка свернула за ним. Рядом с ней шёл Шаман. Эйрин было непривычно, что он теперь двигался практически бесшумно. Раньше его движения напоминали звук парового двигателя, и слышно их было за пару кварталов. Девочку это пугало. Не то, что Шаман больше не шумел, а то, какая сила способна это сделать. Эйрин ещё раз взглянула на Флинна, затем на Шамана. Существует ли магия, которая может чинить предметы? Это невозможно. Существует ли магия, способная переместить предметы сквозь время? Это ещё более невозможно. Тогда что же случилось?
За размышлениями девочка не заметила, как они приблизились к небольшой двери на безлюдной улице. «Частная библиотека магических наук» – гласила надпись на небольшой табличке рядом с дверью.
– Ты уверен, что нам сюда можно? – спросила Эйрин.
– Не думаю, что нас выгонят, – ответил Флинн, как всегда, задорным голосом. – Ну, если что, убежать мы успеем.
Флинн постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, вошёл внутрь. Эйрин придержала дверь для шамана и вошла следом. Уже с порога было видно, что библиотека заполнена книгами до самого потолка, и, несмотря на небольшие размеры комнаты, создавалось впечатление, что здесь можно найти любую книгу.
Ребята осторожно продвигались между стеллажей, пытаясь не задеть их. расстояние между ними было настолько мало, что даже детям пройти было трудно. Наконец они оказались в центре библиотеки. Здесь было немногим просторнее, и, на удивление, тут стоял диван. Напротив него был небольшой столик, а чуть дальше стойка библиотекаря, которого за ней не было, зато был небольшой механический звоночек.
Эйрин подошла к стойке и нажала на звонок. Звука не было. Девочка нажала ещё несколько раз, но итог был абсолютно тот же. Её единственный шанс разобраться в ситуации таял на глазах, как вдруг сзади раздался голос:
– Ну и чего вы тарабаните? – Голос явно принадлежал пожилому человеку, но говорил он очень быстро. – Я же не прихожу к вам домой и не выбиваю чечётку на ваших звонках, устроили тут шум! И вообще, тут библиотека, тишину надо соблюдать, устроили они тут дискотеку.
– Простите. Я не хотела никого потревожить.
– От молодёжь, – продолжал старик, кажется, даже не обращая внимание на слова Эйрин. – В мою молодость старших уважали, слушали, между прочим, и запоминали, что мудрые, наученные жизнью люди говорят. А сейчас что? На лбу напишешь и то не увидят. А вы, кстати, что хотели-то?
Старик уставился на Эйрин. Взгляд у него был пугающим. Один глаз смотрел в глаза девочке, а вот второй постоянно двигался, будто цепляясь за какие-то объекты в комнате, но лишь на мгновение.
– Мы хотели задать вопросы, про магию, – робко начала Эйрин.
– Магия? О магии я знаю всё. Вы не найдёте в империи человека, который был бы осведомлен лучше меня. Спрашивайте. – Старик продолжал смотреть на Эйрин одним глазом, из-за чего ей становилось неуютно.
– С помощью магии можно что-то отремонтировать? Например, одежду?
– Что? Использовать плетения для таких мелких работ? Разумеется нет. И не только потому, что это аморально, но и потому, что магия не знает, как должны выглядеть ваши тряпки. Даже самым сложным плетением не удастся выстроить нужный алгоритм. Вы же знаете, как работают плетения, юная леди?
– Ну я ….
– Плетения – это алгоритм, – не дав Эйрин договорить, старик продолжил. – Фигура и стихии, которые вы создаете, означают конкретную последовательность действий. Только вы-то, молодёжь, не хотите с этим разбираться, вам бы только готовые заклинания подавай. В моё время мы учили построение заклинаний. Сами могли их создавать. А вы? Вы, юная леди, можете создать заклинание самостоятельно?
– Я никогда не…
– Вот именно! Не можете, вам и мозгов-то на это не хватит. А вот если бы вы старались, хотя бы отдаленно, как мы, может что бы из вас и вышло…
– Прошу прощения, – Флинн прервал монолог старика. – Боюсь, нам нужно уходить.
Флинн подошёл к старику почти вплотную, взял за руку Эйрин и уже собирался направиться к выходу.
– Погодите, – Старик прищурился одним глазом к кобуре Флинна, – я, кажется, где-то видел такое устройство. Подождите-ка здесь.
Старик шустро скрылся за полками. Флинн показал рукой в сторону двери, но Эйрин отрицательно покачала головой, и мальчик вернулся обратно на диван. На стойке библиотекаря Эйрин заметила какую-то табличку и, подойдя поближе, прочитала имя «Харланд».
– Кажется, теперь я знаю как зовут библиотекаря, – радостно сказала девочка, посмотрев в сторону Флинна.
– Ага, интересно, он сам-то помнит, как его зовут?
Флинн откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза своей шляпой.
– Только не забудь меня здесь, когда будешь уходить, – буркнул он из-под своего цилиндра.
Эйрин подошла к полкам и немного оглядела их. Книги были покрыты большим слоем пыли. И то по какому принципу они выстроены, тоже оставалось для девочки загадкой. Ни по алфавиту, ни по цвету, ни даже по размеру. Складывалось ощущение, что с тех пор, как их поставили на эту полку, никто их не трогал.
– От нашел! – Старик появился так же внезапно, как и исчез. – Здесь видел!
В руках он держал что-то. Когда-то оно вполне могло быть книгой, но сейчас было похоже на монстра. Вздувшееся, расслаивающее чудовище.
– Она немного пострадала при потопе. – Харланд начал небрежно стряхивать с неё пыль. – Но это точно то, что нужно.
Он открыл книгу, пролистал её немного и показал Эйрин, ткнув в страницу пальцем.
– От смотри. – Место, куда указывал старик, было размытым и плохо читаемым, но вроде здесь был нарисован пистолет Флинна. – Прототип «Химера». Даже не знал, что их теперь детям продают. Вот в мою молодость такие игрушки детям не давали. И не зря, я считаю, так и пораниться можно.
– Что такое Химера? – рискнула спросить у Хартланда Эйрин.
– Миф такой есть. А что, в школе вам это уже не рассказывают? Вот молодежь-то пошла. Химера – существо такое из мифа. Ядом плевалось. В мифе ему жертв приносили, она в спячку уходила и на людей не нападала. А однажды не принесли ей жертву, так она разозлилась и на деревню напала. Одни скелеты и остались от людей. Только я не помню, о чём миф был. Но про химеру точно помню.
– А как давно эта книжка написана была?
Эта то? – Старик резко захлопнул её и помахал перед девочкой. – Лет тридцать назад. Архонты тогда ещё перед народом выступали. Помню как вчера. Стою я на площади, смотрю на башню, а там они. Молодые, высокие, в красивых белых одеяниях. И стоило им слово сказать, как жизнь замирала в городе. Все встали и слушают. Вот было же время чудес. А сейчас что? Вам, молодежь, разве интересно?
– А я могу эту книжку взять?
– Конечно. – Хартланд подбросил книжку в воздух так, что Эйрин едва успела её поймать. – У меня ещё с десяток таких, это всего лишь рекламный буклет. А теперь у меня обед, я буду есть вкусный суп. Я бы вам предложил, но не буду, так что уходите.
Эйрин поклонилась старику и направилась к выходу, не забыв толкнуть Флинна. Мальчик резко вскочил, огляделся по сторонам, но через мгновение, вспомнив, где находится, последовал за девочкой к выходу. Ребята вышли на улицу, где их дожидался Шаман, который при виде их начал лаять и прыгать вокруг.
– Когда ты успел сбежать? – удивилась Эйрин.
– Сбежал и не позвал меня? – удивился Флинн.
Пёс ответил им звонким лаем, продолжая прыгать.
– Что ж, это было странно, – потерянно пробормотала Эйрин, потирая виски. – Очень и очень странно.
– Ага, не знал, что в библиотеке сумасшедших работать берут. – Вдохнув полной грудью, Флинн сладко потянулся. – Узнала что-нибудь интересное?
Узнала. – Девочка посмотрела на буклет в её руках. – Что-то очень интересное.
Глава 8. В которой все ИМЕЮТ своё мнение.
Очередное утро. Капитан Колен шел в казармы стражи, взяв себе в дорогу кофе. Напиток, сделанный из семян, привезенных откуда-то с востока, имел очень горький и неприятный вкус. И, кажется, это именно то, что капитану и было нужно. Напиток был настолько неприятным, что способен был мгновенно прогнать любые намеки на сон. Капитан с нетерпением ждал выходного, чтобы выспаться вволю и не давиться с утра этим отвратительным напитком, но до них оставалось еще два дня.
Колен миновал несколько улиц и рыночную площадь, и перед ним предстали казармы стражи. Старое обветшалое здание, которое не ремонтировали, кажется, уже лет десять. Одним глотком допив свой кофе, капитан выбросил стаканчик и вошёл внутрь. Было пусто. Видимо, основная часть стражников уже вышла в патруль.
Оставив лестницу на второй этаж позади, Колен распахнул двери в свой кабинет. Никого. Удивительно. Уже девять утра, а у него до сих пор ни одного просителя. Капитан шагнул внутрь, осмотрелся по сторонам, не спрятался ли там кто-то и, убедившись, что кабинет действительно пуст, прошёл к своему столу.
Те же отчёты, что лежали тут вчера. Колен сел за стол. Этот день уже начинался лучше, чем большинство последних дней. Капитан достал из стола чернильницу, собираясь поставить на отчетах несколько подписей и после этого немного отдохнуть. Настроение у Колена поднималось уже о мысли об отдыхе. Когда с подписями было покончено, он убрал чернильницу обратно в стол, аккуратно сложил отчёты и убрал их в папку. Ещё раз убедившись, что его кабинет действительно пуст, Колен поднялся из-за стола и поставил папку на полку в шкафу.
Чувство свободы немного пьянило, казалось, что он может всё. Может, даже пообедать сможет не поздно ночью, а может даже и уйти пораньше. Капитан подошёл к окну и посмотрел на улицу. Можно прогуляться или даже самому отправиться в патруль. Работа с документами накрыла его с головой, и Колен даже не помнил, когда последний раз лично ходил в патруль. Теперь он даже не был уверен, что патруль всё ещё входит в его обязанности. Он должен патрулировать улицы, или это работа для рядовых и капралов? Моррис, капитан ночной стражи, кажется ходит в патруль. Хотя, с другой стороны, у него-то бумажной работы почти нет. Может быть, патруль – это обязанности капитана ночной стражи, а документы – дневной?
Хотя документы ночных стражников Колен никогда не заполнял, значит, этим занимается кто-то другой. Моррис успевает патрулировать и писать отчёты? А может у них есть работники, которые занимаются бумагами? Тогда почему такого нет у Колена? Может, стоит подать прошение Герцогу? Хотя патруль не кажется занятием достойным капитана. Да и на улице ему не очень-то нравилось. Либо палящее солнце, либо ветер, от которого невозможно спрятаться. Почему ему вообще захотелось выйти на улицу? Разве это разумно? Здесь в кабинете тепло и светло, нет ветра, а ещё недалеко продаётся кофе. Кофе капитану не нравился, но облегчение от того, что стакан наконец-то пуст было непередаваемым. Колен отошёл от окна и сел обратно за стол. Итак, патруль всё же дело не для капитана. Ну, по крайней мере, не для капитана дневной стражи. Но тогда что ему делать? Может, стоит сходить за ещё одним стаканом кофе?
За размышлениями время летело незаметно. По ощущениям прошли часы, возможно, даже месяцы, но часы упроно показывали девять часов пятнадцать минут. Раздался стук. Капитан с облегчением выдохнул.
– Войдите.
Дверь открылась, и в помещение вошёл стражник. Колен, кажется, видел его среди стражи, но не мог вспомнить, кто это.
– Рядовой Кейн, – Стражник отдал честь и продолжил: – Капитан, ситуация серьёзная. Кажется, на нас напали.
– Что? Кто? И почему об этом мне докладываешь ты, рядовой?
– Капрал Рейнхард в лазарете, он пострадал в том задании с Инквизицией. – Кейн немного замялся, перед тем как продолжить. – Это трудно объяснить, капитан, вам лучше увидеть всё самому.
«Чёртова Инквизиция! От неё теперь не только гражданские страдают, но и стража!» – подумал капитан. Ещё раз посмотрев на пустой стол, Колен поднялся, проверил, на месте ли его револьвер, и скомандовал:
– Веди.
Капитан вышел из казарм стражи следом за Кейном.
– А куда мы, кстати? – решил уточнить капитал, вспомнив, что совершенно не знает, куда они идут.
– За городской стеной, недалеко от портовых ворот.
«Это же не менее сорока минут пути!» – подумал капитан, с каждым шагом вновь погружаясь в размышления.
– Капитан, – Кейн дотронулся до плеча Колена. – Капитан, вы в порядке?
Размышления, поглотившие капитана целиком, начали расступаться, и он взглянул рядовому в глаза.
– Вы что-то сказали, рядовой?
– Я спросил, всё ли с вами в порядке, а то вы уже десять минут неотрывно смотрите на эту поляну.
Капитан крепко зажмурил глаза, потёр их пальцами, после чего открыл их и вновь посмотрел на поляну. Ах, да, поляна. То, зачем его сюда и привели. Небольшая лужайка, скрытая от глаз густыми деревьями. Ямы, рытвины, вырванный глубоко из земли металл. Здесь будто проводили боевые учения лилипуты.
– Инквизиция уже была здесь? – спросил капитан, едва справившись с размышлениями, которые вновь хотели утянуть его.
– Боюсь, что инквизиция почти полным составом покинула город на неопределённое время.
– Что? Какого чёрта? Кто им позволил?
– Сегодня в штаб пришло письмо из канцелярии герцога. Заверенное его личной печатью. Это был его приказ.
– Какого чёрта этот старикан творит? Здесь, возможно, магия замешана, как мы разберемся в таком случае?
Капитан уставился на рядового.
