Спустя пять минут Аркадий вынырнул из зарослей.
– Бесполезно! – с досадой произнес Аркадий, стряхивая травяной мусор с головы и подняв по пути раненную, едва живую курицу спросил:
– И куда ее?!
– Куда, куда?! На суп! – ответила Ираида, – но хорошо бы голову отрезать, кровь слить!
Переглянулись. Резать никто не решался, да и не умел. Засунули в пакет.
Гоняясь за курами, потеряли полчаса. Потери кур с учетом раненой составили три штуки.
Июньский день разгуливался, становилось душно и жарко ехать в машине с закрытыми окнами. Вентилятор не спасал.
Вдали вдоль трассы показалась первая деревня «Черная грязь»
– А может быть, тут попробуем продать, – предложил Аркадий, вытирая открытым лохматым локтем пот с лица.
– Название, какое-то нехорошее, – поморщилась Ираида, чихая, кашляя, и стараясь держать подальше ноги от мешка с курами периодически задирая юбку до трусов.
– Название не хорошее, а может быть люди хорошие! – заметил Аркадий.
Остановились в начале деревни, возле ведра с картошкой, которое стояло на трассе напротив дома.
Сухощавая старушка в сером халате, галошах на босую ногу тут же не спеша пошлепала из палисадника к ним.
– Почем картошечка!? – спросил для приличия Аркадий.
– Пятьсот рублей ведро! – с надеждой заглядывая в глаза, объявила хозяйка.
– А синеглазка есть? – осматривая деловито ведро, спросила Ираида.
– Так это и есть синеглазка!
– И правда, – увидев наклевывающиеся кое – где синие глазки, убедилась Ираида. – А подешевле?
– За четыреста отдам, если возьмете, – тут же сбавила цену хозяйка, стараясь не упустить возможность продать и тем самым поставив в безвыходное положение Аркадия и Ираиду, которые, как показалось ей, не собирались покупать, а спрашивали просто для приличия.
– На обратном пути! – сообщил Аркадий
– А что сейчас мешает? – задала вопрос хозяйка, лукаво заглядывая в глаза, – на обратном пути может ее и не быть.
– Видишь ли, бабуль, мы на рынок спешим, у нас куры, – выкрутился Аркадий. – Не куда положить, – и тут же задал встречный вопрос: – А вам, случайно, не нужны куры?
– Не, милок, не нужны, кормить не чем, да тем более, я на прошлой неделе в субботу десяток купила, продавали тут у магазина заезжие с птицефабрики, так что мне их хватит.
– Не на красных Жигулях с прицепом?! – поинтересовался Аркадий.
– На красных.
Аркадий и Ираида переглянулись, – наверное, те, что около нас торговали.
– А почем бабуль, купила- то, если не секрет?
– По пять тысяч за штуку, милок! – и тут же поинтересовалась: – А у вас почем?
Аркадий решил схитрить: – А у нас по четыре!
– По четыре?! – удивилась старушка, и лицо ее исказилось. – Прогадала!
Бабуля поплелась в сторону дома.
– Вот зачем брякнул, – подумал про себя Аркадий, расстроил старушку, и вспомнив про раненую курицу, окликнул,
– Постой бабуль, подарок у нас для тебя есть! Достав пакет с курицей из машины. Аркадий поспешил к ней, – Вот возьми, может, супчик сваришь! – и протянул пакет.
Лицо бабушки посветлело.
– Спасибо, милок, – принимая подарок, бабуля оживилась. – А вы погодите минутку, я к Маньке соседке забегу, мож, ей куры нужны!
Через десять минут из соседнего дома вышла полноватая старушка, в таком же сером халате, на босу ногу в галошах, видно, это повседневная одежда в деревне, а может мода.
– Ну, давайте, показывайте свой товар, – деловито распорядилась она.
Аркадий, первым делом, достал мешок из-под ног Ираиды.
Раскрыл.
– Вот, смотрите! Все как на подбор, прямо с фабрики!
– Че ты мне кота в мешке показываешь! Доставай по одной, хочу посмотреть каждую, – деловито заявила бабка.
– А че на них смотреть, они все одинаковые, – растерянно заявил Аркадий. – А сколько вам надо?
Бабка о количестве не оповестила, промолчала. Видно было, что старушка подкованная и с характером.
Доставали по одной. Бабка, крутила, вертела и деловито рассматривала со всех сторон и даже обнюхивала.
– А справка от ветеринара есть? – поинтересовалась вдруг она.
Аркадий и Ираида переглянулись. Промолчали, вроде как, не слышали. Потому что это для них было новостью.
– Вот у этой гребешок – это петушок! А у этой крыло сломано, у этой нога, а эта вообще больная какая-то – глаза мутные!
– Справка-то есть? – еще раз переспросила бабка, – закончив ковыряться в мешке и перешла к коробкам, – вдруг заразные и моих кур заразят. – Вы про птичий гриб слышали?
– Чем заразные, бабуль? Какой птичий гриб? – открывая одну коробку за другой, возмутился Аркадий. – Мы же их час назад, как на птицефабрике получили, вот и накладная. Ты что, думаешь, на птицефабрике больных кур держат?
– А почему справку не взяли? – строго спросила она.
– Так мы не знали, торгуем ими первый раз.
– Ну, ну! Оно и видно, лохи! Браку накупили!
Из всего товара она, сумела отобрать двадцать штук самых лучших и вдруг заявила:
– Возьму, если только уступите по три пятьсот.
– Так мы их по такой цене оптом взяли! – заикнулась было Ираида! – Так нам смысла нет, никакого навара. А разве вам соседка не сказала про цену.
– Сказала, но на ту цену они не тянут! Квелые и больные какие-то.
– Это от жары в машине такой вид! – попыталась оправдаться Ираида.
– Это вы еще кому-нибудь лапшу на уши повесьте, я всю жизнь кур держу! Знаю, что почем, так что на мякине меня не проведете.
– Так у вас на прошлой неделе вообще по пять тысяч за штуку продавали! – напомнил Аркадий.
– Продавали, так у них справка от ветеринара была, и куры отборные, не то, что у вас, выбрать не из чего. По четыре тысячи мне не надо! – и направилась уходить.
Аркадий и Ираида переглянулись, помялись, все – таки первый покупатель, да и действительно куры не ахти. Решили согласиться.
– Ладно! Давайте по три пятьсот!
Забирая кур в коробке, бабка предупредила:
– Подождите! – пойду Ваньке соседу скажу, вдруг ему тоже надо.
– Только не по три пятьсот! – попытался, крикнуть вдогонку Аркадий, но бабка шла не оглядываясь, вроде, как и не слышала, а может, с глушинкой или гордая.
Пришел Ванька с помятым видом, лет семидесяти мужик одетый, как дед, в фуфайку, кирзовые сапоги, которые были в свежем коровьем навозе, который перебивал запах перегара из его рта и даже приятнее чем запах от кур в салоне.
– Ну, что тут у вас!
– Куры! – оповестили Аркадий и Ираида.
– Вижу, что куры, а петушки есть?
– Аркадий и Ираида переглянулись. Про петушков, которых бабка десяток насчитала, они не подумали!
– Есть! А сколько надо?
– Одного! А то мой-то с десятком уже не справляется! Староват стал. И почем?
– Четыре! – если одного, по три пятьсот, если два.
– Да куда мне два! А ну ка дайте посмотрю!
Аркадий показал коробку с десятком петухов.
– У этого гребешок на бок, – начал ковыряться дед, – а этот вообще общипанный какой-то, и еще поковырявшись сообщил: – Да у вас тут и выбрать-то не из чего, таких петухов и куры к себе не подпустят. Вот только если вот этого, и он показал на вполне упитанного и боевого. – За три!
– Ладно! – переглянувшись согласились Аркадий и Ираида.
– А курочек на супчик не желаете? – вспомнив про бракованных кур, которых отсортировала бабка, желая сбагрить поинтересовалась, беря деньги Ираида.
– А что есть на супчик? И почем?
– Посмотрите, а там договоримся! – переглянулись Аркадий и Ираида.
Бракованные куры после сортировки были размещены в отдельную коробку. Доставали по одной, и дед, как и его соседка Манька, тоже рачительно рассматривал.
– Тощие какие-то, никакого навара с них не будет! Если только по две отдадите – десяток заберу.
– По две пятьсот! – помялись, Ираида и Аркадий, пытаясь хоть чуть накинуть.
– По две двести. Их еще кормить и кормить надо! Ну, что по рукам?
Подумали. 800 рублей с курицы убыток, а вдруг вообще не продадутся и решили уступить.
– Забирай!
Мужик забрал коробку, где был десяток калек и петуха, держа за ноги, который брыкался и пытался кукарекнуть, довольный шел в сторону дома.
Больше желающих в деревне не нашлось, хотя деревня и тянулась на 2 километра.
– Лопухнулись, – усаживаясь за руль, вздохнул Аркадий. – Купили, хрен знает что, надо было хотя бы почитать о курах что-нибудь, да и смотреть, что покупаем.
– Ну, да, попали! – промычала Ираида – И заметь, уже второй раз мы пролетели. Не забыл? Помнишь, с постельным бельем. С каким счастьем покупали оптом у узбека, аж сто комплектов в заводской упаковке по 500 рублей за комплект. Как радовались удачной покупке и думали, что наварим сто процентов и разбогатеем наконец-то.
– Ну, как не помнить? Помню! До сих пор стоит в глазах Мария Ивановна – работница администрации, которая нам лучшие места для торговли всегда за взятку выделяла. Целых 10 комплектов купила перед 8 марта в подарок своим сотрудникам. Как она радовалась, что мы ей немного цену сбросили и как потом нас позорила на весь рынок, тыкая нам в глаза эти комплекты с рваными простынями, которые мы даже не удосужились вскрыть перед продажей, боясь испортить заводскую упаковку.
– Да! – рассмеялась Ираида. – Может ее за это и уволили!
– Может! – поддакнул Аркадий, и слава богу, а то эта билетерша такая взяточница была, каждый раз то крем бесплатно, то стиральный порошок. Вроде мелочь, а все деньги.
Ехали, ржали и вдруг заметили, что куры молчат. Встревожились. Остановились. И не зря.
Куры были квелые, раскрыли рты и тяжело дышали, глаза закатывали, страшно было на них смотреть.
– Наверное, пить хотят! – предположила Ираида.
– Наверное! – ответил Аркадий и увидев в стороне от дороги пруд, который виднелся за полем, нашел пологое место на обочине, свернул, и разрезая зелень поля, которая была уже по самые колеса, проложил колею к пруду.
Прудом, заросшее камышами водное пятно по площади 50 на 30 шагов, назвать было трудно. Больше всего он походил на болото, и чтобы подойти к воде, надо было пробраться через заросли.
Достав складное ведро, Аркадий снял джинсы и сквозь камыши, утопая по колено в тине добрался до воды и грязный по пояс выбрался оттуда.
Встала проблема, из чего сделать поилки. Но, чем хороша Россия, это тем, что мусор можно найти везде, нашлась и тут пара пластиковых пятилитровых бутылок.
Расчленив бутыли ножом пополам, получилась пара поилок. Налили воды. Кур вытаскивали по одной, и тыкали клювом в воду, но они наотрез отказывались ее пить. Просто поставили поилки, отошли в сторонку, в надежде, что одумаются.
Но напрасно. Куры почувствовали свободу, залезли в тень под машину. Рядом в тени автомобиля сели перекусить Аркадий и Ираида, делясь хлебом с курами, но те на него даже не реагировали.
– Вот, черти! И не пьют, и не жрут! – возмутился Аркадий.
Аркадий и Ираида не знали, что куры, которые выросли в промышленных условиях на птицефабрике, привыкли пить и есть внутри клеток из специальных кормушек и поилок, и чтобы они привыкли пить и есть на свободе нужно время.
Время шло и терять время было нельзя. Разморенные от жары, стали пытаться достать кур из-под машины. Но достать кур из-под машины оказалось проблемой. Они упирались, сопротивлялись, клевались.
И когда они шугали их с двух сторон, они выстреливались из-под машины в разные стороны, часть снова в камыши, другая часть снова под машину или куда-нибудь. Потратив полчаса на ловлю. Штуки три так и не удалось найти. Тронулись в путь.
Выезжая на трассу по своей же колее, проложенной через поле, они увидели не далеко от того места, где они съехали, стоящий на дороге джип.
– Как бы не оштрафовали! – вдруг забеспокоился вслух Аркадий, вспомнив случай с тещей, когда на них наехал неизвестно откуда взявшийся агроном со штрафом за то, что они подъехали к лесу по полю со всходами. Тогда ему повезло, и он откупился бутылкой водки, которую всегда возил для таких случаев с собой.
Из машины вылез солидный мужчина в галстуке. Оказался председатель колхоза, а следом за ним и шофер в трениках.
– Ну, что молодые люди? Попали на штраф.
– За что? – прикинулся дурачком Аркадий!
Председатель показал на колею по зеленому полю.
– А завтра, а может, и сегодня по вашей колее другие поедут! И будет уже здесь дорога!
– А как же к этому болоту подъехать, если кругом поле.
– Пешком, а если бы проехали дальше, то там впереди увидели бы съезд в деревню Крюково, а из деревни к этому болоту и подъехали бы.
– Ну, мы не знали, простите нас, пожалуйста! – стала умолять Ираида.
Ираида была женщиной красивой: блондинка, глазастая, фигуристая, с длинными ногами. которые торчали из короткой юбки.
Председатель поедал её глазами, и с трудом отвел взгляд.
– Буду составлять акт об ущербе, – и открыв дверь, потянулся за красной папкой, что лежала на панели.
Штраф за причиненный ущерб, намечался не маленький – пятьдесят тысяч рублей! Если перевести на кур – то десяток.
– Может, договоримся без протокола! – попытался Аркадий.
– Мы больше не будем! – жалобно прошептала Ираида.
Председатель помялся.
– А что там у вас в машине?
– Куры, мы их водой ездили поить, они у нас чуть не сдохли от жажды.
– Понятно! – и тут же задал вопрос, чем платить будете? – и хитрым взглядом обвел обоих.
Аркадий намек понял.
– Курами!
Председатель переглянулся с водителем.
– Ну, что посмотрим?
Тот качнул головой: – Если только на шашлык!
Отобрав пяток отборных, председатель предупредил:
– Если еще раз поймаю, не обижайтесь, курами не обойдетесь!
– Фу, пронесло! – глядя в след джипу, выдохнул Аркадий.
– Пронесло, то пронесло! – сказала Ираида, а ты видел, как он меня сжирал глазами? У меня аж, мурашки побежали по телу.
– Изнасиловал, что ли? – пошутил Аркадий.
– Дурак! – засмеялась Ираида и шлепнула Аркадия по затылку.
Ехать на рынок с остатком хилых кур, умирающих от жары, уже не было смысла. Рынок через два часа должен был закрываться. А до него еще ехать и ехать.
Решили не терять время и поездить по деревенькам.
– Летом в этих деревеньках проживает много москвичей, у них денег немерено, может кур на шашлык купят? – так они, по крайней мере, размечтались
Через километр показался съезд в село Воронино. Свернули. Село оказалось приличного размера, да и дома здесь были совсем не деревенские, а добротные, дачные.
– Наверняка московские дачники здесь живут, – заметила Ираида, выходя из машины и направляясь к двухэтажному дому с палисадником из цветов.
– Позвонили в ворота.
– Из дома вышел мужчина средних лет, с круглым лицом, стриженный, по пояс голый, с девятимесячным животом.
– Здравствуйте! – приветливо поздоровались Аркадий и Ираида. – Вам куры не нужны?
Мужчина, насторожился: – Вы кто такие?
Аркадий и Ираида заволновались: – Предприниматели.
– Документ есть?! – поинтересовался строго мужчина.
Рассмотрев документ, протянул назад и сказал:
– Вам тут не рынок! – строго информировал он. – Ну, что оштрафовать вас за торговлю в неположенном месте или как?
– Мужчина оказался участковым!
За нарушение закона, и за торговлю в неположенном месте, пришлось снова пожертвовать курами. С участковым пытались сторговаться на трех, но он отобрал четырех самых лучших, пришлось смириться. В знак благодарности он разрешил пробежаться по деревне и поторговать у магазина.
Московские дачники встретили охотно, брали по две – три курицы, не смотря на цену, и внешний вид, наверное, не понимали или для них пять тысяч были не деньги.
Но продать удалось не всех. Два десятка осталось.
– Еще бы такую деревеньку и все бы распродали, – помечтала дорогой Ираида. Но в другой деревеньке таких щедрых покупателей не нашлось, всего одну курицу продали.
Шел четвертый час. Пора было возвращаться домой, ибо близкие запаникуют.
Встал вопрос, куда девать непроданных кур – девятнадцать штук!
– Я в машине их не оставлю! – заявил Аркадий. – Мне еще вечером жену на дачу везти, и машину надо помыть, чтобы не получить пинка за вонь.
– Могу к себе на дачу, у меня там сарай свободный! –предложила Ираида.
– А муж не будет против?
– Да, нет! Ему пофиг.
Так и решили.
Аркадий отвез Ираиду с товаром на дачу, а сам направился к ближайшему водоему отмывать машину.
– Никак машину помыл? – садясь в машину, удивилась жена, и сев тут же сморщила нос. – А чем тут у тебя воняет?
– А ты не думаешь, почему я машину помыл? – задал Аркадий встречный вопрос и тут же ответил на него сам: – В какашку вляпался!
Что кур продает, он говорить не стал. Сразу поймет, и машину в аренду не даст.
Поверила.
На другое утро Аркадий подъехал на дачу к Ираиде, чтобы забрать ее с курами.
Ираида вышла с грустным и печальным лицом.
– Что случилось? – насторожился Аркадий. – Мужик ругался за то, что кур приволокла? – спросил он.
– Хуже, даже не знаю, как тебе сказать! – тянула с ответом Ираида. – Пойдем! – загадочно сказала она. – Сам увидишь.
Ираида шла впереди, Аркадий плелся сзади, прокручивая разные варианты, что могло произойти.
Она шла не спеша в сторону сарая. Открыла дверь.
Аркадий замер. Зрелище было не для слабонервных, в сарае была кровавая битва.
Пол сарая и стены были залиты и забрызганы кровью. На полу беспорядочно валялись мертвые куры с оторванными головами.
– Это, что муж их так?! – спросили Аркадий, потому что знал, что муж Ираиды довольно хорошо пил, и когда пил был агрессивен, и не предсказуем в своих действиях.
– Нет, – печально ответила Ираида, – хорек порезал.
– Откуда хорёк?
– Хрен его знает! – ответила она, собирая дохлых кур в кучу.
Торговать курами в этот раз не пришлось. Торговали, как всегда, химией.
Рядом, как и на прошлой неделе стояли знакомые торгаши с курами. И снова куры у них шли влёт. И как в прошлый раз, к ним подошла куриная продавщица за покупкой. И поинтересовалась:
– А почему вы прошлую субботу не приезжали на рынок? Я хотела у вас купить крем.
Аркадий с Ираидой переглянулись!
– Мы ездили торговать в другое место. В Медынь.
– И как? – поинтересовалась птичница.
– Хреново!
– А здесь было хорошо! – и поинтересовалась: – А вы заказы от покупателей принимаете?
Аркадий и Ираида переглянулись, с такой просьбой к ним никто до нее не обращался.
– Ну, если что надо мы привезем! – подумав, ответила Ираида.
– А мы теперь с Петровичем, так звали её тридцатилетнего куриного хозяина, только по заказам работаем, так надежнее. И чтобы брак не подсунули взятку даем. А то по первости лопухнулись – бракованных кур нам подсунули.
Аркадий и Ираида опять переглянулись! – как они об этом раньше не подумали.
– Ну, что? Может быть, еще раз поэкспериментируем с курами – предложил Аркадий дорогой домой? Дадим взятку, купим хороших кур!
– Нет! –ответила Ираида, -с меня хватит этих. Хочешь, чтобы опять хорёк порезал? – и посмотрела на Аркадия. – А что это у тебя на шее за волдыри? Жена что ли засосы поставила, чтобы я на тебя не позарилась?
Аркадий посмотрелся в зеркало машины, на шее действительно были красные пятна и волдыри.
– Странно! Откуда они? И бросив взгляд на Ираиду, заметил:
– А у тебя тоже что-то за локтем! Муж что ли насиловал?!
– Что? – испугалась Ираида, разглядывая локоть.
– Неужели заразу от кур подхватили!? – запаниковала она.
Ехали дорогой мрачные, гадали: не лишай ли это какой!
Справа и слева вдоль обочины дороги сплошной полосой тянулись заросли борщевика.
