Медленно тянулись минуты, казалось, прошел час, за эти пять минут ожидания, когда, наконец-то, прозвучал женский заботливый голос:
– Слушаю вас!
– У меня клещ! – торопился доложить Алексей. И в туже секунду экран телефона погас.
С детства любил Алексей смотреть на костер, и вот сейчас выдалась такая возможность. Но было не до костра.
Дрова потрескивали, тепло ласкало лицо, жутко хотелось спать, но не спалось, ссора с женой ушла на второй план, и в голове был только клещ.
Временами, когда раздавались внезапно странные звуки, в которых он узнавал хрюканье и вой, он переставал думать о клеще, думал о самообороне. Даже постарался на этот случай вооружиться палками.
Подсохнув, Алексей еще раз осмотрел себя с ног до головы, вытряс тщательно одежду, оделся, разжег второй костер, и стал укладываться между кострами на ночлег.
Немного полежав, подумал: – А вдруг во сне скачусь в костер?
Нашел решение: подвинул костры ближе к дереву, привязался ремнем к стволу. Теперь было не страшно – и в костер не попадет, и зверь не подойдет, единственное, если только клещ заползет, но тут же эту мысль отбросил. Не полезет же этот гад в задымленную одежду.
Время от времени он просыпался, поправлял костры, проверял на месте ли клещ, не присосался ли новый и снова дремал. Под утро сон взял свое.
Проснулся Алексей внезапно от того, что на лицо ему шлепнулось что-то влажное и теплое. Светало. На ветке над ним сидела ворона и шевелила хвостом. От второго плевка вороны, Алексей успел увернуться.
– К деньгам, – мелькнуло в голове! – и тут же вспомнил, – ну да, сегодня же получка. Работает примета.
Костры уже не горели, а тлели.
В сумках хозяйничали вороны, безжалостно разбрасывая в разные стороны урожай. Алексей закричал и запулил в них палкой.
Вороны, удивленно посмотрели, на ожившее чучело у дерева, и дружно взлетели, следуя за вороной, которая сидела над ним и, пролетев метров двадцать – двадцать пять, с криками облепили небольшой пригорок, который был хорошо виден Алексею.
Алексей присмотрелся, очертания бугорка напоминали что-то очень знакомое, родное.
– Еж твою мать, в двух метрах заночевать! – пробормотал он вдруг, от удивления. На солнце сверкали его Жигули.
Вспомнив о клеще, спешно схватив сумки с остатками урожая, не собирая разбросанный, он поспешил к машине.
На часах было половина восьмого. Разгоняя сигналом не торопливо идущий народ на работу, Алексей едва не снес двери заводской поликлиники, которая была рядом с проходной.
Разрезая очередь, пулей влетел в кабинет хирурга.
– У меня клещ! – запыхавшись, доложил он и показал на шею.
Иван Иванович – хирург со стажем, узнал Алексея – начальника 8 цеха. Внимательно осмотрел место трагедии, покачал головой:
– И давно сидит?
– С двух часов ночи! – доложил Алексей и с надеждой посмотрел на спасителя, ожидая, что он скажет по этому поводу.
Доктор посмотрел на часы, вроде что-то прикидывая, загибая пальцы и снова покачав головой, обратился к медсестре:
– Срочно три укола, и готовь операционную.
Такого поворота Алексей не ожидал.
Иван Иванович ковырялся, кряхтел, сопел, чертыхался – и спустя час, как показалось Алексею, произнес: – Ну, все! – И протянул результат труда, добавив – В рубашке родился!
В пинцете доктора, который он вертел перед глазами в сгустке крови было то, что беспокоило Алексея всю ночь. Брезгливо рассматривая, Алексей вдруг расхохотался:
– Так это же заноза! Знал бы, сам вытащил!
– Ну, тогда бы ты не сидел передо мной, голубчик! Заноза в вене была! – дружелюбно похлопав по плечу, пояснил Иван Иванович. – Завтра, в это же время жду на перевязку!
Тараканы
Как и все в переходный период после развала Советского Союза, кроме основной работы, подрабатывал я в выходные дни торговлей бытовой химией на рынках области.
Бизнес, конечно, не ахти какой, но дополнительный заработок был. И вот однажды подходит ко мне мужчина, в морской форме офицера и спрашивает:
– А у вас средство от тараканов, есть?
– Есть, – ответил я! – и показал ассортимент: аэрозоль и инсектицидный мелок «Машенька».
– Ну, аэрозоль я пробовал – не помогает. А мелки возьму. Все что есть.
Торговать в город Медынь на рынок я ездил один раз в неделю, и еженедельно он приходил за мелками и скупал все.
Каждый раз, меня подмывало спросить, а зачем вам так много мелков, у вас что много тараканов?!
И однажды спросил.
На что он ответил, что он ими мажет свое тело, чтобы ночью тараканы не нападали на него.
– Как это? – удивился я.
– Запах моего тела привлекает тараканов, и они меня жрут, вернее, мою кожу, за ночь могут обглодать приличную часть.
– Да, ладно! – удивился я его рассказу. – А как вы об этом узнали?
– Когда я служил на корабле, заметил: стала кожа на теле слезать до крови, я думал, аллергия на что-то и обратился к доктору.
– Возможно аллергия! – сказал доктор, и назначил диету, и таблетки от аллергии. Ни таблетки, ни диета результатов не давали.
Но как-то однажды ночью я случайно проснулся от яркого луча прожектора, который бил в глаза от проходящего мимо судна. И вижу ужасную картину. На предплечье сидит десяток тараканов, я их стряхнул, и обнаружил, что они жрали мою кожу.
Снова показался доктору и рассказал ситуацию. Доктор внезапно стал обнюхивать мое тело, сделав паузу, заглянул в справочник и доложил:
– Наследственное нарушение метаболизма.
– Что это? – испугался я.
– Врожденный дефицит фермента изовалерила, который и дает характерный запах сыра. А тараканы, на сколько мне известно, очень любят сыр. И это легко проверить. Достаточно на ночь оставить сыр на столе, и они обязательно прибегут, даже если вы их дома не замечали. Вот так я стал пользоваться мелком от тараканов, чтобы их хоть как-то отпугнуть.
А здесь у тещи, тараканов немерено. Идут от соседки из смежной квартиры. Соседка работает на молочном заводе в сырном цеху, и тараканы у нее не гости, а постоянные жильцы. Бороться бесполезно. Уже ни один раз санэпидстанцию вызывали.
– Да! – почесал я затылок, – каких только чудес на свете не бывает, и подарил ему десяток мелков.
Первая любовь
Герда стояла у окна, и все куда-то таращила глаза. Это вызвало любопытство Клавдии Ивановны, и она подошла к окну.
У входной двери подъезда дежурил незнакомец со своими дружками, который вчера вечером во время прогулки ходил за ними по пятам, заглядывался на Герду, и отвязался только когда они вошли в подъезд.
– Вот, что ему надо? – пробурчала Клавдия Ивановна. – Пойдем- ка завтракать, нечего таращиться.
Герда неохотно оторвалась от окна и побрела на кухню.
Завтракали, как никогда, молча.
Взгляд у Герды был печален, ела она без желания.
– Влюбилась, что ли?! – не выдержала Клавдия Ивановна, – глядя Герде в глаза.
Герда отвела взгляд.
– Ладно, после еды погуляем! – с добрилась Клавдия Ивановна.
За окном начиналось весеннее солнечное утро. Клавдия Ивановна неохотно собиралась, и продумывала вариант, как незаметно выйти из дома, чтобы незнакомец с дружками опять не поплелся за ними.
Герда повертевшись у зеркала прихожей, нетерпеливо ожидала у двери.
Клавдия Ивановна жила на первом этаже, окна квартиры выходили на две стороны. Через окно, что выходило на противоположную сторону от главного входа, к Клавдии Ивановне иногда заглядывали женихи, через главный вход появляться им она запрещала, мало ли что подумают соседи.
– Ладно, пойдем! Но только поврозь, ты через окно что на улицу, а я через парадную дверь, чтобы эти черти не увязались за нами, как вчера – пояснила она, и не испортили нам прогулку.
Герда возражать не стала.
Послушно побрела к окну и уселась на подоконник ожидать, когда Клавдия Ивановна обойдет дом.
Увидев Клавдию Ивановну, выходящую из подъезда, незнакомец и его компания оживились, вежливо расступились и замерли в ожидании Герды, которая должна была вот -вот появиться, но не появлялась.
Клавдия Ивановна прошла мимо, едва сдерживая себя от волнения, чтобы те не раскусили ее обман и не поплелись следом за ней.
Пройдя за угол, она выглянула. Незнакомцы, замерев, продолжали смотреть на входную дверь, и не один не сообразил проследить за ней.
Гуляла Герда в парке сначала охотно, весело озиралась по сторонам, а через полчаса, поникла.
– Ну, что тебе не гуляется?! – не выдержала Клавдия Ивановна, – прекрасно понимая почему.
– Что? Приглянулся носатый незнакомец?
– Герда отвела взгляд.
– Ладно, пошли домой, – сжалилась Клавдия Ивановна, думая, что дружки уже ушли.
На подходе к дому, увидев издалека незнакомца и его друзей, которые с надеждой уставились в ее окно, Герда устремилась к ним.
Клавдия Ивановна едва поспевала:
– Не спеши! Ты же девочка, где твоя гордость?!
И про себя бубнила: – Вот, черти! Охота пуще неволи, не ушли!
Услышав приближающиеся голоса и шаги, незнакомцы повернулись.
Клавдия Ивановна и Герда проходили сквозь строй гордо, так как будто никого не замечают.
А те опешив, недоуменно смотрели, и ничего не понимали. – Как так, вышла одна, а возвращаются домой вместе.
Закрывая дверь, Клавдия Ивановна оглянулась и показала язык незнакомцу.
– Обломался! – и захлопнула дверь.
Герда забежав домой, тут же бросилась к окну, чтобы взглянуть еще раз на незнакомца, который успел её лизнуть, когда она проходила мимо, в то самое весеннее цветущее место.
Но, незнакомец во главе своей компании медленно удалялся вдаль без оглядки, гордо задрав хвост.
Клавдия Ивановна довольная смотрела вслед, и радовалась, что ей удалось отвести беду от девочки, у которой наклюнулась первая любовь с колли.
– Глупенькая! – успокаивала она ее, он тебе не пара, посмотри какая ты, и какой он.
Но Герда – семимесячная болонка не слушала, она продолжала смотреть вслед колли, который удалялся вдаль, оставляя за собой борозду в земле, упирающимся в землю незнакомым ей прибором.
– Может, завтра придет? – думала болонка.
– Не дай бог! – думала Клавдия Ивановна, поглаживая свою девочку.
Попали
Шли девяностые годы. В стране росла безработица. На предприятиях задерживали зарплату. Люди вынуждены были заняться подработкой. В городах, районных центрах, селах возникали стихийные рынки.
Многие люди в качестве дополнительного заработка подрабатывали торговлей, кто чем мог, кто шмотками, кто бытовой химией, кто продуктами.
Ударились в подработку торговлей и проектировщики Аркадий, и Ираида, у которых на работе задерживали зарплату, да и работы практически не было. У каждого за спиной своя семья, дети, супруги, которые работали на заводе, и спекуляцией заниматься не решались.
У Аркадия машина – девятка, а у Ириды – жилка к торговле. Молодые люди скооперировались и стали торговать бытовой химией. Торговали по выходным дням, а иногда брали день по четвергам за свой счет.
На рынке в областном центре они не торговали, боялись засветиться перед сотрудниками, поэтому разъезжали по рынкам районных центров.
Доход был не большой: всего тридцать процентов, но стабильный. Но к концу мая, доход резко стал падать, не из-за того, что спрос упал на бытовую химию, а от того, что появилось много конкурентов с таким ассортиментом, и из-за них пришлось скидывать цену на товар, скидывали и конкуренты.
– Если так дело и дальше пойдет, то мы скоро разоримся! – первым не выдержал Аркадий, – даже бензин не оправдаем!
Стали задумываться, чем торговать, но на ум ничего не шло.
Заканчивался месяц май, торговля бытовой химией шла на спад. Народ потратился за праздники и покупал только необходимое.
Но однажды, на торговой площади, по соседству с Аркадием и Ираидой пристроились торговцы курами. Торговля у них шла бойко. За полтора часа они распродали весь товар, а желающим, которым куры не достались, они советовали прийти завтра.
– Вот чем надо торговать! – позавидовал Аркадий.
– Ну, да! – поддакнула Ираида.
– Надо как-то познакомиться с этими торгашами, разузнать, что почем. Ну, так чтобы не вызвать у них подозрение, – намекнул Аркадий.
И им повезло.
Буквально через несколько минут к ним, как только они поговорили, подошла продавщица кур, одетая в белый халат, приветливая, на вид лет двадцати, чтобы купить стандартный набор бытовой химии – крем для лица, лосьон, шампунь, порошок.
– Аркадий поинтересовался: – А почем у вас куры?
– А что нужны? – тут же переспросила девушка.
– Да мать у меня все на даче хочет завести.
– По 5000 рублей, – ответила весело блондинка.
– Сами выращиваете? – задал вопрос Аркадий.
– Да, ну что вы?! С птицефабрики! Самим выращивать дело хлопотное.
– А что разве на птицефабрике продают?
– Конечно!
– Не за чтобы не подумал. – сделал удивленное лицо Аркадий. – Небось, по блату?
– Да, нет – всем желающим.
– А почем, если не секрет, там продают? – встряла в разговор Ираида.
– По 3000 рублей за штуку, а кто берет оптом, скидка.
– И какая? – продолжила расспрос Ираида.
– А оптом, это сколько? – не удержался Аркадий.
– Ну, не меньше ста! Мы берем не менее 200 штук. – загрузив покупку в пакет, уходя, ответила девушка.
– И вам почем?! – не скромничая, крикнул вдогонку Аркадий.
– по 2500!
Аркадий переглянулся с Ираидой.
– Сто процентная прибыль.
Шанс подзаработать на курах, когда нет никакой торговли бытовой химией, упускать было нельзя.
– Ну что, попробуем? – не выдержал Аркадий.
– Давай! – согласилась тут же Ираида, как будто ждала его предложения. И тут же посетовала.
– Что же мы не спросили, на какой птицефабрике? Может, догнать?
– Да не надо. Мало ли она о чем подумает, если уже не подумала. Конкурентов никто не любит, и так много информации дала.
– Ну, да – поддакнула Ираида.
– Думаю, что на нашей Калужской птицефабрике. – выдал версию Аркадий.
Помолчали.
– Если не возражаешь, давай сегодня заедем, там все и спросим, – нарушила молчание Ираида.
Заехали. Фабрика была закрыта. На доске объявлений прочитали:
«Продажа кур в субботу с 8.00 по живой очереди».
– Ну, ты прямо экстрасенс, как в воду глядел, что на нашей фабрике!
Аркадий от похвалы улыбнулся.
– Время, конечно, неудачное.
– Ну, да, пока получим, на рынок к шапочному разбору приедем. Успеем ли мы продать? – стала рассуждать Ираида. – Да и как на нас посмотрит наша соседка с курами?!
– Ну, да! Нехорошо получиться. – поддакнул Аркадий. – А мы можем в другое место поехать.
– Верно! Может, в Медынь?
– Давай в Медынь, давненько там не были, – согласился Аркадий и тут же задумался.
– А куда же мы их разместим, у меня прицепа нет. А так салон весь загадим, надо во что-то предварительно упаковать!
– Может, в коробки из-под бананов! Туда штук десять кур войдет, – предложила Ираида.
– Мысль хорошая, а где столько коробок то взять?
– Да без проблем, у меня знакомый торгует бананами и эти коробки выкидывает на помойку каждый день. Попрошу, чтобы не выкидывал.
Аркадий задумался, прикинул в уме, сколько войдет коробок в машину, если разложить сиденья у девятки.
– Ну, да. – Коробок десять точно войдет, а может, и больше.
Так и решили. В следующую субботу Ираида доберется до фабрики на такси и займет очередь, а он с коробками подъедет к открытию.
В субботу к 7.30 Аркадий подкатил к птицефабрике.
Очередь была длинная, тянулась змейкой метров на тридцать – тридцать пять, гудела, как провода под напряжением, кто-то спорил, кто-то ругался и это говорило о том, что торговля курами дело прибыльное.
Ираида стояла в первых рядах. Аркадий подошел и молча пристроился рядом.
– Куда без очереди! – сделал замечание сзади стоящий за ней наглый мужик.
– Ираида оглянулась. – Да, это со мной! – успокоила Ираида.
Из ворот птицефабрики выехала спецмашина, очередь оживилась и загудела.
Шофер, не спеша открыл борт машины, в кузове стояли клетки с курами. Из кабины вышла птичница в сером халате, запрыгнула в кузов, шофер, который ее подсаживал последовал за ней.
Торговля пошла.
Ловко отлавливал за ноги по команде птичницы нужное количество кур шофер, крутил перед носом покупателя и после одобрения засовывал в холщовый мешок, который покупатель держал открытым. Птичница забирала деньги и выписывала счет.
Заполнив мешки, покупатели спешили к своим машинам, где вытряхивали и распределяли их по клеткам.
Брали кур по многу. И всем могло не хватить.
Из конца очереди то и дело кричали недовольные.
– Не больше сотни в одни руки!
На что птичница тут же отвечала:
– Сами решайте, мне главное быстрее продать!
Аркадий и Ираида, были единственные, кто засовывал кур в картонные коробки и далее в салон автомобиля. У всех были специально оборудованные прицепы с клетками, в которых были кормушки и поилки.
– Ничего, если дело хорошо пойдет, – можно и прицеп купить! – Распределяя коробки внутри машины, мечтал Аркадий, и тут же удивлялся, – Смотри, как метут, аж до драки.
Куры в коробки все не вместились, пришлось мешок с десятком кур Ираиде поставить в ноги.
– Клюются. – забеспокоилась Ираида, то и дело раздвигая ноги!
– Смотри, синяк, вот как я мужику объясню откуда синяк?!
– Скажешь, что комары накусали! – отшутился Аркадий.
– Смешно! – пробубнила Ираида.
Наконец выехали.
Куры недовольно кудахтали, пытались вылезти, долбились как дятлы в стены коробок, и высовывали головы в проделанные клювами дырки. Доставалось и ногам Ираиды.
Проблему с шумом и вонью решили сразу – включили магнитолу, приоткрыли окна.
Довольные, что удалось купить кур с первого раза, они уже мечтали о том, куда потратят прибыль – снова купят кур.
Через полчаса езды по загородной трассе к пункту назначения, обгоняющий легковой автомобиль тревожно посигналил и, махнув рукой, приостановился.
– У вас куры из машины вылетают!
– Остановились. В салоне кипела революция, часть кур, расковыряв коробки, расхаживали по задней части салона, кудахтали, и одна даже высунув голову в щель окна, безудержно кукарекала. На что Аркадий удивился:
– А петух откуда!?
Срочно закрыв окна. Аркадий и Ираида выскочили из машины. По дороге вдоль обочины расхаживали, не спеша несколько кур, а одна раненная, видимо попав под колеса, трепыхалась, истекая кровью.
Увидев хозяев, куры кинулись сначала в рассыпную, а затем стремглав в растущие вдоль всей обочины заросли высокой до самого пояса, с большими полуметровыми резными листьями и растворились.
Растительность была незнакома Аркадию и Ираиде, они стояли в раздумье.
– Я в эти джунгли не полезу! – сразу заявила Ираида, сорвав огромный лист и помахав им как веером, – вдруг там змеи и клещи. – Ты не знаешь, что это за трава? На ощупь лист приятный, прохладный! – спросила она.
– Не! Не знаю, – сорвав и понюхав огромный лист, – ответил Аркадий. И тут же лизнул сок, что сочился из листа.
–Фу! Кислый! Как щавель!
– Ты зачем это сделал? – заругалась Ираида, вдруг он ядовитый!
– Не бойся! Я все травы на вкус пробую! – сплевывая слюну с соком, похвастался Аркадий, – Я же не крапиву лизнул! – и нырнул в гущу.
– Я попугаю их оттуда, а ты лови! – послышался голос из густой травы.
Аркадий был в футболке без рукавов и брюках, как медведь раздвигал он заросли, топтал ногами, хлопал в ладоши, но куры, словно в воду канули. Из зарослей не выходили.
Знакомые торгаши проезжающие мимо, сигналили, кричали, вертели у виска рукой.
– Вы что делаете?! Это же борщевик!
– Кур ищем! – кричали Ираида и Аркадий.
