Страница 2 из 3
Чем дольше человек живет, тем больше он рискует потерять свою бессмертную душу.
Местечковый писатель Мандаринов нынешней ночью почти не спал так, дрема, видения, отрывочные картины. С Мандариновым всегда так, когда в его амбициозной голове зарождался новый рассказ. Все и всегда начиналось с того, что сначала появлялось название-так было и на этот раз – «ночи услады». В глубине души Мандаринова мучили сомнения, правильно ли это звучит по-русски?.
В нынешних ночных кошмарах Мандаринова то душили подушкой, то накрывали с головой одеялом, где Мандаринов блуждал в кромешной душной темноте. Объяснялось это, видимо, тем, что эту ночь Мандаринов проводил не один, а с дамой много старше себя. Дама была крупной и имела зверский аппетит. Рост 180,размер ступни 43, талия, бедра, грудь – отсутствовали. Ей был съеден торт, выпито шампанское, также гостья не отказалась от фруктов. Съела две груши, банан, кисть винограда, три дольки дыни. По своему опыту Мандаринов знал – живот ответит бурчанием, вздутием и потребует выпустить газы. Глубокой ночью так оно и получилось. Периодически просыпаясь, Мандаринов страдал, обмахивался салфеткой, зажимал нос. Но один раз за ночь он все же захихикал от мысли-«А что, если разбудить и предложить даме вставить в задницу пробку из-под шампанского сиротливо лежащую на столе?». Спустив ноги с кровати, Мандаринов не нащупал тапочек – они остались в прихожей. Брезгливо ступая по давно немытому полу босиком, Мандаринов подошел к зеркалу. Показал себе язык с легким белым налетом, но, не смутившись этим обстоятельством, с любовью посмотрел на свое отечное лицо и промямлил-«Шерше ля фам». Опорожнив кишечник, Мандаринов, боясь коликов в области сердца, принял валокордин и уселся писать.» НОЧИ УСЛАДЫ».
Часть первая
Отставному майору Пронину жизнь подарила длинную эротическую судьбу. Когда Пронин как юноша созрел, у него уже был многоразовый сексуальный контакт с подругой матери-тётей Наташей. Натали (так про себя называл её юный Пронин) было тогда 29,а у дочери ее уже пошли месячные.
Когда девочка стала девушкой, между ними тоже произошел сексуальный контакт (четыре раза). Но это еще не все. Не прекращая тайной связи с Прониным, подруга матери Нататали вдруг забеременела и на свет, появились две девочки. Почему две?. Потому как ее юная дочь тоже родила, и тоже девчонку. Как понимаете, всему виной был любвеобильный, смазливый Пронин.
Время прошло, и когда годы спустя Пронин приехал погостить в родные края, внучка еще моложавой бабушки Наташи уже созрела для деторождения и не только она. Богатый красавец гусар и повеса Пронин произвёл на юных провинциалок ошеломляющее впечатление. А потому без особых стараний легко соблазнил многих девиц. Проведя всего две недели в родных пенатах, безнравственный, любвеобильный Пронин снова укатил далеко и надолго.
Часть вторая
(недописанная)
Отставной лейб-гвардии майор Пронин вернулся и уже навсегда. К этому времени на его кудрявой голове появилось первое серебро. Зато правнучка Натали была уже в самом соку.
В груди писателя Мандаринова защемило. Кряхтя, он оторвался от письменного стола, подошел к окну.Его мучила зависть к своему герою-Пронину. Поскольку Мандаринов был импотент.
Последние теплые деньки бархатного сезона. Пойду на море, искупаюсь, глядишь, сердечко и отпустит». Мандаринов одел шлепки, шорты, майку, положил под язык валидол и пошел, оставив храпящую гостью одну. По дороге ему вдруг стало ясно, чем закончится история Пронина.
Часть третья
(в мыслях)
Очередная лишенная девственности девица рассказала все маме, мама – бабушке, а та прабабушке. Настало время, и Натали раскрыла Пронину страшную тайну. Пронин является отцом всех женщин в их имении! Настало время вернуть его в семью навсегда, чтобы имение Пронина не ушло в другие руки. Но моложавый на вид, холостяк Пронин женится наотрез отказался. Хотели было припугнуть судом, однако, с другой стороны, Пронин родной человек – прародитель.
Нашли компромисс. Пронин будет жить в женской семье, гражданским браком, но если кто из женщин родит девочку, по истечении шестнадцати лет Пронин вступит с ней в законный брак и перепишет имение на неё. Словесно Пронин согласился, а сам подумал-«Кукиш вам всем! Эти хитрые, похотливые и развратные женщины, так и норовят меня обдурить. Им неведомо, что в Санкт-Петербурге все доктора и даже профессор, долго обследовали меня и пришли к единому мнению, что я родился совершенно бесплодным. И потом, я ещё хоть куда и женится через шестнадцать лет, мне будет ещё рановато.».
«Лучше конца не придумаешь», – решил Мандаринов, взял напрокат ласты, маску и положил под язык еще таблетку валидола. Доплыв до буйка, он нырнул в глубину, где от перепада температур и давления сердце бездетного Мандаринова разорвалось.
Там где пахнет деньгами-чистой любви не уютно.
Пал Палыч на спасательной станции начальник. Дело спасения утопающих-сами знаете, чье дело. Поэтому судьбы купающихся Пал Палычу были глубоко безразличны. Тем более, что зарплата у Пал Палыча-но не будем о грустном. Спасибо курортному сезону, хоть какие-то деньжата прилипают. От сдачи в аренду лодок, надувных матрацев, лежаков, зонтов и прочего. Пал Палычу, не имеющему ни жены, ни детей, несмотря на солидный возраст едва хватало сводить концы с концами поскольку человек он выпивающий. Пацаны-спасатели Пал Палыча слушались и уважали за то, что он не учил их жизни и ничего не требовал. Однажды, в конце бархатного сезона, когда море любило поволноваться, и купание было связано с риском, Пал Палыч собрал подчиненных, что бывало крайне редко. Дав команду вывесить таблички во избежание претензий со стороны утопающих: «Шторм – спасение не гарантируем», он строго-настрого наказал внимательнейшим образом присматривать за фигуристой дамой бальзаковского возраста, присутствующей на пляже. Даму он всем велел рассмотреть в бинокли, подзорные трубы и запомнить, как следует. «Держаться с ней рядом, не терять ее из вида, особенно, когда она находится в воде. Глаз не сводить, головой отвечаете», -такими словами Пал Палыч закончил свои наставления. Спасатели, расходясь по своим местам, обсуждали необычный приказ начальника.«Ну, наконец-то, Пал Палыч влюбился». «Неужто женится наш закоренелый холостяк?«Приказ Пал Палыча исполнялся с большим удовольствием и даже рвением. Даме бесплатно был предложен шезлонги пляжный зонтик. А когда дама игнорируя запрет по собачьи плыла к буйку, рядом с ней дежурила спасательная лодка.
К вечеру, после того, как дамочка под неусыпным взором молодых спасателей покинула пляж, Пал Палычу было доложено, что его симпатия, пассия и зазноба, целая и невредимая, направилась домой. При этих словах, пьющий пиво Пал Палыч даже поперхнулся и, перестав жевать воблу, с удивлением вытаращил глаза на доложившего.«Какая, к черту, симпатия, какая зазноба? Эта баба, будь она трижды проклята-соседка моя, задолжала мне триста гривен, а отдавать не спешит. Случись с ней что-пропадут мои денежки».
Лицемерие многих заключается в том, что они хотят показать не себе, а людям-какой он хороший.
Похоронная процессия, состоящая из двух автобусов, миновав ворота, въехала на территорию кладбища. Погода стояла сырая, и желающих проводить покойную в последний путь оказалось немного. В основном это были женщины с места работы покойной.
Егор, с двух сторон (хотя в этом не было никакой необходимости) поддерживаемый двумя незнакомыми женщинами, стоял возле свежевырытой могилы и смотрел на чужих ему людей, распоряжающихся траурным обрядом. Кто-то сказал о покойнице несколько добрых слов, кто-то из слабонервных всхлипнул. Гроб накрыли крышкой и прибили ее гвоздями. В кладбищенской тишине удары молотка резали ухо. Гроб опустили в могилу, и Егору было велено бросить на крышку горсть земли. Сделав все, что от него просили, Егор отошел в сторону и наблюдал, как все присутствующие, выстроившись в очередь, проходили мимо ямы и бросали в ее глубь землю. Все расходы, все заботы и хлопоты о погребении на себя взяла организация, где мама Егора проработала последние годы. Егор никого не знал из присутствующих, потому ему было очень неловко, но, с другой стороны, очень хотелось обратиться к кому-нибудь с просьбой о помощи.
Наблюдая за происходящим, семнадцатилетний Егор думал лишь о том, будет ли удобно попросить кого нибудь из этих сорока и пятидесятилетних женщин, чтобы они помогли ему распродать мамины вещи: шубу, платья, обувь и прочее, по-тому что золотые мамины
украшения он и без их помощи продаст скупщикам на рынке. Так что на новый скутер и карманные расходы пока хватит с лихвой.
Плохими или хорошими нас делают обстоятельства.
Олег, как всегда, не рассчитал дозу спиртного и нажрался. В начале вечеринки Валерий говорил ему: «Не пей много, опять козленочком станешь!» Эта ирония из уст Валерия прозвучала потому, что у Олега была тенденция-на третьем джин-тонике или на третьей водке с соком вырубаться, сползать под стол или заваливаться навзничь на диван и впадать в глубокий обморок-сон. В себя Олег приходил, как правило, к утру и ничего не помнил. При этом никогда не забывал поворчать на друга Валерку, что тот позволил ему опять нажраться.
На сегодняшней вечеринке у Олега новенькая хозяйка молодая докторша, которая работает в поликлинике участковым. Как-то Олег, после очередной попойки, не смог пойти на работу и вызвал на дом врача, зная, что за небольшие деньги всегда можно сварганить себе больничный с диагнозом ОРЗ. Когда докторша пришла, Олег без особого труда сумел закадрить молодую незамужнюю. Тем более что сам он был не женат, обеспечен и имел свою квартиру. Со слов Олега, получив больничный, он сумел договориться с докторшей, что вечером она придет проведать больного. Вот так у них все и началось. «Одна беда» -жаловался Олег Валерию, -в постель докторшу оказалось затащить совсем непросто. Может быть потому, что Олег у нее (с её слов) -второй мужчина. Она оказалась девушкой строгих правил, без дурных привычек и даже не позволяет в ее присутствии рассказывать сальные анекдоты. Так что развлекать докторшу намного сложней, чем других женщин. Он же, Олег, все время забывал про свою норму и после третьего коктейля засыпал. Просыпался один, и каждый раз думал, что докторша больше не позвонит. Но, к счастью, она звонила и приходила еще и еще. Сегодня Олег пригласил лучшего друга Валерия, на смотрины и что бы тот контролировал Олега за питьем.
Внешне докторша из себя ничего особенного не представляла. Но Олегу нравилась ее манера строго одеваться, ее имидж неприступной женщины, который с детства ассоциировался у Олега с учительницами. Олег и Валерий-гуляки со стажем, контингент девушек у них, как правило, продавщицы, варьетутки и те, с которыми легко познакомиться в метро или на улице.
Валерий пришел, докторша была уже у Олега и приготовила что-то вкусненькое. Они познакомились, и вечеринка началась. Часам к двенадцати ночи Олег, как всегда, был готов – Валерин контроль не сработал. Свернувшись калачиком на ковре под столом, Олег мирно спал, а докторша и Валерий продолжали беседовать на разные темы. До сих пор не при губившая ни грамма спиртного, докторша попросила Валерия сделать коктейль водка-сок и ей тоже. Выпив, она потянулась за сигаретой. «А я, пожалуй, выпью еще, налей мне водочки, но без сока. Привыкла к крепкому спирту за время практики в анатомичке», -то ли призналась, то ли оправдалась она. Подвыпившая докторша разоткровенничалась, имидж строгой и неприступной пропал. Она рассказала Валерию, как, будучи студенткой, год прожила с хирургом-наркоманом и чуть сама не стала наркоманкой. Как жила с лишенным практики гинекологом и была у него ассистенткой во время криминальных абортов, и как чуть не загремела вместе с ним в тюрьму, после того, как у несовершеннолетней случилось заражение крови. Переодевшись в халат, докторша, положив на спящего Олега вытянутые ноги, всем своим видом показывала, что она хозяйка в доме, и что Валерий ей симпатичен. Уже прилично пьяный Валерий только и думал о том, как бы скорей уйти в другую комнату и лечь спать. Но докторша приняла это как предложение и сама взялась застелить ему постель. Валерий пьяными глазами смотрел, как она, сексуально изогнувшись, стелет ему и отмечал, что она уже без трусов и лифчика, а верхние пуговицы халата расстегнуты до пупка. «Ну, ложись, -сказала докторша, -а я еще посижу с тобой немного». «Не фига себе», – подумал Валерий, когда докторша полезла к нему целоваться и с другими ласками. В этот вечер Валерий сильно перебрал с алкоголем-его даже мутило. Он елозил по докторше, и у него ни чего не получалось, может быть еще и потому, что она ему совсем не нравилась. Не добившись от Валерия ни страсти, ни мужской ласки, разочарованная докторша покинула его, и он заснул.
Утром докторши уже не было. Проведя какое-то время вместе, друзья разошлись, каждый по своим делам. Валерий, дабы не расстраивать Олега, не стал рассказывать ему о домогательствах докторши, тем более, что спьяну плохо что помнил. Но уже вечером он об этом пожалел. Позвонив Олегу, он услышал от него обидные слова и упреки. «Звонила докторша, -кричал в трубку Олег.-Она все мне рассказала. Как ты, специально напоив меня, пытался ее изнасиловать. Я нашел в ванной ее разорванный халат. Да ты просто маньяк, да еще подлец и скотина. Наконец-то ты проявил свою истинную сущность. Знать тебя больше не желаю!»«Тебе, брат, и вправду доктор нужен, только не баба-терапевт, а психиатр мужчина», -успел парировать Валерий. Повесив трубки, друзья искренне негодовали по отношению друг к другу. И никто первым другому так и не позвонил.
Среди общих знакомых поползли нехорошие слухи-неразлучные друзья теперь враги. Все их расспрашивали, интересовались, в чем дело. Оба какое-то время отмалчивались, но потом и того, и другого как прорвало. И Олег, и Валерий стали возмущенно рассказывать о том, какой в одном случае оказался негодяй один, и какой доверчивый дурак в другом. Часть друзей приняла сторону одного, часть другого, но авторитет обоих был подорван и нашлись такие, кто перестал с бывшими друзьями общаться. «Какая грязь, какая гадость», – говорили они. Прошло время. Олег с докторшей давно уже разошлись, испытывая друг к другу тщательно скрываемую неприязнь. Но однажды в эту неприятную историю вмешался его величество случай.
Общий знакомый Валерия и Олега-Серега волею судьбы тоже имел «счастье» познакомиться с докторшей. Влюбился и решил создать семью. На свадьбу, как и положено, он пригласил своих приятелей-и Олега, и Валерия. «Невеста у меня-чудо, -хвалился он и тому, и другому. – Она у меня будущий профессор медицины, сейчас учится в аспирантуре. Я таких порядочных и скромных девушек в жизни еще не встречал. Не пьет, не курит и, что главное, я у нее первый мужчина, а ведь ей уже двадцать семь». «Хоть кому-то повезло», -думали Олег и Валерий, поздравляя по телефону товарища и обещая непременно на свадьбе быть. Кстати, и тот, и другой должны быть свидетелями со стороны жениха.
P. S. Через час после встречи во дворце бракосочетаний, трое молодых мужчин сидели за огромным столом, накрытым праздничными яствами. Места, предназначенные для гостей, родственников и знакомых, пустовали. «Ты меня прости, друг», -сказал Олег, обращаясь к Валерию, разливая водку по рюмкам. «И ты меня прости», -ответил Валерий, раскладывая закуски по тарелкам. «А я хочу сказать вам спасибо, ребята», -мешался несостоявшийся жених Серега.-Большое спасибо за урок и за спасение. Теперь я еще долго не женюсь». Друзья чокнулись и выпили за женщин.
Увы, понимание Бога приходит к нам с годами.
К иконе на коленях подползла просительница -зубы во рту одеты в золотые коронки, на плечах накинуто норковое манто. Протянув к иконе руки, пальцы которых были унизаны золотыми кольцами, играющими драгоценными камнями, она молила, не помню что, то ли счастья, то ли любви, то ли здоровья, то ли удачи, то ли красоты и вечной молодости. Всё дающий поскреб по сусекам и отказал. Счастья, здоровья, любви и удачи -навсех рассчитано не было.
Человек, не испытывающий потребности в самосовершенствовании -живой труп.
Данила мобилизованный боец красноармейского отряда. Отряд попал в окружение. Прорывается, с боями, потери-страшные, невзгоды, лишения,
неудобства и прочее. Но Даниле подфартило: на берегу речки, в кустах, он обнаружил перевернутую лодку. Под лодкой этой, на куче тряпья лежала старуха-смерти ждала. А у Данилы с собой под шинелькой-шмат сала и бутылка настоящего первача припрятана от голодных и озлобленных товарищей моих. Выбрал он момент и незаметно от отряда отстал, вернулся к лодке той, занырнул под нее, со старухой помирающей рядом лег. Самогона выпил, салом заел, залез на старуху, натешился всласть и подумал-«Зачем война, зачем революция?,ведь жизнь и такпрожить можно!». Послышился топот копыт-«Думаю, гдето здесь этот гад прячется.«Данила узнал голос своего комисара.
Защити нас, Господи, от собственной дури и от дури других людей.
Старейший в городе, шестидесятилетний нотариус Шпак влюбился. Овдовевший в пятьдесят лет, он прожил несколько лет в одиночестве, искренне скорбя об усопшей. Но однажды, к удивлению друзей и знакомых, Шпак привез из глубокой провинции (куда выезжал по делам) молодую красивую жену. В день, когда они узаконили свои отношения, Шпак записал в дневнике: «Будь благословен день, когда я влюбился». Со временем оказалось, что у молодой несносный характер, при этом она не скрывала, что вышла замуж по расчету. Однако Шпак был влюблен и счастлив, не желая видеть и слышать ничего плохого. Эта эйфория продолжалась до той поры, пока молодая жена не завела себе любовника и,в конечном итоге, подав на развод, ушла к нему жить. Такого удара Шпак пережить не смог. Оставив на столе записку, он повесился. Записка была короткой: «Будь проклят день, когда я влюбился
«Счастливчиком», к кому ушла молодая жена Шпака, оказался Вертинский, сорока двухлетний адвокат, имеющий в городе неплохую практику. До этого Вертинский никогда женат не был, целиком и полностью посвящая себя адвокатуре. Женитьба стала для Вертинского шоком. Жизнь молодоженов проходила в скандалах, ссорах, взаимных обвинениях и даже в драках. От такой жизни Вертинский запил, дела его пошли плохо. И,в конце концов он свою практику потерял. Однажды, перебрав спиртного, после очередного скандала, Вертинский покончил с собой, оставив на столе короткую записку: «Будь проклят день, когда я женился».
P. S. Шесть месяцев спустя молодая вдова опять вышла замуж.
Не всё то золото, что блестит.
Татьяна с детства мечтала стать звездой. Тем более, что все предпосылки к этому были. Татьяна красавица, эрудитка и хорошо воспитана. Занимая престижные места на многочисленных конкурсах красоты, Татьяна неизменно приближалась к своей заветной мечте: быть богатой, независимой, много путешествовать быть знаменитой, востребованной, красоваться на обложках глянцевых журналов и на рекламных щитах. Не хватало только богатого принца.
За принцем дело не стало —Татьяна вышла замуж за миллионера. Родила близнецов и стала жить в огромном доме, в окружении многочисленной прислуги, нянек, охраны. Мужа она почти не видела —тот был всегда занят, а друзей и подруг у Татьяны тоже не случилось. Любимого дела не нашлось, своего капитала не было. О личной свободе не приходилось ни говорить, ни мечтать. Прожив так несколько лет, Татьяна стала замечать, что молодость, красота проходят —и вдруг поняла, осознала, что теперь она от своей заветной мечты стала намного дальше, чем когда-то в ранней юности.
Такого вы не увидите, такого вы не услышите: ни в Австралии, ни на островах Папуа – Новая Гвинея, ни в далеких Соединенных Штатах, ни в близкой к нам Европе. Такое можно увидеть, услышать только у нас.
Объявление в газете «Тюрьма и воля»: Желаю найти симпатичную юную подругу. Откликнись, милая, я подарю тебе всю любовь и ласку, не растраченную за годы одиночества в зоне. О себе: я добрый, без вредных привычек, люблю детей. Надеюсь на досрочное освобождение. Пиши-стану крепкой опорой в жизни нежным и ласковым другом. Абонент No 13666
Татарков казался сам себе неуловимым, потому как в живых никого не оставлял. Даже прежде, чем изнасиловать и ограбить, он сначала убивал, а после глумился над еще агонизирующим или уже бездыханным телом. С Марусей все вышло немного по-другому. Заманив ее под каким-то предлогом в темное место, Татарков, действуя как всегда, сначала нанес ей удар молотком по голове и, завалив прямо на землю, стал стаскивать с нее бельишко. Маруся очухалась и стала отчаянно отбиваться. Молоток был под рукой и Татарков шарахнул ее еще раз-больше Маруся не брыкалась.
Судьбе угодно-Маруся выжила. Месяц в реанимации, три в нейрохирургии-в черепе две металлические пластины. Теперь она единственная выжившая жертва и свидетель. Судили маньяка при большом скоплении народа. Зачитали жуткие подробности совершенных злодеяний: как проверял, бьется ли еще пульс, стучит ли сердце и если да, безжалостно добивал. Вынесли душегубу суровый приговор-жить в тюрьме до конца дней своих. Все вроде ясно, возмездие пришло, но в тот момент, когда народ стал расходиться, из зала вдруг раздался женский голос, обращенный к судье: «Позвольте осужденному сказать два слова». Просила мать, нет, не Татаркова, той в зале не было вообще, слово просила Марусина мама. Судья замешкался-стоит ли, но согласие все же дал. Зал замер, напряглась охрана, боялись эксцентричной выходки, попытки убить осужденного. Такое случается, если родственники пострадавших недовольны мягкостью приговора. Марусина мама подошла как можно ближе к клетке, в которой стоял убийца и, упав перед ним на колени, запричитала: «Спасибо тебе, Татарков, обещаю, сколько жить мне осталось, столько я за тебя молиться стану. Не забуду вовек, что не добил мою девочку, за то, что не убил до смерти. Как бы я жила без нее, без кровиночки моей. Как рада я, что она теперь опять рядом со мной, живая, а, стало быть, и мне есть зачем жить.»
На любого хитреца, всегда есть кто то похитрее.
Первую половину жизни Баталов проживал, часто меняя свою точку зрения. Изменения касались, в основном, образа и смысла жизни. Ему было даже интересно, что же, в конечном итоге, победит в его сущности – добро или зло? В какой-то день он прозрел и понял, что никто. Потому что добро и зло составляют в нем одно целое – они неразделимы как сиамские близнецы. Однако в его силах отдать чему-то предпочтение. На сей раз Баталов выбрал добро. Он уверовал в Бога, отказался от множества вредных привычек и по мере возможности дистанцировался от общества, в котором жил. Теперь в жизни Баталова главным занятием стало самосовершенствование, а доминирующим чувством любовь.
Самосовершенствуя дух и плоть при помощи здорового образа жизни, изучения философии, психологии и других гуманитарных наук, Баталов все-таки испытывал дискомфорт оттого, что ниша, предназначенная для любви, оставалась заполненной не до конца. Баталов любил Бога за его заповеди, любил природу, любил себя и любил еще много чего. Но ведь есть ещё и гормоны. Может поэтому Баталов и познакомился с Катей.
Катя – девушка ничем не выдающаяся, но у нее есть большое преимущество перед многими другими – она не испорчена во многих отношениях: наивна, скромна, не пользуется косметикой, не курит, не красит волосы, не пьет пива и не сквернословит. Но по мнению Боталова не имеет жизненных ориентиров. Отчетливо понимая, что в наше время встретить девушку с такими достоинствами большая редкость, Баталов ухватился за знакомство с Катей и стал всячески развивать его, хотя внешне она ему и не нравилась.«Главное, что появилось поле, на котором можно сеять зерна добра, а когда появятся всходы, придет и любовь», – рассуждал Баталов, – «ибо достижение любой цели – это продукт организованной деятельности».
Катя работала рядовым бухгалтером в маленьком женском коллективе и звезд с неба не хватала. Одинокий, непьющий, имеющий крышу над головой, Баталов в роли ухажера и даже жениха устраивал ее, хотя по её мнению и был жутким занудой. Пытаясь приблизить Катю к мудростям философии, чтобы она могла отделять добро от зла и сделать из нее единомышленницу, Баталов ежедневно встречал ее после работы и вел с ней заумные беседы. К примеру, он утверждал, что главнее та любовь, которая заставляет не срывать цветы, а выращивать их. Что женская преданность-верный путь к просветлению души. Или внушал, что личностный рост нужен хотя бы потому, что вкус высшего всегда лучше, чем вкус низшего. Таким образом, он пытался бороться с темными сторонами ее души, часто прибегая к помощи афоризмов, цитат и мудрых мыслей. А вместо цветов он дарил Кате произведения Ф.М.Достоевского. Эти разговоры Кате были малоинтересны. Ей хотелось посплетничать о рабочих буднях, о звездах эстрады, поболтать ни о чем, обсудить кого-то или что-то. Дома Катя пыталась прочесть «Преступление и наказание», но ей было не интересно. Хотелось на дискотеку или посмотреть американские мультики. Но, не желая сердить Баталова, Катя старалась: была послушна, терпелива и делала вид, что умнеет.
Чтобы заставить Катю думать о нем, Баталов настоял на том, чтобы Катя поставила на своем рабочем столе его фотографию и в рабочее время обязательно связывалась с ним по телефону – сказать, что соскучилась.
Так прошел год. Однажды у Кати на работе произошло мало кем замеченное событие. Главбух, отправив старого водителя на пенсию, взяла на работу нового – молодого, неженатого. Катя и шофер сразу проявили друг к другу интерес. Водитель пригласил Катю на дискотеку, а после привел ее к себе в сарай, где они до утра пугали мышей скрипевшими под ними досками.
В понедельник Катя спрятала портрет Баталова в стол, как всегда позвонила ему, но на этот раз соврала, что у нее тяжело заболела бабушка, и какое-то время она будет за ней ухаживать, и встречаться они не смогут. А еще главбух запретила говорить по телефону о нерабочих делах, так что звонить она тоже не сможет. Баталов, который к Кате привык, огорчился, но вынужден был принять временную разлуку.
Больше месяца Катя миловалась с новым водителем, пока не поняла, что беременна. Первым об этом узнал шофер. Первым и последним, поскольку на следующий день он уволился и встреч с Катей больше не искал. Решив втайне сделать аборт и скрыть беременность от всех, огорченная Катя вдруг вспомнила слова Баталова: «Тому, кто идет на поводу худших качеств своей души не поможет смена партнеров». Катя достала из стола фотографию Баталова, протерла ее салфеткой и, водрузив на прежнее место, решила ему позвонить.
Не видя Катю последний месяц, Баталов сначала почувствовал, потом понял, что на так старательно удобряемом им поле проросли сорняки неблагодарности. В какой-то момент ему стало обидно и горько. Тёмная сторона души тоже требовала своего. Пришлось призвать на помощь всю мудрость философии, чтобы банально не напиться в кабаке и не снять проститутку. К счастью, обошлось. Баталов снял трубку-«А вот и я», – сказала Катя. – Прости, что надолго пропала. Я страшно соскучилась и сейчас смотрю на твою фотографию». «Ты не представляешь, как я рад, что ты позвонила, – ответил Баталов. – Я ждал от тебя звонка в надежде, что ты все-таки признаешь, что благодаря мне ты стала понимать, что хорошо, что плохо. А значит дружба, между нами была не зря». «Конечно не зря-ответила Катя-И сегодня я отблагодарю тебя за это с полна.» Они встретились и Катя напросилась к Баталову в гости. Всю ночь они мешали спать соседям скрипя кроватью. А спустя неделю Катя решила сказать Баталову, что кажется она от него забеременела.
Но состоятся встрече было не суждено. На работу Кате принесли письмо от Баталова.«Перед тем как сказать тебе прощай, я хотел сказать тебе спасибо за прекрасное общение (особенно в последние дни). Благодаря тебе я понял, что тетерь я могу приносить пользу просвещая и других женщин. Я уже в поезде, еду строить Байкало Амурскую Магистраль. Не забывай то, чему я тебя учил и помни-умение смотреть в корень, предотвращает дурные последствия. Желаю счастья в личной жизни Баталов.
Смысл жизни человеческой – нести благую весть другим, делясь с ними радостью и миром.
Все бабушке подают. А тут подошел мужчина, похлопал бабушку по плечу и сказал: «Дай бог тебе здоровья. Не болей». Сказал и ушел. Бабушка прослезилась. Все только деньги, а тут -доброе слово.
Швейцар ресторана про себя завистливо подсчитывал дневные барыши официантов-Все им на чай дают-..Выходящий из ресторана сытый, слегка пьяный посетитель, мило ему улыбнулся: «Спасибо большое за ужин. Все было вкусно». Пожелав швейцару здоровья и счастья, посетитель удалился. Швейцар злобно сверкнул вслед глазами и сплюнул-все только добра желают, нет, чтоб денег дать.
Умирая думай о живых.
Мышка принюхивалась, поднимая мордочку вверх. Круп в кладовке хватало, и зубки было обо что поточить. Но новый запах манил – пахло сыром.
Понкратов, как всегда, вышел покурить на лестничную клетку. Стоя в ожидании у мусоропровода, Понкратов, достав из кармана женские трусики, нюхал их и закатывал от удовольствия глаза.
С ведром мусора вышла соседка. Ее стройную фигуру обтягивал коротенький халатик. Были ли под ним трусики? Понкратов схватил соседку за руку, другую запустил под халат, соседка под халатом была голой. Прижимая податливое тело к себе, он, тяжело дыша, целовал шею, глаза, грудь. Он уже овладел ею, стоя сзади, она млела и стонала от страсти.
В коробке хранились ленты из нарезанного поролона, для шпатлевки оконных щелей. В этом уютном теплом гнезде копошились лысые мышата. Сытый животик мышки-матери был заполнен разной вкуснятиной. Но запах сыра манил.
Зазвонил телефон. Понкратов взял трубку и услышал знакомый голос.«Мой заснул, выходи». «Кто это?» – спросила из спальни жена.«Ошиблись номером», – ответил Понкратов.
В кладовой раздался щелчок и писк.«Посмотри, что там, в кладовке», – попросила жена. Понкратов приоткрыл дверцу и заглянул. Мышыные лапки еще дергались, удар мышеловки перебил ей позвоночник. «Наконец-то попалась, дурочка, – констатировал Понкратов. – «Я пойду выброшу мышь и заодно покурю».
Ни Понкратов, ни соседка не услышали, как открылась входная дверь её квартиры. Перед тем, как получить смертельный удар кухонным ножом в спину, Понкратов успел услышать слова мужа соседки-«Наконец-то попалась дурочка!»
Не желая бороться со слабостями, мы рискуем потерять самих себя.
С грустью посмотрев на фотографию брутального мужчины Иван Васильевич взялся за штопку носков. Позже простирнул, погладил постельное белье, испек торт с заварным кремом, протер пыль в шкафах и, устав от хозяйственных хлопот, занялся собой. Покрасив волосы в радикально рыжий цвет, наложил маску на лицо, бесцветным лаком покрасил ногти на ногах и, взявшись за вязание, подумал, как все же не хватает в доме мужской руки.
Все, что мы заслужили, будет нам воздано.
От народа попахивало чем-то непотребным. К тому же не на кого было глаз положить—красивых людей в переполненном автобусе не было. Гаврилов перестал рассматривать одутловатые, землистого цвета лица и обратил свой взор в окно. На улице ароматами и разноцветьем бушевала весна.
Клара Финкельштейн—нервная, вертлявая, безгрудая, с лошадиными зубами девица. Она развратна как бес из преисподней. В процессе совокупления Клара хлещет Гаврилова плеткой, заставляет облизывать ее ноги и ругается матом. А глаза у нее большие, черные и горят как светлячки в темном лесу. Гаврилову все это очень нравится, и он подумывает на Кларе жениться.
Вместо собак для опытов академик Павлов вполне мог использовать Тамару Б. Совместное создание Бога и Дьявола, Тамара Б реагировала на окружающий мир рефлекторно. Покажи ей, к примеру, пенис—между ног у Тамары станет влажно. Покажи что-то вкусненькое—потечет слюна. Покажи блестящий предмет—рука потянется инстинктивно, сама собой. И так во всем.
В кафе, где пышногрудую Тамару Б ждал Гаврилов, его обслуживал крашенный в радикально рыжий цвет женоподобный официант. Немного манерный, лет на десять моложе Гаврилова. Так и не дождавшись белокурую Тамару, Гаврилов рассчитываясь, сам не зная зачем, сказал официанту, что тот очень симпатичный и обаятельный, при этом оба искренне обменялись улыбками.
Футбольное поле было изрядно вытоптано. Начало игры по причине угрозы теракта задержали. Фанаты с помутневшими от жары и пива мозгами, не дождавшись первого свистка, затеяли разборки на трибунах. Гаврилов был в шоке, когда узнал в разъяренном юнце, бьющем каким-то твердым предметом в лицо мужика, болеющего за другую команду—того самого обаятельного официанта.
Позже выяснилось, Тамара Б не пришла на встречу к Гаврилову по причине отсутствия мозгов. Какой-то кавказец, сидя за рулем «мерседеса» взялся ее подвезти. По дороге, восхищаясь ее красотой, наобещал золотые горы, не пыльную, но хорошо оплачиваемую работу и норковую шубу в подарок от фирмы.
Тамара, проглотив наживку, повелась и согласилась пойти к кавказцу в офис—подписать договор. В офисе (номере отеля) выпили за удачный день и кавказец стал гнусно приставать. Тамара утверждала, что вырвалась и убежала, не дав себя обесчестить. Гаврилов конечно же ей поверил.
Клара Финкельштейн, к большому сожалению Гаврилова очень удачно вышла замуж за богатого австрийца. Проживает теперь в Вене в красивом особняке. Учится на филолога и хочет открыть частную школу для эмигрантов из бывшего СССР.
Свадьба Гаврилова и Тамары Б. проходила в том самом кафе. Молодоженов обслуживал тот самый официант. К полуночи захмелевшую Тамару все чаще и чаще приглашал на танец азербайджанец с золотыми зубами. Во время танца золотозубый приглашал хоть на пять минут подняться к нему в номер, чтобы подписать контракт. Обещая ей очень хорошую работу на его фирме и кольцо с бриллиантом в подарок. Наученная горьким опытом, Тамара в номер идти отказалась, но телефончик азербайджанцу дала.
Гаврилов все чаще выходил покурить, где все время сталкивался с обаятельным официантом. Гаврилов чувствовал, что случись между ними близость, официант, как и бросившая его Финкельштейн, будет окучивать его плеткой и ругаться нецензурной бранью. Официант и Гаврилов обменялись телефонами.
Без чудинки людей не бывает.
Проснувшись в своей холостяцкой квартире, молодой мужчина тщательнейшим образом при-водил себя в порядок. Зарядка, бритье, душ. Одевшись во все лучшее, он придирчиво осмотрел себя в зеркало и, оставшись доволен результатом, решил: «Теперь можно и по бабам. Поудобней усевшись у телефона, молодой мужчина налил рюмочку коньяка, закурил и, сделав глоток, позвонил, набрав знакомый номер «Секс по телефону».
Для большинства представителей рода человеческого основным в общении друг с другом является выяснение отношений.
«Пожалуйста, не веди себя так, как я не люблю. Не надо меня раздражать, действовать на нервы. Тем более, ты прекрасно осведомлена, чего я люблю, чего не люблю. Слава Богу, не первый год встречаемся». Он занудливо выговаривал ей то, что говорил уже не раз, раздраженный ее очередным опозданием на сорок минут.«Да ну тебя, -отмахивалась она.—просто ты ко мне придираешься. И вообще я хорошая…» «Да пойми ты, – продолжал он, -женщина нужна мужчине только для того, чтобы приносить ему радость. Доставлять разные удовольствия: обольщать, ублажать, умилять и так далее. А если женщина этих функций не выполняет, то мужчина может найти себе и другую». «Ну хватит злиться», -примирительно говорила она, чмокая его в щеку. Он успокаивался и опять в ней души не чаял.
Пять дней спустя он ехал забрать ее с работы —в его машину врезался грузовик. Повреждён позвоночник, нижняя часть тела стала неподвижной. Первые дни она часто приходила к нему, после реже, потом еще реже и вскоре перестала приходить совсем. Он злился, звонил ей, выговаривал свои претензии и обиды, но однажды услышал в ответ: «Пожалуйста, не веди себя так, как я не люблю. Не надо меня раздражать, действовать на нервы. Тем более, ты прекрасно осведомлен, что я не люблю твое занудство. Ты должен понять: мужчина нужен женщине только для того, чтобы приносить ей радость и удовлетворение. Доставлять ей разные удовольствия: ублажать, содержать, везде её сопровождать. А если мужчина этих функций выполнять не может, то женщина найдет себе другого мужчину». Он выслушал и понял —между ними все кончено.
Иногда зло возникает из за желания людей изменить свою жизнь к лучшему.
Анатолий Филимонович известный в криминальных кругах барыга понял и знал —Инесса больше никогда к нему не вернётся. Двенадцать лет совместной жизни и все коту под хвост. Избаловал он ее. Это уже совсем не та Инесса, которая двенадцать лет тому была продавцом парфюмерного отдела. Шубу ей купил, цепей золотых, даже кольцо с бриллиантом. Ухайдакал за эти годы денег —не счесть. Правда, и хорошего было много, а какой секс она дарила —чудо. С другими бабами такого секса —увы! А потом постепенно охамела. Последнее, что он слышал от нее: «Встретимся в суде при разводе». «Ну и ладно, Бог ей судья. Я не такой злопамятный, как она. Прощаю ей все грехи и завтра обязательно к ней пойду попрощаться. Отпевать ее будут в Михайловской церкви. Три дня тому разбилась насмерть, находясь за рулем. Кстати, машину ту, тоже я ей подарил и механик, что ту машину обслуживал, тоже мой человек».
Пусть каждый решит для себя: нужно ли освободиться от влияний внешних или от влияний внутри себя.
Наркотики: Дружили со школьной скамьи, покуривали травку и не тужили, Толик и Виталик. Подросли, женились почти в одно время и дружили уже семьями. Дружили долго, но уже без Анюты жены Толика. Обнаружился у нее рак. Болела тяжело, год промучилась и умерла. По своему Толик жену любил и от потери ее очень страдал. Очень, потому как лежащую дома Анюту, колол обезболевающими наркотиками-да и сам на них и подсел. Став вдовцом, Толик чаще обычного выпивать начал, стал раздражительным. Пил, как правило, с искренне сочувствующим другом Виталиком. И, чего раньше за ним не водилось, начал он на Виталике по любому поводу зло срывать. Виталик терпел, терпел, да и вызвал друга на откровенный разговор. Потребовал от Толика, чтобы тот выложил начистоту все, что на душе лежит.«Жена перед смертью призналась мне —покаялась. Тебя просила не винить, утверждала, что хотела этого сама», -начал изливать душу Толик. «Ладно, грех этот на ней, простил я ее. Ее и так Бог наказал, а вот тебя я не понимаю. Хотела она, не хотела соблазнить тебя -это вопрос второй. А вопрос первый: как ты при этом поступил? Ведь ты мой друг. А если бы твоя жена захотела со мной, что я по-твоему должен был делать? Предать тебя? Нет, брат, я как друг твой поставил бы твою жену на место, урезонил, усовестил бы. И, конечно же, никогда никому об этом бы не рассказал». Виталик был сильно смущен и даже подавлен. «Ну, хватит уже злиться, -сказал он.—Хочешь, если тебя это конечно утешит, переспи с моей женой и будем квиты». Толик удивленно вылупил на Виталика глаза: «Ты что, серьезно, или шутишь?» «Серьезно, -ответил Виталик.—Очень я хочу, что бы между нами не было обид и недоразумений». «Ну ты молодец», -после небольшой паузы отозвался Толик. Предложил другу выпить и примирительно сказал: «Дурачок ты, дурачок, честно скажу—такова предложения я от тебя не ожидал, ведь знаешь, что я никогда этого не сделаю-ведь ты мой лучший друг. Да и жена твоя, любит тебя как мартовская кошка, да и женщина она неприступная. Ладно, забыли, давай лучше выпьем». Друзья выпили, а про себя Толик подумал: «Дурак ты, братец, дурак, то, что ты мне предложил, мы с твоей женой давно уже сделали. Задолго до того, как дура моя, Анюта покойница затащила тебя в постель».
То, что тебе верят, еще не значит, что ты говоришь правду.
Подстава: Волею судьбы, Толик как и покойница Анюта тоже попал в онкологию-будучи совсем не готовым к такому удару судьбы. А между тем приговор был суровым-рак печени третьей степени.«Почему я?» -стучало в мозгу ошарашенного Толика. В глубине души он надеялся, что это ошибка, что все еще обойдется. Но, оказавшись в клинике среди себе подобных, осознал-жизнь зашла в тупик. Еще вчера Толик снисходительно сочувствовал другу Виталику, который страдал оттого, что у него обнаружили гепатит «С». Со страха, по этому поводу Виталий не на шутку захандрил. Он даже попытался изменить образ жизни. Бросил: выпивать, курить, портить девок, шляться по злачным местам. Подсел на лекарства, диеты и даже перестал посещать казино-без чего до диагноза считал жизнь скучной рутиной. Именно Толик сумел вытащить его из депрессии. Расшевелил, заставил вернуться к старому образу жизни. Просто вместо алкоголя сок, вместо курева леденец, а девки и казино гепатиту не помеха-живи да радуйся. Конечно, чего скрывать, у Толика был свой интерес. Какая гульба без Виталика? Он женский любимчик, заводила, с ним интересно и выгодно во всех отношениях. И вот на тебе, до утешался. У самого рак печени. А Витальке-то что, ему теперь и без Толика жизнь – малина.
Толик быстро забыл о радостях жизни-потерял сон, аппетит. Интенсивное лечение выматывало, забирало последние силы. Он похудел, пожелтел, осунулся, от химиотерапии вылезли последние волосы. На этом фоне слова Виталика, который неумело пытался обнадежить Толика фразами типа: «Ничего, дружок, скоро поправишься, и опять загуляем вдвоем» -казались просто издевкой. Рак-это не гепатит «С». А, значит, Толик не сегодня-завтра сыграет в ящик, а счастливец Виталик останется жить. Пить с телками фрэш и играть в казино. Страдающий от болей Толик сказал Виталику, что хочет устроить себе маленький праздник, забыть о болях, расслабиться, и попросил друга приобрести для него наркотики. «Съездишь к цыганам, адресок я тебе назову. Денег я тебе с собой дам побольше, тысячи две, три долларов – чтобы больше к ним не ездить. Купи всего, что у них есть и побольше, денег не жалей. Хочу попробовать все-и героин, и кокаин, и все, что предложат».
Ехать к цыганам Виталию очень не хотелось, но отказать умирающему другу он не смог. Закупив товар, как ему заказывали, Виталий собрался к Толику. Виталий положил коробку с наркотой в карман и на выходе был скручен и уложен на пол лицом вниз сотрудниками милиции из отдела по борьбе с наркобизнесом. Лежа под капельницей, Толик думал о друге, сидящем на нарах под следствием: «Ну вот, теперь неизвестно, кому из нас хуже». Но легче от этого ему не стало.
Если вы чего-то не замечаете в себе, то это не значит, что этого в вас нет.
К тридцатисемилетнему Владимиру Авдюшкину в душу сначала прокралась зеленая тоска. Скучающим взглядом он осмотрел толпу наряженных, что-то жующих сослуживцев. Затосковав еще больше, он одним махом опрокинул в себя содержимое стакана. С трудом оторвав взгляд от опорожненной им бутылки марочного виски, Авдюшкин направил свой взор в сторону веранды. Там, облокотившись на ограду, в гордом одиночестве, стояла, смотрела на переливающуюся разными цветами воду бассейна, дочь шефа Авдюшкина —юная мечтательная Галатея. Как и Авдюшкин, она явно скучал на этой корпоративной вечеринке, организованной ее папочкой. Образ юной девы вытеснил из души Авдюшкина тоску и до краев заполнил ее -то ли страстью, то ли похотливым желанием. Впрочем, может быть виновато виски, а может это было наваждение или бредовая идея —дело темное. Авдюшкин дочь хозяина возжелал, да так, что здравый смысл покинул его без остатка. Несмотря ни на то, что он женат и у него есть дети, ни на то, что за свою любимую дочурку шеф просто порвет как Тузик мячик, выгонит с работы, втопчет в грязь, в пыль сотрет —все это Авдюшкина не остановило. Он сосредоточился на исполнении страстного желания. Авдюшкин принял образ загадочного мачо и с двумя бокалами в руках подошел к желанному объекту. Принеся свои извинения, он отвлек девушку от созерцания воды. «На своем веку я немало знавал девушек, разных и всяких. Но когда увидел вас, понял —вы случай особый. Не знаю, кто вы, соврал Авдюшкин. —Но такой загадочной, чудесной красотки как вы я еще не встречал. Вот за это я и предлагаю выпить». Авдюшкин протянул бокал растерявшейся семнадцатилетней девственнице, посредственной внешности и небольшого ума. Они сделали по глотку. И Авдюшкин, как под гипнозом, вкрадчивым голосом продолжил: «Хочу, чтобы Вы знали: я влюбился в вас с первого взгляда, даже не зная, кто вы и что вы, -опять соврал он. —Это и неважно, потому что я бесповоротно решил и понял —вы моя женщина. Я уверен, мы созданы друг для друга, невзирая ни на какие преграды, мы поженимся, исколесим весь мир и везде будем счастливы. Решайтесь!» -решительно предложил он, чокнувшись своим бокалом о бокал остолбеневшей девственницы. «Давайте сбежим с этой пошлой вечеринки и уедем ко мне на дачу? Мы будем держаться за руки, смотреть на луну и я расскажу вам, как крепко я вас буду любить». Под его напором и жаждой приключений она уступила. Они допили то, что было в бокалах. «Жду вас в красном „ситроене“, выходите сразу за мной, жду». Авдюшкин резко развернулся лицом к залу, осмотрелся. Все продолжали заниматься своими делами. Никто не обратил внимание на средней руки клерка, на минутку подошедшего к дочери хозяина. Поставив пустой бокал на стол, Авдюшкин, никем не замеченный, вышел из огромного зала гостиничного ресторана. Обезоруженная таким напором и таким романтическим приключением, юная, неопытная дева решилась.
О сне речи быть не могло. Авдюшкин включил свет. Сморенная выпитым, уставшая от непривычных любовных утех, на широкой кровати распласталась Галатея. Удовлетворенный, получивший все, чего ему хотелось от девушки, протрезвевший Авдюшкин с ужасом смотрел на причмокивающую во сне дочь своего всесильного шефа. Переполненная страхом душа, да и вся его сущность паниковала, ища ответа: «Что теперь будет? И что теперь делать? Ясно было одно, что карьерного роста, добрых отношений с женой и прежней размеренной жизни, больше не будет никогда.
Иные желания сильнее опыта жизни.
Семидесяти пяти летний вдовствующий пенсионер Иван Никитич Нарышкин в очередной раз, как у них уже второй год повелось по субботам. Встречал у себя в двух комнатной Хрущёвке двадцатилетнюю Клаву Кравчук.
А началась эта странная связь довольно прозаически. Покойная жена Ивана Никитича (царство ей небесное) имела несчастье в результате случившегося инсульта-быть прикованной к кровати. Вот тут то, благодаря расклеенному объявлению и явилась Клава Кравчук-студентка медицинского колледжа. Клава взялась за небольшие деньги забегать после занятий к Нарышкиным. Поменять больной памперсы и помочь Иван Никитичу по хозяйству. Откушав вместе с Иван Никитичем, что Бог послал, в восьмиметровой кухоньке, Клава возвращалась к себе домой, к неведавшей о её побочном заработке мамаше.
Когда жена Иван Никитича почила Клава за те же деньги продолжала помогать Иван Никитичу вести нехитрое хозяйство. Стар и млад попривыкли друг к другу и после совместного приема пищи с неизменным бокалом сухого вина Клава перестала спешить домой предпочитая устроившись на уютном диване просматривать на большом экране дисплея всякие невероятные страсти мордасти. Как то: казнь на электрическом стуле, отрезание голов неверным моджахедами, и сооблазнения невинных девиц. Сам Иван Никитичь раньше К компьютеру никогда не подходил-жена покойница запрещала. Она зарабатывала будучи бухгалтером по удаленке. Зато сейчас сидя рядом с увлажнившейся в интимных местах Клавой, так же как и она охал ахал и оба комментировали происходящее на экране. Дело кончилось тем, что невинная Клава по причине своей невзрачной внешности не вызывающий интерес у противоположенного пола, однажды посмотрев как красавица девица сделала минет. Возбуившись она испытывающим взглядом посмотрела на Ивана Никитича и решительно заявила -я тоже хочу попробовать. Иван Никитичь возражать не стал. Таким образом эта странная пара вступила в сексуальные отношения. Потому как каждому из них очень хотелось попробовать того, что они насмотрелись в интернете.
В тот злополучный день после принятия лошадиной дозы дешёвого заменителя Виагры секс был долгим и изнурительным. Измочаленный Иван Никитичь и неутомимая Клава после разнообразного кувыркания на широком диване, оба взмокли и обессилили. Улёгшись валетом он и она впялились в потолок не моргающим взглядом впав в прострацию. Через пятнадцать минут Иван Никитич заснул. Прошёл час, может два оба не шелохнулись.
Первым зашевелился Иван Никитич, он положил руку на Клавино бедро и почувствовал, что оно холодное. Потрепав Клаву по ноге Иван Никитичь приподнявшись с ужасом посмотрел на Клавино лицо. Глаза приоткрыты, черты заострились. Иван Никитич стал трясти Клавино тело, хотя жизненный опыт подсказывал-Клава мертва и тело её почти остыло.«Ё моё, ё моё» -запричитал Иван Никитичь. Бочком но сполз с дивана и встал над безжизненным телом. Иван Никитичь прислушивался к своим несущимся мыслям. Искусственное дыхание, массаж сердца, вызвать скорую. Чушь собачья, она сто процентов мертва. Нет, трогать ничего нельзя надо звонить в милицию. Накрыв Клавино тело простынёй Иван Никитичь оделся и стал лихорадочно прятать в коробку из под обуви: вибратор, фаллоимитатор, анальную пробку, тюбик со смазкой для интимных мест и другие секс игрушки.
Милиция и скорая приехал почти одновременно. Молодой доктор откинул простыню. Осмотрев тело констатировал-следов насильственной смерти не обнаружено.«А что случилось, папаша? -спросил ещё более молоденький сержант. Иван Никитичь потупив голову, откашлявшись промолвил-«Мы занимались сексом, а потом заснули. Я проснулся и вот.»«Чем занимались?» – недоверчиво спросил доктор.«Сексом» -стесняясь самого себя скорее простонал чем ответил Иван Никитичь.«А сколько длился процесс? – уточнял доктор.«Час, может быть больше» -ответил Иван Никитичь.«Сколько, сколько "-пожелал уточнить сержант, который что то записывал в протокол. Лица присутствующих не смотря на трагичность ситуации расплылись в иронических улыбках. Нихрена себе 55лет разницы, а туда же, это круто-подумал сержант. Он даже хотел пожать дедушке руку. Но потом передумал-пдследственный всё таки.
Тело Клавы увезли в морг. С Ивна Никитича взяли подписку о не выезде и сказали -когда надо вызовут.
Пока разбирались, Клавина мама писала жалобы во все инстанции. Почему насильник, маньяк, убийца до сих пор не под стражей. И настаивала на разбирательстве в судебном порядке.
В процессе разбирательства было установлено, что у Клавы был врождённый порок сердца и она стояла на учёте в местной поликлинике. Внезапная остановка сердца, написано в заключении о смерти. Но из за настойчивости мамаши суд всё таки состоялся. Где Иван Никитич проходил как свидетель.
Строгая женщина судья при большом скоплении любопытствующих попросила Иван Никитича рассказать как дело было в тот злополучный день.«Ну Клава пришла, накрыла на стол. Мы покушали, выпили по стакану портвейна». «Врёшь гад. Клавочка в рот не брала.» -крикнула из зала Клавина мать-женщина громогласная, крупного телосложения.«Продолжайте» -подбодрила судья втянувшего со страха голову в плечи Иван Никитича. «После мы включили компьютер и стали смотреть секс. Клаве нравилось .«Врёшь гад» -кричала из зала Клавина мамаша.-Доча и знать не знала про такие гадости. Судья очередной раз стукнув молоточком, пригрозила вывести буянку из зала.-«Продолжайте». «Потом Клава чтобы меня завести станцевала танец живота.«Врешь гад, моя дочь не танцует.«Судья опять стукнула молотком.«Ну а потом как обычно мы стали по разному заниматься сексом.»«Врёшь гад, Клавочка девственница у меня. Я этого так не оставлю, я до президента дойду» -кричала Клавина мать которую двое дюжих охранника безуспешно пытались вывести из зала. И без того, маленький, щуплый Иван Никитич сжался в комочек и совсем не ассоциировался с сексуальным монстром. В какой то момент он поймал на себе злобный взгляд Клавиного брата-крепыша с густыми сросшимися бровями. И понял что этот скорей всего отрежет, а то и отрубит топором его мужское достоинство. В груди Иван Никитича что то кольнуло и вместо того что бы продолжить повествование, он схватившись за сердце и медленно сполз на кафельный пол.
Если каждый день проживать как последний, то последний день будет не за горами.
Василий Иванович работал в ресторане. Не с очень раннего утра он был уже в торговом зале, занимаясь подготовкой. К самому открытию к нему забежал приятель попить чаю, да так и остался до самого обеда. В первую половину дня народ шел лениво, но уделить много внимания другу Василий Иванович не мог. К началу обеда народ пошел веселее. Закусывая, приятель просил Василия Ивановича присесть рядом, пропустить рюмочку. Василия Иванович разводил руками: «Прости, брат, работы много». Приятель его, не спеша отобедав с выпивкой и разнообразной закуской, завязал знакомство с дамами за соседним столом. Пересел к ним, заказав шампанское и десерт, при этом без-успешно пытаясь привлечь внимание Василия Ивановича, но тому было не до того. И сам, того не замечая приятель, остался на ужин.
Вечером разгоряченный от выпитого приятель Василия Ивановича заказывал музыку, вытанцовывая то с одной, то с другой, периодически нагружая Василия Ивановича всякими соблазнительными предложениями. Но заработавшийся Василий Иванович с искренним сожалением отмахивался, говоря-может быть позже..
После работы довольный заработанными деньгами, уже Василий Иванович соблазнял приятеля поехать к девочкам, или в ночной клуб. Но всю дорогу ему пришлось выслушивать жалобы о том, как приятель сильно устал и как много потратил денег.
Заблуждения -есть не совершенство.
Скажите, мадам, ну что у вас общего с этим неприятным мужчиной? Он толст, лыс, стар, потлив, бескультурен. Красивая женщина ответила честно: «Внешность его, да и он сам, меня интересуют мало, все это можно потерпеть. Мне интересно содержимое его чемоданчика, в нем лежит достаточно крупная сумма денег, я видела это своими глазами, и уж можете мне поверить, что я постараюсь заполучить их, чего бы мне это ни стоило.
Ответьте, уважаемый, вы что, серьезно рассчитываете на какую-нибудь симпатию со стороны этой красотки? Невысокого роста толстяк выплюнул зубочистку из угла рта и, высморкавшись, про-мямлил: «Плевать я хотел на ее взаимность и отношение, я желаю заполучить ее прекрасное тело и не далее как сегодня добьюсь этого». Ухмыльнувшись, он добавил: «Надо было видеть, как загорелись ее алчные глазищи, когда я, открыв чемоданчик, показал ей прекрасно изготовленные «куклы».
Веровать -значит бояться.
Повадился в одну из забегаловок как-то приезжий. Видимо, забегаловка была на пути к его санаторию. Повадился, выпивал каждый раз одно и то же-стакан крымского портвейна. Повадился и всегда с претензиями-почему недоливают, почему нет меню, почему обсчитывают, почему не пробивают по кассе и почему на стакане щербинка. Повадился и каждый раз грозит вывести работниц на чистую воду, сообщить в санэпидстанцию и ОБХСС. А Маруська, уборщица и по совместительству посудомойка, возьми и ляпни одной из мордастых буфетчиц: «На, говорит, тебе флакончик, капни этому гаду в стакан -Пусть обгадится и больше не появится!» Буфетчица так и сделала. И вправду больше этого отдыхающего в этом кафе никто не видел.
О рае нам мечтать не надо, поскольку человек, живущий на земле, достоин только ада.
Ветеран Отечественной Данила Иванович сидел на завалинке в ожидании, когда в деревню пустят ток, устранив очередную неполадку на подстанции. По этой причине Данила Иванович не спешит в хату к любимому своему черно-белому другу телевизору «Рубин», верой и правдой служившему ему двадцать семь годков. А пока Данила Иванович греет косточки на весеннем солнышке. Наблюдает, как в дрызг пьяный местный тракторист на своем сохранившемся со времен советских пятилеток гусеничном тракторе «ЗиЛ», рискуя опрокинуться, сползает в кювет с грунтовой дороги. Созрев для дачи дельного совета, рискуя завязнуть в непролазной грязи, Данила Иванович, кряхтя, встал и пошел к буксующему трактору, а заодно и спросить, что с электричеством. Хотя о причинах обесточивания деревни можно было догадаться: либо опять украли масло, слив его из трансформатора, либо срезали со столбов провода, или уперли медные детали для сдачи в металлоприемник. На полдороге Данила Иванович к трактору идти передумал. Потому как жалко стало трофейных сапог. Он их с войны привез, сняв с убитого им эсэсовского офицера. За офицера того получил медаль «За отвагу», которую снимал, как и сапоги, только на ночь. «Да и что про электричество, что тракторист скажет? Пьяный, небось, вдрызг!» Вернувшись во двор, Данила Иванович вытянул из колодца ведро с водой. Намочив желтой колодезной водой ветошь, стал стирать налипшую грязь с тщательно начищаемых ежедневно сапог. Раньше вода в колодце не была желтой. Пожелтела она после того, как недалеко от деревни, в сторону освобождённой от фашистов Европы, лег газопровод. От того в местной речушке передохла рыбешка, да и когда то родниковую воду воду, теперь приходится через марлю процеживать и кипятить на русской печи. До деревни газ так и не дошел, не дотянули. В местном бюджете денег нема, ну, да Бог с ними!» Данила Иванович, кряхтя, нагрузился пятью поленьями и пошел в избу печь разжигать —ночи еще холодные.
Свет дали, как всегда, неожиданно и Данила Иванович поспешил к телевизору —ведь там такое увидишь, чудеса да и только. То дочь Сталина, живущую в Америке, то вдрызг пьяную дочь Брежнева, то дочь бывшего градоначальника Ленинграда покажут, когда полуголую, когда болотирующуюся на пост президента страны. Иногда сына Никиты Хрущева, в Англии зарабатывающего на пропитание. То бывшего генерального секретаря ЦК КПСС Горбачёва, сытно живущего «за бугром» в окружении банкиров и олигархов. То мэра города, героя Москва, с женой-миллиардершей. То пьяного в хлам президента новой России Ельцина. То сбежавшего с миллионами банкира столичного Банка, то бывшего генерала КГБ продавшего за бугор секреты страны, то депутата Государственной думы не скрывающего, что он мафиози —и все они кто из Европы той, а кто из Америки, ругают да поносят Россию-мать. Забавная все-таки штука —этот телевизор, вот ведь хреновина какая.
В каждом человеке сидит кто-то, кто сильней его самого.
Во сне к Алферову прилетел ангел. Очень убедительно ангел поставил Алферова в известность, что наступивший год будет в жизни Алферова последним. Поставил в известность и улетел туда, куда определяют человеческие души. А Алферов остался на земле, в кровати. Поспал еще часа два и проснулся. Почему-то то, что сказал ему ангел, сомнений у Алферова не вызвало. Поэтому последний годик Алферов твердо решил прожить иначе, чем прожил предыдущие сорок пять. Жену Алферов уважал, но не любил. Дочь любил, но без фанатизма. Поэтому из семьи он ушел. Уволился с работы, продал все, что мог продать и для начала отправился в неведомые страны, куда всегда мечтал попасть. Путешествуя, Алферов особо не шиковал, но и не отказывал себе ни в чем. Это выражалось в том, что он наконец-то дал волю всем своим порокам, всю жизнь сдерживаемым, то статьями уголовного кодекса то совестью, то общественным мнением и прочими предрассудками. В Таиланде Алферов вступал в половые связи с тем, с кем понравится: с теми,с кем почему-то раньше было нельзя. Пил не в меру алкоголь, баловался наркотиками, практически не спал и не соблюдал режим дня, так почитаемый когда-то.
Десять месяцев спустя гроб с телом Алферова доставили в Россию, к гробу прилагалось медицинское заключение, из которого можно было понять, что все органы комплекса у Алферова были в порядке. Ни хронических, нисмертельних болезней не выявлено, и жить бы Алферову да жить. Но сердце не выдержало перегрузок, остановившись от обширного инфаркта.
Мужчин и женщин роднит то, что ни те, ни другие не желают прилагать усилия к самосовершенствованию -особенно в направлении духовном.
Была у них трехкомнатная квартира. Жили -мама, папа, дочь. Папа умер от рака. Стали жить дочка с мамой. Дочка выросла и влюбилась. Парень попался иногородний, военный. Сыграли свадьбу. Прописали парня у себя и снова стали жить втроем, пока не появился четвертый сынишка. Сынишка рос, а бабушка старела, и, когда мальчику исполнилось три года, бабушка умерла от инфаркта. Только бабушка умерла, папа мальчика влюбился в другую тетю и с мамой мальчика развелся. Развелся и привел в квартиру другую тетю, она тоже была иногородняя -прописал он ее, и стали они жить вчетвером, пока новая тетя не родила девочку. Однажды, какое-то время спустя, новая тетя неожиданно вернулась домой и застала мужа с первой женой -матерью мальчика. Рассердилась она и подала на развод. Папа и мама мальчика совсем не расстроились, даже наоборот они оба жалели о своем разводе. Развелась мама девочки с папой мальчика и привела в квартиру нового дядю -прописала его, и стали они жить вшестером. Долго жили, пока папа мальчика не застал нового дядю с первой своей женой. Застал и рассказал все второй бывшей жене. Обиделись они оба и стали снова жить друг с другом. Чем закончится эта история -пока не знаю. Надо подождать. Ведь в квартире растут мальчик и девочка.
Не все блины одинаково полезны.
Предприимчивые люди построили кафе-стекляшку. Здание получилось прозрачное, как хрустальный дворец. Катерина была очень довольна, что ей предстоит работать в этом современном заведении. Ее уже обучают на курсах. Она будет прямо на глазах посетителей жарить блины. Перед Катей большая плита, никаких сковородок. Льем тесто на горячий железный круг, переворачиваем, в серединку кладем начинку, чего клиент пожелает. При помощи стальной лопатки складываем блин в конверт-готово, следующий! Народ в новую кафешку повалил сразу. Огромное разнообразие блюд, но блинчики-самые дешевые из них. Возле Катюши всегда очередь, с раннего утра до позднего вечера. Катя работает как автомат, по сторонам смотреть некогда, на клиентов тоже. Блины требуют постоянного внимания. Следующий! И так день за днем. Платят, как и обещали, хорошо, жаловаться грех, а вот с выходными – только один день в неделю. В этот единственный день Катя пытается выспаться. По ночам ей снится один и тот же кошмар. Она-заводная игрушка. Из спины у нее торчит огромный ключ. По утрам бригадир поворачивает его несколько раз до упора. Внутри у Кативсе трещит и напрягается. Двери кафе открываются, и голодная толпа летит прямо на нее. Катя-робот.-Следующий, следующий. Выходной Катя проводит в постели. Глаза красные, ноги гудят, руки болят, хочется только лежать. Ни подруги, ни дискотек, ни мальчиков. В мыслях только блины. «Вам с чем -с медом, сметаной, вареньем? Следующий!». Катя возненавидела стеклянное кафе, плиту с двумя железными кругами, жидкое тесто, а особенно вид и запах жареных блинов. Однажды, когда Катя, закончив смену, шла домой, к ней подошел молодой человек. Предложил познакомиться. «Спасибо, не надо», -даже не посмотрев на парня, ответила Катя. Спустя два дня парень опять преградил ей дорогу. «Ну, а проводить-то вас можно?»«Провожай, если охота», -равнодушно сказала Катя. Всю дорогу до Катиного дома парень не закрывал рот. Рассказывал про себя, о компьютерном клубе, куда он ходит. Теперь молодой человек каждый день провожал Катю домой, они даже целовались. Блины Катя стала ненавидеть пуще прежнего. Теперь она ждала окончания смены, а время почему-то стало идти медленней. Плюс, когда она, стоя у плиты, вдруг начинала думать о парне, проклятые блины то подгорали, то она заправляла их не тем, чем заказывали. «Вот, блин, -ругалась Катя и вслух, и про себя.-Извините, а вам с чем? -Следующий»
Однажды молодой человек пригласил Катю к себе. «Посидим, поужинаем, а если захочешь, останешься. Ведь завтра у тебя выходной». Катя чуть поломалась и сказала-да. Дома у парня было тепло и уютно. Катя выпила вина, съела яблоко и после жарких объятий млела у парня на плече. Наконец-то Катя забыла о блинах, обрела покой и счастье. Парень ласкал Катин слух приятным разговором, может, даже признанием. «А ведь я тебя давно приметил, с первого дня, как открылась кафешка. И приходил туда только ради тебя, ну и блинов поесть. Я их очень люблю и могу съесть много. Сяду, бывало, за столик напротив тебя и любуюсь, как ловко и быстро ты блинчики жаришь. Красота, глаз не оторвешь. Вот, думаю, мне бы такую способную девушку. У меня к тебе просьба, пойди на кухню, там все есть: и мука, и молоко, и яйца, и плита у меня тоже электрическая. Поджарь, пожалуйста, блинчиков, уж очень я их люблю»
Благие намерения, бывают опасны.
Доктор юридических наук, член парламента, был демагогом. Но тут ничего не поделаешь. Если человек по своим убеждениям либерал, то он не может не быть демагогом, так уж повелось. Доктор часто выступал по телевидению, писал статьи в газетах, высказывая мысль о варварстве смертной казни в эпоху, когда, как говорится, «наши космические корабли бороздят.» На одном из брифингов за ним, прищурив глаз, наблюдал полковник, руководитель отдела по борьбе с организованной преступностью. Полковник вспомнил домушника, который, разоткровенничавшись на допросе, сказал: «Я зоны не боюсь, у меня уже третья ходка. Я «вышки» боюсь. Вот если бы ее отменили, я бы к вам больше не попал, ведь на свидетелях горю, а так, не было бы «вышки», не было и свидетелей, я бы их просто мочил». Полковник знал уголовный мир хорошо, он сталкивался с зэками из сталинской эпохи, был знаком с «хрущевскими», познал изворотливость «брежневских"и каждый день сталкивался с беспредельно циничными и жестокими сегодняшними. Он был твердо убежден, что в нынешнем положении дел виноваты слизняки-либералы. Слушая доктора, он, стиснув зубы, думал: «И этот туда же! Сделал карьеру на статистике, а теперь завоевывает популярность недалёкого ректората. Ввели моду на амнистии да апелляции. Нет, господа, бывшие товарищи, не допустим. Многое допустили, хватит, пора и с вами бороться -как с самой уголовной сволочью. Немало, кстати, таких же вот умников, кои толкутся сейчас у кормушки, с этой сволочью повязаны. Информация и даже материалы есть, а подобраться сложно: неприкосновенность, видите ли».
Командированного в Стокгольм доктора наук водили по шведским тюрьмам: «Да, подмосковные санатории похуже будут, хотя бы в плане питания». Проезжая по Скандинавии, отметил, что осужденный за драку, например, месяцами ждет своей очереди в тюрьму когда нет свободных мест, и сам является туда в назначенный срок: «Да, либеральный, демократический подход к людям нам нужен, как воздух, иначе замкнутый круг. Попав за любой пустяк в тюрьму, выходит оттуда новый неисправимый уголовник. Жаль, что это понятно не всем. Кстати, не забыть бы о покупках для дочери. Ишь, сколько всего записала, хотя ее можно понять, девушка уже».
Девушку нашли недалеко от дома профессора за высоким забором, где строилась кирпичная многоэтажка. Ее туда затащили, оглушили куском арматуры, потом изнасиловали и убили. Всего за день до возвращения отца.
