Я шагаю, не зная дороги,
Оставляя лишь строчек следы,
Забывая надежды, тревоги.
И когда наступает пора
Мне свернуть на проспект или площадь,
Мне с каретой является лошадь
И катает меня до утра.
25 июня – 30 октября 2001 г.
Мой город
Я город свой люблю,
Когда он листопадом,
Как тартаном,
Укутывает плечи
И, голову склонив,
Со мною рядом
Садится, все не веря
В нашу встречу.
Так робок он,
Так нежен и прекрасен,
И на чело его
Спадает тихо локон,
А взор его
По-юношески ясен,
И он влюблен,
И все от нас далеко.
И мы сидим, застыв,
Боясь прогнать мгновенье, -
Сокровища бесценней
Нет на свете, —
А мимо нас
Машин мелькают тени,
И дует с севера
Холодный, жесткий ветер,
И все летит вослед,
И вскоре за туманом
С вершин спускается
И оседает вечер,
А город губ своих
Поит меня дурманом
И в красный тартан
Кутает мне плечи.
26 апреля 2003 г.
Московский дворик
Московский дворик. Вязы выше крыши.
Качели, солнце, шорох автошин.
И в тишине чириканье я слышу
И чую запах ветра и дождин.
Являет мне мой город свои нови,
Упорно силясь старое забыть.
Но и в нови, хранимый стариною,
Московский дворик продолжает жить.
Я захожу сюда зимой и летом,
Не зная, тот ли он или другой,
Здесь воробей ответит мне приветом,
И тронет вяз желтеющей листвой.
Здесь все остановилось на мгновенье
И тянет время, нам наперекор.
Я здесь свое пишу стихотворенье,
А кто-то взял очередной аккорд.
И за окном увижу я случайно
Лицо – ребенка или старика?
В московском дворике живет повсюду тайна,
И годы изливаются в века,
А те вливаются в тысячелетья,
Переполняя времени моря.
Так дворики Москвы зимой и летом
В себе дыханье вечности хранят.
31 мая – 6 октября 2002 г.
Манеж
Горел Манеж. Летели искры в небо.
Разинув рты, глядела вся страна:
Ведь в кои веки зрелищем, не хлебом,
Тоска толпы была утолена.
Мне не хватило бы всего Ла-Манша,
Чтобы залить безжалостный пожар,
И в немощи болело тело страшно
И чувствовало нестерпимый жар.
И я горела, – молча, некрасиво,
Как бывшие конюшни у Кремля.
Я не жалела; но мне грустно было
За все, что здесь осталось без меня,
Что в один день исчезнет в горьком дыме,
А мы, смахнув слезу, пройдем вперед…
Мне тех невежество невыносимо,
Кто смерть надеждой чьею-то зовет.
14 марта 2004 г.
Ностальгическое
Да, я скучаю по Москве,
По надоедливому шуму,
По вечной, нудной маете,
И по знакомой красоте,
И по ночных огней разгулу.
Мечтаю оказаться я
В витиеватых переулках,
Где в сочных красках октября
Навек осталась часть меня
И отвечает эхом гулким.
И возвращения – боюсь.
Боюсь найти Москву другою.
Но страхов всех сильнее грусть:
К родному городу стремлюсь,
Смеясь украдкой над собою.
23 февраля 2006 г.
Мой дом
На сером горизонте облака,
Растянуты неровными кусками,
Как пыль, свисают с неба-потолка;
К нему деревья высятся стенами,
И на столе великом площадей,
Расставленном от края и до края, -
Решетчатое кружево аллей;
В фонтанах вдохновенье закипает;
Мне в залу льются яростно огни
Всех солнц, и фонарей, и канделябров;
Вот мой рояль здесь коротает дни,
И лак уже давно потерт изрядно.
Мне в этом доме издавна знаком
И каждый коридор, и каждый угол,
Я здесь порою прячусь за окном
И от дождей, и от простого гула.
Он стар, мой дом, хотя еще не дряхл,
И он меня переживет, наверно…
И потому я вновь в его стенах
И возвращаться буду неизменно.
11 июля 2011 г.
Возвращение
Семь лет спустя… Я снова в кухне.
Часы все так же на стене.
Горит фонарь. И тонким слухом
Я шелест шин ловлю извне.
Прошло семь лет, а что же сталось?
И что ушло, а что осталось?
Кто ждет меня? Кого я жду?
Вот я пишу все в той же кухне,
А за окном сентябрь жухнет,
Листву теряя на ветру.
Вот выйду в город я однажды,
Потом еще, потом опять,
И буду так под шаг свой каждый
И узнавать, и вспоминать,
И думать: что же изменилось?
Когда бы время проносилось
Еще неслышней? Но смотри:
Не за ночь выросли деревья,
И изменились цветом двери,
И чуть погнулись фонари…
29 сентября 2010 г.
Москва
В этом городе нет ни баварских фахверков,
Ни римских развалин.
Здесь свирепствовал Грозный
И страх наводил грозный Сталин.
Здесь весною цветы Маргариты
Всем женщинам дарят.
Звуки резки, а краски размыты,
И призрачны дали.
Купола золотые – как лук
На большом огороде.
