Быстро поднявшись, он, совершенно сконфуженный, предстал перед смеющимся начальником.
– От работы отлыниваешь? – отряхнув запачкавшийся рукав секретаря, спросил господин Ра.
– Нет, что вы, – испуганно пробормотал Юстас, – просто посетители закончились.
– Неужели? – удивился господин Ра, – такое нечасто бывает.
В этот момент открылась третья дверь, и в приемную зашел доктор Грейм.
Кивнув головой в сторону Юстаса, он с улыбкой произнес:
– А парень-то наш молодец! Я признаться, не всегда с ним соглашался, но он ни разу не ошибся.
От смущения и удовольствия щеки Юстаса сделались пунцовыми, а начальники принялись с энтузиазмом обсуждать интересный случай – того самого мужчину с голубым свечением, только что направленного к доктору Грейму.
Этот человек оказался очень талантливым художником. С юности он был увлечен живописью и посвятил этому всю свою жизнь. Писал сам, работал в художественных школах, занимался со студентами, помогал талантливым людям. Но, как любой действительно творческий человек, денежных накоплений не имел, все, что зарабатывал, тратил на путешествия или на организацию выставок.
Но затем случилось несчастье, тяжело заболела его жена. На операцию и лечение требовалась большая сумма денег. Он продал все, что у него было, квартиру, дачу, но денег все равно не хватало. И ему пришлось влезть в долги. Операцию сделали, жена поправлялась, а он, по-сути, превратился в бомжа. Жилья нет, денег нет, помощи ждать неоткуда. Казалось, что весь мир ополчился против него.
– Я объяснил ему, – продолжал доктор Грейм, – что это было его испытанием. И то, что он не озлобился, а, наоборот, продолжал искать какой-то выход из создавшейся ситуации, дало ему возможность быстрого перехода на более высокий уровень. Но в текущей жизни он уже не мог совершенствоваться дальше, поэтому и был убит. Насильственная смерть ведь тоже является испытанием и возможностью роста.
– И как он сейчас себя чувствует? – спросил господин Ра.
– Лучше, – ответил Грейм, – успокоился, расслабился. Говорит, что никогда не предполагал, что существует мир, подобный нашему. Только из-за жены переживает.
– Это понятно, – улыбнулся Ра, – проводи его ко мне, я поговорю с ним. И надо поискать ему хорошее место для следующего воплощения.
Доктор Грейм кивнул и скрылся за своей дверью.
Господин Ра выглянул в коридор и, убедившись, что новых посетителей не появилось, подошел к окну и, подобно Юстасу, стал с интересом наблюдать за отправкой в комитет по переселению оранжевых небольшой партии пациентов доктора Арнольда.
– Ну что ж, рабочий день заканчивается, – произнес господин Ра, поворачиваясь к секретарю, – сейчас поговорю с этим художником и освобожусь.
Юстас удивленно смотрел на начальника и не знал, как реагировать. С чего вдруг этот заслуженный и всеми уважаемый человек по-дружески беседует с ним и рассказывает о своих планах. Значит, он, Юстас, хорошо работает и достоин уважения не только заместителей, но и самого господина Ра.
– Послушай, а ты свободен сегодня вечером? – вдруг спросил начальник, по-прежнему глядя в окно.
– Если что-то нужно…, – пролепетал секретарь, – то я, конечно, смогу задержаться.
– Нет, нет, что ты, ничего не нужно. Просто сегодня меня пригласили на просмотр, и я подумал, что тебе это тоже может быть интересно.
– На какой просмотр? – спросил удивленный Юстас.
– Помнишь, месяца полтора назад мы начали проводить эксперимент?
Конечно, он помнил! Он просто не сообразил сразу, о каком просмотре идет речь! Значит, все получилось, и теперь есть возможность наблюдать за теми людьми, в телах которых поселились лепестки цветика-семицветика.
– Так вот, – продолжал господин Ра, – там у них возникли какие-то непредвиденные обстоятельства. Надо сходить посмотреть. Пойдешь со мной?
– О! Конечно пойду, если можно… – обрадовался Юстас.
– Можно, – начальник похлопал его по плечу, – подожди меня здесь, в приемной, минут через пятнадцать я освобожусь.
Юстас едва поспевал за господином Ра, который широко шагая, направлялся к огромному куполообразному зданию, располагавшемуся в западной части парка.
Молодой секретарь никогда не подозревал о существовании этого здания. Перед входом был разбит большой парк, а вокруг росли высокие деревья, постностью закрывающие здание от посторонних взглядов.
– Это называется «Бесконечная библиотека», – махнув рукой в сторону дома, сказал господин Ра.
Они зашли внутрь. Юстас заметил, как его начальник нажал какую-то кнопку и перед ними распахнулись стеклянные двери. Они зашли в маленькую комнатку, господин Ра снова нажал какую-то кнопку, двери закрылись, и комната поехала наверх.
– Так это лифт, – догадался Юстас.
– Да, лифт, – ответил Ра, – нам надо подняться на самый последний этаж.
– А что это за здание? – робко спросил секретарь.
– В понимании современных людей это что-то, похожее на кинотеатр, – усмехнулся начальник, – здесь собраны записи, которые отображают жизнь любого человека, живущего в любое время и в любом месте. Эти записи можно изучать, как угодно. Можно смотреть фильм, можно почитать книгу, а можно просто послушать рассказ. Кроме этого есть возможность даже поучаствовать в происходящих событиях.
– Как это? – изумился Юстас.
– Это очень просто! Но, конечно, есть ряд условий. Нельзя ни во что вмешиваться, и наблюдатель не будет виден тем людям, которые живут и действуют в то время. Это так же, как и просмотр кино, только ты ходишь по их земле, чувствуешь запахи, наблюдаешь.
Лифт остановился и они вышли в коридор, который оказался настолько узким, что по нему с трудом мог пройти только один человек.
– Это сделано специально, – пояснил господин Ра, – пока мы здесь идем, нас изучают. Это делается для того, чтобы лучше понять, кто мы такие и чего хотим. Главному хранителю доложат о нас, и он сможет подготовить нужную информацию.
Наконец коридор закончился, и они очутились в светлом просторном холле, украшенном развешанными на стенах картинами с изображением природы.
Посреди холла стоял пожилой человек, с длинными седыми волосами и такой же длинной бородой.
Увидев вошедших, человек дружелюбно улыбнулся и приблизился к ним.
«С виду он совсем старый, – подумал Юстас, внимательно разглядывая человека, – а глаза молодые, живые и очень красивые».
– Приветствую вас в библиотеке вечных знаний, – произнес человек, – я главный хранитель библиотеки. Можете называть меня Архипиус.
– Добрый день, уважаемый хранитель, – поклонившись, поприветствовал старика господин Ра.
– Здравствуйте, – тихо произнес Юстас.
Хранитель, знаком предложив гостям следовать за ним, привел их в помещение, напоминающее обычный зал кинотеатра, не очень большое, но довольно просторное.
Он усадил посетителей на лучшие, по его мнению, места, отошел к стене и, шевеля губами, начал читать надписи на огромных бабинах.
– Так хранятся записи жизни людей на земле? – шепотом спросил Юстас у начальника.
– Видимо, да, – с улыбкой ответил Ра, – но не переживай, в этом ведомстве во всем порядок и все на учете, так что нам покажут именно то, что нам нужно.
И действительно, вскоре в помещении погас свет и на большом экране замелькали какие-то фигуры.
Сначала Юстас мало что понимал, но постепенно происходящее все больше и больше захватывало его.
Видимо, Архипиус включил возможность присутствия зрителей, потому что очень скоро Юстас почувствовал и пронизывающий холодный ветер, и запах медикаментов и тонкий аромат духов красивой женщины.
Действие настолько захватило его, что когда экран замелькал и погас, он еще долго сидел, не понимая, что произошло, и как он оказался здесь, в обычном кресле небольшого полутемного зала.
– Неожиданно, да? – спросил господин Ра, глядя на растерянного секретаря.
Юстас не успел ничего ответить, потому что к ним подошел главный хранитель и попросил на несколько минут покинуть помещение.
– Это просто небольшой антракт, – смущенно улыбаясь, произнес он, – я приглашу вас, как только разыщу продолжение.
Они вышли в холл и сели за столик у окна.
– Сложная ситуация, – задумчиво проговорил господин Ра, – и мы никак не можем на нее повлиять. Можем лишь наблюдать и делать выводы.
– А что произошло? – решил все-таки выяснить Юстас, – я признаться, не очень понял, что там случилось.
– Ты видишь их ауры? – спросил Ра.
– Нет, не вижу, – признался секретарь, – вижу лишь серые прозрачные очертания вокруг фигур, примерно от пяти до десяти сантиметров.
– Видишь ли, все эти люди и есть те самые лепестки, отправленные нами на землю. Но мы не знаем, кто есть кто. И как это определить, пока не понятно.
– Надо смотреть на их жизнь, на их поступки, – неуверенно произнес Юстас.
– Я тоже так думал, но они нарушают общепринятые принципы человеческой жизни, – глубокая морщина пересекла обычно гладкий лоб господина Ра, – Ведь насколько я понял, девочки в больнице поменялись телами.
– Вот как! – воскликнул Юстас, – а я и не догадался.
– По-видимому, это так, – все еще хмурясь, продолжал Ра, – и, скорее всего, это была вынужденная мера. Старшая девочка умирала и не могла вернуться в свое тело. Поэтому внедрилась в первое попавшееся.
– И это оказалось тело другой нашей подопечной?
– Возможно!
– И что теперь будет? – спросил Юстас.
– Будем наблюдать! Ведь ничего другого нам не остается.
– Но ведь там есть люди, которые не имеют отношения к нашим лепесткам. Мы это сможем как-то определить?
– Конечно. Именно поэтому мы здесь. Будем приходить, смотреть, обсуждать. Главное, мы должны убедиться, что они набирают недостающий опыт. Наша цель – дать им возможность жить на земле до тех пор, пока они полностью не реализуются в пределах своего уровня развития.
– Понятно, – ответил Юстас, хотя ему мало что было понятно.
Но он надеялся, что слушая господина Ра и наблюдая за происходящим на земле, рано или поздно сумеет разобраться в сложившейся ситуации.
– Видишь ли, – Ра обеспокоенно посмотрел на Юстаса, – я рассчитывал, что с твоей помощью мы сразу определим, кто есть кто, но пока, как оказалось, это невозможно. Интересно, почему ты не видишь ауры?
– Наверное, из-за того, что передо мной не живой человек, а лишь его изображение, – предположил Юстас, – А для чего нам нужно определять это? Разве нельзя просто дождаться, когда их жизнь закончится, и они вернуться к нам?
– Теоретически конечно, можно, – господин Ра задумался, – но дело в том, что все люди, те, которые отвечают за соответствующие чакры, не являются совершенными. Иначе нашей гостье не понадобился бы этот эксперимент, она и так была бы гармоничной личностью.
– Значит, эти люди должны за текущую жизнь полностью развить свою чакру?
– Да, они должны добрать то немногое, чего им не хватало. Или многое.
Голос господина Ра вдруг стал серьезным и взволнованным. Казалось, какая-то мысль, только что пришедшая к нему, тревожит и беспокоит его.
– Знаете, что мне не нравиться? – словно уловив опасения начальника, неожиданно воскликнул Юстас, – Вряд ли человек, который отвечает за красную чакру, добрый и порядочный. Боюсь, что его нужно опасаться!
– Почему ты так считаешь? – Ра с интересом взглянул на молодого секретаря.
Юстас смутился.
– Я каждый день вижу многих людей с разными уровнями развития, – мямля и заикаясь, он пытался объяснить свою точку зрения, – и мне кажется, что когда раскрыта только самая нижняя чакра, и то недостаточно, то этот человек, мягко говоря, ограниченный.
– Ты и прав и не прав, – снисходительно улыбнувшись, заговорил Ра, – дело в том, что само по себе раскрытие или не раскрытие чакр не делает человека хорошим или плохим. Согласись, есть люди не очень умные, но добрые и отзывчивые, простые и не образованные, но душевные. А есть умные, но хитрые и подлые, которые ради выгоды или чего-то другого готовы украсть и даже убить. Понимаешь?
– Не очень, – на этот раз честно признался Юстас.
– Видишь, ли, – терпеливо начал объяснять господин Ра, – Первая чакра, Муладхара, очень важна. Не зря ее называют корневым энергетическим центром. Через нее энергия Вселенной поступает в земные слои. Она создает основу для жизнедеятельности физического тела человека, отвечает за развитие инстинкта выживания, развивает в человеке инстинкт самосохранения. Она помогает ему бороться за выживание в мире. Если чакра здорова, человек уверен в своих силах. Он чувствует связь с окружающей природой, с землей, он наполнен жизнью, интересуется всем, что находится вокруг него, развивается. Такой человек спокоен, его жизнь стабильна.
Его отличают напористость, грамотное преодоление конфликтных ситуаций. Человек спокойно принимает важные решения, берет на себя ответственность, добивается поставленных целей и задач.
– То есть это тот идеал, которого должен достичь человека, который ответственен за красную чакру? – уточнил Юстас.
– Именно так, – ответил Ра, – и нам обязательно нужно понять, кто этот человек. Мы должны убедиться в том, что жизнь дает ему возможность для этого развития.
– А как мы сможем это определить? – спросил секретарь.
– А вот подумай сам, – усмехнулся начальник, – какими качествами, по твоему мнению, обладает человек с недостаточно развитой корневой чакрой?
– Если, как вы сказали, чакра отвечает за инстинкт выживания, – Юстас ненадолго задумался, – то, возможно, он сильно сконцентрирован на материальном.
– Правильно! – воскликнул Ра, – ты молодец, делаешь большие успехи. Действительно, такого человека не интересует ничто духовное. Его приоритетами становятся только еда, секс и получение денег.
Такие люди сосредоточены лишь на своих потребностях, интересы других людей ими, как правило, вообще не берутся в расчет.
Они нетерпеливы и не всегда могут просчитывать последствия своих поступков. Они вспыльчивы и агрессивны, частенько пытаются навязывать, свои желания другим людям. И если им не идут навстречу, то у них могут проявляться вспышки неконтролируемого гнева, в особо тяжелых случаях доходящие даже до физического насилия.
– Не очень приятный тип, – задумчиво произнес Юстас, – но мне кажется, что пока подобного человека нам не показали. Все люди, с которыми мы успели познакомиться, не производят впечатления эгоистов или нетерпеливых агрессоров. Хотя…
Юстас замолчал.
– Говори, не стесняйся, – сказал господин Ра, – я специально позвал тебя на просмотр, чтобы знать твое мнение. У тебя нестандартный взгляд на вещи и хорошая наблюдательность.
От смущения и удовольствия щеки Юстаса порозовели.
– Я подумал, что, тот человек, которого мы сейчас обсуждали, ну тот, который должен развить Муладхара- чакру, способен на убийство. И раз убийство произошло, то, возможно, преступник, как раз и есть один из наших лепестков.
– И его поисками займутся те люди, которых мы увидели, – добавил Ра, – а мы будем наблюдать и вычислять убийцу вместе с ними. Какой же ты молодец!!!
Господин Ра ободрительно похлопал Юстаса по плечу, отчего молодой секретарь совершенно растерялся.
– Да я…, – промямлил он, просто предположил.
– Не смущайся, – улыбаясь, ответил Ра, – ты еще очень молод и совсем недавно находишься в нашем мире, но уже достиг многого. Ты прекрасно работаешь, редко ошибаешься, а сейчас проявляешь себя как очень проницательный человек. Я думаю, что тебя ждет быстрый рост и прекрасные перспективы. Ты можешь еще что-то сказать по поводу личности убийцы?
– Ну, пока очень мало информации. Но я попробую. Поскольку женщина была убита у себя дома, можно предположить, что убийцей был кто-то из ее близких, возможно, родственник. Если, это, конечно, не банальное ограбление.
– Тогда что это? Ревность? Месть?
– Все может быть, – Юстас неуверенно пожал плечами, – известно много случаев, когда убийцами являются люди с психическими отклонениями, которые не отдают себе отчета в совершенных ими действиях. Мне кажется, что здесь не простой случай. Иначе, зачем убийца оставил открытой дверь в квартиру. Наоборот, закрыл бы, чтобы тело нашли не сразу.
Господин Ра удивленно смотрел на своего помощника.
– Ты очень грамотно анализируешь ситуацию. Я бы сказал, профессионально.
Юстас снова покраснел от смущения.
– Я в последнем воплощении работал в клинике судебной медицины, – сказал он, – так что всякого насмотрелся. И надеюсь, что смогу помочь в расследовании.
– Конечно, сможешь. Если не будешь давать волю эмоциям.
– Я постараюсь, – с готовностью ответил Юстас.
Господин Ра посмотрел на часы.
– Что-то антракт затягивается, – сказал он, – наверное, Архипиусу не так просто разыскать для нас именно то, что нужно. В следующий раз ограничимся только одним сеансом.
– Я еще хотел спросить, – робко произнес Юстас после небольшой паузы.
– Да, конечно, раз уж мы вынуждены здесь сидеть…
– По поводу Ольги, – Юстас снова покраснел, – она очень привлекательная женщина, но не очень-то порядочная. Не может ли она быть красным лепестком?
– Ольга? – удивленно повторил Ра, – нет, я не думаю. То, что она один раз в жизни изменила мужу, вряд ли похоже на агрессию или навязывание своей воли. Скорее, она может отвечать за вторую чакру.
– За Свадхистану? Но почему?
– Потому что именно нарушения в оранжевой чакре, которая считается сексуальным энергетическим центром, провоцируют неправильные представления о взаимоотношения полов. А это влечет за собой невозможность проявления истинных чувств, исчезает чувство радости от каждого прожитого дня, разрушается способность выражать себя. Все это вместе взятое приводит к скучной, безрадостной жизни, к хронической усталости. Для того, чтобы компенсировать то, чего ему не хватает, человек начинает искать заменители чувств. Так возникает привязанность к деньгам, к комфорту, к приключениям, лишь бы как-то разнообразить скучную обыденную повседневность. Отсюда и поиск половых партнеров только для снятия сексуального желания, без чувств и привязанностей.
Кроме того, неуравновешенная сексуальная чакра приводит к напряженности и неуверенности. Это может вылиться в показную браваду. Человеку важно доказать самому себе, что он привлекателен в глазах противоположного пола. Согласись, это похоже на Ольгу. Ее роман не был результатом сильной любви, ей просто хотелось немного развлечься. И с мужем разводиться она не собиралась, ее устраивала стабильность и материальный достаток. Замуж она же не по любви выходила.
Господин Ра усмехнулся.
– Да, действительно, похоже, – задумчиво ответил Юстас, – но что же тогда получается? Что Ольга не распущенная женщина, а просто несчастная. Она изменяла мужу потому, что не сумела найти истинную любовь?
– Совершенно верно, – ответил Ра, – если человек поступает, с нашей точки зрения, плохо и непорядочно, это говорит лишь о том, что внутри он глубоко несчастен. Таким людям нужно помогать. Собственно, этим мы с тобой и занимаемся.
– Тогда, давайте для начала считать, что одного человека мы вычислили, – воскликнул Юстас, – осталось шесть. Уже легче.
– Легче, – согласился Ра, – но не намного. Тем более, что мы можем быть и неправы. Пока еще очень мало информации. Мы решили, что обе девочки, Даша и Валя, являются нашими лепестками, но пока не понятно какими. Ольгу пока отнесем к Свадхистане, а неизвестного нам убийцу – к красной чакре. Согласен?
– Согласен, – кивнул головой Юстас.
– Ну что же, будем смотреть дальше, тем более, что за нами уже пришел наш уважаемый Архипиус.
Оглянувшись, Юстас увидел улыбающегося седовласого хранителя, который махал им рукой, предлагая пройти в зал.
Глава 2. Она умерла молодой
О таинственном убийстве, невольным свидетелем которого он стал этим летом, Олег Логинов вспомнил лишь спустя полгода. Закончилась его смена, и он направлялся домой. Подойдя к выходу, он заметил человека, смутно показавшегося ему знакомым.
– Вы меня не помните, Олег Алексеевич? – человек резко шагнул в его сторону.
– Кажется, видел вас где-то, а вот где не помню, – Олег остановился и внимательно посмотрел на говорившего.
– Меня зовут Антонов Кирилл, я оперуполномоченный двадцать пятого отделения. Мы с вами встречались этим летом, я тогда выезжал на убийство Ирины Шабановой.
– Да, да конечно, я вспомнил. У меня очень хорошая память на лица. Чем я могу вам помочь? – сказал он, внимательно рассматривая молодого опера.
Олегу нравился Кирилл. Это был молодой, лет двадцати семи – тридцати, высокий светловолосый парень с голубыми глазами и длинными, как у девушки, ресницами. Мужественность его лицу придавал сломанный нос и небольшой шрам, пересекающий правую щеку.
Олег прекрасно помнил, что полгода назад этого шрама не было, а вот нос видимо был сломан давно, в подростковом возрасте, потому что после перелома еще продолжал расти. На это обстоятельство Олег обратил внимание еще тогда, полгода назад и теперь, внимательно разглядывая собеседника, решил, что не ошибся.
– Вы можете уделить мне полчаса времени? – Кирилл выглядел озабоченным.
– Конечно, – ответил Олег.
Они дошли до ближайшей пельменной и устроились в уголке, подальше от разношерстной нетрезвой компании, наполнявшей почти все небольшое помещение.
– Извините, но я без предисловий. По тому убийству была проделана большая работа, но убийцу мы так и не нашли. Было несколько подозреваемых, однако доказать ничего не удалось. Дело приостановили. Сейчас муж убитой просит меня продолжить расследование частным образом и готов заплатить за это хорошие деньги. Но у него есть условие. Он согласен сотрудничать и предоставить информацию, которую он, якобы скрыл от следствия, при условии, что человек, который будет заниматься этим делом, никаким образом не будет связан с органами милиции. Я хочу предложить эту работу вам.
– Мне? – изумился Олег.
– Да, вам. Вы умный и наблюдательный человек, к тому же врач, вы были на месте происшествия, видели человека, который, возможно, связан с преступлением, и к милиции вы не имеете никакого отношения. Заказчику вы понравитесь, я уверен.
– Ну, предположим, – Олег замолчал.
«Почему бы и нет, – думал он, – может быть, я и справлюсь. В конце концов, ведь интересно поиграть в Шерлока Холмса».
– Послушайте, Кирилл, а вам-то это все зачем? Отказали бы и все, – добродушно улыбнувшись, спросил он.
Кирилл задумался. Он долго молчал, смешно морщил лоб и беззвучно шевелил губами. Казалось, он пытается как можно правильнее ответить на этот вопрос.
– Понимаете, – наконец заговорил он, – во-первых, очень жалко мужа убитой. Так получилось, что я оказался тем человеком, который сообщил ему о смерти жены. Поверите, он у меня на глазах превратился в старика. Вошел такой бодрый, улыбающийся, уверенный в себе, мужчина приятной наружности, этакий Жан Море в пожилом возрасте, а через десять минут я увидел поседевшего, сгорбленного старика с трясущимися руками и потухшим взглядом. Эта картина у меня до сих пор перед глазами стоит, никогда не видел такого в своей жизни. Мы с ним потом много разговаривали, интеллигентный дядька, читал студентам лекции в институте, книжки писал, кандидат наук, собирался защищать докторскую диссертацию. Женился он восемь лет назад, жена была моложе его на четырнадцать лет.
– Понятно, – прервал затянувшуюся паузу Олег, а во—вторых?
– А во-вторых, он не отстанет, – очнувшись от задумчивости, бодро продолжал Кирилл, – он звонит мне каждый день и спрашивает, нашел ли я подходящего человека. К тому же, он хорошо обеспечен, и вы сможете заработать приличную сумму. Ну а самое главное, интересно ведь докопаться до истины. Я вам, чем смогу, буду помогать, и клянусь, что ни одно слово, сказанное вами, дальше меня не пойдет. Так что все условия господина Шабанова будут в точности выполнены. Ну, так как, согласны?
– Я должен подумать, – не очень уверенно сказал Олег, в душе уже зная, что согласится.
– Конечно, – радостно отозвался Кирилл, и, поняв по взгляду Олега, что эту партию он выиграл, протянул ему небольшой листок.
– Здесь мои координаты, звоните. И спасибо за то, что уделили мне время.
Олег был человеком ответственным и добросовестным, и, если уж брался за порученное дело, то подходил к нему очень серьезно. К этому его с детства приучили родители. Отец Олега, Алексей Иванович Логинов, был известным и очень уважаемым в своих кругах профессором медицины. Его специальностью была кардиология, он занимался научными исследованиями, и многим пациентам удалось спасти жизнь благодаря искусственным сердечным клапанам, изобретенным и усовершенствованным Логиновым-старшим.
Мать, Людмила Олеговна, тоже была врачом. Ее специализацией были заболевания системы кровоснабжения и она, так же, как муж, достигла в своей сфере достаточно высоких показателей. Работала Людмила Олеговна в гематологической лаборатории, где исследовали заболевания, которые влияют на производство крови и ее компонентов, изучали пробы крови и костного мозга, а также занимались исследованиями в области онкологии.
Родители Олега главным для себя всегда считали работу и научную деятельность, поэтому не торопились заводить детей. Олег родился за месяц до того, как его матери исполнилось сорок лет. Алексей Иванович был старше своей жены на пять лет, и свое позднее отцовство воспринимал, как чудо. Неудивительно, что мальчик вырос в доброй, любящей семье, получил хорошее образование и, к радости родителей, пошел по их стопам. В юности Олег увлекался психологией и юриспруденцией, после окончания школы раздумывал, куда ему поступать, но авторитет отца сделал свое дело, и парень пошел учиться в медицинский институт. Но увлечение детективами осталось.
Наверное, поэтому и согласился Олег Логинов поучаствовать в расследовании убийства. Прежде чем идти на встречу с Михаилом Викторовичем Шабановым, он тщательно проанализировал все, что было известно по этому делу.
Ирине Шабановой на момент смерти было сорок два года. Все знакомые и родственники отзывались о ней, как о хорошем и добром человеке, не обидевшем в своей жизни и мухи. Замуж за Михаила Викторовича она вышла в возрасте тридцати двух лет, до этого в браке не состояла и детей не имела. Прожили они вместе около девяти лет. У Михаила Викторовича от первого брака был единственный сын, Николай, тридцати трех лет. Со своей первой женой, Шабанов-старший отношений не поддерживал, они развелись, когда сыну было всего три года, она вскоре снова вышла замуж, и мальчика воспитывал отчим.
Михаил Викторович работал преподавателем в институте. Жил он один, занимался наукой, женщины считали его привлекательным и он, конечно же, заводил романы, но серьезных отношений не возникало. С сыном он стал общаться, когда тот окончил школу. Шабанов, имея связи в приемной комиссии, помог сыну с поступлением. К женитьбе отца Шабанов-младший отнесся равнодушно, однако с Ириной поддерживал хорошие отношения и всегда тепло о ней отзывался.
Это были почти все сведенья, которые касалось семьи Михаила Викторовича. Как и предполагал Олег, Николай Шабанов заинтересовал следствие в первую очередь. Его несколько раз вызывал следователь и долго допрашивал, но никаких улик, подтверждающих его причастность к убийству жены отца, выявить не удалось. Версия об убийстве из-за наследства отпала, так как Михаил Викторович все свое имущество завещал сыну, и Николай знал об этом. У Ирины наследников не было, да она и не претендовала ни на что, потому что имела свою квартиру, в которой в настоящее время проживала ее пожилая мама.
К тому же у Николая было безупречное алиби, подтвержденное свидетелями. Во время трагедии он был в отъезде. По заключению врачей смерть Ирины Шабановой наступила в промежутке от десяти тридцати до одиннадцати тридцати часов вечера, а обнаружено тело было в одиннадцать часов сорок пять минут. Ирина была задушена. На ее шее были отпечатки, указывающие на то, что душили ее руками, и что она сопротивлялась. Тело было обнаружено в самом конце длинного коридора, очевидно, она убежала туда, после того, как открыла входную дверь и получила сильный удар в лицо. После того, как Ирина умерла, убийца пошел в ванную комнату и вымыл руки, потом вытер их, бросил полотенце на пол и ушел.
Было предположение, что Ирина знала убийцу, потому что все ее знакомые утверждали, что она никогда не открыла бы дверь неизвестному, тем более вечером, тем более, когда была одна. Следствием была выдвинута версия о том, что у Ирины был любовник, который убил ее из ревности. Однако никаких данных, подтверждающих эту версию, найти не удалось.
Изучив дело об убийстве по материалам, предоставленным ему Кириллом Антоновым, Олег, готовясь к первой встрече с Михаилом Викторовичем Шабановым, имел достаточно четкую картину преступления. Он, обладая аналитическим складом ума, любил раскладывать все события по полочкам, и сейчас у него уже появились определенные выводы. Олег не сомневался, что Ирина была убита человеком, которого хорошо знала, человек этот был мужчиной, физически сильным, не старым и, как решил Олег, психически неуравновешенным. Об этом нигде в материалах следствия не упоминалось, и Олег пришел к такому выводу сам. Он был врачом и знал, что задушить человека руками очень сложно, и физически и морально. Ирина была женщиной среднего роста, не полной, но здоровой и крепкой. В ее крови не было найдено ни алкоголя, ни снотворного, ни каких-либо лекарств.
Судя по беспорядку в коридоре, она сопротивлялась и очень активно. Убийца не мог быть уверен на сто процентов, что сможет ее убить. Она наверняка кричала, звала на помощь, ее могли услышать, соседи могли вызвать милицию. Убийца сильно рисковал. Если бы это было запланированное преступление, совершенное из корысти, из мести или по другой причине, его, наверняка, обставили бы по-другому, более надежно и безопасно. В конце концов, ее могли задушить с помощью какого-либо приспособления.
Нет, Олег был убежден, что убийство было спонтанным, и ему сложно было представить нормального, психически уравновешенного человека, набросившегося на женщину и задушившего ее голыми руками. Это не было ограбление, так как по утверждению мужа убитой, из квартиры ничего не пропало. Кроме того, ему казалось, что он понимает, почему Шабанов-старший нанял частного сыщика и отказался сотрудничать с милицией. Причина, с точки зрения Олега, могла быть только одна: он подозревает в преступлении своего сына. А раз так, значит, у него есть на то основания. Но он не уверен в этом, поэтому и обратился за частной помощью. Он хочет знать это точно, но выдавать сына, похоже, не собирается.
После таких умозаключений, личность Михаила Викторовича Шабанова все больше и больше интересовала Олега, и он с нетерпением ждал назначенного дня, чтобы встретится с ним.
Наступила зима, приближались новогодние праздники, но лишь теперь, почти через полгода после смерти тети, Юра Анисимов начал физически ощущать опустошение и боль из-за ее отсутствия, из-за невозможности увидеть ее и поговорить с ней по душам, как это часто бывало в детстве.
Он съездил на кладбище, немного посидел у могилы со скромным памятником и фотографией, совершенно не похожей на живую Ирину и, замерзнув, медленно побрел к выходу. На глаза его, то ли от чувства утраты то ли от морозного воздуха, навернулись слезы, и он шел по кладбищу, ничего не видя вокруг себя и ни на что не обращая внимания.
В памяти Юры его тетя Ира навсегда осталась молодой, красивой и веселой. Она была младшей сестрой Юриной мамы. Когда он родился, Ире было всего шестнадцать лет, и она всегда общалась с ним на равных, словно была его старшей сестрой, а не теткой.
Ирина, по мнению Юриных родителей, была взбалмошной и ветреной девушкой, хотя хорошо училась и без труда поступила в институт. Она училась на филолога. Что это такое, Юра не очень понимал, а его отец, серьезный и строгий мужчина с военной выправкой и громким голосом, всегда говорил, что Ира занимается дурью. Но для маленького Юры, все, что ассоциировалось с Ирой, было очень веселым, привлекательным и хорошим, даже само слово «дурь» имело в его понимании положительный смысл.
У Иры было много поклонников. Но она ни за кого не хотела выходить замуж.
«Они все глупые», – смеялась она, когда ее спрашивали об очередном кавалере.
Это было радостное и беспечное время, время счастливого Юриного детства, наполненного летними вечерами на даче, бабушкиными блинами с вареньем, велосипедными путешествиями с соседскими мальчишками.
И вот эта замечательная жизнь их семьи оборвалась в одно мгновение. Отец Юры купил автомобиль. По тем временам это было равносильно чуду. Чтобы приобрести машину, нужно было или иметь полезные знакомства в соответствующих инстанциях или проработать на каком-нибудь значимом предприятии много-много лет. Юрин отец работал в организации, которая выполняла оборонные заказы, и руководство часто распределяло автомобили между своими заслуженными сотрудниками. Но относительно молодому инженеру, хотя и очень перспективному, каким был отец Юры, в ближайшем будущем ничего не светило. Поэтому новенький Москвич белоснежно-белого цвета достался пенсионерке Людмиле Ивановне. Однако приобретение машины не принесло пожилой женщине счастья. Сын, для которого она купила машину, поехал отмечать это радостное событие с друзьями. Обмывали они машинку на природе, на берегу озера, и, выпив изрядное количество спиртного, полезли купаться. Что там произошло, так никто толком и не узнал, однако трое из восьми друзей, в том числе и сын Людмилы Ивановны, утонули.
Немного придя в себя, она решила продать машину. Отец Юры оказался единственным на тот момент платежеспособным покупателем, сделка была быстро оформлена и Юрина семья оказалась счастливой обладательницей почти новенького Москвича. В августе, когда в Ленинграде пошли дожди, Юрин отец решил поехать с семьей в Крым. Они быстро собрались в дорогу, и неторопливо проехав через всю европейскую часть страны, за четыре дня добрались до места. Это последнее незабываемое лето, проведенное на Черном море, навсегда осталось в памяти у десятилетнего мальчика. Высокий стройный отец, играющий в волейбол на пляже, красивая загорелая мама в ярко-красном купальнике, купающаяся в пенящихся барашках волн и он сам, весь черный от южного ласкового солнца, неожиданно вытянувшийся и повзрослевший.
– Смотри-ка, как Юрка вырос, – с гордостью глядя на сына, говорил маме отец, – скоро девчонки будут засматриваться.
И вот вся эта сказочная поездка и размеренная счастливая жизнь вдребезги разбилась на обратном пути, когда в их небольшую машинку на огромной скорости врезался грузовик. Как потом установило следствие, водитель грузовика был сильно пьян и даже не заметил легковушку, размеренно и неторопливо ехавшую ему навстречу. Отец умер мгновенно, успев среагировать и развернуть машину, подставив себя под удар. Мама прожила две недели, и умерла в больнице, так и не придя в сознание. За жизнь Юры, который пострадал меньше всех, потому что спал на заднем сиденье, врачи боролись почти месяц. От удара он вылетел из машины, получив сотрясение мозга и множество переломов. Ира, сразу повзрослев, фактически заменила мальчику мать. Она не отходила от его постели, пока он находился в больнице, приносила лекарства, фрукты и сладости. От выздоравливающего Юры долго скрывали гибель родителей, боялись за его здоровье.
Юра плохо помнил тот, самый страшный день в его жизни. Ира сидела на краешке кровати, гладила его по голове и плакала.
– Ты уже большой и совсем взрослый, – сквозь слезы говорила она племяннику, – и больше нельзя скрывать от тебя правду. Мамы и папы больше нет, мы с тобой теперь одни, и должны заботиться о бабушке.
Немного помолчав и посмотрев на реакцию Юры, который, похоже, пока не осознал Ириных слов, она продолжала.
– Бабушка совсем больна, у нее инфаркт, и она тоже в больнице, – грустно сказала она.
Когда Юру наконец-то выписали, была уже поздняя осень. В свою квартиру он не вернулся, а переехал к Ире. Ему приходилось ухаживать за бабушкой, которая стала совсем слабой и беспомощной. Ира много работала, чтобы обеспечить семью и домой приходила лишь ночевать. Юра ходил в магазин, готовил еду, кормил бабушку, мыл посуду и делал уборку в квартире. Учился он не очень хорошо, может быть из-за того, что времени для того, чтобы приготовить домашнее задание, у него совсем не было. Но учителя его жалели и, понимая ситуацию, ставили не вполне заслуженные четверки напополам с тройками.
Шло время, которое, как известно, лечит. Не старая еще бабушка все же сумела оправиться от тяжелого удара и, пройдя несколько курсов лечения и побывав в кардиологических санаториях, стала чувствовать себя намного лучше. Постепенно она начала выходить из дома, общаться с соседями, ходить в магазины и взяла на себя часть домашней работы. Ирине удалось устроиться на хорошо оплачиваемую работу, которая находилась совсем недалеко от дома и жизнь их небольшой семьи постепенно стала налаживаться. У Юры появилось больше свободного времени, Ира вечерами много занималась с ним, помогая с уроками, и к концу восьмого класса Юра стал одним из лучших учеников. Он унаследовал от отца логический ум, стремление к систематизации и порядку, а от матери и тети интерес к филологии, истории и другим гуманитарным наукам.
Юре было всего шестнадцать лет, когда он впервые влюбился. Ее он увидел в парке, она медленно шла по дорожке в компании других девушек, и от ее плавной походки, от медленного грациозного поворота головы, от мимолетного взгляда, которым она лишь скользнула по его лицу, у него внутри все перевернулось. Он ничего не мог поделать с собой, он шел за ней, словно привязанный, одновременно желая и боясь попасться ей на глаза. Она была похожа на Сикстинскую мадонну с картины Рафаэля, только взгляд ее был более смелый и уверенный, а улыбка веселой и жизнерадостной.
Он так и шел сзади до тех пор, пока девушки не заметили его, и, к его счастью и удивлению, сами познакомились с ним. Им, очевидно, было скучно, а Юра, несмотря на свой юный возраст, был высоким и симпатичным парнем. Потом они все вместе, одной большой компанией, нагулявшись, вернулись в город. Ему удалось узнать, в каком они учатся институте, и он, галантно проводив подруг до станции метро, ушел, не став навязывать им дальнейшее знакомство. Он, конечно, понимал, что вряд ли сможет привлечь внимание красивой и уверенной в себе девушки, к тому же старше его на целых четыре года, но не видеть ее он не мог. Два раза в неделю он приходил к входу института, где она училась, и, спрятавшись за углом соседнего дома, ждал, когда она пройдет мимо. Затем он шел за ней до метро, и, довольный, уезжал. Как-то раз он решил поехать за ней до ее дома, чтобы узнать, где она живет. Но на этот раз он был не очень осторожен, и девушка заметила и узнала его.
– Привет, – очаровательно улыбаясь, сказала она, – а я тебя помню, тебя зовут Юра, мы познакомились, когда гуляли в парке. А ты меня помнишь?
– Да, я тоже тебя помню, – мучительно стараясь не краснеть и не заикаться, пробормотал Юра.
Чтобы оправдать свое появление здесь, ему пришлось соврать, что он живет неподалеку. Ему даже показалось, что она обрадовалась этому. Потом они стали иногда встречаться, сначала якобы случайно, а потом договаривались и гуляли вечерами во дворе. Юра был счастлив просто видеть ее. Иногда ему удавалось подержать ее за руку, раскрыть перед ней тяжелую дверь подъезда или донести сумку с продуктами.
Их редкие встречи все же протянулись до конца весны. Юра окончил школу и поступал в институт, а его любимая, сдав сессию, уехала на все лето отдыхать на море.
Он не знал, когда она должна была вернуться, и в последние недели августа все вечера проводил у ее подъезда, надеясь, что она появиться. Но ее все не было. В сентябре, их, первокурсников, отправили на месяц в колхоз, и вернулся он в город уже в начале октября. В первый учебный день, он, сразу после занятий, поехал к ее дому и ждал до позднего вечера. Лучше бы он ушел и не дождался. Она пришла поздно и не одна, ее провожал красивый, взрослый мужчина и они вместе вошли в подъезд. Юра ждал еще час, но мужчина так и не вышел. Он не помнил, как вернулся домой, не помнил, как прошла эта ночь.
Утром бабушка и тетя заметили, что с парнем твориться что-то неладное, и Ира уговорила его не ходить в институт и остаться дома. Она уложила его в постель, напоила горячим чаем, долго трогала его лоб, а потом заставила принять какие-то таблетки. К вечеру у него поднялась температура и, врач, которого вызвала обеспокоенная Ирина, диагностировал грипп в тяжелой форме, и даже хотел отправить Юру в больницу, но бабушка не разрешила. Весь месяц, который он пролежал дома сначала с высокой температурой, а потом ослабленный, с низким давлением, бабушка сидела рядом с ним, поила чаем с малиной, кормила с ложечки куриным бульоном и не разрешала читать книжки и смотреть телевизор.
Когда Юра начал поправляться, Ирине, человеку чуткому и понимающему, все же удалось вызвать парня на откровенность. Он плакал и стеснялся своих слез, но все же рассказал Ире свою печальную историю. Как год назад встретил в парке девушку, похожую на Мадонну Рафаэля, как подружился с ней, как ждал, когда она вернется. И о последнем событии тоже рассказал.
– Ты еще совсем молодой и многого не понимаешь, – внимательно выслушав племянника, начала говорить Ирина, – ты полюбил и это прекрасно, ты стал другом этой девушки, ты помогал ей и оберегал ее. Но это не значит, что она обязана тоже любить тебя, понимаешь? Она живой человек, у нее своя жизнь, и если она выбрала другого мужчину, а не тебя, то это ее выбор.
– Я это понимаю, я знаю, что не нужен ей, да она и не знает о том, что я люблю ее, – в голосе Юры вдруг появились нотки радости, – погоди, Ира, какой же я дурак, ведь она не знает, что я люблю ее, а если бы знала, то может быть…
– Может быть, а может и не быть, – Ирина прервала его, – послушай, Юрочка, неужели ты думаешь, что она, встречаясь с тобой почти год, не поняла, что ты в нее влюблен? Конечно, поняла. И тебе не нужно бежать сейчас к ней и рассказывать о том, как сильно ты ее любишь. Это заблуждение всех мужчин. Поверь мне, мой мальчик, женщина всегда, я повторяю, всегда знает, когда мужчина в нее влюблен. Так что постарайся эту историю принять, как урок в твоей жизни. Первая любовь редко бывает счастливой, но ее надо прочувствовать и пережить.
От разговоров с тетей Юре становилось легче, словно отогревалась душа. Она понимала это и старалась, как могла, облегчить парню трудный период его жизни. И даже теперь, когда прошло уже много лет, он вспоминал то время, казавшееся ему тогда тяжелым и безрадостным, как самое светлое, насыщенное и счастливое. Полуночные разговоры с тетей Ирой, споры о смысле жизни или о превратностях любви впервые пробудили в нем интерес к философии и к познанию тайн человеческой психики.
