Страница 1 из 2
Кир дежурно чмокнул меня в губы.
– Удачного дня, малышка, – улыбнулся он. – Позвони, как соберешься домой, я тебя встречу.
Я кивнула. Кир – программист, его рабочее место уютно расположилось где-то между холодильником и игровой приставкой. Мне же приходится каждое утро совершать забег до автобусной остановки, потом толкаться в переполненном салоне, боясь пропустить нужную остановку. А следующие восемь бесконечных, тянущихся как жвачка часов терпеть бесконечное нытье клиентов.
Нет ничего лучше, чем работа семейного психолога. Так я думала, пока не стала одним из них. Вместо величественного "я буду спасать семьи от развода", я занимаюсь лишь выслушиванием того ведра гадостей, которыми поливают друг друга ставшие в одночасье чужими супруги. И да, несмотря на мои усилия, они все же разводятся. Так себе я психолог, видимо. Но жедающих попасть ко мне на консультацию по-прежнему достаточно. Как сказала одна из клиенток:
– Зато вам можно высказать все, что наболело, не боясь, что все это разойдется по друзьям.
И то верно, будем считать, что я – незаменимая предразводная жилетка. К счастью, в моей жизни все было не так, как у тех, кто посещал мои сеансы. Мой жених, Кир, успешный программист и по совместительству заботливый мужчина. Он беспокоится обо мне каждую секудну, не проходит и пары часов без его звонка. Единственное, что несколько омрачает нашу совместную жизнь – редкий секс. Но ведь у всех разный темперамент, главное, что в остальном Кир невероятно нежный и чуткий.
Уже подходя к знакомому офисному зданию я вдруг поняла, что что-то с ним не так. Площадка перед ним оцеплена, виднеется пожарная машина, рядом с ней дежурит скорая.
– Что случилось? – спросила я, с трудом отыскав в толчее Анечку, турагента из офиса напротив.
– Ой, Леська, жуть! – охнула словоохотливая подруга. – Короткое замыкание, говорят, три этажа сгорело. Сейчас вот остатки дотушат.
– А скорая?
– Так охранник, Виктор Иваныч, надышался немного. Но с ним уже все в порядке. Вот только работать мы сегодня не будем.
Впрочем, могла бы и не говорить. В пропитанном запахом гари офисе, щедро залитом водой, вряяд ли выйдет что-то путное. Отменив все сегодняшние сеансы я побрела на обратный автобус. Киру решила не звонить. Во-первых, что я, маленькая? Одно дело встретить меня вечером, когда темнеет. А утром я и сама до дома доберусь. А во-вторых, мне безумно хотелось сделать жениху сюрприз.
Через час я забежала в кондитерскую у дома, прихватила его любимый медовик и поспешила в родную квартиру. Кир, наверное, работает, не буду мешать. Тихонечко зайду. Я повернула ключ в замочной скважине, зашла в тесную прихожку и застыла на месте. В обычно тихой квартире раздавались звуки, которые я меньше всего рассчитывала услышать: женские стоны и голос Кира.
– Вот так, малышка, – с придыханием говорил мой жених.
Мой жених?! Малышка?! На негнущихся ногах я зашла в единственную комнату, служившую нам и спальней, и гостиной, и, по всей видимости, борделем. Запрокинув голову назад, на Кире ритмично скакала тощая блондинка, в которой я с удивлением узнала Леру. Ту самую Лерку, с которой мы в песочнице куличики лепили. С которой чуть ли не клятву крови о вечной дружбе давали.
– А я вам…торт принесла, – едва сдерживая слезы буркнула я, роняя злополучный медовик.
Я уже выбегала из квартиры, а Кир, путаясь в штанах, все еще прыгал по комнате и кричал что-то типичное, вроде "это все не то, не так, и вообще тебе показалось". Показалось, ага! Так вот почему он названивал по сто раз в день! Вот почему провожал и встречал, только лишь чтобы быть уверенным, что им с Леркой можно уединиться! А я-то дура…
Размазывая злые слезы вместе с водостойкой тушью, я бежала по улице. Несколько прохожих что-то недовольно крикнули вслед, но мне было все равно. Я и сама не смогла бы сказать куда и зачем бегу. Главное – подальше отсюда! Да я бы хоть сквозь землю провалилась от этой обжигающей сердце боли! Куда угодно, только бы не думать!
Вдруг правая нога повисла в воздухе, а я поняла, что мое желание сбылось – я провалилась сквозь землю прямо в открытый колодец. Через миг я рухнула на землю, тело пронзило болью, и я потеряла сознание.
Мой грозный рык услышали, наверное, даже на границах Верса. Как можно было не заметить вторжение на наши земли?! Наверное, пришло время испепелить стражей.
– Пощадите! – Ниар, мой советник, рухнул на колени. Впрочем, именно ему опасаться было нечего, я не из тех, кто убивает гонцов, явившихся с плохими вестями. Всегда лучше устранить причину, чем говорящую голову. Тем более, что в качестве советника Ниар меня вполне устраивал. – Мой господин, это… Не совсем вторжение! Скорее даже и вовсе не оно.
– Поясни, – я нахмурился. Случаев, чтобы с таким трудом Ниар мог подобрать слова, на моей памяти еще не бывало.
– Белая колдунья, – благоговейно прошептал он. – Стражи говорят, она появилась прямо с небес.
– Вот как, – презанятно выходит. – Драконица?
– Она просто упала, мой господин. Без крыльев.
– А с чего вы взяли, что она вообще колдунья? – удивился я.
– Да вы сами взгляните! Одежда диковинная, тощая, совсем как колдуньи в Раосе. И волосы, говорю же, белые, словно снег, – забормотал Ниар.
– Вы что, посмели притащить ее прямо во дворец?– взревел я. – Получше места не нашлось?
– В подземелье, мой господин, – поправил советник, втянув голову в плечи. – Мы не знаем, какой силой она обладает, а там, как ни крути, защитные чары.
В подземелье они ее привели! Болваны! Защитные чары там вовсе не для того, чтобы таскать всякий сброд. Они для защиты слабых в случае настоящего вторжения. Мои шаги гулко раздавались в каменных коридорах, ведущих к подземелью. Перед нужной дверью склонил голову один из стражей. Второй стерег пленницу внутри, в просторном зале, способном укрыть несколько сотен юных драконят. Страж мерно ходил из стороны в сторону, колдунью же я заметил не сразу. Хрупкое тело совсем юной девушки лежало прямо на ледяном каменном полу. Глаза ее были закрыты.
– Все вон, – приказал я, и страж с советником спешно покинули зал, не забыв закрыть за собой дверь.
Я с интересом разглядывал колдунью. Волосы ее и вправду были белыми, словно покрытыми серебристыми искорками. Я присел рядом с ней. Одежда не похожа на ту, что носят модницы Верса. Да и в приграничных землях я такой не встречал. Мужская белая рубаха, только очень тесная. Настолько, что видно было все изгибы хрупкого тела. И черная юбка до колен. Стройные ножки в каких-то лохмотьях. Обуви на колдунье не обнаружилось. Странная. Я снова перевел взгляд на рубаху. Вместо нижнего платья на девушке красовалось нечто причудливое, узорчатое, покрывающее только неожиданно пышную грудь. Повинуясь неясному порыву, я осторожно расстегнул рубаху и коснулся узорчатого белья.
Дракон внутри заурчал. Нашел время. И сам знаю, что пора бы навестить спальню невесты, но все как-то некогда. Хотя себе мог бы не врать. Илейя, принцесса ледяных драконов, с которой мы были помолвлены с самого рождения, полностью оправдывала свою сущность. Холодная и безжизненная, словно застывшая вода. Если в качестве супруги она бы меня полностью устроила, рассудительная, властная над всеми, кроме меня, то в постели с ней было откровенно никак. Мой зверь метался, требуя прекратить это безумие, и я никак не мог убедить его в том, что Илейя – мой собственный выбор. Драконы всегда знают, когда человек ошибся. Вот только есть ли право на ошибку у правителя?
Я настолько погрузился в свои мысли, что не заметил, как пленница открыла глаза. Лишь полувскрик – полустон привел меня в чувства.
– Кто вы? – охнула она. – Где я?
Она попыталась подняться и непременно рухнула бы обратно головой на каменный пол, если бы я ее не подхватил одной рукой. Вторая при этом была в разрезе ее рубахи. Почувствовав это, девчонка совершила немыслимое: она ударила меня по руке! Меня!
– Уберите руки! – гневно фыркнула колдунья. – Нахал, воспользовались моим безчувственным состоянием и…
– Не голоси, – осадил ее я. – Ты должна быть благодарна, что стражи приволокли тебя сюда. На этот счет у них вообще-то иная инструкция.
– Какая? – уже тише спросила девчонка.
– Убивать, не разбираясь. Разобраться можно и после, – ухмыльнулся я, наблюдая, как испуганно расширяются и без того огромные глаза небесного цвета. – У тебя уникальная возможность рассказать все самой. Ну?!
– А нечего рассказывать, – вздохнула она. – Я и сама ничего не понимаю.
– Звать тебя как?
– Олеся.
– Олеся, – повторил я. – Можешь называть меня мой господин.
– Чего? – засмеялась колдунья. – Может, и ниц падать?
Я не выдержал, зарычал и ухватил ее за подбородок, заставляя смотреть мне в глаза. Я знал, что сейчас она увидит. Зверя. Вот только не был готов к тому, что яростный прежде дракон откликнется с нескрываемым интересом.К счастью, девчонка этого не заметила. Скривилась от боли и прошептала:
– Пожалуйста, отпустите меня. Я здесь случайно.
– Нет, – сухо ответил я. Эта беловолосая случайность крайне приглянулась моему дракону, и я не был готов ее отпустить. Ни одна колдунья не гуляла без моего ведома по Версу, и эта не будет.
– Вы же не можете держать меня силой, – захныкала она.
– Отчего же, – ухмыльнулся я. – Очень даже могу.
Черт, вот ведь черт! Чего я и предположить не могла! Это хамоватое чудовище, которое мнит себя властителем вселенной, больно сжало мои плечи и собиралось было поцеловать. Поцеловать! Не дожидаясь, пока его язык окажется у меня во рту, я укусила его за губу. Вот только вместо металлического кровавого привкуса меня что-то обожгло.
– Ох, – от боли слезились глаза. Да что ж за день?
– Дерзкая, – покачал головой странный мужчина. – Ничего, посидишь в уютной башне, глядишь, появится покорность.
Он повернулся к двери и властно крикнул:
– Унесите!
Со скрипом дверь отворилась, на пороге показался странно одетый юноша, а за ним двое в старинных доспехах. Или они тут ролевые игры любят, или я невероятно попала. Вот смеялась я над Анечкой и ее книжками про попаданок, досмеялась. Получите – распишитесь, как говорится. Еще и лежу тут, словно немочь. Хотя это неудивительно, хорошо, что вообще жива. До сих пор не понимаю, как я упала в колодец, а приземлилась здесь?
– Куда ее, мой господин? – рыкнул один из стражников, взваливая меня на плечо, словно мешок с какой-нибудь картошкой.
– В южную башню. И заприте хорошенько. К ней приставить Наяну.
Что значит приставить Наяну? Это еще кто? Вот если бы у меня не болела каждая клеточка моего тела, я бы, возможно, попыталась вырваться. А сейчас шансов у меня не было – стражник был огромный и сильный. Такой не отпустит. А что если давить на жалость?
– Уважаемый…стражник, – осторожно начала я. – Клянусь вам, я здесь совершенно случайно, не могли бы вы меня отпустить?
– Эйр Рейнар приказал в башню, значит в башню, – не согласился он.
– А мы ему не скажем, я тихонечко уйду, словно меня тут и не было!
– А потом он мне тихонечко голову отгрызет, – гаркнул стражник, и они с коллегой захохотали. Это что у них, шутка такая, или здесь и правда бывает смертная казнь? – Сиди давай тихо, повезло тебе, девка. Обычно-то эйр чужачек не жалует. Точнее жалует, но один раз, – и они снова расхохотались, посчитав шутку удачной.
Мне вдруг стало страшно. Если и вправду мне повезло… Нужно дождаться, пока придет сам этот эйр Рейнар и снова попросить его. А если он что-то попросит взамен? Что у меня есть?
– А ну поставь ее, ирод пустоголовый! – закричала вдруг женщина, и мимо моего лица пронеслась какая-то тряпка.
– Ты, Наяна, пыл-то поумерь! Больно надо мне ее таскать, так вон гляди, бледнющая! Эйр приказал донесть.
– Коли так, сюда клади, – она показала на кровать, достойную сниматься в каком-нибудь историчнском кино. Золоченая, с балдахином и подушечками.
Сама же Наяна оказалась бойкой женщиной лет пятидесяти с темными волосами без единого проблеска седины, скрученными в тугой узел на затылке. На ней было просте платье и белый передник.Дождавшись, пока за стражниками закроется дверь, она участливо спросила:
– И откуда же ты такая будешь, девочка?
И так она на меня сочувственно смотрела, что я не выдержала и разрыдалась.
Стоило странной чужеземке покинуть зал в подземелье, мой зверь с досадой зарычал. Я лишь отмахнулся, не время сейчас поддаваться инстинктам, даже если они так сильны, что занимают все мысли не только дракона, но и мои. Эйры с детства учились подавлять зверя, иначе правление превратилось бы в погоню за желаниями драконьей сущности. Чем сильнее человек – тем сильнее дракон. И уступить ему власть над телом для эйра – непозволительная роскошь.
Сегодняшний день легким быть не обещал. Ниар услужливо напомнил, что впереди у нас Совет магов. Вот что я не любил, так это Совет. Дюжина сильнейших придворных магов, большая часть которых знала меня еще драконенком и служила моему отцу. Старый эйр и эйра погибли четыре года назад во время войны с Шиером, вотчиной земных драконов. Неуклюжие бескрылые ящерицы в драконьей ипостаси и почти непобедимые воины в человеческой. Отец даже не успел обратиться, они напали со спины во время их поездки вдоль приграничных территорий. И пусть я лично испепелил добрую половину их земель и расправился с убийцами эйров, но зияющая рана в сердце так и осталось. А придворные маги – те немногие, кто отчего-то решил, ччто могут сравнивать меня с отцом.
– Я не он, – пробормотал я. – И им придется это признать.
К Совету нужно было подготовиться. Для начала – выбросить из головы мысли о чужеземке. Лучше всего для этого подошла бы какая-нибудь готовая на все девица, все усложняло лишь наличие официальной невесты. Илейе бы не понравилось делить меня с кем бы то ни было, а эйр не мог себе позволить неверность. Еще один существенный минус, особенно если учесть ледяной характер невесты. Впрочем, я не настаивал на браке, у нее была возможность отказаться. Должна же она была понимать, что огненный дракон не сможет насытиться неподвижно лежащим телом.
– Ниар, – обратился я к советнику, неслышной тенью следовавшему за мной. – Попросите эйру Илейю явиться в мои покои. Незамедлительно.
Советник поклонился и ушел, оставив меня одного. В ожидании неторопливой невесты, для которой слово "незамедлительно" не более, чем пустой звук, хотя без него она бы и вовсе не явилась, я удалился в дальнюю комнату, где располагалась купальня. Вода была, как и полагается, ледяной, и я не стал тратить силы, чтобы ее нагреть. Это именно то, что мне нужно. Перевесившись через край купальни, я по пояс погрузился в приятно охлаждающую воду. Легче стало ненамного, на хоты бы мысли не путались. И зверь, укоризненно фыркнув, уполз в глубь сознания.
Стоило мне вернуться в опочивальню, мокрому, со стекающими с волос прохладными каплями, тотчас обращающимися в пар, едва коснутся груди, в дверь постучали. Илейя? Моя догадка подтвердилась, едва я открыл дверь.
Невеста была обворожительна: стройное тренированное тело не могло скрыть полупрозрачное платье, в котором она появилась на пороге. Среди эйр глупость была не в чести, Илейя , несомненно, догадалась, зачем мне понадобилась.
– Вы звали, мой господин? – холодно спросила она.
Дьявол. Когда он хотел наказать огненных друконов – создал ледяных. От одного ее голоса мои мысли вернулись к чужеземке. Живой и трепетной.
– Мой господин, – повторила она, переводя взгляд на штаны, которые не могли скрыть возбуждения, вызванное одним лишь воспоминанием. Илейя удивленно приподняла бровь.
К дьяволу, сейчас мне подойдет даже эта холодная ящерица, лишь бы выбросить из мыслей ту, которую я вопреки здравому смыслу поселил в башне.
Наяна доброжелательно погладила меня по голове:
– Ну полно, деточка, слезами-то горю не поможешь! Ты откуда такая будешь? – и, не дожидаясь моего ответа, предположила. – Никак из Раоса? Хотя вряд ли, какая из тебяя ведьма… Прокляла бы эйра, да сбежала. Недалеко, но ведьма бы непременно попыталась. Так откуда ты? И звать тебя как?
– Олеся. Я из… – я задумалась. Вряд ли название прекрасного города в сердце нашей необъятной родины Наяне о чем-то скажет. Я шмыгнула носом и неопределенно пожала плечами. – Издалека.
– Ну, мне-то можешь и не говорить, – обиженно протянула служанка. – Да только эйру придется.
– Я даже и не знаю, как сказать-то… – вздохнула я. – Я шла по улице, провалилась в колодец – и вот. Приземлилась прямо на каком-то поле.
– Это ж какой болван додумался прямо посередь улицы колодец ставить, – удивилась Наяна. – и как же ты шла? Неужто не заметила края?
– В нашем мире колодцы другие, они в земле прямо. И не вода там, точнее вода, но не чистая, канализация всякая, – пояснила я. – А этот, в который я провалилась, наверное там работы какие-то велись, а я не заметила.
– В твоем мире, говоришь? – пересспросила внимательная служанка и прицокнула языком. – Вон чего бывает… Так ты совсем без магии, выходит?
– Совсем, – вздохнула я.
– Нехорошо, – нахмурилась женщина. – И куда попала не понимаешь?
Я лишь отрицательно покачала головой. Что тут скажешь? Тем временем Наяна расторопно расстелила белоснежную шелковую скатерть на небольшом столике.
– Ты ешь, изголодалась небось, пока летела, – она улыбнулась, и от глаз к вискам поползли морщинки-лучики. – А я тебе все расскажу.
Я покосилась на пустой стол. Может, у них тут и питаются какой-нибудь волшебной силой или вообще воздухом? К счастью, я ошиблась. Наяна что-то пробормотала себе под нос, и ножки стола едва не подломились от появившихся на нем яств: и запеченное в травах мясо с разными соусами, буженина, тушеные овощи и ароматные лепешки. Рот тотчас наполнился слюной. А при виде кувшина с чем-то похожим на компот, я поняла, что невероятно хочу пить. Больших усилий мне стоило есть и одновременно слушать рассказ служанки. Выходило, что масштабов бедствия я себе еще не представляла, зато теперь…
– Эйр, то бишь верховный правитель, в Версе это Рейнар – самый могущественный огненный дракон, – я поперхнулась, а Наяна продолжала. – Невеста-то его, Илейя, из ледяных, да оно и видно. Ты уж постарайся на глаза ей не попадаться, она вроде драконица статусная, да интриганка та еще. Немало девок от ревности ее пустой пострадали. Только про то, что я тебя предупреждала, молчи. В Версе сейчас неспокойно, на границе с Шиаром, вотчиной земных, снова неразбериха. Оттого эйр сердит бывает, так-то он справедливый. Тебе повезло еще!
– Повезло? – удивилась я.
– Конечно, – подтвердила служанка. – Обычно-то чужеземцев казнят сразу, без разбору. А тебя вон в башню, поживешь еще, значит.
От последних слов мне стало еще хуже. И сколько я тут, позвольте спросить, поживу? Мне обратно надо, домой. У меня там… Снова больно сжалось сердце, вспоминая о Кире. Да ничего у меня там. Но это же не повод оставаться тут с драконами, завися от их милосердия?
– Вечереет, – заметила Наяна. – Давай-ка я тебе купель согрею, да ложись. Утро вечера мудренее.
Пока женщина суетилась в комнате, которую я не сразу заметила за тяжелой бархатной шторой, я невольно подумала, что не так уж и далеко наши миры друг от друга. Во всяком случае, мудрость из русских сказок сюда просочилась.
– Олеся, ступай сюда, – позвала служанка. – Покажу тебе все.
Хитрого в купели ничего не оказалось. Мочалка, флакон с ароматным маслом для мытья, да тряпка, заменяющая полотенце. И на том спасибо. от помощи Наяны "в омовении" я отказалась. Руки у меня есть, справлюсь. Болело, правда, все тело немилосердно, ровно до того мгновения, пока я не погрузилась в купель, оставив снаружи лишь голову. Я слышала, как хлопочет Наяна, готовя постель. А здесь не так уж плохо. Вот только определенности бы побольше…
Лучше бы я об этом не думала! Уж во всяком случае не сейчас, когда я лежала в пресловутой купели, а из одежды на мне была только теплая прозрачная вода. Не утруждая себя стуком в дверь, в мое временное убежище ворвался сам эйр. Я пискнула от ужаса: длинные темные волосы, прежде стянутые лентой, растрепались, глаза дракона недобро прищурены, ноздри раздуваются так, что из них выходит настоящий дым! Кажется, Наяна тоже испугалась, незаметной мышкой она выскочила из комнаты, оставив нас одних.
В два огромных шага оказался эйр рядом со мной, сунул свои лапищи прямо в купель и, не обращая внимания на мое возмущение, поднял меня на руки. Я кричала и брыкалась, даже пыталась его укусить. Но могущественный дракон лишь ухмыльнулся. Я вдруг поняла, что с меня не капает вода, хотя должна бы. А эйр Рейнар, которого такие мелочи явно не волновали, швырнул меня на кровать, предусмотрительно удерживая за запястья. Его горячее дыхание было везде: на шее, груди…
– Проклятая ведьма, – выругался он и накрыл мои губы своими.
С утробным рыком я бросил Илейю на кровать, накрывая ее своим телом. Вот только стоило мне коснуться ее губ, невеста вдруг истошно закричала. Я отстранился.
– Рейнар, – гневно начала она, церемонно поправляя задравшиеся юбки. – мы договаривались! Дракону не место в нашей постели!
– Дракону? – удивился я, а потом заметил легкий след ожога на ее губах. Так вот оно что. Зверь жаждет чужеземку. Настолько, что я перестал его контролировать.
– Будь добр, объяснись, – невеста поджала бледные тонкие губы так, что они превратились в ниточку. Губы Олеси так не сожмешь, пухлые и сочные, словно спелые вишни. В штанах снова стало тесно. Кажется, Илейя это заметила, потому что от ее визга задрожали зеркала. – Рейнар!
Руки девушки посинели, а после и вовсе покрылись тонкой хрустящей ледяной корочкой. Илейя сжала кулаки и дунула, лед осыпался прямо на мою возбужденную плоть. – Тебе стоит остыть, Рейнар, – процедила невеста. – А потом ты мне расскажешь, кто она?
– Считаешь, я должен о чем-то рассказывать ледяной ящерице? – вспыхнул я. – Той, что не может контролировать своего дракона?
– Ты пожалеешь о своих словах, – Илейя церемонно поднялась.
– Я жалею о том, что ты не под синим крылом эйра Норхотта, – сквозь зубы ответил я. – Вы были бы прекрасной парой.
– Я любила тебя! – неожиданно тихо произнесла невеста. – Наверное, под крылом эйра Норхотта мне и правда было бы лучше. Вот только ты принес клятву, не забывай, – добавила она уже твердо. – Надеюсь, ты не опозоришь наш союз неверностью, эйр Рейнар.
Дракон во мне бушевал. Клятва. Если бы не она, ноги ледяной эйры не было бы уже в моем замке. Вот только расторгнуть брачную клятву может лишь драконица. И что-то мне подсказывает, что она будет биться до последнего. А у меня сил сопротивляться дракону не осталось.
Я набросил рубаху, не трудясь завязать ворот, как требовали приличия. И как был, растрепанный и, кажется, горячий отправился в башню, где поселилась чужеземка. Я не сомневался, что она занята очень важным делом: рыдает. Оттого не стал стучать, отворил дверь и вошел. Служанка, Наяна, охнула и покосилась на купальню.
Дьявол, я ведь шел лишь поговорить! Хотя кого я обманываю, я уже и сам не знаю, зачем я шел. Наяна поняла с полувзгляда, миг – и ее в комнате уже не было. А вот чужеземка… Олеся…
Даже стоя в нескольких шагах от нее, я видел, какая бархатная у нее кожа, сочные алые губы, к которым так и тянет прикоснуться. И белые, словно снег, волосы. Едва ли я отдавал себе отчет в том, что делаю. Выхватил чужеземку из купальни, осторожно согревал, благо мой зверь мурлыкал довольным котом, учуяв близость Олеси. Она что-то кричала и забавно пыталась вырваться. Даже сейчас я чувствовал, какая она горячая, огненная.
– Проклятая ведьма, – вырвалось у меня.
Она извивалась подо мной, когда я удерживал ее руки, пока я не поцеловал ее. Я ждал, что она вырвется, ударит, закричит. Но чужеземка вдруг ответила на поцелуй.
Я не собиралась, честное слово не собиралась! Да и кто бы на моем месте… Варвар! Налетел, выдернул из воды, рухнул со мной на кровать… Ничего человеческого! Но едва его губы коснулись моих, я, словно заколдованная, вдруг подалась ему навстречу. Словно эйр Рейнар – тот самый, кого я ждала всю жизнь. Словно я не во второй раз его вижу, а знаю тысячу лет. Мужчина на мгновение замер, а потом осторожно отпустил мои руки, которыми я, сама от себя не ожидая, тотчас притянула его к себе.
Тело Рейнара было горячим, но не обжигало. Моя обнаженная грудь коснулась его, и я не смогла сдержать стон. Внизу живота закручивался тугой клубок. Казалось, словно его руки повсюду – они ласкали затвердевшие горошины сосков, поглаживали бедра. Я вдруг вспомнила Кира с его неторопливыми, будто ленивыми ласками. Никогда я не чувствовала с ним и сотой доли того возбуждения, от которого я сейчас едва не сгорала.
Эйр не останавливался. Он губами ласкал мою грудь, когда его руки касались меня в самом чувствительном месте. Едва он дотронулся, я выгнулась дугой, чтобы стать к нему еще ближе.
– Попроси, – прошептал он.
Взгляд эйра был туманным, а зрачки – нечеловеческими. Но отчего-то меня это не испугало. Я уверенно притянула его к себе и поцеловала со всей возможной страстью, на которую была способна. Казалось, если сейчас он уйдет, мой мир рухнет, разлетится осколками, и я больше никогда…
Рейнар, не переставая ласкать, вдруг вошел в меня пальцами. Я закричала, еще никогда я так не хотела мужчину. Не помня себя от возбуждения, я уже тянулась руками к шнуровке его штанов, чувствуя, как он напряжен. Стоило мне прикоснуться к его члену, твердому, словно камень, как он глухо застонал. Я провела руками по стволу, на котором выступил узор из вен, но Рейнар неожиданно меня остановил.
– Попроси, – повторил он.
– Рейнар, пожалуйста, – задыхаясь от поцелуев прошептала я.
Он вдруг отстранился. Внимательно на меня посмотрел, и я увидела, как уходит из глаз звериное, уступая место человеку. Он словно приходил в себя. Прикрыл на миг глаза, вздохнул. А после качнул бедрами навстречу моим рукам. Я поняла его без слов, провела ладонью от головки к основанию и обратно, чувствуя, как он борется с собой. Я не понимала, что изменилось вдруг? А руки Рейнара ласкали меня все настойчивее, унося непрошенные мысли. Возбуждение было таким сильным, что я едва дышала, двигаясь все быстрее в такт Рейнару. В миг, когда мир рассыпался миллионами искр, я почувствовала, как замер эйр, издал глухой стон и излился мне на бедро.
А после резко поднялся и, набросив один лишь сотворенный из воздуха плащ, молча отправился к двери.
– Эйр Рейнар, – позвала я, удивляясь его поведению. Я была уверена, что он продолжит, не может же он уйти так просто?
– Я не могу, – ответил он, не поворачиваясь. – Дьяволова клятва!
Эйр ударил кулаком в дверь и покинул мою комнату. И лишь в этот момент я вдруг поняла, что только что произошло.
Дьяволово отродье, кто это придумал вообще?! Кто придумал эти традиции, верность избранной паре, клятвы на крови? Как прожить всю жизнь с той, которая не вызывает ни единого отклика чувств, зная, что где-то по миру ходит… Дьявол! Сегодня зверь оказался сильнее, и я едва не сдержался. Нужно выслать эту Олесю туда, откуда она явилась, подальше, лишь бы не видеть ее манящих губ, не чувствовать легкий цветочный аромат, исходящий от ее тела… Да что же это?!
В конце концов я – эйр, я не могу позволить себе пойти против своей же собственной воли. Нужно успокоиться. Союз с ледяной эйрой выгоден во всех отношениях: новые земли, ресурсы, рабочая сила. А главное – алмазные шахты, которые пообещал мне старый эйр. Их я получу лишь в том случае, если наша свадьба с Илейей состоится на исходе этого месяца. Оставалось всего тринадцать лун. Судя по снующим по замку золотошвейкам, невеста готовилась весьма активно. Я же погрузился в государственные дела.
Вот и теперь, сидя во главе овального стола, я терпеливо слушал неторопливую речь одного из членов Совета Магов. Старик говорил так медленно, что казалось, будто еще пара слов – и он уснет. Может даже вечным сном. Его ум больше не был так остр, как требовалось, признаться, весь совет и состоял из таких вот стариков, которым казалось, будто все вокруг них замерло, а они по-прежнему в седле. Все было не так. Мир менялся, и лишь они тормозили благополучие Верса. И если обычно я все спускал, то сейчас…
– Мы не будем закрывать границы, сэр Гойлас, – сухо сказал я.
– Мой эйр, вы еще слишком юны…
– Боюсь, вы неверно оцениваете ситуацию, сэр, – я поднялся. – Верс – могущественная страна, и мы не будем прятаться ни от ведьм, ни от земляных, ни от кого бы то ни было. Наоборот, мы должны выяснить, в чем их сила и превратить ее в слабость.
– Мой эйр, – поднялся было сэр Никлас.
– Совет Магов окончен, – твердо сообщил я. – Его существование более не является необходимостью для Верса. Конечно, все ваши земли и довольствие останутся за вами, но важные решения отныне я буду принимать лично.
– Вы хорошо подумали, эйр Рейнар? – прищурился сэр Никлас.
– Давно требовалось это сделать, – кивнул я. – Огненной дороги.
Маги медленно потянулись к выходу. Я знал, что не раз пожалею об этом, но я был уверен, что поступил единственно правильным способом. Не дожидаясь, пока вести разнесутся по придворным, я отправился в свои покои.
Стоило Рейнару покинуть мои покои, я бросилась в купальню. Безудержно хотелось смыть с себя запах мужского тела. Я злилась на эйра, но еще больше – на себя. Никогда, никогда в жизни я не бросалась в объятья к первому встречному. Здесь же словно заколдованная, ласкала его, целовала, кажется даже о чем-то просила… Заколдованная, точно! Естественно в мире, где есть драконы и все такое есть магия, приняли же они меня за ведьму. Значит, Рейнар наложил на меня какие-то чары, нужно просто их снять, вот и все.
Вода в купальне остыла, но не сильно. Опустившись в прохолду, я прикрыла глаза, изо всех сил стараясь не вспоминать прикосновения дракона, его хриплый голос и горячие поцелуи. Хватит! Я выскочила из воды, наскоро вытерлась тем, что было у них вместо полотенца. Нужно срочно найти Наяну и расспросить ее о всяких магических тонкостях.
Моей одежды в комнате не оказалось. Вероятно, Наяна в порыве уборки ее куда-то унесла. В этом я женщину поддерживала, все-таки падение в поле и лежание на грязном полу подземелья чище мою рубашку не сделали. Но что мне теперь делать, если единственный предмет моего гардероба – холстина, в которую я завернулась. Обувь тоже исчезла.
Ждать, пока Наяна появится сама, мне не хотелось. Она ведь не обещала, мало ли, вдруг вообще ко мне больше не собирается. Значит, отправлюсь на поиски. Да, прямо так, босая и в непонятно чем. Я распахнула дверь и попятилась: на меня недобро смотрел один из стражников.
– Куда собралась? – прищурился он. – Эйр приказал из башни не выпускать.
– Да и пржалуйста, – фыркнула я. – Но не сидеть же мне голой!
Стражник внимательно осмотрел меня с головы до ног и присвистнул. Мне стало неуютно под его взглядом, но я гордо вскинула голову и твердо сказала:
– Мне нужна Наяна, как я могу ее найти?
– Я позову, – хрипло ответил мужчина. – Ступай назад, эйр разозлится.
Я кивнула и скрылась за дверью. Ноги тряслись, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Нет, я вообще-то не отчаянная трусиха. Но посмотрела бы я на любую девушку, оказавшуюся в моем незавидном положении! Успокаивала я себя лишь тем, что сейчас придет Наяна и подскажет мне, как снять чары Рейнара. А может и придумает, кто поможет мне вернуться домой. И пусть держаться мне там особо не за что, но в этом мире мне отчаянно не нравилось.
К счастью, ждать долго не пришлось. Не прошло и четверти часа, как дверь распахнулась. Вот только это оказалась не Наяна. Звериный взгляд, самый, что ни на есть настоящий дым из раздувающихся от злости ноздрей. На пороге стоял разгневанный Рейнар!
Еще не справившийся с эмоциями после Совета магов, до своих покоев я так и не дошел. На полпути меня поймал вездесущий Ниар.
– Что? – рыкнул я, не ожидая ничего хорошего. С хорошими новостями советники по коридорам не бегают. Интуиция меня не подвела.
– Там… – Ниар изрядно запыхался. Что с него взять, должность советника не предполагала боевой подготовки, поэтому он был едва ли сильнее девицы. Главное, чтоб маг был могущественный, а с этим проблем не было. – Ваша, то есть не ваша, в общем, эта колдунья…
– Сбежала?!
– Нет, мой эйр, не сбежала, – поспешил с ответом Ниар. – но, кажется, собиралась. Иначе зачем ей накладывать любовные чары на стражников?
– Какие чары?! – взревел я, а сам уже устремился в заветную башню. Следом за мной бежал советник, по пути пытаясь рассказать остальное. Лучше бы он молчал!
– Вышла… Голая, в покрывале… Босая… Гриер…
– Стоп, – я остановился, а Ниар с разбегу врезался мне в спину и, не удержавшись, рухнул на пол. Но мне было не до комфорта советника. – Кто такой Гриер?!
– Стражник, мой эйр, – напомнил Ниар. И заговорил с такой скоростью, словно слова из него от страха выбегали. – Он стережет выход из башни. И сейчас стоял спокойно на посту, а потом дверь отворилась, а там она… Голая…Босая…
– Про голую и босую я понял, – я не сдержал злого рыка. Советник совсем съежился и стал похож на нахохлившегося птенца. Тоже мне впечатлительный. – Дальше что?
– А ничего, мой эйр. Она попросила пригласить Наяну.
– И все?
– И все, – подтвердил Ниар.
– Так а магия любовная где? – удивился я.
– Если бы я знал, – развел руками советник. – Да вы на Гриера взгляните, он ведь сам не свой после увиденного. Уж сколько боев прошел, а перед девицей спасовал. Чары, не иначе!
Чары, значит? Отправив двух впечатлительных подальше от башни ведьмы, я решил собственными глазами увидеть, что там за чары такие. Дождавшись, пока коридор опустеет, рывком распахнул дверь. И понял. Так понял, что в штанах снова стало тесно.
Олеся стояла в каких-то паре шагов от меня. Волосы мокрые, словно она снова была в купальне. Бездонные лазурные глаза смотрят испуганно, а тонкие руки до побелевших костяшек прижимают к себе холстину.
– Рейнар? – охнула она, прикусывая нижнюю губу.
Кажется, выбросить чужеземку из головы будет сложнее, чем я думал. И мой дракон в кои-то веки со мной согласился.
Он так смотрел, что у меня подкашивались ноги. Словно набросится сейчас на меня диким зверем и… А вот что будет потом, моя фантазия еще не решила. Или мне будет очень хорошо, или крайне плохо. Судя по тому, что мужчина так и застыл в дверях, он тоже не определился.
– Одевайся, – вдруг тихо сказал он.
– Что? – от удивления я не двинулась с места.
– Олеся, не нужно заставлять меня повторять дважды. Одень свою одежду и следуй за мной.
– Ах, вот оно что! Свою одежду? А не вы ли, многоуважаемый эйр, приказали ее отсюда унести?!
– Ты забываешься! – зарычал Рейнар, и я от испуга сделала неуклюжий шаг назад.
Вообще-то я не отличаюсь грацией бегемота, но кто бы не запнулся, будучи завернутым в длинную холстину, которая шлейфом волочилась по полу? Падая, я подумала, что пол здесь каменный, а значит, сотрясения в лучшем случае мне не избежать. А то и чего похуже. Вот только упасть мне не дали: эйр молниеносно оказался рядом со мной, подхватывая уже у самого пола. Быстрый взгляд на его лицо заставил меня охнуть: на меня снова смотрели звериные глаза, ноздри расширялись и, честное слово, из них даже шел дым!
– Рейнар… Вы…горите? – прошептала я.
– Ты даже не представляешь, насколько, – дыхнул горячим воздухом эйр.
Он прикрыл глаза, и на его лице отразилась мучительная борьба с самим собой. Так продолжалось каких-то несколько секунд, все это время он держал меня так крепко, что я боялась пошевелиться. Зато когда Рейнар открыл наконец глаза, они снова оказались медовыми, человеческими. Он сделал глубокий вдох, подхватил меня на руки и бережно отнес на кровать.
– Не делай глупостей, Олеся, – сейчас в его голосе была почти мольба, и я удивилась переменам, произошедшим с эйром. – Мы оба пожалеем… Ты даже не представляешь, насколько. Я прикажу принести твои одежду, ты молча одеваешься и следуешь за Наяной, поняла?
– Я вообще-то именно ее и искала! – не удержалась я.
– Олеся, – зарычал Рейнар, и я втянула голову в плечи. Пару выдохов дыма, и эйр снова взял себя в руки. – Я прошу тебя, больше никаких разговоров со стражниками. Только Наяна, поняла?
