— Юля! — мне пришлось схватить девчонку за плечи и немного встряхнуть, чтобы привести в чувства. — Успокоилась, быстро! — первый этап прошёл успешно, — А теперь выдохнула. Вот, молодец. А теперь, — увидев, что Юля и правда начала приходить в себя, продолжила, — сказала мне, кто такой этот Сергей?
— Сергей Агапов — ваш финансовый директор. — пропищала Дюймовочка.
— Ага. Значит, финдир. — «а я ему чуть пальчик не сломала» — нервно подумала. — А как зовут наших потенциальных застройщиков? — решила сразу спрашивать всё.
Хотя нужно было это делать ещё в машине, когда ехали на встречу. Но в тот момент я до последнего надеялась, что вот сейчас я точно проснусь и от души посмеюсь над всем. А сейчас…
— Тот, что посимпатичнее Руслан Назаров — заместитель директора. А тот, которой не такой симпатичный — Юрий Голубев. Он и есть директор. — ёмко. Ничего не скажешь.
— А кто, в твоём понятии — посимпатичнее? — решила всё-таки уточнить, потому как я сама не рассматривала их со стороны симпатии. Вот вообще не до этого мне!
— Ви-и-ика-а-а! — уже зарыдала в голос Юля, а мне пришлось прижать её к себе и начать успокаивать.
Ну как маленькое дитя, ей-Богу! А прижав девочку к себе, в глазах сразу встала картина, как я так же, каждый раз успокаиваю своих девочек, когда у них случается горе их вселенских масштабов.
— Юленька, миленькая, успокаивайся. — прошептала тихо, потому что само́й уже хотелось плакать. Но гладить и успокаивать не переставала её. — Мы же леди. А леди всегда найдут выход из любой ситуации. — проговорила, стараясь улыбнуться самой искренней улыбкой, поднимая личико этой Дюймовочки за подбородок.
И вот сейчас в Юлиных глазах промелькнуло что-то непонятное.
— А вы точно наша Виктория Викторовна? — просила она охрипшим голосом, — Где вы могли нахвататься таких слов за несколько часов, пока я бегала по вашим заданиям?
— Да я вроде всегда так говорю.
— Да?! — удивлённо выдала Юля, отстраняясь от меня и начиная поправлять свой внешний вид.
— А что нет? — удивилась я и в ответ получила отрицательные покачивания головы.
Ла-а-адно! Значит, начинаем плясать от имеющейся информации.
Ополоснув руки, я вспомнила ещё один вопрос, который так и не задала пока:
— Юля, а кто наш директор? — и опять получила в ответ сначала огромные глазища, наполненные слезами, а после писк:
— Вы, Виктория Викторовна. И директор, и учредитель.
— Мг. Я, значит. — интересно, а моё охренение сегодня опустит свою голову?
— Вы жуёте губы. — тихо пропищала Юля.
— Жую. — согласилась на автомате, — Я всегда так делаю, когда стараюсь сдержать в себе плохие слова.
— Вообще-то, вы так не делаете. — и опять в её голосе слышны слёзы.
— Юля. Успокаивайся. — проговорила успокаиваясь. Ну, точнее, стараясь сделать это хотя бы внешне. — Не делаю — так не делаю. — а потом взглянула себе в глаза и тихо добавила, — Я смотрю, ты вообще робот Викуля! И кобелей вокруг тебя целая стая.
— Вы что-то сказали? — прошептала взволнованно Юля.
— Ага. Пошли. А то нас, явно потеряли. — проговорила уже громче, подталкивая девочку к двери. — Только давай ты сейчас сядешь возле Сергея, хорошо? А то боюсь, я опять могу подавиться… чем-нибудь.
— Хорошо. — уже спокойно ответила Юля.
Вот и молодец! Тоже умеет быстро брать себя в руки.
Мы вернулись за стол и как только уселись, я начала более внимательно рассматривать мужчин, которые сидели за столом.
Разговор не стали перебивать, да и смысла не было. Но вот теперь мне нужно понять, кто здесь кто. Юля опять начала, что-то усердно записывать, а я постаралась сосредоточиться не только на своих тревогах, но и на том, где же я нахожусь и как смогла попасть за 1 тыс. километров, от прежнего места жительства?
Нам принесли заказ и все дружно решили, что сейчас можно отложить пока всё и пообедать, а после продолжить.
И только я отрезала кусочек стейка, сочненького такого, как по моей ноге что-то поползло!
Та-а-ак! Дыши, Вика! Дыши! Это что-то тёплое и большое, значит не змея. А что… сейчас узнаем.
Я аккуратно отодвинула скатерть, как бы поправляя салфетку и увидела… ногу, бл…ин! Мужскую!
— Хах! — нервно выдала, не успев сдержать в себе. И то внимание, которое я так не хотела привлекать, всё-таки привлеклось. Значит, нужно выкручиваться. Выровняла максимально спину, засунув свои ноги подальше под стол от ползущей ноги, совсем некультурно поставила локти на стол и непринуждённо сказала, — Анекдот вспомнила просто.
Юля опять подавилась. Сергей смог удержаться, но занервничал, резко бледнея. А вот тот, кто сидел ближе всех ко мне, с другой стороны, выдал:
— Какой же, Виктория? — и такая улыбочка опять… ехидненькая. Ах ты, собачка женского пола! Попался.
— Знаете почему мальчики в детстве растут медленнее, чем девочки? У них просто, яйца с членом, начинают развиваться раньше, чем всё остальное, поэтому к земле притягивает, пока пропорции не выровняются. — тут Сергей всё-таки подавился, а я, стараясь не обращать внимания на его кашель, продолжила. — А почему девочки растут только до восемнадцати, а не так, как мальчики до двадцати трёх? Потому что, как только у нас вырастают сиськи, они начинаю тянуть нас к земле. — я начинаю улыбаться той же улыбочкой, которую мне демонстрировал мужчина, что явно, гладил меня по ноге, но что-то его улыбка начинает таять в ответ. — Так вот вопрос: если в девушками понятно — чем меньше сиськи, тем выше они. А вот в мужиками, как быть? Получается чем выше рост, тем меньше член?
И на этих словах подавились все! Даже те, кто обедал за соседними столиками! Потому как я говорила громко, чтобы все точно услышали!
А я всё так же сидела и «мило» улыбалась трём мужикам за нашим столом. С двумя, из которых, я, точнее, эта «Я», сто процентов... спала!
«Ох же ты и простит… шаболда, Вика! Охренеть просто можно! Как ты вообще их запоминаешь? Трое! Твою же мать! Трое! А я надеялась, что моё охренение отдохнёт уже сегодня!»
Но на лице, кроме улыбки в этот момент ничего не было. И спасибо моим деткам за такую замечательную науку: держать «морду кирпичом»!
Глава 6
— Не-е-е-ет. — простонала я в потолок, переворачиваясь на спину и замечая, что проснулась опять в той же квартире. — Да чтоб тебя… Зараза! Я хочу обратно! — заорала я во всю глотку, — О-о-ой. — простонала от собственного крика. В голову так отдало, что даже звёздочки заплясали перед глазами. — Верните меня домой… к мужу… к детям… — опять проныла, только уже по-настоящему.
Не хочу я так! Мне не нравится эта Вика! Я хочу стать обычной! Той, которой была ещё сутки назад!
Вчера, конечно, обед закончился эпично! Ну в плане, что мы так ни очень и не договорились с этими товарищами застройщиками.
Тем более, после моего анекдота все, почему-то, активно начали сворачивать переговоры.
А когда мы уходили из этого ресторана, хостес мне тихо сказала:
— Виктория Викторовна — вы сегодня просто в ударе! Моё восхищение!
И это натолкнулся на мысль, что я, скорее всего, могу чудить и покруче!
А когда мы сели в машину, Юля зашипела кошкой:
— Анекдот?!
— А? — не смогла сразу уловить её претензию. А она чётко слышалась в голосе.
— Вы начали рассказывать анекдот? — повторила она, только уже даже как-то зло и с обидой. — За столом, где сидят одни из влиятельных людей нашего города, Вы, начали рассказывать анекдот! — а это уже было утвердительно.
— Ну я же просила оставить меня дома и дать мне бутылку водки? Просила. — ответила как ни в чём не бывало. — А ты, рыбка моя золотая, потянула меня на этот кобелиный слёт.
— Рыбка… золотая… — пропищала Дюймовочка Юля, бледнея прямо на глазах.
— Ага. Золотая. — выдала тяжело, — Как там вас? — постучала по водительскому креслу водителю, отчего и тот что-то начал бледнеть, — Извините, имя запамятовала. Тормозните, любезный, возле ближайшего маркета. Любых размеров. Главное, чтобы там спиртное продавалось. — и опять это выражение лиц. — Хоть во сне нажрусь. А то, блин, то беременная, то кормлю. И напиться некогда.
— Кто беременный? — опять писк Юли.
— Вроде никто, пока. — ответила ей.
Не нужно ребёнка загонять в ещё больший стресс, так ведь. А то, чувствую, что если я сейчас начну рассказывать о том, что у меня муж и трое детей, Юля меня в дурдом повезёт.
А мне всё-таки хочется перед пробуждением, хорошенько так «дать стране угля…», ну и дальше по рифме.
И я дала! Да так, что сейчас глаза больно открывать. А ведь так надеялась, что сон закончится!
Присев на кровати, я обнаружила в комнате кучу пакетов. И по большей части с игрушками.
Ах да, я вчера в магазине, вспомнила, что Надя говорила о детях. Нужно хоть глянуть какие они у неё. А потом проснусь и поеду к ней в гости рассказывать, что оказывается она мама, а не бизнес-леди! Только зачем я столько накупила?
«Зачем, зачем?» — Да потому что Юля сказала, что на карточке нет лимита, когда спросила, не знает ли она, случайно, сколько денег на карте.
Хотя сначала я опять увидела шок в этих глазках, а потом…
— Фу-у-ух. — тяжело выдохнула. — Я хочу домой. — прошептала, заставляя себя встать с кровати.
Желудок бунтовал. Да я с ним согласна! А ну, всосать бутылку водки и запить это всё колой. Хотя нужно отдать должное Надькиным котлетам. Они спасли вчера наш с Юлей вечер.
Да, кстати, я её тоже пить заставила. Но Юля оказалась Дюймовочкой во всех смыслах. После второй рюмки просто поплыла.
А я от стресса, выпила всё! И самое интересное, что пьянеть стала, только когда в бутылке осталось на пару рюмок. Юля уже беспечно спала, а я всё сидела и вспоминала свою жизнь.
И вот хотя бы малейшее прозрение наступило бы! Так нет же! Я даже не могу понять, где я пошла не туда, что «здесь» я не мама и жена, а женщина свободных нравов!
Одно радует: я вчера выяснила, что и год, и дата, и дни недели здесь не изменились. То есть мне сейчас тридцать пять. Только эта «Я» немного не та, которой должна быть!
Где-то запиликал телефон, заставляя меня подпрыгнуть и опять скривиться от резкой боли в голове.
— Да кто же слушает такую хрень? — рыча себе под нос, пошла искать это противное устройство.
За одной из дверей что-то упало. А следом раздался стон, такой тихий, будто ребёнок ушибся. Это что, Юля там? Или, может, я всё-таки проснулась? Но бросив беглый взгляд в зеркало, которое было на полстены в комнате только и смогла, что тяжело вздохнуть: «Нет, не проснулась».
— Я больше с вами не пью. — пропищала сонным голосом Юля, стараясь подняться с пола, а я уставилась на это маленькое чудо в огромном махровом халате, которое растянулось на полу в коридоре.
— Тебе помочь, Дюймовочка? — прохрипела сама.
— А? — удивлённо вскинула глазки на меня, а потом застонала, да с такой горечью, что даже мне плохо стало, — А-а-а-а! Вы до сих пор ничего не помните! Какая Дюймовочка Виктория Викторовна? Вы кто такая вообще? Я так не могу больше. Уволюсь. Точно уволюсь! — начала чуть ли не плача шептать Юля и просто поползла в сторону гостиной, даже не стараясь уже встать.
— Юль. — позвала я девочку, но меня опять отвлёк телефон. — Да кому там не спится в такую рань!
Рыкнула и пошла искать это чудо современных технологий. А найдя, сначала даже подвисла. На меня с экрана смотрело блестящее, голове, перекачанное во всех местах тело… мужика. А сверху надпись — «Герман».
— А-а-а-а! Ещё один, что ли? — завыла уже. — Вика, сука! Ты вообще в кого превратилась, озабоченное ты создание? — начала возмущаться я не понимая, что делаю это на себя же.
И пока я открывала и закрывала рот со всеми «народными» словами, которые могла вспомнить, телефон перестал орать этой противной музыкой.
Я даже выдохнула! Вот никакого желания не было разговаривать сейчас с… кем? А нет! Рано выдохнула! Ну раз этот товарищ звонит уже третий раз, значит, что-то ему нужно.
Зло посмотрев на своё отражение в зеркало, прорычала:
— Ну что Викуся, сейчас я тебе малину-то попорчу с твоим кобелиным гаремом. Пускай и во сне, но жизни нужно, оказывается, тебя поучить! Да! — сказала строго, поднимая трубку.
— Тори, милая, у тебя что-то случилось? — Тори? Тори?!
— Кхм. — только и смогла я выдать в трубку, опять начиная жевать губу, чтобы не сказать что-то покруче.
— Ты заболела Тори? — издал этот мужчинка в трубку. Вот его голос у меня, пока, никак не вязался с той внешностью, что я видела на фото. — Не молчи, дорогая. Хочешь, я приеду и проведу для тебя полностью индивидуально занятие. Сделаю всё, как ты любишь!
Всё! Это предел! Я просто отключилась и отложила телефон. Опершись о колени, закрыла лицо руками и застонала. И вот абсолютно всё равно уже было, что голова болит, что желудок просит хотя бы воды, что в соседней комнате воет Юля.
— У тебя их что, на каждый день недели? — прошептала опять в голос. — Вика! Вика-а-а-а! Во что ты превратилась? В кого, блин, ты превратилась?
— Я знаю, что с вами! — завизжала во всю глотку Юля, влетая в комнату. — Вас подменили инопланетяне! — выдала с самым серьёзным видом эта девочка и начала махать перед моим лицом планшетом с какой-то статьёй.
А я просто не смогла сдержать и начала ни просто смеяться, а ржать. Да-а-а! Такого я даже от детей не слышала ни разу!
Но ведь не может же быть всё хорошо. Телефон опять зазвонил. И опять — Герман.
— Ой, Герман вам звонит. — прошептала Юля, замечая высветившееся имя на телефоне, — А-а-а! У вас же фитнес сегодня на восемь был! — завопила резко, заставляя меня подпрыгнуть.
— Юля! — рыкнула на неё, выключая звук на телефоне. — Перестань меня пугать. И уймись, наконец! Никакие инопланетяне меня не меняли, это… это немного покруче. Ой, покруче! — выдохнула тяжело, — И на фитнес я не пойду. — и опять это выражение полного непонимания на лице, вперемежку с шоком. — Юль, ты мне лучше вот что скажи: ты сколько уже моя помощница?
— Скоро три года будет. — и снова с писком выдала. Да что её так накрывает от моих вопросов?
— Ага. — начала соображать, потирая лоб, чтобы немного сбавить боль, — А годков то тебе сколько?
— Двадцать пять. — ещё тише добавила, округляя свои глазки всё больше и больше.
— Мг. Ну, значит, ты должна знать сколько у меня мужчин. Так ведь, Юль? — ну вот, спросила. Может, хоть это создание поможет разобраться во всём этом бреде.
— Инопланетяне! — полностью осипшим голосом выдала Юля вместо ответа. С абсолютно бледным лицом и слезами в глазах.
— Да вашу же… МАТЬ! — рыкнула я, закрывая лицо руками и тяжело выдыхая.
Значит, не поможет!
Глава 7
— Виктория Викторовна, мы приехали. — сказал мужчина, который, как оказалось, мой водитель. А я даже имени его не знаю. Вот же…
— Да. Спасибо, любезный. — ответила тихо, но продолжила сидеть в машине, смотря на… ДОМ!
И это не просто дом, это целый современный дворец. Только башенок не хватает! Большое бело-серое здание, с огромными окнами. Два этажа. И я даже боюсь представить какая там квадратура.
— Может, вы хотите покурить? — спрашивает у мужчина, а я чуть воздухом не давлюсь, когда мне доходят его слова.
— Ты ещё, Виктория Викторовна, оказывается, и куришь! — шепчу себе под нос зло.
— Вы что-то сказали? — переспрашивает мужчина взволнованно.
— Нет, нет. Это я так… про себя. И-и-и, нет. Спасибо за заботу, но курить я не хочу.
Я вышла из машины, чтобы не задерживать и не смущать человека, но у само́й внутри, что-то грызло. Неприятное такое. И эти каблуки ещё. Я два часа перерывала весь шкаф, чтобы выбрать удобные вещи и обувь, но, как оказалось, у «Вики» нет нормальных вещей.
Платья, юбки, пиджаки, костюмы, комбинезоны классические и каблуки, каблуки, каблуки! Как так жить вообще можно? Даже на природу выехать не в чем.
Но самое раздражающее было то, что Юля кружила вокруг меня и читала какие-то дебильные статьи о том, как «инопланетяне меняют людей»! Потом она рыдала. После успокаивалась и начинала по новой.
Не выдержав этого жужжания, я попросила отвезти меня к сестре. Хоть это я запомнила вчера. Надя сказала, что живёт в моём старом доме. Значит, все знают где это.
Я постучала по багажнику, чтобы мне его открыли, но перепуганный мужчина пулей вылетел и начал извиняться бледнея.
— Простите, Виктория Викторовна. Я сейчас всё сам достану и отнесу в дом.
— Да у меня, что руки отпадут? — буркнула, но водитель уже подходил к калитке, которая резко открылась, являя моему взору… Славика!
Япона мать! Это же сам Самойлов! Первая любовь нашей Надюхи, который её так бессовестно предал. А здесь, что выходит? Они вместе.
Но самое удивительное, что он смотрел на меня как на привидение. На голове колпачок с надписью «С днём рождения», а в руках детская дуделка.
— Вика?! — прохрипел он, да так удивлённо, что мне захотелось пнуть его.
Вдох-выдох, Вика! Вдох-выдох! Ну подумаешь, ты здесь сука редкой породы! Так нужно менять всё, пока ещё не проснулась.
— Привет, Славон. — улыбнулась… «зятю»? Надеюсь, получилось искренне, — Пустишь?
— С… Славон?! — пропищал мне мужчина.
А он раздобрел. Такой пухляш со щеками хомяка, но, слава Богу, не жирдяй.
— Я так понимаю, что меня не ждали? — решила сменить тему, пока люди за сердца не начали хвататься.
— Слав, кто там? — проговорила бодро Надя, но как только её голова высунулась в калитку, она стала не лучше мужа, получается! — Вика?!
— Слушайте. Давайте мы с вами продолжим называть моё имя уже у… вас? — начала раздражаться, — А то как-то напрягает ваше чрезмерное удивление.
— Да, да, ты проходи, конечно. — начала суетиться Надя, оттягивая Славика в сторону и пропуская меня с водителем, который всё это время стоял с таким же выражением лица, как и родственники. — Ты губу жуёшь? — удивлённо прошептала Надя, когда я прошла мимо.
— Жую, бл…ин. Да! Я жую губу! Чтобы нечаянно, не гаркнуть ни на кого! — прорычала сестре, — А то что-то, последнее время, желание такое посещает меня всё чаще и чаще.
Надя побледнела, а Славик напрягся, но все пошли по дорожке к дому. А вокруг… целый праздник! Куча деток, которые бегают везде. Аниматоры. Шары разных размеров и форм, и детские батуты.
— У кого день рожденья? — нервно спрашиваю Нади.
— Ну, вообще-то, у твоей крестницы. — зло зашипела сестра, а мне так стыдно стало сейчас, что и словами не передать. — Хотя кому я говорю? Это Юля тебе напомнила, да?
— Нет. — тихо ответила, — Я сама захотела приехать. — добавила почти шёпотом, останавливаясь возле большой овальной клумбы, куда заскочил мяч, а какой-то малыш пытается его достать оттуда. — Давай помогу. — проговорила спохватившись.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
