ISBN :
Возрастное ограничение : 999
Дата обновления : 23.06.2023
– О! – невольно воскликнул он.
Перед ним стояла не размалеванная до самых ушей молодая смазливая матрешка, а совсем другая девушка! Он даже рот приоткрыл от изумления. – Большие черные глаза, смотрящие на него, выстилали взгляд мягким трепетом черного шелка, поблескивая в переливчатом, меняющимся свете лампочек, висящих над барной стойкой, разноцветными маячками. Тонкий нежный абрис пухлых губ, сходился у кончиков рта на редкость притягательными извилинками. Девичий румянец на щеках, образовавшийся после теплого душа и розовеющими неровными штрихами забравшийся прямо под обрамляющие тонкий овал лица, черные вьющиеся волосы! Шея! Господи ты боже мой! Тонкая, бархатистая, с пульсирующей синей жилкой, несмело стремящейся ввысь от самой ключицы! И тут взгляд Глеба, оторвавшийся, наконец, от этой самой жилки, уперся в ее подбородок. Волевой, слегка выдающийся вперед, он, как предупреждающий стоп- сигнал служил ограничением ее красоты, вызывающе переключая внимание на себя. – Посмотрите! Я вне гармонии! – кричал он. – Я нонсенс! Однако, только с волей, принадлежащей лишь мне одному, вполне сумею удержать всю, собранную здесь красоту в строжайшей узде!
Господи! Да какая же она проститутка! Такую под это никогда не сломать! –подумал Глеб. Так вот откуда ее упрямая бесшабашность! Неистовое нежелание смирения с обстоятельствами, дошедшее до такого абсурда, как сегодняшний побег!
Дана с полной победой поглядывала на него, понимая, что понравилась.
– В отличии от многих, макияж тебе не к лицу. Садись. – Глеб примирительно улыбнулся и принялся разливать чай.
– Тебе покрепче?
– Наливайте, я скажу, когда хватит.
Какое-то время они пили чай молча, а когда пауза неприлично затянулась, Глеб поинтересовался.
– Ну, а специальность хоть какая-то у тебя есть?
– Нет.
– Выходит, ты нигде не училась после школы?
– Я поступила в Политехнический институт в Виннице, а после третьего курса бросила его.
– Не потянула?
– Да нет, я училась хорошо, просто жить было не на что.
– Ну, так перевелась бы на заочное отделение.
Дана махнула рукой, давая понять, что обстоятельства так сложились.
Допив чай, Глеб встал из-за стола и направился в комнату, поручив Дане помыть посуду.
Он разложил диван и постелил ей.
– Переночуешь сегодня у меня – сказал он, вернувшись на кухню.
– Да, что Вы, мне неудобно. –Засмущалась Дана.
– Ложись. Уже ночь. Своими проблемами будешь заниматься завтра с утра. А сегодня, считай, тебе повезло. Спокойной ночи.
Глеб уснул быстро. Сказался на редкость загруженный рабочий день и занятия в фитнес-центре, которые ему пришлось закончить на час позже, опять же из-за задержки на работе. Он спал до трех ночи, как убитый, а потом вдруг резко открыл глаза, ничего не понимая. Сначала ему приснилась Дашка, которая отдыхала на Тенерифе и по которой он уже очень соскучился. Она бегала по берегу Москвы – реки, в том месте, где они обычно купались и загорали, находясь у Глеба на даче. Он пытался ее догнать, но всякий раз, как только его руки должны были к ней прикоснуться, Дашка из- под них ускользала, как ловкая ящерица и хохотала каким-то не своим смехом, потешаясь над его неловкостью. Когда же Глеб выбился из сил, то стал умолять Дашку его пощадить, и, взглянув на зеленый луг, простирающийся перед ним, тут же упал на траву, раскинув руки в стороны.
– Иди ко мне, Даша, я сдаюсь!
Он закрыл глаза, утопая в блаженном запахе зеленой травы и соцветий. И вскоре услышал Дашкины шаги возле самого уха.
Глеб открыл глаза и, изловчившись, схватил ее за ногу, мирно взявшую курс на очередной шаг.
– Вот и попалась!
Даша попыталась вырваться, но не смогла.
– Ай!
Глеб, тем временем, приподнявшись, нежно провел рукой по внутренней стороне ее лодыжки, подбираясь выше, к колену, а затем к бедру.
Даша склонилась к нему, касаясь кончиками волос его лица. Глеб снова закрыл глаза от удовольствия и через мгновение почувствовал на своей щеке ее разгоряченное дыхание. Он потянулся к ее губам. Ах! Какой это был поцелуй! Боже! Глеб ощутил такую силу сласти впервые! Она пронизывала насквозь, проникая в каждый орган и заставляя его трепетать всем своим естеством!
– Даша, Дашенька! – застонал Глеб в эйфории.
Он открыл глаза и увидел перед собой черные вьющиеся волосы. Видение это заставило его опешить. Ведь у Даши волосы были светлые и прямые. Глеб невольно отпрянул. И тут взгляд его уперся в лицо той, кого он только что целовал. Это была та самая незнакомая девушка Дана, которую он из жалости оставил у себя ночевать. Она смотрела на него своими черными проникновенными глазами и страсть, которая пылала в них, обволакивала Глеба каким-то сладким дурманом, приковывала к себе всю его волю, заставляя безропотно отдавать себя в ее власть! Взгляд Даны был долгий, ненасытный, от которого, казалось, все вокруг парализуется, подчиняясь ему. Отвести глаза Глеб не мог. Какая-то неведомая сила, струящаяся из ее глаз, не давала ему этого сделать.
– Поцелуй меня еще! – приказала ему Дана, и Глеб тут же потянулся к ее губам, забыв обо всем на свете! Страсть накрыла его мощной волной, и он принялся срывать с Даны одежду. Да на ней, собственно, и одежды-то никакой не было. – Красный бюстгальтер и такие же трусики.
Они занимались любовью, обжигая друг друга горячим дыханием и стоны страсти срывались поочередно то с его, то с ее губ. И все это происходило так естественно, что сном назвать подобное никак было нельзя. И неестественно в то же время, потому, что такого накала страсти и мощнейшего ее выхода наяву Глеб не испытывал никогда!
Он проснулся не то в холодном, не то в горячем поту.
Что это было? –задал он вопрос сам себе – сон?
Сознанием Глеб ощущал, что пробуждение уже наступило, но черные, завораживающие глаза Даны, все еще смотрели на него откуда-то из ночи.
Он вытер мокрый лоб тыльной стороной ладони.
Господи! Надо ж такому присниться! – изумился Глеб и тут же ахнул, вспомнив красные трусики Даны, которые ему приснились, и которые он видел на ней, когда она показывала ему следы ожога, распахнув халат.
Да, что ж это такое?! Тогда… Может это было вовсе не во сне?! Но при чем здесь тогда Дашка, которая приснилась ему в самом начале?
Он встал, подошел к двери спальни и потихоньку ее приоткрыв, вышел в соседнюю комнату, где спала Дана.
Девушка мирно посапывала во сне, явно не располагая никакими признаками своего недавнего пребывания в его постели.
Чушь! – подумал Глеб. – Совершеннейшая чушь! Но что именно он подразумевал под этим определением, толи неестественность своего сна, толи ощущение его необыкновенной естественности?
Он потихоньку направился в прихожую и, нащупав выключатель, зажег неяркий дежурный фонарь-ночничок, который висел над входной дверью. Затем вернулся в комнату, которая теперь была слегка освещена из прихожей, и снова взглянул на спящую Дану. Она лежала, склонив голову набок, ее вьющиеся черные волосы в беспорядке были разбросаны по подушке, а из – под одеяла до колена выглядывала нога.
Правая – как раз та, за которую я ее схватил – подумал Глеб, и тут же сплюнул в сердцах.
– Тьфу! Я же не ее вовсе схватил, а Дашку! И потом, это было во сне! Да! От таких снов и крыша может съехать!
В полном недоумении Глеб направился в спальню, однако тут же вернулся и на цыпочках подошел к Дане. Осторожно сдвинул одеяло с ее оголенного плеча, как раз до того места, откуда выглядывала бретелька ее бюстгальтера.
– Красная! –ахнул Глеб и его кинуло в жар. – Наваждение какое-то! Черт знает что!
Утром Глеб вышел из спальни и увидел Дану, скромно сидящую на диване. Постельное белье было аккуратно сложено и лежало на краешке дивана.
– Доброе утро! – сказал он. – Как спалось?
– Спасибо, спалось замечательно – улыбнулась ему Дана.
– И давно ты сидишь?
– Ну… минут двадцать уже. Я хотела уйти, но увы! Похоже теперь придется крепко подумать, как мне отсюда выбраться.
Глеб бросил на нее удивленный взгляд.
Девушка вздохнула.
– Хм! Меня гориллы пасут. Сидят на лавочке. Я выглянула в окно на всякий случай, вовсе не надеясь их увидеть, а они сидят!
– Та-ак! –озадачился Глеб. – Ну и?
Дана виновато пожала плечами.
– Я понимаю, что добровольно сдаваться ты им все-таки не желаешь?
Девушка отрицательно покачала головой.
Глеб развел руками.
– Не понимаю, на что ты надеешься?
Дана в отчаянии опустила глаза.
– Ладно. Хорошо хоть, что сегодня суббота, а не рабочий день.
После этих слов в глазах девушки засветилась надежда.
– Ну, что ж, для начала мы все-таки позавтракаем. – Распорядился Глеб и отправился в ванную.
– Поди пока, чайник включи. Да в холодильнике наскреби чего-нибудь на бутерброды. –Бросил он ей на ходу.
Дана послушно кивнула и направилась на кухню.
После завтрака Глеб в первую очередь спросил, куда она думает отправиться, если он вытащит ее отсюда, минуя горилл.
– Пока не знаю. –Честно призналась Дана. –Мне бы деньги свои забрать – вздохнула она – скопленные
– Где?
– Там.
– В притоне, значит. И что, у тебя их там много?
– На месячный съем квартиры, думаю, хватило бы.
– И как же их можно взять?
– Есть только один способ – позвонить кому-нибудь из девушек, чтобы они передали.
– А девушки-то надежные, не выдадут?
– Тут не угадаешь.
– Что это значит?
– Во – первых, не ко всем можно обратиться, во – вторых, даже к тем, кого считаешь надежными, надо попасть под хорошее настроение. В – третьих, даже если и здесь все срастется, есть риск, что девчонки проговорятся подругам, среди которых, как правило, обязательно найдется стукачка. Но это плохие прогнозы! Я буду надеяться, что они не сбудутся.
– Оптимистка! – покачал головой Глеб. – Хм! В общем, так! Если уж так случилось, что ты села ко мне на шею, так и быть, потаскаю тебя еще немного. До тех пор, пока ты сумеешь добыть свои деньги. Родители у меня сейчас отдыхают на Кипре, а дача пустует. Поживешь пока там. Только, уговор! Когда будешь созваниваться с подругами, не называй адрес дачи. Встречайся с ними где-нибудь на нейтральной территории.
Лицо девушки засияло от радости.
– Хорошо! Спасибо вам огромное!
– Пожалуйста! – иронически изрек Глеб – а сейчас вымой посуду и одевайся.
– А как же мы отсюда выйдем?
Глеб подогнал свою машину к самому подъезду и снова отправился в квартиру. Там его поджидала слегка закамуфлированная Дана. На ней были ее собственные джинсы, рубаха Глеба, по- походному завязанная узлом на животе, а на голове его бейсболка, под которую девушка запрятала волосы.
Глеб окинул ее взглядом.
– Пойдет! – и слегка натянул бейсболку на лоб.
– Может очки надеть солнечные? – предложила Дана.
– Не надо. Излишне обращать на себя внимание тоже не годится. – Отверг ее предложение Глеб. – А те, кто хочет спрятаться, в первую очередь, как правило, надевают солнечные очки. Итак, сейчас мы с тобой идем на кухню, снимаем с полки телевизор и запихиваем его в коробку. Затем спускаем его на лифте, а потом несем к машине. Причем коробку стараемся держать на уровне твоего лица, так, чтобы его не было видно. Сначала мы быстренько запихнем в машину груз, а потом тебя. Как специально поставил машину так, чтобы твоим гориллам на обозрение попалось только заднее окно, а значит, кроме твоего затылка и стоящей рядом с ним коробки смотреть будет не на что.
– Так, может, мы просто коробку возьмем, без телевизора?
– Не получится! Тут уж придется тебе для меня постараться – ухмыльнулся Глеб. – Я давно собирался отвезти этот телевизор на дачу, вот случай и подвернулся!
– Рада, что хоть здесь смогу угодить! – обрадовалась Дана.
– -Ну, тогда вперед! За телевизором.
Задуманный план осуществился удачно. Гориллы даже не посмотрели в сторону жильцов, которым взбрело в голову куда-то перевозить свое добро. Отъехав от дома, Дана с опаской посмотрела назад.
– Не колотись, расслабься. Все уже позади. – Сказал Глеб и они, посмотрев друг на друга, рассмеялись.
Дача Глеба находилась в тридцати километрах от московской кольцевой дороги, и они, свернув на минское шоссе покатили вперед.
– Быстро доехать не получится – констатировал Глеб, глядя на вереницу ехавших впереди машин. Суббота же!
–Вот именно, – вздохнула Дана. – Теперь получается, что я нарушила Ваши планы и на выходной.
Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом