За несколько дней он продал девяносто тысяч долларов из ста, что были у него. Десять тысяч решил оставить, и он ни за что бы не смог ответить, если бы кто-нибудь спросил у него: почему продал не все сто? Золото продал местечковому олигарху и владельцу сети микрозаймов Артёму Левину. С Артёмом договорились по триста, и тот, забрав один слиток, буквально на следующий день перезвонил и сказал, что заберёт остальное. Это было немного дороже, чем принимал ломбард. Так же Левин не задавал лишних вопросов, что вполне устраивало Виктора. Сначала он хотел сбыть всё, но, подумав, решил продать половину. Получилось чуть больше двух миллионов рублей. Пока хватит. Первым делом купил себе новейший телефон Nokia взамен своего старенького исцарапанного Simens. Причём особо не выбирал, а просто указал продавцу на самый дорогой, который был на витрине. Зашёл в магазин «Компьютерный Мир», что на Первомайской, и купил самый навороченный ноутбук. Свой старинный пентиум с допотопным монитором, от которого частенько рябило в глазах, вытащив жёсткий диск, безжалостно выбросил на помойку.
Приобрёл парочку автомобильных журналов, начал выбирать себе машину. После недолгих размышлений остались два варианта: либо Land Cruiser Prado, либо Mercedes ML – оба неплохие внедорожники, вернее, мерс вряд ли можно назвать внедорожником, хоть он и полноприводный. Не особо парился, подбросил монетку, выпал «мерседес». По рекламе позвонил в Питер, в первый попавшийся автосалон. Мягко говоря, был разочарован. Его очень вежливо послали, сказав, что машин нет, все под заказ и ждать чуть ли не год. Да ладно? Позвонил в Москву официальному дилеру. Там оказались сговорчивее, но ситуация примерно та же. Оставить предоплату, заключив договор, через какое-то время придёт машина. Но Виктору порекомендовали приехать и на месте поговорить, типа не по телефону. Было ясно – всё дело в цене. Что же, цена сегодня особо не имела значения. Всё-таки деньгами легко решается много вопросов.
Виктор сидел у себя на кухне, разглядывая очередную картинку БМВ новой модели, когда зазвонил телефон. Последнее время на городской звонили редко. Всё чаще и чаще люди стали пользоваться мобильной связью, почти у каждого школьника появились сотовые телефоны. Виктор уже подумывал, не отказаться ли от городского номера, но без номера не давали интернет. Поднял трубку, гадая, кто бы это мог быть.
– Слушаю.
– Привет, Витюша, – это была Анечка.
Даже по голосу Ярский слышал или чувствовал, что она улыбается. Он ненавидел, когда она его так величала. Она прекрасно это знала, но то ли из вредности, то ли по привычке время от времени продолжала называть его Витюшей.
– Привет, – лаконично ответил Виктор.
Не сказать, что он был не рад звонку, просто хотел выдержать паузу и послушать, чего это она вдруг надумала позвонить.
– Ой, какой серьёзный у нас Витечка, – делано детским голосом заговорила Аня. – Вроде и не рад совсем. Заметь, я первая позвонила. Как дела у тебя?
Виктор помолчал несколько секунд, сам не понимая, хочет ли он продолжать разговор. Не виделись и даже не созванивались почти пять месяцев. По правде сказать, позвонить желание было. Пару раз даже начинал набирать номер, но что-то останавливало. Уж больно легко и непринуждённо стало жить после ухода Аньки. Когда она забрала свои вещи, утащила всё, что он ей дарил, что естественно. Но ведь не поленилась взять тяжёлую кофемашину, не забыв прихватить с собой даже общий ноутбук, который почему-то считала своим. Виктор был не против. Он был даже рад. Сделав генеральную уборку, выбросил всё, что напоминало об их отношениях. И вздохнул свободно. Правда, через несколько дней стало невыносимо грустно. Захотелось вернуть Аньку назад, захотелось начать всё сначала. Ведь за два года, проведённых вместе, было всё не так уж плохо. Виктор её по-своему любил. Наверное, любил. Он не был в этом уверен, но с ней было хорошо. Если бы не этот её дурной командирский характер. Да, Анна, родившаяся и выросшая в Череповце, мечтала о хорошей жизни. Мечтала уехать жить за границу. Хотела пышную свадьбу с множеством фоток, хотела, чтобы её муж был успешным и зарабатывал большие деньги. А что в этом плохого? Но это был не его выбор, это она ушла. Ну и скатертью.
– Нормально дела, живу, – Виктор старался быть подчеркнуто дистанцированным, но он был рад, да, он был чертовски рад этому звонку.
– А я думала о тебе и решила позвонить, хоть узнать, как ты там. На самом деле, Витечка, я сильно соскучилась, – она сделала паузу, но Виктор молчал, потом добавила: – Если хочешь, я приеду.
Виктору показалось, что она даже всхлипнула. Но это только показалось. Анька несентиментальная. Хотел бы он, чтобы она приехала? Да, мать его, конечно бы хотел. Хотел бы начать всё заново? Здесь были вопросы. Да ладно, будь что будет.
– Приезжай, – сказал Виктор как можно безразличнее, хотя сердце бешено колотилось, потом добавил: – Если хочешь.
Через час они уже занимались сексом, изо всех сил скрипя кроватью. Потом заказали пиццу и, как два голодных любовника, не вылезали из постели до вечера.
– Хорошо, что я позвонила? – спросила раскрасневшаяся и довольная Анька.
– Не то слово! – Виктор реально был счастлив.
– Мне остаться? – спросила она, легонько ткнув его в бок.
– Как хочешь, – улыбаясь, ответил он, жуя кусок пиццы, понимая, что никуда она уже не уйдет. Всё решено.
– Гад, – изобразила обиду Анька. – Ладно, надо будет вещи перевезти завтра.
Ну вот и закончилась холостяцкая жизнь. Опять в ванной будут полные полки всяких тюбиков, кремов и помад. Да и ладно. Переживём.
* * *
На самолёте до Москвы всего час. Сказано – сделано. Не стал объяснять Анне, зачем собрался в Москву, а она на удивление допытываться не стала. Видимо, решила поумерить привычку всё и всегда контролировать. Ну, это временно, в этом Виктор был уверен. И вот он уже ехал на свеженькой «Камри», по утреннему МКАДу, а весёлый и бодрый кавказец лихо играл в шашечки на скорости далеко за сто, умело обгоняя то справа, то слева легковушки и грузовики. Рассчитавшись с таксистом, Виктор вошёл в большой красивый автосалон «Авилон», официальный дилер «Мерседес-Бенц». Всё здесь пахло роскошью: от стеклянных стен помещения, роскошных автомобилей, блестящих своими лакированными поверхностями, до тщательно подобранного и вымуштрованного персонала.
Тут же к нему подошла симпатичная девушка лет двадцати пяти, одетая в строгий чёрно-белый деловой костюм, который нисколько не скрывал её фигуру, а наоборот, подчёркивал идеальные ножки, грудь. Длинные волосы были умело собраны и закреплены красивой, элегантной заколкой. Ну прямо хоть на подиум.
– Доброе утро, – вежливо поздоровалась она, обнажив ровные беленькие зубки. – Вам помочь?
– Доброе утро, Марина, – поздоровался Виктор, прочитав имя девушки на прикреплённом на очаровательной груди стильном бейджике.
– Я хотел бы приобрести в собственность автомобиль марки «Мерседес», – пошутил он и тут же пожалел. Как-то нелепо пошутилось.
Но девушка, ничуть не смутившись, не переставая очаровательно улыбаться, парировала:
– Тогда вы точно пришли по адресу. Мы как раз продаём «мерседесы» в собственность. Вот, присаживайтесь поудобнее, – она указала на шикарный кожаный диван с низким стеклянным столиком перед ним. – Я приглашу консультанта. Вам принести что-нибудь? Кофе, чай, сок?
– Кофе, пожалуйста. Сливки, сахар. Спасибо большое. – Виктор присел на мягкий удобный диван, взял глянцевый журнал с автомобилями, стал разглядывать картинки. Буквально через три минуты вернулась Марина, неся на маленьком блестящем подносе чашку с дымящимся кофе, сахар, сливки в мини-пакетиках и маленький кусочек пирожного, похожего на венское печение. Кофе был идеальный. Вкус бесподобный. Сразу видно, что это не какой-то растворимый ширпотреб, а настоящий, только что смолотый хороший кофе. Настроение было великолепным. Немудрено: всё продумано. Сервис на уровне.
К слову сказать, ждать пришлось достаточно долго. Минут пятнадцать, не меньше, но Виктора это не напрягало. Он просто наслаждался, оглядываясь по сторонам. Людей в салоне немного. Утро. Но посетители были. Кто-то разглядывал машины, некоторые просто сидели за столом и что-то обсуждали с менеджерами. Наконец к Виктору подошёл мужчина. Он был примерно его возраста, одет так же, как и Марина, подчёркнуто строго и в то же время стильно.
– Доброе утро, я Руслан, – вежливо и услужливо он протянул руку, извинился за ожидание и спросил, каким автомобилем Виктор интересуется. Парень говорил с лёгким акцентом. Виктор объяснил в двух словах, что он хочет, а Руслан, глядя прямо в глаза, интенсивно с пониманием кивал и повторял:
– Да, да, конечно, да. Понимаете, большая очередь на эти машины. Вам придётся ждать несколько месяцев, но при дополнительной оплате вы можете уехать на машине хоть сегодня. Разница в цене будет существенная. Ну, вы же понимаете, – улыбнулся он.
Затем Руслан показал красивый ML-350 зелёного цвета. Открыл дверь, пригласил посидеть, посмотреть внутри.
– Смотрите, Виктор, эта модель уже с ПТС, можно прямо садиться и ехать. Мощность – триста сил, объем – три с половиной литра, бензин. Очень удачная модель. Вы спрашивайте, если что интересно.
Ярский сел на водительское сиденье, взялся руками за руль. И тут же влюбился. Всё было так удобно и чётко. Не хотелось вылезать.
– А белый такой есть? – спросил он Руслана.
Тот улыбнулся,
– Мы посмотрим. Давайте пройдём за стол, поглядим, что есть ещё в наличии и определимся с ценой.
Деловито и не стесняясь, Руслан называл цены. Столько-то стоит базовая модель, здесь доплата за цвет, здесь за диски, сигналку – допы, допы, допы. Даже за коврики была отдельная оплата. По итогу вышло два миллиона девятьсот тысяч. Но это если ждать полгода и более. Чтобы забрать машину сегодня, цена вырастала сразу на пятьсот тысяч. То есть три миллиона четыреста. Да-а, за мечту надо платить. Видя замешательство Виктора, умный консультант сразу смекнул, что надо немного сбавить обороты.
– У меня есть к вам такое предложение, – не переставая улыбаться, Руслан взял чистый лист бумаги. – Это, конечно, против правил, и надо согласовать с начальством, но, если вы оставите предоплату миллион наличными, попробуем сделать цену чуть больше трёх миллионов. Но машина придёт где-то через полтора-два месяца.
Виктор посмотрел на бумагу, там было написано: на самом деле две-три недели. Улыбнулся. Ну что ж, везде свои нюансы. Всем хочется заработать. Взял у Руслана листок и дописал: «А гарантии» – и поставил большой знак вопроса. Но тот только улыбнулся и пожал плечами: мол, я и так делаю всё, что от меня зависит.
Домой улетел на вечернем самолёте. Глядел в иллюминатор на Рыбинское водохранилище. Острова, вода, опять острова. Красиво. Сверху всё казалось таким мультяшным и ненастоящим. В голове вертелись разные мысли. Виктор не был уверен, правильно ли он сделал, отдав миллион предоплаты за новую машину. Ведь он не глупый человек и прекрасно понимал, что деньги, так легко упавшие к нему на голову – это одноразовое явление. После того, как он купит квартиру, их не останется совсем. А на что жить? Не лучше ли было вложить в какой-нибудь бизнес, который принесёт пусть небольшой, но постоянный доход? А машина – это же очень дорогая игрушка, требующая дополнительных расходов. Сначала Виктор не учитывал ни обслуживание, ни страховку, но уже в салоне к нему подошла девушка из страховой компании и предложила застраховаться у них. У него волосы на затылке зашевелились, когда она рассчитала ему полную страховку КАСКО. Это были сотни тысяч рублей в год. Но с другой стороны, это была мечта его юности. Мечта купить хорошую, дорогую машину.
Виктор пошёл по своему методу, подбросив монетку. Орёл – покупает машину, решка – не покупает. Выпал орёл. Собственно, всё и решилось само собой. А ещё теперь у него опять появилась Анна. И если один он мог прожить на копейки, не покупая себе ничего лишнего, то Анна – это была существенная статья расходов. Самолёт плавно шел на снижение. Внизу появилась река Ягорба и дачи. Он опять вспомнил про Николаса и его друзей, к которым надо обязательно съездить. Обязательно.
Анна повисла на шее у Виктора, как только он открыл дверь. На кухне красивой дымящейся горкой его ждали блины. Любимое лакомство. Варенье, из крыжовника, сметана, мёд.
– Голодный? Руки мыть и за стол, – скомандовала Анька. Она умела быть классной, доброй и заботливой хозяйкой. Когда хотела, конечно.
– Может, в душ сначала? Целый день на ногах. – Виктор только сейчас почувствовал, какой он голодный.
– Нет, блины остынут, садись лопать, потом помоешься, – сказала Анна тоном, не терпящим возражений.
Блины были великолепны. Умял, наверное, с десяток. Такая вкуснятина. Анька забралась на диван, подогнула под себя ноги, оперлась подбородком на свои миниатюрные ладошки и в упор смотрела, как Виктор с удовольствием жуёт.
– Вкусно, – с набитым ртом кивнул он. – Сама напекла?
– Дурак, что ли? В кулинарии заказала, привезли, – пошутила она, не переставая поедать его взглядом.
Похоже, она чего-то ждала от него, возможно, какой-то информации. Он молчал, думал. Вообще, пока они жили вместе, особых секретов у них друг от друга не было, но что-то подсказывало Виктору, что не стоит пока рассказывать Аньке про… Про что? Надо было рассказывать либо про всё, с самого начала, либо молчать как рыба. Зная её характер, можно было предположить, что, если он скажет даже самую малость, Анна вытянет из него все подробности. А он пока к этому был не готов.
– Нюра, а нафига я тебе? – внезапно спросил он без каких-либо прелюдий.
Виктор порой сам себе удивлялся: как он мог внезапно сказать что-нибудь такое, что заставало собеседника врасплох. Но Анька не растерялась и как будто бы даже ждала такого вопроса.
– Ну как нафига? – улыбка моментально слетела с её лица. – Мне с тобой хорошо.
– Да я не про это, – Виктор решил расставить точки над «i». – Мне с тобой тоже хорошо. Но для этого не обязательно жить вместе. Ты же знаешь, что я не люблю врать. И не люблю, когда мне врут. Ты мне не звонила почти полгода – и вдруг. Можешь объяснить, с чего такая любезность, почему ты решила переехать обратно? И вообще…
– …и где моя кофемашина? – со смехом закончила за него фразу Анна.
– Да, кстати, где? – улыбнулся Виктор. – Но Анька, я серьёзно.
– Ладно, – Анна вдруг перестала улыбаться. – Хочешь на чистоту? Я случайно видела Ганса с Толяном. Мы обедали в «Трех апельсинах» за соседними столиками. Он же знает, что мы расстались. Так вот, он сказал, что ты вроде как поднялся. То ли бизнес какой продал, то ли ещё чего. Мне, правда, стало интересно. Я стала спрашивать, но он больше ничего не сказал. Вот я и решила. Может, мы, ну… может, начнем снова.
– Я понял, – сказал он.
В голове сложился пазл, сложился чётко и ровно. Можно было выгнать её прямо сейчас, но Анькина прямота и в какой-то степени честность сгладили углы. Виктор тоже решил не лукавить.
– Хорошо, я думаю, зная меня как облупленного, – он тщательно подбирал слова, – ты должна была с этого начать. Это было бы, по крайней мере, честно. А не петь песни про то, как ты соскучилась. Так?
Она молча кивала, уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но он поднял руку и продолжил:
– У меня в жизни кое-что произошло. На меня как снег на голову свалилась большая сумма денег. Это не мои деньги, вернее, не совсем мои. Но часть из них моя. И у меня есть кое-какие обязательства. Это пока всё что я могу сказать. И я, вероятно, уеду из Черепа. Скорее всего, в Питер. И скорее всего, очень скоро, – Виктор замолчал и вопросительно посмотрел на Анну.
– Хорошо, – кивнула она, улыбнувшись. – Я всё поняла. Как блинчики?
Женщины правят миром. Мужики только думают, что они тут главные. Бог сделал Еву из ребра Адама. Как это понять? Что это за ребро было такое, что мы стали преклоняться перед ними? А ещё они назвали себя слабым полом. Не-ет, женщины вьют из нас верёвки. Априори. Ни один мужик не устоит перед чарами умной и красивой женщины. Мы можем быть сильнее физически, иметь социальное превосходство, но стоит женщине включить своё обаяние, немного хитрости и своего умения, и мужчина сделает для неё всё: пойдет на любые жертвы, если надо, развяжет войну или добудет самый дорогой самоцвет из пасти дракона.
Как блинчики? Конечно, это было вкусно, но разве дело в этом! В этот раз Виктор не подбрасывал монетку. Он и так знал, что выпадет. Ладно, время рассудит.
10 Мая 2005
Мобильный зазвонил и выдернул Виктора из сладкого сна. Чтоб не разбудить, вылез из Анькиных объятий, вышел на кухню, плотно закрыв за собой дверь. Звонил Руслан:
– Виктор, доброе утро, ваша машинка пришла, можете забирать, могу скинуть копию ПТС, если надо.
– Не надо. – Он проснулся окончательно. – Когда можно забрать?
– Да хоть сегодня, – ответил Руслан. – Перезвоните, когда будете готовы. Хорошего дня.
Ну вот и решилось. Как и обещал, меньше трёх недель. Виктор посмотрел на часы. Восемь утра. Аньку будить не стал. Быстро оделся, съездил на вокзал, купил два билета на вечерний до Москвы. Решил не мелочиться и взял СВ. Норм, ему без разницы, а Аньке понравится. Решил ничего не говорить про машину, пусть будет сюрприз.
Вечером Анна уже собиралась в ванную, смывать свои помады или чего там они смывают на ночь. Виктор притормозил её, предложив сначала выпить по чашке кофе.
– На ночь-то? – округлила глаза Нюрка. – Подожди тогда, я быстро.
– Не торопись. – Он, поставив турку на медленный огонь, сказал: – В Москву есть желание съездить?
– В смысле? Когда? – Анька высунулась из ванной, держа в руке флакончик с каким-то прозрачным волшебным зельем.
– Да сейчас прямо. – Виктор поднял голову на настенные часы: – Поезд через час.
– Ты! Ты с ума сошёл! А чего, заранее-то не судьба сказать?! Мне собираться только часа два.
– А ну ладно, я тогда один поеду. – Виктор прикалывался. Он знал, Анька любит такие фишки. Она была та ещё сорвиголова, и его всегда забавляло это её искреннее удивление. Анька гордо выпрямилась и многозначительно показала ему красивую фигу. Затем она подбежала и повисла у него на шее.
– Ты гад, – она поцеловала его в губы. – Ты настоящий гад, но я тебя всё равно люблю. За это ты будешь пить свой кофе один, я пошла собираться.
Через несколько минут из комнаты донеслось:
– Мы надолго?
– На один день, – громко сказал Виктор, отпивая горячий кофе, и, улыбаясь, добавил: – Утюг и термос брать не надо.
К слову сказать, собралась она быстро. Даже успела состряпать парочку аппетитных сэндвичей. Виктор вызывал такси, когда Анна уже вертелась перед зеркалом в своем элегантном плаще, юбке-мини и полусапожках цвета вишни. У двери стояла внушительных размеров дорожная сумка.
Посмотрев на сумку, он, покачав головой, пробурчал:
– Я же сказал, на день, а не на две недели.
– Ну ты меня удиви-ил! – Анька смотрела в окно на удаляющийся ж/д вокзал. – Сто лет не ездила в эсвэшке. Как удобно здесь! Блин, Витька, ты такой молодец всё-таки! Вот ведь сюрприз! А если бы мне завтра на работу?
Он пожал плечами. Честно говоря, об этом даже не подумалось. Анька достала свои запасы, когда принесли чай.
– А мы зачем в Москву? – спросила она наконец, откусывая кусочек от бутерброда с сыром.
– Да так, по делам, – уклончиво ответил Виктор. – Завтра увидишь.
– Деловой ты мой. – Анька закатила глаза, откусывая очередной кусок. – Я, оказывается, такая голодная…
Виктор смотрел на довольную подругу и втайне, как бы украдкой, поблагодарил Бога за всё, что у него есть. Вероятно, это как раз и называется счастьем.
* * *
Москва. Волгоградский проспект.
– Зачем мы сюда пришли? – спросила Анна, оглядываясь по сторонам. – «Мерседес», что ли, покупать собрался? – в её голосе слышались нотки то ли настороженного смятения, то ли даже испуга.
Всё вокруг сверкало роскошью.
– Посмотрим, – лаконично ответил Виктор. – Ты посиди здесь пока, – он указал на диванчик, где недавно сам ожидал менеджера. Оформление заняло всего несколько минут. Рассчитался наличными. Тут же оплатил страховку ОСАГО. От полного покрытия КАСКО отказался, чем откровенно удивил страхового агента.
– Не боитесь? – изумлённо округлил глаза паренёк из РЕСО-страхования. – Машина-то новая.
– Не боюсь, – отрезал Виктор тоном, не терпящим возражений, и паренёк тут же потерял к нему интерес.
Руслан поздравил Виктора с покупкой, вручил красивую кожаную сумочку с логотипом салона «Авилон» и знаком «Мерседеса», куда положил страховку, договор купли-продажи, ПТС и еще несколько разноцветных брошюрок.
– Наслаждайтесь, – сказал он с улыбкой, протягивая ключи с красивым мерседесовским брелоком. – Пойдёмте, я вам расскажу немного про машину.
Анечка разглядывала глянцевый журнал с картинками, когда Виктор позвал её, подав руку. Она всё ещё, походу, не догадывалась, зачем они здесь.
– Машину покупаем, – шёпотом сказал Виктор ей на ухо, когда они подходили к беленькому красавцу ML-350.
– Девушка, присаживайтесь сюда. – Руслан с улыбкой открыл переднюю пассажирскую дверь. – Виктор, вы, пожалуйста, за руль.
Он сел в удобное кожаное кресло, мягкое и в то же время плотное. Оно было такое удобное, что Виктор как будто стал с ним единым целым. Глянул на Аньку. Она смотрела на него такими огромными глазищами, что ему стало смешно. Руслан объяснил основные функции машины. Нюансы управления, память сидений, особенности трансмиссии, какие переключатели для чего. Вежливо, но настойчиво он рассказал всё, что, видимо, было положено по инструкции. Ещё раз поздравив с покупкой, он с пульта открыл роллированную дверь и пожелал счастливого пути.
И вот они уже ехали по Ярославке, слушая «Скорпионс», хором подпевали, – Time, It needs time, To win back your love again, I will be there, I will be there…
Для этого стоило жить. Для этого стоило тратить деньги. Разве можно какими-нибудь словами описать то временное, переполняющее обоих чувство радости? Конечно же, нет. Пройдут недели, быть может, всего лишь дни, Виктор понимал, что оно притупится. Нет, не пройдет совсем, но та эйфория, тот выброс эндорфина исчезнет. Не будет уже такого острого чувства радости. Но сегодня, сегодня это было бескрайнее счастье. Свершившаяся мечта детства. Виктор даже не заметил, как у него потекли слёзы. Анька, достав платок, вытерла их. Он взял её руку и поцеловал.
– Мне кажется, что я тебя… может быть… Может быть, люблю, – сказал он, преисполненный чувств.
Это, походу, была правда.
– Не истери, – с улыбкой и как-то прагматично парировала Анька, – я знаю. Я тоже тебя люблю. Но только без «может быть», – она сжала его руку, и они долго ехали молча, слушая:
– If we’d do again, All the way from the start, I would try to change, The thing that killed our love…
Ехали и молчали. Каждый думал о своём. Виктору было очень комфортно с Анькой. С ней можно вот просто так молчать, зная, что она здесь, рядом, и она его понимает и в принципе ничего не требует. Почему-то опять вспомнился Сиплый. Где он сейчас? Жив ли хоть? Виктор порой осуждал сам себя за то, что приложил не так много усилий, чтобы разыскать своего, наверное, единственного лучшего друга. Иногда он злился на Саню, что тот не мог послать даже весточку. В отличие от Сиплого, Виктор не менял адрес вот уже много лет, и при желании отыскать его проблем бы не составило, но от Сиплого не было никаких известий.
Посмотрел на Анну. Она сидела с закрытыми глазами, откинувшись назад. Красивая молодая девчонка. Немного со своими тараканами, но ведь она классная, она вроде надежная, и, в конце концов, их многое связывает. Почему он никогда не задумывался, чтобы сделать ей предложение? Он всегда считал, что всё это временно: эта жизнь в Череповце, эта работа и эта его девушка, Анна. Ему всегда казалось, что рано или поздно он всё бросит, переедет куда-то и там будет всё по-настоящему. А это всё ненастоящее, всё временно. Всё, включая Аньку. И только сейчас, глядя на неё, мирно спящую в этом шикарном мерсе, он вдруг осознал, что неправ-то был он, не предлагая ей чего-то большего, чем просто секс. Девушки хотят стабильности и определённости, а Виктор не хотел или не мог предложить ни того ни другого.
Глава пятая
1 июня 2005, д. Пустошка Бабаевского р-на,
Вологодской области
Анька работала. Виктор поехал один. На самом деле он был даже рад этому. При всей той идиллии в их отношениях, которая сложилась в последнее время, он так и не рассказал ей всего, что произошло с ним за то время, пока они были не вместе. Он не знал, что его там ждёт, в этой бабаевской глуши. Он даже толком не знал, как представиться этим знакомым Николаса, с которыми так или иначе ему предстояло встретиться. Дорога была, мягко говоря, не очень, но мерсик плавно проходил все неровности и ямки, создавая иллюзию, что всё не так уж плохо. Пока ехал, придумал какую-никакую легенду. Что, мол, ищу дом в ваших местах, хочу купить. Денег куры не клюют. Люди порекомендовали к вам обратиться. Вы, мол, здесь давно живёте, может, что подскажете. Попахивало бредом, но, за неимением лучшего, пойдёт. Приехал по адресу. Ожидал увидеть покосившуюся хибару с заросшим бурьяном участком, но вместо этого Виктор обнаружил добротный двухэтажный дом. На участке стояла бревенчатая шикарная банька, рядом – большая теплица из поликарбоната. Всё было по-хозяйски красиво и аккуратно. Пожилая женщина копалась в огороде. Виктор припарковал машину недалеко от дома, взял пакет с тульскими пряниками и печеньем, купленными в магазине «Каравай», и прогулочным шагом подошёл к калитке. Постоял немного, пригляделся. Женщина его заметила, выпрямилась. Вроде кивнула. Виктор громко поздоровался. Она подняла большое эмалированное ведро с сорняками и медленно стала пробираться между ровными грядками.
– Здравствуйте, – ещё раз громко повторил он.
– Здрасте, я не глухая небось, чего кричать-то, – ответила женщина с характерным вологодским оканьем.
– А, извините, – Виктор улыбнулся. – Хозяин дома? Поговорить бы.
– Коля, до тебя пришли, – громко позвала она в сторону дома и обратилась уже к Виктору: – Да ты заходи, не стой у ворот-то.
Виктор зашёл на участок, закрыл за собой калитку. По листочку, который он получил от Николаса, он знал их обоих по именам. Женщину звали Мария Ивановна Полякова, а её мужа Николай Васильевич Поляков. Видимо, адрес правильный. Через минуту подошёл невысокого роста, коренастый, плотный мужчина с виду лет семидесяти, дружелюбно поздоровался, протянув руку. Виктор пожал руку, спросил:
– Вы Николай Васильевич?
– Да, точно, – мужчина с интересом посмотрел на Виктора и, повернувшись к жене, добавил: – Я там чайник поставил на плите, посмотри, а то я забуду.
– Я дом себе присматриваю в ваших краях. Мне знакомые порекомендовали у вас спросить. Говорят, вы здесь старожил. Так ведь?
– Ну, мы здесь с женой ужо лет сорок как живём, даже больше, – оживился мужик. – Я как по молодости сюда приехал, так и остались. И дом вот сам построил. Да, а что за знакомые-то у тебя, из местных кто?
– Да не, – в тон ему ответил Виктор, сам не замечая, как он копирует местное наречие. – Из бабаевских мужики сказали
– А-а, ясно, а сам-то откуда? Не бабаевский вроде, – прищурился дед.
– Череповецкий я, а родился в Белозерске, – не стал врать Виктор.
– Понятно. А чего, места у нас хорошие, что в лес – по грибы, что на охоту. Дорога только плохая, но если на «Ниве» или уазике, то проедешь даже по распутице. А зимой чистят, всю деревню. И дальше. Не знаю только, кто у нас продаёт. Вона, смотри, через дорогу – дом с красной крышей. Это Петровича, а следующий за ним, бурьяном заросший, – там дачники. Оне только летом приезжали, но ужо года два, даже, поди, более не было никого. Вот, может, оне могут продать. Но это я не знаю. Надо, вон, у Маши спросить, может, телефон их есть.
– Спасибо, – Виктор понятия не имел, о чём беседовать с Поляковым, не касаясь его основной цели приезда. Вот задал ему задачку Николас!
Огляделся. Не зная, что ещё можно сказать, стоял, переминался с ноги на ногу. Но тут выручила жена Николая, появившись с большим дымящимся чайником:
– Может, чайку?
Виктор улыбнулся:
– Да, с удовольствием.
– Ну, так, вон, присаживайтесь, – хозяйка кивнула на небольшой деревянный столик возле дома.
Присели. Над столиком был по-хозяйски натянут тент из светло-зелёного брезента. По бокам стояли самодельные, гладко обструганные деревянные скамейки.
– Меня Виктор зовут, – представился он.
– Я Николай, – кивнул хозяин, – жена моя – Мария Ивановна, – он указал рукой на хозяйку, разливающую чай.
Виктор выложил на стол свои сладости.
– Так, а всё-таки кто сказал-то, чтобы к нам зайти? – опять спросил дед.
Ну вот что ему сказать? Виктор вообще представления не имел. Да будь что будет! Если не знаешь, что сказать, говори правду. Хотел уже сказать, что знакомого его зовут Николас, что тот передавал большой привет. Может, даже выложить на стол пачку денег и сказать, что просил передать. Хотя нет, это было бы как-то неправильно. Николас же попросил его не упоминать, и это, походу, было основное во всей этой теме.
– Да знакомый один сказал. – Виктор провёл рукой вокруг, улыбаясь: – А хороший участок у вас. Всё так добротно. Баньку сами строили или заказывали? Уж больно шикарно выглядит.
– Сами, конечно, – дед вроде даже слегка обиделся. – Кто же, если не сами. Заказывать, эвоно какие деньжищи надо платить. А так лес выписал, нам бесплатно положено. Сам спилил, мужики помогли вывезти. Всё как надо, брёвна выдержал, высушил. Долго простоит. Да нам-то чего, на наш век хватит. Могу показать, как внутри сделал. Тута ко мне ужо многие приходили опыт перенимать, – явно с гордостью ухмыльнулся дед.
– Да, я бы с удовольствием глянул. – Виктор был рад. Разговор налаживался.
Чай был очень вкусным, ароматным, с пряными лесными травами. Мария Ивановна из пузатого чайника заботливо подливала Виктору в большую красивую кружку. Он поблагодарил:
– Спасибо большое. Вкусно очень. – И снова обратился к Николаю Васильевичу: – Летом, наверное, много людей в деревне?
– Ну а как, конечно. Много дачников будет, и детишек на каникулы привозят. Да, летом людно. Зимой вот скучновато. Но мы привыкли.
– У вас есть внуки? – вежливо поинтересовался Виктор.
– Нет, мы с Машей вдвоём живём, не дал нам Бог внуков, – дед вздохнул. – Доченька Настя умерла давно. Сколько ужо. Скоро двадцать лет как будет. А больше детей и не было. Так вот и живём. Да, а куды деваться, привыкли.
– Сожалею. – Виктор, заметив, как, наклонив голову, сразу загрустила Мария Ивановна, чувствовал себя ужасно, вытащив неприятные воспоминания.
– Ладно, – вздохнул Николай, глянув на жену, – это дело давнее, чего ворошить. Пошли, баню покажу.
Виктор ещё раз поблагодарил за чай, встал и пошёл за дедом в сторону бани. Баня была большая. Сруб шесть на шесть метров. Нижние брёвна, по полметра в диаметре, проложены толстым слоем мха. Выше размер брёвен немного уменьшался, но все были ровненькие, одно к одному. Зашли в предбанник. Даже нет, не предбанник, это была скорее деревянная пристройка.
– Это хозблок, – сказал Николай Васильевич. – Чтоб зимой тепло сохранить, да и дровяник здесь же.
В так называемом хозблоке вдоль стены стояли большой стол со столярными инструментами, два кресла, маленький журнальный столик, скамейка вдоль стены. С другой стороны – во всю стену поленница из берёзовых дров. На полу – коврики.
Дед открыл толстую деревянную дверь. Зашли в следующее помещение.
– Здесь топочная, – он показал на печь. – Сама печь в парилке, а здесь только знай дрова подкидывай, – улыбнулся он.
Виктор открыл красивую дверцу из прозрачного стекла. Такого раньше не видел.
Дед увидел его восхищение и пояснил:
– Огнеупорное стекло. Все любят смотреть, как дрова горят, а открывать печку негоже. И дыму напустишь, и горит хуже. А так и любуйся, и закрыто. У меня и в доме так же сделано, – не без гордости пояснил он. – А знаешь, какая толщина металла должна быть в печке?
Виктор пожал плечами:
– Шестёрка, наверное, такие обычно варят?
Николай Васильевич улыбнулся:
– Не-ет, у меня двенадцать миллиметров. Я специально заказал потолще. Один раз протопил – и будет тепло долго держать. Ладно, здесь разувайся.
Виктор снял ботинки, прошёл в следующее помещение.
– Здесь помывочная, а это парилка, – дед открыл дверь из серого матового стекла. Вдоль двух стен в два ряда – широкие полки из белой осины. На стенах – вагонка, досочки одна к одной. Всё по-хозяйски основательно и настолько аккуратно, что Виктор реально захотел себе такую же баню.
– Здорово, – искренне похвалил он. – Вы прямо зародили во мне новую мечту.
– Да, – махнул рукой в сторону двери Николай Васильевич, – пойдём. Не ты первый ужо. Тут у меня намедни фотографировать приходили… эти, как их? Ну, в интернетах пишут. Целое кино сняли, всё расспрашивали, что да как.
– Блогеры, – подсказал Виктор.
– Ну, может, они. Тоже хвалили, сказали, что такой красоты не видели ещё. Ну, если себе будешь строить, приходи, я тебе много секретов могу рассказать. Как удобно воду сделать, вентиляцию. Чтоб баня не гнила, чтоб зимой был пол тёплый. Ой, да много тут всего. Хорошую баню сделать – это целая наука.
Вышли в предбанник. Дед достал трубку, открыл коробочку с табаком, стал набивать.
– Куришь? – спросил он и, чиркнув длинной охотничьей спичкой, стал раскуривать.
– Не-е, я бросил давно, – Виктор улыбнулся.
Николай Васильевич присел на лавку, что стояла вдоль стены, Виктор сел рядом в кресло. Самое время было спросить про Настю, но дед его опередил:
– Некому только это всё оставить. Детей нет.
– А что с дочкой вашей случилось? – подталкивая к разговору, спросил Виктор.
Дед помолчал немного, вздохнул:
– Да убили её. Почти двадцать лет назад.
Виктор молча ждал. Расскажет дед ещё что-нибудь или нет, не перебивал. Николай Васильевич опять вздохнул:
– Молодая совсем была, только двадцать пять исполнилось. Отучилась в институте и вернулась домой. Я ей говорил: «Наська, в городе-то больше возможностей!» Нет, вернулась зачем-то. А она на переводчицу училась, языки иностранные хорошо знала. С парнем познакомилась, с иностранцем. Он её к себе на работу и взял. Зарплата хорошая и работа видно интересная. А потом у них конфликт вышел с местными. Оне тутойть в соседнем леспромхозе доски пилили. Чего-то, видно, не поделили. А парень-то этот, тёзка мой, Колька тоже, только она его по-иностранному называла. Николас вроде. Он такой тоже боевой был. Всё дрались с местными. Никак мирно не жили. Наши-то их прогнать хотели. Уж и пугали его, и пилораму поджигали. Он: нет, не уйду – и все. Говорил: мы с Настюхой сами всё создали, сами построили. Будем защищать. Ну, эти видят, что Колька не боится ничего, решили дочку припугнуть. Ну и так получилось, в общем, Настеньку застрелили, – дед замолчал.
– Как так-то? – Виктор хоть и слышал уже этот рассказ от Николаса, но из уст деда он звучал совсем по-другому. – Ну и что с ними стало? Их хоть осудили потом? – спросил он.
Николай Васильевич затянулся, медленно выпустил дым, потом продолжил:
– Да, суд состоялся, подозреваемых было пять человек, но всех оправдали. Не доказали ничего. Свидетелей не было, никто ничего не видел.
– А этот? Ну, Колька чего? – спросил Виктор.
– А его потом и обвинили. Адвокат этих упырей на суде так и сказал, что Колька приревновал Настю и убил. А он же сразу после смерти Настеньки куда-то пропал, его даже в розыск объявили. Потом пришёл ко мне через месяц, наверное. Упал на колени, извинялся. Говорил, что всё из-за него случилось. Прощения просил. Клялся, что это не он убил.
А я ему тогда сказал: «Не говори глупостей, я знаю, что не ты, но ты в розыске, найдут – точно посадят». – Дед посмотрел на Виктора: – Любил он ее сильно. Это же видно было. Пылинки с неё сдувал. Больше я его и не видел. Не знаю, может, к себе уехал. Он где-то в тёплых краях жил. В Греции, кажется. Он мне тогда говорил: мол, Васильич, я тебе такие места покажу, закачаешься. На рыбалку съездим на море. А вишь, как судьба-то распорядилась.
– Ну а с этими, ну, с упырями чего, так и сошло с рук? – Виктор посмотрел на деда.
– А всех пятерых и убили. Почти сразу, как Колька ушёл, через несколько дней и убили. Ко мне тоже следователь потом приходил, вопросы задавал. Видимо, и меня подозревали. Но я не стал говорить, что Кольку видел, может, и его это работа, не знаю. Причём нашли их всех в конторе, на пилораме у них. Валялись по углам мёртвые. У четверых – ни царапины, ни синяков, а у одного грудная клетка сломана, как будто под молот попал. И на лицах у всех, менты говорили, прям ужас застыл. Ужас и удивление. Как будто сидели, мирно разговаривали, и вдруг что-то их напугало. Я не ведаю, но неспроста это. И уж что там произошло, теперь не узнаешь. Ну, они получили то, что и заслужили. Вот так бывает.
Николай Васильевич встал, как будто бы опомнившись от воспоминаний:
– Ладно, пойдём ужо, дело прошлое, мы с женой стараемся об этом не вспоминать, а то она и так все слёзы выплакала в первое время. Ты телефон свой запиши, если кто дом продавать будет, я тебе позвоню, а так, да, правильно, что у нас в деревне дачу присматриваешь, места здесь хорошие.
– А я хотел сказать еще… – Виктор подождал, пока дед остановится и повернётся к нему: – Может, и вам помочь чем? Вы мне помогите дом найти, а я вас отблагодарю. Или деньгами, или ещё как. Я человек самодостаточный, меня не затруднит.
– Не надо никакой оплаты, – замахал руками дед. – И не выдумывай, а то сейчас обижусь. У нас с Марьей две пенсии, а мы и одну не проедаем. Как ты сказал, Витя тебя зовут?
Виктор кивнул.
– Я тебе помогу не за оплату, а потому что, обратись я к тебе, и ты бы мне помог, верно?
– Конечно, – кивнул Виктор.
– Ну вот, а коли самодостаточный, подумай, может, там, в администрациях, знакомых каких найдёшь. Нам бы дорогу подсыпать, а то к нам даже автобус не всегда проедет. Вот это было бы хорошее дело, – дед грустно улыбнулся. – Да пустое поди, тоже небось не так просто у них. Ну да ладно, ты ещё и дом не купил, а я уж тебе про дорогу.
Распрощались как хорошие друзья. Мария Ивановна предлагала ещё чаю, но Виктор вежливо отказался. Ехал медленно, аккуратно объезжая ямы, которые были, к слову сказать, везде. Думал о Поляковых. Хорошие люди, добрые, отзывчивые. Вот почему всё так несправедливо? Ведь могли бы жить счастливо, большой семьёй, наверное, с кучей внуков. А из-за каких-то, как он сказал, упырей, всё перевернулось. Но этот Васильич вроде не унывает. А куда деваться? Времени прошло много, видимо, переболело. Вспомнил странную историю с убийством этих парней. Как-то всё необычно получается. Прямо мистика. Было бы неплохо снова встретиться с Николасом. Пообщаться и в конце концов рассказать ему всё, как есть. Пусть скажет, как сделать, либо пусть сам поедет к деду и даёт ему денег. Но в тот же миг внутренний голос намекнул Виктору, что вообще-то он бессовестно пользуется подарком Николаса, а своё обещание не выполнил ни на грамм. Так что включи мозг и думай. Прояви сообразительность и выполни свою часть работы, кстати, не такой уж и сложной.
Надо просто найти подход. Дед дорогу подсыпать хочет. Можно попробовать. Хотя бы поспрашивать у знающих людей, кто вообще этим заведует. Наконец он выехал на бетонку и прибавил газу. Несколько раз нажал на кнопку, добавив громкости. На Ретро FM что-то испанское задорное ритмично ударяло в диафрагму, и Виктору стало весело и радостно. Какое же это всё-таки удовольствие – ехать на хорошей машине по хорошей дороге. Не прошло и десяти минут, как он напрочь забыл и про деревню, и про Поляковых, и про Николаса.
