– Пускай входит.
В кабинет зашла Анастасия Бакеева. Она, не спрашивая разрешения, села за стол напротив Карена и сразу же командным тоном спросила:
– Как все прошло?
– Она у меня, – ответил он. – Отдавать по-хорошему он ее не захотел, поэтому пришлось пойти на крайние меры.
Арутюнян достал какой-то электронный накопитель белого цвета из своего внутреннего кармана пиджака и передал в руки коварной женщины. Посмотрев на накопитель в руках бизнесмена, глава Иерархии, не раздумывая, взяла носитель в руки и спрятала в сумочку. А затем, как ни в чем ни бывало, спросила:
– Он мертв? – Карен на протяжении пяти секунд смотрел в сторону собеседницы, а потом несколько раз кивнул головой. – Тебя кто-то видел?
– Нет.
Тупая стерва. Я ведь знал. Я точно был уверен, что она в этом замешана, как и Карен Арутюнян. Теперь, этих улик мне хватит, чтобы представить вас перед законом. В этот раз я завершу начатое.
– Ладно, – поднявшись на ноги, пробубнила Бакеева. – Завтра встретимся на старом месте. Расскажешь, что у тебя случилось в картеле. И придумаем, как тебе помочь.
На этой ноте видео закончилось. Для меня было все очевидно ясно. Более того, я точно знал, что теперь нужно делать. С этим видео, Анастасия Бакеева вместе со своей вшивой дворнягой уже просто так не отделается, кем бы она там ни была. Ни один судья не спустит это дело с такими-то доказательствами. Уж я об этом позабочусь.
16:57
Поведав своего начальника о том, что у меня есть вся необходимая информация, чтобы прищучить убийц Высоцкого и установить личность Самодура, он незамедлительно согласился организовать группу задержания. Разумеется, я не поведал ему, что в очередной раз собираюсь арестовать Карена Арутюняна, а затем бросить вызов Анастасии Бакеевой. Думаю, узнай мой руководитель правду, он бы не одобрил того, что я охочусь за человеком, одно лишь существование которого чуть ли не засекречено. Никто не знает, чем эта женщина занимается, но все слепо подчиняется ее приказам, а по выходным еще и в ноги кланяются. По такому закону мы и живем все это время.
Насколько мне известно, Карен отошел от своих преступных делишек. Никто из его бывших партнеров, оставшихся в живых, работать с ним не планирует. Чем бывший преступный босс занимается в настоящее время никому не было известно. Он будто просто сидел в своем замке, прячась от внешнего мира. Король Красного Острога пал, а значит, арестовать этого выродка будет проще простого.
Собрав группу задержания, мы тут же ринулись на служебных автомобилях в микрорайон «Дачный» на задержание Карена Арутюняна. Проживал он все там же, в своем, на крови невинных, построенном дворце. Остановившись у ворот на территорию, мы с коллегами выбежали из служебного транспорта и, отперев ворота на участок, прилегающий к дому, подбежали к особняку. Мы постучали в дверь. Спустя несколько секунд нам открыл врата один из телохранителей авторитета, который при виде нас, тут же возмущенно заявил:
– Вам сюда нельзя!
Выхватив из кобуры свой пистолет, я врезал этому выскочке по голове. Наглый дворецкий потерял сознание и грохнулся на пол.
– А мое удостоверение и пистолет говорят об обратном!
Проникнув во дворец авторитета, мы обыскали весь дом. Хозяина мы нашли в гостиной, напротив горящего камина. Он сидел в темной комнате и, ни на что не отвлекаясь, спокойно попивал дорогой коньяк, который стоял рядом с его креслом на столике. Как только Карен был обнаружен, группа окружила его и держала на прицеле.
– Карен Арутюнян! – победоносно заявил я. – Вы арестованы, по подозрению в убийстве.
Он даже не обернулся. Всё также продолжал сидеть в своем кресле и наблюдать за огнем в камине. Я достал наручники и радостно пошел в сторону подозреваемого. Не успел я подойти к этому потерянному и спившемуся головорезу, как в помещение ворвались десять вооруженных бандитов, которые застали нашу группу врасплох. Теперь уже помимо Арутюняна, на прицеле были и мы.
– Ну, арестовывай! – промолвил хозяин.
Осмотрев каждого вооруженного противника, я то и думал, как бы достать свой пистолет. Силы были явно не в нашу пользу. Выгодные позиции противника, как раз всё и портили. Одно лишнее движение и эти остолопы превратят меня и коллег в фарш.
– Пусть твои люди опустят оружие! – приказал я.
– Я им не за это плачу, – невинно воспротивился Карен. Затем, он поднялся со своего кресла, развернулся ко мне и взял в руки стакан, наполненный коньяком. – Кажется, ты меня уже арестовывал капитан. Забыл, что меня оправдали?
Авторитет выпил алкогольный напиток и поставил стакан обратно на столик.
– Во-первых, не ты, а Вы. Во-вторых, появились новые, более существенные доказательства. Поэтому советую тебе не усугублять свое и без того, не совсем удачное положение.
– Я считаю, что тебе нужно покинуть мой дом! Пока твое удачное положение, не перестало быть таким уж удачным, – посмотрев на меня, пригрозил хозяин дома.
– Мы уйдем отсюда только с тобой, – заявил я. – Лучше бы ты сдал нам тогда Бакееву сразу.
Ухмыльнувшись, бандит пожал плечами и, развернувшись обратно к камину, сел на кресло и без особого напряжения, довольно убедительно произнес:
– Ты все знаешь! Вот и идти к ней. А я, пожалуй, посчитаю до трех, затем некоторые из семей этого города лишатся своих кормильцев в погонах. Такая невосполнимая утрата ждет их жен и детей.
После сказанного Кареном напряжение в комнате естественно возросло. Что-то мне подсказывало, что он реально готов пойти на такое и отдать своим людям подобный приказ. Правда никто и не отменял того факта, что это может быть всего лишь блефом. Блефом, на который повелись мои коллеги. Не успел Арутюнян досчитать до двух, как сотрудники уже смиренно опустили оружие.
– Эй! – посмотрев на полицейских, недовольно воскликнул я. – Отставить…
– Твои коллеги умнее тебя капитан, – насмехаясь, подшутил хозяин. – Тебе есть чему у них научиться. Проводите наших гостей на улицу.
Тыкая оружием в наши лица, головорезы сопроводили нас за территорию дома. Как же это произошло? Я отобрал самых неподкупных сотрудников на это задержание. Все должно было получиться. Но вдруг по дороге в отдел я понял. Да, действительно, мои ребята неподкупны, но у них есть семьи. Они были напуганы и не уверены. Карен сегодня дал им гораздо больше, чем я или наше руководство, а именно жизнь. Поэтому каждый из них и был вынужден сложить оружие. Разве можно их за это винить? Как бы вы сами поступили, знайте вы, что ваша жизнь стоит сорок тысяч рублей в месяц? С таким осознанием и приходиться работать, зная, что часть твоего коллектива куплены, а остальная часть состоит из трусов.
И как работать полицейским в этом поганом городе, если даже самые неподкупные и честные служители закона бояться выполнять свои прямые обязанности? Настало то время, когда сотрудники полиции боятся бандитов. Это конец! Неужели я остался совсем один в этом болоте?
29 апреля 2013 год
21:21
Роман Иланов
Спустившись на второй этаж Иерархии, я в сопровождении заместителя начальника Воронцова зашел в кабинет, в котором, за компьютером работал Денис Владимирович. Ну, как сказать работал…, следил за передвижением странного парня королевских кровей, с чересчур громким прозвищем – Баюн. С этой работой и я бы справился. Не то, чтобы не уважал нашего гениального старца, он слишком многим помог мне. Просто определение работа – слишком громкое слово для того, чем сейчас занимается Леонов.
– Есть новости? – спросил я.
– Если верить GPS устройству, которое вы подбросили этому парню во время драки, то последние пятнадцать минут, он находиться по адресу: улица Комарова, дом семьдесят.
– Не может быть! – вполголоса произнес я.
– Что? – удивлено посмотрев, не менее удивлено спросил Дима.
– В этом доме расположен клуб «Альянс», – ответил я.
Можно было в принципе и догадаться, что родственники этой сумасшедшей стервы будут кочевать в этих местах. Насколько мне известно, клуб в данный момент не функционировал, а значит, заведение вполне могло стать идеальным местом для ночлежки всяким психам.
Развернувшись к выходу, я уже мысленно собрался всадить стрелу в череп этого черта. Оставалось только спуститься вниз, в лабораторию, взять наручи, колчан и парочку флешеттов, что-то мне подсказывает, что в этот раз они мне точно пригодятся. В противном случае, лишними не будут. Не успел я покинуть кабинет, как Воронцов вдруг затормозил меня своим вопросом:
– Эй! Ты решил один идти?
– Вы же, кажется, ясно дали понять, что помощи от вас ждать не стоит! – нервно развернувшись к агенту, ответил я.
– Допустим, ты нас убедил, – размахивая руками, отрезал Николаевич. – Нужно все обмозговать, а потом уже действовать.
– Не переживай, – промолвил я. Развернувшись к выходу, открыл дверь и перешагнул порог. – У меня все схвачено.
Клуб «Альянс». Кажется, в последний раз, я тут был, когда сцепился с Кари и ее чересчур громким другом по кличке Ястреб. Это место, так и притягивает к себе различного рода недоумков и шизофреников, и с этим уже, наверное, ничего не поделать.
Я занял выгодную позицию, напротив преступного пристанища и внимательно изучал территорию, прилегающую к зданию. В переулке, где находился вход в заведение, тусовались три парня, в костюмах ниндзя, с вшитыми защитными элементами. Подобное одеяние носил и этот королевский чудак. Только вот вместо топоров, эти ребята были вооружены М-16. Сказать о происходящей ситуации внутри клуба я не мог. Не исключено, что там находится один только Баюн, возможно еще и Карина, а может вообще целая армия сектантов, которые на досуге решили прозвать себя Свирепыми Котами. Интересно, какому разумному человеку придет такая идея в голову?
Ладно, меньше трепу больше дела. Я достал из колчана стрелу, прицелился в одного из этих котов у входа и выжидал подходящего момента. Например, когда двое из моих противников повернутся ко мне спиной. Это даст мне над ними некое преимущество, когда я подстрелю самого не поворотливого из них. И вот, этот долгожданный момент настал. Правда, один из них повернулся не совсем ко мне спиной, а боком. Поэтому, когда я спустил тетиву и завалил одного кошатника. Второй псих все же успел повернуться в момент моего выстрела и обнаружить меня. Не успел его напарник грохнуться в лужу, как он привел оружие в боеготовность и сделал в мою сторону пару выстрелов. Я спрыгнул с крыши пятиэтажного здания. В момент падения мне удалось выпустить следующую стрелу, которая угодила в грудь этому внимательному коту. После чего я удачно приземлился на мусорный бак. Если быть точнее, то грохнулся. Третий противник развернулся и интуитивно прицелился из автомата в мусорный контейнер, за которым я успел спрятаться. Он явно услышал шум от моего падения. Он ведь, наверное, не дурак.
Нельзя было ждать удобной возможности стать очередной мишенью. С этими мыслями я лег на живот и прицелился из левой перчатки в ногу приближающегося к баку врага, а затем выпустил гарпун ему в ногу. Удачно попав в цель, я дернул за трос и свалил кошатника с ног, а затем, отцепив от перчатки трос, взобрался на крышку мусорного бака и выпустил стрелу в лежачего противника.
По дороге до входной двери, я привел левую перчатку в боеготовность, снарядив ее дополнительным гарпуном. Когда оружие было готово к бою, я выбил ногой дверь в клуб. Не пересекая порога, бросил в помещение дымовую шашку, как оказалось, это было не зря. Не успел я оценить ситуацию внутри, как в мою сторону обрушился целый град пуль. Я вроде бы насчитал четверых сектантов, все с теми же М-16.
Скрывшись в завесе дыма, которая накрыла практически всю площадь коридора, я проник внутрь. Эти ребята, прямо как те, с кем я бьюсь каждый день на улицах. Они палят во все стороны, надеясь, наверное, на одну лишь удачу. Они меня не видели. Зато я их прекрасно увидел. Выпустив стрелу в бедро рядом стоящего ко мне кота, я кувырком сблизился со вторым бойцом и ударил его своим металлическим кулаком по голени. По звуку можно было понять, что я размолотил кость вдребезги, а по крикам этого парня, что это невероятно больно. Не устояв на ногах, мерзавец упал на спину, скуля как подбитая дичь. Перехватив из рук лежачего кошатника автомат, сделал несколько выстрелов по противнику истекающего кровью, который стоял в нескольких шагах от меня, с торчащей стрелой в ноге.
Не поднимаясь с колен, я выстрелил гарпуном в третьего кота, и подтянул его к себе. Не успел третий противник приблизится ко мне, как я ударил его в челюсть прикладом М-16, а затем, обезоружив его толкнул плечом в сторону и сделал несколько выстрелов из огнестрельного оружия по четвертому врагу. Отбросив автомат в сторону, на меня набросился один из сектантов, которого я не успел добить. Удачно заблокировав его комбинацию из ударов, я совершил контратаку, ударив его ногой в голеностоп, затем сразу же провел комбинацию из четырех ударов руками. В этой суматохе, противник достал нож и замахнулся в область головы. Я отбил нож перчаткой, затем свободной рукой ударил в кадык. Следующий удар я осуществил головой в нос.
Кошатник замахнулся своим ножом вновь. Я схватил кота за кисть, в которой он держал оружие и, подсев на колени, бросил противника через плечо, всадив ему в грудь его же собственный нож.
Я поднялся на ноги, поднял с пола один из автоматов М-16 и пошел в сторону двери, за которой было основное помещение, где раньше развлекались различные подонки Красного Острога. Выбив дверь, я без размышлений подстрелил трех котов, которые находились в этой зоне. Остался только Баюн. Скользкий мерзавец! Он стоял без особого напряжения прямо передо мной. По его глазам можно определить, что враг был полон энергии, несмотря на травмы и ранения, полученные во время нашей первой встречи.
Патроны в автомате закончились, так что он мне явно здесь уже не понадобится. Отбросив оружие в сторону, я сфокусировался на противнике. В этот раз, я также пытался держать ситуацию под контролем. Я был сосредоточен, как никогда. Одно лишнее движение и в эту же секунду, моя рука достанет стрелу, которая в мгновение ока всадится кошатнику в сердце.
– Все кончено! – грозно заявил я.
Баюн был уверен, что все идет согласно его плану, а не моему. Такой же уверенный и хищный взгляд, как и в прошлый раз. Это пугало и раздражало одновременно. Противник достал из-за своей спины два своих наточенных топора, и абсолютно не удивляясь моему тону ответил:
– Зря ты пошел таким путем.
Выхватив стрелу из колчана, я тут же прицелился ему в сердце и яростно прокричал:
– Где она?
– Ты так ничего и не понял? В этой игре тебе не победить…
Выпустив стрелу, я был уверен, что для него это конец. Его реакция была просто на невероятном уровне. Он отбивал топором, каждую последующий мою снаряд. Приблизившись ко мне на необходимое расстояние, кошатник подпрыгнул и, замахнувшись, ударил меня своими томагавками, я едва ли успел парировать его удары наручами. Во время очередного удара, я схватил лезвие его оружия, которое Баюн удерживал в левой руке, и не отпускал, чтобы ненадолго замедлить передвижения врага.
Провести контратаку я не успел из-за последующего удара вторым топором, который должен была вот-вот вонзиться мне в бок. Защитив свое тело перчаткой, я, продолжая удерживать одного из его орудий, с разворота ударил его локтем в голову, а затем заломив ему левую кисть, обезоружил его левую руку и оттолкнул его от себя плечом.
Вытащив из колчана стрелу, я выстрелил в секиру в его правой руке, тем самым полностью обезоружив противника. Сразу после этого, я достал следующий снаряд и угрожающе прицелился в оппонента, озлобленно пригрозив:
– Не двигаться.
Кошатник улыбнулся так, будто все еще рассчитывал победить. Словно проигравший здесь точно не он. Не успел я повторить свой вопрос относительно местоположения своей подруги, как в клуб забежала опергруппа, готовая по одной лишь команде, разнести здесь абсолютно все. Группа окружила Баюна и держала его под прицелом. К моему счастью, это были агенты Иерархии, а не полицейские или какое-нибудь другое государственное ведомство.
– Не опоздали? – спросил за моей спиной Воронцов.
– Как раз вовремя, – убрав стрелу обратно в колчан, ответил я.
Заместитель начальника Иерархии встал рядом со мной и посмотрел на уж слишком радостного сектанта, который грациозно убрал руки за голову. Своим поведением он вызывал у меня какие-то странные и нехорошие чувства. Уверен, что не только у меня.
– Арестовать его, – дал команду Николаевич своим бойцам.
Один из агентов, опустил оружие, достал наручники и, приблизившись к объекту, заковал его руки. Проконтролировав весь процесс, Дима уверенно продолжил:
– На объекте допросим!
Опергруппа сопроводила Баюна в служебный фургон, на котором задержанного должны были доставить на объект «ЮГ». Отношение этого поехавшего сектанта к происходящему, по- прежнему не давало мне покоя. Но у меня были дела более важные, чем подозрения. Я не хотел оставаться здесь, дожидаясь смерти Карины. Единственное, что мне было нужно, это узнать, где подруга. И уж могу поклясться, если мне не удаться ее найти, я буду причинять этой выскочке просто неимоверную боль. Этими самыми наручами. Буду бить его до тех пор, пока он не скажет, где Кара.
Заместитель проконтролировал задержание Баюна, сел в свой служебный автомобиль и, ничего не сказав, уехал. Скорее всего, на объект «ЮГ», но это так, лишь мои предположения.
Быстро выбежав из клуба, я подошел к своему мотоциклу, припаркованном недалеко от переулка; сел на него и был уже готов завести двигатель, как на мой мобильный телефон кто-то позвонил. Достав из кармана устройство, я посмотрел на входящий абонентский номер. Он был неизвестный. Как же иначе? Ответить мне все равно придется, как бы мне этого не хотелось.
– Слушаю! – сказал я, ответив на звонок.
– Рома… – измученно, чуть ли не на последнем издыхание, ответила Карина. Она была жива. Мое сердце замерло, в глазах медленно тускнело. Началось головокружение, как будто в организм перестал поступать кислород. И все это от страха потерять ее. – Они сказали, что, если ты не выполнишь их требования, они убьют меня.
– Кара?! Ты где?
– Я не знаю…
– Кара! Кара? Кара? – нервно выкрикивал я.
Связь оборвалась. Мои чувства было не описать словами. Кажется, я хотел не просто причинить этому Баюну неимоверную боль, я хотел убить его. По крайней мере, Слепцова была жива. И это главное. Но надолго ли? У меня оставалось не так много времени, чтобы ее найти. Так, нужно успокоиться и все хорошо обмозговать. Не думаю, что мое руководство пойдет на риск, чтобы защитить гражданского. Ведь речь идет о целом государстве, так обычно и говорит Леонидовна, а Воронцов ей всегда в таких случаях поддакивает. Придется полагаться только на самого себя.
Я завел мотор мотоцикла и рванул по дороге вслед за служебным фургоном Иерархии. Хотел бы я поступить по-другому, но злость, ненависть и страх настолько поглотили меня в этот момент, что у меня просто не было иного выхода. Обогнав фургон, я проехал метров сто или двести вперед и, остановившись посередине дороги, достал из колчана стрелу. Затем прицелился в лобовое окно машины. Наверняка, агенты уже сообщили о моей выходки Николаевичу. Останавливаться водитель не планировал. Машина приближалась все ближе и ближе. Было даже такое ощущение, что транспортное средство набирает скорость. Ладно, была, ни была, я выпустил стрелу в водителя.
Разумеется, я знал, что окна в служебных автомобилях Иерархии достаточно крепкие, также как и знал, что водитель не пострадает. Я рассчитывал на трещины, которые появились на окне и полностью перекрыли обзор агенту за баранкой. В результате чего, шофер был вынужден резко остановить автомобиль.
Спрыгнув с мотоцикла, я быстро подбежал к пассажирской двери, которую вот-вот должен был открыть вооруженный агент, находившейся за пассажирским сиденьем. Коллега открыл пассажирскую дверь. Я пнул по двери так сильно, что дверь ударилась ему об голову. Боец упал на землю и отключился. Выхватив из его рук пистолет, я направил оружие в сторону водителя и грубым голосом приказал ему оставаться на месте, сделав при этом предупредительный выстрел в салон. Водила повелся и от испуга поднял руки вверх. Когда я обошел фургон и встал напротив задних дверей, то дернул за ручку и распахнул дверцы. Внутри было два вооруженных автоматами Калашникова бойца, которые должны были следить за Баюном во время перевозки. Правда, в данный момент их работа слегка изменилась, и вместо того, чтобы держать контролировать объект, они целились в меня и грозно приказали:
– Стоять на месте!
Прикрыв лицо своей металлической перчаткой от случайного попадания пули, я поднял пистолет и выстрелил по коллегам. Ранения не смертельные. Жить будут. Такая мера была необходима, чтобы убрать их с моей дороги. Посмотрев на уверенного и спокойного во всех смыслах мерзавца, я сделал несколько шагов назад и остановился. Кошатник поднялся со стула и вышел из машины, остановившись примерно в трех метрах от меня, наигранно сказав:
– Давно не виделись.
– Говори, где она? – хмуро спросил я.
– Мне больше нечего тебе сказать. «Условия тебе известны», – в ответ сообщил он.
Взяв пистолет двумя руками, я прицелился в подонка. Долго раздумывал, как мне поступить. Куда выстрелить? Не медлить и пристрелить его сразу в голову, попросту не растрачивая свое время, либо поиздеваться над ним, выпустив в него остатки обоймы.
– Я должен испугаться и от страха все рассказать? – удивленно спросил кошатник, но затем на полном серьезе, враг ответил на свой вопрос. – Тогда ты зря тратишь свое время.
Баюн поднял руки в ожидании приговора. Хотя, он прекрасно понимал, что его смерть приведет к незамедлительной гибели близкого мне человека. Он прекрасно знал, как я поступлю в данной ситуации. Я не мог так рисковать, как бы сильно мне не хотелось убить его. Подняв оружие чуть выше, я прицелился в цепочку между браслетами на его руках и произвел выстрел, который разорвал цепь.
Опустив пистолет вниз, противник радостно посмотрел на свои руки, а затем, опустив их вниз, посмотрел на меня и напомнил:
– Через два часа, на аэродроме!
После чего, мерзавец скрылся в неизвестном направлении. Игры были кончены. Решение нужно было принимать прямо сейчас. Никто не поможет Карине кроме меня. Но чтобы спасти ее, нужно пойти против Иерархии. Кари находилась на объекте «ЮГ», на третьем уровне. Там же, насколько мне известно, содержался Анальгин, Дюйма и другие опасные заключенные. Никто из агентов и сотрудников на этом объекте не был моей целью, но сегодня все иначе. Сегодня мне придется пойти на довольно отчаянный шаг, который в будущем может мне сильно аукнуться.
29 апреля 2013 год
21:20
Анастасия Бакеева
Вечернюю планерку пришлось прервать, из-за внезапного звонка заместителя министра, который раздраженно предъявил мне о чрезвычайной ситуации, в результате которой может полететь ни один десяток голов.
Я сначала и понятия не имела, о чем идет речь. Уж слишком много раз я спотыкалась в прошлом, и даже подумать не могла, что после всех сделанных ранее выводов, могу где-то ошибиться. Этого просто не могло случится… До этого момента. Никто из моих подчиненных, ничего критичного мне не докладывал. А уважаемый заместитель министра, наорал на меня еще сильнее. Когда я почувствовала себя глупой секретаршей, только тогда начальник закончил диалог. Я отпустила сотрудников доделывать незаконченные дела, а сама пошла в свой кабинет, чтобы перезвонить руководителю по видеосвязи, через более безопасное соединение.
Во время повторного разговора, мой непосредственный начальник сообщил, что какой-то сотрудник полиции, запросил ходатайство на мой арест у самого министра внутренних дел. Тут и к бабке можно было не ходить, чтобы догадаться о ком идет речь. Только один полицейский, вечно лезет в самое пекло – Слепцов. При всем при этом, этот оперуполномоченный предоставил своему руководству достаточно веские доказательства, подтверждающие, что я имею непосредственную причастность к убийству сотрудника полиции на должности оперуполномоченного, а в свободное от работы времени занимаюсь крышеванием организованной преступности, которая уже ни один год орудует на территории Красного Острого. Вот это он меня удивил! Что еще за доказательства у него были на руках, подтверждающие всё это?
В общем, Москва дала мне буквально двенадцать часов, чтобы решить данную проблему, а иначе моя дальнейшая карьера будет под угрозой. Как же нынешние сотрудники полиции не дальновидны. Вместо того, чтобы помогать обычным людям, они лезут туда, где им не победить. МВД уже столько лет пыталась прищучить картель Арутюнянов, но разве у них это получилось? Получилось только надеть поводок на свою шею, за который держали и дергали братья Арутюняны. Не стоит забывать, кто на самом деле уничтожил этого человека и призвал к ответственности, и это явно не Слепцов или его отчаянная компания в показушных погонах.
Предупредив своего водителя, что его рабочий день еще не окончен, я сказала, чтобы он ждал меня внизу. Достав необходимые документы из своего сейфа, которыми можно парировать атаки неугомонного оперуполномоченного, я положила их в сумку. Надев пальто, вышла из кабинета и спустилась вниз на парковку, где меня уже ждал водитель. Я в спешке села на заднее сиденье служебного автомобиля и приказала подчиненному за рулем ехать в отдел полиции номер пять. Почему-то я была уверенна, что этот упорный и чересчур самоуверенный капитан до сих пор трудиться в поте лица. Раз он всерьез решился на такую открытую войну, значит должен прорабатывать стратегию.
Давненько я не была в отделах полиции. Пятый особенно изменился после массовых сокращений личного состава. Начальников на работе уже не было, да и вообще никого уже практически на службе не присутствовало, кроме дежурного и следственно оперативной группы. Ну и как же я могла забыть о Николае Слепцове, который сидел у себя в кабинете и всех терроризировал в отделе своими замечаниями. Остановившись напротив открытой двери в служебное помещение, я смотрела на этого усердно перебирающего бумажки мужчину, который решил, что коварство – его второе имя. Он даже не заметил моего присутствия, по крайне мере до тех пор, пока я не кашлянула.
Подняв свой взгляд, опер продолжая держать в своих руках какие-то документы, облокотился на спинку стула и, скрывая под своей ухмылкой нечто более коварное, сказал:
– Только вспоминал о вас!
– Говорят… – перешагивая порог кабинета, начала я. – Вы тут лично сдружились с министром внутренних дел?
Я подошла к столу, отодвинула стул и, поставив свою сумку на рабочий стол, села напротив доблестного полицейского. Положив ногу на ногу, уверенно посмотрела на собеседника, и продолжила:
– Мне бы хотелось узнать причину вашего наезда в мой адрес.
– Скоро вам ее о вам озвучат. Можете не сомневаться!
– Смотрю вам все неймется, капитан, – с иронией отметила я. – Лезете туда, куда не стоит. На повышение рассчитываете?
– Нет, – с надменной улыбкой ответил Николай. – Меня устроит и то, если вас посадят за организацию убийства и превышения должностных полномочий.
Задумавшись, после такого веского заявления от обычного оперуполномоченного с земли или кем он там был? Одним из вшивых заместителей начальничков? Я наиграно оскалилась, а затем внезапно улыбнулась, рассчитывая на то, что посею сомнение в голове этого человека, протараторив:
– Не понимаю, о чем вы.
Слепцов бы неплохо играл в покер. Ему стоило бы податься в актеры, а он тут сидит. Сотрудник явно подготовился морально к этой встречи. Продолжая удерживать на мне зрительный контакт, мужчина улыбнулся и развернул свой ноутбук в мою сторону, а затем, включив видео, сказал:
– Ну, здесь, наверное, будет более понятно.
Оперуполномоченный показал мне три видеозаписи, по которым можно было сделать вывод, что я организовала убийство его друга и товарища Высоцкого. В общем, понятно, о каких доказательствах шла речь. Только вот откуда у него видеозаписи с объекта Иерархии? Это какая-то бессмыслица. Или даже вернее будет сказать, саботаж. Я была очень сильно удивлена увиденному, хотя старалась из последних сил этого не показывать. Нельзя давать слабину перед этим опером, иначе он, не раздумывая, ей воспользуется.
Как же такое возможно? Нужно было что-то сказать в ответ. Уж слишком подозрительная и долгая пауза между нами возникла.
– Откуда у вас доступ к камерам на секретном объекте?
– Это неважно! Важно лишь то, что вы наконец-то получите по заслугам! – достаточно уверенно для обычного опера ответил Николай Константинович.
Действительно, с этим видео, мою карьеру ждет неимоверный крах. Интересно, кто же его источник? Ну, ничего, у меня было чем парировать все его атаки.
– Как и ваша дочь? – уверенно и внезапно для оппонента, вставила я свое слово. – Как ее там зовут, кажется, Карина?
Я, сохраняя интригу в глазах этого человека, достала из своей сумки папку и бросила ее на стол. Он не хотел открывать документ, но любопытство все же взяло над ним вверх. Ведь не просто так я заговорила о его дочери. В папке было подтверждение того, что его дочь сотрудничает с разыскиваемым преступником Красного Острога – Самодуром, которого так усердно пытается привлечь к ответственности правоохранительная система нашей страны. Не один раз эта парочка умудрилась засветиться на камерах. Особенно ночью шестнадцатого января, когда Самодур противостоял Тиграну Арутюняну.
– Получится досадно, если вдруг, единственная возможность для вашего примирения, состоится в здание суда, при оглашении приговора вашей дочери, – продолжала я.
Капитан был разочарован. Это еще мягко сказано. Он был разбит. Еще чуть-чуть и его свирепые глаза прожгли бы меня насквозь от злости. Да и вообще сожгли бы здесь все к чертям.
– Не смей, – озлобленно, сдерживая свой гнев, прорычал мужчина.
– Ее судьба в ваших руках капитан. Я готова открыть властям личность Самодура и всех его соучастников, – холодно и расчетливо парировала я. – А вы готовы пожертвовать своей дочерью ради глупой вендетты?
Оперуполномоченный раздраженно смотрел на предоставленный мною материал. Его глаза были полны разочарования, как у трудяги, который по глупости совершил на работе оплошность и был уволен. Его пылающие от злости глаза, смотрели то на меня, то на фотографии в материале, и он не мог ничего мне сказать достойного в ответ.
Поднявшись со стула, я пододвинула его обратно к столу и, взяв сумочку в руки, сурово предупредила оппонента:
– Я потратила столько лет, здоровья и сил на защиту этой страны. И не собираюсь наблюдать крах своих трудов. Надеюсь, мы поняли друг друга капитан?
– Пошла прочь, – с истинным отвращением и ненавистью ответил мне опер.
– Фотографии можете оставить себе на память, – развернувшись к выходу, сказала я.
Надеюсь, что после этой встречи, Николай Слепцов сделал необходимые для себя выводы. Я была просто в этом уверенна. Может, нам с ним и нечего было терять, а вот его дочери было что. Отец одиночка пойдет на все, чтобы защитить свою принцессу, мне-то этого не знать.
Разумеется, мне не хотелось иметь подобных Слепцову врагов. Все-таки как сотрудник, он был грамотным, образованным, упрямым и настойчивым. И нельзя было забывать про его преданность закону. Все-таки мы делаем одно дело, только на разных уровнях. Несмотря на это, на кону стоит слишком многое. И как сказала прежде, я не собираюсь наблюдать за крахом государства, которому посвятила всю свою сознательную жизнь.
29 апреля 2013 год
22:29
Роман Иланов
Добравшись до объекта «ЮГ» мне было достаточно дождаться, пока ответственный от руководства проверит работоспособность сотрудников на контрольно-пропускном пункте и пойдет обратно выполнять свои служебные обязанности. Нужно было лишь выждать момент, когда он остановиться у этой двери, у которой сотрудники дежурной части проверяют личность. Это было единственным шансом попасть внутрь. Вломившись на контрольно-пропускной пункт, я вырубил двух сотрудников на пункте. В этот момент, как раз дежурный дал добро и открыл дверь, чем я, собственно говоря, и воспользовался. Я достал из колчана стрелу и прицелился в грудь удивленного майора, который даже не ожидал такого поворота событий в свою смену. Выпустив стрелу в камеру видеонаблюдения, я добежал до этой двери и, грубо оттолкнув майора в сторону, проник на объект.
Всего десять агентов отделяли меня от третьего уровня. Десять агентов, которым явно не повезло с дежурством в этом месяце. Ну, что же я могу сказать, эту драку они запомнят надолго.
Вскоре я спустился на третий уровень, прислонил свою руку к сенсору на двери и спустя пару секунд она открылась. Перешагнув порог, я медленно шел по длинному коридору. По сторонам были расположены пустые камеры, оборудованные так, что заключенный никогда не смог бы их покинуть. Начальство постаралось на славу. И вот, на моем пути появился ответственный сотрудник третьего уровня, удивленный не менее чем тот майор наверху. Я не сбавил свой темп передвижения, даже когда агент потянулся к своему пистолету. Между нами оставалась примерно шагов пять, когда он прицелился в мою сторону. Говорил же, что флешетты мне сегодня пригодятся. Швырнув один из своих дротиков в оружие сотрудника, оно тут же выскочило из его рук. Приблизившись к дежурному в плотную, я вырубил его с первого же удара в голову. Коллега без сознания упал на пол. Но он был мне еще нужен. Вернее, его отпечаток. Взяв мужчину за руку, я потащил его волоком дальше по коридору.
– Не уж-то выпускают досрочно? – держась руками за бронебойное стекло на камере, спросил Анальгин, находившийся слева от меня.
Никак не отреагировав на вопрос наемника, я продолжал идти дальше. На пути мне также встретилась Дюйма, которая сидела в камере три дробь сорок. Увидев меня, она, не вставая с кровати, виляя своими обнаженными ножками, довольно сексуальным голосом отметила:
– Какой напряженный. Тебе бы расслабиться дорогой. Хотя бы со мной…
Эти отморозки меня не интересовали. Вернее интересовали, но только одна из них. Та, которая находилась в камере три дробь семьдесят восемь, Кари Сюй. Заключенная лежала на кровати и читала книгу. При виде меня, женщина убрала литературу в сторону, поднялась и ядовито посмотрела на меня, словно гадюка, выжидающая удара. Прислонив ладонь охранника к сенсорной панели, расположенной на стене вблизи камеры, мне удалось подарить ей свободу.
– Давно не виделись! – с коварной улыбкой на лице, сказала заключенная.
– Закрой свой рот и иди за мной, – грубо ответил я.
Это развеселило ее еще сильнее. Словно перед ней был какой-то шут, а не человек, который еще совсем не давно, думал на счет того, чтобы прикончить ее. Террористка вышла из своей камеры и вместе со мной развернулась к выходу. Теперь уже было не все так просто, как мне бы хотелось. Перед нами стоял вооруженный заместитель начальника Иерархии, Воронцов. Он не целился из пистолета ни в меня, ни в Кари, а просто разочарованно стоял напротив, готовый в случае чего применить оружие. По взгляду Николаевича было видно, что он потерял ко мне всякое доверие.
– Я не хочу драться с тобой, – предупредил я.
– Не передумаешь? – смотря прямо мне в глаза, спросил коллега.
– Ты же знаешь, что я не могу.
Судя по взгляду, Дима слегка прикинул свои возможности в этой стычке и, бросив пистолет на пол, расстроено, словно дав мне возможность передумать, подметил:
– Добром это не закончится!
Кивнув в качестве благодарности в ответ агенту, я схватил Кари за руку и пошел вместе с ней к выходу.
________________________________________________________________________
29 апреля 2013 год
22:55
Марк Хозанов
Говорят, что Красный Острог – город возможностей. В каком-то смысле так это и было. Дело все в том, что люди здесь несколько отличаются от остальных людей в нашей стране. В свое время, в этот город было вложено немало денег и привлечен ни один инвестор для застройки. Потому здесь практически сразу нашлись умельцы, способные приблизиться к деньгам настолько, чтобы полностью держать их под контролем в своих надежных карманах.
Долгое время это были бандиты картеля «Черный тигр», которые с девяностых постепенно проникали во все государственные структуры, органы государственной власти и прочее. К концу две тысячи десятых, Острог полностью принадлежал Карену Арутюняну. Здесь не делалось уже абсолютно ничего без его ведома. Ни один чиновник, прокурор, да даже мэр и губернатор ничего не делали без разрешения криминального авторитета. И вот, в январе, все вернулось к истокам. Сотрудники полиции, политики, чиновники, местные бандиты и прочая грязь, теперь пожинают плоды сами по себе, кормясь остатками. Люди в погонах крышуют местных бандитов, чиновники и политики незаметно для населения обворовывают краевой бюджет. Все зарабатывают, как могут.
Думаю, что заручиться поддержкой преступников будет проще, чем я думаю. Они будут готовы на все, лишь бы им платили в это суровое время. Мне требовалось всего три месяца, чтобы изучить ситуацию в городе: узнать, что и как теперь здесь функционирует. После падения Черных тигров, и кровожадной расправы над преступными боссами, лидерство на себя взяли Костюков и Василюк. Глупые отморозки. Теперь все было гораздо проще. Город был поделен на две части, где Костюков заправлял преступными делишками на левом берегу, а Василюк на правом. Эти ребята пока не смогли выйти на какой-то серьезный уровень, поэтому торговали в основном дешевыми наркотиками. Замахнись они на что-то более серьезное, они бы сразу привлекли внимание Самодура, который продолжал оставаться основной угрозой, как для недобросовестных полицейских, так и для преступников.
Эти клоуны мне пригодятся. Где же еще я найду подобный сброд по дешевке, который за деньги готов на все?
Встреча была назначена на заброшенном виадуке, в двадцать три двадцать. Но эти парни пришли гораздо раньше, как и предполагалось не одни, а со своими тупыми громилами. Мой автомобиль остановился прямо под виадуком. Я вышел из машины и, заснув руки в карман пальто, пошел в сторону потенциальных рабов. Рядом со мной шли двое вооруженных людей. Было бы глупо идти на встречу одному. Остановившись в нескольких метрах от бандитов, я с задором сказал:
– Спасибо, что уделили мне время.
– Ближе к делу! – практически сразу, безо всякого уважения, ответил Василюк. – Что у тебя есть нам предложить?
– Бизнес не поднять с колен, если не начать работать сообща против нашего основного врага, – думаю, что они прекрасно понимали, что я имею в виду Самодура. – Так сказать, будь у вас возможности и лидер, решить эту проблему можно было бы очень быстро.
– Видимо, этим лидером ты видишь себя! – уверенно подметил второй важный хмырь.
– Что ты можешь такого сделать, что не пробовал Карен Арутюнян и его брат? – спросил хозяин правого берега.
– Вряд ли Арутюнян обладает возможностями, которыми обладаю я, – посеяв в голове этих парней неуверенность, важно ответил я.
Они переглянулись друг с другом, как дети, у которых пытаются отжать игрушки более взрослые дети. Как школьники, у которых силой забирают деньги на обед. И могу сказать, что меня их эмоции во время раздумий впечатляли. Я создал именно тот образ, который был необходим. Они даже не знают, на что я способен, а уже боятся.
– Наверное, у вас много вопросов, в связи с таким веским заявлением, – продолжил я. – За три месяца, я проделал огромную работу. И теперь у меня есть глаза и уши в полиции, администрации и таких ведомствах, о которых вы даже не слышали. Теперь я контролирую город. И всё, что за его пределами.
– Что это значит? – неловко спросил Василюк.
Любопытный гангстер был словно не в своей тарелки, пребывая в неведение. Правда, я рассчитывал на другой исход. Все-таки Костюков был более головастым. Ну, придется иметь дело с тем, что есть.
Из этих двоих, проще всего было контролировать бандита с правого берега. Он из той категории людей, которые задают вопросы. Такие товарищи обычно податливы, не довольные, но их недовольство ограничиваются только вопросами, по практике знаю. Жулик с левого берега своим молчанием сделал свой выбор. От таких людей можно ожидать что угодно, а сюрпризы мне не нужны.
Достав из кармана мобильный телефон, я зашел в зашифрованный чат и отправил сообщение: «Два». Это было своего рода сигналом, для выстрела снайпера, которого я поставил на виадуке, как раз именно для этой цели. Василюк, даже не понял, что произошло. Его лицо просто мгновенно оказалось в крови конкурента, грохнувшегося на землю, с дыркой в голове.
После выстрела их люди не успели даже привести свое оружие в боеготовность, как мои бойцы тут же сделали несколько предупредительных выстрелов из крупнокалиберных автоматов АШ-12, грохот которых заставил всех недожуликов отпустить оружие и сдаться мне на милость. Снайпер держал под прицелом последнего авторитета и по одному лишь моему приказу, был готов убить его в любой момент. Наверняка, он это понимал. Потому и не дергался.
– Еще вопросы? – приблизившись к выжившему, спросил я.
Гангстер испугано посмотрел на тело убитого конкурента. Когда я поправил его воротник и похлопал по плечу, он, дрожа, посмотрел на меня, в ожидании моего дальнейшего приказа. Он понял, кто теперь здесь всем заправляет. Я положил ему во внутренний карман стопку пятитысячных купюр и произнес:
– Мы договорились?
В ужасе посмотрев на меня, бандит кивнул мне в ответ головой.
Кажется теперь, в городе остался только один пахан, который, наверняка, благодарен мне за то, что я убрал его полоумного конкурента. Управлять одним государством гораздо проще, чем несколькими.
Вот так, одним выстрелом я и подмял под себя два берега. Прикончив одного и подкупив второго. Теперь у меня в распоряжении была целая армия, тупоголовых жуликов и отморозков, которую можно было использовать, как дешевую рабочую силу.
Не пришлось бы тратить этого патрона, если бы Самодур не перебил людей Крана. Своими людьми, я бы никогда не рискнул. Они были опытными бойцами, но нас не так много, как хотелось бы. Нельзя так рисковать и разбрасываться профессионалами. Бойцы Крана были всего лишь наемниками. Не скажу, что ценным ресурсом, но достаточно эффективным. Свою работу они выполнили. Не вижу в этом проблему, ведь самое трудное уже позади.
Пока я терроризировал своим присутствием Василюка, ко мне подошел один из моих и сообщил:
– Он сделал именно то, на что вы и ставили!
Потрясающе! Все идет согласно плану. Самодур отпустил Кари Сюй, а это значит, что между Иерархией и Самодуром грядет знатная такая перепалка, которая перерастет в настоящую войну. Как раз именно то, что нужно. Осталось только добавить пару штрихов, для накала страстей.
