Страница 2 из 4
Но может быть, у них что-то не получилось, и она оказалась не в Скифии, а просто на берегу Черного моря, как герой романа века, и должна телеграфировать домой, чтобы ей выслали документы. Что если ее перебросили не во времени, а только в пространстве?
Ника уже готова была разочароваться и запаниковать одновременно, но решила, что благоразумнее открыть глаза и оглядеться, понять, где она находится, что там происходит, ведь хотя Мефи и говорил, что ничего смертельного с ней не случится, но кто его знает. Сколько не смертельных опасностей могут грозить ей, а почему он не мог ее просто обмануть?
Но в следующее мгновение Ника почувствовала себя потерянной в пространстве и времени, никак не могла очнуться и сообразить, сколько же теперь времени, сон это или явь.
Неизвестность угнетала, и ей хотелось одного – все скорее выяснить.
Шум усилился, и девушка поняла, что это было все, что угодно, только не сон. Теперь она отчетливо слышала шум моря. Она стояла на опушке неизвестного, какого – то странного леса. Было чудесное летнее утро- роса еще оставалась на траве.
Но ни животных, ни людей нигде поблизости Ника не видела, а потому страх стал таять и улетучиваться сам собой.
Она переместилась не только в пространстве, но и во времени, в том не было сомнения, здесь даже дышалось по другому. От чистоты и благоуханий у нее закружилась голова.
Послышалось тревожное ржание коня. Новая волна тревоги охватило ее душу. На приличном расстоянии от нее стоял прекрасный темный конь, ну просто красавец. Такие были только на фотографиях, картинах, в сказках в жизни она их точно не видела.
Несмотря на опасность и тревоги, Ника любовалось им, не отводя глаз.
Только что за самоуверенность, почему ей казалось, что конь был приготовлен специально для нее?
Она вспоминала рассказы, которые читала в последнее время, вспоминала разговор с Мефи, но ничего такого вспомнить так и не могла. Она должна была двинуться к нему (или бежать от него в другую сторону). Только сейчас обратила внимание, что на ней какая-то чудная одежда из белого льна, свободная, довольно хорошо пошитая, но совсем чужая. Там, дома ей и в голову не пришло бы так нарядиться.
Но здесь ей было удобно и не жарко, хотя выглядела она вероятно забавно до неузнаваемости. Хорошо, что здесь ее некому узнавать и можно обрести какой угодно вид, все будет нормально, для чужого времени, уже то, что появилась она тут не в своей привычной одежде, было хорошим знаком.
Только никаких привычных зеркал не было и в помине, и разглядеть себя новую Ника все равно не могла. Да и когда она обращала внимание на одежду, если та на ней была а вот если она во сне оказалась обнаженной, тогда конечно это смущало, придавало дискомфорт.
№№№№№№
Девушка направилась к коню. Он спокойно поглядывал в ее сторону, но не двигался с места. Никакой опасности от животного не исходило, зато ее интуиция здесь обострились до предела.
Настроение становилось все лучше, этот тип был прав, вероятно, игра стоила свеч. Хотя она не обольщалась и понимала, что в один миг все может перемениться, стрела прилетит какая-нибудь, печенеги нагрянут и затопчут копытами своих резвых коней, да мало что еще может случиться. Времена не просто смутные, но и очень опасные, и надо быть осторожной и осмотрительной.
Ника удивилась, когда проворно вскочила на коня и поехала, словно в том мире только и занималась конным спортом, нет, не было такого, может в какой другой жизни, но не в этой точно. Недаром говорится, что все навыки рано или поздно пригодятся, вот и этот кажется, пригодился.
Хотя может быть, Мефи ее загипнотизировал, и она как во сне делает спокойно то, чего наяву бы никогда не решилась.
Но она точно не впала в транс, наоборот, зрение обострилось, как и слух, Ника все видела и все слышала.
Она куда-то ехала на этом великолепном коне, доверив ему самому выбирать дорогу.
Но конь пошел тише, Ника почувствовала, что за ней кто-то наблюдает со стороны, и смотрит очень внимательно, пристально.
Сразу стпло ясно, что одиночество ей в этом мире не грозило, кто бы в том сомневался. Она оглянулась, но опасности снова не почувствовала. Немного разозлилась, потому что не смогла никого обнаружить, решила, что просто разыгралось воображение.
Но в кустах, около которых почти остановился конь, что-то зашевелилось, хотя ветра не было, и она заметила рыжеволосую молодую девушку, которая чего-то испугалась и очень резко отпрыгнула с места. На ней было какое-то замысловатое платье из тонкой черно-белой ткани, но никакой обуви – она спокойно ходила босиком, в то время как у самой Ники были башмаки неведомой модели.
У девушки были темные, большие и красивые глаза. Девица казалась диковатой, и вовсе не была похожа на ведьму, хотя почему собственно она должна быть на нее похожей?
Ника обрадовалась тому, что она здесь не одна, спрыгнула с коня и направилась к ней решительно.
Ника приближалась к девушке, она немного смутилась, понимая, что вряд ли они смогут объяснить друг другу – уж древних языков она точно не знала. Но в следующий момент все произошло само собой, она заговорила на странном языке, видимо понятном и для нее и для девушки. Что же с ней приключилось, ведь и современного английского она почти не знала, сколько было с ним проблем, почти трагедий. Как же она могла вмиг выучить и усвоить какой-то древний язык.
Но ее новый знакомый не мог не позаботиться о том, чтобы она общалась и понимала, что же происходит с ней в этом мире.
– Кто ты такая? – с интересом спросила Ника, – ты здесь живешь?
Девушка молчала недолго, она заговорила торопливо и сбивчиво почти сразу.
– Я не понимаю, а что произошло? Что это за лес? Я отправилась в Киев из поселка к князю, вдруг средь бела дня потемнело совсем, я и оказалась в этом лесу, но я никогда не бывала в таком месте. Он ни на что не похож, я не знаю, что делать и как мне найти дорогу домой.
– А разве леса не все одинаковы? – поинтересовалась Ника.
– Ты видно тоже из какого-то другого места, но я ни один лес с другим не спутаю, я в лесу родилась, все растения мне знакомы, но такого леса я не видела никогда. Тут все чужое, я звала волхва Мрака, но он не отзывается. Такого никогда не было, чтобы он не ответил на мой зов, а тут ни слуху, ни духу, даже волк его не воет, и что мне делать-то?
– Ты говорила про Киев, но если я верно понимаю, но никакого Киева еще нет в мире, и он не скоро появится, его еще долго не будет. Мы с тобой где-то в Причерноморье, где-то поблизости должны быть скифы, они потом, в твое время совсем исчезнут. Но сейчас они живы и невредимы, я точно знаю, и нам с тобой придется их отыскать, иначе, мы не выберемся отсюда.
Девушка смотрела на Нику с широко открытыми глазами:
– Я сразу же поняла, что ты ведьма, – вдруг решительно заговорила она, – хотя такая молодая, мне казалось, что таких ведьм не бывает.
Ника рассмеялась:
– Нет, я не ведьма, просто меня перекинули из другого позднего времени. И я читала книжи, и много знаю о прошлом, даже сама писала кое-что, а вот теперь должна побывать в мире, который только описывала.
Она пока не стала уточнять того времени из которого явилась сюда, только прибавила:
– Но я знаю больше, но это известно в нашем времени всем.
Она не перестала дивиться тому, что мыслить стала такими понятиями, какое время чужое.
– Ты все-таки ведьма, я сама кое – что в этом понимаю, ведь когда я к этому жеребцу подошла, он меня чуть копытом не зашиб, а ты спокойно на него уселась, – заметила она.
Ника не стала с ней спорить, понимая, что в какой-то мере она права, потому что появилась – то она вместе с чертом, значит и на нее его способности и чары тоже падают, и знает она больше, чем все люди в этом мире жившие, и обычные вещи можно вполне за чудеса выдавать.
– Наверное, этот конь был для меня предназначен, вот и все колдовство, -наконец объяснила она, – но кто ты? Как тебя зовут?
– Я Кики, – проговорила девица. – Я родилась в десятом веке, но меня с детства учили колдовству, – тихо говорила она, – только ведьмы из меня не получилось, потому что я была очень любопытной и любила людей, сколько бы меня не разлучали с ними, я к ним ворочалась, вот за это колдуны меня и наказали видать.
– Не знаю, наказание ли это? – пожала плечами Ника, – но одно ясно, мы с тобой столкнулись в другом времени, наверное, это проделки одного моего старого знакомого.
Она вспомнила о Мефи.
– И что с того?
– Нам надо тут продержаться какое-то время, я должна раздобыть колдовской камень, а ты мне в том поможешь, и как только мы сделаем это, так в своих временах и окажемся.
– Черт полосатый, Мефи, ну конечно, – шептала про себя Сиси, – как я прежде о том не догадалась, он давно мне угрожал, вот и сбылось все.
Ника внимательно на нее смотрела, она чувствовала свою вину из-за того, что девушка тут оказалась. Но та ни в чем ее винить не собиралась, считала товарищем по несчастью.
– Вот злыдень такой, – качала головой она, – и все бы ему пакости ведьмам творить. Но я подозревала, что он и на это пойдет, лишь бы по его было.
Ника пока решила не признаваться, что она сама вызывала Мефи и решила с ним договор заключить, разве поймет ее эта чужая девица?
Они должны жить дружно, чтобы не обиделась на нее девушка, и помогла в самом главном деле, с ней было веселее, чем одной, и она наверняка поможет в трудную минуту.
– Ну что же ты теперь будешь делать? – Сиси немного устыдилась своего страха, даже паники, вспыхнувшей в душе, в то время, как девушка была спокойна, даже неудовольствия не выражала. Вот так и всегда, она проявляла сразу все свои дурные наклонности, к счастью, Ника на это не взглянула даже.
– Я думаю, сначала надо посмотреть на этот мир, раз уж мы тут оказались, а потом видно будет, я в книгах читала (она не стала ссылаться на беса), что в чужом времени нам ничего смертельного не грозит. Ничего страшного с нами не случится.
– Успокоила, – усмехнулась она, – только быть тут, среди дикарей приятного мало.
– Но и в ваши времена обычаи тоже диковаты, – усмехнулась Ника.-
– Да разве ж можно сравнить, – не сдавалась Сиси.
И хотя она знала больше этой незнакомки, но ей стало обидно за свое время. Оно ей и прежде нравилось, а сейчас она просто его полюбила всей душой и надеялась, что скоро туда вернется.
– Нам ничего не остается, как посмотреть на эти дикарей, – заверила Ника, – потом расскажешь своим таким истории, что будут они тебя слушать день и ночь с открытыми ртами
Сиси тяжело вздохнула, но с ней согласилась.
Естественно все это время Мефи внимательно следил за ними. Его приятно удивила Ника, – она была такой спокойной и храброй. Но разочаровала Сиси – чего ныть и выражать недовольство, если тебе и вовсе ничего не грозит. И на самом деле она не так далеко от тех времен ушла. Надо было сюда Софию выдернуть. Но она сварлива и ненавидит людей. А пользы от нее еще меньше будет. Она снова спрячется где-нибудь на острове или в горах, и ищи ее свищи, не дождешься.
Нет, выбрал он, судя по всему, правильно, страх пройдет и она пообтешется со временем. Так он решил для себя.
Значит, самое авантюрное и крутое его приключение не сорвется, хотя он волновался больше, чем обычно в таких случаях. Ведь ему помогали две девчонки.
Конечно, он не лгал им, когда говорил, что ничего смертельного с ними не случится. Но ведь как много всего может происходить в этом мире. Струсят они или смогут удержаться, придумают ли что-то по ходу.
Даже он сам всего предвидеть и угадать никак не мог, а он во всем заинтересован, в то время, как перед ними стоят какие-то туманные перспективы.
Но интерес и напор это одно, а реальность – совсем другое.
Сначала он хотел выбрать сильных парней, но потом решил, что девицы справятся с его заданием легче и проще. Они не станут ввязываться в разные драки, не пойдут на какую-нибудь войну странную, будут тут на месте и все сделают лучше и надежнее, а не это ли самое главное?
Они как раз и пролезут там, где застрянет любой из героев. И вообще, кто вам сказал, что парням в этом мире легче.
Мефи верил в успех, но волновало его только то, что было на пути к этому успеху и триумфу.
№№№№№№№№
К тому времени Сиси окончательно пришла в себя, по крайней мере, не казалась такой перепуганной и потерянной, как недавно.
Он услышал, как она почти потребовала от своей спутницы:
– Пошли к людям, я не хочу в этой пустоте оставаться, она всегда подозрительна.
И спутнице ничего не оставалось, только согласиться с ней.
Девушки вышли на дорогу.
Ника сама подивилась тому, как она спокойно идет именно туда, куда необходимо. На самом деле они шли по тропинке, которая должна была вывести к жилищу, к людям. Они уже немного приуныли, не встретив никого из людей. А ведь надо было выяснить, как добраться до Скифии.
Солнце светило ярко, почти ослепительно, и было очень жарко. А вот жары она не любила, потому и жила только в Сибири, радовалась морозу и снегопаду зимой и с тревогой ждала лето.
Пока девушки молчали. Ника не хотела пугать свою подругу, но кроме учебника истории в ту ночь она заглянула еще и в мифологический словарь, и узнала, что в то время, если верить мифам, можно было встретить Андрофилов – людоедов. Впрочем, они бывают в любых временах, только там это скорее было делом привычным. Жертвы, которые приносились богам, не сами же боги поедали, они потом куда-то бесследно исчезали. А почему бы и нет? Ведь остатки этого жуткого явления дошли и до наших дней, а ведь где-то там есть их истоки. Наверняка кумиры Молоха – скифских божеств, которым приносили в жертву людей, оттуда и взялись.
Говорят, что чаще всего это были молодые и красивые девушки, и мифы хранят доказательства таких вот жутких обычаев.
Нет, она предупреждена и позаботиться о том, чтобы не попасться ни к чудовищам, и к жрецам в объятия (что может оказаться одним и тем же в итоге).
Кажется, с Мефи Сиси уже имела дело, и не была от него в восторге. Вот он и обманул ее в отместку, говоря, что с нею ничего не может случиться.
Но теперь бесполезно ныть и жаловаться на судьбу, надо просто идти вперед. Тем более что ее никто не толкал сюда, она сама на все согласилась, так что же теперь делать?
Сказки могут оказаться только сказками, панику заранее поднимать не стоит, хотя и надо быть готовой ко всему.
№№№№№№№
Шли они долго ли, коротко, но Сиси первая увидела домик у дороги. Одной стороной избушка была обращена к лесу, другой к остальному миру. Сказка начинала медленно сбываться.
– А вот и дом, – немного испуганно произнесла она, – думаю, нам надо туда заглянуть.
– Да, если там Пифия, то этого нам и не хватает, – еще больше обрадовалась Ника.
Но Сиси остановилась посреди дороги и спросила у нее удивленно:
– Кто там должен быть, как ты ее назвала?
– Пифия, – предсказательница, думаю, нам надо с нее начать знакомство.
– Да, но они добрые, или злые, как наши ведьмы? Ведь от того все и будет зависеть.
– Не знаю, – рассмеялась Ника, – но есть нас и в печку кидать (она вспомнила сказки), она точно не станет, а может даже и обрадуется, как знать.
Ника помнила о законах гостеприимства в древнем славянском мире, правда в других мирах все было вовсе не так прекрасно, вспомнить хотя бы Одиссея, что с ним творила и Цирцея и Циклоп, да и другие чудовища недалеко ушли. Все время приходилось хитрить, вырываться, обороняться.
Они направились к домику, хотя Сиси отставала и все еще высказывала свои опасения.
Навстречу к ним вышла женщина, черноволосая и очаровательная с раскосыми глазами, очень высокая и стройная, так, что Ника казалась еще меньше.
Женщина казалась приветливой, но она не улыбалась.
– Ну вот вы и пожаловали ко мне, – как – то таинственно произнесла она, – сам черт тебя ко мне направил.
Это она уже обращалась к Нике.
– Тебе придется много увидеть и узнать, хотя может и по кругу придется ходить. Кроме камня тебе и на мир взглянуть интересно будет, а я тебе его покажу во всей красе. Но много чего у вас там приключится, а может что-то вам изменить удастся, – пообещала пифия, – хотя все будет идти своим чередом.
Конь знает, куда вам идти (девушки поняли, что пифия дарит им коня, что в сказках случалось часто). Этот конь сюда тебя и приведет, когда все кончится, – спокойно произнесла она.
Она протянула гостьям две чаши с каким-то напитком.
Ника взяла спокойно, запах был дурманяще-приятный. Сиси смотрела на свою чашу довольно подозрительно и долго не решалась к нему прикоснуться. Но потом, видя, как Ника пьет, Сиси решила, что не стоит обижать чародейку, будет только хуже.
Напиток был прохладен, и там бродили травы в меду. Женщина показалась ей красивой и доброй, и не было больше никаких трудностей и бед. Путешествие уже не казалось страшным, скорее приятным. Все это подарило силы и вдохновение, наверное все не так плохо, как кажется.
Но ей еще много что испытать придется. А может это и не самое страшное время, из тех, куда их забросила судьба. Вроде все так хорошо начиналось и что теперь случилось?
Ника почувствовала не только уверенность, но и ясновидение было ей подвластно, она точно знала, как ей следует поступить, что делать. Она была уверена, что при помощи колдовского зелья примет правильное решение.
Они попрощались с Пифией, вышли на крыльцо домика.
– Ну счастливо вам, а чтобы не было скучно, дам вам в проводники царевича, – то ли пошутила, то ли серьезно пообещала Пифия.
Девушки только переглянулись. Во дворе кроме коня никого больше не было.
– Вы очень добры к нам, – улыбнулась Ника.
Сиси хотела что-то сказать, но промолчала – решила, что достаточно того, что уже было сказано.
Но пифия, наверное, в отместку за неприветливость, повернулась к ней:
– А ты, милая, ведь тут не по своей воле, тебе это странствие не по нраву будет, потому, если захочешь, я могу тебя отправить домой.
Конечно, это было заманчиво и решало многие проблемы девушки.
Сиси взглянула на Нику. Та молчала, ожидая ее решения.
Наверное, она не осудит случайную подругу, а если и осудит, то какая разница, они виделись в первый и в последний раз, и все-таки что-то останавливало, не давало Сиси поддаться такому искушению. Она и сама не знала, что это такое было. Ей захотелось взглянуть на чужой мир, да и бес маячил где-то за спиной. И наверняка он отомстит за то, что она решила улизнуть, да и к лицу ли это той, которая спала и видела себя ведьмой могущественной.
Что было еще в ее душе после такого предожения, сказать трудно, но после того, как Сиси немного помедлила, она усмехнулась и произнесла решительно:
– Нет, а чем я хуже, я тоже взгляну на то место, куда нас забросило, а домой всегда успеется. Ничего там интересного меня не ждет.
Ника рассмеялась, когда услышала такие слова. Она была почти уверена, что им придется попрощаться. Но это оказалось не так. Осталось только устыдиться того, что она плохо думала о своей новой подруге.
№№№№№№№№
Вместе девушки уселись на коня и отправились дальше. Конь хотя и не казался большим, на самом деле был богатырским. Он почти не ощущал под собой веса двух девушек.
Конечно, богатыри появились позднее, в своем 10 веке Сиси о них еще не ведала, но кони такие у чародеек уже были тогда. Ведь разные могли к ним пожаловать гости, и всегда надо иметь наготове такого вот коня.
– Как интересно, до былинных богатырей им еще три века жить, а для нас из грядущего, это словно одно время. А ведь даже Киева, не только Москвы, тут еще и в помине не было. На том месте, где им быть, наверное, еще непроходимый лес растет, звери гуляют. Странно все это и очень трудно понять современной девушке, которая хотя и хорошо учила в школе историю, но оказавшись в прошлом, почти ничего понять и разобрать не может. Теория всегда далека была от практики, но чтобы настолько. Это стало для Ники не приятными открытием.
– Интересно, о каком царевиче твоя Пифия говорила? – спросила Сиси, прерывая ее размышление.
– Не знаю, наверное, какой-то появится, у нас на дороге возникнет, но не торопи события.
Вдруг она усмехнулась, словно догадалась о чем-то.
– А уж не из-за царевича ли ты отказалась вернуться и со мной решила остаться.
– Да нет же, – возмутилась та, – не нужны мне никакие царевичи, да еще в чужом мире. Мужики коварные и презренные твари, у них в мозгах только койка да война. Не собираюсь я ни с кем из них связываться. Я потому в лес ушла, чтобы подальше от них быть и не служить им верой и правдой.
Сиси прямо разошлась, сразу было видно, что тема для нее не приятная, насмотрелась она в своем мире чего-то скверного.
Ника не стала больше о том говорить. Она поняла, что у Сиси с мужчинами свои счеты. Может она расскажет какую-то историю о нравах, но пока видно говорить ей не хотелось, столько интересного и нового было вокруг, надо смотреть, слушать и запоминать все, что творится.
А потом она напишет роман о древней Скифии, да так, как никто другой написать не сможет. Да и то сказать в 21 веке она одна знает не понаслышке о том, что и как там происходило. Конечно, ей никто не поверит, но это и не важно, главное, чтобы она сама себе верила.
И двигались наши девушки, куда глаза глядят, впрочем, конь, вероятно, понимал, куда им нужно двигаться дальше.
Неожиданно девушку остановились. Ника впервые увидела всадника, мчавшегося за ними. Сразу было видно, что он старался их догнать. Пока еще не было ясно, кто он такой, но Ника убедила себя в том, что это царевич, о нем недавно говорила Пифия.
Сиси мельком взглянула на подругу и поняла, что та что – то знает о всаднике, вот и решила расспросить, кто да что это было?
– Пифия говорила, что тебе ведомо дальше больше, чем ей самой. Ты знаешь о нем что-то? Почему ты так смотришь на него?
– Точно нет, может это только сказка, миф, – пожала плечами Ника.
Она подвергала сомнению все, что слышала и даже видела, но оставалась легенда о том, что царевич Скитл был из Греции, но очень полюбил эту страну, ее богов, ее обычаи и, оставшись здесь, будет убит за то, что поклоняется грекам. Видно его любовь со скифами не была взаимной.
– Кем убит? – удивленно спросила Сиси.
– Скифами, они очень ревностно охраняют свой мир от чужаков, особенно от греков, а нравы тут жестоки, понять их почти невозможно тем, кто не родился и не жил среди них с самого начала. Я читала и даже писала о них, но осталось так мало всего, крохи какие-то, все остальное им удалось скрыть от потомков.
Сиси недоверчиво посмотрела на Нику, захотелось, чтобы это оказалось выдумкой, ведь им все придется узреть своими глазами, если это правда, а ей уже было жаль отважного царевича, который должен жизнью поплатиться за свое безрассудство. Но есть такие герои, которым проще умереть, но не расставаться с тем, что они так любят.
Но между тем всадник уже приблизился к ним. Только теперь девушки заметили, что он был не один, прямо из воздуха соткалась уж знакомая им Пифия.
– Царевич очень робок, – говорила она тихо, – вот и попросил, чтобы я показала ему вас, когда я о вашем вторжении поведала ему вдруг, вот и пришлось отправиться вместе с ним в погоню. А встретиться вам все равно здесь суждено, так лучше раньше, чем позднее.
Приблизившись к Нике, она добавила:
– Его судьба в твоих руках, я могу только догадываться, что ты знаешь наверняка., вот и сделай все., чтобы белы не случилось, зря ты что ли тут появилась.
По тому, как обе девицы смутились, Пифия поняла, что они только что говорили о молодом царевиче, им обеим уже было что-то ведомо. Но она тут же предложила:
– Коли я пока тут с вами, давайте посидим немного у огня, может я что сама разгляжу да вам поведаю. Торопиться мне пока некуда, вот и проведем этот вечер вместе.
Юноша пошел за хворостом для костра, а Ника произнесла:
– Это царевич Скитл, и история его оказалась печальной, но она дошла до моего времени. Хотя сохранилось о них ну совсем мало, иногда кажется, что их и вовсе не было в этом мире. Они прошли как тени, потому наш интерес к ним так велик.
Юноша был на приличном расстоянии, но кажется, слышал свое имя, потому что он тут же взглянул в ее сторону удивленно – откуда это было ведомо чужой и такой странной девице?
– Он был в Греции еще малышом, и очарован всем, что видел там, что пережил в детстве и отрочестве. Тут же радость сменилась грустью.
Он только закивал в ответ, понимая самое главное, и упуская детали ее рассказа. Ему казалось, что они уже встречались, но ведь этого не могло быть, тогда откуда ей это ведомо, ведь даже Пифия ее слушает с интересом. Наверное, и она не знала так много.
Мир полон загадок и тайн, в нем так легко заблудиться, и все-таки какое-то время он проведет с этими девицами, а потом видно будет что и как дальше.
Царевич стал разводить костер, но он был смущен и растерян, наверное, думал, что не разумно было догонять этих странных дев, так ему было бы спокойнее. Хотя одиночество в безлюдной и бескрайней степи ничего хорошего не может ему подарить. Да и не был он никогда трусом. Спокойно мог посмотреть опасности в лицо.
На его смуглом лице с раскосыми глазами и выгнутыми бровями появилось странное выражение недоумения и заинтересованности в собственной судьбе.
Ника, глядя на огонь думала о том, как странно устроен этот мир, неправильно было бы терзать этого юношу и продолжать молча размышлять о том, что ведомо только ей одной.
Но что делать ей, если поведать легенду, она точно сбудется. Только хотелось ли ей этого? Сказать им о неизбежном, которое, вероятно, скоро, еще в их бытность случится, или ни о чем не говорить? Лучше не ждать и не знать, что смерть близка.
№№№№№№№
Бес темноватым облаком парил с ними рядом. Он мысленно похвалил Пифию за то, что она действовала так быстро и сама проводила к девицам царевича.
Но как его Ника могла думать о каких-то пустяках, когда рядом с ней живой царевич. Самое лучшее было просто в него влюбиться. Пусть Пифия расскажет о Анахарсисе, тогда все они что-то поймут и возможно мир и судьба царевича изменится.
Все пока казалось легче и проще, чем он думал сначала, самому Мефи и делать было нечего, но следить за ними нужно было в оба. Как часто ему приходилось бродить с разными героями в средневековье, рассказывать и показывать, какие там были нравы, но он никогда не заглядывал в прошлое так далеко, что даже сам немного растерялся, ведь неизвестность угнетает страшно. А он привык действовать, все или многое зная.
Бес не ошибся, все шло своим чередом, и довольно успешно. Ника залюбовалась снова вспыхнувшим огнем, но это был большой и мощный костер, который силой воли, вероятно, раздувала Пифия, а не только легкий ветерок, паривший над их головами.
Царевич удивился не меньше девушек, даже вечером, такие костры он видел не часто. И все-таки огонь в степи между землей и небом, связывающий все миры в золотистый узел, согревающий или сжигающий все на своем пути – это нечто завораживающее и очень красивое зрелище.
Тут снова заговорила Пифия, отключившись от своих дум.
– Я снова буду предсказательницей, но расскажу не о грядущем, а о прошлом, говорят, что там уже все случилось, только часто нам неведомом, как и что там могло быть, мы знаем только какие-то происшествия, не имея понятия о том, что и как могло происходить.
Горел костер, беседа текла как ручеек, они не заметили, как стало темнеть. Незнакомый мир стал еще таинственнее и загадочнее. И первый этот вечер и первая ночь не казались девицам такими мрачными и таинственными в этом незнакомом, а потому очень опасном мире.
– Это бывало уже когда-то, – тихо, но отчетливо говорила прорицательница, – я все вам расскажу, а может и покажу кое-что, конечно, если вам это не испугает. Но девицы вы отважные, надеюсь, не испугает.
В том мире, в нашем прошлом был легендарный царевич, и звали его по-скифски Анахарсисом.
Она замолчала на один миг, и всем показалось, что в пламени костра распахнулась какая-то огненная дверь и пророчица пригласила их туда войти. Из одного мира они смело шагнули в другой и с любопытством огляделись
Они встали и вошли, ничего не боясь, ни о чем больше не думая. Сначала немного боялись обжечься, огонь дышал рядом и метался прямо перед ними. Но не коснулось их пламя.
Они оказались во дворце скифского царя, они шагнули из пламени во дворец.
Ника сожалела, что она не видела его снаружи, а оказалась сразу около зала царя, и заметила, как перед царем предстал другой царевич. Она хотела спрятаться, но Пифия оказалась рядом с ней, и улыбнулась.
– Не бойся, они нас не могут видеть, мы невидимы для них, потому что нас там нет.
Тогда Ника перестала бояться, почувствовала себя спокойнее. Так смотреть было еще интереснее.
А царь шагнул к царевичу, обнял его, на смуглом лице появилось какое-то торжество. Он словно бы праздновал победу после долгого и изнурительного сражения.
Но царевич был странно одет, в явно греческие одежды. Это сразу же заметила Ника, насколько разными были у них костюмы. Это смутило и царя, который даже в их времени был давно мертв.
Но там, в этой зале сейчас они оба были еще живы – это и казалось настоящим чудом.
Пришельцы стали смотреть дальше.
– Отчего ты не весел, сын мой, – спросил царь строго, и тень радости исчезла с сурового лица. Он чувствовал, что сейчас прозвучит что-то важное и не приятное для него, такое он всегда чувствовал кожей.
– Я так долго жил у эллинов, привык ко всему, что там творится, не нравятся мне все наши обычаи, – растерянно говорил юноша.
Не только сам царь, но и все придворные, собравшиеся тут, переглянулись, стали тихо о чем-то переговариваться. Осуждение появилось на многих суровых лицах, но яростнее других был сам царь.
– Вот как, видно обычаи предков тебе не любы? – спрашивал он
– Зачем он сейчас им все говорит? – мучительно подумала Ника, наверное, так думали все ее спутники. И только Пифия спокойно взирала на все происходящее, наверное, она все это видела не в первый раз. Ведь она могла возвращаться в любое время и снова посмотреть что и как происходило.
Но она отвлеклась от собственных мыслей, потому что продолжалось важное собрание, очень хотелось видеть, как это будет.
– Что же тебе не нравится сын мой? – вопрошал царь, – разве не среди нас ты родился, и как может не нравиться свое и нравиться чужое? Я не понимаю и никогда не пойму этого.
