Страница 2 из 5
– Прикинь, я татуху набила, мать не знает.
– Да ладно! – едва ли не закричала я, но она меня шлепнула по голове, чтобы я замолчала.
– Практически на заднице.
Надька всегда была довольно безбашенной, в тринадцать лет начала курить, встречаться с парнями и забросила учебу. Мы с ней дружим с детства, понимаю, у нее в семье проблемы, мать периодически уходит в запой, отец бросил, но я стараюсь всячески поддерживать подругу и не позволяю ей окончательно спиться. Иногда она называет меня скучной, иногда мы ссоримся, но потом все равно миримся, потому что ближе человека нет в моей жизни, чем она. Надя знает обо мне все, как и я знаю все о ней. Она ненавидит свои веснушки и маленькую грудь, а я говорю, что это ее шарм, а маленькая грудь гораздо привлекательнее. Ей не нравится ее небольшой животик, а я напоминаю, что нужно пить меньше пива. Я пытаюсь заставить ее заняться спортом, иногда она соглашается, но потом обязательно бросает. Я помогаю ей не скатиться на двойки, она изредка старается сделать домашку, но через силу. Иногда ей хочется побриться налысо, потому что ей не нравятся ее выжженные краской волосы, на это я отвечаю, что тогда она будет похожа на инопланетянина, и мы смеемся. Надька носит джинсы с настолько заниженной талией, что оттуда виднеются стринги, еще она обожает обтягивающие топы. С виду Надька довольно симпатичная девка, дерзкая, любит грубить, но никогда не предаст. У нее есть свои принципы, от которых она не откажется.
– Кстати, сегодня ко мне Валера подкатывал, – добавила она, собирая волосы в хвост.
Друг Артема, да ладно!
– Этот идиот, Боже, – вздохнула я.
– В общем, послала его, а он обиделся даже, придурок.
Мы рассмеялись, я и не заметила, как мы дошли до мотоциклов. Ребята врубили рок и уже вовсю гоняли с трюками. Атмосфера офигенная, несколько пацанов подъехали на своих машинах и включили фары. На всю округу орал Rammstein, ревели мотоциклы, парни довольно громко общались друг с другом, обсуждая мощности двигателей, скорость разгона и кучу всего еще. Я заметила, что Артем и Юра далеко ушли от нас и растворились в толпе.
– Вот они мужики, настоящие, – вздохнула Надя.
– Нужно Юру найти, Артем его куда-то увел.
– А хлюпик этот… Какая разница, ушли и ладно. Главное, Артем от тебя отвалил хоть ненадолго, – ответила Надя.
– Вообще-то, это мой друг детства, – недовольно заметила я про Юру.
Началась настоящая суматоха, я постоянно встречала каких-то знакомых, этот вечер меня затянул без остатка. Я совершенно забылась в шуме, пропахла сигаретами, а на штанах появилось пятно от чужого пролитого на меня вина. Чем сильнее темнело, тем меньше ребята выполняли трюков. Юру я окончательно потеряла из виду, Надя тоже куда-то пропала, точнее, она потащилась за одним из мотоциклистов и забыла про все на свете. Я осталась сама по себе и начала беспорядочно бродить по округе, вглядываясь в лица окружающих.
– Ань, сигарета будет? – спросил у меня какой-то парень. Я даже не поняла, кто это.
– Не курит она, – послышался в ответ голос Артема. Я обернулась, он сделал последнюю затяжку, потушил бычок и направился ко мне.
– А куда Юра потерялся? – как бы невзначай спросила я.
– Не знаю, он нашел себе новых друзей, тусит с ними, – ответил Артем. Он подошел довольно близко ко мне, и я сделала небольшой шаг в сторону.
– Юра? Друзей? Что-то не очень на него похоже, – засомневалась я.
– Да какая разница, – фыркнул Артем, а потом добавил: – Что у тебя на штанах?
– Вино на меня пролили, забей, скоро высохнет, – ответила я. Стало немного неловко оттого, что он заметил.
– Ща, – сказал он и снял свою спортивную кофту. – Вот, подвяжи.
– Ой, да забей, так сойдет, – отмахивалась я, но Артем не стал слушать и против моей воли повязал кофту мне на пояс.
– Когда домой соберешься, свистни, провожу, уже стемнело, – добавил он.
– Сама дойду, – отрезала я.
– Ага, да… – не соглашался он. – Сказал – провожу, значит, провожу.
Мне уже хотелось поскорее свалить от него, я начала выискивать в толпе, к кому бы приткнуться. Неожиданно на горизонте появилась Надя, она вынырнула из темноты и побежала ко мне с ошарашенным видом.
– Ань! – закричала она и чуть ли не сбила меня с ног.
– Ты чего? – испугалась я.
– Там Юра… – пыталась отдышаться она.
– Что Юра?!
– Кажется, ему что-то подсыпали, я не знаю, там треш, нужно вытаскивать его.
Я бросилась за Надей, боясь подумать, что там могло произойти за такое короткое время, и в надежде, что все еще можно исправить.
Не помню, как я добежала до Юры, но то, что я увидела, повергло меня в шок. Ребята развели костер и собрались в круг. Юра вел себя так, будто в него вселился дьявол. Он шатался из стороны в сторону, выкрикивал что-то невнятное, то поднимался, а то валялся на траве. Он точно был под кайфом, несколько ребят тоже накурились, но их так не вштырило. Что они ему дали?
Я ринулась в толпу пьяных и обкуренных ребят, в которой нашла Валеру. Наклонилась к его довольной роже и схватила за кофту, но он лишь рассмеялся.
– Че тебе надо? – спросил он, слюни полетели в разные стороны.
– Что вы с Юрой сделали?
Валера стал дико ржать. Я обернулась к Наде:
– Помоги мне его отсюда вытащить.
Мы с Надей попытались поднять Юру. Он городил хрен пойми что, его тело обмякло, он то и дело валился с ног.
– Я выпил газировку, я выпил газировку, – повторял он.
– Ты что-то принимал? – спросила я, пытаясь увести его отсюда.
– Я выпил газировку, – снова повторил он и опять чуть не упал.
– Блин, вроде худой на вид, а хрен дотащишь, – заметила Надя.
В тот момент, когда мы оттаскивали Юру, было ощущение, словно я оказалась в аду. Пот тек ручьем, мы еле оттащили его от толпы в сторону, где он начал блевать.
– Господи, – протянула Надя и отвернулась.
– Блин, я не знаю, что делать, в таком виде ему нельзя домой, – сказала я. У меня мозг ломался.
– Ему точно нельзя домой, – добавила Надя, когда Юра принялся блевать во второй раз.
– Ань, что у вас тут? – неожиданно из-за спины появился Артем.
– На хрена ты его туда отвел, что там случилось? – наехала я.
– Я-то откуда знаю, я потом ушел, когда он начал с Витькой болтать, – отмахнулся Артем.
(Витька тот еще нарик.)
– К тому же я ему не нянька, у меня свои дела были. Да что ты так паришься?
Я взбесилась.
– А ни хера! Домой ему теперь нельзя, бабушку Олю инфаркт хватит, Юрке хана, плюс потом и мои родители обо всем узнают, что тут творится, тогда я в жизни больше не выйду вечером дальше своей калитки.
Артем напрягся: неужели мои слова заставили его хоть чуть-чуть пошевелить мозгами?
– Пошли ко мне домой, – вдруг предложил он.
– Чего? – офигела Надька.
– А какие еще варианты? Отца до утра дома не будет, сестра нас прикроет, – сказал он.
– А бабушке Юры что мы скажем? – задала я встречный вопрос.
– Господи, пацану шестнадцать лет или сколько ему там, скажем, что решили у друзей остаться. Чего-нибудь наплетем.
– Как у тебя все просто, – заметила я.
– А какие еще варианты, Ань? А? Ну, предложи.
Надя влезла в наш спор:
– Короче, идем к тебе, если у тебя есть койка, я тоже могу пойти, моей матери все равно.
– Найдется, – уже более спокойно добавил Артем.
– Ань, ты пойдешь с нами ночевать? – спросила Надя.
– А что я родителям скажу?
– Что у меня решила переночевать, потому что… ну… потому что… мне стало плохо, и я попросила тебя остаться со мной! А плохо мне стало… из-за того, что я отравилась. Думаю, отец твой точно с бабушкой будут за то, чтобы ты осталась, а мамку твою они уговорят.
План, конечно, на троечку, но отказаться я не могла. Оставить Юру на Артема и Надю будет глупо с моей стороны, Юра в первую очередь мой друг, и другие не должны возиться с ним, пока я буду преспокойно спать у себя в кровати.
– Хорошо, я позвоню папе, – согласилась я.
– Тогда потащили его, – сказал Артем. Мы подошли к Юре, которого немного отпустило, но все равно он был не в адеквате. Шум постепенно угасал, и мы вышли на темную дорогу, по пути пытались не провалиться в яму. Надя криво держала слабенький фонарик, Артем тащил Юру с одной стороны, я – с другой и параллельно договаривалась с папой о том, чтобы заночевать якобы у Нади.
– Папа согласился, – сказала я.
– Отлично! – обрадовалась Надя.
Я мельком глянула на Артема, в тусклом свете фонаря мне показалось, что он едва заметно улыбнулся. Или же мне это просто померещилось в темноте.
Нас встретила сестра Артема, та самая, которая когда-то клеилась к моему папе. Ее зовут Алена, ей двадцать семь, на ляжке у нее татуха с какими-то цветами, волосы покрашены в красный. Эта девчонка в душе музыкант, любит в одиночестве сыграть на гитаре душевные песни, будто на некоторое время освободиться от роли безбашенной и несерьезной леди. Она тощая, в ушах куча сережек, но ей очень идет худоба и точеные черты лица: маленький нос, небольшие губы, острые скулы. Будто она кукольная, но когда начнет говорить:
– Придурки, вы чего тут устроили? – первое, что она выдала, когда встретила нас на пороге.
– Ален, помоги, – сказала Надя, и Артем принялся объяснять, в чем тут дело.
– Ладно, заходите, сейчас постелю постель, но кому-то на полу придется поспать, – сменила тон Алена, и мы зашли внутрь. Мне уже случалось как-то захаживать к Артему домой, обычно за дисками или обменяться плакатами, но я никогда не заходила к нему в комнату, а теперь представился шанс. В принципе, все примерно так, как я и ожидала: куча постеров (как и у меня), небольшой беспорядок вроде валяющихся носков под кроватью, железок и деталей на столе (Артем любит собирать всякие самолеты, машины, корабли) и диски с играми Street Racing Syndicate, Call of Duty, GTA.
– Так я на кровати отца посплю, Ань, ты на моей кровати. Надь, ты тогда в зале на диване, а Юра на матрасе на полу тоже в зале, – предложил Артем, когда мы посадили Юру на кровать. Он выглядел совсем уставшим, ничего не говорил и практически вырубился.
– Отличный план, – поддержала Алена и пошла за постельным бельем.
– Ладно мне надо пописать, где тут у тебя туалет? – без капли стеснения спросила Надя.
– Прямо и направо, – уже ничем не удивленный ответил Артем, и Надя покинула нас. Мы остались втроем: измученная я, задумчивый Артем и вообще ни о чем не думающий Юра.
– Где я? – неожиданно прорезался голос Юры, после чего он начал укладываться спать.
– Э нет, парень, твоя постель еще не готова, – Артем поспешил его поднять, и Юра обмяк у него на плече.
– Впервые вижу, чтобы человек так обдолбался, – заметил Артем.
– Я не верю, что он сам, кто-то подмешал ему что-то в газировку. Ты видел, как некоторые сидели и ржали над ним?
– Может быть… – Артем выждал паузу и добавил. – А может ты просто его плохо знаешь, вы не виделись десять лет, за это время человек мог полностью измениться.
– Какая теперь разница. Самое главное, что мы избежали худшего.
Какое-то время мы так и сидели втроем на одной кровати, Юра уже начал сопеть и перекатывался то на мое плечо, то на плечо Артема. Того явно это злило, но он старался сдержать себя.
– Плакаты мои повесила? – спросил он.
– Да, – ответила я.
– А я твой диск послушал, который с Аврил Лавин.
– И как? – спросила я.
– Нормально, ну так весело, – ответил он.
– Знаю, что тебе не нравится такая музыка, – заметила я, ведь Аврил Лавин – это скорее что-то более девчачье.
– Ну я не сказал, что это ужасно, я сказал, что нормально, – Артем зачем-то улыбнулся, и меня тоже это развеселило.
– Ты врешь, – с улыбкой заметила я.
– Твою мать, – Артем начал смеяться.
– Блин, чего ты ржешь? – не понимала я и тоже начала смеяться.
– Да просто я подумал, ладно забей, – не признавался он.
– Нет уж, говори, чего ржешь, иначе обижусь, – не могла угомониться я.
– Ну ладно, – согласился он наконец-то. – В общем, я не думал, что однажды ты увидишь мою комнату.
Я немного опешила.
– И это причина, по которой ты ржал?
– Прости, просто это нервное, наверное, – добавил он и отвернулся.
Таким странным я его еще никогда не видела. Краем глаза заметила, как он весь покраснел. Боже, неужели его настолько впечатлило, что я сейчас в его комнате? Самой в это не верилось. Я уже с нетерпением ждала, когда кто-нибудь зайдет к нам, чувствовала себя некомфортно после такого разговора.
– В этом мире тоже ничего не получится, – неожиданно вполголоса сказал Юра, и мы обратили на него внимание.
– Юр, спокойно, скоро спать пойдем, – говорила я, пока Артем пытался привести его в чувства, теребя за плечи.
– Нет. В этом мире тоже ничего не получится, как и в других. Но я буду пытаться дальше, я смогу это все остановить, я не должен забыть, – неожиданно Юра выпучил глаза и взял меня за плечи. – Аня, я должен помнить, завтра я должен помнить! Если я забуду, скажи мне, что нам с тобой нельзя…
– Кровать готова, – довольно громко сказала вошедшая Алена. Артем потянул Юру на себя подальше от меня, я немного испуганно сидела на кровати и не понимала, что произошло.
– У пацана совсем кукуха поехала, – бурчал Артем, пока тащил Юру прочь.
– Я должен помнить, должен помнить завтра… – пытался договорить Юра, но не мог, что-то мешало ему.
Не понимаю, стоит ли мне спросить у него, что именно помнить? Нет, он просто под наркотой, вбила себе в голову фигню, он просто неадекватен сейчас.
Мы уложили Юру спать, Надя устроилась на диване, Алена дала мне чистое постельное белье. Артем проводил меня до своей комнаты и перед уходом вдруг взял меня за руку и что-то положил в ладонь.
– Твоя любимая жвачка, – сказал он.
– Я уж испугалась, – улыбнулась я.
– Думала, я снова попытаюсь тебя поцеловать? – спросил он, от этого вопроса мне стало неловко, но нужно было что-то ответить.
– Думаю, в этот раз ты не посмеешь, в прошлый раз чуть по яйцам не получил, – напомнила я. Артем рассмеялся:
– Спокойной ночи.
– Ага, – добавила я и заперла дверь, чтобы случайно ночью он не прокрался и не натворил лишнего.
Ночью мне снился сон, как мы с Юрой все время куда-то бежали, но куда? От кого? Кто-то гнался за нами, а в конце сна Юра закричал:
– Найди меня снова!
На этих словах я и проснулась следующим утром.
У меня дико болела голова и жутко пересохло в горле. Недолго думая, заправила постель и отправилась на кухню, дверь которой была закрыта. Я подошла ближе и услышала какие-то непонятные звуки, но потом поняла, что Алена что-то тихонько бренчала на гитаре.
– Только твой рассвет, – она повторяла эту фразу и пыталась придумать продолжение своей песни. Я решила остаться за дверью и послушать. На часах было около шести утра, удивительно, что она проснулась в такую рань. Мне не хотелось прерывать ее творческий настрой и тем более мешать написанию новой песни, поэтому я решила попить воды из-под крана. Включив свет, я ахнула от неожиданности, но сразу успела прийти себя. Возле раковины стоял Юра, который испугался не меньше.
– Боже, не мог свет включить, я чуть не умерла от страха. Ну ты и напугал меня, – упрекнула я.
– Ты тоже не меньше меня напугала, – сказал он, но потом добавил. – Извини, что напугал, просто до конца не могу проснуться. Что вчера было? Я ни черта не помню.
– Ты обдолбался наркотой, изблевал кусты, потом мы притащили тебя домой к Артему, потому что к бабушке тебя нельзя было в таком виде приводить.
– Твою мать, – протяжно сказал он и взялся руками за голову. – Я и правда ничего толком не помню.
– На кой черт тебе понадобилось нашвыряться наркотой? – возмутилась я. Он внимательно посмотрел на меня своими огромными голубыми глазами и недоумевающе ответил:
– Я не просил наркоты, я никогда и не принимал наркоту, единственное, что я выпил, это банку колы.
– Ее вскрыли при тебе? – уточнила я.
– Нет, она уже была… – он не договорил, до него дошло.
Мы оба замолчали, Юра совсем поник, но потом я подумала, что не стоит придавать этому случаю уж очень глобальное значение, в конце концов, все закончилось хорошо.
– В следующий раз просто будь внимательнее и все. Ничего страшного не случилось, перед своими родителями я отмазалась, перед твоей бабушкой тоже. А еще извини, я дико хочу пить, дай мне пройти к раковине.
Юра прижался к стене, я открыла кран и сделала несколько глотков воды. Юра стоял так близко, мы несколько раз прикоснулись друг к другу, в этот момент я почувствовала себя немного странно. Ощущение дежавю, будто уже было что-то подобное когда-то.
– Кстати, ты мне сказал вчера, что ты не должен что-то забыть и ты хочешь мне что-то рассказать, – сказала я, напившись вдоволь. По напряженному и удивленному лицу Юры я поняла, что такую мелочь он точно не вспомнит. – Ладно, забей, наверняка это уже галлюцинации были.
Я снова отвернулась от него, чтобы умыть лицо, никак не могла толком проснуться и совершенно не заметила, как рукой случайно задела зубные щетки, которые тут же полетели вниз.
– Аккуратнее, – вдруг сказал Юра, и его рука дернулась, чтобы поймать падающие предметы. Я машинально повернулась к Юре, и тут мы застыли. Он стоял ко мне настолько близко, что его тело прижалось к моему. Его глаза удивленно на меня уставились, а кончики челки еще бы чуть-чуть и достали до моего лба. Внутри все сжалось, я вцепилась в раковину и боялась пошевелиться. Краем глаза я заметила, как Юра медленно ставил коробку с зубными щетками на место, его глаза по-прежнему смотрели на меня.
Почему он не отходит? Почему не извиняется как обычно? Почему он по-прежнему стоит на месте? Почему он так близко? Стоит ли мне сказать, чтобы он отошел в сторону? Стоит. Но почему мне не хочется этого говорить…
Внезапно послышался шорох в коридоре, Юра опомнился, отошел от меня, вообще ничего не сказал и вышел из ванной. Кажется, это были шаги Нади, она брела в туалет, я поспешила выйти из ванной.
– О, а вы вдвоем не спите в такую рань, – заметила она, я рассмеялась, увидев «петушок» у нее на голове.
– Хватит ржать, – прервала меня Надя, догадываясь, что могло меня развеселить.
– Прости, ты-то, чего не спишь? – спросила я.
– Пива вчера опилась. А вы чего вдвоем в ванную ходите? – спросила Надя, толком не понимая, что говорит. Но в следующую секунду до нее действительно дошло, что она видела, как мы оба вышли из ванной в одно время. На ее лице тут же появилась ехидная улыбка, и, пока она не успела наговорить лишнего, я настойчиво проводила подругу в туалет, а потом вернулась к Юре. Тот стоял в коридоре, совершенно растерявшись.
– Что с тобой? – не выдержала я.
– Не знаю, странное чувство просто. Ладно, забей, – отмахнулся он, но во мне уже разыгралось любопытство, и я не хотела отступать:
– Нет уж, скажи, что конкретно случилось. Ты ведешь себя очень странно, – сказала я, Юра не смотрел в мою сторону.
– У меня болит башка, троится в глазах и мозг сильно тормозит. Я пойду еще немного полежу. Во сколько пойдем домой, кстати?
Съехал с темы, ну и ладно.
– Попозже, часов в одиннадцать, может после обеда, подумаем, – ответила я.
– Ладно, как скажешь, – сказал он и ушел в зал. Следом Надя вышла из туалета.
– Что у вас тут за шуры-муры? – шепнула она.
– Забей, я сама ничего не поняла, – ответила я, но тут Надя схватила меня за руку и потянула к себе.
– Радуйся, что в туалет приспичило мне, а не Артему. Ты знаешь, насколько сильно он тебя ревнует ко всем подряд, если бы увидел вас вместе, убил бы его. Тем более мы у него дома, пока постарайся вести себя отстраненнее с Юрой, если не хочешь, чтобы все закончилось хреново.
– Да ничего не было, чего ты начинаешь, я вообще встала воды попить, – буркнула я, вырвала свою руку и отправилась в комнату. Надя что-то прошипела в ответ, но я не разобрала, да и не очень-то хотелось. Следующие несколько часов я так и не смогла уснуть, только ворочалась и думала о произошедшем.
Какая же я дура, ничего не случилось, а повторяю эту сцену в голове без конца.
Не знаю, что со мной происходит, но когда я рядом с Юрой, чувство дежавю меня не покидает. Возможно, я себя просто накручиваю, в любом случае ближе к десяти утра я вышла из комнаты и заметила, что все уже собрались в зале на диване и что-то активно обсуждали.
– Ого, я последняя, кто вышла из комнаты, – с удивлением заметила я, и все обернулись в мою сторону. Я стояла в некотором замешательстве и ощущала на себе особенно пристальные взгляды Юры и Артема, отчего на душе стало тревожно.
Ближе к обеду мы вернулись домой, на лавочке я встретила бабушку, на ней была белая панамка, которая прикрывала ее седые волосы, любимые синие бриджи и футболка с рок-группой AC/DC. Бабушка листала альбом и заострила внимание на какой-то фотографии.
– Бабуль, ты чего тут делаешь? – поинтересовалась я, она тут же окинула меня взглядом и предложила сесть рядом.
– Вернулась наконец. А я тут твои детские фотографии смотрю, такая ты тут крохотная.
Я села рядом с ней и принялась разглядывать фотки, о которых уже успела позабыть.
– Вот здесь ты себе челку отрезала, – заметила она, там мне было лет пять. Я рассмеялась, когда увидела эту фотку, такой дурацкий вид, кривая челка, волосы все взъерошены так еще и щеки перепачканы арбузом.
– А вот здесь ты с Надей… Что это ты тут делаешь? – спросила бабушка про следующую фотографию.
– Я пыталась забраться на столб, а Надька в этот момент рассмеялась, – ответила я. Здесь мы уже постарше. Неожиданно бабушка приспустила очки и начала меня пристально разглядывать:
– Нет, хорошо, что ты свои волосы не красишь, тебе идет русый цвет, Надька совсем краской волосы испортила.
– Ладно тебе, ба, каждый делает, что хочет, – отмахнулась я.
– Да это я так, к слову.
Мы снова начали разглядывать альбом, на последних фотографиях уже появилась наша кошка Машка и собака Мухтар. Вот фото, где я возле будки, а Мухтар еще маленький. Вот я держу Машку, сама в костюме снегурочки, а кошка наша дико боится фотоаппарата, но все равно, кадр успели заснять перед тем, как эта маленькая проказница выпрыгнула у меня из рук.
– О, ба, а тут ты прям молодая! – воскликнула я, когда она добралась до старых фото.
– Молодая и горячая, – игриво заметила она, и мы рассмеялись. Думаю, бабушка для меня самый близкий человек, который всегда меня понимает, поддерживает и старается прикрыть. Ее новогодние подарки самые лучшие, она всегда старалась баловать меня в детстве и покупать хорошие куклы Барби, у которых гнутся ноги и руки. А потом к ним кенов, потому что я как-то пожаловалась, что в моем бабьем царстве не хватает мужиков. Кенов было найти сложнее в магазинах, но бабушке как-то это удавалось.
Мы так и сидели на лавке, пока у меня вдруг не зазвонил телефон, это был Артем. Не очень-то хотелось брать трубку, но решила, что возможно, это что-то важное.
– Я возле твоей калитки стою, ты кофту у меня забыла, – сообщил он.
– Окей, иду, – коротко ответила я и сбросила звонок.
– Снова этот приставучий тип, как его… – начала бабушка.
– Артем, – напомнила я. – Но с приставучим ты в точку.
Я улыбнулась и покинула бабулю.
– Мог бы потом отдать, а то такой путь проделал, все равно гулять соберемся как-нибудь компанией, – сказала я, когда подошла к Артему.
– Да я все равно прогуляться захотел, заодно, думаю, кофту твою отдам.
Я решила побыстрее забрать кофту и поскорее уйти домой, но Артем тут же продолжил разговор, от которого было тяжело отделаться. В итоге мы так проболтали еще минут пятнадцать, пока на горизонте не появилась папина машина, из которой вышла моя сестра. Я обалдела.
– Ты что, сегодня приезжаешь?! – удивилась я.
Ленка стряхнула какие-то невидимые крошки со своего белого короткого платья и наконец соизволила взглянуть на меня. В лагере она загорела, ее светло-русые волосы довольно сильно закучерявились в этот раз. А еще, кажется, она даже капельку повзрослела. Моя сестра внешне похожа на героинь детских сказок по типу «Алиса в стране чудес», такая вся точеная, худенькая. Она вечно любит задирать нос, попрекать чем-нибудь. Но есть у нее и хорошие качества, она не крысятничает, и мы стараемся друг друга прикрывать, когда кто-то в чем-то накосячит.
А ведь ей уже четырнадцать лет, интересно, встретила ли она какого-нибудь клевого парня в лагере… Может, ей кто-то начал нравиться, кроме…
– Артем, привет! – первое, что сказала она. Могла бы и со мной сначала поздороваться. Да в Артема она влюблена уже давно, но мы договорились, что я ему об этом не расскажу. В принципе, я бы и не стала их сводить, моей мечтательной сестре точно не подойдет такой как Артем. Эта первая влюбленность однажды пройдет, пусть и не сразу, но пройдет.
– Привет, Лен. Здравствуйте, Константин Александрович, – Артем приобнял Лену, а потом поздоровался за руку с отцом.
– Ты хоть бы сестре привет сказала, – я попрекнула ее, на что она лишь недовольно хмыкнула и закатила глаза.
– Ты вообще забыла, что я сегодня приеду.
Мы сцепились и уже почти поругались, но папа тут же прервал наши сестринские придирки, и мы пошли помогать ему вытаскивать вещи из машины. Артем забрал у нас с сестрой тяжелые сумки и потащил в дом. По дороге он говорил с моим папой о машинах, об этом они могли болтать чуть ли не часами. Да, Артем давно уже нашел язык с нашим отцом. Пока они шли впереди, мы с Ленкой плелись сзади.
– О чем болтали? – спросила она, не скрывая свою ревность. Как же я от этого устала…
– О погоде, – соврала я.
Ленка хотела еще что-то спросить, но в итоге решила не задавать слишком много вопросов про Артема. На крыльце нас встретили мама с бабушкой, они тут же позвали всех на кухню обедать. Артем начал отказываться, но папа настоял, и в итоге всей толпой мы сели за стол. Пока мама и бабушка хлопотали на кухне, папа начал расспрашивать сестру о том, как она провела время в лагере.
– Ты загорела, Ленок, – заметила бабушка.
– Да, в лагере было довольно весело, я там познакомилась с кучей ребят, – сказала сестра.
– Ты? Познакомилась? Удивительно, – съязвила я, зная стеснительность сестры.
