Муайто

Подъём был долгим. Хорошо хоть не крутым. Иначе волку трудновато пришлось бы. И хорошо, что луна справа за спиной была. И подниматься проще, когда видишь, что у тебя под ногами, и есть надежда, что с той стороны гребня будет куда темнее. А значит, их появление окажется незамеченным.

На самом перевале крались очень осторожно. На фоне неба над срезом горы их легче всего заметить можно было. Поэтому, перебравшись в тень на другую сторону склона, Муайто даже выдохнул облегчённо. Оказывается, он всё это время почти и не дышал. К добыче-то сколько раз подбирался. Не новичок давно. Но всё-таки охота охотой, а тут другое совсем. От его умения красться сейчас куда как больше зависело всего.

А вон и огоньки хилых костров вдали замерцали. Не ошибся старший, просчитав действия серых. Осталось только поближе подползти.

– На огни не пялься, – обернулся Поко. – Чего-нибудь да не заметишь во тьме.

Дыхание его было тяжёлым. И не мудрено, возраст сказывался. Зим сорок с лишним старику. Если уж и Муайто в свои шестнадцать подустал со всей этой погоней, чего уж о старшем говорить. Хотя он всё же молодец – уже отдышался и махнул перед носом парня рукой, мол, давай за мной. И вперёд пополз. И чем дальше, тем всё медленнее и медленнее.

Муайто за ним, и волк следом.

Вскоре передвигались тише слизняков травяных. По пол-локтя за три удара сердца. Войко, словно понимая всю ответственность таких манёвров, полз рядом. А если хозяин замирал, повинуясь жестам старшего, так и вовсе опускал голову на передние лапы и лежал, терпеливо ожидая, когда можно будет двигаться дальше.

Огни постепенно приближались. Муайто старался не смотреть на них, сосредоточив внимание на камнях, на которые приходилось опираться. Лишь бы не сдвинуть какой, не загромыхать, скатив по склону.

Поко обернулся, махнул рукой, скомандовав ждать здесь. Сам пополз дальше, а Муайто облегчённо выдохнул и постарался расслабиться. Руки и ноги не сильно устали, а вот спина словно деревянная стала от напряжения.

Войко подполз ближе. Прижался тёплым шерстяным боком и прикрыл глаза, сделав вид, что спит. Только уши так и остались торчком стоять и двигаться иногда, поворачиваясь то так, то эдак.

Темнота стояла непроглядная. Парень едва различал крадущегося во мраке Старшего. Изредка даже терял его из вида.

Вот он замер на несколько мгновений, полностью слившись с соседними камнями, а потом резко метнулся вперёд, будто гадина ядовитая. И всё. Ни вскрика, ни стона. Ни стука камней. Лёгкий шорох едва донёсся до вглядывающегося во тьму Муайто.

Какое-то время Поко, вновь двинувшийся вперёд, ещё был еле-еле виден, но вскоре совсем пропал с глаз. Теперь только сигнала ждать.

Муайто скосился на волка и последовал примеру друга. Положил голову на руку и закрыл глаза. Так ночные звуки даже лучше были слышны. Чьи-то далёкие шаги, тихие гыркающие переговаривания серых. И даже, кажется, потрескивание костра.

Время тянулось тягучим соком трав, что собирают у себя в гнёздах жёлтые жалистые жужи.

Сигнала всё не было, и Муайто начал аккуратно разминать руки и ноги, поочерёдно напрягая и расслабляя мышцы. Шевелиться лишний раз опасался, чтоб не шуметь.

В какой-то момент подумалось, что у Поко ничего не получилось. Даже сердце застучало быстрее. Но он успокоил себя тем, что наверняка услышал бы звуки сражения. А в то, что Поко расстался с жизнью, да ещё и совсем не сопротивляясь, поверить было совершенно невозможно.

Муайто вздохнул пару раз, унимая биение сердца. И в этот миг по-над горой понёсся волчий вой.

Войко вскочил на ноги и вопросительно выставился на хозяина.

Парень тоже подхватился с земли, улыбнулся волку, оскалившись во всю ширь, и взвыл в ответ сигналу Поко.

Войко только и успел, что, чуть присев, завторить хозяину протяжным воем, а тот уже рванул вниз по склону горным козелом, набирая скорость, прыгая по камням и чудом не ломая себе при этом ноги.

Перемахнул через распластанный на земле труп коротышки-дозорного. Заспешил дальше, чуть косясь под ноги и вглядываясь в суету, поднявшуюся в лагере серых.

Глава 3

Вон он, Поко. В одной руке копьё, в другой – длинный кинжал. У мелких коблиттов мечи-то чуть длиннее. Да и нет их почти. Всё больше дубины. Изредка топоры каменные да копья короткие. А длинными коротышкам и не помахать.

Поко, прикрытый с одной стороны костром, отбивался от насевших на него серых, вертясь взъярённым рогачом. Трое или четверо недомерков уже валялись у его ног, но атакующих было ещё не меньше двух рук. Да и в обход некоторые подались.

Муайто чуть свернул, направившись на помощь Старшему, за спиной которого углядел несколько фигурок орчат.

Перехватил копьё поудобнее и заорал диким голосом, отвлекая на себя внимание серых. Всё полегче Поко будет, если хоть кто-то от него отвлечётся.

Впереди, из-под земли словно, выскочила троица коблиттов. Двоих, что оказались прямо перед ним, он на всём ходу снёс выставленным поперёк копьём. Оба кривульками только своими взбрыкнули да разлетелись, кувыркаясь, кто куда. Добивать некогда их. Потом.

В третьего коблитта лохматой молнией врезался Войко, оскаленной пастью вцепившись коротышке в горло. Повалил на землю, с глухим рыком разрывая плоть отверженного, забулькавшего кровью.

Муайто перескочил через одного из валяющихся врагов. Чуть не подвернув ногу на камне, с трудом удержал равновесие и рванул дальше.

Ещё серый сбоку. В паре шагов всего. Охотник даже направления бега менять не стал. Ткнул копьём, ухватив то почти за самый конец древка.

Попал. Копьё попробовало выкрутиться из ладони, но не тут-то было. Хватка у Муайто твердокаменная. Вырвал, разворотив коблитту грудину. Аж хруст пошел от ломаемых рёбер.

Даже не перехватывая, махнул копьём, продолжая его движение по широкой дуге перед собой и снося острым лезвием голову ещё одному подвернувшемуся уродцу. Кровь, чёрная в ночной темноте, мощной струёй брызнула из обрубка шеи. Коротышка ещё не осел на землю, а его голова уже заскакала по камням куда-то прочь.

До наседавших на Старшего недомерков оставалось шагов несколько, когда с двух сторон навстречу несущемуся во всю прыть Муайто кинулось сразу четверо серых. Хорошо хоть они все ниже по склону, а скорость охотник неплохую набрал.

Мощно оттолкнувшись от земли, он взмыл в воздух в длинном и высоком прыжке, перемахивая через уродцев и врубаясь тараном в спины противников Поко.

Тут уже на ногах удержаться никак не получилось. Сминая под собой тщедушные тельца коротышек, он покатился кубарем, разметав, наверное, половину из нападавших. От их громких воплей чуть уши не заложило. Кто-то орал от боли, кто-то от возмущения и злости. Муайто было на них плевать.

Отмахнувшись рукой и лягнув кого-то из кинувшихся к нему врагов, он вскочил на ноги и кинулся к серым, обходившим Поко слева. Краем глаза заметил справа у костра вжавшихся в землю и сбившихся в кучку орчат, связанных и испуганно таращившихся на драку. Значит, не удалось старшему их по-тихому освободить.

Коблитты, не ожидавшие появления перед собой такого прыткого орка, замерли на мгновение, недоуменно пялясь на охотника. Но тот не дал им особо себя поразглядывать. Ткнул копьём в одного, другому заехал ногой в живот. Со всей дури пнул. Так, что тот укувыркался в неизвестном направлении, растворившись во мраке.

Очередной коротышка с воплем кинулся на Муайто, замахиваясь каменным топором.

Не успев ещё высвободить копьё, парень сам подался навстречу врагу и двинул тому древком по лбу, одновременно уворачиваясь от удара.

Хрясть! Твёрдое дерево столкнулось с не очень твёрдым лбом коротышки. Топор уродца, перехлестнув через выставленное плечо, больно саданул парня по спине, заставив недовольно скривиться.

Ничего, орки умеют терпеть боль, но зато не терпят, когда похищают их детей.

Левой рукой Муайто ухватил серого за горло и сжал пальцы, сминая непрочные хрящи, будто податливую глину. Коблитт только захрипел в ответ и, закатывая глаза, обмяк.

Метнулась мимо в темноту блеснувшая в отсвете огня рыжим мохнатая шкура волка. Друг настиг укатившегося ранее коротышку и, похоже, не дал тому вновь вступить в бой, заставив распрощаться с жизнью.

Отбросив одного серого и выдернув копьё из другого, Муайто развернулся, осматривая поле боя. Свалка у ног Поко успела пополниться парочкой тел. Да ещё кто-то, жалобно скуля, пытался отползти в сторону, зажимая рассечённые копьём Старшего раны.

Остальные отверженные наседали уже не так яростно. А когда сразу с двух сторон с боевым улюлюканьем в свете костров стали появляться новые орки, круша и раскидывая врагов, будто те и не сопротивлялись вовсе, серые совсем позабыли о нападении. Кинулись прочь в единственном оказавшимся свободном направлении – почти мимо Муайто, в глубину межгорья.

Было их ещё довольно много, и не запаникуй они, могли бы и организовать отпор такому малому количеству воинов. Но пересчитывать ужасных орков никто не стал. Видать, и не подумали, что всего руке воинов хватит смелости напасть на такой большой отряд. Испугались. Бросились спасать свои вонючие шкуры.

Не все, конечно. Одна группа попробовала всё же отступать организованно. С пару рук серых, выставив топоры и колья, двинулись мимо Поко с дальней от Муайто стороны. И пока большинство серых, размахивая оружием, отвлекало Старшего, несколько из них, изловчившись, проскочили-таки к связанным орчатам. Подхватив ближайших к ним детей, они бросились наутёк, явно не желая расставаться со всей своей добычей. Остальные, тут же плюнув на Поко, ломанулись следом.

Мимо Муайто тоже пытались проскочить. Но одному коротышке он подсёк ноги копьём, до другого дотянулся кулаком, вмазав по грудине так, что серого согнуло пополам.

Какой-то ловкач юрко проскользнул, поднырнув под рукой парня, и бросился бежать. Копьё в спину помогло врагу немного ускориться. Буквально на несколько шагов. Последних. Ими этот забег и закончился.

Остальные коротышки спешно удалялись прочь. Догонять придётся.

Согбенный серый, харкающий кровью из пробитых собственными рёбрами лёгких, хрипел на земле в шаге от Муайто. Чтоб не терять времени на беганье за копьём, орк стремительно шагнул к коротышке и ногой впечатал голову уродца в камни. Хруст черепа оборвал хрип серого и порадовал душу охотника – сколько уже смертей во славу Ушедших!

Отверженные, схватившие детей, и все, примкнувшие к ним, быстро удалялись, забирая куда-то вправо. Один из них, главарь похоже, что-то проверещал. Громко так, требовательно. Рассыпавшиеся по склону серые, что сбежали первыми, послушно сменили направление. Стали стягиваться в кучу.

Пока Муайто и остальные орки, добив остатки сопротивлявшихся, бросились в погоню, вокруг вожака уже собрался почти весь его потрёпанный отряд.

– Не дайте им уйти! – проорал Поко вдогонку своим. Сам с детьми связанными остался.

Муайто, не оборачиваясь, потряс над собой копьём, мол услышал, и прибавил прыти.

Бежать в темноте по склону, сплошь усыпанному камнями, было страшно. Ох как некстати сейчас покалечиться, отстав от погони.

В блеклом свете луны под ногами почти ничего не разглядеть. Сердце зашлось, не зная, то ли яростно колотиться, то ли сжиматься от страха при каждом соприкосновении ног с землёй.

Войко бежал сзади. Наверное, за свои лапы не меньше переживая.

Серые уже совсем недалеко. Можно было даже учуять их противный запах.

Справа почти нагнал Туако. Заскакал по камням в паре шагов рядом. Муайто лишь мельком глянул на его злое, перепачканное кровью лицо и вновь устремил взгляд под ноги. Словно это могло помочь не переломать их.

Впереди опять что-то прокричал коблиттский вождь. Сразу с пару рук, а то и больше, коротышек замедлили бег, остановились и развернулись навстречу оркам. Задержать, видать, хотят, чтоб прикрыть отход остальных. Выставили перед собой своё нелепое оружие. Кого они хотели им напугать?

Муайто, заметно вырвавшийся вперёд, за несколько шагов до заслона серых ускорился ещё больше и повторил свой таранный прыжок.

На этот раз отверженные оказались больше к нему готовы. Что-то больно ткнуло в бок и в ногу. Резануло по плечу. Каменный наконечник копья промелькнул прямо возле глаз, чудом разминувшись с головой.

Муайто влетел в строй коротышек, ткнув одного из них копьём. Сцепившись ещё сразу с несколькими, повалился и покатился, кувыркаясь, по склону. Чья-то рука вцепилась в волосы, кто-то колотил по парню кулаками, похоже, потеряв оружие.

Голова долбанулась о камень. Искры сыпанули из глаз. Зато прищемленная ударом, рвущая волосы рука враз перестала досаждать.

Вот только ноги и правая рука с копьём оказались схвачены и прижаты к земле вонючими телами.

Очутившийся сверху серый, истошно вопя, рубанул топором, целя в голову. Муайто только и успел её чуть отклонить. Топор оглушительно грохнул совсем рядом, саданув по уху и обдав брызнувшей каменной крошкой.

Муайто вмазал кулаком левой, дотянувшись до гнусной хари наглеца. Тот отвалился вбок, но вместо него в руку сразу же вцепился зубами другой.

Вот гад! Думаешь, орки не умеют кусаться?! Муайто рванул гада на себя и вгрызся в подвернувшееся ухо серого. На лицо плеснуло кровью. Заоравший отверженный, забыв про руку парня, извернулся и попробовал его задушить, вцепившись в горло. По ногам кто-то долбил чем-то тяжёлым, заставляя досадливо морщиться от каждого удара.

Выплюнув откушенное напрочь ухо вопящего уродца, Муайто зарычал ему в ответ. Ухватив за голову, вдавил в глаз большой палец.

Хлюпнуло. Коротышка заорал ещё громче, ослабив хватку.

Парень снова дёрнул его на себя, на этот раз вонзая зубы прямо в лицо. Тут же отшвырнул вопящего серого прочь и, подхватив с земли длинный увесистый камень, обрадовал им вцепившегося в правую руку ещё одного врага.

Тот обмяк, но высвободить из-под него копьё не вышло. Плюнув, Муайто выдернул руку и, наконец-то, смог дотянуться до гадёныша, терзавшего его ноги.

Удар по голове всё тем же, только уже зажатым обеими руками, камнем отправил врага прямиком в Туманные пределы к духам предков. А может и к новым богам, кому они там сейчас поклоняются. Размышлять об этом сейчас точно некогда: сзади на спину уже кинулся очередной коротышка.

Как Муайто его заметил, пытаясь скинуть с избитых ног труп врага, непонятно. Может, и почуял. В последний миг уклонился.

Серый грохнулся рядом и сразу же перекатился на спину. Выставил навстречу метнувшемуся к нему Муайто короткий меч.

Чуть не напоролся. Ржавое лезвие прошлось по правой руке, разодрав кожу на предплечье. Пробороздило по щеке. Больше уродец ничего сделать не успел. Кулак Муайто свернул ему челюсть набок, прервав готовый вырваться вопль.

Рядом раздалось сдавленное рычание Войко. Двое серых навалились на него сверху. Один клещом вцепился в спину, другой, ухватив за шкирку, готовился ткнуть в волка ножом.

Так быстро Муайто в жизни не двигался. Даже не вставая, одним резким толчком взвил себя в броске, преодолев отделявшие от друга шаги за удар сердца. Смёл уже замахнувшегося коротышку, припечатав к земле и, что было мочи, боднув лбом в лицо. Выхватил из ослабевших рук кинжал и метнулся назад, ко второму гаду.

Сдёрнул его с волка и, опрокинув на спину, воткнул нож в живот. Рванул руку, вспарывая шкуру недомерка и взрезая полезшие наружу кишки. Только что царивший сладкий запах крови перебило смрадом испражнений.

Поскуливающий Войко поднялся на ноги и встряхнулся, оправляя измятую шерсть. Заозирался.

Муайто тоже оглянулся.

Здесь серых добивал лишь Туако. Остальные уже кинулись дальше в погоню.

Старшему помощь явно не требовалась. Сам почти уже справился.

Муайто свистнул волку, отпихнул вспоротую, но ещё трепыхающуюся и подвывающую тушку коротышки прочь. Коблиттский кинжал за пояс заткнул. Может, пригодится ещё. Отыскал, поднял своё копьё и, прихрамывая, поспешил вниз, догонять остальных.

Волк замотал головой, встряхиваясь, злобно рыкнул на уже истёкших кровью коротышек и в несколько прыжков догнал хозяина. Обогнал и устремился вперёд, не иначе намереваясь возглавить охоту на коблиттов.

Улепётывающих коротышек, уже миновавших небольшой распадок, оставалось совсем немного. Но это, похоже, были самые сильные и хорошо вооружённые воины из всей коблиттской шайки. Их главарь то и дело подрыкивал на троицу серых, волокущих на себе детей, да и на остальное своё воинство, заставляя энергичнее взбираться по пологому склону следующей горы.

Даже приотставшему теперь уже от своих резвых сородичей Муайто были хорошо слышны злые выкрики коблиттского вождя. Вот он оглянулся на спешащих позади орков и что-то властно прогыркал. Тут же с пару рук серых воинов развернулось и выстроилось попрёк склона, преграждая оркам дорогу.

Ну да, снизу-вверх по склону на них уже не так удобно нападать. Да и действовали коротышки более слаженно, чем до этого. Выставив мечи и копья, дружно отбили атаку, откинув прочь одного из молодых орков, сунувшегося к ним первым. Тот так и покатился вниз по склону, явно получив несколько серьёзных ранений.

Подскочивший к коблиттам рыжий Войко закружил вокруг, грозно рыча и то кидаясь вперёд, то припадая к земле или ловко уворачиваясь от оружия мерзких уродцев.

Трое остальных охотников, бегущих перед Муайто, сбавили скорость и уже не стали пробовать прорвать строй коротышек с наскока. Подобрались поближе и, сохраняя дистанцию, принялись тыкать своими копьями в ответ на выпады коротышек.

Руки, да и копья, у орков длиннее. И перевес в численности у коблиттов не так чтобы слишком уж велик. Никак им долго не выстоять против боевитых орков, но задержать их коблитты всё же смогут, даже если и Муайто присоединится к затягивающемуся противостоянию. Да вот только времени на это нет: вождь коротышек с ещё несколькими воинами уходили всё дальше, унося с собой троих маленьких орчат.

И потому Муайто не стал задерживаться, пытаясь помочь друзьям. Рванул в обход, огибая стороной коблиттский заслон и намереваясь нагнать их вожака.

Парочка коротышек хотела было сунуться ему наперерез, покинув общий строй, но один из них тут же повалился, пронзённый ударом в бок, а на второго кинулся со спины Войко, сбивая с ног и норовя вгрызться серому в шею.

Муайто окликнул волка, приказывая бросить скулящую жертву и следовать за собой. Тот покорно, хоть и неохотно оставил коротышку и поспешил за хозяином.

Вожак коблиттов, словно почуяв опасность, вновь оглянулся. Заметил бегущего к нему молодого охотника и прогыркал очередной приказ. Двое бойцов развернулись навстречу Муайто, оставляя главаря лишь с носильщиками, так и не желающими бросить захваченных детей.

Парень перехватил копьё поудобнее и решительно кинулся на врагов, надеясь поскорее с ними разделаться.

Не тут-то было. Эта парочка неожиданно оказалась куда более храброй и умелой, чем все коблитты, ранее встреченные молодым охотником.

Да что говорить, они были куда опытнее и ловчее самого Муайто. Тот даже подступиться не смог к недомеркам, споро замахавшим перед его носом острыми мечами и легко отбивающим все атаки немало удивившегося парня.

Глава 4

Далеко не все выпады серых недомерков Муайто успевал отбивать длинным наконечником копья. Хорошо, хоть древко из железного дерева выдерживало пока удары вражеских мечей. Правда, зарубки на нём, вот ведь гадство какое, стали появляться с пугающей скоростью. Если дело и дальше так пойдёт, останется вскоре Муайто и вовсе без копья, с одним лишь жалким его огрызком в руках.

Ох, и матёрые же вояки эти двое. Откуда только у коблиттов такие бойцы взялись, да ещё и с мечами неплохими? Обычно коротышки и вооружены отвратительно, и воины из них совершенно никудышные. А эти вон как споро двигаются, действуя слаженно и с умом. Разошлись чуть в стороны да насели на парня уже с двух сторон. Так вертеться, отмахиваясь от бешеных наскоков, Муайто ещё в жизни не приходилось. Он даже подумать не мог о нападении, едва успевая подставлять копьё под посыпавшиеся удары. Словно и не были руки у коблиттов чуть не вдвое короче, чем у него самого.

А он-то, дубина, настоящим воином себя вообразил. Ну да, ходил он как-то разок со Старшими серых бить. Да только коротышки в ту пору предпочитали трусливо разбегаться, особо в драку не вступая. Бились, когда лишь совсем не было возможности улизнуть. Но тут понятно всё – волки, если ушана загонят да к камням прижмут, так даже и тот отбиваться станет, не желая просто так с жизнью расставаться.

А тут Муайто того и гляди сам с жизнью распрощаться мог. Коблитты наскакивали с завидной резвостью, храбростью и упорством. Зверь-травы коротышки, что ли, обожрались?

Войко кинулся сзади на одного из них. Глухо взрыкнув, вцепился зубами серому в шею. И тут же сам жалобно взвыл – коротышка, даже не оглядываясь, через плечо рубанул себе за спину мечом.

У Муайто всё захолодело-обмерло в груди при виде валящегося наземь заскулившего друга.

А правый бок в следующий миг прожгло болью, словно головнёй в него горящей ткнули. Это второй гадёныш едва не вспорол парню печень, со скрежетом пройдясь мечом лишь самую малость повыше, по рёбрам.

Только чудом удалось увернуться от следующих ударов обоих недомерков и отступить назад. Отступить, пытаясь устоять на ногах и хоть как-то уловить стремительные движения врагов затуманившимся вдруг взором. Даже на Войко не глянуть, как он там, и не помочь – самому бы в Туманные Пределы не отправиться.

Сбоку из темноты вынырнул Туако. Вихрем налетел на коблиттов, перетягивая их внимание на себя. Как же он вовремя!

Муайто сделал ещё один шаг назад и выпал из круговерти битвы. Словно из бурной горной реки в спокойные воды озера вынырнул.

Боль в боку заставила недовольно сморщиться. Что там у него? Кровит, но не так чтобы сильно. Да и ребро вроде уцелело, не сломалось. В общем, не смертельно, вытерпеть вполне даже можно.

Он зажал порез левой рукой и шагнул к Войко, уже успевшему подняться с земли и теперь неуверенно стоявшему с чуть поджатой правой передней лапой.

Наклонился к нему, не забывая при том коситься на Туако, схлестнувшегося с коротышками:

– Ну как ты?

Волк, прижав уши, поднял голову, глянул на хозяина, словно извиняясь.

А тот опустил наземь копьё и погладил волка по голове, по взъерошенному загривку. Осторожно ощупал рану. Коблиттский меч угодил прямёхонько в угол между лопаткой и плечом. Хорошо, что там густая зимняя шерсть не совсем ещё повыпадала, смягчила удар. Будет волк жить. Правда, теперь бегать долго не сможет.

– Молодец ты у меня. – Муайто коснулся ладонью холодного волчьего носа и, подобрав копьё, выпрямился. – Здесь жди. Не лезь больше никуда.

Бок саднило при каждом движении и даже вздохе. Ну да трогл с ним. Муайто отпустил рану, вытер окровавленную ладонь о штанину и перехватил копьё поудобнее. Пора Старшему помочь. Тем более, похоже, подраненный он. Вон как хромает.

Но Туако, заметив приближение парня, рыкнул:

– Нет! Здесь я! Там главный уходит!

Муайто вгляделся в темноту. И правда, коблитты-носильщики во главе с вождём уже готовы были миновать срез горы, перевалив за него и совсем скрывшись из виду.

– Там Лакша моя, – выдохнул Туако на очередном выпаде копья. – Я по вскрику узнал. Догони, я не смогу!

– Понял, – кивнул Муайто.

Посмотрел на остальных орков, продолжавших нападать на перекрывших подъём коротышек. Вопреки всем ожиданиям парня, с места те почти не сдвинулись. Видать, и эти коблиттские воины очень даже умелыми оказались. А молодым охотникам, напротив, не хватало боевого опыта, чтоб прорвать и разметать вражеский строй. Им бы луки или самострелы, как у человеков. Или хотя бы Поко в помощь. Да вот только тот уже далеко позади с детьми остался.

Ничего, Туако со своей парочкой недомерков расправится и поможет остальным.

– За Войко присмотрите! – Муайто попрощался взглядом с волком и рванул вверх по склону.

Правда, через несколько шагов не удержался и, подобрав с земли крупную остроугольную каменюку, запустил ею в одного из противников Туако. Судя по резко перекособочившейся фигуре коблитта, попал.

– Это тебе за Войко! – выкрикнул зло парень и припустил дальше.

Проклятые твари! Вот какого гадского трогла они детей похитили? Неужто и впрямь для своих ужасных обрядов, Злым Богам посвящённых? Какие только страшные и невероятные слухи не блуждали в последнее время по становищам. От такой жути даже самым храбрым воинам становилось не по себе. А старики так и вовсе заходились в причитаниях о том, какие нынче настали ужасные и жестокие времена, не то, что были раньше…

Хотя орки и сами никогда мягкосердечностью не отличались. Ни теперь, ни раньше. В былые времена, если на племя нападал кто, с кем родовое войско не могло справиться, по законам предков самые слабые воины оставались сдерживать врага, чтобы дать возможность уйти самым сильным. Старики, женщины и дети – все могли быть оставлены на милость победителя или даже на погибель ради спасения лучших представителей рода.

Ведь какой смысл вставать грудью на защиту слабаков и гибнуть лучшим воинам, как это обычно делают те же человеки? Чтобы выжили одни лишь слабаки и трусы, чудом сумевшие сбежать с поля боя? И какое потомство смогут они после себя оставить? Такое же хилое и трусливое? Гораздо важнее спасти тех, кто в состоянии зачать сильное и здоровое потомство для возрождения племени.

Похить коротышки детей зим несколько тому назад, когда не гуляли по миру байки о жестоких жертвоприношениях Злым Богам, наверное, и не отправили бы старшие погоню за мерзкими карликами. Может, погоревали-попереживали, да собрали бы войско, пройдясь по соседним родам, и устроили набег на коблиттские схроны, находя утешение в кровавой мести.

Но не теперь. Даже самый жесткосердный орк не простит себе, если просто так позволит отдать дитя своё на пытки и растерзание проклятому народцу. Да даже пусть и не своё, а брата или друга.

Так что у молодого охотника ни малейшего сомнения не возникало в решении Старших и в необходимости погони. Не было у них выбора. Как и у Муайто сейчас.

Потому и карабкался молодой орк по склону вдогонку за коблиттами с удвоенной энергией, несмотря на неутихающую боль чуть ли не во всем теле и всё возрастающее щемящее чувство тревоги в груди.

Впервые в жизни он оказался в такой ситуации. Да к тому же совершенно один, без поддержки Старших, друзей-охотников и даже своего волка. Ему предстояло нагнать четверых коблиттов, один из которых был вожаком всей этой гнусной своры. А вожаками, как правило, становятся самые сильные и опытные воины. Под силу ли Муайто справиться с теми, за кем он так рьяно гонится? Ведь та, оставшаяся с Туако, яростная парочка рубак чуть не разделалась с ним. А главарь-то наверняка ещё сильнее.

Быть может, Туако всё же сумел отправить своих противников к праотцам и уже помогает молодым разделаться с остальными коротышками. Тогда они обязательно отправятся вскоре вслед за Муайто. Ему останется лишь нагнать и не упускать из виду проклятых похитителей детей.

Вот и срез горы. Впереди пологий спуск в распадок перед крутым склоном вздымающегося ввысь ещё одного каменного исполина. А над головой – тёмная небесная бездна, усыпанная бесчисленным множеством мерцающих звёзд. Бледный их отсвет позволял разве что едва улавливать движение смутно различимых силуэтов впереди внизу.

Не очень далеко. Но догнать коротышек быстро вряд ли получится. Двигаться приходилось крайне осторожно, стараясь сильно не шуметь. Да к тому же и не располагала никак каменная россыпь на склоне к безмятежному бегу. Даже вдоль реки по округлым булыжникам особо не побегаешь. А тут камни и вовсе все как один с острыми гранями, так и норовящими покалечить ноги. Толстые кожаные подошвы башмаков пока ещё выдерживали, не рвались. Но от ступней всё равно уже живого места не оставалось.

Коблитты уже миновали распадок и начали подъём на куда более крутой склон следующей горы, когда заметили нагоняющего их охотника. Вожак коротышек зло заверещал, подгоняя носильщиков.

Те засуетились, вскарабкиваясь чуть ли не по отвесной каменной стене, торопливо перебираясь по ней, а то и вовсе, словно горные козелы, ловко перепрыгивая с уступа на уступ. И это несмотря на жалобно попискивающих детей на их спинах. Орчата, конечно, совсем малы́е ещё, но для коротышек это же почти с треть их собственного веса, наверное.

Пока Муайто добежал до скалы, серые оказались уже на полсотни локтей выше него. Лазить по горам с копьём в руках, конечно, можно. Вот только быстро этого никак не проделать, а отставать от серых недомерков парень не намеревался.

Пришлось плюнуть на приличия и воспользоваться снятым с пояса килтом, соорудив из него петлю. Коблиттский трофейный кинжал, что был заткнут за пояс, куда-то исчез. Когда он потерялся, Муайто даже не заметил. Ну да и трогл с ним.

Подвязал копьё, перекинул петлю через плечо. Совсем другое дело: обе руки теперь свободны.

Коблитты копошились уже довольно высоко. Но руки и ноги у Муайто всё же подлиннее, чем у них. Склон преодолевался локоть за локтем. Муайто словно ритм какой-то подходящий для передвижения нащупал-поймал, и расстояние до коротышек стремительно уменьшалось. Охотнику не мешало даже то, что периодически приходилось уворачиваться от острых камней, запущенных в него с высоты наглыми уродцами.

Главарь взбирался позади троицы своих воинов, подбадривая их грубыми короткими выкриками и частенько оглядываясь на Муайто, споро взбирающегося по скале следом.

Стоило охотнику подобраться поближе, как вопли предводителя серых превратились в совсем уже грозный рык. Но носильщики и так, похоже, лезли наверх на пределе своих сил и увеличить скорость не могли. А один так и вовсе, оступившись и громко вскрикнув, заскользил по поверхности камня вниз, распластавшись по скале и безуспешно пытаясь зацепиться расшеперенными руками хоть за какой-нибудь выступ.

Высота не маленькая, и грохнись коротышка со скалы, ни ему, ни ребёнку за спиной явно не уцелеть. Муайто двинулся было наперерез, но гораздо раньше перехватить сползающего коблитта удалось главарю мерзавцев, поймавшему соплеменника за руку и остановившему его падение.

Носильщик, закрепившись на склоне, в ответ на ругань вожака что-то быстро забубнил, то ли выражая благодарность, то ли оправдываясь за свою неуклюжесть. И пока Муайто старался подлезть поближе, почему-то передал главарю похищенного ребёнка. А тот ухватил залившегося рёвом малька за волосы и поволок вверх по скале, бросив освободившегося носильщика позади себя.

Оставшийся же коротышка вытянул из-за пояса длинный кинжал и убегать, похоже, не собирался. Видимо, получив приказ задержать охотника, он постарался закрепиться у него на пути, уцепившись свободной рукой за каменный выступ и стоя всего лишь на одной ноге. Вторую, явно повреждённую, коблитт держал навесу. Вот и главная причина, почему ребёнка потащил вожак. Этому коротышке теперь быстро не побегать. Вот его и оставили отход прикрывать.

Что ж, подниматься прямо к нему и нападать из неудобного положения снизу-вверх Муайто не собирался. Начал забирать влево, обходя серого сбоку и прикидывая, как бы половчее вытащить-ухватить копьё, когда окажется на одном уровне с коблиттом. Хотя какой смысл вообще связываться с недомерком, если можно просто мимо него по склону и перебраться? Да ну и пусть он так на скале и торчит. Догнать не догонит, скорее, сам свалится. Тратить на него ещё силы и время…

Однако коблитт быстро догадался о намерениях охотника. Закопошился суетливо, примерился и, устрашающе заверещав, мощно оттолкнулся от скалы, резво сиганув прямо на Муайто.

Такого парень совершенно не ожидал. Только и смог, что выбросить руку навстречу летящему коротышке.

Удачно. Кулак охотника ткнулся в клацнувшие зубы коблитта, прервав его воинственный вопль. А кинжал недомерка, мелькнув чуть ли не перед самым носом, проскрежетал, высекая искры из каменной стены, и, оцарапав грудь, оказался зажат между телом Муайто и скалой.

Коблитт же, чудом не расставшийся с сознанием, вцепился в висевшее у парня за спиной копьё и задёргался, твёрдо намереваясь высвободить из плена руку с кинжалом. Его яростные потуги отозвались жгучей болью в груди и раненном боку орка.

Перехватив запястье коблитта, Муайто рванул его руку вверх, одновременно припечатывая плечом голову недомерка к скале.

Хрустнуло. Коротышка обмяк и, отброшенный молодым орком, покувыркался куда-то вниз, к подножию горы. Выпавший из руки коблитта кинжал, скользнув по спине, улетел в темноту вслед за хозяином.

Парень задрал голову, высматривая, как далеко сбежали остальные карлики. Оказалось, что их вожак никуда особо и не убегал. Он всего лишь перебрался чуть выше на уступ побольше и теперь спокойно стоял там, нагло пялясь на Муайто и удерживая рядом с собой испуганно всхлипывающего ребёнка.

Кажется, это была девочка. Лакша, дочь Туако, или Лота, сестра Триски. Хотя, может, и ещё кто-то. Орки неплохо видят в темноте, но лицо малышки было скрыто растрёпанными волосами, а тихий плач не давал возможности узнать девочку по голосу. Да и неважно это было, кого именно удерживал гадский коротышка.

Важнее было то, что, проорав в адрес парня гневные проклятия, коблитт приставил к горлу ребёнка какой-то хитро изогнутый, явно ритуальный кинжал. А сам, уставившись в звёздное небо, принялся голосить во всё горло, выкрикивая что-то непонятное, но несомненно мерзкое и не доброе. Не иначе к своим новым злым богам обращался. Не к звёздам же.

С тех давних пор, когда Древние покинули этот мир, с предавшими их коблиттами особо никто и не разговаривал, ненавидя и презирая подлых карликов. И те перестали разговаривать на общем языке, предпочитая общаться в каждом племени на своём, зачастую совершенно неясном для других гыркании.

Потому и не понял Муайто, что именно проверещал там коротышка перед тем, как вспороть живот девочки своим жутким кинжалом, а после полоснуть её лезвием по горлу.

Брызнули в ночь тёмные струи крови. Парню показалось, что несколько тёплых капель даже попало на его перекошенное ужасом и гневом лицо. Нахлынувшая ярость заставила бешено заколотиться сердце, а руки и ноги наполниться мелкой противной дрожью.

Сейчас он готов был голыми руками порвать недомерка, так небрежно скинувшего безвольно обвисшее маленькое тельце в тёмную пропасть.

Глухо зарычав, Муайто взъярённым диким кошем рванул вверх по скале, стремясь поскорее настичь и расквитаться со злобным уродцем.

Но тот и не собирался спасаться от орка бегством. Напротив, утвердился понадёжнее на уступчике своём и словно в хищного зверя превратился, на добычу из засады нацелившегося. Того и гляди кинется да начнёт на части рвать: столько в нём непоколебимой уверенности в собственных силах было.

Муайто это всем нутром почувствовал. Но и у него бурлившая в груди злоба не оставляла места сомненьям и страхам, способным погасить боевой пыл. За несколько ударов сердца он взобрался почти на один уровень с главарём карликов, не прекращая буравить мерзавца гневным взглядом и ежесекундно ожидая атакующего прыжка недомерка.

Напрасно. Этот коротышка, в отличие от предыдущего, похоже, совсем не спешил расставаться с жизнью. Самоубийственные скачки со скалы не входили в его планы. Сгорбившись и чуть наклонившись вперёд, он замер, уверенно стоя на уступе, оказавшемся чуть больше локтя шириной. Спокойно себе ждал охотника, выставив перед собой оружие и ощерившись злой острозубой ухмылкой.

Муайто заставил себя сделать несколько глубоких вдохов, чтоб кипящая болью ненависть немного остыла. Ровно настолько, чтоб хватило вернуть разуму ясность и не растерять при этом воинственную решимость.

Вытащил копьё из-за спины. Петлю из килта отвязывать не стал. Сдвинул к середине древка да на руку намотал. Чтоб, не дай Создатели, копьё не выронить. Руки у него крепкие, но усталость всё же накопилась. Да и порез на боку сил не добавляет. Не хлещет кровь, конечно, но и сочиться не перестаёт. А перемотать рану времени не было и нет: не до того.

Коблитт вот он, совсем недалеко. Замер, поджидая Муайто, превратившись в идеальную мишень, словно приглашающую метнуть в неё копьё.

Но только из распластанного по горе положения очень неудобно метанием копья заниматься. А ну как увернётся поганец? Улетит копьё к подножию горы, и останется Муайто наедине с коблиттом совсем без оружия. Жаль, что кинжал потерял. Да хотя, наверное, и не помог бы он в схватке с этим уродцем. Чувствовал парень, что не менее матёрый, чем те двое, боец перед ним. Не чета обычным коротышкам.

И потому двинулся он к вожаку серых хоть и без страха, но с опаской.

А тот, видя осторожные передвижения молодого охотника, приглашающе помахал кинжалом и, явно издеваясь над парнем, демонстративно слизал с изогнутого лезвия ещё не успевшие стечь остатки крови.

Муайто только зубы стиснул. Так, что скрежетнуло. Ну уж нет, поддаваться на подобные уловки – он что, юнец безмозглый, чтоб сломя голову из-за такого на опасного врага кидаться?

Шаг. Ещё шаг. Не так уж легко почти не глядя находить подходящие опоры для ног и всего лишь одной руки. Но парень продолжал потихоньку приближаться к коблитту, понимая, что избежать с ним схватки всё равно не удастся, а каждый миг промедления даёт возможность оставшейся парочке носильщиков уволочь похищенных детей ещё дальше в горы.

Ну вот, осталось совсем немного. Муайто примерился и резко ткнул в коротышку копьём.

Недостаточно резко. Тот легко увернулся, чуть выгнувшись.

Парень повторил атаку. Еще. И ещё. Коблитт, не переставая нагло щериться, легко справлялся с натиском Муайто, то малость отступая, то смещая юркое тело в сторону, а то и ловко отбивая выпады копья своим жутким кинжалом.

Простыми прямыми ударами коротышку было не достать. И Муайто перестал частить с выпадами, стараясь делать их пусть реже, но искуснее. Выворачивая кисть то так, то эдак, он заставил наконечник копья менять направление удара, порхая по совершенно кривым и непредсказуемым траекториям.

Совсем скоро это принесло результат. Скользнув по скале и отскочив от неё, остриё копья рассекло коротышке бок. Но, насколько качественно он достал коблитта, Муайто разглядеть не успел. Несмотря на рану, коротышка умудрился ухватиться за копьё. И с такой неожиданной силой дёрнул его на себя, что парень не сумел удержаться на скале, потеряв равновесие и лишившись сразу всех точек опоры.

Так и понесло его по склону вниз, охваченного недоумением и судорожно пытающегося ухватиться хоть за какие-нибудь выступы, дабы остановить падение. Несколько раз ему это почти удавалось. По крайней мере, замедлить свой полёт со скалы Муайто сумел. Хотя, возможно, это ему и показалось. Потому как время превратилось вдруг в вязкую смолу-тянучку, будто замедлившись каким-то необъяснимым образом и неимоверно растянувшись.

Внутри всё сжалось от ожидания падения или, скорее, от осознания его неизбежности. Впрочем, как ни готовился Муайто, встреча с землёй произошла для него совершенно неожиданно.

Глава 5

Едва придя в сознание, лежащий на спине парень ощутил на лице чьё-то тёплое дыхание, а следом перед плывущим взором обнаружилась на фоне слегка посветлевшего неба зубастая морда волка, тут же пожелавшего лизнуть хозяина в нос.

– Войко, не нужно! – Муайто попытался отвернуться и отпихнуть голову мохнатого друга руками.

Движения отозвались болью в туго сдавленной непонятно чем голове. Да и во всём остальном теле тоже. Словно стадо рогачей по нему потопталось. И ещё показалось, что земля попыталась вывернуться из-под спины, сбросив с себя Муайто, будто взбрыкнувший скакун.

Внутри организма всё скукожилось, явно собираясь вывернуться наизнанку. И не будь парень голодным, наверняка сейчас перепачкал бы всю округу содержимым взбунтовавшегося желудка.

– Ну что, очнулся? – раздался странно плывущий голос Туако.

Появившись откуда-то сбоку и резко приблизившись, он одной рукой приподнял голову Муайто, а другой подсунул под нос кожаный бурдючок:

– На-ка, испей настойку живицы. Что, кружится всё перед глазами?

– Меня сейчас вырвет. – Попытка отстраниться от горловины бурдючка не увенчалась успехом. Старший не позволил, мёртвой хваткой вцепившись в затылок.

– Это ты головой приложился хорошенько. Чудом мозги по камням не расплескал, а только стрёс преизрядно. Крепкая у тебя черепушка. Давай-давай, пей, не выкобенивайся.