Борис Тенигин "Любовь после шестидесяти. Лирические рассказы"

После концерта идем по городу, молча, не раздумывая куда. Запутались в улочках, и устав от ходьбы, ищем путь в отель. Поздней ночью натыкаемся на знакомую площадь, но выйдя, с другой стороны. Усталые, ложимся спать.

Утром позвонил ее муж. Он долго говорил, что фирма потерпит крах, если срочно она не вернется к работе. И что-то еще и еще…

Она слушает, не возражая. Но лицо ее бледнеет, теряет цвет, глаза ее тухнут… Не объясняя ничего, она меланхолически собрала вещи. Я провожаю ее, боясь коснуться ее, как хрустальной статуэтки. Она не выбирала, как прежде, рейс дешевле – улетела первым.

Боюсь вернуться в отель, боюсь напиться. Не ощущая пространства, бреду сквозь прохожих. Не верю, что прейдет новый день. Хожу кругами по городу.

В отеле меня ждет телеграмма: «Люблю. Сойду с ума без тебя. Жди. Твоя Жозефина»

Я тут же позвонил ей, и мы стали жить новой встречей. Разрывая круг, торопясь в новый. И этим дальше жить…

Каскадер и Жозефина

Табличка «Каскадер» с моим именем была на двери каюты теплохода «Академик Вавилов», который служил гостиницей при съемках фильма «Пассажирка» у берегов Тенерифе. Кино не было моим основным занятием, но в жизни заняло особую строку, на закате лет изменив ее. Я бережно храню запись в моей трудовой книжке о работе над фильмами и диплом каскадера.

Киностудия была главным предприятием Ялты многие годы. Почти каждый житель Ялты когда-либо попадал в «массовку», или работал на киностудии. Кто только из известных режиссеров не снимал в Ялте свои фильмы. Ялта была привлекательна художникам кино и режиссерам для натурных съемок. Многие кадры снимались на горном рельефе, и тогда, требовалась помощь альпинистов.

Первой моей работой была «массовка» в фильме Александра Меты «Экипаж». Переодетые в азиатские «пуштунские платья», мы катились по склону среди горящих декораций в виде больших камней из «папьемаше». Потом я выполнял более сложные трюки с коллегами альпинистами, работающими на студии. Они составляли костяк бригады, ставящий высотные трюки. Я, задолго до появления в Ялте, посмотрев фильм Юрия Бурлакова «Шаан Кая», восхищался Валерой Павлотосом и Михаилом Резниченко, как сильными скалолазами, одолевшими нависающую неприступную стену. Валера был конструктором декораций, а Миша звукооператором на Ялтинской киностудии. На студии трудились и другие скалолазы инженер Александр Мошников, постановщик Алик Федоров. Каждая постановка трюка была уникальна, и требовала профессиональной подготовки. Для допуска к работе мы проходили тест каскадера на Киевской киностудии. Много месяцев мы работали рядом с известными режиссерами Александром Метой, Станиславом Говорухиным, Сергеем Соловьевым.

В 1983 году Американские кинематографисты приступили к работе над фильмом «Петр Великий». Они задумали снять сцены фильма в Кремле, но разрешения на это не получили. Решено было построить макет Кремля в натуральную величину. Предстояла грандиозная работа по созданию декораций в короткий срок, и были приглашены постановщики из Ялты, чьи декорации ценились мэтрами кино. Я имел сертификат высотника – каскадера, и мне подписали контракт на работу на декорациях. Вспоминаю часто лето 1984 года на Севере. Прозрачное низкое небо, холодные ночи, старинная архитектура Суздаля и Ярославля. Работа с художниками кино. Встающие на глазах декорации Кремлевских палат. Это незабываемо! В конце лета московский Кремль встал в Суздале в виде полноценной постройки. Фильм я увидел много лет спустя, наш «фанерный Кремль», я не мог бы отличить от натуры.

В Ялте снималось также много морских эпизодов. Нас, каскадеров, в фильмах, то смывало «штормом» с пиратских кораблей, то «убивало» бочками в трюмах, или сбрасывало с мачт парусников. Каждый из трюков был уникален. В фильме Станислава Говорухина «Десять Негритят», меня переодевали сначала в костюм актера Алексея Жаркова, стоящего у обрыва скалы в Гурзуфе. А следующим днем в костюм Лоуренса, утопленника, бьющегося о скалистый берег у Ласточкиного гнезда в Мисхоре. Каждая из работ была тем захватывающей, чем сложнее ее исполнение. Фильм «Пассажирка» стал судьбоносной работой для меня.

Отправившись из Калининграда с командой постановщиков декораций, гримеров, светотехников на Канары, я встретил там Жозефину, женщину с которой скрестилась моя судьба. Встреча состоялась, когда трехмачтовый барк «Крузенштерн» причалил у острова Тенерифе.

Жозефина с детства была влюблена в парусные корабли, и мое появление на паруснике стало свершением ее грез. При первой возможности она приходила посмотреть на съемки, в каждой из пауз мы были вместе. Съемки на Канарах длились два месяца. Сразу после съемок оба судна должны были уйти к берегам южной Америки, а мы возвратиться домой, потому план съемок был предельно сжат. На дубли не было времени и средств. Это касалось и меня. Надо было в минуты после выстрела перезарядить все пушки, зависнув на веревке за бортом, рискуя, что порох взорвется в руке. Или «взлететь пулей» на мачту, чтобы закрыть антенну, попавшую в кадр. Крузенштерн шел при этом под полными парусами с большим креном. На раздумья не было минуты. Морские сцены Жозефина наблюдала с берега, и нетерпеливо ждала наземных съемок. Художник фильма Валентин Гидулянов выбрал для натурных съемок деревушку La Orotava и причал в Puerto Kruz. Там Жозефина могла быть весь день рядом со мной. Съемки сцен на Канарах завершились. Я должен был улетать со всеми. Но в это короткое мы с ней поняли, что не сможем жить врозь.

Скоро прейдет весна

«когда вода всемирного потопа

Вернулась в новьв границы берегов

Изпены уходящего потока наземлю

тихо выбралась любовь»

    В. Высоцкий

Вулкан «Тайде» не имел своего имени, когда лава, прорывая земную кору, застыла, образовав остров. Горы на севере в наше время получили имя: «Анагa». Эти горы отличны от других мест Тенерифе. Они вытянулись, раздвинув океан, и влажные ветра океана, коснувшись их вершин, оставляют влагу, которой мало на юге. Солнце и влага преобразили лунный ландшафт – склоны покрылись густым лесом.

Оставив авто у деревушки La Gumbrila, мы решили дойти до самой северной точки острова, где горы «Анагa» спускаются в океан. Безлюдная горная тропа. Всего час назад мы вырвались из переполненного побережья «Playa de las Americas» и вот мы в другом мире, в мире безмолвия. Здесь горы обрываются в море крутыми скальными берегами, неудобными для строительства. Поэтому они остались до сегодняшних дней «девственно пусты». Несколько деревень в «Анагa» слились с горным рельефом.

Сейчас Декабрь. В горах всегда воздух прохладный, даже раскаленным летом. Зимой хозяйствуют здесь туманы. Но сегодня солнечно, и лучи греют кожу. Мы достигли вершины хребта. Видим море вокруг. Слева, справа, впереди до горизонта океан. Мы не слышим шум волн, – это глубоко внизу, но ощущаем прибой, видя вспенившиеся берега…

«Скоро прейдет весна» – говорит моя спутница. Она чувствует это по порывам теплого ветра, по свежим росткам оживающих растений. Она знает хорошо эти горы, – она любит походы в этом диком уголке острова. Она любит меня, потому она рада быть моим гидом.

…Декабрь. В Декабре я познакомился с ней. Год назад. Станислав Говорухин снимал «Пассажирку» у берегов Тенерифы. Барк «Крузенштерн», «декорированный» в русское судно «Верный», стал на рейд у курорта «Лос Христианос». Она ждала прихода «Крузенштерн» на Канары: была с детства увлечена романтикой парусов, красотой форм Барка. Я был бутафором в этом фильме, наклеивал на борт Крузенштерн новое имя. Она наблюдала это с пирса. Так свела нас судьба.

«Скоро прейдет весна». Подул западный ветер, – дыхание Сахары. В Альпах сегодня снегопад. Не так далеко, – в трех часах полета. Там сегодня на лыжных курортах пик – «Высокий сезон», здесь безлюдно до горизонта. Мы рады этой мертвой тишине. Мы только вдвоем среди гор! Смотрю вниз на морские волны, бьющиеся о скалы. Что-то бьется во мне.

Год назад. После аварии на вело, думал жизнь позади… Смотря в зеркале на свои шрамы, шутливо пел: «шрам на роже для мужчин всего дороже…» О женщинах не оставалось мыслей. Я с ней в горах Анаго – в Декабре и в душе весна! Всего один год спустя.

Где-то вдали видны две скалы в море: «RoquedeFuero» и «RoquedeDentro». «Это Ты и Я» – говорит она. Они разделены, но всегда рядом, навеки. Смотри, как здорово придумала природа. Нет, это безжизненные скалы, отвечаю я. В нас жизнь кипит!

Мы спускаемся вниз к морю. Оно сегодня неспокойно, и сильный морской запах чувствуем издали. На скале «Bermejo» старинный маяк – конец земного пространства, за ним голубизна вод. Долго смотрим вдаль, тщетно ища на горизонте судно. Штормящее море пустынно до горизонта.

Время, возвращаться назад, в цивилизацию. Цивилизация ворвалась внезапно: раздались хлопки выстрелов. Я вздрогнул – эти резкие звуки были чужды окружавшему безмолвию. «Охота на кроликов» – сердито сказала она, – «по средам разрешена охота. Сегодня конец охотничьего сезона…» Потом, после долгой паузы, немного успокоившись, добавила с юмором: «нас ждет вкусный обед: они отнесут добычу в ресторан к Don Pedro. Он отлично готовит мясо кроликов».

Мы завершаем наш поход у него, в маленьком деревенском ресторане, где время замерло, как, коснувшаяся вод океана лава Тайде…

Дождь на Канарах

Дождь. Первый за последние осенние месяцы. Туристам он не по нраву, а местные жители рады дождю. Дождь смоет пыль Сахары, приносимую ветрами, Остров на глазах начинает зеленеть. Растения были в долгом ожидании влаги, посылаемой небом, и теперь, получив ее, бурно бросились в рост.

Вершина Тайде, высшей горы Канарских островов и Испании, в эти дни покрылась снегом. Но океан, аккумулировал тепло лета, и еще очень теплый, даже более теплый, чем обычно в Декабре. В Альпах, в двух тысячах миль северней острова, тоже сегодня солнечно. Но там не купаются в Декабре в море, а занимаются лыжным спортом. Мои друзья пишут, что там непривычная для начала сезона погода, очень много снега и солнечно. Мне не завидовать им, все зимы я провожу в Альпах, работая горнолыжным тренером. Скоро, очень скоро буду рассекать снежные склоны кантами моих лыж.

А в Европейских столицах сегодня слякотно. Но непогода не портит праздник: сияют рождественские базары, люди пьют на них глянтвейн, покупают подарки знакомым и родственникам. Кружатся карусели, звучит музыка. Прошел Первый Адвент, Рождество близится.

Я брожу, как в детстве, по лужам босиком. Как приятно окунуться в прошлое время. Стать мальчиком, хотя бы в озорном поведении. Канарцы не выползают из домов, им не привычен дождь, даже теплый и веселый, как этот. Я одиноко шлепаю по набережной, напевая в полголоса мелодию, в такт каплям дождя. Кафе полны туристов, скучающих англичан и немцев, тянущих коктейли, или пиво. Туристы прилетели на остров, продлить лето, убежав от Европейской сырости. И дождь настиг их и здесь, и они не хотят признать, им плевать, что южный дождичек может радовать, а не угнетать, как их родные мрачные затяжные осенние дожди. А еще ведь здесь здорово, бежать или идти по теплому песку вдоль моря, долго полоской бухты, а потом взобраться на замыкающую залив гору МонтаньяРоха. И любоваться сверху океанскими волнами, бьющимися о скальные берега…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=69435352&lfrom=174836202) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.