Страница 2 из 4
– Я был занят телёнком, – усмехнулся я. – Пока это единственный живой, кого мы нашли на ферме.
– Опять геройствуешь… – Майк покачал головой. – Спорим, Мэтт был против этого?
Вместо ответа я рассмеялся.
Дом мы разделили: я занимаюсь кухней, ванной и коридором, а Майк берёт на себя спальню и общую комнату. Надеюсь, так мы управимся хотя бы до вечера. Не хочу торчать на ферме ночью.
Спустя пару часов совершенно бессмысленных копаний в чужих вещах я выдохся. Нет, серьёзно, здесь ничего нет! Отпечатки, но я подозреваю, что принадлежат они только Джорджу Максвеллу. Что насчёт жены, так я вообще начинаю сомневаться, что миссис Максвелл жила здесь. Женские вещи лежат только в шкафу, в ванной одна зубная щётка, никакой косметики, а вместо геля для душа и шампуня – кусок дешёвого потрескавшегося мыла.
Для того, чтобы убедиться в своей теории, я позвал Мэтта в ванную и попросил сказать, что ему кажется странным в этой комнате.
– Ты сейчас издеваешься надо мной?
– Мэтт, просто посмотри и скажи.
Мой друг недолго думал над ответом:
– Не знаю, как у других, а у моей Мэри полно косметики, – заметил он. – А за пятна на зеркале она меня каждый раз убить готова.
– Я думаю, Кларисса Максвелл либо не жила здесь, либо с ней могло что-то случиться. Вещи-то её на месте.
– Даже золотые украшения и документы, – вмешался Майк. – Чёрт с ними, с вещами, но без документов-то что она будет делать?
– И к чему это ты клонишь? – Мэтт явно остался недоволен такой теорией. – Нам теперь ещё один труп чёрт знает какой давности здесь искать? Ты это имеешь в виду?
– Это всего лишь предположение! – воскликнул криминалист. – Куда она, по-твоему, могла деться? Косметику, значит, взяла, зубную щётку взяла, а вещи, документы и драгоценности оставила? Очень уж это как-то странно!
Пока они спорили, я вернулся к лестнице на чердак. Под ней коврик, что чревато случайным падением. Я убрал лестницу и обнаружил люк. Широкий, тяжеленый люк. Замка на нём нет, и ведёт он, видимо, в погреб или подвал.
Я спустился вниз. Странный запах. Затхлый. И будто испортилось что-то. Но сколько времени назад оно испортилось? Может, это просто канализация подтекает? Как такого пола здесь нет. Песок и мелкие камешки. Погреб уходит в землю где-то метра на полтора, не больше. Плюс около полуметра наружный фундамент. Места для меня здесь совсем немного, приходится сильно пригибать голову, чтобы не задеть торчащие гвозди.
Запах в районе террасы ощущается четче. В какой-то момент я сам поверил в теорию Майка: что если Джордж Максвелл похоронил свою жену здесь, под террасой? Из-за открытого пространства вонь будет ощущаться слабо и труп никто не найдёт. Я решил вернуться к друзьям, но случайно заметил в песке что-то жёлтое. Леденец на палочке. Довольно свежий, а что ещё важнее, к нему прилип волос. Если конфету до сих пор не растащили насекомые, то, должно быть, её бросили здесь совсем недавно. Но когда? Первым в голову приходит момент, когда я только пришёл к дому и с крыльца спрыгнул кот. Может, не мой голос его напугал, а кто-то ещё? Тот, кто прятался здесь, а, услышав меня, выбрался откуда-то снаружи и сбежал.
Я незамедлительно выбрался из погреба и, прошагав мимо друзей, вышел на улицу. Под террасой, под нижними ступеньками действительно есть небольшой лаз. Сомневаюсь, что туда пролезет взрослый человек, зато ребёнок – легко.
Из дома выскочил Мэтт, за ним показался Майк.
– Ты куда это так рванул, Митч? – спросил Мэтт. – Есть что-нибудь?
– Нам нужно искать ребёнка, – я поднялся к ним на террасу. – Он был здесь, когда я только пришёл, и обронил конфету. И внизу что-то есть. Запах так себе.
– Хочешь сказать, – оживился Майк, – что я могу быть прав?
– К сожалению, я теперь думаю также, – я поймал неодобрительный взгляд Мэтта. – Не знаю, где Кларисса Максвелл, но под террасой точно есть что-то нехорошее.
Вот уже пролетели сутки, как мы ищем некоего ребёнка с фермы Максвеллов. Радует хотя бы то, что Клариссу мы всё-таки нашли. Теория Майка оказалась верной: миссис Максвелл не покидала ферму и была похоронена под террасой. Сомневаюсь, что супруг не знал об этом, иначе от него хотя бы поступило заявление о пропаже. Такого мы не нашли.
На черепе жертвы обнаружены несколько повреждений, нанесённых тяжёлым тупым предметом. Джеймс Уинстед, патологоанатом, предположил, что вследствие этих травм миссис Максвелл потеряла сознание. Умерла женщина от удушья землёй.
Время полдень. Лёгкий прохладный ветерок спасает от припекающего солнца. Я вышел из участка покурить. Внутри душно, пахнет ужасным кофе и горелым пластиком. Похоже, если бы кофеварка не задымилась прямо на глазах у начальника полиции, то он бы никогда её не поменял.
Тут я заметил Мэтта. Он приехал на работу подозрительно поздно, а ещё вышел из машины пританцовывая и сияя. Понятия не имею, что у него случилось. Может, наконец поговорил с Мэри и всё оказалось не так плохо, как он думал?
– Какой-то ты сегодня хмурый, – Мэтт весело достал из кармана пачку сигарет и закурил. – Что тут без меня случилось?
– Да ничего, – отмахнулся я. – Зато ты у нас такой счастливый. С чего бы вдруг?
Мэтт, на удивление, покраснел от смущения и заулыбался, опустив глаза. Он вытащил из внутреннего кармана конверт и протянул мне. В правом верхнем углу конверт подписан именем Мэри, ниже стоит полустёртая печать и вчерашняя дата. Если Мэри пошла к врачу и Мэтт при этом доволен, то вариант у меня всего один.
– Какой срок? – спросил я, так и не открыв конверт. – Мальчик или девочка?
– Дочка, – Мэтт разве что не прыгал. – Третий месяц, Митч. Как я не заметил раньше?
– Да ты на работе живёшь! Странно, что ты вообще обратил внимание на поведение Мэри.
– Да ну тебя, Митч! – фыркнул Мэтт, но радость от новости, что он снова станет отцом оказалась сильнее. – Я отпуски наконец начну брать как положено, а не работать круглыми сутками! Ты представляешь? Я! Я и в отпуск?!
– Я рад за тебя, – я похлопал друга по плечу и затушил сигарету.
– Но сначала я закончу с этим чёртовым делом, – привычно заворчал Дормер. – Вот я тебе клянусь, как найдём убийцу, так сразу в отпуск пойду!
Верится в подобные заявления из уст моего друга с большим трудом. Он такой же трудоголик, как и я, поэтому мне ли не знать, как сложно ему вдали от расследований? С другой стороны не меньше работы Мэтти любит свою семью.
Мы разошлись в ближайшей кофейне. Мэтт вприпрыжку вернулся в участок со стаканом американо, а я побрёл по улицам Бруклина, в тайне надеясь, что вот-вот наткнусь на какую-нибудь улику по нашему делу. Однако вместо улики меня ждала более приятная весть: мой телефон разрывался от звонка с неизвестного номера. Я не любитель отвечать на подобные звонки, но что-то внутри толкало меня поступиться принципами.
– Занят? – этот голос я узнаю из тысячи. Улыбка сама по себе появилась на моём лице, и я прекрасно понимаю, как глупо выгляжу со стороны. – Тебя ждать на кофе?
– Уже добралась? – на самом деле вопросов у меня накопилось так много, что не хватит и часа, чтобы их все озвучить. – Чёрт, как ты, Рут? Я так давно тебя не видел!
– Так ты приедешь?
– Разве я могу отказаться? – усмехнулся я. – Дай мне полчаса.
– Жду тебя, – на секунду мне показалось, что в её голосе отчётливо читался флирт. – Дверь открыта. Можешь входить без стука.
Не знаю, каким чудом я не бежал на встречу! Я шёл быстрее обычного, то и дело одергивая себя за это, но проходило пару минут, и я снова невольно ускорял шаг. По дороге я заскочил в кондитерскую, откуда так сильно пахло свежей выпечкой. Не та ли это кондитерская, где я пару лет назад пытался выведать у Рут информацию об её клиентах? Я был не уверен в этом, пока взглядом не наткнулся на те самые солёные крекеры на витрине. Нет, это точно то место. Какое совпадение!
Я взял коробку крекеров и что-то ещё с апельсиновым джемом и помчался дальше. Я пришёл раньше, чем обещал. Остановился на противоположной стороне улицы и наблюдаю за мелькающей тенью в окне второго этажа. Из-за занавесок Рут становится лишь расплывчатым, невнятным, но, чёрт, таким желанным для меня пятном!
И всё бы ничего, но сладкое томление обрывают чересчур любопытные взгляды со всех сторон. Кто на этот раз? Вон там справа двое сидят в машине и делают вид, что дремлют, а парень слева скоро всю траву вытопчет. Если это люди Алекса, то должен сказать, Тозер отвратительно справляется со своими обязанностями: слежка должна быть незаметной! Подходящих ребят неплохо подбирал Ред, но не Тозер. Винсент сам неплохо следит.
Впрочем, мне плевать на них, я хочу скорее увидеть Рут. Я перешёл дорогу, зашёл, как сказала мисс Дэвис, без стука и запер за собой дверь по привычке.
– Здесь так пыльно, – послышался голос хозяйки со второго этажа, – давай посидим в большой комнате?
– Как скажешь! – ответил я, нервно скинул ботинки и куртку и поспешил в магическую комнату.
Пока Рут наверху, я достал чашки, подставку под горячее, пересыпал крекеры на тарелку и выложил трубочки с апельсиновым джемом из пакета. С верхнего этажа доносится аромат кофе. Рут варит с добавлением соли и чем-то острым. Новый рецепт? Или я просто так привык к изящной классике, которую готовит Эйден?
На столе нет чашки, но лежит чайная ложка с тонким, едва заметным молочно-кофейным ободком на ручке. Я огляделся. Полки стеллажей недавно протёрли. Стол, кстати говоря, тоже. Не знаю, каким составом пользуется Рут при уборке, но пахнет он розмарином.
Я ждал Рут всего пару минут, но они показались вечностью. Она изменилась? Хоть немного? Пара набранных килограммов, первые морщинки… Я не знаю, мне даже стыдно думать о том, что Рут может выглядеть как-то по-другому. И всё равно я об этом думаю. Как она? Что происходило в её жизни за время, пока мы не виделись? И самое важное, что меня по-прежнему волнует: скучала ли она по мне так же, как я смею скучать по ней до сих пор?
Рут спустилась с горячим кофе и высоким розовато-голубым молочником. Я стараюсь заострить внимание на таких простеньких и глупых деталях, чтобы не наброситься на мисс Дэвис с объятиями. Между тем Рут посматривала на меня и наливала кофе в чашки.
– В чём дело, Митч? – промурлыкала она. – Не рад меня видеть?
– Не хочу нарваться на гнев Его Величества, – усмехнулся я и, конечно же, не сказал правды, но решил быть смелее. – Прекрасно выглядишь, Рут, – буквально выдохнул я. – Сколько мы не виделись? Я скучал по тебе.
– И я по тебе скучала.
К моему удивлению Рут подошла ко мне сама и обняла. Неужели она всегда так прижималась и была такой… нежной? Я помотал головой. Кажется, меня снова накрыло то, за что я рискую схлопотать пулю от Райза. Или мне всё это не померещилось, и Рут действительно какая-то другая? С чего бы? Это же я, Митчелл!
Я нерешительно обнял её в ответ.
– У тебя всё в порядке?
– Просто не могу поверить, что это действительно ты, – улыбнулся я и неловко добавил: – Эйден сказал, ты здесь одна?
– Да, – Рут отпряла и села за стол. – Алекс побудет с Джой.
Я сел за стол напротив мисс Дэвис и сделал глоток кофе – в горле пересохло от нервов.
– Как ты? – Рут подперла подбородок руками, её взгляд непривычно скользит по моему лицу, и на её губах появляется загадочная, манящая улыбка. – Как с работой?
Не понимаю, вижу ли я то, что есть на самом деле, или богатое воображение так запросто подыскивает в реальности нечто похожее на мои мечтания? Как бы там ни было, Рут ведёт себя… необычно. Может, она просто скучала по мне, но выражать радость от встречи открыто и эмоционально не в её правилах? Как бы это ни звучало, но мне в мисс Дэвис это даже нравится – всегда есть что разгадывать. Я понимаю, будь мы вместе, мне бы это быстро надоело, но в редкие моменты наедине я даже рад поломать голову.
Домой я вернулся под вечер. Открыл дверь, снял ботинки и неожиданно столкнулся с осуждающим взглядом Эйдена. Да как я его не заметил? Он очевидно стоял уже тут, когда я вошёл, но я даже внимания на него не обратил.
– Тебя искал Роско, – первое, что сказал священник. – Ты не отвечаешь на звонки.
– Да? – я спохватился и проверил мобильник. – Разрядился. Я и не заметил. У Роско что-то случилось?
– Он чем-то похвастаться тебе хотел, – Эйден продолжал смотреть на меня странно, не свойственно ему осуждение. – У тебя всё в порядке? Где ты был? – он замолчал, снова обведя меня внимательным взглядом. – Ты у неё был, да? Ты виделся с Рут?
– Она позвала на кофе, – настороженно ответил я. – Нельзя?
– Я этого не говорил, – Эйден помотал головой и сложил руки на груди. – Тебе не показалось, что она странно себя ведёт?
– Эйден, – с облегчением выдохнул я и приобнял священника, – сейчас странно ведёшь себя только ты, – я рассмеялся. – Это же Рут! Просто Рут. Она всегда вела себя… необычно.
– Ну да, – отмахнулся Эйден, а затем поднял на меня глаза. – А ты? У тебя всё нормально?
– Разумеется! – я обнял его крепче. – Разве что-то не так?
В ответ он только отрицательно помотал головой и натянул улыбку.
– Есть будешь? Оливер готовил сегодня.
– Конечно, – кивнул я. – Только руки помою.
Эйден не особо разговорчив. Даже когда я спросил у него, как прошёл день, он ответил дежурное «нормально, как обычно» и не стал продолжать. Либо в моё отсутствие что-то стряслось, о чём он мне почему-то не говорит, либо же… Да нет! Конечно нет! Да, мои неоднозначные чувства к Рут вполне предсказуемы, но ведь я… Это ничего не значит, и Эйден это знает, как никто другой!
Священник посмотрел на меня так, будто все суматошные мысли я озвучил, а не прокрутил в голове. Он будто только этого и ждал: пока я признаюсь в особом отношении к мисс Дэвис. Снова. Ведь сколько раз я уже признавался?
– Извини, – мягко и более-менее привычно улыбнулся Эйден, – наверное, меня просто вымотала сегодняшняя служба. – он обнял чашку горячего кофе ладонями. – Я постоянно думаю о Рут, знаешь. Она вспыльчивая, как дядя Аншель. И они похожи: оба никогда не горели желанием создавать семью. – Эйден посмотрел на меня широко раскрытыми глазами. – Вот ты мог бы представить его семьянином? Таким, который с детьми возится каждую свободную минуту, который целует жену утром и перед сном, занимается садом или стрижёт газон по выходным?
Мне показалось, Эйдена расстраивают эти мысли. Я коснулся его запястья.
– Я думаю, Аншель был тем, кто он есть на самом деле. В этом его сила – он не претворялся кем-то другим, – я взял паузу, обдумывая что сам сказал только что. – А впрочем знаешь, Аншель ведь возился с детьми, он любил тебя и Рут как родных детей и многому вас научил.
– Возможно, – он пожал плечами. – Но Рут не нуждается в преемнице. Дядя растил Рут, обучал её всему, чтобы она стала достойной наследницей его империи. Ты помнишь, как он злился, когда Рут вышла за Алекса и передала всё ему?
– Но тебя он растил просто так, – негромко сказал я. – Не только потому, что вы родственники по крови. Он просто очень любил тебя. И в первую очередь он просто очень любил Рут. – я перехватил ладони священника. – А у Рут есть Джой, её родная дочь, которую она любит всем сердцем.
Эйден ничего не ответил, но, глядя на его сияющее от улыбки лицо, я смею верить, что мои слова прозвучали убедительно. Он мягко сжал мою руку.
– Ешь, а то остынет.
Я бы хотел немедленно наброситься на Эйдена со словами, как важно мне было это услышать, как важна для меня его забота, но вместо всего этого я только улыбнулся и продолжил есть. Что он, что Рут не любители открыто выражать эмоции. И если у Рут такое поведение из-за замужества – Алекса в приступе ревности, кажется, даже неустрашимая мисс Дэвис побаивается – то у Эйдена запрет на проявление эмоций как будто от рождения. Вероятно, Эйден всё время был таким. Хотя иногда он способен в порыве чувств и обнять, и приласкать, и наговорить хороших слов. Но это только иногда, для этого нужен особый повод.
Мы просидели на кухне вдвоём часов до десяти, изредка обмениваясь ничего не значащими фразами. Даже не знаю, что за сегодняшний день понравилось мне больше: привычный тихий вечер или долгожданная встреча с мисс Дэвис? Как по мне, я счастливчик сегодня.
В десять ноль одну минуту на крыльце послышались шаги, затем рывком открылась дверь и ввалился Роско. Пока у меня не было серьёзных дел, мой помощник решил, что вполне готов для самостоятельной «охоты» на преступников. Радует меня не только его инициативность, но и то, что думает, прежде чем куда-то лезть. Как результат за два месяца своих собственных расследований Роско не влез ни во что опасное.
Роско лениво стянул курку и обратил внимание на мои ботинки. Пусть я не могу увидеть, что он делает, но я знаю, чему успел его научить: подмечать детали. И вот он зашёл на кухню, выпятив грудь. Роско полон гордости. Он так собой гордится, но похож на ребёнка, который впервые справился со сложным тестом в школе. Вот-вот, и Роско со всей серьёзностью вручит мне тот самый тест, чтобы я тоже им гордился. Вышло почти то, что я предполагал, однако вместо школьного теста Роско положил передо мной три тысячи долларов крупными купюрами.
Эйден молчаливо разогрел ужин для Роско.
–Неплохой улов, – поинтересовался я и одобрительно похлопал его по плечу. – Где это ты так разбогател?
– Вы не поверите! – воскликнул Роско. – Шёл я себе по набережной и услышал собак. Нашёл этих собак у мусорных баков, они на пожарную лестницу загнали кошку. Голую такую, вонючую, – поморщился Роско, – я её достал, позвонил по номеру на ошейнике и вот! Три тысячи за какую-то сбежавшую кошку!
– Везунчик, – усмехнулся я. – Поздравляю.
– А ты? Как у тебя день? Есть что-нибудь по новому делу?
– Да всё то же самое, – отмахнулся я. – Паттерсон в шутку брякнул, что придётся такими темпами все мясные лавки проверить в округе, а Мэтт взял, да и согласился, – рассмеялся я. – Так что завтра Дэн катается по городу.
– Я мог бы помочь, – как бы невзначай напомнил Роско. – С радостью. Всё равно на завтра никаких планов. Или ты соскучился по моей помощи?
– Очень соскучился, Роско, очень.
Утро следующего дня началось в полицейском участке. Все мясные лавки Дэн чисто физически не смог бы объехать в одиночку за сегодня, поэтому мы с Роско вызвались помочь. Даже я бы сказал, нас об этом очень настойчиво попросил Мэтт в половину седьмого утра.
Пока Мэтт раздавал указания и распределял адреса между нами, все мои мысли были заняты небезызвестной мисс Дэвис. Не могу выкинуть её из головы со вчерашнего дня. Почему она так странно себя вела? Чёрт, в конце концов, не показалось же мне! Даже Эйден подозревает что-то не то, хотя ещё не виделся с ней. Значит, мне точно не показалось. Но что это с ней? Почему? Не то чтобы мне неприятно внимание Рут, о котором я буквально грезил, когда мы только познакомились, но она замужем, и её муж не какой-нибудь там парень с большой дороги, он сам Князь. Более того, помимо влиятельного положения, я считаю Александра своим другом, а с жёнами друзей шашни не крутят.
– Митч, ты меня вообще слушаешь?! – Мэтт смотрел на меня, грозно сведя брови. – Я тут перед кем распинаюсь?!
– Да слушаю я тебя, слушаю.
– Да неужели?! И что я сказал только что?
– «Перед кем я тут распинаюсь», – ответил я и не смог сдержать улыбки. – Ладно-ладно, шучу. Пройдёмся с Роско по западному направлению, окей. К обеду встретимся здесь или где-нибудь перекусим?
Роско вздрогнул. Оно и понятно: адресов штук двадцать! Пока всё обойдёшь, пока всех опросишь – вот и день закончился.
– Ты надеешься управиться к обеду? – расхохотался Мэтт. – Не смеши меня!
– Я тебе больше скажу, – я закурил, – у меня совсем другая теория. Мясо, которое купил Крис Джонс, попало к нему на прилавок по ошибке.
– Версия Митча мне нравится гораздо больше. – вмешался Дэн Паттерсон. – Может, и не надо всех проверять?
– Ох, как деньги получать, так это всегда пожалуйста, а как работать, так мы будем штаны в участке просиживать, да, Дэн? – Мэтт после новости о том, что Мэри беременна стал кричать больше прежнего. Наконец, он дошёл до меня. – А ты с чего это взял?! Ошибка, которая может стоить этим, кем бы они ни были, целых жизней!
– Я и не говорил, что так подставились главные, – я пожал плечами. – Я думаю, это что-то вроде послания.
– От кого? – включился Роско. – Думаешь, кого-то держат в плену? Запугали? Ну или вроде того.
– Да, вроде того, – кивнул я. – Вы заметили, что на жилых домах на ферме ни одного внешнего замка? Всё убрано, всё чисто. И сделана была уборка не впопыхах.
– К чему ты клонишь, Митч? – Мэтт наконец успокоился.
– Из экспертизы Майка ясно, что убили и расчленили Джорджа Максвелла в том коровнике, где был телёнок, помнишь? Вместе с кровью Максвелла Майк нашёл много телячей крови, ведь человечина внешне похожа на телятину. – я стряхнул пепел в банку из-под кофе. – Тот, кто грузил мясо, вряд ли не знал где что и мог случайно перепутать ящики.
Мэтт задумался, потирая подбородок. Честно говоря, я думал об этом варианте произошедшего полночи. Всё это время он казался мне абсолютно безумным и притянутым, но стоило версию озвучить, как она стала обретать схожесть с реальностью. Местами даже пугающую схожесть. На ферме, помимо отпечатков хозяина, ещё с два десятка пар следов. Все три пары из них присутствуют на месте фактического преступления и на ящиках, в которых получил мясо Крис Джонс.
Но вот что из всего этого мне до сих пор непонятно: Джордж Максвелл состоял в каком-то сообществе или настолько много задолжал кому-то, чтобы заслужить по истине кошмарную смерть? Кому Максвелл перешёл дорогу? Самым влиятельным человеком здесь остаётся Князь, но без его ведома ничего подобного не происходит. Да и так потрошить труп, да ещё и готовить для… употребления? Продажи? Это совсем не в его стиле. Пытки – вот это он любит. На крайний случай пустит пулю промеж глаз или что-то в этом духе, но никак не с заявкой на каннибализм.
– Я буду даже рад, если твоя версия окажется правдой, – заговорил Мэтт. – Но мясные лавки мы всё равно проверим. Вперёд, вперёд! Кто последний закончит, тот платит за обед для всех.
– Готовь кошелёк, Мэтти!
– Это мы ещё посмотрим!
Мне не терпелось проверить свою теорию и, естественно, я поехал искать ответы у Рут. Роско зашёл со мной только поздороваться с мисс Дэвис, а затем ушёл в ближайшую мясную лавку, оставив нас наедине. На самом деле я ехал сюда из-за дела лишь наполовину. Мне хотелось снова увидеть Рут, убедиться, что вчерашнее мне всё-таки не померещилось. Я всё ещё не верю, с чего вдруг чертовка, за которой я гонялся, о которой я мечтал несколько лет, вдруг обратила на меня внимание?
Рут в мягком платье, аккуратно очерчивающем её фигуру. Странный фиолетовый цвет делает девушку ещё более загадочной и неуловимой. Она похожа на дымку Невозможно не смотреть, но я прилагаю все усилия.
– Ты просто зашёл? – Рут смотрит на меня непривычно прямо. – Я как раз варила кофе и думала, не одной же его пить?
Она просто улыбнулась, а моё сердце тут же ёкнуло. Нет, Митч, что ты делаешь? Одумайся! Митчелл!
– Вообще я по делу, – ответил я, сглотнув ком из обиды на это. – Я же звонил тебе. Насчёт дела, – я вдруг ни с того ни с сего усмехнулся. – Моя чёртова работа. Всё как обычно.
– Да, – Рут обвела меня взглядом, решусь предположить, что нежным, и незаметно облизнула губы. – Но чашка кофе тебе не помешает, ведь так? – она кокетливо направилась наверх, но обернулась в последний момент. – У меня есть сахарное печенье к кофе, будешь?
– Не знал, что ты любишь сладкое.
– По настроению, – мечтательно ответила мисс Дэвис. – Я скоро вернусь.
Рут оставила меня в магической комнате, сама ушла наверх за кофе и забрала с собой моё сердце. Кажется, я окончательно теряю голову. Рут притягательна. Очаровательна. Манящая. Я хочу прикоснуться к ней хотя бы на секунду, прижать к себе, перебирать её волосы, ощущать на себе аромат её духов. Алекс называл себя избранником Люцифера, но истинный дьявол в человечьем обличии – это Рут.
Мысли о теле… Чёрт, о деле! Я никак не могу собрать в кучу мысли о деле! Похоже, приходить сюда за помощью было крайне необдуманным решением. Чёрт, и вправду о чём я только думал?! Каким местом я думал?!
На эмоциях я вскочил с места и решительно направился к выходу, но встретил Рут и замер. Я не могу уйти, пока не побуду с ней хотя бы пару минут. С ней лично, а не просто в её доме. Я взял из её рук вазочку с печеньем и достал самые симпатичные чашки с полки. Чёрт, я не могу отвести от Рут глаз, мне жарко, голова идёт кругом от шлейфа её духов… В надежде хоть немного привести себя в чувства, я глотнул горячего кофе, но, кроме обожжённого языка, так ничего и не добился.
– У тебя всё в порядке? – Рут невесомо коснулась подушечками пальцев моей ладони и ловит взгляд. – Какой-то ты напряжённый.
– Тебя так долго не было, – усмехнулся я, – кажется, я подзабыл, какого быть в этой комнате.
Конечно я соврал. Сейчас я врал как никогда прежде. Себе в первую очередь, а не чертёнку напротив. Я, даже попытайся, не смог бы забыть ни этот дом, ни его очаровательную хозяйку, ни запах Пало Санто, которым теперь пропитаны все мои воспоминания о мисс Дэвис. Вот верно, Алекс хоть и стал мужем Рут, но хозяином здесь ему никогда не быть. И зачем я помнил это? Зачем это каждый раз стучится в виски, когда я вспоминаю о Рут?
– Расслабься, – небрежно бросила Дэвис, откинувшись на спинку стула. – Здесь ты можешь быть собой.
– Ага, пока Алекс не нагрянет, – с губ снова сорвалась усмешка. Не то она была горькой, не то я искренне смеялся над собственным положением. – Ты же не хуже меня знаешь, что он следит за домом.
– Ты боишься его? – томно произнесла Рут, от чего у меня голова пошла кругом. – Скажи правду.
– Я считаю его другом.
– Разве мы делаем что-то недопустимое? Неправильное? – в её голосе послышалась обида. Или это одна из тех вещей, которая в очередной раз мне померещилась? – Скажи мне, если ты так считаешь.
Вместо ответа я отрицательно помотал головой и перевёл тему на дело, из-за которого пришёл. Расследование, точно. Роско вот-вот начнёт названивать и искать меня.
Из дома Рут я вышел буквально минут через двадцать, как наконец взял себя в руки и задал правильные вопросы, а не отвлекался на свои выдумки. Роско, как я и думал, в нетерпении ждал меня во второй мясной лавке из списка.
– Где ты застрял, Митч?
– Да так, – отмахнулся я. – Обсуждали с Рут мою теорию.
– И что сказала Рут?
– Кажется, моё чутьё не обманывает, – я закурил. – В мясных лавках мы ничего не найдём. Здесь нужно что-то другое. Расспросить ещё раз Криса Джонса, например, и поискать хоть какую-нибудь информацию о работниках фермы. – я глубоко затянулся и стряхнул пепел с сигареты. – Они не просто так там были. Думаю, если найдём что о работниках, то сможем выйти на убийц Максвелла.
Но, по-моему, Роско не слушает меня. Он рассматривает меня с ног до головы с подозрением.
– У тебя всё в порядке? – спросил Роско. – Ты, кажется, весь вспотел.
– Жарко.
– Ага, – не поверил он. – Так жарко, что все в куртках и шарфах.
К обеду у нас в руках было великое ничего. Ни новых улик, ни догадок, куда двигаться дальше, ни малейшего представления об убийцах, ни-че-го. Пока я раздумываю над тем, что и где искать, Мэтт уплетает уже третий бургер. У него никогда не было проблем с аппетитом, но сегодня он уж очень прожорливый. Мне не жалко! Всё равно плачу не я. Просто непривычно видеть, как Мэтт столько ест.
– Митч, может, ты уже поделишься? – не выдержал Роско и высыпал остатки картошки фри себе в рот. – Не зря же я тебя ждал.
– Чем это ты поделишься? – тут же отреагировал Мэтт. – Где ты застрял? Без меня-то!
– Тебе не понравится, – ответил я. – Но чтоб ты знал, чутьё меня никогда не подводит.
– Где ты был? – присоединился Дэн, а затем захохотал: – Что, к гадалке ходил?
Роско едва сдерживает смех и прикрывает рот рукавом куртки. Такой мелочи хватило, чтобы Мэтт догадался. Он едва не побледнел и отложил обкусанный бургер.
– Нет, только не говори… – фразу Мэтт не закончил и не то гневно, не то испуганно поджал губы. – Чего бы она тебе там не наговорила, – Мэтт с опаской оглядывается по сторонам, будто Алексу может прийти в голову следить за ним, – это не доказательство! – прошипел Дормер и продолжил шёпотом, сильно наклонившись ко мне: – Это не доказательства! Мне нужны факты, а не какие-то там… – следом он недовольно прорычал что-то неразборчивое. – За этой странной дамочкой, я уверен, постоянно следит её муженёк! Меня он явно недолюбливает.
– Да о ком вы? – влез Дэн. – Что за дамочка?
– Мэтт, да не приснился ты ему! – я засмеялся, промочив горло колой. – Я столько месяцев её не видел! Я просто зашёл, по-дружески.
Мэтт оставил эту тему, однако, я уверен, мы ещё к ней вернёмся. Он доел свой бургер, заплатил за обед, и мы все вчетвером высыпали на улицу. Я сразу закурил, Мэтт тоже попросил сигарету, а Дэн тем временем сообщил, что Майк прислал ещё два адреса мясных лавок, о которых мы не знали. Роско надоело ждать, пока мы покурим, поэтому предложил Дэну проверить лавки. Мэтт не стал возражать, я тоже.
Что ж, раз всю работу сделают за нас, то мы решили вернуться в самое начало: нужно снова переговорить с Крисом Джонсом. Возможно, он вспомнит что-нибудь о ферме или её работниках.
– Так что там с Дэвис? – с наигранным безразличием бросил Мэтт и дёрнул плечами. – Она давно здесь?
– На днях приехала, – без интереса ответил я. – С чего бы тебя это так интересует?
– А с чего это ты к ней так побежал? – Мэтт явно нервничал. – Довольный весь из себя, как кот. Неужели ты настолько рад видеть свою крестницу?
– Рут приехала одна, – негромко сказал я. – Она одна в Бруклине.
Мой друг с подозрением скосился на меня. До лавки Криса Джонса мы не произнесли больше ни единого слова.
На звонки Джонс не отвечает, лавка оказалась закрыта. Мэтт занервничал. Куда мог запропаститься наш единственный свидетель? Подозрения были самые разные и некоторые из них меня нисколько не радовали. Я нашёл в блокноте номер телефона Эдварда МакКормака, друга нашего свидетеля, но тот не ответил. Ни с первого раза, не с пятого.
– Выключен или вне зоны действия сети, – на манер автоответчика повторил я. – Оба исчезли.
– Чёрт, – процедил Мэтт. – Я звоню Майку, пусть ищет. Пусть хоть из-под земли мне их достанет!
– Давай-ка обойдёмся без раскопок. С живыми говорить проще.
Мэтт не обратил внимания на мои слова и, пока он выливал свой гнев на бедного криминалиста, я решил осмотреться. Дверь лавки заперта. Через щель под жалюзи видно, что задвижка на двери изнутри открыта. Следовательно, либо Крис Джонс уехал и запер лавку снаружи, либо… Второй вариант не вселяет надежды.
Окна второго этажа закрыты плотным тюлем. Через него чёрт что увидишь. Знаю, что Мэтт не одобрит мою самодеятельность, но я бы с радостью забрался на второй этаж и осмотрел жилую часть здания. Мэтт не смотрит. Сейчас или никогда. Я в два счёта перемахнул через рабицу, забрался на мусорные баки и смог дотянуться до окна. Не уверен, но, кажется, это спальня. Рама закрыта на щеколду. Думаю, если удастся чем-нибудь поддеть её, то я смогу открыть окно.
Именно в этот момент я понял, что крайне непредусмотрительно оставил свою сумку со всеми инструментами и палочками-выручалочками в машине на заднем сидении. Чёрт, придётся найти что-нибудь из подручных средств. Главное, чтобы до того, как я влезу в дом Джонса, меня не начал искать Мэтт, а то зря я тут скакал через забор. Кажется, у меня должно быть что-то тонкое, но прочное во внутреннем кармане. Точно! Так и знал, что обломок пилочки для ногтей, которую мне в аэропорту зачем-то вручил Олли, пригодится в расследовании!
Я поддел щеколду, и она открылась. Я приподнял раму и сразу понял, почему Крис Джонс не отвечает на наши звонки. Ох, надеюсь, всё не так, как кажется на первый взгляд! В лицо ударил мерзкий запах мертвечины. Я сглотнул, подтянулся на подоконнике и забрался в комнату. Я оказался прав, это спальня, но тела здесь нет.
Всё убрано, чисто. Даже не верится, что Крис жил один. Здесь явно видна рука женщины. Многолетняя практика наглядно показывает, что мужчины и женщины убираются очень по-разному. Я, прислушиваясь к каждому шороху, вышел из комнаты, но напоследок пару раз щёлкнул выключателем. Электричество есть, а это значит, что моя надежда на то, что вонь здесь стоит из-за протухшего мяса из магазина, разбилась вдребезги. Честно говоря, запах мертвого тела сложно спутать с протухшим мясом. Наверное, я просто себя успокаивал.
Напротив спальни располагается небольшая уютная кухня, в одном конце небольшого тёмного коридора находится ванная комната, а прямо у меня за спиной вниз уходит лестница в магазин. От ванной тянет больше всего.
– Эй, Митч! – послышался с улицы голос Мэтта. Меня он, конечно же, рядом не увидел и заголосил на всю улицу. – Митчелл! Хилл, куда тебя черти унесли?! Митчелл, где ты?!
– У нас труп. Я в доме, – чтобы не кричать, я позвонил Мэтту. – Кажется, он в ванной, я иду туда.
– Митч, какого чёрта?! – взвился Дормер. – Открой дверь внизу, я с тобой!
– Она заперта снаружи, – я попутно достал из кармана бумажный платок и надавил на дверную ручку. Шторка над ванной закрыта, но из-под неё свисает посиневшая мужская рука. – Да, похоже, он здесь.
Мэтт выругался, а я положил трубку. Слышу, как он начал возиться с дверью в лавку. Вот пока и я займусь делом. Отодвигать шторку совсем не хочется, но куда деваться? Я закрыл нос воротником плаща и наконец взглянул на труп. Да, это Крис Джонс. Лежит он здесь не меньше двух суток, а этот запах… Мужчина вскрыл себе вены. По крайней мере всё так выглядит, но верится мне в подобное с трудом. Не спорю, Джонс очень испугался, когда узнал, какую партию мяса получил, но убивать себя? Как-то это слишком.
В воде, в которой лежит Джонс, помимо крови, есть что-то ещё, но из-за вони я никак не могу разобрать, что это. Хлор? Какая-нибудь соль для ванн? Стиральный порошок? Отбеливатель? Чёрт его знает, пусть Майк выясняет. В раковине я заметил листок с коряво написанной предсмертной запиской. Подчерк похож на почерк убитого, но немного различается. Впрочем, перед самоубийством людям свойственно нервничать, и это объясняет изменения в написании.
Текст в записке гласит: «Я не могу с этим жить. Я не могу смириться, что в моём холодильнике было разделанное тело человека.» Разве это правдоподобно? На мой взгляд, нет. Поэтому я продолжил осматриваться и искать зацепки.
Что сказать об убитом? Он в повседневной одежде, ничего странного на первый взгляд нет. Всё по классике жанра: на непростое решение Крис решился после того, как выпил бутылку виски, которая стоит рядом с ванной. На дальнем бортике ванной лежит голубая пластиковая крышка. Если не ошибаюсь, у нас дома стоит бутылка пятновыводителя с такой же. Как содержимое бутылки попало в воду? Вероятно, в предсмертной агонии Крис начал дёргаться, задел очиститель – или что там на самом деле? – и химикат упал в воду. Крис не любитель закрывать крышку, об этом говорит не только тот факт, что содержимое бутылки сейчас находится в воде с мёртвым телом, но и характерные подтёки под крышкой на бортике ванной.
На самом деле это даже забавно: в спальне идеальная чистота, везде всё убрано, а в ванной остались подтёки под этой дурацкой крышечкой. Я сфотографировал странность и вышел из ванной.
Мэтт, наконец, справился с дверью и поднялся ко мне. Его шаги слышны от самого входа в лавку. Он бросил брезгливый взгляд в сторону ванной комнаты и закрыл нос воротником куртки. Мэтт, к счастью, захватил с собой перчатки – мне не терпится всё тут осмотреть! И вовсе не потому что хочу опередить Майка, а для того, чтобы в очередной раз проверить своё чутьё.
Я начал с кухни.
– Думаешь, это убийство? – с наигранным безразличием спросил Мэтт, прислонившись плечом к дверному косяку.
– Это так заметно?
– Да ты весь сияешь, Митч! Значит, точно убийство!
Я не сдержал улыбку. До чего довела меня работа – радуюсь убийству. Что ж, осталось только доказать, что всё это не выдумки. Я начал с холодильника. Еды полно. Судя по всему, Крис ездил за покупками накануне смерти, что довольно странно. Если он живёт один – а ни чьих больше следов я пока не обнаружил, – никто бы не заподозрил его в неладном. Ну нет продуктов, а кто об этом узнает, кроме самого Криса? С другой стороны, Крис мог пытаться поддерживать себя в привычной жизни, концентрируясь на повседневных делах.
Далее я залез в мусорное ведро и нашёл чек с обширным списком продуктов. Большинство из них, кстати, всё ещё в холодильнике, а от тех, которых не хватает, остались лишь упаковки в мусоре. Среди покупок целая куча полуфабрикатов. Крис не заморачивался с готовкой – он предпочитал покупать то, что можно разогреть в микроволновке и без особого аппетита съесть вечером перед телеком.
На этом я вернулся к холодильнику. Морозилка забита готовой едой, однако на полках стоят несколько контейнеров с вполне здоровой, но уже немного подпорченной домашней едой. Это уже интереснее.
– Нужно прошерстить контакты Джонса, – сказал я, чтобы Мэтт точно не пропустил мои слова. – К нему сестра или мать заходили накануне.
– С чего ты взял?
– Кто ещё приготовил бы и убрался у тебя по доброй воле, но при этом не стал бы с тобой жить? – я открыл кухонные шкафы. – Сестра или мать, попомни мои слова.
– Может, у него была девушка? – упирался Мэтт. – Просто они не жили вместе.
