Страница 2 из 6
Я повернулся в поисках скафандра или ящика с ним и увидел кружок открывающего механизма, как на двери моей «каюты». Повернув рычаг, я стал наблюдать, как от стены отделяется квадрат и выдвигается подобно полке. Там и был скафандр. Не упакованный. Видимо, бывший владелец уже надевал его. Моё внимание сразу привлекли шестипалые перчатки.
– Твой предыдущий хозяин явно не с Земли, да?
Эх, сломался автоответчик, не отвечает мне. Молчунья, конспираторша. Было бы с чего молчать.
– Ничего делать не буду, пока не скажешь.
– Да, мой предыдущий хозяин родился не на вашей планете.
И всё? Ладно, не стоит терроризировать бедный ИИ, пока он на меня не ополчился. Хотя казалось бы, кто тут капитан?
Скафандр был тонким, но, надеюсь, прочным. Хотя это зависело от того, в каких условиях им пользоваться. Для меня он был великоват. Вернее, длинноват. Но лучше так, чем наоборот. На ногах и руках образовались складки, но благодаря комбинезону под скафандром я не чувствовал дискомфорта.
Разве что впервые за столько дней захотелось есть. Видимо, закончился эффект кольца. Хорошо хоть, мочевой пузырь молчит. Иначе всё бросил бы и побежал в туалет, к слову, надо бы уточнить.
– На корабле же есть туалет?
Глупо, но важно.
– В вашей каюте есть отдельные ванна и туалет.
– Замечательно, потом проверю.
Облачившись и плотно соединив необычные заклёпки скафандра, я замер со шлемом в руках. Тот был почти полностью прозрачным, а там, где по идее находился рот, вытягивался. Будто место для хобота или чего-то ещё. Почему предыдущий капитан вообще был гуманоидом, оставалось загадкой.
– Кстати, ты сейчас говоришь на русском?
– Да.
– Научилась, когда просканировала меня?
– Да.
Мне показалось, или в последнем «Да» была нотка стыда?
– Наденьте шлем. В нём установлен интерфейс, на который я буду выводить информацию.
Надел. Благо шлем был гораздо больше моей головы. У основания на месте шеи была такая же заклёпка, я надавил на неё, и шлем будто примагнитился, став частью скафандра.
– Готов.
– Вывожу индикаторы запаса кислорода, компас и карту с обозначением отсеков.
– Потом скинешь сводку по всем характеристикам корабля.
– Принято.
И тут шлем раскрылся перед глазами как экран монитора.
В верхнем левом углу появились синие цифры «04:29:11» – запас кислорода. Часы, минуты, секунды. К слову, мы с иномирянином явно дышали схожим воздухом. Я даже не почувствовал никаких неприятных запахов. В верхнем правом углу показался монохромный квадрат карты с жёлтой стрелкой, показывающей куда-то за видимую область. Я видел похожие штуки в некоторых играх. Видимо, стрелка обозначала квест… тьфу, пункт назначения.
– Вам нужно спуститься по лестнице вниз на один уровень и добраться до склада через грузовой отсек. Там вы найдёте стеллаж с энергоячейками. Они ещё не испортились. Потом вернётесь в грузовой отсек, установите энергоячейки нескольким ремонтным дронам, а они в свою очередь заменят топливные элементы в отказавших реакторах или проведут ремонт самих реакторов.
– Увеличь карту, чтобы можно было видеть цель. И поверни под углом. Проведи линию по курсу.
Схема в квадрате сдвинулась и обрела третье измерение. От точки, где я находился, начала тянуться полоска, пока не достигла нужной отметки. И тут на монохромном фоне, в отсеке, помеченном как грузовой, мелькнула красная точка.
– А это что за светящаяся точка в грузовом отсеке?
– Трофей бывшего капитана.
– Что ещё за трофей? – подозревая неладное, спросил я.
– Представитель фауны одной из посещённых капитаном планет.
Фауны… Чёрт, она имеет в виду существо. Какого-то зверя.
– Он опасен?
– Во время спячки – нет.
– Он в спячке?
– Нет.
У меня возникло резкое желание всё бросить, убежать в «свою» каюту, провернуть до упора надёжный как пробка замок и свернуться калачиком в постели.
– И ты говоришь мне об этом только сейчас?!
– Вы не спрашивали.
– Ну ты умная…
– Спасибо, сэр, – ляпнула она, не понимая, что это у меня такое оскорбление.
– Погоди, ты говоришь, что это существо активно?
– Зверь пробудился после того, как отказал контроль температуры в клетке, после чего он сломал запирающий механизм.
– Дай угадаю – контроль температуры отказал из-за моего переноса?
– Да, сэр.
– Но в грузовом отсеке ведь нет воздуха? Как он дышит?
– Вероятно, произошла адаптация, или существо в режиме энергосбережения.
Сказанула под стать искусственному мозгу. Ну да, учитывая, что воздух из грузового отсека был откачан, монстр перешёл на другой способ дыхания или замедлил процессы в организме.
– В итоге получается, что запасные топливные элементы для реакторов и энергоячейки для ремонтных дронов находятся в одном отсеке с пришельцем?
– Так и есть, сэр.
Эх, повезло так повезло.
– Там есть камеры?
– Есть, но соединение отсутствует. Светящийся индикатор я поставила для наглядности, он не несёт в себе информацию. Последние данные об объекте получены перед сбоем из-за гравитационной аномалии.
Опять я виноват, да?
– Он меня загрызёт, когда буду пробираться через грузовой отсек к складу?
– Вероятно.
– И что мне с ним делать?
– В правую стену сразу от двери мостика встроен арсенал.
– Напротив моей каюты?
– Да, сэр.
– Высвети под картой задачи.
И тут же под квадратом карты появился список:
1. Взять со склада энергоячейки.
2. Вернуться в грузовой отсек и расконсервировать бокс с ремонтными дронами.
3. Установить энергоячейки минимум в два ремонтных дрона, после чего они установят энергоячейки в остальных дронах, возьмут со склада топливные элементы для реакторов и проведут замену повреждённых.
– Выглядит просто, если забыть о монстре в грузовом отсеке, – пробормотал я.
Я покинул мостик. Дверь за мной закрылась беззвучно.
– На всякий случай спрошу – двери перед тем чёртом не откроются?
– Все двери, переборки и шлюзы по умолчанию открываются только перед капитаном, не считая тех, на которых стоит только механический замок, – услышал я приглушённый голос в шлеме.
– Какие стоят в грузовом отсеке?
– Механические.
– Прекрасно, – скептично вздохнул я и на полном серьёзе продолжил: – А лапы твари способны справиться с таким замком?
Надо ж просто зажать рычаг хотя бы двумя пальцами и повернуть против часовой стрелки.
– Учитывая, что после пробуждения существо за три дня не смогло покинуть грузовой отсек, не думаю.
– Не думаешь… Может, оно ждёт.
– Возможно.
Ещё она упомянула про три дня. Видимо, я спал примерно столько же. Ладно, проверим арсенал.
Стена справа была абсолютно гладкой, я видел это даже при плохом освещении. Медленно пошёл вдоль стены, ведя по ней рукой. Снова знакомый невидимый считыватель высветил область, но на этот раз не квадратную, а поднимающуюся от пола к потолку. Удобно, не пропустишь.
– Идентификатор капитана подтверждён. Доступ к арсеналу получен, – отозвался лишённый эмоций голос. Такой же, с каким меня впустило на мостик.
– Это ты или кто-то другой?
– Это псевдоинтеллект техобслуживания. Он также контролирует ремонтных дронов, пока я не прикажу передать их под мой контроль. Сейчас работают три псевдоинтеллекта: навигации, ведения боя и техобслуживания. Псевдоинтеллект ведения боя отвечает за противокосмическую оборону, но сейчас я перепоручила ему работу по жизнеобеспечению с эффективностью в 20 процентов. 30 процентов всех систем контролирует псевдоинтеллект навигации. 30 процентов – псевдоинтеллект техобслуживания. Остальное на мне.
Интересно, чем эти ИИ отличаются от неё, которая тоже ИИ? Уровнем доступа? Навороченностью? Она типа начальник остальных искинов?
Часть стены отодвинулась, и передо мной открылись три полки. На верхней были две длинные штуки, похожие на ружья, и четыре коробка. Видимо, магазины. На средней покоились, судя по всему, два обреза. Увесистые даже на вид, они сразу внушали уважение. На нижней полке лежали три пистолета. Негусто, но и не пусто.
Будто уловив мои мысли, интеллектуальная чувиха принялась объяснять:
– На первой полке электромагнитные ускорители. Скорость снаряда: 3000 метров в секунду. Магазины на двенадцать патронов. Скорострельность: один выстрел в три секунды. Применять внутри корабля рискованно из-за вероятных рикошетов. На второй полке гравитационные излучатели. Скорость снаряда: 200 000 000 метров в секунду. Скорострельность: от одного выстрела в секунду до одного выстрела в десять секунд, зависит от установленной мощности. Мощность выстрела регулируемая. Чтобы избежать повреждений корпуса корабля, рекомендую поставить на 20 процентов. Тогда аккумуляторов хватит на 40 выстрелов. Перезарядка в подставках второй полки. На третьей полке станнеры. Скорость разряда: 1 000 000 метров в секунду. Скорострельность: два выстрела в секунду. Эффективное расстояние: до 300 метров. Сила тока: от 50мА до 200мА. Если вы хотите обезвредить, но сохранить жизнь инопланетному организму в грузовом отсеке, рекомендую установить силу тока в 100мА.
– Нет, спасибо, – ответил я и взял один из обрезов. Тяжёленький, класс.
Жаль, нет ничего поскорострельней.
Сбоку, чуть выше рукоятки, располагался верньер. Я посмотрел на закорючки рядом с ним. Они мне ничего не говорили. Как и стрелки. Придётся потом попросить искин переделать надпись. И, походу, переделать надписи по всему кораблю. Чтобы всё на русском.
– Как мне понять, какая мощность стоит?
– Вывожу на экран.
Под цифрами запаса кислорода появились проценты. Сейчас стояло 50. Я покрутил верньер влево-вправо, пока не установил на 20 процентов.
– Хорошо, можешь убрать индикатор мощности. Больше крутить не буду.
– Принято.
– Да, к слову, кровь твари не разъест корпус корабля?
– Простите?
– Я спрашиваю, у этого монстра вместо крови не кислота течёт?
Мне вспомнились инопланетные страхолюдины из небезызвестной серии космических ужастиков.
– Нет, полученные ранее анализы не выявили ничего подобного. Также он был проверен на инфекции и вирусы.
– Уже хорошо. Покажи хоть, как выглядит.
– Вывожу на экран.
В центре появилось окно с картинкой. М-да, недалеко зверёныш от чужих ушёл. Разве что этот был синим, с шестью длинными лапами. И рост вроде бы небольшой – полтора метра для сформировавшейся особи. Но всё будет зависеть от его скорости и ловкости. Или от моей меткости. Или от всего сразу.
– Какие у него характеристики? Скорость, сила, интеллект?
– Предыдущий капитан охотился без связи со мной и принёс это существо уже в клетке. Могу оперировать лишь внешними данными и скоростью метаболизма. Существо погнуло прутья клетки из высокопрочного металла, из-за чего механизм запирания отказал, и оно выбралось.
– Блеск… Какую степень угрозы можно ему присвоить? – всё же решил уточнить я.
– Полагаю, максимальную.
– Тогда какого чёрта он до сих пор на корабле?!
– Без приказа капитана я не могла уничтожить живое существо.
– Вирусы и бактерии тоже живые.
– Это вредоносные формы жизни, грозящие экипажу корабля непосредственно.
– Не убедила, – возразил я и, немного подумав, продолжил. – Лучше бы сказала, что не можешь уничтожать разумных существ.
– Если считать разумом заложенные в вирусы алгоритмы действий, роднящие их с программами вроде моих протоколов, то…
– Прикалываешься?
– Простите?
– Тогда каким образом ты отличаешь вирусы с бактериями от себя или меня? Что для тебя низшая и высшая форма жизни?
– Разграничением занимается псевдоискин медотсека.
– Который вышел из строя вместе со своим отсеком? Но ты всё равно откачала воздух из ангара, зная, что это может убить пришельца.
– Ради безопасности нового капитана весь оставшийся воздух был перераспределён.
– Ясно всё с тобой, – раздражённо отметил я.
Отбрехалась. Сказала бы сразу: «Я могу убивать, если что-то угрожает жизни капитана».
Меня всё ещё беспокоили сбои в работе защиты кольца, но разбираться с гадом надо сейчас, пока есть воздух.
Потом мисс инструктор показала мне, как заменить энергоячейку в ремонтном дроне, затем повертела у меня перед глазами макет корабля, после чего я не выдержал:
– Знаешь что? Пора бы мне увидеть, что представляет из себя эта птичка в целом.
…и тут же получил сводку с краткими характеристиками корабля, текст поплыл по экрану шлема снизу вверх.
Дредноут «Крнак’Т»
Длина: 7 500 м.
1 капитанская каюта;
18 офицерских кают;
200 общих кают.
Максимальное количество мест на борту: 476.
Вооружение:
2 установки направленного электромагнитного излучения (в передних частях корабля);
80 рельсотронных турелей противокосмической обороны (по всему корпусу).
Защита:
8 генераторов искажения гравитации;
8 генераторов электромагнитного поля.
Энерговооружённость:
2 реактора питают установки направленного электромагнитного излучения и систему ПКО;
2 реактора питают генераторы внешнего электромагнитного поля и искажения гравитации;
1 реактор питает генератор внутрикорабельной гравитации;
1 реактор питает генераторы гравитации ходовой части;
2 реактора питают гиперпривод;
1 реактор питает системы жизнеобеспечения (оранжерея, жилая зона и медотсек);
1 реактор питает системы навигации, ведения боя и техобслуживания.
1 реактор поддерживает работу главного искина;
2 резервных реактора (склад).
Медотсек:
20 медкапсул;
2 реаниматора;
2 киберхирурга.
Грузовой отсек:
2 фрегата;
4 корвета;
20 одноместных истребителей;
40 беспилотных истребителей;
80 ремонтных дронов;
40 шахтёрских мобильных комплексов;
20 жилых мобильных комплексов.
Ходовая часть:
4 генератора гравитации;
4 ионных маршевых двигателя;
28 ионных маневровых двигателей.
Характеристики маршевых двигателей:
Максимальная досветовая скорость – 1 200 000 км/ч в космосе, 1200км/ч в атмосфере.
Характеристики гиперпривода:
Максимальная дальность прыжка – 5 000 000 световых лет (4 дня в гиперпространстве, 52083 световых года в час).
Выдержит два полных перехода подряд, после чего ремонт/замена реакторов и охлаждение гиперпривода в течение 2 дней.
Общая автономность без пополнения запасов: 10 лет.
Теперь я верил, что это реально дредноут. Особенно когда увидел размеры двух орудийных установок и число, обозначавшее длину корабля.
А отдельный реактор для медотсека пожалели. Хотя… Это, наверное, даже хорошо – вдруг он бы взорвался к чертям собачьим после моего телепорта.
– Электромагнитные поля и искажения гравитации ограждают корабль от негативных воздействий извне и уменьшают массу корабля до нуля, что позволяет превышать скорость света, сохраняя гравитацию внутри корпуса. Временные промежутки «секунда, минута, час, день, неделя, месяц, год» пересчитаны и составлены по земной классификации, – вещала ЭфЭр, пока я готовился выйти в отсеки с откачанным воздухом.
Я кивал, а сам смотрел на схему корабля.
***
Лестница соединяла четыре яруса.
По словам ЭфЭр (пока я называл её по буквам в названии), первый ярус вёл на палубу, являющуюся обзорной – там стояли самые широкие «окна» и большая часть оборудования для сканирования. За палубой была оранжерея с растениями, отвечающая за снабжение кислородом. ЭфЭр доложила, что воздуховоды погнулись от гравитационной аномалии, и починить их могут, опять же, только ремонтные дроны. Оставалось надеяться, что сами растения не сильно пострадали.
На втором ярусе была жилая зона: мостик, каюта капитана и восемнадцать двухместных кают экипажа. Хорошо, что все каюты были длинными, и повреждения затронули только самые дальние. За ними шёл медотсек, куда меня и перенесло с хреновыми последствиями для корабля. По последним полученным данным там царил ад – одиннадцать медкапсул из двадцати расплющило тонким слоем по полу, да и оставшиеся были не в порядке. Ремонтный дрон потратил большую часть заряда батарей, чтобы вскрыть сломанные переборки и достать меня из медотсека. Повезло, что предыдущий хозяин оставил этого робота на мостике. Двух киберхирургов разнесло на винтики. Реаниматоры в количестве двух штук оказались прочнее – на картинках я видел трёхметровые металлические саркофаги. Ну да, там и ядерный взрыв, наверное, можно переждать. Но управление, вернее, псевдоискин медотсека не работает, а значит, лечить меня пока некому в случае чего.
Ну кольцо, ну удружило…
«Этажом» ниже, но всё ещё на втором ярусе располагались двести общих одноместных кают и столовая. Для меня и ЭфЭр эта часть корабля сейчас была бесполезной, поэтому отчёт о повреждениях она опустила.
На третьем ярусе, прямо над техническими отсеками, находилась фабрика по производству всего, что есть на корабле. Были бы ресурсы.
Самый нижний ярус вёл в две боевые рубки на носу, вернее, на носах корабля (по конструкции он чем-то напоминал катамаран). На другом конце находились ангар, трюм, который склад, технические отсеки и двигательные установки. Ангар был огромным. Судя по схеме, он занимал три десятых всего корабля.
Лестниц, к слову, было две – одна рядом с капитанским мостиком, где я сейчас был, а вторая – на другом конце корабля, проходящая через фабрику прямо к двигательным установкам. Никаких нормальных лифтов, не считая подъёмника запчастей. И если по высоте это было логично – ярусов-то всего четыре, да и расстояние между ними было максимум в четыре этажа моего родного дома, то почему не нашлось каких-нибудь передвижных платформ? Семь с половиной километров в длину – это серьёзно. Казалось, будто проектировщики недопроектировали, уделив больше внимания внешней защите и ходовой части. Хотя я заметил мелкие пустые квадратики около каждого важного узла – каморки техников, видать. Чтобы было недалеко ходить до двигательного отсека, например.
ЭфЭр уже упомянула, что откачала воздух из всех «ненужных» отсеков (а оранжерея пока обходилась тем, что в ней осталось), и задраила переборки.
Сейчас я стоял у шлюза, ведущего на четвёртый ярус.
