Эмилио Сальгари "Разбойники Сахары. Пантеры Алжира. Грабители Эр-Рифа"

– Но их же там тысяча! – вскричал еврей. – У вас найдутся кинжалы?

– Найдутся. И мы ими воспользуемся, будьте покойны.

– Следовательно, у нас вполне хватит… Что это еще за шум? Не стук ли копыт?

В самом деле, сквозь многоголосый гомон донеслось ржание лошадей и по мостовой загрохотали подковы. Послышались повелительные крики:

– С дороги! С дороги!

– Похоже, помощь подоспела, – сообщил Рокко, выглянув наружу. – Толпа расступается перед всадниками.

– Выходит, здешний душка-наместник решил наконец вмешаться? – предположил маркиз. – Еще чуть-чуть, и уже ничто не спасло бы наши шкуры, а заодно – и шкуры его подданных. Представляю, что сейчас здесь начнется.

– Ничего, что нельзя будет решить золотом, – сказал Бен Нартико. – Если позволите, я вручу им его от вашего имени.

– От таких щедрых предложений грех отказываться. Сейчас у меня в кармане ни луидора, но потом я верну вам долг.

– Господин маркиз! – воскликнул Бен Нартико. – Это я у вас в неоплатном долгу!

– А он совершенно не похож на других евреев, – пробормотал себе под нос Рокко. – Неплохой, должно быть, парнишка.

Между тем всадники, разогнав собравшихся древками копий, остановились перед кофейней. Их было около трех десятков, все высокие, статные и черные, как вакса. Лучшие, самые надежные марокканские войска комплектуются из негров, которых в цепях приводят из африканских джунглей. Они не колеблясь пускают в ход оружие против местных жителей: мавров, арабов и евреев.

На стражниках были просторные голубые или красные кафтаны, белые накидки и остроконечные фески. На ногах – желтые кожаные бабуши с очень длинными двузубыми шпорами.

Лошади под тяжелыми седлами были коренасты, яркоглазы, с немного сплющенными лбами. Красивые, поджарые, быстрые как ветер и выносливые животные.

Во главе отряда гарцевал очень смуглый, чернобородый вельможа весьма важного вида. Наряд его составляли белая чалма, короткие штаны, желтые сапоги и невероятной красоты голубой уазроц из невесомого шелка, расшитого золотом.

Маркиз мигом узнал всадника:

– Наместник! Какой любезный месье, прибыл самолично!

– Любезный или перепуганный? – усмехнулся Рокко. – Держу пари, он, словно наяву, увидел французские и итальянские броненосцы, бороздящие песчаные волны Сахары.

– Точно! – захохотал маркиз. – Приплывшие разнести в пыль его город.

Сардинец мигом раскидал баррикаду. Наместник приблизился. Увидев маркиза, выходившего с револьвером, он нахмурился и заставил коня попятиться.

– Не бойтесь, ваше превосходительство, – успокоительно произнес корсиканец.

– Что вы тут натворили, если против вас ополчился весь город? – вопросил с сильным акцентом наместник. – Неужто забыли, что вы не просто чужестранцы, но христиане?

– Вините во всем ваших подданных, ваше превосходительство. – Маркиз сделал вид, будто возмущен до глубины души. – Иностранцам запрещено ходить по улицам Тафилалета? Во Франции или в Италии может спокойно прогуливаться любой иностранец. Даже марокканец, если вам угодно.

– Вы убили троих горожан.

– Не мог же я позволить им прикончить моего слугу!

– Мне доложили, что речь не о слуге, а о грязном еврее.

– Тот, кого вы столь презрительно поименовали грязным евреем, и есть мой слуга, ваше превосходительство.

– Вы держите в слугах еврея? – изумленно вскричал наместник. – Почему же нам об этом не доложили? Я бы заставил своих людей его уважать. Султан не желает ссориться с европейскими державами.

– Доложить? Не знал, что это необходимо.

– Поэтому и угодили в переплет, последствия которого трудно предвидеть. Жители города в гневе и требуют справедливости. Хотите добрый совет? Отдайте им этого еврея на растерзание.

– Не в моих правилах позволять убивать своих слуг, даже не попытавшись их защитить. Делать нечего, придется сразиться с вашими горожанами.

– Одному против тысяч?! Вас мигом убьют!

– За меня отомстит Франция, а за моего товарища – Италия.

Услышав такие речи, наместник помрачнел еще больше:

– Только этого не хватало! Мне не нужны дипломатические осложнения, которые могут закончиться войной. Война нам сейчас не по средствам… Не желаете выдать еврея, так хотя бы уезжайте отсюда поскорее. Я не смогу долго вас прикрывать.

– Хорошо. Дайте мне время собрать караван, и я уеду.

– Будьте осторожны. Великая пустыня опасна, кто-нибудь может вас там выследить.

– Ничего, отобьюсь.

– Следуйте за мной. Я отправлю вас из города нынче же вечером.

– Мы направляемся во дворец?

– Это сейчас единственное место, где вам не угрожает гибель. Встаньте все в середину моего отряда.

– Точно арестанты?..

– Доставьте толпе эту маленькую радость. Поверьте, в итоге не прогадаете.

– Да будет так, – кивнул маркиз. – Рокко, Бен, пошли. Но будьте начеку. Верить тут никому нельзя.

– А моя сестра?

– Дьявол! Совсем из головы вон. Ничего, найдем способ дать ей знать, что с вами все в порядке. Пока же удовлетворитесь тем, что живы.

Глава III

Наместник тафилалета

Пока наместник беседовал с маркизом, толпа понемногу стягивалась к площади, побуждаемая безумцами, призывающими на головы кафиров гнев Аллаха и Магомета. Здесь собрались представители всех племен и сект, какие только есть в Марокко.

Мавры в пышных нарядах и огромных чалмах из разноцветного муслина, в красных, голубых или полосатых кафтанах, в белых шерстяных уазроцах, украшенных кисточками, или в полосатых шелковых плащах, легких, почти прозрачных.

Другие местные аристократы, арабы, щеголяли в бурнусах и шерстяных башлыках. Вооружены они были длинными старинными мушкетами, инкрустированными серебром и перламутром.

Были среди собравшихся и жители пустыни: худые как щепки, импульсивные, с желтоватой пергаментной кожей и в плащах сомнительной белизны. Были негры из Центральной Африки: высокие, мускулистые, черные, будто гуталин, с курчавыми волосами и огромными, словно фарфоровыми глазами.

Были тут заклинатели змей, святые, дервиши, нищие, работорговцы, бедуины. У каждого имелось какое-нибудь оружие, и все горели желанием растерзать кафиров, посмевших нарушить ход религиозной церемонии, из-за чего фанатики так и не попали в магометанский рай.

Больше всего, конечно, они злились на несчастного еврейского юношу, из-за которого начался этот тарарам. О погибших уже благополучно забыли. Человеческая жизнь в Африке стоит дешево. Собравшихся огорчало одно: товарищей на их глазах убили неверные.

Увидев, что осажденные покидают кофейню, толпа заревела:

– Справедливости! Справедливости!.. Казнить их! Отрубить им головы!..

Наместник выдвинул вперед два десятка солдат, приказав им держать копья наготове. Толпа поспешила расступиться перед вооруженными всадниками.

– Господин, – обратился наместник к маркизу, шагавшему рядом, – прошу вас, если вам дорога жизнь, не совершайте необдуманных действий.

– Не волнуйтесь, мы будем паиньками, – ответил де Сартен. – Напротив, разрешаю вам объявить, что на рассвете наши головы будут вывешены на крюках бастионов. Завтра этих подлецов ждет сильное разочарование, зато сегодня они удовлетворятся обещанием и возблагодарят султана и вас за справедливый суд.

– Э-э-э, синьор маркиз, не слишком ли много вы им обещаете? – хохотнул Рокко, в то время как наместник кисло скривился.

– Ничего! Завтра мы будем далеко в пустыне. Ищи нас там свищи.

Визги и вопли толпы слились в невнятный гул. Мавры, арабы и негры размахивали саблями и ятаганами, потрясали карабинами, однако, едва стражники наместника взяли копья наперевес, забияки поспешили сдать назад и пропустили процессию.

Горожане хорошо знали, что наместник – не тот человек, которого можно взять на испуг. Могло выйти, что завтра уже их головы окажутся вывешенными на крючьях. Суд в Марокко скор на руку, особенно если дело касается тех, кто восстает против властей.

Всадники, ни на секунду не поднимая копий и жестоко распихивая кричащую, но нерешительную толпу, пересекли площадь. Вскоре отряд достиг широкой эспланады, ведшей к великолепному, утопающему в садах зданию с террасами, галереями и беломраморными портиками.

Миновав разводной мост, вступили в просторный квадратный двор с мозаичным полом и стрельчатыми аркадами с изящными зубчатыми сводами. По периметру выстроились мраморные колонны с каннелюрами. Фонтан, с дельфином в центре, испускающий струю воды, поддерживал благодатную прохладу. И везде были разложены знаменитые цветастые рабатские ковры.

Маркиз приблизился к спешившемуся наместнику и незаметно передал ему тяжелый кожаный кошель, полученный от еврея:

– Разделите это между вашими солдатами, ваше превосходительство.

– Да-да, не беспокойтесь, – ответил марокканец, спрятав кошелек прежде, чем его увидели стражники.

– Благодарю за помощь, ваше превосходительство.

– Я всего лишь исполнял долг, хотя, признаюсь, ваша эскапада может доставить мне серьезные неприятности.

Передав коня слуге, наместник провел маркиза с его товарищами в зал, то и дело бросая неприязненные взгляды на еврея. Еврей в его дворце? Это уж слишком. Не оскверняет ли он своим присутствием резиденцию наместников Тафилалета?

Как и во всех домах богатых арабов и мавров, мозаичные полы во дворце наместника были устланы роскошными коврами. Было тут множество зеркал, ваз с цветами, шелковых диванчиков и столиков с серебряными и медными подсвечниками, в которых горели красные, желтые и зеленые свечи.

В углу дымилась красивая чеканная курильница, где тлел порошок алоэ, распространяя тонкий аромат. Наместник распорядился подать напитки, мороженое и маджум – мягкую фиолетовую пасту из меда, масла, специй и листочков кифа[4 - Киф – так в Северной Африке называют гашиш.]. В небольших дозах маджум вызывает легкое опьянение, но, если им злоупотребить, одурманивает и вызывает болезнь. Сам наместник к еде не прикоснулся, ведь пост еще не закончился.

– Вы останетесь во дворце до тех пор, пока не будет собран ваш караван, – сказал он маркизу. – Я уже приказал снарядить для вас людей и верблюдов.

– Только не жадничайте, ваше превосходительство. Мне требуются сильные животные и надежные люди.

– Сколько хотите верблюдов?

– С полдюжины. И два коня.

– Двух человек вам хватит?

– Да, если они крепки телом и духом.

– Не сомневайтесь. Именно такими они и будут. Более того, я пошлю с вашим караваном человека, который сможет защитить вас от пустынных племен намного лучше оружия.

– Что же это за человек такой?

– Тот, на чьих руках благословение крови.

– Боюсь, ваше превосходительство, я вас не вполне понимаю. – Маркиз удивленно посмотрел на наместника.

– Он способен излечить любую болезнь, никто не посмеет тронуть человека, обладающего подобным даром.

– От кого же он получил сей дар?

– От самого Аллаха.

– Теперь понятно, – ответил маркиз, с трудом сдерживая улыбку.

– А вот я – ничего не понял, – пробормотал Рокко.

– Я прикажу подать вам ужин сюда или, если захотите, во дворик. – Наместник поднялся. – Пожелаете отдохнуть – в вашем распоряжении все мои диваны.

– Благодарю, ваше превосходительство.

Маркиз проводил наместника до двери, потом вернулся к Рокко:

– Ты ведь уложил перед уходом наш багаж?

– Да, хозяин. Осталось лишь погрузить на верблюдов.

– Господа, куда вы направляетесь? – спросил Бен.

– В пустыню. Хотите с нами? Сдается мне, климат Тафилалета для вас вреден.

– Я тоже собрал небольшой караван, чтобы ехать в пустыню.

– Вы? И что же вас гонит в раскаленные пески?

– У меня дело в Тимбукту.