Я до мурашек благодарен тебе за тот прилив энергии, который ты дала мне пару недель назад.
Я благодарен тебе, что я смог увидеть твою глубину, что ты выскоблила, достала что-то из меня.
Спасибо за то, что пустила в свою странную сумасшедшую голову.
Мне жаль, что это ничего не стоит для тебя.
Мне жаль, что я не смог быть настолько же важен для тебя, насколько стала ты для меня.
Спасибо, что дала поверить, хотя бы на некоторое время, что это не так.
Я надеюсь, ты сможешь гордиться собой.
Я надеюсь, в душе твоей будет покой».
Мы расстались, потом снова сошлись, и так повторялось бесчисленное количество раз. Я прожила в Америке почти два года, меняя туристическую визу на студенческую, пытаясь найти работу и выжить.
?
Если вы спросите меня, какая она, Америка, я скажу – жестокая. Люди тут устроены по-другому, они сильно про деньги и эгоизм. С одной стороны, это мне помогло, ведь теперь я могла одеваться, как захочу, не краситься, и все равно себя чувствовать красивой. Народ тут много улыбается, но не вникает в твои проблемы. Ты это заварил – тебе и расхлебывать. Однажды мой приятель с Коста-Рики скажет, что в Америке им надо быть счастливыми, просто так принято.
А еще Америка отлично умеет продавать, даже вернувшись оттуда, мне безумно хотелось назад. У меня кончилась последняя виза, а рабочую сделать не получилось. Я сходила на сотни, если не больше, собеседований, и мне все равно пришлось уехать.
В конечном счете она сделала меня сильнее.
Только через полгода я поняла, что возвращаться назад нет смысла.
Глава 5. Дружок из Амстердама
Когда ты по ту сторону границы, тебя неумолимо тянет к родному, к этой необъяснимой русской душе. Мы познакомились в Тиндере – едва ли можно придумать менее подходящий способ. Хотя я могла стоять по колено в навозе, а он – проезжать мимо на коне. Не то чтобы я всецело презирала подобные способы знакомств, просто если ты взрослый (или думаешь, что взрослый), самодостаточный человек, ты не пытаешься найти отношения через приложения для знакомств. Тебе и самому с собой хорошо, только… Только если ты не в эмиграции, где, как бы хорошо тебе ни платили, каких бы друзей ты ни нашел, как хорошо бы ни жил, что-то всегда будет казаться не так.
Давайте я немного расскажу вам про Тео. Он жил в Голландии порядка пяти лет, когда мы с ним познакомились. Многие люди из нашей родной страны могли бы ему позавидовать, в особенности те, кто живет за пределами столицы. Ему было 32, в нем еще не угасла энергия, желание быть лучше других, подниматься по карьерной лестнице. А еще он был красив и вызывал у меня потрясающее чувство спокойствия.
Мы познакомились, когда я была в Западной Европе. Не знаю как, но мы выпали друг другу в приложении, и у нас завязался диалог. Мне было тогда двадцать три или около того. Шли месяцы, мы иногда переписывались, постепенно общение затихло. Он написал мне в середине весны, когда приезжал навестить родственников, но я была в Штатах со своим Капитаном Америка, и голова болела совсем о другом.
Время летит незаметно, когда мы не пытаемся измерять его в показателях. Он написал мне в одно летнее июльское утро. Как ни странно, мы оба оказались в столице, и теперь уже точно надо было встретиться – чему быть, того не миновать. Это был своего рода квест, построенный на затянутом интересе. Ты ни разу в жизни не видел этого человека, но все равно в тебе откликается близость к нему.
И вот вы видитесь первый раз в жизни, и тебе тепло, комфортно и уютно. Вы гуляете по парку, болтаете, обнимаетесь, как будто бы вместе уже пару лет. Все легко и просто, без договоров с собой, компромиссов и упреков. Мы провели один потрясающий вечер, потом второй, и даже немного поспали вместе. Просто поспали в обнимку за пару часов до самолета, а потом он улетел, оставив только хорошие воспоминания.
?
Аэропорт Скопье.
Да, я понимаю ваше удивление. Я, впервые услышав название страны – Северная Македония и города Скопье, тоже начала гуглить. Вы спросите, как я там оказалась? Сейчас расскажу. Дело в том, что ко всем моим любовным проблемам, я еще и безумный достигатор. И одна из моих ахиллесовых пят – это количество посещенных стран. Сейчас уже 47. Ух! Но минус этого неприятного недуга в основном в том, что меня заносит не только в туристически привлекательные Париж или Рим, но и в богом забытые места. Таким образом я поставила жирную точку на Балканах. Не то чтобы они мне не нравились, некоторые страны очень милые и даже приветливые, Черногория, например. Но в большинстве своем это не самые богатые регионы. И Скопье как раз один из таких. Прямо скажем, тут ты не будешь радостно гулять ночью по дорогам, потому что, во-первых, смотреть особо нечего, во-вторых, можно и проблем найти.
До вылета еще полтора часа. Скукотища тотальная, местный интернет никакой. Я сижу и думаю про моего дружочка из Амстердама. И в голове у меня вертится вопрос: «А может забанить? Давайте по-честному, на кой он мне черт?» Вы скажете: «Ну, это же роман, он окажется прекрасным принцем, увезет тебя в загнивающую Европу, и вы будете жить долго и, возможно, счастливо». Но есть маленький нюанс: принцев не бывает. Да и в Амстердаме мне ловить нечего, расходы на жизнь там неприятно удивляют, равно как и климат.
«Зачем же блокировать, – скажет моя сердобольная мать, – просто относись к этому проще». К сожалению, проще не получается. Не буду скрывать, парень он классный. Ну и что с того? Стоит ли он этих постоянных мыслей: «Где он? С кем он?» – это я так мягко вуалирую свою необъятную ревность и желание поставить свой штамп собственника парню прямо на лоб. Эта пара сообщений в неделю как длинный поводок – ты и не на свободе, и не на привязи.
Я злилась, что он не оправдал моих ожиданий, не прочитал моих мыслей, да бог знает на что еще. Мне хотелось, чтобы все было по-другому. Мне было от этого больно, а говорить словами через рот я тогда еще не умела.
Прости, дорогой, в этот раз я выбираю себя. Мессенджер, заблокировать.
Все было бы так легко, поставь я точку в этот момент и не вспоминай про него больше. Но что-то мне тихо шептало на ушко: «Малышка, это же тот самый принц, как же ты не видишь?» И я верила. Глупо, правда? Верила и через месяц, и через два, и через год. Это же проще – верить, придумывать отговорки, что вот у него работа, поэтому он не приехал. А то, что прошел уже год… Подумаешь, просто был занят.
Пару лет спустя, я узнала, что тогда в Москве я произвела на него впечатление эдакой заблудшей души. Он подумал, что у меня много парней и ему не стоит в это лезть. Он, впрочем как и я, оказался жутким собственником.
Глава 6. Турция
Когда закрывается одна дверь, открывается следующая.
Как-то так вышло, что вопрос «Где ты живешь?» стал для меня невыносимо сложным. Я даже не знаю, что на него отвечать, потому что «дом» для меня нечто особенное. Это точка, где по крайней мере тебе хочется задержаться на пятилетку и не думать, куда прыгнуть дальше.
Раньше мне надо было очень много мирских вещей. Мне было критически важно, какая мебель в квартире, какого класса здание, и чтоб все прямо идеально. Мне хотелось обустроить свое самое уютное гнездышко, но потом во мне что-то сломалось.
Последнее место, которое я могла назвать домом, было в Питере, и кончилось оно в 2019-м. Я года четыре снимала милую квартирку в центре и даже продолжила ее снимать последний год, когда в ней не жила. Я переехала в новую, более светлую и дорогую квартиру, а эта осталась про запас. Я даже не перевезла за почти год вещи в ту «шведскую» квартирку (она была в доме со Шведским посольством), потому что мне нравилось ощущение пустоты. Да и в целом я приходила в нее только спать. Кажется, даже никто из моих друзей толком в ней не был, все посиделки мы устраивали в уютной однушке на Лиговке.
Но жизнь меняется, потом мы съехались с парнем, я отказалась от «шведской» квартирки, потом и от «дома». Мы долго искали вариант идеального жилья для нас обоих, делали ремонт, покупали мебель. Но по иронии судьбы это чудо архитектуры так и не стало для нас домом. Мы часто уезжали. Вокзалы, аэропорты, новые страны, все что угодно, чтобы не быть с реальным «я и ты» наедине.
По-настоящему пожить в этой новой квартире, в которой мы так долго и упорно делали ремонт и подбирали мебель, мне удалось только пару месяцев, когда мы расстались и я собирала себя по кусочкам. Я пыталась обмануть систему и устраивала посиделки большими компаниями по 20—30 человек, думала, что так это жилье сможет мне запомниться смехом моих друзей. Но боль есть боль, пластырем не заклеишь.
Меня так шарахнуло жизнью в тот год. И одним вечером ответ пришел сам собой словами моей матери: «Тебе больше не нужно жить в Питере, да и вообще в России». Потом потянулась череда размышлений: если не здесь, то где? И так начался мой длинный путь жизни на чемоданах. Сначала я хотела найти место постоянной локации. У меня даже был список из 10 стран, подходящих по климату, кажется, из них я доехала только до Калифорнии. И в какой-то момент до меня дошла очень простая вещь: я могу жить везде понемногу. А дом теперь начнется там, где я могу открыть ноутбук и чувствовать себя хорошо.
«Дамы и господа, мы приземлились в аэропорту Анталии. Погода хорошая, солнечно».
Я прилетела в Турцию на десять дней к семье. И давайте начистоту: я много, где была, и эта страна не входила в мои топ-десять, даже в топ-двадцать не входила. Год после Штатов выдался тревожным. С одной стороны, я пыталась туда вернуться и ходила на бесконечное количество собеседований в американские компании. С другой стороны, мне надо было где-то жить, а Москва меня уже так сильно не прельщала. В Турции за последний год я побывала шесть раз. Москва – Стамбул – Бухарест, и назад. И один раз Анталия…
Я уже и забыла, что в этом городе я последний раз спала в обнимку с мужчиной, разбившим мне сердце. Да, я помню, как мы разок прогулялись по старому городу Анталии, как мы тут обедали. Ух, больно. Как будто бы наступил на гвоздь, быстро и колко. А это было всего года полтора назад. Ладно, это история не про него, а про то, как я наконец-то почувствовала себя счастливой.
Ночной перелет из Северной Македонии, я сонная и дурно пахнущая жду хозяйку квартиры в придорожном кафе. Морально настраиваю себя на полторы недели с родственниками и пытаюсь не думать о возможных проблемах.
Снова принесли чай в этих кружках без ручек. «Скорей бы свалить отсюда», – проносится в голове.
Прошла неделя. Днем работа, вечером разговорчики с семьей. Как я любила говорить, иногда большой кошке надо рисовать фантики, чтобы мышки посмотрели и попались в ловушку. Иногда тебе просто надо сесть и работать, без романтики. Одним вечером я заметила соседа на балконе – помахала рукой.
Следующий вечер, та же история. А он вроде ничего.
Пятница вечер. Мне уезжать через пару дней. Может, познакомиться? Переглядываемся. Наверное, он думает, что у меня не все дома. Активно веду охоту, проходит час, другой. Стемнело. Он что-то кричит, но я не слышу. Написать на телефоне «Hi» – не помогло. Ноутбук – точно.
– Привет!
– Меня Рина зовут.
– Мессенджер?
Он кивает. Пишу номер.
– Привет, меня зовут Ozzy. Пошли завтра плавать?
– Пошли.
Ему 36. Разведен, десятилетняя дочь. Последние его отношения продлились три года, с русской девушкой, закончились тем, что она ему изменила. И он никому об этом не сказал. Больно. Мягко сказать, в его планы построение отношений не входило.
– Почему ты это сделала, познакомилась со мной?
– Я такой человек, немного безумный. В любом случае при худшем раскладе ты бы просто послал меня и попросил не беспокоить. Почему ты решил со мной познакомиться?
– Я подумал, вы просто туристы, сходим кофе попьем.
Мы сходили на свидание еще раз, просто посидели на пляже. А потом зашли к нему, пили обычный чай, а не турецкий, из обычных кружек. И тут во мне зазвонил колокольчик. От того, как выглядит жилье мужчины, у меня может сильно поменяться отношение к нему. Дело не в квадратных метрах, а в том, как он его обустраивает. Было чисто и модно, кухня в моем любимом цвете мокрого асфальта. Он сказал, что придумал дизайн сам.
Такси, самолет, такси. Москва, встреча, одна, вторая. Свидание. Не то. Больше не цепляют русские парни. Они какие-то странные, или я им просто не интересна. Пишут тебе, чтобы просто время убить.
– Приезжай.
Такси, самолет, такси. Ночь без сна. Скучал без меня три дня? Я снова в его квартире, в его постели. Обвить ногами и уснуть. Как хорошо и спокойно, как будто бы мы тысячу лет вместе. День, второй, третий, все хорошо. Я попала в сказку?
Все когда-нибудь заканчивается. Влюбленность заканчивается, да? Чем старше становишься, тем меньше веришь в бабочек в животе. Прошло три месяца, три месяца в его квартире, его объятиях, и мой песочный замок из песка разрушился с приходом первых заморозков.
