Но я категорически отказал им. Тогда они взмолились не уводить полк, а подождать минут пятнадцать, пока они приведут родителей. Это им было обещано, и они как горох рассыпались в разные стороны.
Поздоровавшись с гусарами и осмотрев небольшой обоз, я прождал обещанные пятнадцать минут, а для спокойствия совести прождал еще минут десять, и уже хотел скомандовать «По коням!», как увидел несущуюся ко мне молодежь, а позади них нескольких дам. Но ребят было уже теперь больше.
– Господин ротмистр! – обратилась ко мне одна из пожилых дам. – Мы согласны, мы сами просим, возьмите наших детей, спасите их, если это будет возможно. У некоторых из них отцы уже погибли, частью на германском фронте, а частью в Ледяном и Степном походах. У некоторых старшие братья на фронте. Все равно мы не удержим мальчиков, и они погибнут здесь от красных. А вот тут наши адреса – на всякий случай… – И дама сунула мне в руку записку.
Я приказал адъютанту построить мальчиков. Их было двенадцать. Старшему – Вадиму[245 - Клименко Вадим Александрович. В Вооруженных силах Юга России; в 1919 г. руководитель скаутов в Новочеркасске, старший скаутмастер Дона; март 1920 г. доброволец 6-го гусарского полка до эвакуации Крыма. Вахмистр. В эмиграции в Париже, в Германии. С 1937 г. доброволец войск генерала Франко; во время Второй мировой войны с Голубой дивизией в России, майор испанской армии. Умер 4 мая 1978 г. в Мадриде.] – было лет шестнадцать, а остальным по 14—15, – почти что дети. Каждый из них имел одеяло, а верхнее платье было разнообразно. Были гимназические шинели, были солдатские, а были и короткие, теплые куртки.
– Ну вот что, дети! Раз вас отпускают родители, я беру вас с собой, но помните, что с этой минуты – вы добровольцы, солдаты и должны исполнять все, что вам прикажут. Поняли?
– Так точно, поняли! – зазвенели молодые голоса.
– Ну а теперь прощайтесь с родителями. – И я отвернулся, видя, как матери душились в захвативших их слезах и дрожащими руками крестили и ребят, и меня, и наш полк.
Адъютант распоряжался назначением заводных лошадей под ребят, а вещи было приказано положить на повозку. Я приказал командиру 4-го эскадрона ротмистру Андиону назначить к ребятам солидного унтер-офицера.
– Полк, по коням – садись! – Заколыхались ряды, озябшие кони тропотили. – Равняйсь!
Умышленно затягиваю команды. Чтобы дать возможность ребячьей команде взгромоздиться на лошадей.
– Справа по три, шагом марш!
Гусары снимают фуражки и крестятся на купол Новочеркасского собора.
– Храни вас Христос и Царица Небесная! – слышится из толпы, и множество рук крестят вытягивающиеся эскадроны.
Тяжелый был это поход. То морозы, то распутица. Наконец мы доехали до станции Крымская. Многие из мальчиков от непривычки потерлись в седле и шли часть дороги пешком или садились на подводы. Из них была составлена отдельная команда и назначали их ординарцами и телефонистами.
Хорошо и четко несли службу мои мальчики. Один из них в Крыму был убит, двое ранены и отправлены в лазареты, а девять пришли в Галлиполи. Все они окрепли, возмужали. А когда была открыта в Галлиполи гимназия, их отправили туда доучиваться.
В августе 1921 года мы ушли в Югославию, в пограничную стражу, и я потерял связь с мальчиками, лишь изредка переписываясь с их старшим скаутом – Вадимом Клименко. А потом заглохла и эта переписка.
И вдруг в 1936 году я получаю письмо от одного знакомого полковника, жившего в Германии, в котором он мне сообщает, что меня разыскивает из Испании скаут Клименко. Мы списались, и я узнал, что маленькая группа продолжает держаться вместе. Когда же началась гражданская война в Испании, они сумели пробраться туда, чтобы продолжать борьбу с исконным красным врагом, борьбу, которой отдали всю свою молодую жизнь.
Жизнью своей они оправдали завет: «Будь готов!» – и протянули руку помощи борющимся против сил зла и лжи.
А. Аристов[246 - Аристов Александр Андреевич. Сын офицера. Окончил Елисаветградское кавалерийское училище (1909). Подполковник, врид командира 9-го гусарского полка. Во ВСЮР и Русской Армии в дивизионе своего полка. В эмиграции в Германии, с 1968 г. в Берлине.]
КИЕВСКИЕ ГУСАРЫ[247 - Впервые опубликовано: Вестник первопоходника. № 90. Май—июнь 1969.]
Еще в сентябре 1918 года группа офицеров-киевцев[248 - 9-й гусарский Киевский полк. Возрожден в Добровольческой армии. Кадр полка входил в созданный в декабре Сводный дивизион 9-й кавалерийской дивизии, который 27 мая 1919 г. развернут в Сводный полк 9-й кавалерийской дивизии, где в июле 1919 г. киевские гусары были представлены 2 эскадронами. Осенью 1919 г. дивизион киевцев развернут в собственный полк в составе 9-й кавалерийской дивизии. С 16 апреля 1920 г. дивизион полка входил в 6-й (5-й) кавалерийский полк. Из полка осенью 1918 г. в Добровольческую армию прибыло 13 офицеров, в Галлиполи прибыло 25 офицеров. В эмиграции нач. полковой группы (Кавалерийской дивизии) во Франции – полковник А.Ф. Пущин.], под председательством полковника А.Ф. Пущина[249 - Пущин Александр Федорович, р. около 1881 г. Окончил Николаевское кавалерийское училище (1902). Полковник 9-го гусарского полка. В Добровольческой армии и ВСЮР с 14 ноября 1918 г., с 13 марта до 14 апреля 1919 г. командир Сводного дивизиона 9-й кавалерийской дивизии. Эвакуирован из Новороссийска. В эмиграции в 1931 г. возглавлял группу 9-го гусарского полка во Франции (Нейи).], обсудив современное положение, постановила: захватить сданный на хранение в Васильковский собор штандарт Киевского гусарского полка и под ним начать формирование Киевского полка в Добровольческой армии, для чего ехать на Дон.
Во исполнение этого постановления, в ближайший день, штабс-ротмистром Авдеевым и старшим медицинским врачом доктором Макиевским-Зубок[250 - Мокиевский-Зубок Лев Степанович, р. в 1881 г. Коллежский советник, старший врач 9-го гусарского полка. В Добровольческой армии и ВСЮР с осени 1918 г. В эмиграции. Служил в Русском Корпусе. После 1945 г. в Австралии и Канаде. Умер 30 августа 1962 г. в Перте (Австралия).], после службы в городском соборе, когда настоятель храма показывал присутствовавшим офицерам достопримечательности храма, штандарт был спешно отнят от древка и вынесен, а через несколько дней тем же штабс-ротмистром Авдеевым благополучно доставлен на Дон.
Одновременно разными путями туда стали стекаться киевцы, старший из которых был полковник А.Ф. Пущин. Одновременно прибыло 13 офицеров-киевцев, и Главнокомандующий Добровольческой армией генерал Деникин разрешил формировать дивизион 9-й кавалерийской дивизии. Прибывший штандарт Киевского гусарского полка приказано было сдать на хранение в штаб Главнокомандующего, что и было исполнено.
Для формирования дивизиона был указан город Ставрополь. На формирование дивизиона поступали молодые люди, частью призванные по мобилизации из станиц и сел, занятых Добровольческой армией, а частью добровольцами, бежавшими из Советской России: юнкерами военных училищ, вольноопределяющимися и учащимися высших и средних учебных заведений. Уже через несколько недель, стараниями офицеров, дивизион 9-й кавалерийской дивизии представлял собой вполне сплоченную и дисциплинированную часть.
В дивизион вошли три эскадрона: Киевский гусарский, Казанский драгунский[251 - 9-й драгунский Казанский полк. Возрожден в Добровольческой армии. Кадр полка входил в созданный в декабре 1918 г. Сводный дивизион 9-й кавалерийской дивизии, который 27 мая 1919 г. развернут в Сводный полк 9-й кавалерийской дивизии, где в июле 1919 г. казанские драгуны были представлены 2 эскадронами. Осенью 1919 г. дивизион казанцев развернут в собственный полк в составе 9-й кавалерийской дивизии. С 16 апреля 1920 г. дивизион полка входил в 6-й (5-й) кавалерийский полк. В декабре эскадрон полка прибывает из Югославии в Крезо (Франция) – на завод Шнейдера. В эмиграции начальник полковой группы (Кавалерийской дивизии) во Франции – полковник Сухотин.], Бугский уланский[252 - 9-й уланский Бугский полк. Возрожден в Добровольческой армии. Кадр полка входил в созданный в декабре 1918 г. Сводный дивизион 9-й кавалерийской дивизии, который 27 мая 1919 г. развернут в Сводный полк 9-й кавалерийской дивизии, где в июле 1919 г. бугские уланы были представлены 2 эскадронами. Осенью 1919 г. дивизион бугцев развернут в собственный полк в составе 9-й кавалерийской дивизии. С 16 апреля 1920 г. дивизион полка входил в 6-й (5-й) кавалерийский полк. В эмиграции нач. полковой группы (Кавалерийской дивизии) во Франции – полковник Залесов.]. Командиром дивизиона стал полковник Пущин.
В начале 1919 года дивизион был переброшен в район города Мариуполя, где принимал участие во всех боях с повстанцами, махновцами и подошедшими к этому времени большевистскими войсками. Под давлением противника дивизион вынужден был отступить в город Мариуполь, а оттуда пароходом был перевезен в город Таганрог.
Надо заметить, что, бывший до того пешим, дивизион отныне располагал уже лошадьми, частью поступившими от ремонтных комиссий, а частью отбитых в боях у противника. Из Таганрога дивизион вновь был переброшен на борьбу с бандами Махно и большевиками. Киевский эскадрон, под станцией Кальчик, захватил большевистский бронепоезд «Красин» в полном порядке, а в атаке у колонии Клефельд взял два орудия красных, 6 повозок со снарядами и 200 пленных.
В июне 1919 года Киевский эскадрон, переброшенный под Харьков, развернулся в дивизион из трех эскадронов, двух конных и одного пешего, и вошел в сводный полк 9-й кавалерийской дивизии[253 - Сводный полк 9-й кавалерийской дивизии. Сформирован во ВСЮР 27 мая 1919 г. из кадра полков 9-й кавалерийской дивизии Императорской армии, до этого входивших в Сводный дивизион той же дивизии (сформированный в декабре 1918 г. и 17 января 1919 г. включенный в состав 3-й пехотной дивизии). Весной – в Отряде генерала Виноградова. На 11 апреля насчитывал 100 штыков, 75 сабель и 1 орудие, на 26 мая – 14 июня 260 человек. Входил в состав 2-й бригады 1-й кавалерийской дивизии (I). В июле 1919 г. включал по 2 эскадрона 9-го драгунского Казанского, 9-го уланского Бугского и 9-го гусарского Киевского полков. На 5 октября 1919 г. насчитывал 622 штыка и 230 сабель при 30 пулеметах. В начале октября 1919 г. отправлен на внутренний фронт и его состав увеличился до 9 эскадронов. Командиры: полковник А.Ф. Пущин (13 марта —14 апреля 1919 г.), полковник Халяпин (врид; 14—26 апреля 1919 г.), полковник Н.А. Матушевич (26 апреля – 8 июня 1919 г.), полковник В.Н. Выгран.], который, в свою очередь, вошел в конный корпус генерал-лейтенанта Юзефовича.
В составе указанного корпуса киевцы участвовали во всех боях, которые велись корпусом при общем наступлении Добровольческой армии летом 1919 года, в частности под городом Гадячем, станцией Беловоды, станцией Рубановка, селами Галенка, Самбор и Сосновка. 18 августа киевцы участвовали во взятии с боем города Нежина, а в 20-х числах вели бои по ликвидации конного корпуса красных «товарища Крапивнянского».
В сентябре состоялась переброска Сводного полка из-под города Севска (Орловской губернии) на образовавшиеся вновь банды Махно в районе города Александровска. Из многочисленных столкновений, которые имели с противником киевцы, особенно надлежит отметить бой 28 октября в районе Кичкаса, что на реке Днепре. Здесь было захвачено много пленных, и в руки гусар попало около 40 исправных пулеметов, много винтовок и снаряжения.
В декабре 1919 года Сводный полк, ввиду общего отступления Добровольческой армии по всему фронту, отошел в Крым, ведя постоянно арьергардные бои с наседавшим противником.
В Крыму, по приказанию генерала Слащева, Сводный полк 9-й кавалерийской дивизии был развернут в 9-ю кавалерийскую дивизию[254 - 9-я кавалерийская дивизия. В Императорской армии состояла из 9-го драгунского Казанского, 9-го уланского Бугского, 9-го гусарского Киевского и 1-го Уральского казачьего полков. Возрождена во ВСЮР. Первоначально офицеры кавалерийских полков дивизии образовали в составе Добровольческой армии Сводный дивизион 9-й кавалерийской дивизии, который 27 мая 1919 г. развернут в Сводный полк 9-й кавалерийской дивизии (по дивизиону от каждого полка), а осенью полк развернулся в дивизию, включавшую и запасный полк. По прибытии в Крым полки были сведены в дивизионы, пошедшие на формирование Отдельной кавалерийской бригады (II), где составили 6-й кавалерийский полк, а управление дивизии составило основу управления этой бригады.], и таким образом снова стал существовать 9-й Киевский гусарский 4-эскадронного состава полк.
Всю зиму с 1919-го на 1920 год 9-я дивизия вела тяжелые бои с советскими войсками около города Перекопа, удерживая за собой Перекопский вал. В это время единственными защитниками Перекопского вала были 9-я кавалерийская дивизия и Донская дивизия генерала Назарова. Эта конная группа носила название – конницы генерала Морозова.
Когда, после общего отступления всех частей Добровольческой армии, произошло ее сосредоточение на Крымском полуострове, по приказанию нового Главнокомандующего генерала Врангеля, 9-я кавалерийская дивизия, ввиду больших потерь, понесенных ею, была упразднена и все чины ее были сведены в один полк. Новый полк получил название 5-го кавалерийского[255 - Неточность, это был 6-й кавалерийский полк. Сформирован 16 апреля 1920 г. в Русской Армии в Крыму. Входил в состав Отдельной кавалерийской бригады (II), с 28 апреля 1920 г. – 2-й кавалерийской дивизии (II), а с 8 августа 1920 г. – 1-й кавалерийской дивизии (III). Включал дивизионы 9-го Казанского драгунского, 9-го Бугского уланского и 9-го Киевского гусарского полков.], численный состав около 1500 сабель. Киевские гусары в нем составляли особый дивизион.
В составе 5-го полка киевцы принимали участие в общем наступлении армии в начале лета 1920 года и в боях на протяжении от Перекопа до Александровска. В этот период времени заслуживает быть отмеченным боевое столкновение нашей кавалерии, в котором живое участие принял и дивизион киевских гусар, с советским конным корпусом Жлобы. Корпус Жлобы по своей численности (свыше 5000 сабель) являлся очень серьезным противником. Дружными усилиями разных частей Добровольческой армии корпус Жлобы был разбит наголову, и лишь незначительные остатки корпуса и сам Жлоба прорвались на север, к своим.
В упорных боях 17 июля 1920 года 5-го кавалерийского полка с большевиками у села Камышеваха киевцы понесли большие потери. В жестокой конной атаке был зарублен любимец киевцев, временно командовавший полком полковник А.А. Трушевский[256 - Трушевский Александр А. Окончил Елисаветградское кавалерийское училище (1908). Подполковник 9-го гусарского полка. В Вооруженных силах Юга России в дивизионе своего полка, в Русской Армии врид командира 6-го кавалерийского полка. Полковник. Убит 17 июля 1920 г. у с. Камышеваха.], тяжело ранен командир Киевского гусарского дивизиона В.В. Берестовский[257 - Берестовский В.В. Прапорщик запаса. Офицер 9-го гусарского полка. Георгиевский кавалер. Во ВСЮР и Русской Армии; в июле 1920 г. командир дивизиона своего полка. Полковник. Тяжело ранен. Галлиполиец. В эмиграции с 1924 г. в Албании. Умер в 1944 г. там же.] и попал в плен краса и гордость дивизиона корнет М.А. Драгомиров.
Я знал корнета Драгомирова с его юношеских лет, когда он был еще кадетом, душевно скорблю об его утрате и в память его, этого юного героя и патриота, решил посвятить свой труд.
Бой у села Камышеваха породил тяжелое чувство в большинстве из его участников. Каждому из них уже было ясно, что из борьбы в настоящем ее виде выйти победителем невозможно, всякая надежда на успех была потеряна. Армия с каждым днем заметно таяла, крупные соединения сводились во все меньшие и меньшие боевые единицы, а пополнения не поступали. Советское же командование, закончив войну с Польшей, перебросило для ликвидации Крымского фронта свои свободные корпуса, которые и навалились на изнемогавшую под тяжестью неравной борьбы армию генерала Врангеля.
28 октября 1920 года от Главнокомандующего всеми Вооруженными силами Юга России последовал приказ прекратить боевые действия на всем фронте борьбы и всем частям в полном порядке отходить в порты Черного моря для посадки, по детально разработанному плану эвакуации воинских частей и населения, на пароходы, военные корабли, транспорты и прочие плавучие средства.
Армия грузилась в портах Севастополя, Ялты, Феодосии, Евпатории и Керчи. Коннице для посадки была назначена Ялта, киевцы погрузились в 11 часов 2 ноября и вышли в море. Погрузкой лично руководил генерал Врангель, который под громовое «Ура» с мола и кораблей был на руках внесен на пароход.
Стоя на борту и отдав приказание отходить, генерал громко крикнул: «Покидая последний кусок нашей земли, крикнем нашей бедной, исстрадавшейся Родине громкое русское «Ура»!» Со всех кораблей и с мола под звуки русского гимна разносилось долго не смолкавшее «Ура»… Многие рыдали… Корабли медленно отплывали в неизвестность…
Совсем иное происходило с погрузкой больных и выздоравливающих офицеров и солдат-киевцев, а также их семей. Все они находились на своей постоянной базе в колонии Кианлы и, не будучи своевременно уведомленные об эвакуации, а узнав о ней случайно, бросились к Феодосии, так как в Ялту поспеть вовремя было уже невозможно. После долгих пререканий кое-как удалось втиснуться на переполненный пароход «Аскольд», стоящий в Феодосийском порту.
Посадка в Феодосии, по словам участников ее, не блистала тем порядком, которым сопровождалась она в других портах Черного моря. Ветеринарный врач 5-го кавалерийского полка был толпой свален с ног перед самым пароходом и задавлен. Таких случаев, к сожалению, было несколько. Люди цеплялись за канаты, лезли по ним, срывались, падали в воду и тонули. Посадка сопровождалась криками, истерикой, бранью, стрельбой и, наконец, взрывами снарядов на расположенных невдалеке складах.
В ночь со 2-го на 3 ноября 1920 года части 5-го кавалерийского полка, находившиеся на полковой базе в колонии Кианлы, отплыли в Константинополь. Нет слов описать все те ужасы, которыми сопровождалось плавание по Черному морю набившихся до рискованного для плавания предела беженцев в течение пяти суток.
С Божьей помощью стараниями капитана 7 ноября вечером «Аскольд» подошел к Константинополю и, пройдя Босфор и Золотой Рог, остановился в Мраморном море. Здесь уже в полном порядке стояли в линии колонн все вышедшие из различных портов Черного моря военные корабли, транспорты и пароходы, и их объезжал, стоя на борту своей яхты «Лукул», генерал Врангель, всюду при проезде встреченный восторженными криками «Ура!».
В ближайшие дни все воинские части, кроме казаков, были размещены в Галлиполи, казачьи же части на острове Лемнос. Киевцы, таким образом, очутились в Галлиполи, войдя в состав корпуса генерала Кутепова. Конница в это время была сведена в дивизию[258 - Кавалерийская дивизия. Сформирована после эвакуации Русской Армии в Галлиполи. В нее сведены все кавалерийские полки. С августа 1921 г. находилась в Югославии, принятая в полном составе – 3382 человека на пограничную стражу и частично в жандармерию (64 старших офицера на офицерские, 778 офицеров на унтер-офицерские должности). После преобразования армии в РОВС сохранилась как одно из 4 его кадрированных соединений. Состояла из 1-го (полковник М.И. Тихонравов), 2-го (полковник В.К. Фукс), 3-го (полковник И.А. Глебов) и 4-го (полковник С.П. Попов) кавалерийских полков и конноартиллерийского дивизиона (генерал-майор В. Щеголев). До 30-х годов все ее части находились в Югославии, во Франции дивизия была представлена полковыми группами (1-го, 5-го, 7-го, 8-го, 9-го, 10-го, 12-го и 16-го гусарских, 8-го, 9-го, 10-го, 12-го, 13-го, 15-го и 18-го драгунских, 7-го, 8-го, 9-го, 10-го, 12-го и 13-го уланских и Крымского конного полков). Начальник (и начальник группы в Югославии) – генерал-лейтенант И.Г. Барбович. Начштаба – генерал-майор В.В. Крейтер, врид – полковник Добровольский. Командиры бригад: 1-й – генерал-майор В.Н. Выгран, 2-й – генерал-майор Б.В. Гернгросс. Дивизионный врач – д-р А.С. Мандрусов. Начальник объединения во Франции – генерал-майор И.И. Чекотовский (группы конной артиллерии – полковник Андреев). Начальник группы чинов на Адриатическом побережье – полковник Б.Г. Булич.] из 4 полков под командованием генерала Барбовича.
Киевцы вошли в 3-й эскадрон 2-го кавалерийского полка. Командиром эскадрона был назначен доблестный полковник В.В. Берестовский, кавалер ордена Святого Георгия, Георгиевского оружия и многих боевых офицерских орденов. Офицеров-киевцев в эскадроне было 25 человек.
После долгих хлопот генерала Врангеля вся конница была отправлена из Галлиполи в Сербию на службу в сербскую пограничную охрану. Эскадрон, в котором числились киевцы, был направлен на Албанскую границу. Офицеров-киевцев теперь числилось только 16 человек, остальные разъехались по разным странам, где и осели, найдя себе работу или занятие.
13 сентября 1921 года эскадроны разошлись по постам для несения службы по охране границы. Служба была пешая и в гористой местности нелегкая.
В 1923 году пограничная стража была упразднена, а вместо нее был учрежден финансовый контроль. Кавалеристы, в том числе и киевцы, разбрелись по разным местам Сербии, и главным образом в Белград и город Скопле. Ввиду того что многим пришлось делать непривычно для них тяжелую работу, главное командование решило снять таких с работы и вновь определить их на службу в финансовый контроль на болгарскую границу.
Снова собралась довольно значительная группа киевцев в городе Скопле – месте формирования отряда или, точнее, «граничной труппы». Всего киевцев, считая офицеров и солдат, собралось около 100 человек. Служба была не тяжелая и уже не новая. Материально все офицеры и солдаты были обставлены хорошо.
Служба в финансовом контроле и на этот раз продолжалась недолго. Русские части стали сниматься с границы одна за другой, и последним, оставившим в конце 1923 года службу в финансовом контроле, был эскадрон Киевского гусарского полка, направленный на работу по сооружению шоссе. Условия работы были сравнительно хорошие.
7 апреля 1924 года работавших проведал генерал Врангель, восторженно встреченный Киевским эскадроном.
15 августа 1924 года киевцы, из-за сокращения работ, были переброшены на другое место работ, на железный рудник, причем работа здесь была очень тяжелая, однако случай помог им избавиться от нее. Дело в том, что проживающий в городе Белграде бывший правитель Албании Ахмет-бей Зогу, поддерживаемый верными ему албанцами, решился на переворот в Албании, где в управлении страной были просоветски настроенные политические деятели.
Обратившись, конечно неофициально, за поддержкой своей операции к русским частям, Ахмет-бей Зогу нашел живой отклик в эскадроне киевцев, согласившихся помочь ему овладеть Албанией с целью изгнания оттуда большевиков.
В 24 часа эскадрон киевцев снялся с работ на руднике и отправился в город Дебар на албанской границе, где происходило формирование отряда для похода в Албанию. Русский отряд, в котором главную часть составляли киевцы, имел горную батарею и пулеметную команду.
Оба отряда, русский и албанский, из сторонников Ахмет-бей Зогу, численностью до 2000 человек, перешли границу и в тяжелом бою наголову разбили противника и при ликовании населения вошли в город Тирану. Большевики из Албании были изгнаны.
С тех пор эскадрон киевских гусар, перенесший тяжелые бои с советскими войсками на Юге России, пройдя через страду эвакуации и Галлиполи, отбыв службу охраны границ Сербии, вкусив горькой доли на тяжелых земляных и рудниковых работах в Сербии и затем ставший снова на борьбу, но уже в Албании, был зачислен на албанскую службу. Отряд имел блестящий вид, сплочен, хранил традиции и находился в твердых руках своего любимого командира, полковника Берестовского. По заверению правителя Албании, короля Ахмет Зогу, данному им в феврале 1926 года, вскоре после завоевания им страны, русский отряд может пребывать на албанской службе сколько пожелает.
Такова краткая история жизни и деятельности киевских гусар.
Сгруппировавшиеся в большом количестве в Париже офицеры-киевцы образовали «Объединение киевских гусар», находившееся в прямом подчинении начальнику всей русской кавалерии, а через него председателю Русского Общевоинского Союза за границей.
Трудность собирания деталей эпизодов войны в условиях нашего рассеяния, частая противоречивость в поступающих ко мне материалах вынуждали меня, для достижения исторической правды, изображать события так, как они мне представлялись истинными, на основании веденного мною дневника войны, приказов и официальных описаний и только в редких случаях – личных воспоминаний.
Эта трудность усугублялась и из-за полной гибели в 1918 году очень ценного полкового архива и полкового музея в 5-м запасном кавалерийском полку, который был расположен в городе Балаклаве Харьковской губернии. Туда с объявлением мобилизации в 1914 году были отправлены на хранение архив и музей полка. Весной 1918 года, при занятии этого города большевиками, ими были сожжены все хранилища 5-го запасного кавалерийского полка.
Погибли труды старейшего гусара-киевца полковника И.Ф. Фомицкого[259 - Фомицкий Иван Ф., р. в 1869 г. Окончил реальное училище в Гродно, Елисаветградское кавалерийское училище (1890). Полковник 9-го гусарского полка. Георгиевский кавалер. Хранитель полкового музея. Весной 1918 г. в Балаклаве, затем в гетманской армии, 2 ноября 1918 г. назначен командиром 21-го Нижинского конного полка. В Добровольческой армии и ВСЮР с конца 1918 г. Участник Бредовского похода. В эмиграции в Польше. Умер 27 апреля 1947 г. в Радоме (Польша).], 27 лет прослужившего в полку, создателя, собирателя и хранителя полкового музея Киевского гусарского полка.
С. Ряснянский[260 - Ряснянский Сергей Николаевич, р. в 1886 г. Из дворян. Окончил Полтавский кадетский корпус (1904), Елисаветградское кавалерийское училище (1906), академию Генштаба (1914). Офицер 10-го гусарского полка. Капитан, в распоряжении начальника штаба Румынского фронта. Георгиевский кавалер. Участник выступления генерала Корнилова в августе 1917 г., быховец. В Добровольческой армии с ноября 1917 г. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода в разведывательном отделе штаба армии. 23 марта 1918 г. командирован к генералу П.Х. Попову. В апреле 1918 г. подполковник, начальник разведывательного (контрразведывательного) отдела штаба армии; с конца 1918 г. полковник, начальник штаба конной группы Донской армии, с 25 марта 1920 г. в резерве офицеров Генштаба при штабе Донского корпуса, 24 апреля – 10 октября 1920 г. командир Гвардейского кавалерийского полка, в сентябре 1920 г. командир 2-й бригады 2-й кавалерийской дивизии, 12—14 октября 1920 г. врио командира Гвардейского кавалерийского полка. Галлиполиец, командир 4-го кавалерийского полка. В эмиграции в Югославии, служил в пограничной страже, в 1922—1923 гг. преподаватель Николаевского кавалерийского училища. Во время Второй мировой войны служил начальником штаба в 1-й Русской Национальной армии. После 1945 г. – в США, с 1954 г. начальник Северо-Американского отдела РОВС и заместитель начальника РОВС, редактор «Вестника совета российского зарубежного воинства». Умер 26 октября 1976 г. в Нью-Йорке.]
10-Й ГУСАРСКИЙ ИНГЕРМАНЛАНДСКИЙ ПОЛК[261 - Впервые опубликовано: 10-й гусарский Ингерманландский полк. 1704—1954. Нью-Йорк, 1954.]
К концу 1917 года совершенно ясно определился полный развал Русской армии. Кавалерия держалась дольше благодаря наличию большого количества старых офицеров и кадровых вахмистров, унтер-офицеров и солдат. В конце января 1918 года дивизионный и полковые комитеты 10-й кавалерийской дивизии постановили: «Полкам самоопределиться по национальностям и разойтись». Незадолго до этого полковой комитет выразил командиру полка полковнику Барбовичу «недоверие». Временно полк[262 - 10-й гусарский Ингерманландский полк. Возрожден в Добровольческой армии. 12 офицеров этого полка в феврале 1918 г. пытались пробиться на Дон, но были схвачены, остальные, оставшиеся на квартирах полка в Чугуеве, не пожелав служить у гетмана, летом группами прибыли в Добровольческую армию. Первая из них, со спасенным поручиком Яновским полковым штандартом, прибыла в Новочеркасск 29 августа 1918 г. Ядром к восстановлению полка послужил ординарческий взвод, сформированный из офицеров кавалерии при 1-й конной дивизии; в октябре в развернутом на его основе разведывательном дивизионе было 16 кадровых офицеров полка. С 25 октября 1918 г. он (как сохранивший полковой штандарт) именовался Ингерманландским гусарским дивизионом. 27 мая 1919 г. развернут в полк (5 эскадронов) и включен в состав 1-й бригады 1-й кавалерийской дивизии (I). В июле 1919 г. включал 2 эскадрона. На 5 октября 1919 г. насчитывал 270 штыков и 240 сабель. C 19 ноября 1919 г. входил в состав 1-й кавалерийской дивизии (II) (с февраля 1920 г. – дивизион в 1-м Сводно-кавалерийском полку). С 16 апреля 1920 г. дивизион полка (3 эскадрона) входил в 5-й, а с 8 августа 1920 г. – в 1-й кавалерийский полк. В Добровольческой армии воевали почти все офицеры полка, состоявшие в нем к моменту революции, – 41 офицер. Полк потерял в Белом движении 21 офицера (в мировую войну – 14). Командир – ротмистр (полковник) М.И. Тихонравов (сентябрь 1918 г. – ноябрь 1920 г.). В 1927 г. создано полковое объединение, насчитывавшее на 1954 г. около 20 человек. Председатели генерал-лейтенант И.Г. Барбович и полковник М.И. Тихонравов, секретарь – ротмистр Комаровский, председатели отдела во Франции – ротмистр Холщевников. Начальник полковой группы (Кавалерийской дивизии) во Франции – ротмистр С.А. Слезкин.] принял подполковник Пальшау[263 - Пальшау Борис Григорьевич. Подполковник 10-го гусарского полка. Георгиевский кавалер. С 1918 г. в гетманской армии, полковник 12-го Полтавского конного полка, 21 октября 1918 г. установлено старшинство в чине с 3 июля 1914 г. В Добровольческой армии и ВСЮР (осенью 1918 г. с боями пробился из Чугуева) в Ингерманландском гусарском дивизионе, октябрь—ноябрь 1919 г. начальник Полтавского отряда. Эвакуирован на о. Лемнос. 16 октября 1920 г. выехал в Русскую Армию в Крым на корабле «Херсон». В Русской Армии с весны 1920 г. командир пешего полка 1-й кавалерийской дивизии. Полковник. Убит 28 октября 1920 г. у Сиваша.], но вскоре сдал назначенному командиром полка полковнику Синегубу[264 - Синегуб Валентин Константинович, р. в 1877 г. Окончил Николаевское кавалерийское училище. Полковник 10-го уланского полка, командир 10-го гусарского полка. Георгиевский кавалер. В Северо-Западной армии (зачислен с 1 июня 1919 г.), в августе 1919 г. командир 1-го эскадрона стрелкового дивизиона 2-го полка Ливенской дивизии, в декабре 1919 г. командир 1-го эскадрона Стрелкового дивизиона 5-й пехотной дивизии. В Русской Армии до эвакуации Крыма. Эвакуирован на корабле «Лазарев». В 1921 г. командир дивизиона Николаевского кавалерийского училища. В эмиграции в Югославии, жил в Земуне, служил в югославской армии.] (одесскому улану), при котором полк окончательно «разошелся». К этому времени в полку, сведенном в 4 эскадрона, оставались: подполковник Пальшау, подполковник Селиванов[265 - Селиванов Владимир Иванович. Подполковник 10-го гусарского полка. В 1918 г. в гетманской армии, полковник 12-го конного Полтавского полка, 7 октября 1918 г. установлено старшинство в чине с 10 марта 1917 г. В Добровольческой армии и ВСЮР (осенью 1918 г. с боями пробился из Чугуева) в Ингерманландском гусарском дивизионе.], полковой адъютант поручик Эсипов[266 - Эсипов Борис П. Окончил Елисаветградское кавалерийское училище (1914). Поручик, адъютант 10-го гусарского полка. В Добровольческой армии и ВСЮР (осенью 1918 г. пробился с боями из Чугуева) в Гусарском Ингерманландском дивизионе (14 марта 1919 г. установлено старшинство в чине).], его помощник поручик Слезкин 2-й[267 - Слезкин Сергей Алексеевич (2-й), р. в 1887 г. в Новом Маргелане (Туркестан). Из дворян Черниговской губ., сын генерал-лейтенанта. Окончил 1-ю Харьковскую гимназию (1907), Харьковский университет (1912). Прапорщик запаса, сдал экзамен при Николаевском кавалерийском училище (1915). Поручик, помощник адъютанта 10-го гусарского полка. Тяжело ранен и взят в плен 6 февраля 1918 г. по пути в Добровольческую армию, содержался в тюрьме в Умани. В Добровольческой армии с осени 1918 г., адъютант дивизиона своего полка. Во ВСЮР и Русской Армии до эвакуации Крыма. Штабс-ротмистр. Галлиполиец. В эмиграции в Константинополе и Париже. Окончил Высшие военно-научные курсы в Париже (1-й выпуск). Ротмистр. Умер после 1931.], командиры эскадронов: 1-го – штабс-ротмистр Влесков[268 - Влесков Владимир Николаевич. Штабс-ротмистр, командир эскадрона 10-го гусарского полка. Тяжело ранен и взят в плен 6 февраля 1918 г. по пути в Добровольческую армию; содержался в тюрьме в Умани, позже освобожден. В Русской Западной армии в 1-м конном и гусарском гр. Келлера полку. С декабря 1919 г. и на апрель 1920 г. в Германии, в 1935 г. член отдела РОВС в Германии. В эмиграции в США. Член Общества Ветеранов. Ротмистр. Умер 13 сентября 1971 г. в Сан-Франциско (США).], 2-го – штабс-ротмистр Васецкий[269 - Васецкий Петр Петрович. Окончил Елисаветградское кавалерийское училище (1911). Штабс-ротмистр, командир эскадрона 10-го гусарского полка. С 1918 г. в гетманской армии в 12-м конном Полтавском полку, 30 сентября 1918 г. утвержден в чине ротмистра с переименованием в сотники со старшинством с 21 июля 1917 г. В Добровольческой армии и ВСЮР с августа 1918 г. в дивизионе своего полка, командир эскадрона, с июля 1919 г. командир дивизиона своего полка. В Русской Армии до эвакуации Крыма. Полковник. Эвакуирован на корабле «Решид-паша». В эмиграции в Бельгии. Умер 2 августа 1981 г. в Брюсселе.], 3-го – ротмистр Луговой[270 - Луговой Борис Н. Окончил Елисаветградское кавалерийское училище (1907). Ротмистр, командир эскадрона 10-го гусарского полка. С 1918 г. в гетманской армии; сотник, 23 ноября 1918 г. назначен помощником коменданта железнодорожного участка ст. Полтава с 20 сентября 1918 г. Убит большевиками в 1919 г. под Полтавой.] и 4-го – штабс-ротмистр Слезкин 1-й[271 - Воспоминания Ю.А. Слезкина публикуются ниже.], младшие офицеры: поручик Яновский[272 - Яновский Юрий (Георгий) В. Штабс-ротмистр (поручик) 10-го гусарского полка. В Добровольческой армии с августа 1918 г. в дивизионе своего полка, с июля 1919 г. командир эскадрона, штабс-ротмистр, в декабре 1919 г. в бригаде генерала Морозова, сформировал дивизион 10-го гусарского полка в Крыму. В марте 1920 г. ротмистр, командир дивизиона 10-го гусарского полка. В Русской Армии подполковник в 5-м кавалерийском полку. Награжден орд. Св. Николая Чудотворца. Полковник.], поручик Миклуха-Маклай, корнеты: Кравцов[273 - Кравцов Александр Александрович. Окончил Елисаветградское кавалерийское училище (1916). Корнет 10-го гусарского полка. Взят в плен 6 февраля 1918 г. по пути в Добровольческую армию, содержался в тюрьме в Умани, позже освобожден. С весны 1918 г. в Харьковском центре Добровольческой армии, с декабря 1918 г. в Гусарском Ингерманландском дивизионе, с 14 марта 1919 г. поручик. Ротмистр. В эмиграции во Франции. Умер 11 июня 1960 г. в Париже.], Лопырев[274 - Лопырев Павел Павлович. Корнет 10-го гусарского полка. 6 февраля 1918 г. по пути в Добровольческую армию взят в плен; содержался в тюрьме в Умани. Позже освобожден. В Добровольческой армии и ВСЮР; с августа 1918 г. в Гусарском Ингерманландском дивизионе, с 14 марта 1919 г. поручик. Эвакуирован в декабре 1919 г. – марте 1920 г. На май 1920 г. в Югославии. В Русской Армии до эвакуации Крыма. Эвакуирован на корабле «Решид-паша».], Линицкий 1-й и Линицкий 2-й, Дунин-Жуховский 2-й[275 - Дунин-Жуковский Владимир (2-й). Корнет 10-го гусарского полка. Взят в плен в феврале 1918 г. по пути в Добровольческую армию. Содержался в тюрьме в Умани, позже освобожден. В 1918 г. в гетманской армии; поручик 12-го конного полка, 20 ноября 1918 г. произведен в чин штабс-ротмистра с 26 июля 1916 г. с переименованием в сотники со старшинством с 26 июля 1920 г.], Спришевский[276 - Спришевский Александр. Корнет 10-го гусарского полка. Взят в плен 6 февраля 1918 г. по пути в Добровольческую армию, содержался в тюрьме в Умани. В Добровольческой армии и ВСЮР с декабря 1918 г. в Гусарском Ингерманландском дивизионе, с 14 марта 1919 г. поручик.], Борщов, Науменко и Субанов 2-й.
К началу февраля из полка выделились поляки и украинцы, а остальные гусары, взяв своих казенных лошадей, стали группами и в одиночку расходиться по домам. Тогда часть офицеров во главе с полковником Синегубом, взяв с собой штандарт, отправилась по железной дороге в Чугуев, где еще оставались семьи большинства офицеров и еще были в целости полковая церковь, офицерское собрание и другое полковое имущество, а другая, в составе штабс-ротмистра Влескова, штабс-ротмистра Слезкина 1-го, поручика Слезкина 2-го и корнетов Лопырева, Кравцова, обоих Линицких, Дунина-Жуховского 2-го, Спришевского, Борщева и Науменко с 3 вестовыми, двинулась верхами на город Елизаветград с целью пробраться на Дон в Добровольческую армию. Но на 4-м переходе, в деревне Роги Киевской губернии, на рассвете на них напали дезертиры солдаты и матросы с группой крестьян. Во время схватки корнет Науменко был убит, штабс-ротмистр Влесков, поручик Слезкин 2-й и корнет Линицкий 1-й были тяжело ранены, – первые жертвы полка в Гражданскую войну, – все были схвачены и 3 дня находились в руках этой банды, а затем были перевезены в Умань, где значительно позже были освобождены, и в полк, на Дон, из этой группы прибыли только штабс-ротмистр Слезкин 1-й и корнет Лопырев.
Летом 1918 года офицеры полка, собравшиеся в Чугуеве (тогда Гетманская Украина), не пожелали служить на украинской службе и решили пробираться на Дон, где в это время находилась Добровольческая армия, вернувшаяся из 1-го Кубанского (Ледяного) похода[277 - 1-й Кубанский («Ледяной») поход. Первый поход Добровольческой армии с Дона на Кубань. Продолжался с 9 февраля по 30 апреля 1918 г. Оставив Ростов, армия пошла на Екатеринодар, имея целью соединиться с кубанскими белыми частями. Однако после начала похода выяснилось, что он уже оставлен Кубанским отрядом. Соединившись с последним в середине марта, армия 30—31 марта предприняла неудачную попытку взять город (при соотношении сил 1 к 10 в пользу красных). После смерти генерала Л.Г. Корнилова выступила в обратный путь на Дон, где уже началось восстание казачества. За 80 дней похода (из которых 44 дня боев) армия прошла 1050 верст. Участникам похода пришлось претерпеть тяжелые лишения, справедливо создавшие «первопоходникам» тот ореол мученичества, которым они были окружены впоследствии. Именно эти люди стали ядром и душой Белого движения на Юге России, из их числа выдвинулись почти все видные командиры белых частей («первопоходниками» были практически все командиры батальонов и полков и большинство командиров рот Добровольческой армии), многие из них дослужились до высоких чинов.Среди 3683 участников похода было 36 генералов (в т. ч. 3 генерала от инфантерии и генерала от кавалерии и 8 генерал-лейтенантов), 190 полковников, 50 подполковников и войсковых старшин, 215 капитанов, ротмистров и есаулов, 220 штабс-капитанов, штабс-ротмистров и подъесаулов, 409 поручиков и сотников, 535 подпоручиков, корнетов и хорунжих, 668 прапорщиков, 12 морских офицеров (в т. ч. 1 капитан 1-го ранга и 1 капитан 2-го ранга), 437 вольноопределяющихся, юнкеров, кадет и добровольцев и 2 гардемарина, 364 унтер-офицера (в т. ч. подпрапорщиков и им равных), 235 солдат (в т. ч. ефрейторов и им равных) и 2 матроса. Кроме того – 21 врач, 25 фельдшеров и санитаров, 66 чиновников, 3 священника и 14 гражданских лиц. Из 165 женщин 15 были прапорщиками, 17 рядовыми доброволицами, 5 врачами и фельдшерицами, 122 сестрами милосердия и только 6 не служили в армии. Всего в походе, не считая женщин и гражданских лиц, приняли участие 2325 офицеров и 1067 добровольцев. По возрасту – старше 40 лет было около 600 человек, и около 3000 моложе. После возвращения Добровольческой армии на Дон она была реорганизована и пополнилась новыми добровольцами. Для участников похода установлен знак в виде серебряного тернового венка, пересеченного снизу вверх направо серебряным мечом рукоятью вниз, носившийся на Георгиевской ленте с розеткой национальных цветов.], под командой генерала Деникина, чтобы принять участие в борьбе против большевиков под русским национальным флагом. Первая группа в составе ротмистра Тихонравова[278 - Тихонравов Михаил Иванович, р. около 1891 г. Окончил Воронежский кадетский корпус (1908), Елисаветградское кавалерийское училище (1911). Офицер 20-го драгунского полка. Ротмистр 10-го гусарского полка. Георгиевский кавалер. В Добровольческой армии и ВСЮР с августа 1918 г., командир Ингерманландского гусарского дивизиона, в конце 1918 г. возглавлял формирование своего полка в Мариуполе, с июля 1919 г. командир Ингерманландского гусарского полка, с осени 1919 г. командир 1-го конного полка. В Русской Армии весной 1920 г. командир 5-го (затем 1-го) кавалерийского полка. Полковник (с июля 1919 г.). В эмиграции в Югославии, в 1930-х гг. председатель объединения полка в Белграде. Окончил курсы Генерального штаба в Белграде. Служил в Русском Корпусе. После 1945 г. в Марокко, с 1955 г. начальник Марокканского подотдела РОВС, к 1967 г. сотрудник журнала «Военная Быль». Умер 4 мая 1970 г. в Глен-Кове (США).], ротмистра Васецкого, штабс-ротмистра Слезкина, штабс-ротмистра Яновского, корнета Лопырева и трех гусар, уезжая по железной дороге, решила взять из полковой церкви Петровский штандарт, что в той обстановке было не так просто сделать, а еще труднее было провезти полковую святыню через те многочисленные рогатки, которые нужно было преодолеть по пути. Выполнить эту трудную задачу было поручено штабс-ротмистру Яновскому, который задержался для этого в Чугуеве и при помощи полкового священника протоиерея отца Василия Копецкого штандарт получил и благополучно доставил его в Добровольческую армию.
Ко времени приезда этой первой группы офицеров в Екатеринодар там, в штабе Главнокомандующего Добровольческой армией генерала Деникина, находились Генштаба полковник Ряснянский[279 - Автор настоящих воспоминаний.], коренной ингерманландец, и его младший брат, корнет полка, участвовавшие в 1-м Кубанском походе. Прибывших в начале августа однополчан полковник Ряснянский направил в 1-ю конную дивизию[280 - 1-я конная дивизия. Сформирована в Добровольческой армии 6 июня 1918 г. из Отдельной конной бригады, причем 2-й бригадой в нее вошел конный отряд генерала Покровского. Первоначальный состав: 1-й Кубанский (Корниловский), 1-й Черкесский конные, 1-й Кавказский и 1-й Черноморский Кубанского казачьего войска полки и конно-горная батарея. Участвовала во 2-м Кубанском походе. В июле—августе 1918 г. включала Корниловский конный, 1-е Уманский, Запорожский, Екатеринодарский и Линейный, 2-й Черкесский полки. За август и сентябрь 1918 г. потеряла 260 офицеров и 2460 казаков – почти 100% своей численности. Все батареи дивизии в августе—сентябре 1918 г. (1-я и 2-я конно-горные и 3-я конная) имели почти исключительно офицерский состав. В 1-й конно-горной батарее в августе 1918 г. было около 100 офицеров на солдатских должностях и 12 солдат ездовых. 31 октября 1918 г. в состав дивизии был включен стрелковый полк (сформирован 22 сентября 1918 г.; полковник Чичинадзе, с 22 июля 1919 г. полковник Черкезов). С ноября 1918 г. входила в 1-й Кубанский корпус. 7 декабря 1918 г. Черкесские полки были выведены из дивизии. После переформирования корпусов и в октябре 1919 г. – в 4-й конный корпус. К 5 октября 1919 г. (без Корниловского и 1-го Партизанского, но с 1-м Линейным полком) насчитывала 519 штыков, 419 сабель, 23 пулемета и 7 орудий. Осенью 1919 г. в нее входили: Корниловский (на 5 октября 1919 г. в 3-й Кубанской казачьей дивизии), 1-й Екатеринодарский, 1-й Партизанский (на 5 октября 1919 г. нет в дивизии), 1-й Уманский, 1-й Запорожский Кубанского казачьего войска полки, стрелковый полк (519 штыков, 12 пулеметов; полковник М.К. Чичинадзе, май – 22 июля 1919 г., полковник Черкезов – с 22 июля 1919 г., генерал-майор И.Д. Павличенко – до октября 1919 г.), и 1-й конно-артиллерийский дивизион (полковник Черкезов, полковник В. Щеголев): 2-я (в ремонте), 3-я (2 орудия) и 4-я (1 орудие) конные и 1-я конно-гаубичная (4 гаубицы) батареи. Начальники: генерал от кавалерии И.Г. Эрдели (с 6 июня 1918 г.; до 31 октября 1918 г.), генерал от кавалерии А.М. Драгомиров (июнь—август 1918 г.), генерал-майор барон П.Н. Врангель (август, 31 октября 1918 г. – январь 1919 г.), полковник В.Г. Науменко (с 19 ноября 1918 г.), генерал-майор П.Н. Шатилов (с 10 января 1919 г.), полковник П. Тутов (врио, 5 мая 1919 г.; убит), генерал-майор Н.М. Успенский (23 мая – 23 октября 1919 г.), генерал-майор И.Д. Павличенко (врид. с 5 октября 1919 г.), полковник (генерал-майор) В.В. Муравьев (с 23 октября 1919 г.). Начштаба: полковник Р.К. Дрейлинг (до 7 октября 1918 г.), полковник В.И. Соколовский (23 октября – 19 ноября 1918 г.), полковник А.Т. Гаевский (с 24 января 1919 г.), капитан Петров. Командиры бригад: 1-й – полковник В.Г. Науменко (до 19 ноября 1918 г.), полковник В.В. Муравьев (17 марта – 23 октября 1919 г.), 2-й – полковник (генерал-майор) С.М. Топорков (2 ноября 1918 г. – 19 января 1919 г.), полковник Е. Жарков (22 января – 11 марта 1919 г.; умер), полковник М.П. Растегаев, полковник П. Тутов (апрель – 5 мая 1919 г.), генерал-майор И.Д. Павличенко (с 23 октября 1919 г.).] генерала Врангеля, который, узнав, что ингерманландцы привезли свой штандарт, разрешил им сформировать отдельный эскадрон, под командой ротмистра Тихонравова, назвав его Разведывательным эскадроном при штабе дивизии.
Первое боевое крещение этого эскадрона было под станицей Константиновской, за освобождение которой от красных казаки станицы поднесли ротмистру Тихонравову звание почетного казака станицы. Эскадрон участвовал потом во всех боях этой дивизии к югу от реки Кубани, под Армавиром, при взятии Ставрополя, у Предтечи и пр. Генерал Врангель, оценив действия этого эскадрона, развернул его в дивизион, а по ходатайству офицеров-ингерманландцев, поддержанных им, генерал Деникин приказом 30 октября 1918 года разрешил дивизиону именоваться Ингерманландским гусарским дивизионом, возродив этим историческое имя старого полка, лишь на короткий срок, по вине губителей России, прервавшего свое более чем 200-летнее служение России.
В то время когда первая группа наших офицеров создавала свой гусарский дивизион в дивизии Врангеля, вторая группа, несколько задержавшаяся в Чугуеве, в составе полковника Барбовича, полковника Пальшау, полковника Селиванова, подполковника Трегубова 2-го[281 - Трегубов Дмитрий Дмитриевич (2-й). Окончил Елисаветградское кавалерийское училище (1905). Подполковник 10-го гусарского полка. Георгиевский кавалер. В Добровольческой армии и ВСЮР (осенью 1918 г. пробился с боями из Чугуева) в Ингерманландском гусарском дивизионе.], подполковника Гурского[282 - Гурский Георгий Петрович, р. в 1888 г. в Санкт-Петербурге. Сын офицера. Окончил 1-й кадетский корпус, Елисаветградское кавалерийское училище (1907), Харьковскую художественную школу. Ротмистр 10-го гусарского полка. Георгиевский кавалер. В Добровольческой армии и ВСЮР (осенью 1918 г. пробился с боями из Чугуева); с января 1919 г. командир эскадрона в дивизионе своего полка, с июля 1919 г. помощник командира Ингерманландского гусарского полка. В Русской Армии в дивизионе своего полка в 1-м кавалерийском полку до эвакуации Крыма. Полковник (с 30 сентября 1919 г.; одновременно с чином подполковника). В эмиграции в Югославии, с 1953 г. в Канаде. Художник. Председатель кадетского объединения. Умер 25 августа 1972 г. в Торонто (Канада).], поручика Эсипова, поручика Газадинова и корнетов Николенко и Щербанова и 65 гусар под командой полковника Барбовича, выступила ночью из Чугуева и походным порядком двинулась в Добровольческую армию. По пути, у станции Краматорская, гусарский отряд встретил 2-эскадронный Белгородский отряд, который присоединился к гусарам и поступил под команду полковника Барбовича. Этот конный отряд, продвигаясь на юг, на Дон, вел бои с бандами Махно у сел Гуляй-Поле, Волноваха и др.
В ноябре Ингерманландский дивизион под командой ротмистра Тихонравова был переброшен с Кубани в Таврическую губернию, и в Мариуполе к нему влился отряд полковника Барбовича, а он сам был назначен командиром 2-го офицерского конного полка.
Позже в Мариуполь стали поодиночке прибывать и другие наши офицеры: подполковник Лихолет[283 - Лихолет Николай Иванович. Подполковник 10-го гусарского полка. В Добровольческой армии и ВСЮР; с декабря 1918 г. в гусарском Ингерманландском дивизионе, 14 марта 1919 г. установлено старшинство в чине. Полковник. Эвакуирован в начале 1920 г. из Новороссийска на корабле «Владимир».], подполковник Булацель[284 - Булацель Анатолий Александрович. Подполковник 10-го гусарского полка. В Добровольческой армии и ВСЮР; с декабря 1918 г. в дивизионе своего полка. К июлю 1920 г. в Феодосии. Полковник.], подполковник Волохин[285 - Волохин Илья Яковлевич. Окончил гимназию в Харькове, Елисаветградское кавалерийское училище (1903). Подполковник 10-го гусарского полка. В Добровольческой армии и ВСЮР; с декабря 1918 г. в дивизионе своего полка. В Русской Армии в конном корпусе генерала Барбовича. В эмиграции в Бельгии. Умер 16 марта 1954 г. в Антверпене.], поручики Чуя, Двигубский[286 - Двигубский Александр. Поручик 10-го гусарского полка. В Добровольческой армии и ВСЮР; с декабря 1918 г. в дивизионе своего полка. Штабс-ротмистр (20 августа 1919 г.).], Ващенко[287 - Ващенко Сергей Иванович, р. в 1894 г. (Ващенков). Поручик 10-го гусарского полка. В Добровольческой армии и ВСЮР; с весны 1918 г. в Харьковском центре Добровольческой армии; в конце 1918 г. в Дроздовском полку, затем с декабря 1918 г. в дивизионе своего полка в Мариуполе, с 20 августа 1919 г. штабс-ротмистр. В Русской Армии с лета 1920 г. в эскадроне 10-го уланского полка. Ротмистр. В эмиграции в Новом Саду (Югославия). Служил в Русском Корпусе. К 1947 г. в Австрии, затем в США, член отдела Общества Галлиполийцев. Умер 15 декабря 1976 г. в Бриджпорте (США).], Козлов[288 - Козлов Михаил Константинович. Поручик 10-го гусарского полка. В Добровольческой армии и ВСЮР; с декабря 1918 г. в дивизионе своего полка. Ротмистр. В эмиграции в США. Умер 15 октября 1971 г. в Нью-Йорке.] и Кравцов, корнеты Спришевский, Тончик, Ряснянский. Там же, в Мариуполе, из части наших офицеров и присоединившегося к дивизиону конного офицерского Мариупольского отряда был сформирован, под командой подполковника Гурского, офицерский эскадрон.
В ноябре и декабре гусарский дивизион участвовал в боевых столкновениях у сел Стародубовка, Берестовль, Андреевка, Таврической губернии. В январе 1919 года оборонял участок Гусево – Марфополе, вел бои у Мижирича, отбил у красных станцию Ново-Карловка, села Пологи и Михайловка Екатеринославской губернии. С января по апрель вел упорные бои в районе Юзовка, где 4 февраля атаковал бронепоезд у Красно-Горловки. С апреля по май вел бои у Иловайской—Моспино, Донской области, у станции Мандрикино, на берегах реки Донца у города Славянска. Захватил обоз красных у села Поповка и у станции Гончаровка. Продвигаясь вместе с частями Добровольческой армии к северу, вел в июне бои у станции Булацеловка и города Белгорода, у Борисовки, Томаровни, Готни и монастыря Тихвинского.
1 июля Ингерманландский дивизион был развернут в полк под своим историческим именем, в коем было 4 гусарских эскадрона и по одному эскадрону однодивизников – новгородских драгун[289 - 10-й драгунский Новгородский полк. Возрожден во ВСЮР. Начал формироваться в июне 1919 г. при 10-м гусарском Ингерманландском полку. В июле 1919 г. 2 эскадрона полка входили в состав 1-го конного генерала Алексеева полка.] и одесских улан[290 - 10-й уланский Одесский полк. Возрожден во ВСЮР. Начал формироваться в июне 1919 г. при 10-м гусарском Ингерманландском полку. В июле 1919 г. 2 эскадрона полка входили в состав 1-го конного генерала Алексеева полка. С 16 апреля 1920 г. эскадрон полка входил в 1-й кавалерийский полк. Полковое объединение в эмиграции – «Объединение Одесских улан» (Скопле, Югославия; входило в состав IV отдела РОВС). В эмиграции начальник полковой группы (Кавалерийской дивизии) во Франции – полковник М.Н. Фирсовский.]. Командиром полка был назначен произведенный в полковники Тихонравов.
С июля полк, действуя в составе конного корпуса генерала Юзефовича, вел бои у Готни, совершил рейд в тыл противника, вел бои у Димирки, участвовал в освобождении Киева и в преследовании красных, отходивших от него. (В Киеве погиб от руки украинских коммунистов доблестнейший генерал Келлер[291 - Граф Келлер Федор Артурович, р. 12 октября 1857 г. в Курске. Окончил приготовительный пансион Николаевского кавалерийского училища, сдал офицерский экзамен при Тверском кавалерийском юнкерском училище, окончил Офицерскую кавалерийскую школу. Произведен в офицеры за боевое отличие (1878). Командир л.-гв. Драгунского полка (1906—1910). Генерал от кавалерии, командир 3-го кавалерийского корпуса. Предполагаемый возглавитель Северной армии. 19—26 ноября 1918 г. Главнокомандующий всеми вооруженными силами на территории Украины в гетманской армии; в ноябре—декабре 1918 г. в Киеве. Убит петлюровцами 21 декабря 1918 г. в Киеве.], бывший командир 3-го конного корпуса, всегда высоко ценивший боевые действия полка.)
20 августа один из эскадронов в конном строю атаковал и взял батарею красных. В сентябре дивизион брал Конотоп, атаковал позиции красных на реке Сейме, брал Глухов, Ямполь, вел бои на реке Десне, участвовал в освобождении Севска, в октябре вел бои у станции Бровары и города Сумы.
Ввиду отхода Вооруженных сил Юга России к югу, полк, ведя бои у Мерефы, в Каменноугольном районе и перед Ростовом, отходил в составе остатков Конного корпуса, сведенного в 3-ю полковую бригаду[292 - Сводная кавалерийская бригада. Образована во ВСЮР 30 декабря 1919 г. из 1-й кавалерийской дивизии (II) в составе 1-го (полковник М.И. Тихонравов) и 2-го Сводно-кавалерийских полков. Входила в состав Добровольческого корпуса. В начале января 1920 г. развернулась в 4 полка: Сводно-гвардейский кавалерийский, 1-й, 2-й и 3-й Сводно-кавалерийские. Сыграла выдающуюся роль в разгроме 1-й Конной армии красных под Ростовом 6—8 января и в Егорлыкском сражении. 14 февраля 1920 г. вновь преобразована в 1-ю кавалерийскую дивизию (II). Командир – генерал-майор И.Г. Барбович.] под командой генерала Барбовича. Ингерманландский полк, ввиду большой убыли в людях и лошадях, был также сведен в дивизион и включен в 1-й конный полк, командиром коего был назначен полковник Тихонравов. Эта бригада к началу января 1920 года отошла вместе с другими частями Добровольческой армии за Дон и стала в Батайске. Красная конная армия Буденного, перешедшая также через Дон выше Ростова, двинулась 6 января к Батайску с целью отрезать находящиеся там части Добровольческой армии, но, атакованная бригадой генерала Барбовича и сводным Кубанско-Терским конным корпусом, в большом расстройстве отступила за Дон у станицы Аксайской. Ингерманландскому дивизиону в составе бригады приходилось все время быть в боевой готовности, передвигаясь по фронту для противодействия все растущей активности красных. В конце февраля дивизион участвовал в большом кавалерийском бою у станицы Егорлыцкой, где на нашей стороне участвовали Донской конный корпус генерала Павлова[293 - Павлов Александр Александрович, р. 11 июля 1867 г. Из дворян Волынской губ. Окончил Киевский кадетский корпус, Николаевское кавалерийское училище (1887). Офицер л.-гв. Гусарского полка, командир л.-гв. Уланского Ее Величества полка. Генерал-лейтенант, командир Кавказского кавалерийского корпуса. Георгиевский кавалер. В 1918 г. командующий Астраханской армией. В Вооруженных силах Юга России; в распоряжении Главнокомандующего, командир 4-го Донского корпуса, в резерве чинов при Военном управлении, с 13 мая 1920 г. генерал для поручений при Главнокомандующем ВСЮР. В эмиграции в Югославии, служил в югославской армии. Умер 7 декабря 1935 г. в Земуне (Югославия).], Кубанско-Терский генерала Агоева и кавалерийская бригада генерала Барбовича, а у красных конные группы Буденного и Думенки.
Главная тяжесть боя легла на бригаду генерала Барбовича, понесшую большие потери. Из ингерманландцев были убиты поручик Лесевицкий и корнет Баринов-Широков.
После боя у станицы Егорлыцкой гусары вместе с остальными частями армии отступали через Кубанскую область к Новороссийску. Наступившая весенняя распутица до крайности затруднила и без того тяжелый отход.
В Новороссийске оказался большой недостаток в судах для перевозки войск в Крым, благодаря чему посадка на суда сопровождалась трагическими сценами, пушки сбрасывались в воду, всадники пристреливали своих лошадей. Часть конницы вообще не смогла сесть на суда и двинулась в конном строю вдоль моря на юг. Кавалерийской бригаде генерала Барбовича приказано было прикрывать посадку, и она выдержала упорный бой, в коем принимали участие и ингерманландцы, с наседавшими красными у Тоннельной. Под огнем красных, бросив лошадей на пристани Новороссийска, ингерманландцы, вместе с остальными частями бригады, погрузились 22 марта 1920 года на пароход «Аю-Даг», задержанный для бригады полковником Гурским, и отплыли в Крым.
При отходе к Дону в декабре 1919 года часть полка попала в Крым, где ротмистр Яновский сформировал отдельный Ингерманландский дивизион, вошедший в донскую группу генерала Морозова. В январе—марте дивизион участвовал в боях на Сиваше, у деревни Таганай-Кирей, у Гюп-Джанкоя и Чонгарского моста, взял аул Карт-Казак-Татарский и деревню Карт-Казак. 1 марта дивизион вел большой успешный бой у города Перекопа и Армянска и взял атакой Перекопский вал. За это дело все офицеры дивизиона, бывшие в тот день в строю, были произведены в следующие чины. В середине марта, после двухнедельной обороны Перекопского вала, дивизион произвел набег в тыл красных, взял Чаплинку и вел бой у села Преображенского.
По прибытии в Крым с Кубани бригады генерала Барбовича этот дивизион влился в первый дивизион и вошел 3 эскадронами в состав 5-го кавалерийского полка[294 - 5-й кавалерийский полк. Сформирован 16 апреля 1920 г. в Русской Армии в Крыму. Входил в состав 1-й кавалерийской дивизии (III), а с 28 апреля 1920 г. – 2-й кавалерийской дивизии (II). Включал дивизионы 10-го гусарского Ингерманландского и 2-го конного генерала Дроздовского полков. 8 августа 1920 г. расформирован. Командир – полковник М.И. Тихонравов.] полковника Тихонравова.
Через несколько дней после прибытия воинских частей с Кубани в Крым произошла смена высшего командования. Генерал Деникин отказался от поста Главнокомандующего Вооруженными силами Юга России и вместе со своим начштаба генералом Романовским и несколькими приближенными к нему офицерами выехал за границу, назначив, по предложению старших чинов армии, Главнокомандующим генерала Врангеля. Со свойственной ему энергией и талантом влиять на своих подчиненных генерал Врангель вдохнул в усталых белых бойцов веру в победу и деятельно принялся за реорганизацию и пополнение собравшихся в Крыму воинских частей, переименовав Добровольческую армию в Русскую армию.
Кавалерийские полки, прибывшие с Кубани в пешем строю, были сведены в кавалерийскую дивизию, на командных должностях которой оказалось 4 ингерманландца: начальник дивизии генерал Барбович, командир Сводно-гвардейского полка Генштаба полковник Ряснянский, командир 5-го, переименованного позже в 1-й кавалерийский полк[295 - Это не совсем так. 1-й кавалерийский полк был сформирован 16 апреля 1920 г. в Русской Армии в Крыму. Входил в состав 1-й кавалерийской дивизии (III). Включал эскадроны 6-го Волынского и 10-го Одесского уланских, 5-го Александрийского гусарского и (до 8 августа 1920 г.) 1-го конного генерала Алексеева полков, а с 8 августа 1920 г. вместо алексеевцев – дивизион 10-го гусарского Ингерманландского полка. Командир: полковник М.И. Тихонравов (с 8 августа 1920 г.).], полковник Тихонравов и командир пешего полка (несколько позже сформированного) полковник Пальшау. Первоначально полки кавалерийской дивизии несли сторожевую службу вдоль Сиваша, постепенно пополняясь людьми, лошадьми и вооружением. К началу майского наступления большая часть эскадронов была уже посажена на коней.
К концу мая части Русской армии пополнились, отдохнули, и генерал Врангель решил двинуться из Крыма на север, ставя своей первой задачей разгром красных, запиравших выходы из Крыма, и овладение Северной Таврией.
Ингерманландцы, в составе кавалерийской дивизии, были подведены к Перекопу для развития успеха после прорыва укрепленной позиции красных нашей пехотой и артиллерией.
25 мая 1920 года пехота, после артиллерийской подготовки, прорвала позицию у Перекопа, и конница ринулась в прорыв. Ингерманландцы в конном строю атаковали латышскую бригаду у деревни Чаплинки, разбили ее и овладели селением. В этой атаке было ранено 9 гусарских офицеров.
2-го вновь конная атака на пехоту красных и взятие деревни Перво-Константиновки. С 29-го по 31 мая происходили встречные бои у деревни Натальинки и конная атака на конницу красных.
С 31 мая по 7 июня шло преследование отходивших за Днепр красных и выход к Днепру. С 7-го по 18 июня ингерманландцы участвовали в активной обороне участка Чокрак – Эристовка – Хохгейм, а затем вновь вели бои у Токмака, 20-го приняли участие в разгроме конной группы Жлобы, а 24-го были переброшены в составе дивизии к Каховке, для ликвидации прорыва красных, что и было удачно исполнено после упорных боев в течение целой недели. В июле ингерманландцы участвовали в боях под Теребем, Гольбштатом, участвовали в лихой атаке на бригаду красных коммунаров Урала. Во второй половине июля принимали участие в разгроме Александровской группы красных и во взятии города Орехова. Войдя в состав Конного корпуса генерала Бабиева, ингерманландцы вели бои при переброске конницы вдоль фронта для заполнения прорывов, участвовали в Заднепровской операции в район Никополя, когда коннице пришлось переправиться через Днепр, переходить через многоверстные плавни и драться, имея их в тылу. Во время этой операции был убит командир Конного корпуса генерал Бабиев[296 - Бабиев Николай Гаврилович, р. 30 марта 1887 г. в ст. Михайловской Кубанской области. Окончил Николаевское кавалерийское училище (1909). Войсковой старшина, командир 1-го Черноморского полка Кубанского казачьего войска. В Добровольческой армии; с 10 января 1918 г. в боях на Кубани. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода в дивизионе полковника Кузнецова, в марте 1918 г. взят в плен, но освобожден. Затем в 1-м Лабинском полку. Полковник, с 18 октября 1918 г. командир Корниловского конного полка, с 14 января 1919 г. (25 сентября 1918 г.) полковник, с 26 января 1919 г. генерал-майор. С 26 января и на 5 октября 1919 г. начальник 3-й Кубанской казачьей дивизии. В Русской Армии начальник 1-й Кубанской казачьей дивизии и конной группы. Генерал-лейтенант (18 июня 1919 г.). Убит 30 сентября 1920 г. у с. Шолохово.], и в командование корпусом вступил генерал Барбович. Под его командой корпусу, в августе и сентябре, пришлось вести почти ежедневные бои в районе между Мелитополем и Каховкой. В это время Польша заключила мир с Советским правительством, и части Красной армии, в частности конная армия Буденного, были переброшены против Русской армии генерала Врангеля, превосходя ее численностью почти в десять раз. Красные повели наступление с нескольких сторон, сдавливая Русскую армию к перешейку.
Ингерманландцам в конце сентября пришлось драться в районе прорыва у Грушевки, а после прорыва у Каховки конной армии Буденного наш конный корпус, между 16-м и 23 октября, столкнулся с ее частями к северу от Чонгарского моста.
Видя невозможность удержаться в Северной Таврии, генерал Врангель приказал армии отойти в Крым, заняв позиции к югу от Сиваша у Чонгарского моста и у Перекопа. Неожиданно ударили сильные морозы, и Сиваш замерз, что дало возможность красным перейти через него, и 29 октября в районе Юшунских позиций и у Карповой Балки, ночью, пехота красных обошла Перекопский перешеек, и нашей коннице пришлось выдержать с ней ночной бой, а на следующий день всей армии было приказано отходить к портам для эвакуации из Крыма. При отходе сильно пострадал пеший полк под командой полковника Пальшау, и он сам был убит. Дивизион ингерманландцев отошел в составе Конного корпуса на Ялту, где погрузился на пароход «Крым». Запасная часть дивизиона под командой полковника Гурского погрузилась в Феодосии.
1 ноября пароходы, переполненные эвакуировавшимися войсками, отошли от берегов Крыма. Взоры всех были обращены на удаляющиеся берега родины. На «Крыме» трубачи одного из полков заиграли русский гимн, как бы прощаясь им с родной землей и как залог верности ей в будущем. Столетиями служил Родине наш родной полк и покидал ее после жестокой трехлетней Гражданской войны, во время которой понес не меньшие потери, чем в Великую войну. За проявленную доблесть Ингерманландский дивизион был представлен к Николаевским трубам (получил).
За бой 26 мая штабс-ротмистр Яновский получил орден Святого Николая Чудотворца.
