Оба провели без еды уже около двадцати часов, пили воду в случае крайней нужды. В адских условиях дикого, но знакомого снежного климата, Джейден и Эдвин прошли больше пяти километров без остановок. Поднимались по холмам, спускались, и так оказались на равнине, на которой бушевала вьюга. Видимость неизменно ухудшалась. Сколько ни шли, не встретили ни одно поселение или хотя бы несчастную халупу, чтобы передохнуть и немного согреться. Эдвину то и дело мерещились багровые огни, тщательно скрываемые бураном, что уносил их в тот же момент. Алебастровая тотальная пустынность на карте занимала приличную территорию, а за ней высились горы.
Но сдаваться рано – еще хотелось жить.
Обзор их через полчаса превышал метр, а то и меньше. По крайней мере, если вытянуть руку, то локоть точно можно было увидеть. Густое молоко окружало их. Ветер завывал – свист его заел в голове. Чтобы не потерять друг друга из виду – ведь, в случае чего, докричаться после уже не получилось – они решили нести сумку вдвоем. Из-за свирепствующей пурги и воя, идя плечом к плечу, они не могли разобрать и слова, пусть даже кричали бы. Так и ступали по фирну с час или два, пока Джей был погружен в свои мысли, а Эдвин подрагивал – снова завидел красные огоньки. Парень уже подумывал, что при ненастной погоде твари тоже вылезают из логова, и это входило в жесткий резонанс с их отсутствием, как он понимал, в дневные часы.
Затяжная метель постепенно утихала. Справа, в нескольких метрах от себя, Эдвин увидел кусок чего-то – полностью разглядеть не представлялось возможным.
Парень одернул Джейдена и кивнул в ту сторону, показывая, что вдалеке что-то есть. Мужчина прищурился, стараясь разглядеть, затем одобрительно кивнул, и они свернули.
Это оказалась еще одна заимка. Половина ее пала под гнетом времени и условий. Под обвалом покоилось второе помещение, но внутри от входной двери все выглядело приемлемо. Скамья, стол да стул и печка рядом – для счастья им сейчас большего не нужно.
Они засели в ней, отогрелись, но так и не поели – понимая положение, оба сделали по глотку воды. Через час вьюга унялась, и они продолжили свой путь.
– До заката, если верить солнцу, осталось часа три – не больше.
– И где мы сейчас находимся? До этой точки долго еще? – спросил Росс, рассматривая карту в руках Джея.
Мужчина резко опустил голову и пожалел об этом: почувствовал, как растянулись мышцы, и чудовищной болью отозвалось травмированное плечо. Он попытался проследить их маршрут: они на равнине с редко встречающимися хвоями – леса не видно ни на черте слева, справа или впереди. Белая пучина от края до края.
– Черт знает, Эд. Возможно, где-то здесь. – Он указал на середину снежной пустыни. – Или даже тут… – Перевел палец на большое расстояние назад, почти в самое начало. – Во всяком случае, нам прямо, – произнес он, смахивая падающие снежинки.
Голод давал о себе знать. Даже холод отступил на второй план при нем, когда через час их заново накрыл буран. Внезапно осознав, что движутся они уже не по равнинной местности, а понемногу поднимаются по склону, Джей замер и огляделся. Метель свистела и вьюжила, заслоняя обзор колючими хлопьями, что иногда попадали в глаза. До гор они все-таки дошли: все чаще стали попадаться деревья, облаченные в меловую бахрому, что контрастировала и боролась за свое место с зелеными ветками.
«И зачем я выложил еду, когда она была?» – думал Эд, шагая по хрустящей пелене под ногами. «Теперь есть нечего… И неизвестно, когда вообще будет…»
А Джей в это время шмыгнул и подумал, что неплохо найти шарфы – кожа на губах потрескалась. Из-за боли этой Джейден даже избавился от привычки облизывать их. К тому же саднили обветрившиеся руки. Росс уже опередил его шагов на тридцать, так что мужчине пришлось постараться его догнать, неся сумку в качестве неплохого утяжелителя.
Метель, казалось, не собиралась утихать, а наоборот все густела и густела. На этот раз Джей заприметил крыльцо двухэтажного дома – он как будто был впечатан в молочный туман, из-за которого парни не видели ничего, кроме крыльца да входной двери. Они без колебаний укрылись в нем. Перед тем как зайти Джейден всмотрелся в оконную раму – ни намека на кресты.
Все здесь отличалось от того, что они встречали ранее, особенно современная мебель. Джей щелкнул на выключатель, ожидая, что электричества не будет, но свет загорелся, и до них донеслось гудение включившегося генератора из подвала. У массивной дубовой двери висел термометр. Линия застыла на минус десяти градусах по Цельсию.
– Да ла-адно, – протянул он удивленно. – Как тут все не сломалось?
– Здесь есть холодильник! – восторженно воскликнул Эдвин из кухни. – И даже микроволновая печь!
Джей ходил по комнатам, осматриваясь и натыкаясь на лыжи, палатки и рюкзаки, полные вещей, и старые плакаты с радостными людьми в специальном снаряжении на фоне однотипных домов. Один такой гласил: «Ледяная долина Блэквуд Пайнс ждет вас!»
Однако в кабинете на втором этаже он заприметил огромную карту на стене. Джейден без промедлений вытащил из кармана присвоенную ими и сверил.
Их карта охватывала сельскую местность, а эта – все, что было дальше, начиная с дома, в котором они находились, и до пункта назначения в виде жирной точки. Они были рядом.
Мужчина спустился и застал Эда у камина.
– Как думаешь, они здесь тоже водятся? – спросил он его, выкладывая дрова и пару газет из поленницы, расположенной за соседней дверью. Эдвина не покидала тревога и злосчастные карминные мерцания.
– Если их в этих местах очень много, то, думаю, да. Тогда они могут быть везде. – Джей подошел к нему и поджег газеты зажигалкой.
– У меня уже голова начала болеть от того, что нормально поспать не получается. Неужели нужно каждую ночь наведываться?
– То же самое. Кстати… – Джей отошел от него к креслу, на котором Росс оставил сумку. – У нас же есть аптечка, наверняка и обезболивающие таблетки найдутся.
– Серьезно?
– Бинты же лежали. Аспирин точно будет. Так… – Мужчина начал копаться в сумке. – Вот! Есть индометацин и аспирин.
– Аспирин мне уже давно не помогает, так что давай первое. А, и бинты с перекисью тоже.
Пока Эдвин занимался перевязкой, Джей спустился в подвал. «Старые ошибки повторять непростительно», – сказал он. Он достигавший по периметру едва ли трех метров и тоже имел освещение. Взгляд Джея упал на мини-холодильник, набитый мясными и овощными консервами с еще не истекшими сроками годности и макаронами.
– Ты не представляешь, что я нашел! – крикнул он, расплывшись в улыбке и глядя на находку.
– Что там? Еще один холодильник? – послышалось в ответ.
– Да! Спускайся сюда!
– А виски есть? – спросил Росс, спускаясь по лестнице и заканчивая перебинтовывать правую ладонь. Увидев ломящийся от еды холодильник, Эдвин заулыбался во весь рот так же, как и Джей.
– Хоть здесь жить оставайся. Слушай, а они не могли испортиться?
– Стояли в холоде… Тут сколько? Минус девять где-то. Так что нет, наверное.
Взяв несколько консервов с пачкой макарон, парни вернулись на кухню, где стояла электрическая плита. Джейден по обыкновению достал кастрюлю, вылил в нее успевшую почти до конца оттаять лежавшую у камина бутылку с водой, нашел в шкафах базовые специи с солью и приготовил макароны, после еще и добавив к ним тушенку.
– Наконец-то нормальная еда и жилье. Раньше я думал, что для счастья мне нужны деньги. Теперь только еда да надежная крыша над головой.
«А еще выбраться отсюда… и деньги», – додумал свою мысль Эд.
– Надежная или нет – этого мы еще не знаем. Но все равно транжирить еще рано – бог знает, что может случиться. Может, мы и на этих запасах не продержимся.
– Знаешь, мы ведь находимся тут едва ли не неделю.
– Больше, – вставил свое слово мужчина.
– И никто так и не появился. Должны же ведь прийти на помощь, понять, что раз поезд не доехал до станции, что-то произошло. Скоро все будет в порядке, я уверен. За нами придут, нужно только у поезда быть вовремя. Нам незачем уходить так далеко… Понимаешь, о чем я?
– Никого не будет, Эдвин, как ты этого не понимаешь? Все, мы остались одни.
– А те люди? Мы же связались с ними пару дней назад! Они сказали идти на восток, а вместо этого мы ушли в совершенно другом направлении!
Джейден смотрел на Эда таким взглядом, какой парень видел у него впервые. Отчаявшийся и потерявший всякую надежду перед лицом неизведанного и опасного.
– Мы даже не уверены, знает ли хоть кто-то об этой аварии…
– Но должны были проезжать и другие поезда…
– Это факт. А вот тебе другой факт – никого из службы спасения нет.
– Они говорили…
– Мало ли что и кто говорил! Угомонись! Мы встряли тут надолго, и никто нам на помощь не придет – прими уже! – проорал Джейден, вскочив со стула, и тем самым опрокинув его. Он удалился на второй этаж, оставив Эдвина в одиночестве.
Еще какое-то время царила абсолютная тишина, и лишь изредка доносился шум – Эд что-то делал на кухне. Затем зажурчала вода, донесся щелчок – коллега заперся в ванной. Немного погодя, мужчина спустился, выключил почти все осветительные приборы, опустил шторы и выглянул в окно: полумесяц поднимался на синем бездонном небе, в то время как на земле гуляла серебристая метель.
«Ни единого признака жизни», – промелькнула успокаивающая мысль. Джейден развернулся, еще раз прошелся по помещениям и заглянул в кабинет.
Здесь он так же задвинул занавески и принялся осматривать все более внимательно. При первом обходе он прошел мимо широкого стола из темного дуба, на коем лежали бумажки. Заглядывать в них он не особо хотел, но все же проверил. Интуиция не подвела – они являлись отрывками из дневника. Однако не это поразило Джея: среди листов он откопал рацию. Еще одну рацию. «Неудивительно, если это здание действительно связано с турбазой».
Он схватил ее и пару листов со стола – на досуге почитать – и вернулся на первый этаж. Усевшись у камина, мужчина принялся прокручивать станции. В мерном шипении Джейден не улавливал посторонних звуков. Когда Эдвин спустился, увидел включенную рацию в руках уже посапывающего Джея. Он взял ее, прокрутил пару станций, и тут сквозь шипение прозвучал голос:
– Вызывает Хоук с Блэквуд Пайнс. Ответьте, прием.
Росс от неожиданности уронил рацию на пол. От глухого удара проснулся Джей. Эд выключил ее.
– Что такое?
– Ничего, – промямлил парень. – Ты заснул с рацией в руках. Там была тишина, вот я и выключил.
Джей кивнул и лег на диван полностью, укрывшись пледом и вытянувшись во весь рост, из-за чего на десяток сантиметров торчали ноги.
Этой ночью не было стуков, воя. Лишь ветки деревьев практически неслышно царапали стены дома, смешиваясь с потрескиванием дров в камине. И спал спокойно только Джейден – Эдвина мучила неожиданная бессонница, и смог заснуть Росс только к рассвету. В голове у него заела, отчетливо отдававшаяся эхом, фраза «Вызывает Хоук с Блэквуд Пайнс».
Блэквуд Пайнс: гора гибели
I
– Я не мог себе представить, чем закончится наша поездка. Прошло пять суток с тех пор, как убили шестерых из общей группы. Среди них и Эстер с Элизабет. Эти сволочи убили их, а к утру притащили трупы к порогу. Всю ночь стучали по стенам, выманивая нас имитацией голосов родных. Умер Джером. За отцом – близняшки. С горя ночью вышла к ним жена Джерома – Кристен. Нас осталось трое, – читал вслух Эдвин, сидя на кухне, пока Джей изучал другие записи.
Близ горы Блэквуд Пайнс, декабрь 25
Одинокий лист упал в костер, и с треском его поглотил огонь. На небе сверкали звезды. Затишье. Льдом затягивалось озеро неподалеку. Десять человек сидели в холодном безмолвии у костра, развернув рядом лагерь. Хэнк Сейнфилд – один из гидов, пообещавших девяти людям, включая две семьи и бывалых парней, привыкшим к опасности и приключениям, – незабываемый кемпинг и восхождение на Блэквуд Пайнс. Он только что закончил очередной рассказ о тайнах этого завораживающего своими видами места.
– Здесь еще недавно забросили турбазу – туда тоже заглянем. Но предупреждаю: трогать и забирать вещи на память запрещено. Расхищением чужого имущества мы не занимаемся.
Через минуту задумчивый и рассеянный Хэнк опомнился.
– Дебора, – обратился Сейнфилд ко второму гиду после, – ты же помнишь. У нас есть одна история… Обычно ты ее рассказываешь.
Не получив ответа, Хэнк обернулся, окинул взглядом всех присутствующих, однако Деборы среди них не увидел. Сейнфилд встал с бревна, осмотрелся, но ее и след простыл. Женщина, чьи оранжевые пряди то и дело выбивались из-под такого же цвета шапки, пропала. Она, насколько помнил Хэнк, сидела за его спиной. Хэнк заглянул в ее палатку, но и там гида не оказалось. Тогда достал рацию, и слова его раздались неподалеку отголоском. Он включил фонарик и, повторяя одну и ту же фразу, пошел на звук. Рация Деборы валялась в окровавленном снегу в трех метрах от разбитого лагеря.
– Черт… – прошептал Хэнк, отходя от красных полос. – Прячьтесь! – на бегу кричал он, размахивая руками. – По палаткам! Это в целях вашей же безопасности!
Все забегали, не понимая, почему так взволнован гид и куда же пропала Дебора. Не смог вовремя залезть в палатку один парень – его с воплем, стихшим сию же минуту, схватила черная тень на глазах у приятеля. Костер продолжал гореть. Никто не порывался вымолвить и слова. Но вторая семья – Нильсены – никак не могла угомониться. Девочки-близняшки непрерывно шмыгали носами, а потом одна из них зарыдала, завидев нагнетающее существо с лапами и острыми когтями. За ней заголосила вторая.
Семья Хоук в это время затаилась. Все трое вздрогнули, услышав рев: кто-то драл палатку Нильсенов. Они сидели, не шевелясь и в неведении, смотря друг другу в глаза. Эстер беззвучно произносила слова молитвы. Тринадцатилетняя Элизабет со слезами на таких же, как и у своей матери, голубых глазах вторила ей. Лишь взор Ригана Хоука метался из стороны в сторону и от жены к дочери. Вопли начинались и тут же стихали. Джером Нильсен уже мертв. Растерзаны и близняшки – их маленькие тела лежали утром на насте. От детей ничего не осталось. Кристен рыдала без остановки. Слезы лились по ее смугловатому лицу, когда пытались похоронить останки шестилетних девочек, но черствая от постоянного холода земля не поддавалась.
Задержаться значило поставить под угрозу выживших. Гид, знающий местность, повел их к давно заброшенной деревне. Дошли они туда к сумеркам. Добирались в темноте, боясь неведомых тварей. Хоук был замыкающим, перед ним шли жена с дочерью. Убитые горем парень – Льюис Хаберт, потерявший своего друга, и Кристен, лишившаяся всех, кем она столь дорожила, держались за Сейнфилдом.
Весь путь они прошли, не издав ни звука. Только хруст снега под ногами и бешено бьющиеся от страха сердца нарушали безмолвие. Гид, заметив вдали дома, подал знак рукой, и все шестеро сорвались на бег. Риган обогнал жену и дочь, что и стало роковой ошибкой. Когда они добежали до укрытия, на глазах Ригана, стоявшего в проходе и ожидавшего, пока все зайдут, черные сущности схватили в один момент и Эстер, и Элизабет. С воплем, вскоре сменившимся тишью тайги, его семью унесли жаждущие крови и плоти твари, уставшие от длительной голодовки.
И их осталось четверо.
Риган Хоук был готов убить Хэнка Сейнфилда. Этот мужчина пообещал незабываемый кемпинг и восхождение на гору, а также безопасность. Хэнк в свою очередь взял с группы высокую плату. Плату, ценою в жизнь. Именно по его вине убили Джерома Нильсена, близняшек, Дебору, друг избивающего сейчас Хэнка Льюиса – его, со слов обезумевшего двадцатилетнего парнишки, звали Риком – и Эстер с Элизабет. Ригану было мало разбитого носа и челюсти. Мало вывихнутой руки. Хоук хотел, чтобы эта сволочь пила свою кровь и купалась в ней так же, как и окружающие его люди, тонущие с его подачи в море слез, отчаяния и боли из-за потери самых родных людей.
Ночью, когда все улеглись спать, хоть сомкнуть глаз никому не удалось, скрежет и имитация голосов ежесекундно сводили с ума. Все слышали, как Кристен вышла на улицу. Обремененная горем и пожизненной дырой в душе, женщина захлопнула дверь и не вернулась. Утром у порога лежали три трупа. Элизабет, Эстер и Кристен. Последнее тело больше походило на обглоданные кости. Опознать вдову получилось лишь благодаря нетронутой голове – нижняя часть отсутствовала. Но что касалось Элизабет с Эстер… У обеих оторвали руки и ноги. Черные волосы облеплены паутиной из грязи и снега. Риган не мог смотреть на тела жены и дочери. Он успел проклясть решение отправиться в эту поездку и Хэнка Сейнфилда больше тысячи раз.
Слезы текли по лицу, пока Риган копал им могилы. Под жаром боли получалось раскалывать даже камни. Душу покинули светлые чувства, и на место их встали муки, ведь инициатором выступил именно он.
Льюис Хаберт – парень, ранее избивший гида – вновь накинулся на Хэнка. Сейнфилд был исполосован ссадинами. Но Ригана это больше не волновало. Он как можно дольше старался быть человеком. И хватило его ровно на сутки. Хоук набросился на гида, отчего Льюису пришлось отринуть, чтобы тоже не получить в пылу. Мужчина выбил Хэнку последние зубы и лишил глаза. Крик сопровождал каждый его удар. И когда в дверь постучали, Риган остановился и слез с полуживого Сейнфилда. Хэнк, едва дыша, не в силах подняться на ноги, промямлил нечто схожее с «это за мной». Мужчина подполз к двери. Открыл ее, вышел. И ни звука.
Хаберт смотрел на него как на исступленного, следя за каждым движением. Хоук вытер лицо и бороду со стекающими багровыми брызгами Сейнфилда, и вздохнул. Потянулся за бутылкой воды, чтобы отпить. Но Льюис с криком ринулся вон из дома. Хоук побежал за ним и запер дверь.
Его слух прорезал человеческий вопль. А потом все утихло. В конце всегда воцарялась тишина.
И остался он один.
– И лишь позже я узнал, что гнид этих зовут вендиго, – Эдвин закончил читать. Все это время его била мелкая дрожь. Он глубоко вдохнул и выдохнул, стараясь избавиться от застывших перед глазами событий.
«Вызывает Хоук с Блэквуд Пайнс», – прошептал парень, не в силах выговорить и слова, и прикусил губу.
Метель продержалась до рассвета. Джей принял душ, после чего они собрали все вещи, захватив с собой немного консервов и пару пачек макарон. Выключили генератор, не надеясь вернуться, и покинули здание администрации. Только сейчас они увидели, что оно расположено у самого подножия горы. Величественной, возвышающейся и протыкающей белое небесное полотно своими острыми, как лезвия кинжалов, хребтами. С низменности вырисовывались крыши домов. Однако, опустив взгляд, Джейден с Эдвином заметили второе строение – точь-в-точь такое же. Поодаль же зияла пещера, и они направились к ней.
За обрывом стлались пустота и мгла. Даже дневной свет не мог озарить дно, которого, как ни вглядывайся, глаз не мог различить. Рядом висел трос, покрывшийся слоем льда. Эдвин провел по нему пальцами, и они тут же беспрепятственно заскользили вниз. Взгляд парня остановился на паре белых огней в черной бездне. Джейден, осматриваясь, вышагивал по недавно выпавшему и нетронутому снегу. Но уже через пару минут блуждания его нога не провалилась на десяток сантиметров, а уперлась во что-то твердое. Мужчина, немного погодя, принялся убирать рыхлый снег, и наткнулся на рюкзак.
– Эд! – подозвал он его. – Эд, иди сюда!
Росс медленно повернулся на оклик.
– Эдвин! На что ты там смотришь?
Парень проморгался, но огни те все равно горели в пропасти в паре сантиметрах от него.
– Здесь кто-то был. Исследователи, наверное. – Эд, наконец, подошел к Джею.
– Я рюкзак чей-то нашел, – произнес мужчина, рассматривая значок на рюкзаке: две фиолетовые полоски, а между ними две буквы – «ИТ».
– Уверен, он ничей. Там трос висит. – Парень махнул рукой в сторону пещеры. – Кажется, у кого-то вышла неудачная экспедиция.
– Я бы даже сказал, она провалилась с треском.
Эдвин в последний раз заглянул в пасть мрака: мерцания не исчезли. Однако теперь к ним добавились еще три пары красных.
– Что ж, мы здесь не первые.
Росс поспешил удалиться как можно дальше. Если Джейден был полон спокойствия, то Эдвином уже завладело неприятное беспокойство, стоило парню заметить преследующие всюду точки.
Они вернулись к крыльцу администрации. Джейден понял, что ждало их на горе – там размещена турбаза.
– Может, в него тоже зайдем, посмотрим, что есть? – спросил Эд, указывая на второе строение.
– Особой нужды же нет. Да и если надо будет – вернемся. Осталось-то тут немного, – произнес Джей, оценивая взглядом крутой подъем наверх.
– Лишь бы не оступиться и не покатиться камнем вниз, – сглотнул Эдвин.
II
Высокие серые мачты канатной дороги виднелись уже издалека. Долго смотреть на них было невозможно – кружилась голова, стоило отвести взгляд и устремить его вниз. Там, в сотнях метрах, простиралась белая равнина. Уже отсюда они видели лес. Казалось, расстояние до него не такое большое – всего около десяти километров – однако путь сюда был все-таки долгий.
– Слушай, – начал Джейден, тяжело дыша и делая очередной шаг, – а ты не думал, почему эти твари… как их?
– Вендиго, – скривившись, сказал парень, вытирая пот со лба.
– Вот, вендиго, почему они разумные?
– Понятия не имею, – ответил Эдвин, так же переводя дыхание, однако из-за высоты выходило не особо успешно. – Джей, а, как думаешь…
Мужчина посмотрел на Росса. Говорить давалось с трудом, так что он попытался сделать вопросительное выражение лица, вскинув густые черные брови, но получилась только страдальческая гримаса.
– Черт, я в жизни больше сюда не поднимусь. И вообще на какую-либо гору.
Он остановился, выдыхая. Все же с сумкой подниматься нелегко. А со скачущим давлением – еще хуже. Эдвин опередил его, так и не закончив мысль. Парень на мгновение остановился, посмотрел на верную смерть при одном неверном движении слева от него, перевел взор темно-зеленых глаз на Джейдена и продолжил идти. Стоило Россу поднабрать скорость, как поскользнулся и вцепился в черствый снег – следы они оставляли не только на этой узкой заледенелой тропе, но и на извечной стене из снега, по которой и взбирались, опираясь на нее, вдоль. Эдвин через пару минут все же решился задать вопрос. Росс посмотрел вверх, представляя, сколько еще осталось, а затем обернулся и, как будто между прочим, спросил:
– А что, если мы здесь не одни?
Джей ухмыльнулся, поправляя шерстяную шапку, слезшую ему на глаза.
– Да мы и так тут не одни. Эти вендиго не дадут заскучать.
Уже через двадцать минут они поднялись на гору. Джей оперся на колени и обратил внимание на вид, протянувшийся до горизонта. Вдалеке черту небосвода разделял лес, обступающий со всех сторон. Взгляд приковала молочная гладь, рушимая редкими маленькими отметинами-рубцами – то были одинокие ели и хвои. Эдвин опустил сумку на землю и сел на нее, глубоко вздохнув.
– Мы, кажется, не одни.
– Да, Эдвин, я это уже понял. – Мужчина все смотрел, пытаясь восстановить дыхание.
– С нами пытались связаться по рации, – донеслось из-за спины. Он с полминуты был недвижим – до него не доходила суть сказанного Эдом, но парень продолжил, тараторя, – он назвался Хоуком. Ты заснул, я подумал, что нужно выключить рацию. Взял ее и тут же услышал, как кто-то зовет. Я запаниковал, выключил, и ты проснулся.
Джейден медленно встал, подошел к Россу и прошептал:
– Что ты сделал? – он приблизился к нему почти вплотную, сощурив глаза, в которых читалось недоверие, граничащее с шоком. Эдвин попытался отдалиться, но Джейден схватился его за шею, сжав на ней руки.
– Что ты, мать твою, натворил?! – Мужчина, озверев, сжимал кулаки все крепче. Росс отклонился и упал – за ним повалился и Джей. Эдвин поднялся и предпринял попытку сбежать, однако Джейден схватил его за ногу и потащил к себе.
– Что ты сделал, утырок, хоть понимаешь?! – прорычал он, заставив Эда снова повалиться, однако с парня спала еще и шапка. Сам Джей уже отбросил шерстяные перчатки в сторону. – Что говорили? Скажи мне, что говорили! – кричал он на парня.
– Вызывает Хоук…
– Кто вызывает?!
– Хоук с Блэквуд Пайнс, – слабым голосом промолвил Эдвин, закрывая лицо руками.
Джейден вжал его в грубый снег: каждая пощечина сопровождалась матом, а Эдвин дергал ногами в тщетных попытках выбраться.
Наконец сдавшись, Джей слез с Росса и распластался рядом с коллегой. Они упустили шанс найти выжившего, кого-то кроме них? Слишком поздно или еще нет?
Джейден тяжело дышал, однако ему сейчас было намного легче, чем Эдвину – под правым глазом уже выступал синяк, а с губы стекала струйка крови.
«Заслужил», – подумал Джейден, шмыгнул и прошелся рукавом по носу, отпечатывая пятно – Эд все-таки успел его задеть. Мужчина отвернулся, мотнув головой, и тут же вскочил.
Из земли торчала кость. Начала нарастать паника: из снежного покрова выглядывали пожелтевшие кости. Он попятился, но вскоре дошел до обрыва, так и застыв на крае. Эдвин шевельнулся, перевернулся на другой бок и попытался встать. Удалось парню только упасть в снег лицом, из-за чего тихо проскулил от боли.
Лишь сейчас мужчина увидел, куда они пришли. Перед ними хребты, высящиеся далеко отсюда и укрытые вечнозелеными деревьями, предела которым не было. Он бы забыл, что они на высоте, если бы не ее мимолетное сравнение с этой горы до земли. Но перед глазами их совершенно небольшие и абсолютно одинаковые дома. Сглотнув, Джейден прерывисто выдохнул, чувствуя, как сердце все еще бьется в горле.
Эдвин поднялся и подполз сначала к шапке, подобрал перчатки Джея и кинул их в его сторону. А потом добрался до сумки и облокотился.
Угольные глаза Джейдена метались от одного к другому, в то время как мужчина ходил около домов. Разорванный трос от канатной дороги, в нескольких метрах – разбитая кабина фуникулера. В сознании он словно восстанавливал картину всего совершившегося ужаса. Он блуждал так до тех пор, пока не решился осмотреть дома изнутри. Но нашел там то, что больше всего опасался увидеть – трупы. Это было еще одно место, где твари хранили свои запасы. В каждом коттедже лежали, по меньшей мере, три трупа. Кожа давно сменила цвет на голубоватый, а раскрытые и застекленные холодной смертью глаза мертвецов отражали блики редких солнечных лучей.
Уйдя от основной части турбазы со скоплениями аккуратных однотипных домиков, Джейден набрел на пещеру. В глубине души нечто начало истошно кричать от смятения и страха. Его обдало холодом, и он закусил губу. Из черной пасти до Джея долетал мелодичный мужской голос с хрипотцой. И повторял этот голос одну и ту же фразу: «Вызывает Хоук с Блэквуд Пайнс».
Он направился обратно. Мелкая дрожь пробирала нутро, а тревога била почти так же, как он сам Эдвина несколькими минутами ранее.
Росс все еще сидел у сумки. Джей подобрал и надел свои перчатки.
– Рация все еще у тебя?
– Да, – прохрипел Эд.
– Отдай.
Джейден протянул руку, но парень кинул ее. Та упала ему в ноги.
– Повтори еще раз. Что ты услышал?
Напарник устремил на него взор и выплюнул сгусток крови, оскалившись.
– Хоук с Блэквуд Пайнс.
– Вызывает Хоук с Блэквуд Пайнс? – отчеканил Джейден, делая паузы между словами.
– Что там? – спросил его Росс, кивая в противоположную сторону.
– Пещера.
Эдвин встал, поднял сумку и поковылял туда, откуда прибежал коллега. И тот поплелся за Россом.
Из обители бестиария по-прежнему слышалась повторяющаяся фраза.
– Это он, – произнес парень, в нерешительности кусая губы.
– Кто – он?
– Тот голос.
Эдвин вздохнул, достал фонарь и попросил у Джейдена зажигалку.
– Я пойду и проверю.
– Очень сомневаюсь, что там действительно сидит человек и… – не успев договорить, Джей быстро сообразил и достал рацию. Он принялся прокручивать станции, но шипение не прерывалось.
Росс вошел в пещеру, и вскоре огонек фонаря был съеден мглой так же, как и тощий силуэт Эда.
Четыре слова не прекращали резонировать следующие десять минут, а Эдвин никак не возвращался. Джейден, не зная, чем себя занять и как избавиться от тревоги, пролистывал станции. Шипение сопровождало его беспокойство с боязнью остаться здесь одному. И Джей, не вытерпев, достал из сумки револьвер, зажигалку и отправился вслед за напарником.
Вот и он ступил во мрак.
Старался не шуметь, не задевать камни и остроконечные сталагмиты, тянущиеся к нему с грунта шипами. В некоторых местах все же доводилось искать обходные пути – мешали и сталактиты, зубья которых, казалось, вот-вот обрушились бы на Джейдена и пронзили насквозь. Мужчина уже был настороже до этого, но сейчас… Сейчас сердце замирало от одного взгляда на стены пещеры с отчетливыми следами от когтей. Встречались здесь не только те кривые тонкие полоски, но и более глубокие – те уходили в породу на десятки сантиметров. Он и представить не мог существа, способного на подобное, а встретиться с таким созданием уж точно не желал. На земле же изредка встречались кости – животные они или человеческие, Джей не знал.
Но понял он, что эта пещера напрямую связана с той, что они видели внизу.
Голос не утихал. Сколько бы Джейден ни продвигался вглубь, а звучание не становилось громче. Четыре слова исходили словно из стен самой пещеры. Подкатывала тошнота и кружилась голова, несмотря на отсутствие каких-либо специфических запахов. Он все сжимал в руке револьвер и время от времени смотрел назад, думая, что сможет различить движение в поглощающем все пространство мраке.
– Эдвин, – позвал Джей.
Услышав слабый шорох поодаль, он повторил еще раз. И тишина. Что-то прошуршало впереди. Мужчина из предосторожности – держа в голове, что нечисть манит свет – убрал зажигалку. Теперь он делал совсем маленькие шаги, поминутно шепча то имя, то фамилию и идя на ощупь. И через несколько метров взор зацепился за застывший теплый огонек. Подойдя к источнику света, Джей обнаружил брошенный фонарь. Подняв его, он последовал дальше. Смутные мысли роились в уме – Джейден перебирал варианты развития событий, и ни один из них его не радовал.
Бугристая порода под ногами сменилась вязкой глиной – та липла к подошве ботинок, что замедляло и без того неспешный шаг. Стараясь ускориться, Джейден едва ли не сорвался на бег под воздействием страха.
Вернуться без Эдвина он не мог. От одиночества до выстрела в висок путь близкий.
– Эдвин, – шептал он уже громче, – отзовись!
Он терял надежду. На миг остановившись, обернулся: за спиной плотная темнота. Перед ним она же. В сознании проскользнуло предположение, что он, быть может, не туда забрел – свернул, обходя сталактиты, которых становилось по мере продвижения все больше.
Но Джей не остановился. Вдалеке, где тьма сгущалась, он внезапно различил силуэт.
– Эдвин, – кликнул он еще раз и ринулся вперед. Именно оттуда доносилась фраза «Вызывает Хоук с Блэквуд Пайнс».
Он подбежал к нему и после, насторожившись, замедлился. Мужчина отчетливо слышал заевшие слова. Поставив фонарь и приблизившись, Джей оцепенел. Это был Росс: парень стоял и, как зачарованный, смотрел в пещеру. А вернее на то, что издавало звук – диктофон, застрявший в пасти между зубов у одной из тварей, глаза которой горели белым.
Внутри все окаменело, а по коже пробежали мурашки.
На этом месте пещера значительно расширялась. Затуманенный взгляд Эдвина скользил по тысячам белых точек. Среди них сияли и знакомые красные огни, налепленные стены пещеры, в ином случае показавшаяся бы звездным небом. Если бы не осознание того, где они находились.
Джейден дернул Эда за рукав. Создавалось впечатление, что Росс даже не дышит. Мужчина оглядел напарника, помахал ладонью перед глазами, но парень не реагировал. Толкнув его чуть сильнее, Росс моргнул, понурил голову и посмотрел на Джея.
– Сейчас мы тихо разворачиваемся и идем обратно, – прошептал еле слышно Джей.
Эдвин двинулся, задев подошвой камень, валявшийся рядом. Это мимолетное постукивание заставило тысячи белых огней смениться горящим адским пламенем.
– Разворачиваемся и идем.
Борясь с комом в горле и держа револьвер на полной готовности, мужчина отшагнул, но забыл, что там стоял фонарь, и уронил его с громоподобным звоном. Нечто завизжало и зашуршало.
– Бежим! – закричал Росс, схватив фонарь и ринувшись вон из пещеры.
Воплей за их спинами становилось все больше с каждой секундой. Противный стук когтей о камни напрягал слух, ведь твари следовали за ними по пятам. Они бежали насколько возможно быстро. Джейден один раз попробовал остановиться и выстрелить, однако вендиго юлили, не позволяя хоть как-то задеть. В кромешной тьме различить их присутствие можно было только по глазам – длинные тела, сбивающие друг друга, сливались с ней.
Джей прекратил попытки подстрелить, и бросился наутек, опережая Эдвина. Оба ускорились, завидев свет, пробивающийся извне. Вышли они на свет лишь спустя пять минут. Легкие пронизывало, и каждый вздох давался с невыносимой болью. Они вылетели из пещеры. Упав на снег, тут же отползли как можно дальше, глотая свежий воздух. Джейден выронил револьвер, и тот остался лежать в паре метров от него.
Сердца их замерли. Они увидели, что высокие, тощие существа вылезли, остановились у черты света и побрели обратно. Одна из особей с серой небольшой вмятиной между глаз осмелела и вытянула чернильную, когтистую, костлявую лапу, и в следующий момент поплатилась за это – плоть загорелась. Вендиго, ошпарившись, отдернул конечность и, пройдясь когтями по снегу, вернулся в пещеру. На месте ожога наложился такой же серый отпечаток. Тысячи глаз смотрели на них из темной пасти. И тут раздался вой, несравнимый с другими. Он совершенно отличался глубиной, раздирал ушные перепонки. Эдвин и Джей вскочили. Рев настигал, словно существо, издававшее его, могло вгрызться в шею в любую секунду. Джей метнулся к сумке и потащил ее.
– Бросай! – крикнул ему Эдвин, который до сих пор мертвой хваткой держал потухший фонарь. Джей бросил вещи у входа в пещеру, подхватил револьвер, и они скрылись за домами в поисках укрытия. Вой прозвучал уже намного ближе – он несся, как ветер за ними.
– Сюда! – И они ворвались в коттедж. Заперев входную дверь и все шторы, при этом еще и стараясь игнорировать три окоченелых трупа на полу в гостиной, заперлись в дальней комнате. Но тут же за стеной раздался глухой тягучий скрип, будто отворили ржавую калитку, а после слуха коснулся секундный рык, и что-то с грохотом упало на половицы.
Джейден попятился, выискивая глазами место, где можно хотя бы спрятаться. Таковым оказался шкаф, возле которого лежал такой же заледеневший труп золотистого ретривера – сейчас же от нее остались клочки шерсти под налетом неизвестного происхождения со скелетом, обернутым в тонкий слой почерневшей кожи. Переступая через себя и тушу животного, он закрыл створки. В верхней его части отбрасывали блики стеклянные вставки, так что видеть, что происходит по ту сторону, мужчина мог без проблем, но гораздо более сложной задачей казалось быть при этом незаметным, ведь он во все свои шесть с лишним футов едва ли не касался потолка. Эдвин же в это время залез под односпальную кровать у стены, накрыл ее тканями и задержал дыхание, когда нечто вышибло межкомнатную дверь.
Джей не видел ворвавшегося, однако застал этот момент. Дверь повалилась на кровать подле. И никого в проеме не оказалось. Комната на первый взгляд пустовала. С минуту он не двигался, выжидая. А потом нечто невидимое начало разрывать собаку. Джей наблюдал, как летят клочья шерсти и появляются новые укусы, как рвалась плоть и выступали внутренности, что и раскромсали за небольшой промежуток времени.
Лишь бы не наблюдать за подобным зрелищем, Джей перевел взор и встретился с голубыми глазами на искаженной гримасе мужчины перед ним. Он сдержал рвотный позыв и прикусил щеку. Мертвец перед ним, видимо, тоже когда-то решил спрятаться здесь, но замерз насмерть. Ресницы покрылись льдом, а цвет кожи ушел в бледно-синий оттенок. На лице – единственном, к счастью Джейдена, открытом участке тела – виднелись фиолетово-синие вены. Пухлые темные губы замерли в полуоткрытом положении.
Джей повернул голову и невольно его взгляд остановился на собаке. То, что пожирало ее, обретало плоть. Серое костистое создание, кожа на котором появлялась с небольшими брешами и походила скорее на живую липкую субстанцию, снедало труп. В одно мгновение оно встало, начало озираться, сверкая тусклым ядовито-зеленым свечением пустых глазниц, а после продолжило трапезу.
Спустя полчаса, после того как существо покончило с останками золотистого ретривера и удалилось, Джей решился выйти. Он не был уверен, что оно ушло, но и долго сидеть в шкафу с мертвым мужиком, пусть даже не было зловония, тоже не мог.
Он вывалился из шкафа, стараясь не наступить на животное, но все же задел краем ботинка слизь той зеленоглазой твари.
– Эдвин, – подозвал он парня тихо. – Ты живой?
