Они шли по коридору в сторону стыковочного модуля. Олег обернулся к Елене.
– Что слышала? Без твоего переводчика они были более словоохотливы, я надеюсь?
– Они боятся, Олег Иванович! Они точно уверены, что им всем конец!
– С чего такая уверенность? – удивился Диллон.
– Я знаю, слышала, – Елена опасливо оглянулась, – вы разве не чувствуете? Каждый уголок этой станции пахнет страхом! Страхом и безнадежностью.
Бортников миновав стыковочный узел, решительно зашагал в центральный пост. Он обернулся, уже входя в отсек.
– Так все данные срочно передать на Землю. Шифр номер один! Жду доклада.
– Принято, командир, – Елена серьезно смотрела на него, – фаттонцы не обидятся?
– Пока мы не будем знать, куда и зачем идет их флот, шифр передачи номер один!
– Ясно, – Диллон и Елена резко развернулись и отправились к себе в отсеки.
Командир сел в сове кресло и пристегнул ремни. Пилоты в ожидании смотрели на него. Олег включил монитор.
– Заправка?
– Завершена!
– Расчет гравитационной катапульты?
– Завершен!
– Технологическая карта перехода корабля на вторую космическую скорость?
– Завершена!
– На третью космическую?
– Завершена!
– Боевые радары и защитные сенсоры?
– Проверены, включены!
– Вооружение, спасательные системы?
– Проверено!
– Кораблю полная готовность! Передать на Тору наш точный курс.
– Выполнено, командир. Тора желает нам счастливого полета!
– Маршевые межпланетные двигатели на старт. Удача нам не помешает!
ГЛАВА 8
Посадник в окружении членов Верховного Совета обсуждали последние новости Земли. Слушая доклады об успехах и достижениях, Посадник все больше грустнел и мрачнел. Наконец он прервал очередного докладчика, и нажал кнопку на столе. В зал вошел секретарь. Все с удивлением оглянулись на правителя.
– Я, к сожалению, вынужден изменить повестку Совета. К сожалению…
По залу покатился возбужденный и удивленный рокот. Все в недоумении смотрели на вошедшего секретаря.
– Пригласите Брагину!
Секретарь, молча, кивнул головой и вышел. Вскоре в зал вошла Ольга. Она с опаской посмотрела на сидящих в зале советников. Свет в зале зажегся ярче. Шторы на окнах медленно поползли вниз и наглухо запечатали проемы. Над дверью появилась зеленая надпись «Закрыто». Все удивленно смотрели на Посадника, гомон прекратился, в зале установилась полная тишина.
– Ольга Матвеевна Брагина! – представил Ольгу Посадник.
Все повернули головы к Ольге. Она кивнула в знак приветствия и замерла перед столом Посадника. Он указал ей жестом на место справа от себя.
– Садитесь, вот сюда.
Ольга присела на край стула и положила на стол папку и тубусы.
– Хорошие новости есть? – спросил он у нее слабо, улыбнувшись.
Ольга пожала плечами в ответ. Посадник повернулся к залу.
– Все, что вы сейчас услышите, является самой страшной государственной тайной! Никто…! Я повторяю, никто из вас не имеет права разглашать ни одного слова услышанного здесь! Кто не понял, или не согласен, прошу прямо сейчас выйти отсюда!
Дверь в зал бесшумно открылась и замерла. Все смотрели на приоткрытую дверь, словно на магический знак чего-то чудовищного и неотвратимого. Никто не двигался с места. Дверь нарочито медленно закрылась, будто закрыв какую-то прошлую страницу в их счастливой жизни, и провела невидимую границу между сегодня, вчера и завтра. Все повернули головы к Посаднику. Он смотрел на эти растерянные испуганные взгляды и мрачно качал головой.
– Все что мы знаем про нашу Землю и космос! Вся наша жизнь, которую мы с вами строили столько лет! Все это очень скоро исчезнет! По крайней мере, в том виде, который мы видим сейчас, Землю мы с вами больше не увидим. В наших руках жизнь человечества как таковая!
В зале повисла зловещая тишина. Все с широко раскрытыми глазами смотрели на Посадника. Посадник покачал головой и повернулся к Ольге.
– Прошу вас, Ольга Матвеевна. Прошу только суть, и … правду, только правду, и никаких домыслов. На кону жизнь миллиардов людей.
Ольга медленно поднялась, раскрыла папку. Неожиданно из зала раздался вопрос.
– Какие полномочия у Брагиной?
– С сегодняшнего дня, – Посадник властно поднял руку, – ее указания после моего утверждения, сразу без прений выносятся на голосование Совета. Я повторяю никаких обсуждений и прений. Она наш главный двигатель, и единственная надежда.
Зал неодобрительно загудел, но Посадник снова поднял руку.
– Сейчас не время для разногласий и размолвок! Сейчас время подвигов и жертв!
Зал затих, Ольга развернула карты и одернула манжеты рукавов блузки.
– Крейсер третьего класса «Пламя» обогнул Фаттон, и совершив гравитационную катапульту продвигается вглубь нашей солнечной системы. Он двигается строго на встречном курсе к надвигающейся беде.
– Что? Какой беде? – загудел зал.
– Тише! – выкрикнул Посадник, – прошу соблюдать терпение, продолжайте Ольга.
– Давайте поступим так, – неожиданно воскликнула Ольга, – сейчас я вам просто покажу фильм, короткий и понятный для всех, а потом уже продолжу.
Она примагнитила к столу диск и из него вышла огромная на весь зал объемная голограмма. Солнечная система сталкивается с огромной звездой и теряет стабильность. Ее спокойный мерный голос несется в зал параллельно голограмме. Когда голограмма исчезла, она обвела взглядом в зал. Все сидели затаив дыхание и смотрели на нее.
– Наш корабль продолжает разведку космического пространства, и мы получаем от него ценнейшие сведения о поведении приближающихся астероидов и планетоидов. И не только.
– А, что еще? – удивились несколько человек в зале.
– Звездный флот Фаттона в полном составе двинулся от своей планеты. Три крейсера идут вместе с нашим звездолетом, а остальные идут сюда.
– Куда сюда? – посыпались вопросы.
– Курс фаттонцев, Земля! – твердо произнесла Ольга.
– Земля? Они летят сюда? Но…, зачем?
– Первичные вычисления наших разведчиков показывают, что один из планетоидов имеет орбиту, пересекающуюся с Фаттоном.
– Говорите яснее, – Посадник привстал с места.
– Точнее…? – Ольга замялась, – точнее Фаттон получит прямой удар! Лоб в лоб! Это большая редкость, вообще шанс столкновения планет один на миллион, а может и меньше. Но…, Фаттон обречен.
– Так пусть летят туда и сотрут его в порошок! Зачем они к нам-то летят?
– Это огромное тело! – Ольга раздвинула руки для наглядности, – очень! По примерным подсчетам до 1000 км в диаметре, да еще и с ядром из металлов. Впереди него несутся еще тысячи тел поменьше. Флот Фаттона будет уничтожен еще на подходе к планетоиду. У них нет шансов. Ни одного!
– Они оповещали нас? Что-нибудь выдвигали? Предложения? Просьбы?
– А, что они предложат?
– Разместить их жителей у нас, например!
– На Фаттоне 12 миллиардов жителей! Куда мы их денем? Куда?
– А, вы что предлагаете? Бросить их в беде?
– Если мы их не бросим, то сами будем в беде!
– Тихо! – Посадник ударом ладони о стол прервал эти стихийные споры, – продолжайте Ольга Матвеевна.
– Первый удар уже нанесен, по данным полученным от фаттонцев, Плутон в результате полученных ударов изменил угол наклона к площади эклиптики на 90 градусов. Он попросту лег на бок.
– И, что нам до этого Плутона? Нам-то что с того?
– Если Землю постигнет та же участь, то это будет означать гарантированную смерть всего живого. Одна половина выгорит, вторая замерзнет, если вам интересно конечно. Я сейчас хочу показать вам пример той неистовой мощи, с которой нам придется столкнуться.
– Что вы конкретно предлагаете? – неожиданно спросил Посадник.
– Я? – удивилась Ольга.
– Вы, вы, – Посадник слабо улыбнулся, – мы, как видите, пока не можем адекватно оценивать ваши новости. Просто предел осмысления еще не наступил.
– Нужно привести нашу космическую оборону в полную боевую готовность! Пока мы не узнаем планы Фаттона, нужно иметь армию наготове!
– Вы считаете, что Фаттон на нас нападет? – в зале раздались саркастические смешки, – вы серьезно?
– Тут не место для шуток, – Ольга решительно выдохнула, – и, собственно да, я предполагаю, что Фаттон объявит нам ультиматум, а если мы откажемся принимать их людей, то и войну.
– Но, это не выход!
– А, какой у них выход? – спросила в зал Ольга, – какой вообще тут выход? Если он вообще есть! Там верная смерть, а тут еще неизвестно что! Но я могу только предполагать!
– С этим понятно, что еще? – спросил Посадник.
– Нам самим необходимо готовиться к множественным ударам, нет никакой гарантии, что нас не постигнет судьба Фаттона. Поэтому эта война большая глупость, погибнуть могут обе планеты.
– Что самое главное как думаете?
– Нам нужно готовить знания! – Ольга провела рукой по залу, – знания, которые мы передадим будущей цивилизации. При лучшем раскладе конечно.
– А, что тут сложного? – усмехнулся Посадник, – придут выжившие отстроят города, и будут жить себе дальше припеваючи, поминать нас лихим словом, за то, что планету не сохранили.
– Я так не думаю, – вздохнула Ольга, – с большой вероятностью человечество, если выживет, то будет отброшено далеко назад, чуть ли не в каменный век, а может и дальше. Все наши знания и достижения могут быть безвозвратно потеряны. Нам нужно каким-то образом передать свои знания в будущем. Любой ценой! Любой!
– Да, это правильно, над этим будем думать! – Посадник обвел взглядом зал, – думать день и ночь. Еще что?
– После получения дополнительных сведений, необходимо срочно приступить к строительству убежищ и защитных сооружений.
– А когда? Когда они будут? – загудел зал.
– Думаю скоро, – Ольга указала на точку на карте звездного неба, – судьба наших жизней и жизни планеты сейчас зависит от одного небольшого звездолета «Пламя». Все сейчас зависит от командира Бортникова и его экипажа.
Ольга многозначительно посмотрела на Посадника, вспоминая слова пророчества. Посадник кивнул головой.
– А как, по-вашему, должны передаваться эти наши знания, может создать какую-то группу ученых?
– Неизвестно сколько будет длиться череда катаклизмов на Земле. Нет уверенности, что это закончиться быстро, и не повторится. Эти люди, они не могут быть учеными, это должны быть молодыми, а может быть детьми. Да детьми, у них будет больше шансов пережить этот кошмар.
ГЛАВА 9
Арина зашла в комнату и поставила сумку с продуктами на пол. Она разулась и тихо заглянула в комнату к детям. Юрий и Маша сидели за столом в своих школьных шлемах. Она улыбнулась и прошла на кухню. Несмотря на обилие и высочайшее качество предлагаемых полуфабрикатов, Арина всегда готовила сама. Она доверяла планетарным поварам, и сама иногда любила поужинать в одном из семейных ресторанов. Но это чаще случалось на отдыхе. Дома она всегда готовила сама, и не разрешала семейству есть на стороне. С детства к этому была приучена и Маша, которая нередко помогала матери в приготовлении пищи. Она выложила продукты на стол и резко повернулась, услышав шевеление. Она вздрогнула от неожиданности, в проеме двери стоял Юра. Он тяжело вздохнул и протянул ей шлем.
– Что опять? – Арина строго смотрела на сына, – смотри мне, вот не стану тебя прикрывать, и отцу все скажу!
– Тебя, мам, – Юрий продолжал протягивать ей шлем.
– Кто?
– Мендель! – Юрий закатил взгляд.
– Давай еще, позакатывай мне тут глазки, – мать строго попеняла сыну.
Она аккуратно надела шлем и сразу оказалась в виртуальном школьном классе. За преподавательским столом сидел пожилой мужчина с седыми волосами.
– Здравствуйте, профессор, – вежливо поздоровалась она.
– Здравствуйте, Ариночка, – улыбнулся профессор, – извините за беспокойство.
– Это вы нас извините, – улыбнулась Арина.
– Я просто вынужден буду обратиться к отцу этого дерзновенного юноши. Ариночка, он просто откровенно хамит.
– Что случилось, дорогой профессор? Что он натворил, на этот раз?
– И в этот и предыдущий! Я говорю про периодическую таблицу! Такое простое задание, но, однако же, после моего замечания он ведет себя дерзко!
– Опять? – Арина покачала головой, – он опять сдвинул столбцы элементов, и оставил нулевую массу?
– Конечно, речь опять идет о пространственном эфире. Свойства его до конца нами еще не изучены, и его нельзя включать в периодическую таблицу элементов. Его успехи в изучении данного явления пространственного эфира воистину уникальны. Но нельзя себя так вести с учителем. Это недопустимо.
– Я поговорю с ним профессор, – Арина нахмурилась, – не нужно ничего говорить отцу, у мальчика будут проблемы. Я сама улажу все эти вопросы.
– Хорошо, надеюсь, мы с вами найдем подход к вашему феномену. Всего вам хорошего, и еще раз извините.
Арина сняла шлем и строго посмотрела на сына. Тот виновато смотрел на нее.
– Мам, ну как можно отрицать явное? – Юрий решил начать первым, – ну, сколько можно осторожничать? Пространственный Эфир существует…, они же этого не отрицают. Это и есть суть нашего существования! Почему?
– Хочешь, я расскажу отцу? – тихо спросила Арина.
– Нет, мам, – Юрий осторожно взял шлем, – только папе не говори!
– Почему? – строго спросила Арина, – почему не говорить? Отвечай! И перестань тут умничать о своем любимом эфире!
– Я был не сдержан и не почтителен со старшим, матушка, – Юрий виновато склонил голову, – прости меня, пожалуйста.
Он виновато смотрел на мать. Однако Арина продолжала возвышаться над ним, скрестив руки на груди.
– Продолжай, чего ты замолчал, дальше!
– Я повел себя не по-мужски, это разрушает круг моей семьи.
– Ну вот, – улыбнулась Арина, – ты все сам понимаешь, дорогой!
– Да понимаю! – кивнул головой сын.
– Нет, сынок, ни тебя, ни меня, ни папы. Это все один организм, который объединен в единое целое. В отдельности мы не существуем. Кто такой человек?
– Человек это слово объединяющее.
– Правильно, человек это объединяющее понятие, и оно всегда употребляется в единственном числе. Всегда! Даже с числительным человек будет человек. Пять человек! Двадцать человек! Человек на земле он всегда один! Это общий земной организм, поэтому он один на всю Землю. Кто составляет этот организм?
– Люди, мам! – покорно отвечал сын, – все люди Земли составляют нашего земного человека.
– Правильно сынок, – улыбнулась Арина, – все люди Земли это не просто люди, они и есть часть общего организма под названием человек. Мы все частичка этого организма, и каждого из нас связывают прочнейшие незримые связи. У каждого из нас есть свое место и обязанности, никто из нас не может свесить ножки и ехать просто так со всеми за компанию. Что будет, если кто-то из людей подумает, что проще украсть, чем добыть?
– Воры, насильники и убийцы, – Юрий опустил голову.
– Ты-то откуда знаешь? – удивилась Арина.
– Нам профессор Мендель рассказывал, о том, как жили наши предки.
– Ну, вот ты сам все понимаешь, надевай шлем и не забудь извиниться, только чтобы я слышала.
– Хорошо, Матушка.
– Извините профессор.
Арина повернула сына за плечи, поцеловала в шлем и подтолкнула в сторону комнаты. Юрий улыбнулся.
– Нет, нет профессор, мне не смешно, это я маме.
Арина покачала головой, и заглянула в комнату, убедившись, что Юра дошел до стола. Зазвонил звонок домофона.
– Кто там? – спросила Арина, и посмотрела в экран.
За дверью на крыльце стояла Ольга. Арина радостно выдохнула и провела по экрану. Дверь открылась. Ольга вошла, и не успев снять обувь уже попала в объятия Арины.
– Привет сестренка, – Ольга обняла радостную Арину.
– Привет, родная! Какими ветрами, такого важного человека к нам занесло. Жаль, Егора нет.
– Дети хоть дома?
– Дети дома, учатся! – улыбнулась Арина, – только что племянника твоего воспитывала!
– Что? Опять Менделю нахамил?
– Ага, – махнула рукой Арина, – совсем сладу нет с нашим вундеркиндом.
– Пойдем в комнату, поговорим, – Ольга грустно посмотрела на Арину.
– Что стряслось? – Арина удивленно смотрела на старшую сестру, – на тебе лица нет.
– Пошли, чайку попьем. Есть разговор.
– Ну, пошли, что там у тебя за разговоры такие невеселые? – улыбалась Арина.
Ольга уселась за стол и оглядела кухню. Арина возилась у электрической плиты.
– Хорошая у вас квартирка, – Ольга открыла коробку с пирожными, – хорошая.
– Ну, а почему бы и нет? – усмехнулась Арина, – у тебя хуже что ли?
– Переехать не хотите?
Арина поставила на стол чашки и налила чай.
– Переехать? – удивленно спросила она, – Куда? Да и зачем? Нас тут все устраивает! Вообще все, понимаешь?
– Понимаю, Арин, понимаю, но все-таки придется переехать.
– Куда? Зачем?
– Ну, хотя бы в Асгард, может и подальше, позже скажу точнее.
– Что это значит? – Арина сел напротив и серьезно смотрела на Ольгу.
– Это значит, что на нас надвигается большая беда, – Ольга смотрела ей прямо в глаза.
– Значит…, значит там, на Венере не врали про конец света? Чего смотришь, говори уже как есть!
– Не врали!
Арина словно задохнулась и натолкнулась на какое-то препятствие. Она некоторое мгновение смотрела на сестру, потом встала и взяла со стола салфетку. Из ее глаз текли слезы.
– И насколько все плохо?
– От очень до совсем, – пожала плечами Ольга.
– Ну…, не знаю, вот вернется Егор со сборов, там и решим.
– Не вернется, – тихо произнесла Ольга, – армия уже приступила к мобилизации.
– Когда? – воскликнула Арина, – что и указ был?
– Проводится скрытая мобилизация, указа не будет.
– Ох, – Арина схватилась за грудь, – как же мы с детишками? Маша, Юра.
– За тем и пришла, сестренка, – Ольга взяла ее за руку, – Юры тоже не будет, я смотрела списки. Он тоже отобран и будет призван.
– Куда? – ужаснулась Арина, – он мальчишка совсем, ему же двенадцать лет всего!
– Его не в армию забирают, в специальную ученую группу. Их сохранят в любом случае, их будут беречь всеми силами.
– Кого их?
– Это группа особо одаренных детей не младше десяти, и не старше двенадцати лет. Они должны выжить в любом случае. Эти дети наша надежда.
Арина вытерла слезы и убрала чашки. Они еще посидели немного и повспоминали свой родительский дом в Асгарде. Вспоминали свое безмятежное детство и родителей. Когда дети зашли на кухню, они сидели, обнявшись, и тихо пели свою семейную песню. Тихая мелодия о матушке Земле неслась под своды комнаты, и вырывалась, словно на свободу, сквозь открытые окна и вентиляцию.
ГЛАВА 10
Бортников склонился к монитору и быстро нажал несколько клавиш. В экране возник Диллон. Астрофизик уже несколько дней не брился, его всколоченные волосы с густой бородой придавали ему вид скорее разбойника, чем астрофизика. Бортников усмехнулся.
– Ты спал сегодня? Ты спишь там вообще?
– Не помню командир.
– Что там за маневры у Торы, я не понимаю! Что за чудачества?
– Сейчас проверю!
Макс повернулся с места пилота к командиру. Он устало протер лицо и ткнул на висящий сбоку монитор.
– Командир, очень похоже, что Тора проводит маневр уклонения!
– Я вижу! Что там вообще происходит? Куда сносит этого Дортона! Елена!
В мониторе появилась девушка.
– Они ведут переговоры?
– Да конечно, своими шифрами, межпланетный язык не используется!
– Принято, – Бортников откинулся в кресле, – только фаттонской возни нам тут еще не хватало. Макс!
– Да, командир! – Макс внимательно смотрел на Бортникова.
Неожиданно вспыхнул экран монитора. Бортников повернулся к экрану.
– Командир, сканеры фиксируют боевые радары номерных крейсеров!
– Этого еще не хватало! Запросить Дортона о намерениях!
– Командир! – Бортникова услышал громкий крик Макса, – Атака! Атака!
