– Миссис Коуэл, будь это мне впору, я, наверное, не смогла устоять и приняла в качестве подарка, но перепродавать… да и не купит у нас никто такое.
– Не купит?
– Дорого больно, – пояснила хозяйка магазинчика одежды.
– Хорошо, я подумаю, чем вас отблагодарить, – проговорила, запихнув в чемодан колготки, с трудом закрыла его, ещё раз осмотрела переодетую в местный наряд Алину, произнесла, – ну мы пошли.
– Миссис Коуэл, вы заходите, я здесь каждый день. Если не в лавке, то наверху, там жилые комнаты.
– Обязательно зайдём, – пообещала женщине, которая не только помогла нам с одеждой, но и поделилась так необходимыми для нас сведениями о городке и его жителях.
– До свидания мисс Хоуп, – попрощалась Алинка, отпирая дверь магазинчика, первой вышла на улицу, тут же растерянно прошептав, – мам тут, видимо, к нам.
– Кто? – обеспокоенно воскликнула, спеша к дочери, на пороге оторопело замерла, беглым взглядом окинув занятных дам. Семь миниатюрных женщин на вид лет сорока пяти, в платьях с турнюром, шляпках с большими полями, на которых был прикреплён довольно скромный букетик цветов. В руках у дам были крохотные сумочки, похожие на пузатые тряпичные мешочки и зонтики-трости, хотя дождя судя по небу не намечалось. И если не вглядываться на выстроенных в ровный ряд женщин, то я бы сказала они абсолютно одинаковые, даже поза с неестественно прямыми спинами и театрально уложенными руками, были схожи.
– Миссис Коуэл! Я миссис Меридит Роуз – председатель женского совета нашего города и мы рады приветствовать вас в Терсе. А также мы пришли пригласить вас присоединится к совету. В нём мы помогаем женщинам, девушкам и детям. Проводим благотворительные мероприятия, организовываем досуг дамам…
– Спасибо за приглашение. Очень рада знакомству. Непременно приду на ваши мероприятия, но, мы только прибыли в ваш город и потребуется время, чтобы в нём устроится.
– Ооо, миссис Коуэл, мы вам поможем, – тут же воскликнула одна из дамочек, бросившись ко мне, попыталась забрать ручку чемодана, который мисс Хоуп прикрыла рогожкой, чтобы его яркий цвет не привлекал внимание.
– Не нужно, с этим я и сама справлюсь, – успела откатить чемодан за спину, вежливо улыбнувшись, добавила, – благодарю, но пока ваша помочь нам не требуется.
– Конечно миссис Коуэл, – важно кивнула председатель женсовета, бросив презрительный взгляд за мою спину, натянуто улыбнулась, добавила, – рекомендую поторопиться с решением.
– Обязательно, – с трудом сдержала неимоверное желание послать её куда подальше, уж слишком надменный вид был у дамочки. Некоторое время молча наблюдала за плывущими по тротуару женщинами и когда женсовет скрылся за поворотом, обернулась.
– Миссис Коуэл… – тотчас смущённо пробормотала мисс Хоуп, стиснув подол своего платья, – это из-за меня и вам и правда нужно согласиться на предложение миссис Меридит. Она младшая сестра префекта и имеет влияние на большинство важных персон города.
– Причём здесь вы?
– Ну… я всего лишь дочь торговки, и сама занимаюсь неблаговидным делом, – ответила хозяйка магазинчика, неопределённо пожав плечами.
– Мда…, – пробормотала с каждой секундой ужасаясь о месте и времени, куда нас с Алинкой забросило, – мисс Хоуп, спасибо за совет, нам пора.
– До свидания миссис Коуэл, – грустно улыбнулась женщина, вернулась в магазин, тщательно запирая за собой дверь.
– Мам, а почему ты не согласилась на помощь этих дам? Они же сказали, что помогают женщинам и детям? – тут же спросила дочь, поправляя в руках холщовый мешок, в котором, свернувшись клубком, спал Багги.
– Не хочется быть обязанной этой миссис, – невольно поёжилась, вспомнив холодный, оценивающий взгляд дамы, – от таких лучше держаться подальше, но и не ругаться с ними, а то полезет из них…
– Что? – хихикнула Алинка, наверняка же догадавшись, о чём я чуть не выругалась.
– Оно самое, – усмехнулась, подхватив рюкзак, тоже ловко запрятанный в рогожку, скомандовала, – идём уже к мистеру Ригби, решим вопрос с местной монетой, наберём еды, ещё бы одеяла с подушками и матрасом прикупить, уверена, в доме этого нет и укроемся в поместье этих Коуэлов. Надо бы ещё проверить, правда туда зайти никто не может, а то как-то неспокойно в этом городке. И вроде все такие любезные, но в глазах такой холод, аж волосы на затылки шевелятся.
– Ты видела, как одна, та, что с рыжими волосами, недовольно губы поджала?
– Нет, я смотрела на миссис Меридит. Она главная змея в этом серпентарии, – ответила, вспомнив выстроивших в ряд важных особ, рассмеялась, – они одеты как под копирку и даже одинаково шагают, как солдаты на плацу.
Так потихоньку рассуждая о необычном городке и его жителях, мы дошли до нужного нам поворота. Не забывая рассматривать каменные или кирпичные дома, с аккуратными низкими заборчиками и яркими цветами на клумбах. Украдкой поглядывая на дам, прогуливающихся с кавалерами. На детей в нарядных одеждах. На хмурого констебля, проводившего нас внимательным взглядом. Как это ни странно, меня, каким бы ни было это место подозрительным и необыкновенным, звуки, запахи и цвета города всё же не оставили равнодушной. Чистый, спокойный, уютный вот определение Терсе. Домики были опрятными, трава во дворах ярко-зелёной, не припорошённой городской пылью. Даже мостовая мощённая плиткой, по которой время от времени не спеша катились кареты и двуколки, была чистой и сверкала на солнце. А между дорогой и тротуаром сточные канавы служили для спуска дождевой воды, а не для сбора мусора и нечистот.
Но чем дальше мы отходили от поместья Коуэлов, тем уже становились улицы, дома ещё пока были в два этажа, но верхний всё чаще нависал над тротуаром. Людей становилось больше, но никто праздно не шатался, все куда-то спешили. Мужчина неопределённого возраста, так как его борода практически полностью скрывала лицо, толкал перед собой тележку, нагруженную какими-то мешками. Мальчишка лет семи, начищал обувь местному франту, который с важным видом, уже трижды посмотрел на карманные часы. Женщина в платье из серого сукна и такого же цвета шляпке, несла корзину, прикрытую плотной тканью, с одной стороны плетёнки торчали перья лука.
Было интересно и как-то странно смотреть на всё это, пока ещё с трудом осознавая, что мы не дома и это не кино, а взаправду. Одно радует, на нас с Алиной смотрели не так пристально, как раньше, всё же смена одежды была верным решением.
– Вот и площадь Риом, – пробормотала, чуть замедлив шаг, взглядом ища вывеску с колечком и пенсне.
– Вон она, – подсказала Алина, указав рукой на двухэтажное кирпичное здание, расположенное левее от нас. Но чтобы до него добраться, потребуется пересечь площадь, буквально кишащую людьми, транспортом и даже животными, которые пришли сюда в надежде чем-нибудь поживиться.
– Этот район поживее будет, – заметила, взяв дочь за руку, поспешила пройти торговую площадь. Лавируя между лотками с выпечкой и сладостями. Внимательно следила за проезжающими повозками, чтобы вовремя отскочить и сберечь свои ноги. Дважды успела увернуться от спешащих куда-то мужчин, и не была снесена тюком с поклажей. И удивительно проворно на пару с Алинкой отпрыгнули от катившейся на нас бочки. Наконец, мы благополучно пересекли этот кошмар.
– Мам, кажется, ювелирную лавку закрывают, – взволнованно проговорила Алина, потянув меня за руку, ускоряя шаг.
– Мистер Ригби! – вынуждена была выкрикнуть, благо мы находились всего в пяти шагах от лавки, следом за дочерью переходя на спортивную ходьбу, – мистер Ригби!
– А? – отозвался сгорбленный старичок, удивлённо осматриваясь, – кто звал?
– Я мистер Ригби! Добрый день. Я миссис Коуэл, – обрадованно выдохнула, резко притормаживая у закрытой двери ювелирной лавки.
– Не думал, что доживу до этого дня, – рассеянно протянул старик, прежде долго подслеповато всматриваясь в моё лицо, – чем могу быть полезен?
– Я хотела продать…
– Миссис Коуэл?! – прервал меня надменный, немного гнусавый голос. От которого по моей спине, почему-то пробежали зябкие мурашки. А мистер Ригби невольно сгорбился ещё сильней, стараясь стать как можно незаметней.
Глава 6
– Да, всё верно, – произнесла, степенно поворачиваясь к говорившему, – как я могу обращаться к вам?
– Мистер Оберон, я префект этого города, – представился тот, чьим именем судя по реакции старого ювелира, пугают детей. Высокий, поджарый мужичина, некогда чёрные как смоль волосы, сейчас на висках были посеребрены. Узкие губы поджаты в тонкую линию, нос с горбинкой чем-то напоминал клюв хищной птицы, а небольшие, цвета стали, глаза – холодны.
– Приятно познакомится, – проговорила, покосившись на мистера Ригби, надеясь, что старик не сбежит и мне всё же удастся обменять кольцо на лидоры.
– Миссис Коуэл, ваше поместье давно пустует, земли затянуло сорной травой и покосившийся забор пора сменить, – принялся перечислять префект, то что я и сама видела, но пока не понимала, к чему это он ведёт, – вы только прибыли и город готов оказать вам помощь, от вас требуется лишь дать согласие на доступ в земли Коуэлов.
– Вы так любезны, – проворковала, лихорадочно соображая: «Так вот как это работает? Надо дать только доступ?», вслух же проговорила, – в Терсе живут такие добрые люди. Я рада, прибыть именно в этот город, но… мистер Оберон, мы с дороги и очень устали и заниматься ремонтом сейчас совсем нет желания.
– Я понимаю миссис Коуэл, – мужчина растянул губы в подобие улыбки, добавил, – дорога для таких хрупких созданий, как вы тяжела и вам необходим отдых. Вашему поместью наверняка тоже требуется ремонт, я приглашаю вас отдохнуть вас к себе в особняк.
– Уверена, это не прилично останавливаться в доме одинокого мужчины, – твёрдо проговорила, мысленно поблагодарив мисс Хоуп за сведения, всё же успела заметить, как недовольно поморщился после моих слов префект, добавила, – простите, но мы и правда устали и хотели бы поскорее завершить неотложные дела и вернуться в поместье.
– Конечно, прошу извинить меня, позже мы с вами обязательно встретимся, – проговорил мужчина, не дожидаясь моего ответа, резко развернувшись направился к двуколке.
– И чего им всем от меня надо, – не сдержавшись заворчала, провожая взглядом отъезжающий транспорт.
– Поместье Коуэлов притягивает многих искателей, – прошамкал ювелир, толкая дверь лавки, – у меня сохранились записи о двух его хозяев, кажется, последний был мужчина, он пробыл в Терсе недолго и бесследно исчез. А вот предыдущий имел странную магию, однажды он испепелил разом пять местных разбойников, которые, увидев вспышку, поспешили к воротам поместья.
– Вспышка? Записи? – взволнованно переспросила, следуя за мистером Ригби в тёмное помещение магазинчика, – а можно посмотреть?
– Конечно, сейчас найду… наверху где-то были, давно я в ту шкатулку не заглядывал, – невнятно бормотал старый ювелир, скрываясь за дверью.
– Ты как? Устала? – обеспокоенно спросила дочь, стоило нам только остаться наедине.
– Нет, здесь интересно, правда, тот мужик был жутким.
– Согласна, и ему от нас что-то очень нужно, вернее, от дома, – задумчиво протянув, осмотрелась. Лавка ювелира выглядела гораздо беднее той, что принадлежала настырному Адаму. Здесь не было украшений, зато было полно старых книг, каких-то шкатулок, баночек, статуэток и прочих интересных вещей, которых так и тянуло внимательно рассмотреть.
– Похоже, это антикварная лавка, мы в такой с тобой были, ты там купила подвеску, – произнесла Алина, медленно расхаживая вдоль шкафов, – ту с маленьким голубым камнем.
– Старинная вещица и невероятно красивая, – согласилась с дочерью, нащупав рукой под платьем ту самую подвеску, – но здесь нет украшений и боюсь, он откажется покупать моё кольцо.
– Кажется, старик идёт, – прошептала Алинка, быстро метнувшись ко мне ближе, настороженно замерла. Вскоре и я услышал скрип старого дерева и шаркающую походку ювелира. Через минуту появился, и он сам, неся в руках довольно внушительного размера шкатулку, всю в пыли и паутине.
– Здесь всё, что смог собрать о хозяевах поместья Коуэлов мой прадед, – проговорил старик, – скрытные они были, мало о себе рассказывали и нечасто в город выходили.
– Можно? – спросила, не решаясь прикоснуться к тайнам прошлого, настороженно поглядывая на шкатулку.
– Заберите с собой, – вдруг произнёс ювелир, чем удивил меня безмерно, – я стар, детей нет и скоро здание отойдёт городу, а это всё выбросят как ненужный хлам.
– Спасибо большое, – растерянно пробормотала, бережно стирая пыль с деревянной крышки, борясь с желанием взглянуть, что там, всё же проговорила, – тогда мы в поместье её откроем.
– Как вам будет угодно миссис Коуэл, – ласково улыбнулся старик, печально вздохнув продолжил, – не погибни мой мальчик, я бы написал в дневнике о вас, чтобы внуки знали, что и мне удалось увидеть таинственных хозяек поместья.
– Мы вернём вам дневник, и вы напишите о нас, обязательно напишите, – пробормотала, искренне сочувствуя старику, наверное, это самое страшное пережить своих детей, – а шкатулку мы отнесём в поместье, чтобы новые хозяева знали о своих предшественниках.
– Хм… и то верно, будут благодарны семье Невилов. О нас будут знать и помнить всё Коуэлы, – чуть оживился старый ювелир, вдруг встрепенувшись, спросил, – миссис Коуэл, вы же зачем-то приходили ко мне?
– Да, – ответила, тяжело вздохнув, бросив беглый взгляд на шкафы битком заполненные разной рухлядью, проговорила, – хотела продать это кольцо, нам нужны монеты.
– Конечно, как же… сейчас миссис Коуэл, – засуетился старик, спешно рванув к прилавку, – вы не смотрите, что не выставлено здесь ничего. Самое ценное я храню не на виду, ко мне приезжают из самого Кламара за редкостями, а ваше колечко я очень выгодно продам.
– Отлично, – с облегчением выдохнула, подмигнув Алинке, играющей с котёнком, подошла к прилавку, за которым чем-то гремел мистер Ригби.
– Давайте его… ага, чудесная огранка, а как сверкает и чистый что слеза, – восторженно бормотал ювелир, молниеносным движением сграбастав колечко, стоило мне его только выложить на прилавок.
– Пятьдесят лидоров миссис Коуэл, – назвал сумму, от которой у меня тотчас перехватило дыхание, а Алинка потрясённо замерла, – больше вам никто не предложит, да и нет здесь покупателей на эту тончащую работу, а вот с Кламара ценители редкостей заберут.
– Эээ… по рукам, – наконец проговорила, стиснув зубы, чтобы унять прорывающийся дикий смешок. Мисс Хоуп немного просветила нас о местной валюте, о стоимости услуг и товаров. И получается я и Алина сейчас станем обладателями суммы, которой семье из пяти человек, не стеснённых в средствах, хватит как минимум на два года. От этой суммы и предстоящих затратах у меня вдруг закружилась голова.
– Миссис Коуэл, с такой суммой я бы не советовал вам ходить по городу, да и не держу я столько в лавке, – произнёс ювелир, положив на стол небольшой мешочек, в котором тотчас призывно звякнули монеты, – могу отдать вам три сотни динье, остальное векселем и когда вам потребуется, вы сможете в любое время забрать их в банке Риом всего в паре шагах от моей лавки.
– Риом? Разве не так называется эта площадь?
– До появления банка мистера Риома это площадь называлась куда приятней, – ответил Алине старик, криво усмехаясь, – цветная площадь, когда-то здесь сидели цветочницы и одуряюще пахло свежестью, мёдом и приторной сладостью. Но пятьдесят лет назад и в наш городок пришли эти векселя. Построили банк, вы сразу увидите его, как выйдете из моей лавки и площадь постепенно переименовали в Риом, так было короче и проще.
– Цветная площадь, – повторила Алина, поднимая с пола котёнка, – так и правда лучше.
– Банку будет достаточно показать вексель, и они выдадут нужную мне сумму? – уточнила, разглядывая небольшой клочок бумаги с водяными знаками и печатью, – разве документы, подтверждающие личность, не потребуется?
– Ооо… наш городок так мал и все давно друг друга знают, а уж о вашем появлении тем более. Ослепительная вспышка над поместьем оповестила всех жителей Терсе.
– Мы ничего не видели, – пробормотала Алинка, покосившись на меня, прижала к груди серый комочек.
– Белый столп света больше минуты бил в предрассветный сумрак, – ответил мистер Ригби, пряча кольцо под прилавок, – а что касается документов… в банке Риом вам выдадут карточку, с ней вы должны прийти в префектуру за печатью.
– Хм… спасибо, – поблагодарила ювелира, подхватив мешок с монетами, отсыпала несколько серебряных кругляшек в мешочек на поясе. Остальные спрятала поглубже в рюкзак, вексель же оставила поблизости, решив сразу зайти в банк, и проверить слова мистера Ригби. Мысленно усмехнувшись, осознав, что я лишь оттягиваю неизбежное и нам всё равно придётся вернуться в этот, навевающий ужаса, стоит только о нём вспомнить, дом.
– Миссис Коуэл, я был бы рад встретиться с вами снова и услышать вашу историю, чтобы дописать её в дневник моего предка.
– Конечно, мистер Ригби, – улыбнулась старику, у которого, как мне показалось, загорелся в глазах огонёк интереса к жизни.
Глава 7
Стараясь не держаться близко к зданиям, рассматривая расположенные вплотную друг к другу таверны и лавки. Двери которых были призывно распахнуты, а идущие оттуда ароматы свежей пищи и напитков невольно вызывали аппетит, я, Алинка и поглядывающий из мешочка Багги, уверенно продвигались к банку. Не знаю почему, но само наличие его в этом месте и времени меня очень удивило. Но банк существует и в нём лежат наши лидоры, которые, надеюсь, нам отдадут.
– Алин, ты не голодна? – спросила, продвигаясь вдоль небольшой кондитерской, откуда шёл сногсшибательный аромат свежей сдобы.
– Пока нет, но пахнет из этой кофейни очень вкусно.
– Можем зайти, – предложила, беглым взглядом осмотрев небольшое и вроде бы чистое помещение с тремя столиками у широкого окна. Время близилось к полудню, мы с четырёх утра на ногах и, кроме бутербродов, прихваченных из дома и печенья, съеденного у мисс Хоуп, ребёнок ничего не ел.
– Нет, давай чуть позже, – пробормотала дочь, быстро оглядевшись, едва слышно прошептала, – я в туалет хочу.
– Хм… ясно, сейчас что-нибудь придумаем, – вполголоса проговорила, обведя внимательным взглядом площадь, здания, расположенные вокруг него, шумную толпу местных торговцев, покупателей и работников, произнесла, – полагаю, в банке точно найдётся то, что нам нужно.
Дочь коротким кивком со мной согласилась и тотчас поспешила к двухэтажному зданию, сложенному из серого камня, с кричащей яркой вывеской над широкими двухстворчатыми дверями. Удивительно, но в это время суток возле банка было немного посетителей, а торговые лотки, лавочники и их покупатели, казалось, старались держаться подальше от этого мрачного здания.
Проходя мимо замерших у массивных дверей, видимо, единственных посетителей банка, которые при нашем появлении тут же замолчали. Я, украдкой поглядывая, с интересом осмотрела их наряд. На высоких и на мой вкус худощавых мужчинах были надеты рубашки, застёгнутые на мелкие серебряные пуговицы, с пышной отделкой у воротника из кружева, кажется, это называется – жабо. В двуборных фраках и брюках из той же чёрной и плотной на вид ткани. В забавных башмаках – лодочках с удлинёнными носками и низким каблуком. Было не просто сдержать улыбку, настолько щегольски и непривычно они выглядели. А вкупе с белыми перчатками, высокой тростью с загнутой ручкой и карманными часами на цепочке, франты разительно отличались от снующихся по площади Риом мужчин и женщин.
– Будто на костюмированный бал с тобой попали, – прошептала Алинке, которая тоже украдкой косилась на разодетых мужчин.
– Угу, – пробормотала дочь, неосознанно замедляя шаг, стоило нам приблизиться к массивным резным дверям.
Заходить в банк предположительно семнадцатого-восемнадцатого века было любопытно и немного волнительно. Не знаю, что я ожидала, может мраморные колоны, блеска сверкающей хрустальной люстры под потолком или же чопорных сотрудников. Но всё оказалось куда прозаичней. Обычный зал со стойкой, столиками, многочисленными дверями и парочкой сухопарых мужчин на вид лет так под сорок, в строгом чёрном фраке и рубашке без кружев.
– Миссис Коуэл рад вас приветствовать в банке Риом, – тотчас раздался низкий голос слева, который тут же эхом разнёсся по полупустому залу.
– Мистер…
– Бенсон Клауд – управляющий банка.
– Очень приятно, – вежливо улыбнулась невысокому, на полголовы ниже меня, слегка полноватому мужчине с забавными усиками как у Пуаро, – мистер Бенсон, я бы хотела удостовериться в наличии этой суммы по данному векселю.
– Ооо… – с трудом сдержав удивлённое восклицание, управляющий банка какое-то время не сводил взгляд от небольшого листа бумаги, наконец, заговорил, – мистер Ригби может распоряжаться такими суммами и да, согласно этому векселю, ваш счёт пополнился. Вы желаете снять всю сумму?
– Нет, два лидора будет достаточно, – проговорила, не сводя свой взгляд от мужчины, добавила, – банк может мне предоставить сейчас эту сумму?
– Хм… миссис Коуэл, для этого нужны документы, – замялся управляющий, его маленькие глазки-бусинки метались от векселя, к дверям за моей спиной и обратно, словно, мистер Бенсон на что-то решался, наконец, выдохнул, – я выдам вам лидоры, но… миссис Коуэл, в течение трёх дней прошу вас предоставить документ, подтверждающий вашу личность.
– Разве не вы мне его выдадите? – удивлённо уточнила, бросив украдкой взгляд на дверь, что так привлекла внимание управляющего, но ничего особенного там не заметила. Дверь была точно такой же, что и остальные пять и она была плотно закрыта.
– Мы, но вам необходимо заверить её у префекта, а его… – снова замялся банкир, натянуто улыбнувшись, проговорил, – пройдёмте миссис Коуэл в мой кабинет.
– Благодарю, но мистер Бенсон, мне право неловко, не могли бы проводить нас сначала в комнату…
– Конечно миссис Коуэл, – чему-то обрадовался управляющий, суетливо рванув к неприметной дверце, скрытой за витой лестницей, – здесь и я сейчас же прикажу подать вам чай.
– Спасибо, – настороженно кивнула, обходя мужчину по широкой дуге, быстро осмотрела помещение, которое выглядело как то, что нам было и нужно. Прошла следом за Алиной, тщательно заперев за собой дверь.
– Он странный, – на ходу проговорила дочь, рванув к ещё одной двери и уже оттуда сообщила, – мам здесь есть унитаз и слив.
– Отлично, – рассеянно пробормотала, оглядывая небольшое помещение с зеркалом над белоснежной раковиной. Повернула вентиль латунного крана, поднесла ладонь к бегущей струе тёплой воды, закрыла, задумчиво пробормотав, – и кран с водой имеется.
– Я всё, – объявил ребёнок, выходя из небольшой кабинки, таких здесь было две, через пару секунд, намывая руки, удивлённо воскликнула, – вода тёплая.
– Угу, – кивнула, всё же решилась посетить кабинку. И только спустя минут пять, сделав все свои дела, мы вышли в зал, в котором вдруг существенно прибавилось народа. Вместо двух сотрудников стояло шесть, не считая управляющего банком. Обеспокоенно окинув столпившихся у стойки мужчин, взяв дочь за руку, медленным шагом направилась к мистеру Бенсону, который теперь святился как начищенный пятак.
– Миссис Коуэл, всё готово, – обрадованно воскликнул управляющий, рванув к нам навстречу, – вам останется подписать документы.
– Хорошо, где они?
– Прошу вас, – довольно проговорил мужчина, махнув рукой в сторону той самой двери, – всё там…
– Мистер Бенсон мы торопимся, и я была бы вам благодарна, если вы принесёте лидоры и все требуемые документы сюда, я подпишу на стойке.
– Эээ… но миссис Коуэл, – замялся мужчина, снова покосившись на дверь, которая тотчас с шумом распахнулась, а из кабинета вышел префект.
– Бенсон не стоит заставлять, миссис Коуэл ждать, – заговорил мистер Оберон, мягкой кошачьей походкой приближаясь к нам, – принесите документы и монеты.
– Конечно, мистер Оберон, – заискивающе пробормотал управляющий, спешно рванув в свой кабинет, и не прошло и минуты, как он пулей вылетел из помещения, таща в руках два мешочка и пачку бумаг, – вот миссис Коуэл, мистер Оберон был так любезен и заверил ваши документы здесь.
– Спасибо, – поблагодарила префекта, который немым изваянием замер всего в двух метрах от нас и не сводил с меня свой пристальный взгляд. Невольно поёжившись, представив, чем мне грозит эта его любезность. Я резко обернулась в управляющему, желая поскорей завершить вопрос с финансами, – мистер Бенсон, где поставить подпись?
Спустя полчаса, подписав все необходимые документы, прежде внимательно все прочитав, я и Алинка, наконец, покинули мрачное заведение. Широким шагом, насколько, нам позволял это сделать подол юбки, мы направились к лавкам с продуктами.
Глава 8
– Десять яиц, молоко, нет спасибо, этой бутылки нам хватит, три пучка зелени, три помидора и пять вот этих маленьких огурчиков, – перечисляя, указывала рукой на продукты, для подслеповатой, но добродушной старушки, – а мясо у вас есть?
– Нет, милая, у Гленис петуха сегодня внук прибил, ещё, кажись, не забрали.
– Хорошо, – кивнула, взглянув в сторону, куда махнула старушка, увидела такую же, только чуть покруглее да порумянее бабульку.
– Мама мёд давай возьмём, чай и яблоки.
– Угу, ваш мёд или соседа? – спросила, кивнув на рядом стоящий столик, где в берестяных не больше литра туесках был разлит ароматный мёд. Там же лежали мешочки с травяным пахучим сбором и корзинка с яблоками.
– Брэма это, скоро будет милая, – прошамкала бабулька, укладывая на край стола наши покупки.
– Хм… а корзинки у вас не будет? – растерянно пробормотала, не зная, куда уложить наши покупки.
– А вон у Данни плетёнки лежат. Сейчас мальца её кликну, он мигом принесёт.
– Спасибо вам большое, – поблагодарила, взглянув в сторону, куда указала старушка, но так и не смогла разглядеть сквозь плотную толпу торговцев и покупателей, лоток с корзинками.
– Ну вот бежит ужо, – удовлетворённо протянула бабулька, глядя чуть левее от нас, и вскоре я тоже заметила лавирующего между снующего люда невысокого, чумазого мальчишку лет десяти на вид.
– Звала баб Лаци?
– Ты корзинку-то принеси этой миссис, сколько бабка твоя за среднюю берет? – деловито поинтересовалась старушка, быстро взяв инициативу в свои руки.
– Пятнадцать абалов, а если миссис пожелает, то ещё за два я доставлю ваши покупки к дому, – ответил звонким голосом мальчишка, подтянув сползающие штаны, явно бывшие ему не по размеру.
– Дам пять абалов, если подскажешь, где купить подушки, одеяло и матрас.
– Так, у нас есть, что ж мы гусей зря держим. Или мадам надобно набитые шерстью? – быстро отреагировал сорванец, беглым взглядом окинув нашу одежду, важно проговорил, – лучше гуся, они мягче будут.
– И сколько за подушки и матрасы возьмёшь?
– Подушки будут, по пятьдесят абалов, а матрасы по одной динье мать берёт, одеяло тоже по пятьдесят абалов.
– И где это всё лежит? К дому доставишь?
– Конечно, – лукаво улыбнулся мальчика, покосившись на выглядывающего из мешка Багги, заявил, – семь абалов!
– Договорились! – усмехнулась довольному мальчугану, продолжила, – доставишь в поместье Коуэлов.
– Ой! – тотчас испуганно отпрянул мальчик, но удивительно быстро взял себя в руки, коротко кивнув, проговорил, – сейчас плетёнку принесу, – и тут же дал стрекача, только пятки засверкали.
– Лаци…
– Вы миссис Коуэл не серчайте, что я так… по-простому, я ж не ведала, – тут же запричитала старушка, подкладывая к куче отложенных продуктов, баночку судя по консистенции со сливками. Я же устала удивляться такой странной реакции на поместье и нас в том числе, тяжело вздохнула.
– Миссис Лаци всё в порядке, – улыбнулась как можно добродушнее взволнованной старушке, вытаскивая из мешочка горсть медных монеток, называвшихся здесь абалами, – вы каждый день торгуете? Или по дням каким?
– В субботу токмо бываю, а так по хозяйству в доме, – пробормотала бабулька, настороженно на меня поглядывая.
– Ясно, спасибо, – кивнула, с трудом сдержала вздох облегчения, увидев спешащего к нам мальчугана, – сколько с нас?
– Так тридцать один абал миссис Коуэл.
– Хорошо, вот тридцать один абал, а это ещё пять за помощь и советы, – проговорила, отсыпав ещё немного медяшек, принялась перекладывать наши продукты в корзинку, – это тебе за плетёнку, за доставку отдам у поместья. А подушки, матрас и одеяло принесёшь после.
– Я матери уже сказал, она домой побежала, – ответил сорванец, с лёгкостью подняв увесистую корзинку.
– Молодец! И как звать-то тебя?
– Глэном.
– А я миссис Екатерина, это Алина, – представилась, украдкой подмигнув стушевавшейся дочери, скомандовала, – идём за мясом и крупой, после к Брэму за мёдом и чаем, надеюсь, он скоро вернётся.
– Мёд ещё у дядьки Джамара есть и чай у него не хуже, – сообщил Глэн, каким-то внутренним чутьём умело выруливая между тележками, мешками и бочонками.
– Ну тогда веди нас к дядьке Джамару, – с улыбкой проговорила, спеша поскорее завершить покупки.
В поместье Коуэлов пришлось подниматься. Пологий подъём был не слишком заметен глазу, но уставшие после нескольких часов ходьбы ноги, дрожали и с трудом отрывались от земли.
Сегодня в городе Терсе был невыносимо знойный день. Синева неба не омрачалась ни единым облачком, солнце старательно припекало, словно желая одарить своим ослепительным сиянием всё живое во круге. Прохладный, живительный ветерок где-то заблудился. Прохожие на улицах встречались редко, дома и лавки были наглухо закрыты, прячась за деревянной завесой от дневной жары. Шаркающей походкой, изнемогая от жажды, запоздало вспомнив, что не купили воду, мы петляли по узким улочкам, с каждым шагом приближаясь к нашему загадочному поместью. Но как бы я морально ни готовилась к неизбежной встрече, при виде железных, ржавых и покосившихся ворот, меня снова обдало леденившим душу холодом, а по телу тут же поползли зябкие мурашки.
– Ты как? – едва слышно спросила Алинку, краем глаза заметив тотчас покосившегося на меня мальчишку.
– Нормально, – неопределённо пожала плечами дочь, ускоряя шаг, будто спеша очутиться в этом кошмаре.
– Всё миссис Коуэл, как сговорились, до ворот, – сообщил Глэн, поставив возле железной изгороди корзинку, – домой сбегаю и принесу матрасы, подушки и одеяла, только половину абалов сейчас за них отдать надо.
– Держи, это за доставку, это за спальные места, – проговорила, невольно косясь на приоткрытую калитку, чуть помедлив спросила, – Глэн, а ты в поместье был?
– Нет, миссис Коуэл, никто из наших не пробрался, – с явным сожалением в голосе ответил мальчуган, сердито взглянув на ворота.
– Ясно, – кивнула, так и не рискнув, предложить ребёнку попробовать пройти вместе с нами, опасаясь непонятно чего, продолжила, – ты как придёшь, крикни.
– Я свисну, – возразил Глэн, тут же продемонстрировав нам звонкий с незатейливой мелодией свист.
– Пусть так, – улыбнулась, подхватив корзинку, вдохнув полной грудью, набираясь смелости, медленно прошла через калитку, тут же опасливо зажмурилась, услышав жуткий, протяжный стон, – Алина, ты это слышала?
– Что? – с недоумением переспросила дочь, весело вышагивая по щербатым камням, бывшими когда-то дорожкой.
– Скулит кто-то… – пробормотала, настороженно оглядываясь, до здания было как минимум шагов сто, а стонали совсем рядом с воротами.
– Нет, птицы поют, слышу и Багги мурлычет.
– Господи, я схожу с ума, – простонала, точь-в-точь как совсем недавно стонал кто-то неизвестный, вновь продолжила путь к кошмарному дому. Время от времени испуганно сжимая голову в плечи, от шороха листьев, от писка в траве или слишком громкого крика дурной птицы.
– Мама, здесь нет дверей и окна разбиты, как мы будем спать?
– Ещё не знаю Алин, надо посмотреть, что там внутри, а там решим, – задумчиво проговорила, втянув в себя сладкий медвяный запах красных цветов, что росли вдоль всей заросшей высокой травой дорожки. Радуясь, что безотчётный страх, наконец, отпустил, сердце перестало бешено колотиться, а озноб, что набросился на меня, стоило, только переступить невидимую черту, исчез.
– Ступени словно грыз кто-то, – произнесла Алинка, перешагивая через одну, поднимаясь по лестнице, ведущей к дому.
– Алин, ты, может, здесь останешься, а я одна гляну, что там. В доме давно никто не жил и там наверняка очень опасно. Балка на голову свалится или пола вообще нет.
– Ага, одной конечно лучше, а кто тебя будет вытаскивать? Нет уж, давай вместе, – проговорила дочь, добавив железный аргумент, от которого я не смогла отмахнуться, – одной в незнакомом месте на лестнице у этого странного дома остаться не менее опасней.
– Ладно идём, только смотри внимательно под ноги и над головой тоже, – ответила, оставляя корзинку, чемодан и рюкзак у стены, быстро догнала Алинку, взяв ребёнка за руку, решительно переступила порог.
– Фу…
– Гадство, – согласилась с дочерью, беглым взглядом окинув сырое, заплесневелое, с ободранными стенами помещение, – жуть, но не спать же нам под открытым небом.
– Угу, – пробормотала Алина, морща носик, от невообразимой вони, идущей от кучи у стены, – мам там труп чей-то что ли?
– Не знаю, – произнесла, храбро отопнув свалку чего-то непонятного, испуганно заорала, – аааа!
– Ааа! – вторила мне дочь, отпрыгивая к выходу на добрых полметра.
– Да что б вас! – громко выругалась, прижимая к себе дочь, наблюдала, как из бывшего когда-то кресла, с писком вылетают летучие мыши.
Глава 9
– Мыши! – звонко выкрикнула, словно ругательство Алинка, сердито оглядев расползающуюся ткань, явно принадлежавшую некогда не только обивке кресла, но и ещё чему-то, брезгливо проговорила, – какая пакость.
– Да, дел они нам тут подкинули порядком, – пробормотала, покосившись на горку остатков жизнедеятельности мышей, с трудом уняв бешеное сердцебиение, опасливо огляделась, – даже не знаю, за что браться в первую очередь.
– Выкинуть воняющие нечто на улицу?
– Пол дома придётся выкинуть, – усмехнулась, переступая через кучку палой травы, ногой сколупнув кусок чего-то неизвестного, с удивлением смотрела на яркий мозаичный пол, – глянь, что под этим всем скрывается.
– Красивая, интересно целое?
– Кто ж его знает, пока не разгребём эту помойку не проверим, – хмыкнула, окинув хозяйским взглядом небольшой холл. Деревянные панели, когда-то окрашенные, наверное, в оливковый цвет, местами облезли, местами были покрыты серо-зелёной плесенью. Обои непонятного цвета клочками свисали со стен. Горы мусора, остатки мебели и всё это припорошено вековой пылью. Лестница ведущая на второй этаж тоже не внушала доверия, под толстым слоем почему-то чёрной грязи с трудом просматривались ступени, а часть перил у её начала была расколота.
– Там, наверное, кухня, – пробормотала Алинка, вытянув шею, заглядывая в соседнее помещение, не решаясь пройти, под лохмами паутины, висящими на дверном проёме.
– Похоже на то, – согласилась, увидев со своего места раковину, полную серой жижи, небольшой стол с подточенными жуком ножками, отчего тот завалился набок и удерживался от падения только лишь благодаря раскрытым дверкам. Возле него россыпью лежали осколки посуды, прикрытые опять же пылью и палой листвой, парочка, судя по всему, целых тарелок, там же валялись железные кастрюли.
– Пойдём? – спросила дочь, сделав короткий шажок в сторону кухни, прежде пнув ногой небольшой холмик из веток. С явным облегчением выдохнув, когда из-под него никто не вылетел, не выполз и не выбежал.
– Пойдём, – кивнула, задвинув Алинку за спину, первой прошла в светлое, с широким окном над раковиной, помещение. Это была действительно кухня, грязная с небольшими мокрыми пятнами на полу, а под столом ещё не высохла лужа, отражая в себе край буфета и серую, с ажурными краями, паутину. Наверное, совсем недавно в Терсе прошёл косой дождь, и вода попала в эту часть дома сквозь разбитое стекло. Других объяснений, почему в раковине, у стола и в некоторых кастрюлях находилась вода, у меня не было.
– А буфет, как у деда в доме, – пробормотала Алина, с громким скрежетом отворив дверцу, – здесь посуда ещё стоит и почти целая.
– Посуда из стекла?
– Вроде бы, – неопределённо пожала плечами дочь, вытащив одну из них целых, поскребла ногтем по дну, пробормотала, – или фарфор.
– Ну, допустим, посуда могла сохраниться, но дерево-то за триста лет должно превратиться в труху, – задумчиво пробормотала, потрогав дверку, убедилась, что буфет и правда выглядит не новым, но и на развалину, точно не был похож, заворчала, – ерунда какая-то, надо бы прочитать тот дневник, но сначала найдём место для сна и пообедать не мешало бы.
– Здесь будем готовить? – проговорила Алинка, оглядев кухню, подняла с пола небольшую кастрюлю, в которой плескалась мутно-серая жидкость, продолжила, – у нас воды нет.
– Знаю, – тяжело вздохнула, на всякий случай подошла к раковине, убедилась, что кран нет, не провалился, его попросту и не было, вполголоса, мысленно составляя план срочных дел, протянула, – давай быстро осмотрим дом, выберем самую чистую и безопасную, в идеале, чтобы там была дверь и целым стекло, комнату. После приготовим ужин во дворе, костёр разведём, мясо на углях пожарим… потом, надо бы, хоть мельком территорию осмотреть, может ручей или пруд будет. А нет, будем просить Глэна доставить нам воды и примемся за уборку?
– И вонючку во двор выкинуть, а то спать будет невозможно, – добавила Алина, вылив в окно грязную воду из кастрюли, произнесла, – отмою, чай нагреем.
– Ты так с Багги и будешь ходить? – спросила, заметив за спиной дочери мешок-переноску с котёнком, – может, оставишь его у чемодана?
– Не убежит? – с сомнением в голосе произнесла дочь, стаскивая с плеча лямку от мешка, – может домик какой ему сделать?
– Думаю, он уже не убежит, да и куда ему, – ответила, поспешила на выход, чтобы вздохнуть свежего воздуха, ну и переодеться заодно, – в юбках нам лазить по дому будет неудобно, наденем джинсы, футболки, спрячем волосы под косынкой… за них сойдёт тот большой платок мисс Хоуп и за работу.
