Хозяйки таинственного дома Коуэлов

Юлия Арниева
Хозяйки таинственного дома Коуэлов

Аннотация

Когда в твоей голове бьётся лишь одна мысль: «Желание изменить свою жизнь». Не удивляйся, если знакомая с детства тропинка в лесу приведёт тебя в мир, где тебя давно ждали.

Отправившись в небольшой отпуск, мы не предполагали, что он настолько затянется. Теперь мы хозяйки странного и своенравного дома. Пытаемся устроиться в незнакомом мире, обзаводимся друзьями и причудливыми родственниками…

Но ничего и не с таким справлялись! Дело прибыльное откроем! Дом «по струнке ходить научим»! И разных там недовольных типов отвадим!

Глава 1

– Всё приехали, – проговорила, невидяще уставившись в лобовое стекло автомобиля, за которым из-за проливного дождя не было видно ни зги.

– Ты уверена?

– Бензин закончился, – пояснила дочери, показав на ярко горящий значок на панели, – ждём, когда прекратится дождь, и пойдём к дому пешком.

– Может позвонить? – Предложил ребёнок, вытаскивая из рюкзака телефон, спустя секунду, растерянно пробормотал, – связи нет.

– Угу, знаю, – усмехнулась, откинув сиденье назад, с тихим стоном выпрямила спину, – есть ещё места, не тронутые цивилизацией и деревня Маховая одно из таких.

– И что там делают люди?

– Живут? Хм… и надо сказать отлично живут, – невнятно пробормотала, закрывая глаза, – ты поспи немного, поздно уже, дождь закончится, придётся пройти не меньше километра через лес.

– А по дороге?

– Тогда пять, – зевая ответила, вспомнив о безопасности, предупредила дочь, – если потребуется в кустики, одна из машины не выходи, меня разбуди.

– Кто пойдёт в такой дождь, – заворчала Алинка, достав из рюкзака планшет, уткнулась в книжку про своих любимых пиратов.

Я же, укутав ноги кофтой, чуть поёрзав на сиденье, в поисках удобного положения, попыталась заснуть, но сон никак не шёл. Мысли о грядущем разводе, о проблемах с разделом имущества и о муже не давали покоя.

Чуть приоткрыв глаза, я некоторое время смотрела на увлёкшуюся чтением дочь и пыталась вспомнить, когда всё это началось. Ведь у нас была хорошая дружная семья, мы каждые выходные старались куда-то выбраться, много гуляли вечерами и устраивали друг для друга приятные сюрпризы.

Наверное, всё изменилось, когда Дима уволился с должности руководителя финансового отдела и открыл свою фирму по оказанию логистических услуг. Стал всё чаще задерживаться допоздна в офисе, периодически работал в выходные дни. И я понимала, что всё это необходимо. Что в первое время придётся немало уделить внимания новому делу и старалась помочь мужу. Подхватив на себя дом, воспитание дочери, решение простых, но непрекращающихся проблем и забот. Слушала, подсказывала, помогала Диме с отчётами…

Единственное с чем я была категорично не согласна, это с желанием мужа, чтобы я оставила свою работу и всё своё время посвятила семье. Навсегда запомнив слова деда: «Независимая женщина – это та, которая не зависит ни от обстоятельств, ни от мужчин и отношений. Запомни Катерина, как только твои интересы замкнутся на муже, детях и доме, ты вскоре сама себе станешь скучна». Дед Фёдор мужик был умный, справедливый и я ему безоговорочно верила.

Дима был, конечно, недоволен моим решением, но не стал настаивать, хоть и не понимал моё желание тратить по восемь часов в день, работая в офисе, если он может один обеспечить нашу маленькую семью. И да у него отлично получалось, за три года мы из двухкомнатной старенькой квартиры переехали в просторную трёшку, я и Алина два раза в год летали на море и не экономили на одежде и развлечениях.

Но год назад всё резко изменилось. Муж пришёл непривычно рано, с мрачным видом проглотив ужин, объявил, что он банкрот и всё, что у нас осталось эта та самая старая двухкомнатная квартирка. Первые месяцы он что-то делал, ходил к партерам, пытался договориться, но все друзья и партнеры, как это обычно и происходит, отвернулись от него. Это Диму подкосило, он стал затворником, ворчал на всех и всё, был вечно недоволен и дулся на меня, когда я иногда задерживалась на работе. Мои слова поддержки и помощь воспринимались агрессивно и всё чаще криком. Но вчера случилось то, что я никогда не смогу ему простить…

Муж, накричав на Алинку за пролитый чай на ковёр, обвинил меня в отвратительном воспитании дочери, опрокинув тарелку с борщом на стол, хлёстко ударил меня по лицу. Дед Фёдор учил меня: «Всегда давать сдачи!» Подняв кастрюлю, полную супа, которую ещё не успела убрать в холодильник, я надела её на голову мужа, чтобы охладился.

После собрав одежду для себя и дочери на первое время, документы, драгоценности, что остались мне от бабушки и те, что я купила себе сама. Не слушая слова прощения мужа, мы покинули квартиру, решив с Алинкой устроить маленький отпуск. Тем более, три дня назад начались школьные каникулы, а вчера я подписала приказ об очередном отпуске… хотела мужа порадовать и съездить с ним в домик деда, где мы раньше так часто бывали.

– Мам ты спишь? – Прервал мои тягостные воспоминания взволнованный голос дочери, – а мы взяли ингалятор?

– В твоём рюкзаке в боковом кармане, – ответила, обеспокоенно спросив, – плохо?

– Нет, подумала, вдруг забыли… Мам, а мы долго в заброшенном доме жить будем?

– Он не заброшен, за ним присматривает баба Вера, а в прошлом году, её внук отремонтировал домик, – поправила дочь, принимая вместе с креслом вертикальное положение, наконец, осознав, что уснуть мне не удастся, да и дождь, кажется, заканчивается.

– Значит, надолго, – сделала вывод дочь, тяжело вздохнув, – мы к нему не вернёмся?

– Нет, но ты всегда можешь с ним общаться… Алина уже большая и должна понимать, что я…

– Мам, не продолжай, я понимаю, – остановила меня дочь, неловко улыбнувшись, добавила, – ты такая красивая.

– Спасибо, ты тоже ничего, – хихикнула, крепко обняв свою Алинку, с облегчением выдохнула, радуясь, что у меня такая взрослая и понимающая дочь.

– Ой! Как громыхнуло, – испуганно вздрогнул ребёнок, ошарашенно вглядываясь в окно, но дождь с новой силой припустил и дальше полуметра трудно было хоть что-то разглядеть.

– Сейчас ещё раз бабахнет, – предупредила дочь, заметив яркую вспышку над макушками деревьев и тут же подтверждая мои слова, раздался оглушительный грохот.

– Жуть да, – поёжилась Алина, кутаясь в кофту, – если бы я не прокараулила тот поворот, мы бы уже давно были в деревне.

– Мы обе его прокараулили, ехать в такой дождь не самая лучшая идея, – произнесла, вспомнив, какой крюк мы проехали, пропустив нужный нам свороток. Итог мы в километре от дома деда, сидим в машине, в которой закончился бензин.

– Когда мы выехали, его не было, он начался, стоило нам свернуть с трассы, – возразила дочь, достав за сиденьем термос с чаем, предложила, – будешь?

– Давай, – кивнула, вытащив из пакета бутерброды, – тебе с сыром и колбасой или с рыбой?

– Оба, – звонко рассмеялась Алинка, разливая в пластиковые кружки ещё горячий чай.

Больше трёх часов чаёвничая, болтая ни о чём и обо всём сразу, мы просидели в машине, слушая звуки проливного дождя и оглушающие раскаты грома. И только, когда предутренняя зорька зарумянила небо, дождь, наконец, закончился, а лес наполнился разнообразными звуками, мы выбрались из машины. Разминая затёкшие руки и ноги, я полной грудью вдыхала аромат сладкой свежести и глупо улыбалась. С удивлением признавшись самой себе, что я очень соскучилась по родным местам, где прошло моё детство. По голубому, чистому небу, узким быстротечным рекам, запаху леса после дождя, аромату свежескошенной травы, парного молока и сладкой сдобы. Месту, где всё было просто и легко.

– Мама здесь так красиво, – произнесла Алина, заворожённо вглядываясь в предутренний полумрак леса, пытаясь рассмотреть, что там за деревьями.

– Очень, – прошептала, ёжась от утренней свежести, достала кофту себе и дочери, чертыхнулась, что не подумала прихватить резиновые сапоги, проговорила, – ну что идём?

– Угу, – кивнула дочь, быстро надев кофту, закинула на плечо свой рюкзак и смело шагнула с просёлочной дороги, но тут же резко остановившись, спросила, – а машина?

– Доберёмся до деревни, поспросим внука бабы Веры довезти до заправки, канистра уверена у него есть, после доеду с ним до машины.

– А если нет? Может, заберём наши вещи?

– Потащим по очереди, – предупредила, с трудом представляя, как будем тянуть чемодан через лесные буераки.

– Хорошо, тогда я первая, – заявил ребёнок, перехватив у меня ручку, покатила чемодан по скошенной траве.

– Хитренькая! – Прокричала вдогонку дочери, закрыла двери автомобиля, окинув её беглым взглядом, глубоко вдохнула, отправилась следом за Алинкой.

Лес после дождя обновился, листва заиграла сочной зеленью. От аромата трав, обволакивающих, словно туманом кружилась голова. Кудрявые берёзы шумели пышной листвой, а неумный щебет птиц, казалось, заглушал всё в округе. Идти было удивительно легко, привычный с детства валежник куда-то исчез, трава не путала ноги, а кусты не цеплялись за одежду.

– Мама, ты слышишь? – Вдруг шёпотом проговорила дочь, замерев у невысокой ели, – мяукает.

– Нет, – так же шёпотом ответила, затаив дыхание, прислушалась, но, кроме, шелеста листьев над головой и пения птиц ничего не услышала.

– Там, – Алинка махнула рукой в сторону небольшого куста шиповника, – я проверю.

– Только осторожно и внимательно смотри под ноги, – напутствовала дочь, не сводя взгляд, наблюдала, как Алина пробирается к колючему кустарнику.

– Котёнок!

– В лесу? – Удивлённо пробормотала, увидев в руках дочери маленький, серый и мокрый комочек, заворчала, – и какой гад его сюда отнёс. Алин, посмотри, может там ещё есть?

– Нет, один и такой несчастный, мам мы же его заберём с собой?

– Конечно, – задумчиво произнесла, вспоминая, не забыла ли забрать из машины термос и сумку с бутербродами. Мелочь не мешало бы покормить…

– Он совсем кроха, – пробормотала Алинка, показывая жалобно мяукающего котёнка, – ему молока и к ветеринару.

– Хм…, наверное, в деревне нет такого, но помыть и обработать малыша, мы с тобой сможем сами. Давай его укутаем и положим в карман рюкзака, там ему удобней будет.

– Я могу в руках его нести, – возразила дочь, не желая отпускать котёнка.

– Когда гуляешь по лесу, руки должны быть свободны от груза, чтобы придерживаться или страховаться при преодолении препятствий, ну или подать руку товарищу, – назидательным тоном проговорила, слово в слово повторив наставления деда.

– Хорошо, – не стала спорить дочь с уважением на меня взглянув, укутала в косынку котёнка, бережно уложив его в кармашек своего рюкзака.

– Ну что дальше идём? – Проговорила и, не дожидаясь ответа, принялась прокладывать путь к домику деда Фёдора, надеясь в скором времени насладиться отдыхом и покоем.

– Назовём его Багги.

– Почему Багги? Он сейчас больше похож на Барсика, ну или Мурку.

– Всегда хотела, чтобы у нас жил мейн-кун и звали его Багги, но у папы…

– Аллергия на шерсть, – завершила за дочь, неопределённо пожав плечами, согласилась, – путь будет Багги.

Лес закончился как-то неожиданно, вроде бы вот перебирались через сваленную ветром старую берёзку и обходили стороной огромный муравейник. Как вдруг трава стала ниже, деревья реже и невысоки. Обруливая странное нагромождение кирпичей у старого пня и вырытые неглубокие, но коварные ямки, мы, наконец, подняли взгляд от земли и обе тут же оторопело замерли.

– Офигеть! – вырвалось у дочери, спустя минуту потрясённого молчания и я была целиком и полностью согласна с Алинкой, так как не смогла подобрать подходящее и более приличное слово для выражения своего крайнего изумления.

Глава 2

– Фильм что ли снимают? – предположила дочь, поправив на плече сползшую лямку рюкзака, неосознанно придвинулась ко мне поближе.

– Не знаю, – озадаченно произнесла, с сомнением осматриваясь, уж слишком всё здесь было настоящим и мало походило на декорации. Мы будто волшебным образом переместились в прошлое, где по мощёной камнем дороге проезжали кареты и двуколки. Мужчины прохаживались в двуборных сюртуках с длинными полами и шляпах цилиндрической формы. Их туфли были на высокой подошве, поверх которой, на некоторых франтах были натянуты штрипки от кальсон. И у каждого в руках была длинная трость с крупным набалдашником.

Дамы здесь неспешно прогуливались вдоль немногочисленных магазинчиков. Большинство модниц были одеты в платья с турнюром, на поясе с правого бока у них висели маленькие пухлые сумочки, а шляпки с цветами и прочей мишурой прикрывали их белоснежные лица от палящих солнечных лучей. Правда, некоторые, мисс, те, что помоложе, торопливо пересекая улицу, были одеты в юбку из тёмно-серого, синего или коричневого сукна, рубахи пастельных тонов и жакете, неуловимо напоминающий мужской фрак.

– Мисс Коуэл?

– Простите? – Проговорила, рассеянно переводя свой взгляд от представшей фантастической картины, на невысокую женщину в платье из тёмно-коричневой шерсти, в шляпке с маленьким букетиком голубых цветов на полях и крохотной сумочке в руках.

– Мисс Коуэл? – Повторила женщина, нисколько не облегчив мне задачу.

– Нет, вы ошиблись, – покачала головой, вновь обратив свой взор перед собой, заметила, что часть прогуливающихся дам и джентльменов, замерли и с неприкрытым любопытством, как совсем недавно делала я, рассматривали меня и Алину.

– Ну как же, – расстроено проговорила женщина, не пожелавшая от нас уйти, – вы вышли из особняка Коуэлов.

– Мы вышли из леса…

– Мааам, – прервал меня сиплый голос дочери, она, несколько раз дёрнув меня за рукав, прошептала, – смотри.

Обернувшись в сторону, куда указала Алина, я в очередной раз потрясённо уставилась на то, что так удивило ребёнка.

– Ааа… где? – оторопело пробормотала, разглядывая покосившийся ржавый забор, гостеприимно распахнутую калитку, за которой виднелся реденький лесок и полуразрушенный двухэтажный особняк.

– Мисс Коуэл, я хотела предложить вам попробовать наш сыр, он отличного качества, – пробубнила надоедливая дамочка, продолжая стоять над душой, – лучший в Терсе! Ещё мой прадед открыл сыроварню, и мы храним секреты…

– Я подумаю, мисс… – прервала женщину, резко обернувшись к настырной особе.

– Миссис Черил, я отправлю к вам внука, – ласково улыбнулась дама, неожиданно заявив, – рада, что дом Коуэлов возродился и я была первой, кто встретил его хозяек.

– Эээ… спасибо, – поблагодарила, схватив дочь за руку, рванула к калитке, туда где, по-моему, мнению должен находится лес, за которым пролегала ухабистая просёлочная дорога и стояла наша машина. А всё вот это… всего лишь оптический обман, иллюзия. Это всё мне снится или я надышалась каких-то ядовитых паров в лесу.

– Мама, мы возле этой развалюхи уже третий круг сделали, – услышала краем сознания, обеспокоенный голос дочери, бросив беглый взгляд на Алину, после на мрачный особняк, не останавливаясь и на секунду упорно пыталась уйти от этого кошмара подальше.

– Уже скоро, я просто не ту тропинку выбрала, – упрямо проговорила, уводя дочь в новую сторону, где точно должна находиться наша машина.

– Мама, мы застряли! Отсюда не выбраться. Мы попали в портал, который перенёс нас в прошлое, – заворчал ребёнок, потянув меня за руку, вынуждая остановиться.

– Это всё сказки, такого не бывает, – настояла на своём, не желая поверить в очевидное. Рука в месте щипков давно нещадно болела, убеждая меня, что это всё не сон, а самая настоящая правда.

– Интересно, а мы вернёмся? Прикинь, возвращаемся ничуть не изменившимися, а там уже лет двести прошло.

– Не смешно, – буркнула, устало падая прямо на чемодан, который тут же жалобно подомной застонал, взглянула на улыбающуюся дочь, на мелкого в её руках, проговорила, – и что будем делать? Туда пойдём? В город? Надо снять номер в гостинице… или как их раньше называли, комнату в постоялом дворе? Карты здесь точно не примут, бумажные деньги… хм сомневаюсь. Украшение продать?

Разговаривая то ли сама с собой, то ли с дочерью, тем временем вытащила из рюкзака термос и пакет с бутербродами. Сунула один Алинке, отломив кусочек колбасы, дала Багги, то, что осталось, принялась жевать сама, совершенно не ощущая вкуса.

– Та женщина назвала нас хозяйками дома Коуэлов, – произнесла дочь, живо проглотив свою долю, показала на двухэтажный особняк с разбитыми окнами, с настежь распахнутыми ставнями и дверями, а облезших стен, наверное, лет сто не касалась кисть с краской, – видимо это он.

– Возможно, – неопределённо пожала плечами, покосившись на развалюху, – но жить в этом небезопасно, грязно и страшно. Надо снять комнату или номер, расспросить что это за место, но прежде продать украшение.

– В город? – Обрадованно воскликнула Алина, единственная кто радовался этому кошмару, ну, может ещё Багги, конечно, разделял её воодушевление, но по сонной мордахе я не смогла определить степень его счастья.

– Туда, – кивнула, тряхнув головой, пытаясь унять невесть откуда взявшийся нудный звук, словно кто-то рядом жалобно плакал. Подхватив чемодан, покатила его к воротам. Алина весело подпрыгивая отправилась следом за мной, что-то весело напевая себе под нос.

Что сказать? Я трус! Стоя за кованными воротами, за которыми нас было прекрасно всем видно. Наверное, больше десяти минут смотрела на прогуливающихся по тротуару противоположной стороне людей, боясь переступить черту, разделяющую двор дома и улицу. Казалось, сделай шаг и всё, мы никогда не вернёмся в этот сад, место которое сможет нас переместить обратно.

– Мисс Коуэл? – Вдруг раздался звонкий мальчишеский голос слева, напугав меня до икоты. Следом возле прутьев появилась рука, и кто-то торжественно объявил, – бабушка просила вам передать.

– Спасибо, – рассеянно поблагодарила, забирая довольно внушительный свёрток, торопливо окликнула, вдруг рванувшего от нас мальчишку лет девяти, – эй! Постой!

– Да мисс Коуэл? – Резко притормозил ребёнок, с откровенным любопытством разглядывая нас. Сейчас, находясь по ту сторону забора, я ощущала себя диковинной зверушкой, поэтому поспешила спросить, – почему Коуэл?

– Этот страшный дом всегда принадлежал семье Коуэлов, – с готовностью ответил мальчик, наверняка уже мысленно хвастаясь своим друзьям о нашей беседе.

– Ясно, но мы не Коуэлы, – проговорила, пытаясь понять, почему у ребёнка такая уверенность в этом.

– Никто, кроме, Коуэлов не сможет пройти через эти ворота, – снисходительным тоном ответил мальчишка, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

– Эээ… спасибо, – поблагодарила уже спину шустрого мальчугана в коротенькой курточке из серого сукна. На голове у ребёнка была надета шляпа с закруглёнными полями, которая удивительным образом не спадала с бегущего со всех ног мальчишки. Штаны из тёмно-коричневой шерсти были ему коротки, а башмаки на толстой подошве, казались, великоватыми.

– Мам, это, наверное, та миссис Черил отправила, – невнятно пробормотала дочь, тоже оторопело вытянув шею, смотрела вслед улепётывающему мальчишке.

– Угу, сыром пахнет, – согласилась с Алинкой, огляделась, куда бы положить свёрток, затолкала его к дочери в рюкзак, – давай я понесу?

– Нет, он не тяжёлый. Ну что идём?

– Пошли, – обречённо вздохнула, толкнув дверь, невольно зажмурилась от раздавшегося скрипа не смазанный петель, перешагнула невидимую черту.

Глава 3

– Это что? Получается, к нам зайти никто не сможет? – вполголоса пробормотала дочь, после двухсекундного молчания радостно заявила, – круто!

– И чем же? – усмехнулась, поправив задравшуюся кофту на спине дочери, не прекращая следить за любопытными зеваками, проговорила, – если дом всё-таки наш, и никто за территорию ворот пройти не может, значит, тебе и мне его отмывать и ремонтировать.

– Оу… – тут же застонал ребёнок, до которого дошла вся полнота подставы, с надеждой посмотрев на меня, произнёс, – мы же найдём где жить?

– Постараемся, – хмыкнула, оглядев магазинчики, наконец увидела тот, что нам нужен, решительно направилась к нему, проговорила, – но для начала нам необходимо слиться с толпой, а то мы как неведомые зверушки здесь, все пялятся.

– Я не надену платье с выпирающимся задом, – сразу же предупредила Алинка, проводив взглядом женщину, переходящую дорогу, на которой было надето платье из ткани голубого цвета с тем самым выпирающим задом (турнюром), в тон к нему на поясе висела маленькая сумочка, а шляпа с огромными полями больше походила на произведение искусства. И цветы, и бабочки и даже ягода были красиво уложены на полях, скрывая их собой полностью.

– И как у неё шея не устаёт носить такое, – задумчиво протянула, чуть притормозив у дверей судя по названию «Ювелирной лавке», ошарашенно пробормотала, – буквы видишь? Знакомы? Прочесть сможешь?

– Прикольно! Значит, при переходе нам в голову внесли знание местного языка! – Восторженно воскликнула дочь, громко прочла, – «Ювелирная лавка у Петри».

– Не показалось, – проговорила, толкнув дверь, услышала переливчатый звон колокольчиков, следом раздалось лёгкое покашливание и радостный возглас:

– Мисс Коуэл! А я вас ждал! Надеялся, что не оставите без вашего внимания мою скромную лавку! Непозволительно благородному джентльмену, как этой навязчивой миссис Черил лезть к людям, – протараторил молодой человек на вид лет двадцати пяти, слащаво улыбаясь, – желаете что-нибудь? Кофе? Чай? Вашей младшей сестре горячий шоколад?

– Это моя дочь, мистер…

– Ох, простите мою невежественность миссис Коуэл, я Адам Бакер – хозяин этой маленькой ювелирной лавки.

– Приятно познакомиться, – проговорила, вежливо улыбаясь, окинула беглым взглядом прилавок, на котором лежали бусы, браслеты, кулоны, кольца и всё это было с единственным камнем, по цвету очень напоминающий янтарь, – мистер Адам, мы… хм, прибыли сюда совсем недавно и не знаем город, не подскажете, где можно снять комнату или номер в гостинице?

– Эээ… миссис Коуэл, разве не вам принадлежит чудесное поместье? – с недоумением пробормотал ювелир, посмотрев на что-то поверх моего плеча.

– Да, но там требуется провести ремонт. Поэтому мы решили пока пожить в гостинице, – ответила, не убирая с лица вежливой улыбки, чувствуя, что ещё не много и я так и буду до конца своих дней ходить и глупо улыбаться.

– Простите миссис Коуэл, но здесь благопристойный район и боюсь вам не снять комнату. Если только у главных ворот, там кажется, был постоялый двор, – проговорил мистер Адам, время от времени презрительно морща нос.

– Благодарю, будьте так любезны, покажите в какой стороне находятся эти ворота.

– Миссис Коуэл… я бы вам не советовал туда идти. Там живут люди ну… не нашего круга и для нас с вами там небезопасно.

– Спасибо за предупреждение и всё же покажите, куда нам идти?

– Как выйдете из лавки налево и никуда не сворачивайте, – с тяжёлым вздохом ответил мужчина, ожидающе уставившись на меня.

– Спасибо, – поблагодарила, взяв за руку, молчаливо разглядывающую тёмное помещение дочь, направилась к выходу.

– Миссис Коуэл, а… – растерянно пробормотал ювелир, шустро обегая прилавок, – разве вы не хотите обменять ваши украшения на абалы?

– У меня их к сожалению, нет, – ответила, обходя вставшего на пути мистера, уже приготовилась дать отпор, если вдруг вздумает напасть, но услышав расстроенный возглас, даже на мгновение остановилась.

– Ну как же… а то колечко? – промямлил мистер Адам, кивком показав на обручальное кольцо с маленьким брильянтом.

– Память о муже, – буркнула, толкнув дверь, наконец, покинули это мрачное заведение и прилипчивого ювелира.

– Ты же хотела продать? – прошептала Алинка, не понимая, чего это я передумала.

– Лицо мне его хитрое не понравилось, – едва слышно ответила, выбирая, в какую сторону теперь податься, – склизкий он какой-то. Ты разве не заметила, как его масленые глазки нас мигом осмотрели и задержались на твоих серёжках и моём кольце. Уверена, он бы нас обобрал как липку, так что лучше поищем кого-нибудь другого.

– Не заметила, смотрела на лампы, – вполголоса проговорила Алинка, чуть помедлив, продолжила, – мам, кажется, здесь нет электричества.

– И почему я не удивлена, – хмыкнула, покосившись на замершую и откровенно пялившуюся на нас у лавки с одеждой, дамочку, ускорила шаг, чтобы быстрее пройти любопытную особу. Но не прошла и двух метров, резко остановилась, разворачиваясь назад.

– Ты чего?

– Я знаю, что можно продать, – довольно протянула, кивком поприветствовала изумлённую женщину лет так пятидесяти, толкнула дверь и снова, как и в ювелирной лавке раздался переливчатый звон, оповещая хозяйку или продавца о посетителях.

– Мисс Коуэл?! – Тотчас прозвучал удивлённый возглас дородной дамы с родинкой над верхней губой, румяными щёчками и пышной причёске, на которой было надето платье с турнюром из зелёного бархата, кое казалось, неловко повернись и треснет по швам.

– Эээ… да, добрый день, миссис… – произнесла, уже не так остро реагируя на новую фамилию и на то, что здесь нас все знают.

– Хм… не ожидала, мисс… мисс Хоуп Поттер, – растерянно пробормотала женщина, но быстро взяла в себя в руки, кокетливо поправила выбивший локон из причёски, растянув губы в приветливой улыбке, произнесла, – добро пожаловать в лавку модниц! Здесь вы подберёте для себя всё – от тончайших чулочков до шикарного наряда на бал.

– А повседневная одежда у вас имеется мисс Хоуп? Для меня и моей дочери, – произнесла, оглядев небольшой, но довольно уютный зал, где вдоль стен были развешаны разные по форме, размеру и ткани наряды.

– Что предпочитаете миссис Коуэл? Платье или юбку с рубахой? – расплылась в довольной улыбке женщина, спешно рванув к одной из стойки.

– Юбку.

– Отлично, у меня как раз есть вашего размера, вот только для дочери… миссис Коуэл портниха в течение часа подрубит длину…

– Мы подождём, – важно кивнула, играя роль богатой дамы, у которой как минимум полный чемодан местных монет.

– Тогда я прикажу подать чай или вы предпочитаете кофе?

– Чай, – коротко ответила, щипнув дочь, которая, издавала неприличные звуки, тихонько фыркая, давилась от прорывающего смеха.

– Ты такая… такая дама, – шумно выдохнула Алинка, стоило нам только остаться одним.

– Приходится, – ответила, устало усаживаясь в кресло, – садись рядом и следи за Багги.

– Мама, а на что мы будем покупать? Ты же говорила у нас нет их денег?

– Рассчитываю обменять своё кружевное бельё и капроновые колготки, на местную одежду, – шёпотом ответила, взглядом показав на чемодан, – у меня есть один новенький комплект, не знаю зачем я его туда запихнула.

– Здорово придумала, у них такого точно нет, – хмыкнула дочь, погладив котёнка между ушами, – они, наверное, до сих пор носят трусы до колен.

– Не знаю, надеюсь, мы не ошиблись в своих предположениях, – задумчиво протянула, обеспокоенно поглядывая на дверь, за которой скрылась мисс Хоуп. Посмотрела на дочь, которая пока ещё не осознала, где мы очутились и что дороги обратно у нас, скорее всего, нет. Взглянула в окно, мимо которого уже дважды прошли три молоденькие девушки, они подолгу рассматривали ужасное на мой вкус платье, надетое на жуткий манекен, что водрузили в витрине. Сцепив руки в замок, борясь с подступающими к горлу рыданиями, не позволяя себе расплакаться, мысленно себе повторяла: «Мы справимся! Справимся! У нас всё будет хорошо!»

Глава 4

– Миссис Коуэл, вот! Уверена, вам понравится, – воскликнула мисс Хоуп, наконец, возвращаясь в зал, удивительно проворно для своей комплекции обойдя прилавок, неся на вытянутых руках несколько юбок и рубах, – я посчитала, что вам ещё понадобятся тонкие чулки…

– Мы посмотрим, спасибо, – проговорила, сразу отбраковав два наряда из-за ужасного цвета, напоминающего грязную лужу в болоте.

– Хорошо, – с явным облегчением выдохнула женщина, раскладывая на соседнем пустующим кресле одежду, пробормотала, – миссис Коуэл я закрою лавку и прикрою окна, чтобы всякие… не мешали нам?

– Да, так будет лучше, – кивнула, понимая разумность предложения, в то же время моё сердечко ёкнуло от страха. Что если там за дверью ведущую вглубь задания, скрываются разбойники…

– Миссис Коуэл, сейчас Мариса подаст нам чай и печенье, а ваша дочь, пока может примерить юбку, чтобы портниха сняла мерку, – проговаривая это, мисс Хоуп, прошла в угол зала, с силой дёрнув за шнурок, отчего со стены, с тихим шуршанием свалилась плотная штора, образуя примерочную.

– Мисс Хоуп, как вы знаете, мы только прибыли в Терсе, не подскажите, где здесь можно снять номер или комнату?

– Эээ… миссис Коуэл, у нас так не принято, – растерянно пробормотала женщина, покосившись на дверь. Чуть помедлив, все же торопливо засеменила к ней, быстро защёлкнув засов, задёрнула штору у единственного окна в этом помещения, прошептала, – слышала, что сдавала старая миссис Марша, но её давно нет в живых.

– Что в этом такого? – не выдержала дочь, положив мне на колени котёнка, не глядя на мисс Хоуп, выбирала для себя рубаху и судя по нахмуренному виду Алины, ни одна ей, пока не пришлась по душе.

– У нас благопристойный район, – торжественно объявила женщина, снова снизив голос, добавила, – мистер Трейси будет недоволен.

– А мистер Трейси – это кто?

– Префект, – коротко ответила мисс Хоуп, ласково улыбнувшись Алине, подала ту самую кошмарного цвета юбку, – модный в столице ныне цвет.

– Нет, спасибо, эту возьму, – отказалась дочь, схватив юбку из тёмно-синей шерсти и белую рубаху с рукавами буфами, поспешила за шторку.

– Мисс Хоуп и всё же я не понимаю, почему префект будет недоволен, если в благопристойном районе откроют гостиницу? – решила до конца выяснить эту странность, раз нам пока ещё здесь жить.

– Ох… миссис Коуэл, – печально вздохнула женщина, устало опускаясь на маленький диванчик, который тут же сильно прогнулся под неподъемной тяжестью, жалобно скрипнув, – он из древнего рода, потомок основателей нашего города и мы находимся слишком далеко от Кламара… в этом квартале проживают потомки первых прибывших в Терсе и им не пристало заниматься неблагородным и постыдным делом.

– Ясно, – с недоумением пробормотала, украдкой поглядывая на штору, за которой всё ещё копошилась дочь.

– Кажется есть постоялый двор у главных ворот, он возле мясницкого рынка, но я не советую вам туда идти, – проговорила женщина, поддавшись ко мне ближе, едва слышно добавила, – вы человек новый в этом городе, ещё и хозяйка поместья Коуэлов, мистер Оберон обязательно почтит вас своим вниманием, уверена, вам не нужны проблемы.

– Кхм… не нужны, – поперхнулась, от такой явной угрозы, пристально посмотрев на мисс Хоуп, но на её лице заметила лишь желание помочь, проговорила, – значит, нам лучше в постоялый двор не ходить.

– Да и зачем? У вас есть поместье, – с улыбкой проговорила женщина, поднимаясь с диванчика, добавила, – что-то Мариса задерживается с чаем, пойду потороплю.

– Ну да, поместье, – улыбнулась в ответ, невольно поёжившись от представшей перед глазами картинки полуразрушенного здания. Вот как объяснить, что только от одного воспоминания о доме, меня пробирает дрожь, сердце от страха сжимается, а по спине ползут зябкие мурашки. А ещё это странный жуткий плач, от которого волосы на голове встают дыбом.

– Мама, я не могу застегнуть юбку, – раздался сердитый голос дочери из-за шторки, тут же тихое ругательство и Алина вышла в зал, – ну как?

– По-моему отлично, – ответила, оглядев с ног до головы покружившуюся дочь, добавила, – немного длинновата юбка, но в целом ты чудесно выглядишь.

– Мисс… ваша мама права, вы изумительная красавица! – воскликнула мисс Хоуп, неся большое блюдо со сладостями.

– Алина, – подсказала дочь, посмотрев мимо хозяйки магазинчика, на вошедшую следом за мисс Хоуп девушку невысокого роста, с убранными в косу волосами и сером платье, которая, потупив взор, быстро поставила поднос с чайником и чашками, поспешила назад.

– Мисс Алина, уверена, через пару лет к вашей маме придёт не одна семья с брачным соглашением, – произнесла женщина, разливая чай по чашкам, – тем более вы хозяйки такого поместья.

– Какого? – тут же спросила Алина, взяв круглое печенье, внимательно его осмотрев со всех сторон, осторожно откусила.

– Оу… поместье Коуэлов давно обросло тайнами, загадками и ужасными леденящими душу историями, – проговорила мисс Хоуп, лукаво подмигнув Алине, сделав глоток из чашки, продолжила, – на самом деле в них нет и доли правды, но местные мальчишки до сих пор пытаются пробраться сквозь невидимую преграду, мечтая раздобыть сундуки, полные лидоров, а холостые мужчины каждую весну штурмуют неприступную крепость, желая спасти прекрасную даму из лап чудовища.

– Эээ… жуть, – пробормотала Алина, покосившись на меня, – там нет ничего, кроме старой развалины.

– Хм… ну это и не удивительно, ведь поместье пустует уже более трёхсот лет, – усмехнулась мисс Хоуп, подав Алине чашку с чаем, – запей, печенье у миссис Клер ныне сухое получилось, да и раньше оно неприятно рассыпалось… Так, о чём это я? Ах да! Моя бабка рассказывала о последнем хозяине поместья Коуэлов, ей об этом поведала её бабка… кажется, это был мужчина и он был несказанно богат. По-моему, именно после его появления прадед этого слизняка мистера Бакера и открыл ювелирную лавку.

– Мы заходили к нему, – задумчиво протянула, неосознанно покрутив кольцо на пальце, продолжила, – он предлагал обменять его не абалы.

– И вы как вижу, не согласились? Или отдали ему что-то? – тут же всполошилась мисс Хоуп, вскочив с диванчика, – слизняк! Как есть слизняк, ещё и на мой магазинчик жалобы префекту строчит. Миссис Коуэл, абал это самая мелкая монета, за три абала можно купить свежую булку, а за десять бутыль молока. Ваше кольцо будет стоить не меньше десяти лидоров! Лучше вы сходите к мистеру Ригби Невилу, его лавка на соседней улице, он вас не обманет.

– Спасибо, – искренне поблагодарила женщину, так почему-то и не притронувшись к чаю.

– Что это я, вы же за одеждой пришли! И то верно, в этом вам здесь ходить не стоит, сразу примут за женщин… хм… не стоит. Сейчас позову портниху, я приказала, чтобы она нас ни беспокоила, – женщина, тараторя, суетливо подскочив, снова устремилась к двери, за которой, судя по всему, находилась и кухня, и мастерская.

– Алин? Ты как? – обеспокоенно спросила, как только мисс Хоуп скрылась за дверью, – что думаешь? Пойдём искать постоялый двор или вернёмся в то место? Честно меня страх пробирает, стоит только подумать о доме Коуэлов.

– Хм… меня нет, – вполголоса проговорила дочь, будто прислушиваясь к себе, чуть помедлив добавила, – меня, наоборот, туда тянет. А в постоялый двор… не знаю мам, здесь снобы и трусы живут, тоже мне, боятся какого-то префекта. И вообще, что он нам сделает, если поместье никого, кроме, нас не пускает?

– Ну, во-первых, мы об этом не знаем наверняка, может это ещё одна местная история. А во-вторых префект может приказать и нас не выпустят в город, и мы останемся без продуктов и лекарств, я не говорю об одежде, подушках, одеялах и прочих необходимых вещах?

– Огород посадим! Кур заведём, в деревне же живут куры? Подушки и всё остальное купим в городе.

– Угу, но сначала надо купить, – хмыкнула, радуясь такому боевому настрою дочери, грустно добавила, – сейчас мы бы пили чай из самовара деда и смотрели в окно на яблоньку.

Глава 5

– Нет миссис Коуэл, я не могу принять это, – сиплым голосом проговорила мисс Хоуп, дрожащими руками возвращая кружевной комплект, – дорого это, вот колечко сменяете своё у мистера Ригби и заплатите.

– Мисс Хоуп, благодарю, – улыбнулась женщине, которая не сводила взгляд от свёртка в моих руках, – может, тогда колготки? Мне право неловко, вы так нам помогли.