Легенды. Поэмы

Могут зримый полет совершить.

Но мощней и коварней на свете

Артефакта нельзя отыскать,

Потому ни единый из смертных

Не решался такие создать.

Только Вагнер искал просветленье.

Потому, возвратившись назад,

В новолунье в затерянной келье

Совершил над собою обряд,

Не жалея ни воска, ни крови,

И уже на тринадцатый день

Ровно три, как одно, изготовил.

Точно камни в холодной воде.

День и ночь от них не отходил он,

Утопая в чарующей тьме.

Но на горе того, что случилось,

Предсказать и пресечь не сумел,

Как его ученик Ян Твардовский,

Чернокнижник, внезапно сбежал,

Прихватив с багажом на повозке

Для чего-то одно из зеркал.

Обезумел алхимик, что плеткой

Полоснутый по ране живой,

И с тех пор летописные сводки

Навсегда потеряли его.

А два зеркала, как ни мечтай ты,

До сих пор никому не найти…

До чего же подробные сайты

Попадают порою в сети!

Эти басни дядь Лешу покоя

И лишили загадками слов.

Он историк, он любит такое:

Тайны предков и мудрость отцов.

Я закрыл сочинения эти.

Фактов много, да все не о том,

И сейчас с удивленьем заметил

Пред собою учительский дом.

Как я здесь оказался – не знаю,

Совершенно обратный маршрут.

Дверь, открытым проемом сверкая,

Так манила меня заглянуть.

Не сдержался (плевать на запреты!)

И в нее заскочил поскорей.

Пусть я буду отруган за это,

Но хоть толику станет ясней…

Тишина, лишь по комнатам ветер

Пробегал неохотно один.

Все покрылось нетронутой сетью

Равнодушных седых паутин.

Старый стол, за которым с друзьями

Собирались веселой гурьбой,

Весь рассохся, поехал ногами

И потрескался каждой доской.

Полки книг, что когда-то читали,

Утопали в глубокой пыли.

Две недели, пожалуй, едва ли

Их так сильно упрятать могли.

Здесь, похоже, хозяина дома

Не бывало уже много лет.

Все покинуто… Разве что кроме

Узкой двери в его кабинет.

Сколько помню я, вечно закрыта,

За шкафами виднелась вдали,

И вопросы о ней деловито

Дядя Леша всегда уводил.

То бардак: всё в бумагах и письмах,

Свет накрылся, хоть выколи глаз,

То ремонт там бушует – и быстро

О другом начинался рассказ.

Но теперь же скрипящие петли

Заводили тревожный сонет

В унисон проходящему ветру,

Приглашая пройти в кабинет.

Заглянул – неплохое начало:

Вместо комнаты, мебели, стен

Длинный спуск, обрамленный свечами,

Растворялся внизу в темноте.

Шаг за шагом по узким ступеням

И за стены хватаясь рукой,

Я добрался до дна. Удивленье

Нарастало кипучей волной.

Мне открылась просторная ниша

В тусклом свете свечей и зеркал.

Я подобные разве что в книжках,

В старых сказках себе представлял.

Вдоль всех стен, без свободного места,

Всё шкафы, стеллажи, а на них —

Банки, колбы расставлены тесно

И несчетное множество книг.

Куча трав, порошков и корений,

Скорлупы, медных проволок тьма.

А по центру, как царь в окруженье,

Черный стол под покровом бумаг.

Здесь – гравюра с пугающей фреской,

Книга с надписью «Lemegeton»,

Чьи-то записи, карта Смоленска,

Вся исчерчена карандашом

И еще стопка книг на не нашем,

Непонятно каком языке.

А поверх – изумрудная чаша