Издав дикий рык: «Шаррах!», она рванула к одному из псов, метя чуть левее и беря упреждение. Она понимала, что собака отскочит назад, а потому, резко остановившись, метнула в него молот на опережение. Хруст рёбер стал усладой для слуха, но мешкать было нельзя. Оставаясь безоружной, Кадисса стала шарить руками по песку, разыскивая кинжал. Сзади снова послышался шорох лап, но теперь уже реакции хватило лишь на то, чтобы сгруппироваться и не повалиться на землю от удара пса. Хищник впился в открытое плечо и стал с остервенением рвать смуглую кожу.
– А-а-а! – завопила воительница. Если бы её глаза были целы, то, вполне возможно, вылезли бы из орбит. Обхватив падальщика за иглошёрстную холку свободной рукой, Кадисса упала на спину, припечатав его весом собственного тела. Пёс быстро пришёл в себя, вырвался и встал на лапы. Но этого хватило, чтобы успеть почувствовать пятой точкой кинжал и дотянуться до него здоровой рукой. Помедлив секунду в ожидании атаки, разведчица крикнула:
– Отправляйся к версе, тварь!
Падальщик не заметил опасности и, клацая зубами, потянулся жертве, чтобы завершить начатое. Тогда Кадисса всадила заточенное каменное лезвие в его шею. Кинжал нашёл цель, кровожадно чавкнув. Кровь хлынула ручьём, пустынный пёс так и не понял, что произошло, и повалился на землю, в агонии дёргая лапами. Фонтан горячей, шипящей на высохшей земле крови, забрызгал Кадиссе лицо. Только тогда она с удовольствием позволила телу расслабиться и, рвано дыша, запрокинула голову. Открыв рот, она поймала пару капель солёной жидкости, облизнула губы и умиротворённо улыбнулась. Сознание покидало её, а боль отступила на задний план, уступая место мыслям о родителях, наставниках, собратьях по клану, и, конечно, о единственном верном друге Кайсате, который наверняка уже отдал душу Элларии.
– Встретимся на Замуи, дорогой друг, – губы Кадиссы двигались, не издавая ни звука, но это было неважно. Никто не мог услышать её шёпот посреди пустыни.
В её перевозбуждённом сознании возник размытый образ двух человек в капюшонах и мантиях, сидящих возле костра. Где они находятся, Кадисса не понимала, но с трудом разобрала в треске пламени тихие слова.
***
– Решил поиграть в бога, сын?
– А разве это плохо?
– Грезишь изменить мир, но лишь приближаешь его конец.
– Разве можно уничтожить мир, слегка изменив чей-то маршрут?
– Ты и впрямь дурак, Эмпириан, – старик подбросил полено в костёр и поправил мантию, будто бы боялся простыть. – Я на добрых полвека дольше тебя заперт здесь. Пытаюсь найти хотя бы один из миллиардов исходов, при котором всё закончилось бы менее прозаично. И тут явился ты! Думаешь, что понимаешь всё лучше отца?!
– Значит, по-твоему, лучше вообще ничего не делать? Сидеть здесь и наблюдать? И это слова, мага, что прожил на свете дольше всех?
– Я рассказал тебе всё. И поверь, выяснить это стоило мне огромных усилий.
– Отец, при всём уважении, я попал в Миахару не случайно!
– Миахара… – Преоритан говорил тихо и неразборчиво. – Здесь всё не то, чем кажется…
– Если у нас есть возможность хоть как-то повлиять на судьбу Элларии, то давай хоть попробуем?! – продолжал Эмпириан.
– Бездумно влияя на чужую судьбу, ты с равной вероятностью можешь как помочь, так и приблизить его гибель. А этому миру и так осталось недолго… – мужчина опустил глаза, скрывая их за копной седых волос. – Нам нужно больше информации… Нужно понять…
– И как долго ты будешь бездействовать, отец?!
– Сколько потребуется, чтобы изучить влияние каждой переменной.
– Типичные слова архимага. Поэтому я и покинул Ласкенту. Хорошо, но я всё же попытаюсь, а ты постарайся мне не мешать.
– И что же ты намерен делать, а? Создашь армию инвалидов? – рассмеялся старший маг. – Откуда у тебя такое желание помогать калекам? Безглазая девчонка хотя бы умеет драться, а бледнокожий грешник от рождения не может управлять энергией. Отличный выбор, сынок!
– Они выделяются среди остальных тем, что их будущее размыто. С определённого момента я просто перестаю видеть линии их судьбы, – задумчиво глядя в звёздное небо, сказал Эмпириан. – Хм… Если будущее не определено… Мы должны попытаться!
– Если кто-то и сможет помочь этому миру, так это высшие маги академии! Только они, собравшись вместе смогут, как ты говоришь, попытаться! – ударив посохом по земле, выпалил старый маг. – Все остальные – мусор! А ты – лишь глупый мальчишка, раз дал женщине себя обмануть!
– Отец… эта музыка, она… – Эмпириан начал было оправдываться, но был грубо прерван.
– Тьфу! Белый лебедь отыскался! Любимая-любимая! – вставая с поваленного дерева, гневно бросил Преоритан.
– Прошу, отец, мы сейчас не о том…
– Разговор окончен. И послушай мой совет – прекращай играть с чужими жизнями. Свою ты проиграл бездарно, – сказал старший маг и растворился в темноте ночного леса.
Эмпириан закатил глаза, запрокинул голову и, глядя в звёздное небо, прошептал:
– Давай, хороший мальчик, не подведи меня.
Интерлюдия. Кадисса. Худший друг игнийца
– Если он не прекратит трубить, я встану! Ох, встану! И засуну этот проклятый рог ему в задницу! Ша-ар-рах! – гордый бородатый игниец сидел в тени центрального шатра и камнем стачивал въевшуюся грязь с большого старого молота. Оружие он получил от прежнего вождя своего старого племени, но то было давно, и видавшая лучшие времена кувалда пережила уже немало перековок. С годами, лоскуты грубой чёрной кожи виверны, опоясывающие рукоять, стёрлись до блеска и местами порвались.
– Дядь Шен, а вдруг там правда что-то случилось?
Почесав длинный шрам на голени, мужчина задумался. Времена его былой славы уже давно прошли, но опытный воин ценился здесь, на южном полуострове, гораздо больше, чем желторотые юнцы. Пользуясь авторитетом, он хотел отговорить напарницу:
– Не выдумывай, Дисса. Каждый раз, стоит Дорону вывести клан на учения, меня оставляют стеречь его шатёр, а версова Нейла ставят на ворота. Поверь моему слову, старый хрыч снова испытывает моё терпение!
– Дядя, но вдруг на нас напали?!
– И каждый раз я, спотыкаясь, бегу ему на помощь. А он падает на землю, смеясь, как иглошёрстная собака, и вопит: «Волки, волки! На меня напали волки!» Тьфу! Сейчас я не в настроении.
– Разреши мне сходить посмотреть? Возможно, если прибегу я, Нейл не станет больше отвлекать нас от службы? К тому же если на нас действительно напали, хорошо бы отправить гонца к месту проведения учений.
– Девочка, Дорон с армией максимум в дне марша от ставки. Никто не смог бы пройти мимо его отряда разведки. Мы здесь ради отдыха, а не защиты. Меня уже поздно муштровать, а тебя отец поощрил за хороший улов в походе на киллиозавра.
Кадисса потёрла ушибленный бок:
– Да уж… Свирепая зверюга!
– Хороший вы привезли гребень, кстати! Свежий, упругий, здоровенный! Слышал, шаманы хотят сделать из него какой-то паралан или параплан.
– Дядь Шен, и всё же мне неспокойно. Вы можете остаться здесь, а я всё же схожу, проверю, почему на посту трубили. Если услышу звук драки дам знать.
– Э-э, иди, конечно, но не серчай на Нейла за шутки. Мы воевали бок о бок столько лет, что я не могу держать зла на старого змея, – Шен вскинул подбородок и погрузился в воспоминания. – Вот был случай, когда мы ходили на василиска… или то была виверна…
Стараясь не шуметь, Кадисса отошла от говорливого воина и решила пробежаться по опустевшему лагерю, чтобы немного размяться. На спине ощущалась тяжесть старого отцовского двуручного молота. Он уже давно был ему слишком мал, но Кадиссе подошёл в самый раз. По крайней мере, гордость мешала ей показывать, что тот тяжеловат для девушки. Пробегая мимо маленького шатра, она заметила мальчика и девочку, играющих в салки и с улыбкой помахала им. Их мать стояла под навесом и смотрела в сторону, откуда доносился звук рога. Заметив пробегающую Кадиссу, она загнала детишек внутрь.
На стене уже стояли несколько караульных, прибежавших на зов.
– Что происходит? – спросила Кадисса, поднимаясь на каменную стену форта.
– Что-то очень странное. Кх-р. О, дочь вождя? Не ожидал тебя здесь увидеть. Кхр-р, – грубым басом отозвался постовой и вернулся к созерцанию происходящего на горизонте. – Кажется, это волки.
– Это ведь просто шутка, да?
Постовой хмыкнул и протянул короткую подзорную трубу с двумя затёртыми линзами. Воительница почти сразу выхватила на горизонте клуб пыли.
– Видишь, резвятся? Хрр-р, – Нейл прочистил горло и продолжил. – Сначала бежали бок о бок, теперь вот грызутся, но играючи.
Через мутные линзы было сложно рассмотреть детали, и Кадисса, отдав трубу назад, выпрямила руку, прищурила один глаз и взглянула на зверей поверх поднятого большого пальца.
– Вот так вымахали, зверюги! А шерсть, кажется, голубая! – воскликнул молодой игниец, что держал рог.
– Тебе не кажется. Но их всего двое. Ничего такого, с чем мы бы не справились, – спокойно ответила воительница. – Вызовите подкрепление с восточной стены. Я схожу за верёвкой и приведу помощь.
– В тебе течёт кровь отца, Дисса! Настоящий вождь, настоящее пламя! Кх-хр, – улыбнувшись и погладив усы ей ответил седой Нейл. – Но мы и сами знаем, что делать. Пойди лучше пробегись по лагерю, скажи женщинам и детям – пусть спрячутся поближе к центру.
– Волки не люди, беззащитных не трогают, – хмуро опустив подёрнутый носик, ответила Кадисса. Не смея ослушаться старшего, она спрыгнула со стены. Почувствовав на себе взгляды караульных, вильнула бёдрами и скрылась за палатками.
***
Оббежав лагерь и предупредив игниек о возможной опасности, Кадисса попросила всех матерей отвести детей в просторную палатку, служившую казармой. Он располагался возле главного шатра, в самом сердце ставки клана.
«Центр лагеря самое безопасное место, к тому же там будет дядя Шен», – подумала она, после чего поспешила вернуться на свой пост у главного шатра.
Престарелый брюзга тем временем уже примерил на себя роль няньки. Хватаясь за лысую голову, он места себе не находил и, издалека завидев Кадиссу, бросился с расспросами:
– О чём все твердят? Какие ещё волки? Чего вы испугались?
– Дозорные заметили на горизонте двух крупных волков. Они не агрессивны, но перестраховаться не помешает.
– Двух волков?! – прокричал пожилой воин. – Ты весь лагерь на уши подняла из-за двух клыкастых?! Ты сдурела, девка!
Кадисса сделала вид, что не обратила внимания на оскорбление, но подпустила в голос холода:
– На весь гарнизон не наберётся и пары дюжин бойцов. Почти все, кто умеет держать молоты, сейчас разминаются на учениях. Нужно быть начеку.
Шен поднял свой молот, сдул с него пылинки и, брызжа слюной, проорал:
– В былые времена я в одиночку убил троих волков. Одним из них был вожаком стаи! Тебе бы поучиться драться да самой выйти на них, а не бегать по ставке, распугивая детей!
– Мне приходилось встречаться в походах с серыми. Они немногим сильнее падальщика. Но эти – голубошёрстные. Отец рассказывал мне на ночь сказки о голубых волках. Я бы не хотела с ними драться.
У собеседника при упоминании голубого волка вдруг забегали глаза и на предплечьях проступили вены от усилия, с которым тот впился в оружие:
– Г-голубые волчата, говоришь? Шаррах… – мужчина потупил взгляд в пол, размышляя и теребя бороду. – Сказки о них не врут. Насколько мне известно, исключительно из слухов, конечно, они разумны.
– Отец пел что-то о братьях. Один во время песчаной бури набрёл на логово голубых волков. Он спас умирающего от жажды щенка, а вожак стаи разрешил переждать бурю. Парня даже отблагодарили: подарили волшебную шерсть, из которой тот сделал уникальный плащ. Он защищал владельца от снарядов и магии лучше любого щита. А его старший брат, узнав об этом, отправился прямиком дом к волкам и стал требовать даров, да ещё больше. Вот только лишь злой рык был ему ответом. Схватившись за молот, старший брат хотел проучить жадных животных, но вожак опередил его. Молниеносным ударом перекусив пополам как сухую тростинку…
Кадисса с восхищением вспоминала всё новые подробности сказки, но Шен грубо перебил её:
– Ты брось болтать, Дисса, авось там твои соратники уже гибнут в сражении с тварями! Беги-ка на выручку!
– Да, вы правы, дядя. Надеюсь, что вы присмотрите за детишками. И разбудите шамана, старик совсем ничего не слышит.
– Об-бязательно… Но сначала сбегаю к себе. Нужно кое-что найти в сундуке… Верёвка, да, нам нужно будет обездвиживать клыкастых чудовищ!
– Ну хорошо, я забегу на северную стену и позову ребят вам на помощь. А с вас тогда верёвка.
– Да-да-да! Отличная идея, моя девочка! Беги скорее! – не оборачиваясь на воительницу, шустро удаляясь, кричал бородач. – Скоро буду!
***
«Если у ворот потребуется помощь, я услышу рог, но расслабляться некогда», – подумала Кадисса и отправилась в направлении северной стены. Стена была невысока и построена из дерева. Частокол не мог выдержать никакой осады, да и, по сути, ни от кого не защищал. Прямо за ней благоухала большая отхожая яма, а за той начиналась тонкая рваная тропинка, вплотную прилегающая к скалистому обрыву. Скользкие уступы, покрытые мхом и острые камни ждали юных игнийцев на трассе под названием «Затмение». С одной её стороны – горячие чёрные камни, а с другой – холодный бушующий океан. Пройти здесь по собственному желанию решится лишь умалишённый. Молодые сыны и дочери клана Досуа по достижению совершеннолетия обязаны пройти естественную полосу препятствий на время. А «Затмением» её называли, потому что забег стартовал, как только Замуи зайдёт за горизонт. Каждый, кто хочет иметь право называть себя игнийцем, проходят подобные испытания, доказывая, что достаточно ловок и вынослив. Лишнее подтверждение готовности воинов к тяжёлым походам и свирепым монстрам. Очевидно, что никто не ожидал нападения врага со стороны смертельно ловушек.
– Парни, спускайтесь! В лагере может потребоваться помощь! – крикнула Кадисса двум стражникам, изучающим горизонт. – Эй?! Вы двое! Слышите?
Оба караульных стояли спиной к девушке и заворожённо покачивались из стороны в сторону. Ни один мускул не дрогнул, когда Кадисса позвала их. Тогда она, недолго думая, схватилась руками за постамент, на котором они стояли и одним упругим маховым движением подтянулась, выпрыгнула вверх и встала на доски.
– Что с тобой?! – грубо толкнув одного паренька в плечо, она нашла глазами его взгляд. Тот тряхнул головой, прогоняя наваждение и сфокусировав взгляд на Кадиссе громко выдохнул:
– А-а! Ты чего подкрадываешься? Зашибу же!
– Хватить пялиться на помои, помоги Шену у штабного шатра!
– Что? А, да? Конечно-конечно. Извини. Там что-то мерцает в тени, я засмотрелся, – парень указал в сторону «Затмения» и вновь прищурился.
– Мерцает? – переспросила Кадисса, недоверчиво глядя в сторону тропы, и от ошеломления подпрыгнула на месте. – Карс Шаррах!
На подходе к выгребной яме стояла огромная волчица высотой в холке никак не меньше взрослого человека. Её яркие голубые глаза, плавно перемещаясь из стороны в сторону, оставляли расплывающийся синий шлейф. А блестящая золотом в лучах Фолио голубая шерсть преломляла свет и размывала очертания её туловища. За несколько мгновений созерцания сказочного создания Кадисса лишь широко раскрыла глаза и встала, прижав руки к телу, не в силах пошевелиться. Глаза волчицы заворожили девушку, постепенно из поля зрения стали пропадать и часовые, и яма, и даже голубое небо. Разум занимали лишь горящие глаза и их причудливая траектория движения. Они оставляли след, какой оставляет рука престарелого художника, заставшего врасплох внезапным тремором.
– Где он? – вспыхнули в голове слова, будто их сказали шёпотом на ухо. Кадисса почувствовала мурашки. Голос учтивый и мягкий, как голос любящей матери, что укладывает младенца спать, бередил давние воспоминания. В макушке появился странный зуд, подначивающий ответить на вопрос, лишь бы услышать этот голос снова.
– Кто? – прошептала Кадисса.
– Ты понимаешь меня, самка? – и вновь голос прозвучал так сладко, что поднял дыбом мелкие волоски на руках.
– Да-а-а, – выдохнула игнийка.
– Я спр-рашиваю где он?!
Кадисса смаковала каждое услышанное слово.
– Кто… тебе нужен…?
– Дор-рон. Пр-риведи его ко мне, – прорычала волчица. – Вы должны прекратить это!
– Тебе нужен вождь? Но его нет в лагере…
– Ты вр-рёшь! Дор-р-рон! – взревела волчица и в один мах перепрыгнула яму, оказавшись под стеной.
Её слова больше не вызывали приятных эмоций. Через силу Кадисса отвела взгляд и пригнулась. Она продолжала слышать голос, но, к счастью, наваждение пропало. Воины, сидевшие рядом, неуклюже поднялись и уставились на дочь вождя. Та хотела привстать и мельком глянуть вниз, чтобы, оценить, сможет ли волчица перепрыгнуть стену, но ответ не заставил ждать. Переливаясь перламутром, живот огромной хищницы оказался аккурат над головами воинов клана Досуа. Волчица приземлилась в паре метров от стены во внутреннем дворике лагеря, опустила нос к земле и принюхалась:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
