Страница 4 из 11
Но скользкий пафосом и идеалом,
Сквозят руинами предела, сквозь —
Пророки пафоса и умысла – ему —
Твои страдания и страхи – наяву,
Что долгом ты – обязан предсказать.
Учить печаль и солидарность – тут,
На облаке из иллюзорных – слов,
Причины социальной рамки – снова,
Обременять твою убогую – мечту,
Несбывшихся утопий и побед,
На что они прилягут – и умрут,
Твой пепел посыпает – нежно ад,
А руки тонут от безумия – вокруг.
И вновь стоит в ручном пределе – сон,
Он смыслом окружает – Небосвод,
Твою проблему идентичности – причуд,
И каждый вздох, что утоляет – идеалы,
Сегодня нам, а завтра чувству – славы,
Ты социальный воздух – заберёшь,
Чтоб заново его – прославить в муках,
Как терпкий яд и берега – разлук.
В благополучной ясности – притворства,
Твоими умыслами воли – наперёд,
Редеет Небосклон и с ними – Царства,
А завтра утопает в речи – сон,
Твоей ручной фортуны, из благих,
Умов и поколений яда – слов,
За что их оберег давно – покров,
Линейной кромки ада, изо льда.
На Царство разбираешь – холод из,
Любви вопроса жизни и обид,
В покое счастья утренней звезды,
Что волей пролагает сердце – нам,
Оставив роли повелений – роз,
Заброшенному яду – гиблых снов,
Сегодня, или в вечности ума,
На том фатальном декадансе – слёз.
Им сложен мир упитанного – смысла,
Задолго шевелящий взгляд – руин,
На том и Господин уходит – просто,
За то и отличаем, как один,
Стоит и опирает Небо, в звёздах,
За рукотворной маской – жизненного я,
Туда идут руинами – подсказки,
И в сон благополучия – глядят.
Условный холод миром тот – един,
Затих и понимает ветер – он,
За властью преисподней спит – мотив,
Уверен, что сегодня долго – стон,
Ручной химерой опыта – умыт,
Унижен властью больший – за покой,
Что смотрит преисподней взглядом – он,
На благо утолённых жизнью – дней,
Выстраивая опытом – могил,
Твою судьбу безбрежного – конца,
Ты высмеял им холод, между стен,
Давно забытой жизни, как цены.
Не уклоняемое поле вечных – слов,
Вонзает пусть твою обиду, вскользь,
Бегут поступком правила – игры,
Мучительные, тайные – враги,
Их нежилое солнце пало и – стоит,
Песком, по побережью – алых снов,
Утопленного смысла, между сердцем
И ролью за украденную – ложь.
Непостоянен ворох слабых – сил,
На вид он попираем и – бежит,
Пороком исторических былин,
Сближаясь между явью и – обидой,
Не в воле ты стареешь – Господин,
Землёй своей фортуны – собирая,
Плоды идиллии, что снова – умирая,
Растут под миром квантовой – тоски.
Обратной ложью за немой – порой,
Цены стремления освоить – право смерти,
Пути надзора права, перед ней,
Чтоб жалом состояния – потерь,
Ты выстрадал свою обиду – нрава,
Обзора лжи стареющих – надежд,
Им современность одичания – нажала,
На мир причуды философских – бед,
Отстаивая смерти полный – правила,
Сюжет и ход естественной – игры,
Молекулярной робости из – тени,
Апофеоза счастья зла – прозрения,
Что также выбирает – между смертью,
И декадансом мифа, словно жизнь —
Трагически культурой, в слове лиц —
Приспособляется и мирно – говорит,
Твои надежды талой – глубины,
Пророка цели счастья и – побед.
Мы снова за старением – видны,
И кровлей права вылеплены – смертью,
Божась и заклиная ролью – бед,
Твою утрату красоты, на право,
Лежать под властью мысли, словно смерть,
Утопленная – философским сердцем,
В любви её, ты отражаешь – здесь,
Характер ценности и устремлений – ада,
Лишь счастью повинуясь, над умом,
Забытого вопроса между – правом.
Достиг ли, тот порог обзора – лиц,
Краеугольной старости и – нрава,
Диктуя мысли поворот – побед,
Диалектического счастья и – забавы,
Сердечной формы нрава – бытия,
О человеческой культуре, зная толк —
Ты снова повторяешь Неба – долг,
Практичной ценности учтённого – ума,
Изображая смерти цикл, на том,
Дородном идеале слова – притчи,
Куда приходят идентичным – сном,
Фатальные облатки мира счастья, в нём.
Очень жалкой просьбой, ты един,
Тонешь, отзывая смесь причины,
На прозрачной бездне – снова скорбь,
Утолила вечер мира – сильных,
Сколько им ты – проводил любовь,
Ждал оценок умственных – стремлений,
Ценности, что уносила кровь,
Большим чувством смерти – бытия.
Здесь ли – посторонние мотивом,
Смыслы – отражают твой удел,
Скованно, но смертью долга – мнимо,
Ты нажил их тленный ветер – мило,
Исподволь стоишь и – бередишь,
Слово, на оправданном наречии,
Где любовь – конец учтила вновь,
Поколением оценки – новой встречи.
Смыслом роли внутренней – тоски,
Засветло отозванному – миру,
Каждый день уносит – тени слов,
Жажды идеалов – стать игривой,
Позой жизни, утоляя век,
Красотой потери формы – света,
Чёрным словом мифа – человека,
Где естественное бытие – зовёт,
На остатках знания – любви,
Сколько ли сегодня ей – мечты,
Ты отмерил праву – на поток,
Словно умеряя жизни – срок.
Падая на чёрный смерти – полдень,
Больший волос притчи – раздаёт,
Свой виток развития – намёк,
Около культуры долгой – встречи,
Между сном и выстроенной – тьмой,
Обнаружив смерти – дивный танец,
Современной маской – неживой,
Тот конец культуры жизни – правой —
Обесценил личности – судьбу.
Ты играешь в тон – мучимой правде,
Звона, о котором мыслью, в том —
Современность утоляет долг – неправды,
Жалуясь, что смертью от – любви,
Исторически консенсус встал – умом —
На твоей реальности – невзгоды,
Снова утоляя смерти – всходы,
Человеческой печали – мирных снов.
Им не оправдал и честь – напрасно,
Философский танец бытных – глаз,
Звон души и луч – прекрасных фраз,
Без которых умысел – остался,
Выдворен из неги – зла любви,
Преисподней ценности в нём – срока,
Сколько человеческого – рока,
Вынес он и стал – путём пророка,
На одних искусственных – мирах,
Зла, на изголовье мирной – пажити,
Оправдав тот миф и ценность – рода,
Звона бытия других – умов,
Происходит чести страх, увы —
Падая им – столько лет упадок —
Говорит, о счастье мира – правды,
На нагой облатке воли – снов.
Уходя в тоске уплаты – мифа,
За надеждой сходит – часть любви,
Жалкой жизни – снов эквивалента,
Подлой участи разоблачённых – слов,
Ими строят – социальный ужас —
Прошлое и казус смерти – на лице,
Усложняя мифы, в подлеце,
Колкой воли на противной – мгле,
Жажды оправдать – любви конец,
Недвусмысленной облатки – мира судеб,
Что спускались за победой – здесь,
А остановили участь – судей.
Словом ли, надеждой им – одна —
Умыслом напитанная – старость,
Размышляет над – причиной сна,
Утомляя день от века – дружбы,
Расспросив и новый час – внутри,
Декаданса долгих лет – разлуки,
Оправдай её любви – концы,
Слова, на оставленной поруке.
