Анежка

Маргарита Серрон
Анежка

Глава 1

Анежка всегда была нежной и какой-то слишком пугливой. В детстве она часто пряталась за спины бойких подруг. Она никогда не выпячивала свое мнение, скромно пожимала плечами, когда другие рвались в бой. Но она была такой милой, что все девочки хотели с ней дружить. Ей просто нельзя было отказать ни в чем. Многие дети и даже взрослые принимали ее застенчивость за слабость, доброту за глупость. Они не понимали, что это лишь способ ее общения с внешним миром, в котором она не ощущала угрозу, поэтому была открыта и доверчива. Но как бы там не было, своей ангельской улыбкой, Анежка с детства умела найти дорогу к сердцу любого заскорузлого циника. Никто не смел смеяться над ее наивностью в лицо, знакомые лишь за глаза обсуждали ее поведение и крутили у веска, демонстрируя все свои эмоции на этот счет. Она не капризничала и не проявляла непослушание. Иногда она вздыхала, если ситуация совсем ей не нравилась. Таким внешним показным равнодушием к собственной жизни она добилась лишь полной капитуляции собственного мнения в глазах окружающих. Никто не знал, что происходит в душе этой светлой, всегда улыбающейся девочки. Анежка никогда не настаивала и не отстаивала своё мнение, свои принципы и границы. Хотя глубоко внутри у неё всё было разложено по полочкам и хранилась в строго отведенных воображаемых комнатках. Не споря и не конфликтуя, она молча находила выход из неприятностей. Она взрослела и с каждым годом ей труднее давались показное равнодушие и доброжелательность. Что-то внутри нее росло, зрело, но не спешило выходить наружу. Она не умела конфликтовать, да и не хотела. Она ведь не боец, а просто милая и добрая девочка. Она была счастлива и наслаждалась каждым днем своей юной жизни. Ее считали мягкой, бесхребетной, не способной постоять за себя. Сначала ее жизнью управляли родители. Потом это делал парень, ее бойфренд, который почему-то решил, что только он будет ее мужем и никто другой. Анежка плыла по течению, стараясь не сильно вникать в детали. Она видела картинку мира в целом и ее все устраивало. Но это не могло длиться вечно. Случилось нечто, что заставило ее быстро повзрослеть и выйти из зоны блаженного комфорта, в котором она пребывала до восемнадцати лет. Ей пришлось принять жизнь во всех ее проявлениях. Розовая пелена вселенского счастья и благополучия спала с ее глаз и оказалось, что она уже ни принцесса и у нее нет королевства. Любовь близких уже не спасала ее от нападок окружающих, мир её иллюзий разрушился и новая реальность дала ей пинок под зад в самой грубой форме. Родители развелись и им стало не до взрослой дочери. Они не могли разобраться в своей жизни. Им некогда было решать психологические проблемы нерешительной дочурки. Ухажёр, узнав, что финансовая империя отца трещит по швам и вот-вот лопнет, сразу потерял интерес к липовой принцессе. И пришлось Анежке столкнуться лицом к лицу с реальностью, о которой она и не подозревала. Ее доброта и нежность оказались неликвидным товаром в мире рыночных отношений. Выйдя во взрослую жизнь, поступив в университет, она стала слышать от посторонних люде обидные слова, которые характеризовали ее недостатки во всей красе. Самым мягким ее прозвищем было-лохушка. Некоторые знакомые даже забывали ее настоящее имя, пренебрежительно называя ее Лохешкой. Это было не обидно, потому что в 19 лет в девушке еще жила пусть уже не такая большая, но еще светлая любовь к людям. Когда родители неожиданно развелись, иллюзия начали исчезать. Мама Анежки вышла замуж и уехала к новому мужу в Германию. Отцу было некогда, он никого не замечал вокруг, тщетно пытаясь на руинах своего бизнеса построить новую империю, к тому же он нашел себе новую спутницу жизни и постепенно стал отдаляться от дочери. Он познакомился с женщиной, у которой были маленькие дети. Он начал новую жизнь с чистого листа. Анежку он в гости не приглашал. Постепенно она осталась совсем одна без поддержки родителей. Школьные друзья тоже куда-то подевались. Родителей она почти не видела, да и по телефону они общались редко. Новых друзей в университете она не приобрела. Все ее попытки дружеского студенческого общения оказались провальными. Парни хотели с ней переспать, не более. Кто-то использовал ее доброту и выкачивал из нее самым наглым образом деньги, а кто-то пытался просто нагадить в ее чистой душе, просто так, из эгоизма и зависти. Анежка не изменяла себе, она не озлобилась и не ощетинилась. Она лишь приспособилась ко всем новым бытовым проблемам. Ее тонкая натура прекрасно понимала все скрытые мотивы людей. Она прощала тех, кто ее обижал. Не забывая, а просто отпуская. Она не копила внутри себя обиды, просто не умела это делать. Она шла вперед, постепенно понимая, что среди людей ей не уютно. Не может она пробивать себе место локтями и скалиться, показывая острые зубы. Когда красный диплом биолога был у нее в руках, она первый раз в жизни сделала свой самостоятельный выбор. Как-то раз, после защиты диплома, ей на глаза попалось объявление о вакансии биолога для работы в Тагманский заповеднике. Анежка не могла больше ни о чем думать. Какой-то голос внутри нее звал ее в этот заповедник. Она стала мечтать об этой работе. Отправила запрос. Через несколько дней ей пришел положительный ответ. Ее кандидатуру одобрили. Не советуясь ни с кем, она сдала свою квартиру в Москве квартирантам на полгода вперед и уехала в Богом забытый край. Местному заповеднику требовался научный сотрудник, чтобы вести учет местной флоры и фауны. Популяционная экология была связана с дипломной работой Анежки и очень ей нравилась. Ее не испугали ни крошечная зарплата полевого биолога, ни суровые условия проживание на кордоне в лесу, вдали от населенных пунктов. Даже отдаленность заповедника от Москвы она считала плюсом. Все минусы были несущественными. Анежка, с воодушевлением двадцати трехлетнего исследователя, искала свое место в жизни. Нескончаемый энтузиазм и любознательность заставляли ее выбирать не легкие пути, а интересные, пусть даже и тернистые. Ее внутренний компас неожиданно включился, не давая ей грустить и переживать за свое туманное будущее. И его стрелка указывала прямо в Тагманский заповедник. Там можно было встретить очень редких животных. Многие из них были занесены в базу «Безвозвратно утерянных для человечества». Особенно Анежку интересовали ахтинары. Их давно уже никто не видел, хотя еще несколько десятилетий назад за некоторыми мечеными особями можно было проследить с помощью космической телеметрии. Но было это давно. С тех пор ареал их обитания сильно сократился из-за пожаров и резкого изменения климата. Зимы стали непривычно суровыми и снежными, а летом стало нечем дышать от непереносимой влажности, чередующейся с засухой. К таким экстремальным условиям ахтинары не были приспособлены. Так говорила официальная наука. Но Анежка надеялась, что найдет хотя бы одну пару особей этих загадочных животных. Что толку в ее жизни и в ее профессии, если она не сможет спасти редких животных от полного исчезновения? Она была настроена решительно. Купила билет на поезд, собрала вещи и, послав отцу и матери голосовые сообщения, отправилась на встречу своей судьбе. Через три дня, преодолев несколько тысяч километров на поезде, затем на автобусе и под конец, просто на попутной машине, она прибыла в поселок, где ее уже ждали. После такого утомительного пути ее энтузиазм биолога-спасателя немного угас. Она очень устала и хотела только одного- теплой ванны с маслами для расслабления и кровать с чистыми простынями. До офиса она добралась без приключений. Люди в поселке были приветливыми и сразу указали ей дорогу к одноэтажному деревянному строению с вывеской нужной организации.

– Здравствуйте, меня зовут Анежка Орлова, мы с вами созванивались, я – биолог из Москвы. Вот мой диплом и паспорт, – девушка широко улыбнулась, не желая показывать, что устала и еле держится на ногах. Худощавый мужчина лет пятидесяти с хвостиком оторвался от монитора компьютера. Он встал и энергично поприветствовал Анежку, пожав ей руку. Затем он поправил свои взъерошенные волосы с проседью, надеясь придать себе более официальный вид. Но его почти мальчишеская радость просачивалась через лучистые искрящиеся глаза. Анежка на миг забыла про свою усталость. Она любила, когда люди радовались. Она чувствовала, что ей рады, очень рады. Ее ждали. Это было заметно. У нее улучшилось настроение. Давно к ее присутствию в этой жизни никто не проявлял такого искреннего интереса.

– Ну, наконец- то! Анежка Орлова, как я вас ждал! Проходите, располагайтесь. Сейчас я вас чаем напою с печеньем. Вот полюбуйся, Светик, красный диплом! Мы получили в своё распоряжение не прохиндея какого-то, а молодого перспективного специалиста. Тунеядцев здесь хватает. Все задарма хотят деньги получать. Меня Олег Ефремович зовут, я – директор заповедника, а это- Светлана Львовна, наш экономист, бухгалтер, ну и психолог по совместительству – все в одном лице, – мужчина расслабился и улыбнулся- да вы, Анежка Сергеевна, не обращайте внимание на мое раздражение. Сегодня бездельники вывели меня из равновесия. Только пить могут и зарплату требовать, а работать кто будет?

– Можно просто, Анежка.

Девушка с трудом оторвалась от приветливого взгляда директора и оглядевшись, заметила в просторном кабинете Светлану Львовну. Пышногрудая полная женщина смотрела на девушку исподлобья, не желая расставаться с очками в толстой немодной оправе. Она сидела за отдельным столом и наблюдала за происходящим.

– Здравствуйте барышня. Вот так сюрприз, – Светлана Львовна скептически поджала губы- Ефремыч, а ты не кипятись. Объясни девушке, только так, чтобы я лично слышала, что здесь не курорт для столичных дамочек. Вон, посмотри на ее руки. Пальчики то- музыкальные, что ей у нас делать? Здесь пахать надо, а не по клавишам стучать. Может сразу ее назад в Москву отправим?

– Цыц, Светлана Львовна, сиди и складывай свои цифры, дай людям науки пообщаться, твое дело – оформить сотрудника на работу, оказать моральную поддержку, все. Распоясались тут, забыли уже, кто здесь директор. Львовна, не дуйся, а принеси-ка ты нам тортик вчерашний из холодильника и конфетки.

– Да, разогналась. Ну, ну, не таких видали. На одни и те же грабли, Ефремыч, наступаешь.

Олег Ефремович Живин был кандидатом биологических наук и занимался популяционной генетикой, также он являлся автором более пятидесяти научных работ. Анежка сразу поняла, что Живин был абсолютно не на своем месте. В кресле директора ему было неуютно. Каждодневные административно-хозяйственные вопросы забирали у него драгоценное время, которое он мог бы тратить на научную деятельность. Это раздражало Олега Ефремовича, удавкой сжимало шею, но деваться было некуда. Отец всегда говорил Анежке, что руководителем нужно родиться, это в генотипе человека уже с рождения заложено. У Олега Ефремовича командный ген явно отсутствовал. Светлана Львововна даже не тронулась с места, чтобы выполнить распоряжение директора.

– И где ты ее Ефремыч селить будешь? Нам специалист на передовой нужен, на кордоне, чтобы в курсе всего происходящего был. Неужели ты москвичку с Михеем поселишь в одном доме?

– А если и так. Что? Выходы разные, у каждого своя половина дома, я по телефону все подробно рассказал. Правда, биолог Олова? Вас ведь все устроило? И удаленность от поселка и проживание в лесу?

– Да, Олег Ефремович, все правильно, я согласна с условиями, меня в Москве ничего не держит. В свою квартиру я уже пустила жильцов. На полгода вперед. Поэтому мне некуда возвращаться. – Анежка была готова уже выть от досады. Не ожидала она встретить такие подводные камни. Но Светлана Львововна свои позиции не сдавала, она решила испытать терпение новой сотрудницы, докопаться до правды, которая никого не интересовала.

– А известно ли вам, дамочка, что наш главный и единственный инспектор-эколог, Михей, с которым вам предстоит жить под одной крышей, так вот, он у нас с приветом. Ну странный немного. Поделился ли Олег Ефремович с вами такой важной информацией? – это был шаг и мат, Жилин покраснел и уткнулся в документы, не желая больше вступать в диалог с кем бы то не было.

Анежка почти физически почувствовала, как он отгородился от нее невидимой стеной. Теперь ей предстояло общаться только с нелюбезной Светланой Львовной, которая была настоящим генералом в юбке и в свои пятьдесят пять, могла дать фору любому молодому остряку. Вот кто на самом деле заправлял всеми делами в заповеднике, вот чье согласие и расположение ей требовалось получить. Светлана Львововна сняла свои устрашающего вида очки и стала медленно разглядывать молодую москвичку с верху вниз, точно та была ее личным подопытным кроликом. Анежка не сконфузилась под строгим взглядом бухгалтера. Пусть смотрит. Просто Светлана Львововна не знала, что таким заявлением ее не смутить. Где проходит граница той нормы, по которой люди судят о других? Кто ее устанавливает? А что делать тем, кто не попадает по каким –то параметрам своего тела или характера в заветный коридор? Анежка и так знала ответ- таким «нестандартным» всю жизнь придется жить с ярлыком на лбу и желательно подальше от правильного общества. Другим она и не представляла своего соседа по дому. Сто процентный отшельник с кучей тараканов в голове. Наверно со временем она и сама станет такой же свихнувшейся по меркам обычных людей.

– Михей ваш, он природу любит? Животных защищает? – Анежку интересовал лишь один вопрос, садиста рядом с собой она не потерпит. Хватит, насмотрелась она в университете на детей асфальта.

Олег Ефремович радостно подпрыгнул на своем директорском кресле, выразительно посмотрев на Светлану Львовну.

– А как же, без любви к природе в заповеднике работать не получится. Михей поэтому и выгонял всех дармоедов. Они только гадили в лесу, никакой пользы от них не было, один вред. Правда все наши научные сотрудники мужчинами были, вы вот первая-женщина. Поэтому мы и переживаем. Вернее, Светлана Львовна, как женщина за вас еще больше переживает. Характер у Михея неуживчивый, тяжелый. Он одиночка по жизни. Не любит никого рядом с собой видеть. Но он не ученый, к сожалению, а нам научные данные нужны. Вы со всем, Анежка Сергеевна на месте разберетесь. Там в доме у вас кабинет свой будет. С компьютером и документацией. Ваше дело – все данные фиксировать, в компьютер заносить и мне раз в месяц привозить в офис. Будем совещания ежемесячные устраивать и аналитику проводить.

– А интернет? Неужели нет связи в лесу?

– Интернета нет, мобильной связи тоже. Только рация. Да, дороги тоже нет. Добираться будете по речке на лодке. Ну а там по просеке два часа пешком, совсем рядом, не заблудитесь. Карту я вам выдам и все метки отмечу. Вы же биолог, значит научены на местности работать, в поле, так сказать.

До Анежке медленно, но четко стало доходить на что она подписалась. Она вдруг растерялась. Не сумев скрыть своего состояния, она вздохнула.

– А зимой, когда река замерзнет? Как тогда до поселка добираться?

– Так снегоход у вас на кордоне есть. А соляркой мы вас обеспечим на всю зиму. Да вы не переживайте! Мы своих не бросаем! Вертолет на кордон раз в сезон прилетает. Это когда холодно. Зимой вы будете обеспечены продуктами и всем необходимым. А летом так вообще каждый месяц вам посылки будут прилетать. Михей охотится, с голоду не пропадете. Да вы даже и не сомневайтесь, все будет хорошо! – видя предобморочное состояние молодого биолога, Олег Ефремович и сам разнервничался. Может и правда он поспешил? Только желающих на это место больше не было.

– Да, между прочим, вот вам голые факты, – Светлана Львовна пошла во-банк – Вы, госпожа Орлова будет десятым сотрудником, которого мы берем на кордон. Десять за 2 года! Задумайтесь!

– И у кого из десяти был красный диплом столичного вуза? – Анежка всегда отличалась упрямством.

– М-да, мне больше сказать нечего. Предупреждаю тебя, Ефремыч, ты нечестную игру затеял. Вот что нам теперь с ней делать? Куда ее определять? Здесь у нас штат укомплектован, фонд не резиновый, нам даже уборщице нечем платить. Вы, дамочка, наверно думаете, что здесь зарплаты столичные? И премии на голову падают квартальные? Я же вижу ваше разочарование на лице. Может вас что-то не устраивает?

– Все нормально, Светлана Львовна, я просто устала, столько дней в дороге. Меня все устраивает, я согласна жить на кордоне с любым вашим сотрудником. Это все мелочи, я привыкну, я не конфликтная. Мне главное ахтинаров найти, а про остальное вы не переживайте. Я сильная, я вам волнений не доставлю.

Теперь со стула готова была упасть Светлана Львовна. Слова москвички её ошарашили. И где таких наивных глупышек выращивают? Но она сдержалась от неуместных комментариев. Она тихонько встала, обошла кабинет и, спрятавшись за спиной Анежки так, чтобы ее видел только директор, выразительно покрутила пальцем у своего виска, затем показала на москвичку. Светлана Львовна сделала всё, что могла. Больше она никого отговаривать не будет. Новая работница сама подписала себе приговор. Головой нужно думать, куда едешь. Не маленькая поди.

Светлана Львовна вышла из комнаты. В ее голове кружились невеселые мысли. Сколько можно быть всеобщей нянькой и разруливать сложные ситуации в жизни коллектива?

Олег Ефремович не хотел ни во что вникать. Он постоянно прибывал в научной нирване, из которой его приходилось вытаскивать. А потом с силой встраивать в реальную жизнь. Да и вообще, она не железная, как все думают. Если со всеми ненормальными сотрудниками общаться, то скоро здоровья совсем не останется. Один Михей чего стоит. Нужно пораньше с работы уйти, чтобы не пересечься с ним в офисе.

Генерал в юбке неслышно покинула офис. Светлана Львовна здраво рассудила, что у нее и своих дел выше крыши. Пусть Ефремыч сам возится с молодой сотрудницей. Выманил девку из Москвы, наобещал в три короба, вот пусть теперь и расхлебывает кашу, что заварил. Хоть бы, гадёныш, посоветовался, так нет, все за спиной у нее провернул. Ну ничего, она с работы уедет пораньше и спать будет сегодня спокойно. И только завтра узнает, как Михей лютовал в офисе. А скандал будет нешуточный. Проходили это и не один раз. Лесничий и так не подарок, а когда новенького ученого-биолога ему на кордон подбрасывают, то он совсем с ума сходит. Все знают, как он не любит людей. Раз за разом всех научных сотрудников выживает из своей берлоги. Ни один биолог больше месяца не задерживался. Особо пострадавшие писали заявление в полицию. Кому-то он лицо разбил не по-детски, а кого-то из кордона выгнал пинками. Только Михею все по барабану, не один местный участковый с ним связываться не хочет. А тем более арестовывать. Себе дороже.

– Ну вот и отлично, – Олег Ефремыч довольно потер руки, – Можете, Анежка Сергеевна, пока в моем кабинете поспать. Вот на этом диванчике. А я свяжусь с Михеем по рации. Он за вами приедет. То есть приплывет на моторке. Это хорошо, что вы хотите ахтинаров найти. Я и сам когда-то мечтал их повстречать в здешних краях, только мне это не удалось. Может быть вам повезет. Мы тогда грант выиграем! Это стало бы сенсацией! Я верю в вас, Анежка Орлова! А вы знаете, что толерантность некоторых видов животных, особенно ахтинаров, к изменяющимся условиям внешней среды так и осталась до конца не изученной и это очень меня беспокоит…

Анежка провалилась в глубокий сон. Она не слышала, продолжения рассказа о годах научных изысканий Олега Ефремовича, о его исследовательской работе, о передовых инновационных методах современной биологии. Она спала сном младенца, отключившись от всех будущих проблем. Зачем переживать, если будущее еще не наступило? Голос директора заповедника ее быстро убаюкал. Она расслабилась. После долгого пути она почувствовала, что оказалась дома, в родной стихии. Как же она устала от Москвы, от шума, от вечного бега всех вокруг. Она нашла то, что искала. Лес рядом и ее окружают близкие ей по духу люди. Коллеги, которые полностью разделяют ее взгляды. О чем еще ей можно переживать?

Глава 2

– Ефремыч, ты что совсем здесь потерялся? Она же жен-щи-на! Баба! Тебе это о чём-то говорит? Или ты не понимаешь, что её ждет?

Анежка проснулась от мужского крика. На нее никто не обращал внимание, хотя говорили именно о ней. Это было очень некрасиво. Как всегда, она не стала влезать в спор, давая мужчинам возможность выплеснуть свои эмоции. Хотят поорать- пусть орут, это не её проблемы.

– Она не женщина, а научный сотрудник, биолог с красным дипломом! Специалист! Я давно мечтал о молодых пытливых мозгах, ты просто не понимаешь, Михей, нам повезло! Да мы с Орловой горы перевернем! Ты-пень, Михей, неотесанный чурбан, совсем в лесу одичал. Неужели ты не видишь, что будущее за наукой, молодые талантливые ученые будут делать великие открытия! А мы будем рядом, будем помогать развивать науку! Да, и самое главное- она ахтинаров мечтает найти! Точно, как я в молодости, такая же бойкая и амбициозная!

– Что?!

– Что слышал. Девушка приехала по зову сердца. Она не такая, как остальные, с купленными дипломами. Не ори, и не горячись. Поживете вместе, поработаете, может и срастется все у вас. Ну, в смысле совместной работы. Ну не зверь же ты?

– Ефремыч, ты меня не выводи, хочешь сопли подтирать и сказки рассказывать про ахтинаров- пожалуйста, только меня избавь от малолетней дурости. Лес не любит глупых баб. Где ты тут ученого талантливого разглядел?

– А ты откуда знаешь, кого лес любит? У тебя в берлоге бабы не наблюдались, тьфу, женщины, то есть. А женщины- ученые так и подавно. Вот и проведем эксперимент. И вообще, я –директор, я тебе плачу зарплату и обеспечиваю провизией. Я уже взял Анежку Орлову на работу и все тут! Ты не у себя дома, Михей. Разговор окончен.

Ефремыч был миролюбивым начальником, но с лесником ему всегда приходилось повышать голос и напоминать, кто в компании главный. Никакого сладу с этим дикарем не было. Все коллеги его боялись.

Анежке надоело валяться на диване и делать вид, что она невидимка. Мужчины пар спустили и теперь можно было вставать, и знакомиться с Михеем. У них в доме у каждого будет своя половина, поэтому их общение можно свести к нулю. Почему все так нервничают из-за пустяков?

– Привет, я – Анежка, ваша новая сотрудница, – девушка улыбнулась и протянула руку для рукопожатия, но ответа не последовало. Она наткнулась на стену полного безразличия. Огромный, точно медведь, мужчина, казалось смотрел сквозь нее. Было это очень странно. Никогда и никто при первом знакомстве так не игнорировал ее. Обычно она всем нравилась. Ее протянутая рука так и осталась висеть в воздухе. Контакта не получилось. Для Анежки это ситуация была неприятной. Она любила касаться людей, для нее тактильные ощущения были очень важны. А еще она любила вежливых и воспитанных людей. Она очень хотела дотронуться до Михея, почувствовать на ощупь, что он за человек, но она опасалась его реакции. Может он и правда одичал в лесу и забыл, как нужно общаться? Ну ничего, она это исправит. Лесник с ней на одной стороне, он любит природу и заботится о ней. А его привычки и воспитание – это ведь мелочи. Она и сама не подарок и не ангел, как считают многие. Просто лицо у нее милое и фигурка стройная, ну почти стройная. Вот и принимают ее все за кого-то другого, а что у нее в душе никто не знает. Да и зачем это кому-то знать? Она привыкла всегда улыбаться. Даже, если ей больно. Ей всегда хотелось нравится людям. Хотелось чувствовать их любовь. Вот такая уродилась. Неправильная.

– Ефремыч, ты издеваешься? Что мне с этой куклой делать? Может сам с ней поедешь на кордон?

Директор заповедника проигнорировал выпад своего сотрудника. Он уже привык к постоянным конфликтам Михея.

– Анежка, это Михей, он отвечает за охранные действия в заповеднике, следит за экологией и сохранностью экосистемы. Мужчина он хороший, отзывчивый, поможет тебе, подскажет что и как.

– Да, хорошо, думаю мы сработаемся, -девушка посмотрела на лесника. Не хотела бы она иметь такого врага. Он был просто огромный. Настоящий лесной великан. Метра два не меньше. Широкие плечи, рельефные руки, и пронизывающий колючий взгляд.

– Ну и чудесно. Вот тебе, Анежка Орлова, план работы. Через месяц я жду тебя с отчетом. На флэшку все таблицы сбросишь, а я буду анализировать весь собранный материал. Будут вопросы- свяжешься со мной по рации. А ты, Михей не смей обижать девушку, это мое последнее предупреждение. Биолог Орлова должна выходить на связь каждый понедельник, если не выйдет, я сам наведаюсь в твою берлогу. Вот дополнительный комплект рации. Ну все дети мои, идите, уже поздно. А вам еще до места добираться.

Директор, довольный своим решением, выскользнул из кабинета. Анежка уставилась на Михея своими серыми бездонными глазами. Она беззастенчиво разглядывала мужчину, с которым ей придется не только работать, но и жить под одной общей крышей. Он был большим и каким-то неухоженным. Красивым его назвать было нельзя. Квадратный подбородок скорее отталкивал, чем привлекал. Большие губы заслуживали внимание, но хищный взгляд холодных голубых глаз был колючим и портил все впечатление. Мимо такого неправильного лица нельзя было пройти равнодушно. Оно навсегда оседало в памяти из-за грубо вырезанных черт. Может так выглядит мужественность? Анежка не знала, она не встречала в городе таких странных мужчин. В городе все были прилизанные, ухоженные, если и встречались неухоженные, то они были все, как под копирку. Да и вообще, она не считала себя экспертом мужчин. У нее были любовники, но она уже и не помнила их лица и их фигуры. Она их не выбирала, и даже не желала с ними встречаться. Но каждый раз попадала в отношения, от которых не могла отделаться. Такие, в которых начинаешь задыхаться и чувствовать, что что-то идет не так. Она привлекала к себе всяких мошенников, проходимцев и просто охотников за женщинами, для которых важно было лишь количество. Анежка считала себя полной неудачницей на любовном фронте и не хотела больше никаких романов.

– Значит красный диплом? – Михей подозрительно посмотрел на девушку.

– Да. Я хорошо училась. И занималась конным спортом. Вам нравятся лошади?

– Возможно.

Анежка вспомнила годы учебы. Красный диплом ей дался не просто. Учеба занимала все свободное время. Даже спорт пришлось забросить. Когда она училась в школе, ей нравился конный спорт. Лошадей она любила с детства. Даже на биолога пошла учиться исключительно по этой причине. Она росла в обеспеченной семье, и родители не в чем не отказывали. Своей лошади у нее не было, но она занималась в конном центре с лучшими инструкторами по верховой езде. Даже в соревнованиях принимала участие, когда помладше была. Но серьезный спорт остался в прошлом. После развода родителей она стала жить самостоятельно. Денег не хватало. Во время учебы в университете она получала от отца небольшие суммы денег. Этого ей хватало впритык. Конный спорт пришлось забросить и довольствоваться прогулками по парку и бегом. Она научилась экономить. Она научилась просчитывать свой бюджет, понимая, что начинающие биологи много не получают. Особенно те, которые работают в заповедниках и в заказниках. Не ради денег она приехала в такую глухомань. У нее было свое предназначение в жизни, и она это знала.

Михей не спешил. Он не принимал необдуманных решений. Конечно, Ефремыч не оставил ему выбора, но это еще ничего не значило. А может он действительно превратился в заскорузлого монстра в лесу? Неужели он совсем озверел? Кто же отказывается от такой милого женского личика и молодого соблазнительного тела? Где его мужские инстинкты? Пускай поживет девушка пару недель на кордоне. Будет ягоды собирать и грибы. Что в этом плохого? Может и развлекутся немного, ведь взрослые уже. А как осень наступит, назад ее в Москву отправит. Ничего ей здесь делать. Да она и сама убежит при первой же возможности. Край суровый, требует закалки и характера. Господи, о чем он думает? Эринола никогда не простит ему даже легкой интрижки. А она узнает, обязательно узнает даже о легком флирте. Нет, рисковать он не будет. Он сможет придержать своих коней.

Анежка не считала себя худой и маленькой, а наоборот она была высокая и рослая, но рядом с двухметровым Михеем, она чувствовала себя неуютно. Он давил на нее своей большой фигурой, пристальным взглядом и вообще, всем своим присутствием. Он занимал слишком много места в тесном пространстве кабинета. Но она молчала и не жаловалась, ждала. Она понимала, что такому мужчине не легко принять решение, которое шло бы в разрез с его желаниями. Лесник колебался. Она никогда не судила людей по внешнему виду, который мог быть обманчивым. Многие выдавали себя за тех, кем не были на самом деле. Вот и Михей принял ее за безмозглую куклу. Что же тут поделаешь?

– Ладно, где твои вещи?

– Вот, – Анежка показала свой скромный чемодан.

– И это все? – мужчина удивленно уставился на чемодан обычного размера. Он думал увидеть, ну как минимум несколько огромных чемоданов и еще столько же модных сумок.

– Теплые вещи я здесь куплю. Мой городской гардероб все равно не подошел бы, – Анежка деликатно умолчала, что шубу и все модные дорогие вещи она продала еще пару лет назад, чтобы свести концы с концами, а больше она ничего себе позволить купить не могла. Теплой одежды у нее толком и не было, а тащить старые вещи, из которых она выросла, в новую жизнь она не хотела. Здесь, в заповеднике, ей красоваться было не перед кем.

Михей молча взял чемодан и понёс к машине. До пристани нужно было ещё доехать. Старый потрепанный джип стоял перед офисом и ждал своего хозяина. Вообще-то, он числился на балансе заповедника и обычно стоял в крытом ангаре недалеко от пристани. Им могли пользоваться все сотрудники, только вот с Михеем никто не хотел связываться. Ведь докопается до любого, причину найдёт. Поэтому на машине ездил он один, когда приплывал в поселок. Это было его привилегией.

– Садись вперед и пристегнись. Здесь дороги разбитые, пока до пристани доедем, тебя всю растрясёт. Пакет приготовь, и вот ещё, бутылка с водой, – лесник недобро ухмыльнулся, сейчас он прокатит городскую куклу с ветерком по ухабистым дорогам.

Анежка промолчала. Она поняла, что этот мужлан считал ее избалованной городской девушкой. Ну, это не самое страшное и неприятное. Это можно пережить. Он ведь о ней заботился. Значит он добрый человек, просто внешность у него отталкивающая, опасностью пахнет. Сто процентный эгоист и затворник. С женщинами не умеет общаться, вот и напускает на себя угрожающий вид.

– Чего молчишь, может не поедешь? Нам по реке плыть, а потом еще пешком идти. Там лес, настоящий непроходимый лес. Мы только ночью будем на месте. Потеряешься- никто тебя не найдет. Люди здесь пропадают каждый год. Я не пугаю, а предупреждаю. Ты хорошо подумала?

– Да, я решила, поехали, – Анежка, как всегда, улыбалась. Она и сама такие пугалки могла придумать. Не то, чтобы у нее совсем не было страха, наоборот она точно знала, чего можно бояться в лесу и как себя вести. И уж обычной городской туристкой она точно не была. Каждый год в походы ходила, с детства. Столько лесов обошла, что книгу могла уже написать. Только оправдываться и умничать она не хотела. Зачем воздух зря трясти, лес все знает и всех чувствует. Он мудрее всех их взятых вместе. Кто ему нужен, того он защитит, а дураков он бросит на произвол судьбы. Нечего соваться туда, куда не знаешь. Лесник прав был.

– Да все в порядке, я не отстану от тебя, ты не переживай, я буду идти за тобой след в след.

– Ну смотри, Анежка, значит. Я не нянька с тобой возиться. И назад я тебя через несколько дней не повезу. По плану следующий приезд у меня через две недели. Будешь на кордоне две недели жить. Твои проблемы – это твои проблемы. На меня не рассчитывай.

– Ага, я уже заметила, что на твои хорошие манеры мне рассчитывать не придётся. Сама справлюсь. Мне нужно только добраться до моего рабочего места. На большее не надеюсь.

Михей повернул голову и еще раз посмотрел на москвичку. Какая-та она странная была. Не спорит, не пререкается, не пытается свои условия ставить. Овечкой прикидывается, но зачем? Какой ей смысл в лесу торчать? Где здесь подвох?

– А тебе сколько лет, Михей?

– Тридцать пять можно дать, а что?

– Ты старше выглядишь, почему?

– А ты сама здесь поживи. Я на тебя через несколько лет посмотрю, какой ты красавицей станешь.

– Нет, дело не в месте, а в тебе. Что-то тебе мешает дышать полной грудью. Заноза. Вот я улыбаюсь постоянно. Мне так жить легче. Это моя броня от всяких нападок. Хотя все это за глупость принимают.

– Послушай, Орлова, ты работать едешь. Не забывай, что мы лишь сотрудники и не лезь ко мне с дурацкими расспросами, – Лесник резко нажал на газ и Анежка подпрыгнула на очередной кочке.

– Прости, если сказала лишнее. Я не со зла. Просто разобраться хотела.

– Ты в экосистеме местной разбирайся, а в мою сторону смотри исключительно в рабочее время и разговоры веди по рабочим вопросам. Кажется, я ясно объяснил.

– Да уж, границы расставил. К психологу тебе идти с этим вопросом не нужно. Не то что мне. Но что-то у тебя случилось в прошлом, поэтому ты такой раздраженный. Тебя что – девушка бросила? -Анежка не хотела произносить это вслух, вырвалось случайно. Плохая привычка.

– Моя личная жизнь не обсуждается. И твоя тоже меня не интересует. Ты для меня бесполое существо.

– Ого, так еще меня никто не называл. Любопытно, а как мы в бане будем мыться? Предпочитаю все-таки оставаться девушкой. Расслабься, Михей, я буду вести себя тихо.

– Сомневаюсь. Для меня, ты – сплошная проблема. Забудь про все свои понты, сотрудник Орлова, здесь другой мир и другие законы. Это не Москва и куклам Барби здесь не место! Здесь реальная жизнь, опасная и непредсказуемая!

Михей последнюю фразу сказал громко и по-мужски грубо. Он и сам не понял зачем это сделал. Переклинило его что ли. Зачем так пугать было эту городскую девчонку? Все равно убежит через две недели, зачем словами воздух сотрясать? Слишком много эмоций. Так случается, когда на мозоль больную наступают. На ту, о которой хочется забыть.

Михей резко затормозил. Он не думал о комфорте пассажирки. Машина остановилась на пыльной дороге возле причала, который представлял собой маленький островок из бетонных плит, оборудованный специальными креплениями для швартовки маломерных судов и лодок.

Анежка вышла из машины. Ее укачало, но она держалась и виду не подавала. Михей достал из багажника ее чемодан и молча пошел к пирсу. Анежка не отставала от него ни на шаг. Она следовала за ним точно тень. Она решила больше не задавать ему неудобных вопросов. На сегодня хватит. Большая восьмиметровая лодка ждала своего хозяина, плавно покачиваясь на волнах.

– А кто машину заберет? Она так и останется на берегу?

– Неплохо, логика присутствует, значит мозги у тебя, Орлова, не все вылетели по дороге.

– Можно не хамить, а просто разговаривать. Я видела, что ты ключ оставил в машине. Значит кто-то ее заберет. Но этот кто-то с нами не поехал, потому что никто с тобой не хочет общаться лишний раз. Это логично.

– Очень умничать любишь? Выводы свои оставь при себе, люди работают, заняты все. Местные заберут машину, когда им это будет удобно.

– Ага, значит тебе не безразлично мое мнение. Не все так плохо. Ты еще не совсем пропащий, -Анежка с годами научилась немного разбираться в других людях, но в собственной жизни она ничего не понимала. Раньше она молчала и принимала все, что ей навязывали. Например, ее парень все решал за нее. Нерешительность ей мешала жить. Она даже ходила к психологу, чтобы научиться высказывать свое мнение, но счастья ей это не принесло. А наоборот, количество приятелей и приятельниц резко сократилось. Ее искренность и прямота не помогала ей, а только вредила. И вот сейчас происходило то же самое. За несколько минут, она успела настроить против себя лесника. Лучше бы она молчала, как раньше.

Анежка нерешительно застыла на деревянном помосте. Михей забыл подать ей руку, чтобы помочь перебраться в лодку. Не то, чтобы она страдала неуклюжестью, но партнерские отношения включали в себя взаимовыручку. Она уже поняла, что лесник ни на грамм не облегчит ей жизнь. Похоже, что кроме директора заповедника, здесь ей никто был не рад. Но с этим она справится. Не к людям она приехала, а к животным. Анежка сосредоточилась на спуске в лодку. Из-за летнего падения уровня воды в реке лодка оказалась намного ниже причала. Прыгать было опасно. Но и попросить помощи – гордость не позволяла. Не придумав ничего лучшего, она села на край пирса. План был простой. Сначала дотянуться ногой до борта лодки, потом найти опору и аккуратно сползти вниз, не утопив лодку. Но она не успела провернуть свой цирковой номер. Большие мужские руки подхватили ее за талию и быстро опустили ее в лодку.

– Здесь не цирк. Утопишь лодку, – пойдешь под статью.

Анежка уперлась взглядом в голое тело Михея, которое проглядывало через вырез на рубашке. Она протянула к нему руку и потрогала зарубцевавшийся шрам на груди. Мужчина вздрогнул, точно его укусила оса.

– Руки убери. Ты приехала развлекаться? Тогда так сразу и скажи. Покувыркаемся пару недель, и я тебя отправлю в Москву. Экзотики захотелось? Московские мужики надоели?

– Нет, просто я не всегда могу контролировать свои порывы. Мне захотелось до тебя дотронуться. Шрам не свежий. На тебя напало животное? Медведь?

– Не твое дело, тварей везде хватает. А ты что- озабоченная что ли? – Михей пристально посмотрел на Анежку.

– Я – нормальная.

Девушка отвернулась и замолчала. Все, запал на сегодня закончился. Всегда, когда требовалось оправдываться или доказывать что-то, она отступала, предоставляя людям думать о ней то, что они хотят. Она не умела защищаться или воевать. Не умела правильно подбирать слова. Она умела только говорить правду, а потом, получив неприятный откат, возвращаться в свою раковину, где ей всегда было уютно и безопасно.

Анежка улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой. Причем она даже не смотрела на Михея. Это улыбка была предназначена теплому вечеру, легкому ласковому ветерку и шёпоту качающихся деревьев. Она быстро восстановила спокойствие, выбросив из головы все плохие мысли. Михей- мужчина, закаленный суровыми условиями одинокой жизни. Он никогда не поймет ее потребности к прикосновениям. Мало людей на свете, которые познают окружающий мир через тактильные ощущения. Зато много таких, которые игнорируют эту потребность.

Михей забросил в лодку свои вещи и завел двигатель. Затем он стал у штурвала. Они стали медленно отплывать от берега. Разговор с новой сотрудницей не складывался. Все шло через пень-колоду. Может он действительно заржавел в лесу? Стал грубым, неотесанным? Забыл, как с женщинами общаться? Девушка вроде милая и безобидная. Ну говорит много и всякие глупости. Так что же? Зачем он ее постоянно обижает? А может она привыкла, что с ней так общаются? Но это не его дело. Она же ничего плохого ему не сделала.

Михей обернулся и посмотрел на Анежку. Белая кожа, лицо с веснушками и огромные серые глаза, в которых читался детский восторг. Волнистые волосы выбились из хвостика и развивались во все стороны. Михей сосредоточился на реке, которая заметно обмелела и могла преподнести сюрпризы в виде неожиданных отмелей. Но мысли опять возвращались к москвичке. Милая девушка, ничего не скажешь. Не красавица, конечно, не кокетка, простовата немного, но это даже и к лучшему. Со стервами он общался в своей жизни, хватит. Змей и так хватает в лесу, чтобы в дом пустить еще одну гадюку. Главное, чтобы помалкивала, делала свою работу и его не доставала. Может две недели он и вытерпит её глупости и болтовню.

Добрались они к месту, когда уже почти стемнело. Михей спрыгнул с лодки и помог перенести на берег вещи. Затем он вытащил лодку на берег и привязал к дереву. Анежка молчала. Она уже устала и хотела побыстрее добраться до кордона.

– Чемодан брось в кустах, никто его здесь не украдет. Можешь взять мой рюкзак и наполнить его своими вещами. Возьми все самое необходимое. А чемодан я принесу тебе завтра. Сегодня мне нужно свои вещи перенести в дом.

Анежка молча кивнула. Завтра, так завтра. Она открыла чемодан и переложила в рюкзак сменную одежду и сладости.

– Иди за мной и не отставай. Вот тебе фонарик.

Михей повёл Анежку к кордону. Еле заметная тропинка проходила по сосново-берёзовому бору. Шел он быстро, постоянно забывая о том, что не один. Анежка пыхтела, но не жаловалась. Она не желала быть обузой. Только вот ее ноги не хотели подчиняться, они постоянно заплетались и спотыкались даже на ровном месте. Она устала и хотела есть. Но гордость не позволяла ей просить помощи и жаловаться. Болело все: спина от тяжелого рюкзака, ноги, от бесконечных препятствий в виде холмов и оврагов и голова от голода. Споткнувшись очередной раз, она упала и больше не смогла встать. Постанывая от боли, она беспомощно растянулась в траве. Было уже темно, и Михей даже не заметил, что девушка сошла с дистанции.

– Михей! Лесник! Стой! Я не могу больше идти. Кажется, я ногу подвернула.

Мужчина резко развернулся и неохотно вернулся.

– Я так и думал, городским в лесу не место. Что мне теперь -возиться с тобой?

– Можешь бросить, я утром как-нибудь сама дойду, только палку мне найди покрепче и карту оставь.

– Орлова, ты биолог или дура? Извини за прямоту. Ты заметила, что я с ружьем хожу? Здесь дикие звери. Слышала о таких? Тебя кабан может ночью задрать, если ему твой запах не понравится или на его тропе будешь лежать. Я уже молчу о волках и медведях.

– Ну, не вопрос, оставь мне ружье, буду отстреливаться, – Анежка знала, что такое лес и прекрасно могла обращаться с ружьями. Дедушка научил ее стрелять.

– Тебе ружье? Чтобы ты вторую ногу себе прострелила? – Михей начал смеяться. Забавная девушка. Полный ноль, а гонора как у опытного охотника.

– У тебя лесник два выхода: или ты несешь меня на кордон или оставляешь здесь. Но тогда дай мне ружье для защиты. Уже темно, я не вижу дороги и спотыкаюсь. Я смогу добраться до кордона только утром.

– Я своих коллег не бросаю ночью в лесу. Мне твоя смерть никак невыгодна. Разборки начнутся и обвинения. Ефремычу ты очень понравилась, он мне мозг проклюет, если ты на связь не выйдешь. Не знаю, что он в тебе разглядел такого, чего я не вижу.

– Понятно, то есть совесть у тебя есть.

– Не знаю о чем ты говоришь. Есть правила. Одно из них запрещает бросать раненых людей в лесу, да к тому же еще и ночью. Поэтому придется тебя нести.

– А далеко еще?

– Нет, меньше километра осталось. Ерунда.

Не спрашивая разрешения, Михей схватил у Анежки рюкзак и повесил его себе на плечо. Затем он взял свою новую сотрудницу на руки и понёс к дому. Анежка не сопротивлялась. Наоборот, она обняла своего спасителя за шею, прижавшись щекой к его груди. Ей было уютно и хорошо. Она понимала, что весит немало, но ничего исправить не могла. Не худеют люди за минуту. Поэтому Михею придется попотеть. Но выхода не было. Нога болела и требовала покоя.

– А ты не легкая. Ты кажешься стройнее.

– Я знаю, у меня кость тяжелая, да и рост, – Анежка пошла в папу. И своим ростом, в метр семьдесят восемь и ширококостной комплекцией, она была обязана именно его породе. Не то, чтобы она страдала от отсутствия изящества и утонченных линий в фигуре. Нет, это ее абсолютно не волновало. Она никогда не сравнивала себя с другими, потому что она не встречала еще мужчины, из-за мнения которого ей стоило волноваться. Ее устраивали пропорции ее тела. Если быть честной, она никогда не следила особенно за своей фигурой. Конный спорт сформировал в ее теле прочный мышечный корсет. Ноги у нее были длинные и стройные, спина прямая. Может и стоило убрать несколько лишних килограмм, но на фитнес у нее не было ни денег, ни времени. Анежка почувствовала, что Михей вспотел, не смотря на ночную прохладу. Хотелось извиниться за свою неуклюжесть, за большой вес, но разве это делу поможет?

– Может отдохнёшь?

– А может это я буду решать, что мне делать?

Девушка замолкла, почувствовав неловкость. Приятно было, что о ней заботиться мужчина, но, с другой стороны, у Михея просто не было выбора. Он злился.

До кордона Михей не проронил больше ни слова.

– Добрались. Это наш дом и офис. Это твоя половина.

Большой деревянный коттедж был разделён на две совершенно одинаковых части. Каждая половина имела свой отдельный вход, свою кухню и свою спальню. Михей занес девушку в ее половину дома и положил на кровать. Затем он растер свои задеревеневшие руки. Осмотрев и прощупав ногу Анежки, он не нашёл ничего страшного.

– У тебя просто растяжение связок. Ты не сможешь ходить по лесу несколько дней, лучше сиди в доме. Будешь работать с компьютером. Электричество мы получаем от дизельного генератора. Воду из колодца. Тепло от дровяной печи. Готовить можно в печи зимой, а летом работает плита на газу. Всю провизию доставляет вертолет. Кое-что я на лодке доставляю. Завтра я баню разогрею. Тебя позову. Будем мыться по очереди.

– Понятно, я завтра уже буду ходить. Не думай, что я буду сидеть в доме и готовить тебе еду, -Анежка решила сразу прочертить границы.

– Ага, даже не мечтаю о таком счастье. От тебя я предвижу в ближайшие две недели одни проблемы. Ну да ладно. Работа есть работа. Какие нужно данные для анализа, я тебе предоставлю. Через две недели мне нужно в город, надеюсь в этому временя тебе наскучит лесная романтика и ты захочешь вернуться в Москву. Продукты в погребе, консервы и крупы на полках. Чемодан утром принесу. Это всё.

Анежка не успела и рот раскрыть, чтобы поблагодарить за спасение, как Михей развернулся и ушел. Он был не любезен и даже не старался скрыть свою неприязнь. Как же налаживать рабочие отношения? Неужели её присутствие на кордоне так сильно его задело? Она всю жизнь стремилась всем нравится, ей нужна была любовь людей как воздух. Но с годами ей стало казаться, что она живет неправильно. Она разучилась ладить с людьми и добиваться их симпатии. Холодный тон Михея стали лишним тому подтверждением. Но почему, если одним хочется быть одинокими и отвергнутыми, то другие- просто физически страдают, не находя себе покоя, когда их отвергают. Это было несправедливо. Конечно, психолог ей говорил, что не нужно постоянно искать одобрение других людей. Что человек человеку не обязан быть другом. Ну если не друг, то кто? Враг?

Анежка не могла уснуть на новом месте. Она встала и хромая, начала обследовать дом. Она сделала себе бутерброды из вяленого мяса, которое нашла в сушилке для овощей. Хлеб и булочку она купила в деревне и взяла с собой. Шоколадка в рюкзаке оказалась случайно, но сейчас это было лучшее лекарство от ноющей боли в ноге. Поев, она опять легла. Мысли не давали заснуть. Итак, что же она имела?

Приказным образом ее навязали леснику. Она его раздражала. Он вообще не хотел с ней пересекаться. Но она не пустое место и приехала работать, а не развлекаться. Как же это объяснить? Как доказать, что она серьезная девушка? В конце концов, она хочет стать известным ученым…

Анежка не заметила, как уснула.

Утро ее встретило громким разномастным пением птиц. Через открытое окно в комнату долетал шепот раскидистых дубов, которые, с высоты своих многометровых крон, точно постовые, зорко следили за всем, что происходило на поляне, где находился кордон. Анежка встала и проверила свою ногу. Опухоли не было, но нога болела. Она могла ходить, прихрамывая. Выпив воды и доев плитку шоколада, она вышла из дома. Первая эйфория прошла и боль в ноге усилилась. Анежка не сдавалась. Упрямо нагружая больную связку, она спустилась с крыльца и направилась к лесу. Клин клином вышибают. Она должна разработать ногу. Через несколько метров стало понятно, что нужно возвращаться назад. Боль усиливалась. Принцип «клина» не работал. Кое-как доковыляв до крыльца, она примостилась на деревянных ступеньках. Всё, что ей оставалась – это сидеть и смотреть на лес.

Глава 3

Её чувствительность сегодня зашкаливала. Анежка сидела на деревянном крыльце дома, слушала пение птиц, тихий шёпот деревьев. Эти звуки напоминали ей детство, когда она жила в деревне с дедушкой. Лес убаюкивал, успокаивал, сознание переносилось куда-то далеко. Расслабившись, она и не заметила, как вошла в транс, погрузившись в свои воспоминания. Выпав из реальности, она перестала замечать окружающий мир, все расплылось перед глазами. Вдруг, неожиданно, она почувствовала вокруг себя чужое присутствие. Это нечто было бесплотное, невидимое, неощущаемое. Но она его чувствовала каким-то шестым чувством. Кто-то навязывал ей чужие мысли. Странные фразы стали всплывать в её голове. «Она здесь чужая. Ей здесь не место. Что она здесь делает? Пусть уходит! Уходи! Ты не нужна этому месту!»

Ее прогоняли. И как бы не прекрасна была картинка утреннего леса, которая открывалась перед взором, Анежка чувствовала, что не все так лучезарно и радостно было в окружающем мире. Ей казалось, что где-то в лесной чаще прятались невидимые глаза. Она кожей ощущала на себе чужой взгляд. И это были не старые деревья, умудренные долгой жизнью. Там, в глубине, было нечто, что не давало ей расслабиться ни на минуту. Кто-то невидимый смотрел на нее, возможно, не глазами, а чем-то еще. Он ощупывал ее чужеродной энергией, пробовал на вкус, сканировал. Лес шумел, поддакивая невидимому наблюдателю. Все хотели избавиться от нее.

Анежка встряхнула головой и пришла в себя. Какой бред. Лес не может внушать разумные мысли. На это способен только человек. Она надышалась чистым лесным воздухом, поэтому и мерещится всякое. Кислородное отравление. Нет здесь никаких людей. Лес— это энергия, которая не обладает человеческими мыслеформами. Лес может внушать состояния, но не слова. В лесу в деревьях никто не прятался, ей померещилось. Здесь в принципе никого не могло быть, кроме животных. А леснику она и так уже надоела, чтобы прятаться и наблюдать за ней исподтишка. Скорее всего, он сейчас волочет по лесу ее тяжелый чемодан и ругает всех на свете. Нужно отдохнуть и попробовать еще раз размять ногу.

Анежка сняла обувь и босиком спустилась с крыльца, отгоняя ненужные мысли. Земля может лечить. Нужна только попросить её. Открыться ей. Она стала на траву, закрыла глаза и расслабилась. «Одна энергия должна поступать с неба, другая уходить в землю». -Так дедушка ее учил восстанавливать силы- «Сделай круговорот и вылечишь себя».

Птицы щебетали без остановки, надрывая свои маленькие голосовые связки, но все это было лишь ширмой, за которой скрывалось нечто, недоступное простому человеку. Негативные вибрации, исходящие из лесной чащи, просто зашкаливали. Пробродив по поляне, Анежка пришла к выводу, что ей не померещилось чужое присутствие. Она не знала, как объяснить, что чувствует, но была уверена, что, кто-то прячется в деревьях перед поляной. Дугой бы на ее месте убежал в дом, закрылся и не выходил, но Анежка приняла вызов. Она не трусиха. В лесу ей бояться нечего. Дедушка называл ее девочкой -сенсором. Как же это давно было. Она совсем уже забыла эти ощущения. А сейчас все пробудилось, как в детстве. Неважно, что было перед ней или кто- дом, дерево, куст или новая знакомая. Она могла улавливать мельчайшие вибрации, исходящие от предметов или людей. Это получалось не всегда и не везде. В городе она почти ничего не чувствовала. Ее способности никак не проявлялись. И даже наоборот, она часто ошибалась в людях. Слишком много была в Москве шума и суеты, а также излучений. Иногда предметы обладали мёртвым полем. Анежка не любила такие места или вещи. Она не ходила на кладбища и не надевала кольца. Кольца ей не подходили. Когда-то дедушка обратил внимание, что она всегда болеет, если наденет кольцо. Объяснение он не нашел, но кольца запретил ей носить. Да она и так знала, что очень чувствительна ко всему. Она нуждалась в любви и всегда ощущала ее присутствие шестым чувством, впрочем, как и ненависть. Недоброжелателей с неискренними улыбками она могла почувствовать с закрытыми глазами. Именно так ей сейчас «улыбался» лес. Скалясь во весь рот, он лишь создавал иллюзию радушия и гостеприимства. Птички пели, потому что радовались своей короткой жизни, а деревья шумели, потому что знали и понимали много. И шум этот был беспокойный. Но помимо рассеянной природной энергии леса, что-то еще было в чаще, то, что нельзя было понять и уловить разумом. Две энергии сплетались и смешивались. И обе были враждебно к ней настроены.

Анежка сделала несколько осторожных шагов вперёд в сторону леса и остановилась. Мягкий ковёр с изумрудной травой приятно щекотал голые ступни. Неожиданно у нее заболел живот. Спазм был слабым, еле заметным, но он повторился. Живот заболел сильней. Как будто кто-то ей бил в живот невидимым кулаком. Бояться было нечего, да и глупо. Она четко знала причину странного недомогания. Это лес выгонял её из своих владений. Она здесь чужая. Лесник был прав. Она уже не девочка, лесной ребенок, она давно отдалилась от природы. В ней живы лишь воспоминания о ее счастливом детстве. Не больше. Может и не сам дух леса ей сейчас вредит, а кто-то иной, кто управляет им. Теперь ей стало понятным, почему другие биологи долго не задерживались в этом проклятом для людей заповеднике. А если к физическому недомоганию прибавить ужасный характер лесничего и его постоянные нападки, то всё сразу станет на свои места. Анежка расстроилась.

Будущее вдруг как-то поблекло. Первая эйфория сменилась тревожным предчувствием. Девушка побродила по траве босиком и снова вернулась к безопасному крыльцу. Как не крути, а деваться было некуда. Она сделала свой выбор и отступать не собиралась. Не смотря на кажущуюся мягкость характера, она всегда старалась добиваться поставленной цели. Да, она не шла на пролом как другие, не умела вырывать и выгрызать победу, но это еще ни о чем не говорило. Ее тихому упрямству и несгибаемой силе воли можно было позавидовать. И если раньше она не всегда понимала, куда ей идти и к чему стремиться, то сейчас она была уверена на все сто процентов, что находится на своем месте. Только вот лес не разделял ее взглядов, недвусмысленно намекая не ее ненужность в этом обособленном мире.

Анежка сжала кулаки. Нет, она не уступит и не сдастся. Она покажет, что готова бороться. Не обращая внимания на спазмы в животе и боль в ноге, она собралась с духом и стала бродить вокруг коттеджа. Это теперь ее территория. Кто бы не был её недоброжелатель, она покажет, что отступать не в ее характере. В голове возник чёткий план. Нужно заручиться поддержкой Михея, подружиться с ним. Лес его любит и не выгоняет. Почему? Значит можно найти подход. Есть задача, будет и решение.

Анежка вернулась в дом. Час пролетел незаметно. Она осваивалась на новой территории. Сначала она изучила содержимое шкафов на кухне. Навела порядок, разобрала посуду, как ей нравилось. Затем она решила проверить рацию. Включила ее и настроила, чтобы связаться с Ефремычем. Она хотела поприветствовать своего начальника и сообщить, что все у нее хорошо.

– Биолог Орлова, ты в своем уме? Семи еще нет, ты думаешь я не сплю, а только и жду, когда захрипит рация? Это тебе не мобильный телефон, весь дом разбудила! Тьфу. Есть часы выхода в эфир, вот и следуй им! Рацию используй по расписанию или в экстренных случаях. Вот неугомонная девка. Отбой, Орлова, иди спать!

Анежка, совсем забыла, что рабочее время в конторе начинается в девять часов. Ладно, учтет, что не все так рано встают.

Теперь она собиралась заняться поиском продуктов и приготовлением завтрака. Ничто так не сближает людей, как вкусно приготовленная еда и совместная трапеза. Лесничий и не подозревает, какого ценного и талантливого сотрудника ему послала судьба.

– Может малярийного комара на нее подсадить или гадюку подбросить? Хотя нет, её смерть тебе не нужна. Зачем тратить энергию? Она и сама уедет через пару дней. Лес её не примет.

– Убежит, а не уедет. Умолять меня будет вернуть ее в город. Но я не собираюсь мотаться взад-вперед по её прихоти. Захотела романтики-пусть получает. Через две недели мне нужно быть в городе, вот тогда и верну её начальству. Надоело мне с этими городскими выскочками возиться, только отвлекают. Одни идиоты. А еще учеными себя воображают. А сейчас еще хуже-девушка! Просто издевательство. Представляешь, она вчера даже до кордона дойти не могла-ногу подвернула в дороге. Мне её пришлось нести на руках.

– Она красивая? Я не вижу ее черты, – Эринола врала, она хорошо видела девушку, но знать это Михею было незачем. Он общался с ней на ментальном уровне и думал, что и она может лишь мыслями пробиваться в этот мир, когда он ее звал.

– Ты смеешься, она не красивая и не стройная. Как корова. Просто огромная толстая корова. Высокая и большая. Руки до сих пор болят. Я не жалуюсь. Знал, на что иду.

– Совет не дал тебе выбора. Наказание- есть наказание. Это твой пост, ты должен охранять портал как простой смертный. Потерпи, ещё немного осталось.

– Только ради тебя, любовь моя. Только ради тебя, моя Эринола.

– Я знаю и ценю это. Я тоже тебя люблю, мой Лорд. Михей – так тебя здесь прозвали?

– Мне все равно, как они меня называют. Это не мой мир. Мне плевать на этих людей, я здесь лишь гость. Так, кукла городская на крыльцо вышла, рано она встала. Странно, она смотрит в нашу сторону. Она не может меня видеть.

– Да, это странно, может она чувствует наш энергетический канал?

– Чушь, люди ничего не чувствуют. Они хороши лишь на физическом плане и то не все. Примитивные низкоорганизованные формы. Дом, работа, дом. Ну еще и воспроизведение себе подобных.

– Какого цвета у нее волосы?

– Светло русые. Они вьются и не лежат так красиво и аккуратно, как у тебя Эринола. У нее на голове короткая копна непонятных кудряшек. Полный хаос, как внутри, так и снаружи.

– В нашем мире светловолосые женщины встречаются не часто. Она красивая, по нашим меркам.

– Ты ошибаешься, она-самая обыкновенная. У нее на лице веснушки, выглядит это ужасно. Маленький нос, большие губы. Лицо неправильное, никакой гармонии.

– Может она умная? – Эриноле не нравилась человечка. Она хотела знать о ней все.

– Сомневаюсь. Разве умная девушка приедет в такую глушь? Сама подумай. У нее вид глупышки, которая вообразила себя спасительницей животных. Вон, стоит и улыбается на крыльце, как ребенок. Чему здесь восхищаться? Лес как лес.

– Странная человечка, ты прав. Она тебя заинтересовала, мой Лорд?

– Нет, она меня раздражает, моя Лордесса. Мне не нравятся глупые женщины.

– Да, глупость местных женщин неисправима. Впрочем, в нашем мире простолюдинки тоже не блещут ни интеллектом, ни красотой. Поэтому мы выбираем себе пару из равного сословия. Лорд должен жениться на равной себе. Ничего посмотрим, как сейчас она будет улыбаться, – Эринола решила атаковать человечку, – пусть только ступит на землю. Я хоть и не вижу ее, но я чувствую ее энергию. И могу ей навредить. Ты еще не знаешь, мой Лорд, все мои способности.

– Любовь моя, отстань от нее. Мне же с ней потом возиться.

– Да я и не пристаю, это так, ради забавы. Вспомни, как нам было весело развлекаться, отравляя жизнь другим человечкам, твоим коллегам? Я просто хочу помочь тебе, мой Лорд. Ты не одинок в своем изгнании. В мыслях я с тобой.

– Забудь о ней, Эринола, не добавляй мне хлопот, я не хочу возиться с немощной человечкой. Заболеет- мне за нее отвечать перед начальством. Она же, как ребенок. Осталось потерпеть всего лишь земной месяц, и я покину свой пост. Мы наконец-то будем вместе. Сколько я ждал, сколько всего терпел. Остался месяц. Я вернусь, и мы будем жить вместе. Ты и я. В моем замке.

– Я жду этого момента. Скоро мы соединимся, никто нам не помешает. Мы проведем настоящий магический обряд, и моя сила возрастет. Я буду достойной Лордессой. А сейчас прощай, мой Лорд, энергия заканчивается, я устала. Как жаль, что мы можем лишь слышать мысли друг друга.

– Прощай, Эринола, прощай моя любовь, моя красавица. Как бы мне хотелось дотронуться до тебя, а не читать твои мысли.

Михей вышел из укрытия в лесу и сразу направился в ту часть дома, где проживала новая сотрудница. В руках он нес чемодан, который вчера ему пришлось оставить возле лодки. Зачем ему прислали эту девушку? Она ему создает лишь проблемы. Громко, отворив дверь, Михей зашел в коридор. Демонстративно швырнув чемодан на пол, он потоптался на месте. Но на его удивление, Анежка не выбежала из кухни. Она никак не отреагировала на его громкое вторжение. Михей пожал плечами. В нос ударил запах свежей выпечки. Пахло чем-то вкусным. Булочками или пирожками. Это был запах домашнего уюта, тепла и заботы. Михей замер от удивления. Он не мог даже мечтать о вкусной ароматной выпечке на кордоне. В течение нескольких лет, проживая день за днем в одиночестве, он вел жизнь угрюмого, временами вспыльчивого отшельника. Общаться с новой сотрудницей ему не хотелось. Ароматные запахи соблазняли, не оставляя выбора. Точно под гипнозом, Михей двинулся в сторону кухни. Анежка уже навела в комнате порядок. Заварив чай из трав, она ждала, когда в духовке зарумянятся пирожки. Начинку она приготовила из маленьких синих ягод, которые нашла в кладовке. Она не знала их название, но на вкус она были сладкими и немного терпкими.

– Доброе утро, Михей. Приглашаю тебя на завтрак. Спасибо, что вчера донёс меня до дома.

– Доброе утро, биолог Орлова. А ты шустрая. Не ожидал увидеть тебя так рано на кухне. Быстро ты освоилась.

– Присаживайся, будем чай пить.

Анежка беззастенчиво посмотрела на мужчину. Она пыталась быть благодарной, вежливой. Но не только это Михей прочел во ее взгляде. Серые с золотыми вкраплениями глаза смотрели на него с вызовом. Он увидел твердую решимость в ее взгляде. Если бы глупая девчонка только знала, кому она бросает вызов, она бы десять раз подумала, и не стала бы так откровенно смотреть на мужчину, с которым опасно играть в гляделки. Михей сдержал свое раздражение. Городская кукла не заслуживала его гнева. Слишком глупая и наивная в своих мечтах. Скоро суровая реальность разобьёт все придуманные ею хрустально-розовые замки. А он только поспособствует этому. Эринола права, Лорды должны общаться только с равными себе.

– Твой чемодан в коридоре, за пирожки спасибо. Потом мне их принесешь. Можешь на веранде оставить. В мою половину дома не заходи, это предупреждение. Если ослушаешься, пожалеешь. Я в город поеду только через две недели, раньше и не мечтай вернуться. Назвалась биологом – вот и изучай растения и животных. Ефремычу не звони просто так по рации, он это не любит. Нервничать начинает. Я сам ему буду все докладывать.

– Угу, понятно, как скажите, – Анежка надулась.

– Карта местности лежит на окне, будут вопросы – задавай. Но я тебе не рекомендую удалятся от кордона, дальше, чем на километр. Дорогу назад можешь не найти, здесь все деревья и тропы похожи друг на друга. Если с тобой что случится, на меня сильно не рассчитывай. Я не собираюсь с тобой нянчиться. Рацию всегда носи в рюкзаке, в ней встроен маяк-gps. По нему я смогу тебя найти в лесу. Только учти, когда помощь придёт, от твоего тела может уже ничего не остаться. Ружье тебе не положено, поэтому можешь с ножом ходить. Продукты найдешь в кладовой и в погребе. Колодец во дворе. Баню сама себе организовывай. Поленница под навесом. Мне некогда. Еще вопросы есть?

– Меня Анежка зовут, если ты забыл, – девушка улыбнулась, хотя и не так радостно, как вначале разговора.

– Мне все равно, как тебя зовут. Ты для меня лишь неприятный эпизод, биолог Орлова. Ты- сотрудник, которого мне навязали, даже не спросив моего мнения. Поэтому не думай, что я хоть чем-то облегчу твою жизнь в лесу. Ты принята на общих условиях, как и другие сотрудники, которые здесь жили до тебя. Никаких исключений.

– Понятно, – Анежка кивала, внимательно слушая лесника. Границы расставлены. Это даже хорошо.

– Да, и что касается нашего общения. Я постараюсь свести его к минимуму. На кордоне я не сижу, заповедник – это большая территория, ее нужно контролировать. Иногда я ночую дома, но пока стоит хорошая погода, я предпочитаю оставаться на ночь в сторожках на территории заповедника. Докладывать, где я и что делаю, я тебе не собираюсь. Ты уже большая девочка, сама о себе позаботишься. Здесь ты не женщина, а сотрудник заповедника без привилегий по полу. Есть железное правило. Каждый день в шесть вечера мы выходим на связь друг с другом по рации и обмениваемся важной для работы информацией. Ну и в целях безопасности. Мало ли что может произойти. Но не жди, что я брошусь тебе помогать, если ты опять подвернешь ногу. Сама себя будешь нести до кордона, – Михей уже зло посмотрел на девушку. Он и сам не знал, почему она его так раздражала. Может, потому что смотрела на него по- доброму, открыто и непредвзято. А может, потому что в ее глазах светилась теплая позолота, хотя повода для этого не было никакого. Он был груб и знал это. Он хотел ее довести до слез. Услышать упреки, жалобы, увидеть поджатые в обиде губы. Но этого не случилось.

– Меня все устраивает.

– Все устраивает? – Напор лесника иссяк, и вся злость растворилась.

– Вообще-то, это я хотела тебе помочь, – Анежка вспомнила про пирожки и кинулась к печке. Она стала заниматься своими делами, не обращая внимания на стоящего в недоумении мужчину, который передумал уходить.

– В каком смысле ты мне хотела помочь? Ты считаешь, что я в тебе нуждаюсь и без твоего ценного общества не обойдусь? -Михей криво усмехнулся, пренебрежительно рассматривая девушку, особенно там, где через тонкую футболку просвечивалась ее грудь, – Поверь, мне, биолог Орлова, я, конечно, одичал без женщин, но не на столько, чтобы нуждаться в твоем драгоценном обществе. Мне не нужна твоя помощь ни в каком виде.

– Ты это о чем?

Анежка споткнулась. Как-то двусмысленно и неприятно звучала фраза Михея, да и его взгляды, брошенные на ее не сильно выдающуюся грудь, ей не нравились. Она растерялась лишь на мгновение. Она уже поняла, что лесник невзлюбил ее с первого взгляда и делал все, чтобы превратить ее жизнь в ад. Мало ей было сокурсников-паразитов, эгоистов и манипуляторов, которые цеплялись к ней во время обучения в университете, так и этот туда же. Хотя нет, спасибо за искренность. Михей, в отличии от других мужиков, сразу ей сказал, что она может рассчитывать только на себя. Анежка ценила честность. Ей вообще нравились люди простые, бесхитростные, прямые в выражениях своих чувств. Но такие ей попадались редко. Анежка выбросила из головы все ненужные воспоминания. Что было, то прошло. Она свой выбор сделала. Теперь в её жизни нет места сожалениям. Пускай она для лесника просто сотрудник, коллега. Михей прав. Она здесь не женщина. Не нужно ждать поблажек. Но почему он тогда смотрит на ее грудь? И почему тогда двусмысленно звучат его слова? Кажется, лесник сам запутался в своих желаниях.

– Не знаю, что ты подумал, Михей, но я имела ввиду помощь в работе, – Анежка хотела заниматься только работой. Личные отношения ее не интересовали. Михею, она как женщина, нравиться была не обязана. А вот уважать себя за профессионализм- она его заставит. Нужно было срочно перевести разговор в деловое русло и расставить все точки.

– Я не нуждаюсь в помощи.

– Ты нет, а вот твое начальство – да. Если Олег Ефремович решил взять на работу нового биолога, значит ему виднее. Заповеднику требуется научный подход и систематизация, а это как раз мой профиль. Такой специалист, как я, на дороге не валяется. У меня красный диплом лучшего университета Москвы. Поэтому я приехала, чтобы помочь и тебе и вашей компании. Ты, конечно, хороший лесник, но научных знаний тебе не хватает. Чтобы получать гранты мирового уровня, нужно научную базу подготовить и защитить бизнес-проект. Я -ваше светлое будущее.

– Ты- выскочка Орлова. Твой диплом еще ничего ещё не значит, жизнь покажет, – Михей терпеть не мог самоуверенных девушек.

– Возможно я самоуверенная, но я здесь не просто, чтобы отчёты писать и бизнес -проект создавать. Деньги и инвестиции – это конечно прекрасно, но у меня есть большая цель. Не пройдет и полгода, как я найду ахтинаров! И вот тогда, мы создадим все условия для разведения этих уникальных, почти исчезнувших животных. И я в это верю! Я себе поставила срок- полгода, – глаза Анежки вспыхнули, золотая лава стала растекаться по серому озеру. Уж что, а амбиций в профессиональной сфере у нее было больше, чем достаточно.

– Что? Ты рехнулась? Какие ахтинары? Они исчезли давно! – Михей поперхнулся, он даже не знал, как реагировать на такое заявление. У этой городской было что-то не так с головой.