Он залез под кровать, и тут же дернул головой вверх, получив по лицу хвостом, и, между прочим, очень больно ударился о дно тяжелого ложа. Зашипев не хуже змеи, мальчик угрюмо уставился на животное, а она смотрела на него, и продолжала ковырять доску. Совсем обнаглела, только подумал он, как заметил под доской что-то блестящее. Забыв про подушку, он быстро выполз обратно и отодвинул кровать в сторону. Под доской и впрямь был тайник. Лари достал свой тренировочный меч, и, подцепив доску за щель, так услужливо сделанную кошкой, вытащил доску. Внутри оказалась небольшая шестигранная шкатулка.
Еще раз, оглядев комнату, мальчишка решил, что пустой тайник теперь будет в самый раз для наволочки и, засунув её туда, сначала вернул на место доску, а потом и кровать. Оставалось убрать перья.
Спустя полчаса утомительной работы, Лари решил, что уже достаточно чисто и, завязав мешок, сел на кровать, где до сих пор сидела Лафар, с интересом наблюдая за его действиями.
– Что, весело? – бросил он хмурый взгляд в её сторону, и осторожно протянул руку к её уху. На самом деле мальчик был рад новому другу, пусть даже и такому дикому.
Презрительно чихнув, и очень ловко уйдя от его пальцев, кошка спрыгнула на пол, требовательно и одновременно вопросительно глядя на него. Пожав плечами и решив, что животное вполне может подождать еще, чего бы она там не хотела, Лари взял шкатулку и повертел в руках.
Вот только была ли это шкатулка? Как он её ни осматривал, так и не смог понять, с какой стороны крышка и есть ли она тут вообще. Пожав, снова, плечами он кинул странную штуку в сумку, где уже лежали очень нужные вещи типа факела, веревки, ножа и бутербродов и, накинув куртку, уже сам вопросительно уставился на кошку.
Словно только этого и ждав, животное пошло к лестнице. Они спустились до самого нижнего этажа, но кошка не стала останавливаться или выходить во двор, а спрыгнула в люк, на узкую лесенку, ведущую в подвал. Если Лари правильно помнил, подвальчик был небольшим, и совершенно пустым. Может когда-то давно его, и использовали, но сейчас там не было даже полок или стеллажей, только каменные стены, пыль и паутина.
Храбро насупившись и поправив на плече лямку, он решил, что в этот раз пойдет до конца, чтобы там его не ждало. Но кроме означенной ранее паутины, там и действительно ничего не было. Лари разочарованно глянул на кошку, и уже хотел ей всё высказать, как снова застыл с открытым ртом. Лафар подошла к стене и исчезла!
Вытянув руку, мальчишка и сам осторожно подошел к стене, ожидая, что вот-вот уткнется в холодный камень, но его пальцы не нащупали ничего твердого. Оказывается, самая дальняя и грязная стена, была лишь иллюзией, которая прикрывала узкий темный коридор. Покопавшись в сумке, он достал факел. Заигравший вокруг яркий, рваный свет от огня, отогнал мрак, но сделал все еще более таинственным и странным. Поблескивая глазами, кошка ждала его впереди и, тряхнув волосами, Лари последовал за ней.
***
Руви зло избивала деревянную куклу деревянным же мечом. Она жутко взбесилась, когда с год назад наставник запер её магию, и заставил учиться сражаться железками, сказав, что огонь отличается от остальных стихий тем, что его не нужно учиться призывать, его нужно учиться гасить. Так как внутреннее пламя, порождает именно внутренняя ярость, а ярость и гнев, очень плохие советчики в любом деле. Да и использовать такую силу надо с осторожностью, а лучше вообще не использовать пока не научишься контролировать стихию и собственные эмоции хотя бы на уровне мастера. Может поэтому все маги огня такие злые и вспыльчивые? Но она себя такой вполне устраивала, и не особо задумывалась над этим вопросом.
Зато упражнения с мечом сделали ее не только сильной и ловкой, но и стали приносить определенное удовольствие, а главное можно было спустить пар и лишнюю ярость. А злилась она по двум причинам: во-первых они с Ваном снова поссорились, а во-вторых, прошел уже месяц с того дня когда она загадала желание, и абсолютно ничего не изменилось. Тот старикашка, походу, её просто обманул! В какой-то момент она даже стала представлять его лысый череп на месте головы манекена, и после пары ударов ей определенно стало легче.
– Вот ты жуткая, иногда, – осторожно подходил к ней друг, готовый отпрыгнуть в любой момент, – Ты бы меч-то сменила уже?
Руви посмотрела на измочаленные остатки тренировочного инвентаря и отбросила его в сторону, а потом недовольно зыркнула на Вана.
– И чего приперся? Я тебя еще не простила!
– Отец послал передать, что хочет с тобой поговорить, – буркнул в ответ Ван, и добавил уже от себя, – И извиняться нужно тебе!
С трудом сдержавшись, чтобы чего-нибудь ему не поджечь, Руви не стала удостаивать его ответом, а резко развернулась и пошла искать Арвана. Почему ее звал дядя, а не наставник?
Арван выглядел бледным, и сильно нервничал, суетливо дергая руками, словно не зная, куда их пристроить. Девчушка таким видела его первый раз.
– Что-то случилось?
– Да, – кивнул Арван, печально вздохнув, и приглашающе кивнул следовать за собой.
Ушли они не далеко, и сели на то самое место у озера. Руви молчала, ей было сложно этому научиться, но так уж сложилось, что выбора ей никто и не предложил, как, видимо, и сейчас, то, что хотел поведать ей дядя точно не будет приятным.
– Руви, – он тронул её за плечо, а потом отдернул руку и отвел глаза, – честно говоря, я не знаю с чего начать.
– С начала? – предложила она.
– С начала…, – эхом повторил Арван, – Тогда лучше с твоего наставника. Алазар ушел вглубь леса, вчера и я не знаю, когда он вернется, – девочка молчала, и дядя продолжил, – Там что-то произошло очень нехорошее, и он решил проверить сам. А сегодня, мне пришло письмо от темных, твоя мать пропала, – он метнул на неё обеспокоенный взгляд, – Но ты не волнуйся, может они её уже нашли. В общем, раз Алазара нет, я сам решил туда отправиться. Ты останешься на время совсем одна….
Так дело только в этом? Руви подозрительно прищурилась, дядя явно о чем-то умалчивает, только из-за того, что она какое-то время побудет в одиночестве, он бы так не волновался. Но жизнь научила её не задавать лишних вопросов, или, что вероятнее, этому научил её наставник. Вот только и тому, что правду в мешке не утаишь, он тоже её научил, так что просто нужно подождать, поэтому она лишь молча кивнула.
Арван осторожно погладил девочку по голове и поднялся. Утром от Мортре пришла новость о смерти Ру, и в отличие от остальных, он знал всю правду. Пребывая до сих пор в шоке, он так и не решился рассказать ей правду. Да и как? Он и сам поверил с трудом, да и Арван боялся, что девочка еще слишком мала и не сможет понять все правильно. Так что пусть с этим Алазар разбирается, когда вернется.
– Идем? – осторожно спросил он Руви, но она отрицательно помотала головой:
– Я еще немного тут посижу.
Долго посидеть не получилось, в голове крутились разные мысли, которые прыгали там как блохи, и тело тоже требовало движения. Руви встала и пошла, просто так по лесу. Она не понимала, что же такое творилось с дядей, но и узнать у неё вряд ли получиться с учетом того, что и он скоро уйдет. Про наставника вообще не понятно. Зачем он сам пошел в лес? У них вроде охотники еще не перевелись, да и маги есть, не такие сильные, это да, но есть же. Что там могло такого случиться?
Ломая голову, она не услышала шагов, и с удивлением увидела почти прямо перед лицом, выскочившего из кустов мальчишку. Каким-то чудом тот смог извернуться и не задеть её, и теперь удивленно разглядывал Руви, хлопая длинными ресницами.
– Эльф? – нахмурил он лоб и завертел головой, а потом зачем-то махнул рукой и добавил, – Все равно. Слава богу, что тут вообще нашелся кто-то разумный.
– Вот знаешь, – усмехнулась она, – некоторые деревья сейчас на тебя обиделись. Смотри теперь под ноги внимательнее.
– Да?? – он задрал свои брови еще выше, так что они почти совсем уползли со лба, – А ты их и правда, слышишь?
– Да! – нагло соврала она, конечно, не слышит, деревья давно потеряли свой разум, но вот ибо нефиг, а то шастают тут всякие.
– Хм, – скосил он взгляд на дорогу и нервно передернул плечами, а потом внезапно схватил её за руку и потащил туда, откуда еще недавно выполз.
– Идем, помощь нужна, – он обернулся и извиняюще добавил, – Очень.
– Это с чем? А то вдруг я не согласна, – но упираться она не стала, позволяя себя тащить и дальше. Ситуация была очень необычной, а все странное Руви любила. Даже сам факт появления тут человеческого мальчика, был удивителен.
– Кошку помочь спасти, – вроде даже смутился мальчишка.
– Кошку? – Руви снова удивилась, – Это как?
– Долго объяснять, – попытался отмахнуться он, но, наткнувшись на сердитый взгляд, понял, что нефига не выйдет и сбивчиво попытался объяснить, – Гуляли мы с ней, по лесу. И эта вредная животинка провалилась в дыру, а там и веревку привязать некуда, так что один я ее не вытащу.
– В лесу, – усмехнулась Руви, – И веревку привязать некуда?
– Хм, – он на мгновение затормозил, а потом кивнул, – некуда. Да ладно, там делов-то на полчаса. Братьям меньшим помогать надо.
– Хм, – в тон ему хмыкнула девочка, – Так-то братьям, а это же твой питомец, мне то чего?
– Да какой она питомец? Честно говоря, я её даже побаиваюсь, – передернул плечами парнишка.
– Но спасать ты её идешь? – немного запуталась Руви, – Зачем?
– Про доброе сердце и чистые помыслы эльфы не слышали? – съязвил мальчишка.
– Эльфы просто в грязи не пачкаются, – вернула ему тем же Руви и заметила, как внезапно парень сник, опустив плечи.
– Мама бы меня не простила, – глухо, даже явно с усилием, вытолкал он эти слова наружу, и Руви его поняла. Он тоже почти сирота, и явно это случилось совсем недавно.
– Как тебя зовут? – решила сменить она тему, не желая терзать свежую рану, а заодно и выдернула свою руку, а когда он обернулся и вопросительно посмотрел, буркнула, – Дальше я сама. Не бойся, не потеряюсь.
– Дилар, – представился мальчишка, и пошагал дальше.
– Дилар? – Руви сначала даже подумала, что мальчишка издевается. Ну, во-первых люди не дают своим детям эльфийских имен, а во-вторых, хотела бы она глянуть на его родителей. Придумали же имечко.
– А что не так? – спросил мальчик, раздвигая плющ и заглядывая внутрь пещеры. Откуда тут вообще взялась пещера?
– Ты знаешь, что оно значит? А твои, – начала она и осеклась, поняв, что все это время они говорили на её языке, эльфийском и вопрос звучал глупо.
– Ну, да, – кивнул он, – Белоснежный вроде. Мама сказала, что когда я родился, выпал первый снег, и, выйдя на улицу, она увидела мир сверкающим, чистым и белым.
– А, кхм, – Руви смущенно отвела глаза, – Вообще-то, если это слово используют в качестве имени, то скорее «Незапятнанный» или «Святой». Веселые у тебя родители, а про чистые помыслы уже даже смешно, – захихикала она.
– Не важно, – насупился мальчишка, – Зови Лари просто и все.
– Это уже не лес, – упрекнула она, идя следом по пещере за спутником.
– Смотря откуда смотреть, – теперь захихикал он, – Лес просто остался сверху. Я же неграмотный, перевел не верно.
– Ага, – только и смогла удивленно крякнуть Руви. Мальчишка ей не уступал в колкостях, и это её несколько обескураживало. Пройдя сотни две метров вглубь, они остановились в явно рукотворной пещере, даже комнате, потому что ровный квадрат пола все еще четко просматривался, не смотря на поросшие и растрескавшиеся стены. Лари ткнул в дыру возле одной из стен:
– Туда.
– И что ты предлагаешь? – изумленно уставилась на него она, – даже если подержать веревку, никто из нас туда не пролезет.
– Ну, можно расширить дыру… – почесал затылок мальчишка.
– А ты уверен, что кошка все еще там? – скептически заглянула она в темноту, и тут же услышала требовательное мяуканье. Вот же!
Руви закусила губу и, забрав у Лари факел, осмотрелась внимательнее. Зверёк провалился в дыру, и раз все еще жив и не может выбраться самостоятельно, то там глубоко, а значит там еще комната. Одна из стен была все еще достаточно ровной, и там явно тоже был проход, так что то место где они находились пещерой не было, а было скорее каким-то зданием, по крайней мере, раньше. Руви поморщилась, но призвала огонь и спалила всю растительность и грязь со стены, чтобы найти дверь. И дверь там была.
– Ты маг?! – удивленно ахнул за её спиной Лари, но она не стала отвечать на столь очевидный вопрос.
– Заперто, – разочаровано протянула она, рассматривая шестигранное отверстие, – А ключ тут особый, и ни сломать, ни взломать не получится. Так что расширить дыру может быть и единственным решением проблемы.
– Погоди, – мальчик подошел к двери, внимательно вглядываясь, померил пальцами отверстие и зачем-то полез в сумку. Покопавшись, вытащил оттуда ключ, и вставил его в углубление. Внутри стены что-то затрещало, дверь вспыхнула и отъехала вверх.
– У тебя есть ключ? – теперь удивленно ахнула Руви, заглядывая внутрь. Вниз вела лестница, а на ней, глядя сверкающими желтыми глазами сидела черная кошка.
– Я даже не знал, что это ключ, – пожал плечами Лари, поднимая факел выше, – нашел утром у себя в комнате. Спустимся?
Похоже, он не спрашивал, а утверждал, и Руви не оставалось ничего другого, как идти следом. Она по-новому оглядела спутника, потому что абы где в комнатах, такие вещи не найдешь. Одежда на нем была не броской, но явно дорогой. А раз утром он еще был у себя в комнате, и магией не владел, то подходящее место могло быть только одно – замок Мортре. Старшие запрещали им приближаться к замку в частности и к людям вообще, но кто старших слушает? Так что она знала, что у старого графа таких юных детей не было. Зато все эльфы все еще обсуждали удивительную историю про одну парочку, которая как раз и приезжала иногда в этот самый замок. Очень редко, очень ненадолго и никогда не заходили в лес, словно на них запрет наложили. Но Алазар или Арван, всегда непременно наносили им визит.
Лестница уходила довольно глубоко, но всё когда-то заканчивается. Помещение явно было огромным и света факела жутко не хватало. Руви сосредоточилась, осторожно выпуская огонь в ладони и скручивая его в шар, потом так же осторожно отправила его вверх, и удивленно ахнула. Залитое неровным светом помещение, таинственно замерцало. В нем была куча каких-то железок, монет, сундучков и прочего. Что это? Забытая всеми сокровищница? Чья?
– Ух ты! – воскликнул, Лари и опрометчиво схватился за ближайший меч.
– Ничего не трогай! – опоздала она с предупреждением, и влепила мальчишке подзатыльник, – Дурной какой, а если тут все проклято?
Лари вылупился на неё и суетливо отбросил меч, еще и зачем-то обтерев руки о штанины.
– Фу на тебя! – выдохнул он спустя пять минут, так и не дождавшись никакого проклятия, – ты вроде, как я, а ведешь себя как взрослая.
Он снова поднял меч, и пару раз им взмахнул. Руви отметила, что взмахнул со знанием дела.
– Что значит, как ты? – озадаченно переспросила она, а потом догадалась, что он про возраст и рассмеялась, – Вот глупый.
– Чё это? – насупился Лари.
– Я же эльф! Мы растем дольше. И мне уже шестнадцать, – широко ухмыляясь, ткнула она в него пальцем.
– Ужас, – покачал тот головой, – Столько лет, а все ещё мелкая.
Лари прошел глубже в помещение, ковыряясь в вещах, и неожиданно вскрикнул, да еще и упал на пятую точку. Руви подхватила какой-то меч с земли и кинулась ему на помощь.
– Ты чего?
Лари её словно не слышал, что-то внимательно рассматривая на своей ноге. Поднеся факел, она рассмотрела на его лодыжке браслет в виде зеленой змейки, и вопросительно кивнула.
– Сама заползла, – испуганно оправдывался мальчишка, – Я наклонился, а там огонек, а потом змея и как помчалась ко мне, а потом вот.
Руви подергала, поискала застежку и ничего не найдя поверила. Похоже, вещица и впрямь была магической.
– Не снять, – сделала она вывод и добавила, заметив, как скисло лицо Лари, – тут точно. Может в городе кто-то знает?
– В твоем? – испуганно спросил Лари и замотал головой, – Мне туда нельзя! Мне даже тут быть нельзя! – он внезапно осознал, что за всем этим приключением нарушил кучу запретов, и отец его если не прибьёт, то точно отлупит, – И вообще, мне домой пора.
– Проводить? – удивилась такой его реакции Руви, но спорить не стала, – До замка?
– Откуда ты знаешь, что я из замка? – подозрительно прищурился мальчишка.
– Потому что, – не стала объяснять она очевидные вещи, – Я так понимаю, ты шел под лесом, а по, будет намного ближе и приятнее, так что?
– Ну, хорошо, – кивнул он вставая. Может и зря, но меч Лари решил с собой прихватить, а потом и еще сюда прийти, и осмотреть все внимательнее. Тем более что посмотреть тут было на что.
***
Уже сидя дома и порядком успокоившись, Лари еще раз осмотрел змейку. Она была теплой и приятной на ощупь, хоть и блестела, как металл. Может зря он отказался сходить к эльфам? Но вроде не мешает, а в сапоге и не видно будет, так что он решил просто оставить и пока не заморачиваться. Лафар, прикрыв глаза, довольно урчала на его кровати. Дед еще не вернулся. А Лари внезапно понял, что ему снова хочется увидеть ту девочку. В конце концов, всем нужны друзья, и друзья не обязательно должны быть людьми.
Глава шестая. Что это за твари?
Руфис с удивлением рассматривал какую-то тварь, жалобно скулящую и корчащуюся под ногами. Она неожиданно выскочила прямо из земли и бросилась на него.
Но! Он и сам не знал кто он теперь такой. Не призрак, но и не совсем живой. Пообвыкнувшись с новым телом, а заодно и новой жизнью Руфис понял, что не всё проскакивает через него, только живое или то, что когда-то было живым, например палки. А вот камни и металл от него теперь наоборот, отскакивали. Вообще были и свои плюсы в таком пребывании, теперь ему не требовалось ни пить, ни есть, ни спать. Может даже и дышать не обязательно, но он это все равно делал, потому что привык как-то за прошлую жизнь.
Проскочив сквозь его тело черная лохматая тварь, чем-то похожая на худую собаку, пошла дымом, и прямо на глазах расползалась рваными лохмотьями. Горящие красными углями глаза потухли, а скулеж наконец-то стих. Руфис присел и внимательно осмотрел останки. Странное дело, он создан из воды, а это существо словно сгорело, оставив после себя лишь кучку пепла.
Он вздохнул и поднялся, Лероф был уже совсем рядом. Парень не знал, почему решил начать с него, просто сюда тянуло больше всего. Хотя, столько лет прошло, его уже и не вспомнят наверняка.
Погода портилась, и Руфис поежился, задумавшись на предмет плаща, который тут же и появился у него на плечах. Удобно. Интересно, это ему вместо магии выдали? Хотя и тут тоже были свои ограничения, вырастали только сукно или кожа, ничего металлического или стеклянного.
Город выглядел неплохо. Улицы вроде как стали шире, и чище. За первой стеной, которую он помнил, появилась и еще одна, увеличив защищенную полезную площадь вдвое. Это Риз такой молодец? Ну не лично, но правильных людей находить он умет, уж что есть, то есть.
При воспоминании о друге стало грустно. У него было время покопаться в оставленной памяти и свыкнуться с мыслью о Ру. Вот только он всё это воспринимал иначе. Ну, наверное, так, словно ему показали возможное будущее, если бы он решил стать женщиной. А для них это уже прошлое.
По внутренним ощущениям, что тогда, что сейчас он воспринимал себя целиком, и не делил на он/она. Есть и есть. А вот чувства притупились, он помнил, что Риз ему дорог, как и ворчливый алхимик, и суровый наставник, но именно что помнил, а не испытывал. Ладно, и с этим он со временем разберется.
Блуждая по незнакомым улицам, среди одинаковых домиков, он почти заблудился, да и не был уверен, что «Черный кот» находиться все еще на том же месте. Оглядывая яркие вывески, Руфис понял, что попал в квартал целителей. Над одной из самых непримечательных дверей, висела вывеска с названием – «Mailian», что по-эльфийски означало – хозяин смерти или боли, тут смотря по контексту. А внизу, мелким почерком было приписано «Раз болит, значит, еще не отвалилось».
Алхимика знающего язык старшего народа, и обладающего таким чувством юмора Руфис знал и сомневался, что даже за столь долгий срок найдется такой еще один. Но почему Лероф? Хмыкнув, он решил проверить свою догадку и толкнул дверь, жалобно скрипнув, та отъехала внутрь, а по помещению поплыл тяжелый звон. Ужас, такое если услышишь, особенно во сне…. Парень потеребил в ухе и снова хмыкнул. На лестнице скрипуче раздался звук шагов, и Руфис с удовольствием разглядел знакомую фигуру. Друг постарел, стал еще ниже ростом, но взгляд был по-прежнему живой и цепкий.
– Чем могу? – поинтересовался хозяин лавки.
– Тебе виднее, – хохотнул Руфис и удовлетворённо отметил, как дернулся Рамус, и очень живенько, для старикашки-то, подскочил к нему и попробовал сдернуть капюшон. Ну да, щаз! Рука алхимика прошла сквозь его голову и сомкнулась в кулак где-то в затылке. Парень сделал шаг в сторону, и поинтересовался:
– Что ты там найти хотел?
– Обычно там мозг, – стряхнул пару капель с руки Рамус и попытался просто заглянуть под капюшон. Когда это ему все же удалось, он крякнул и начертил в воздухе круг ограждающий от нечисти, а брови эльфа взлетели вверх.
– И давно ты так в светлых богов уверовал? – снял он капюшон сам, не желая пугать друга еще больше. Но поздно, как только он решил, что плащ ему не нужен, тот просто исчез, втянувшись куда-то к нему внутрь. Рамус снова крякнул и снова сделал круг пальцами:
– Да вот решил, что в самый раз уже, если ко мне призрак пришел.
– Размечтался, – фыркнул эльф, – Я странный, конечно, но вроде как живой.
– Про первое, определённо да, а со вторым я бы поспорил, – алхимик придвинулся к нему и осторожно потыкал в грудь пальцем, глядя как тот «входит и выходит», – Любопытно.
– Эй, эй! – отшатнулся Руфис, с некоторым испугом наблюдая, как загораются знакомым огнем глаза очкарика.
– А как ты в пол не проваливаешься? – внимательно оглядел его Рамус.
– Вот ты спросил? – почесал в затылке парень. Вопрос был интересным, пол-то деревянный, вроде как должен, – Может потому что там камень внизу? Я не знаю.
– А камни через тебя не проходят? – задумчиво потер подбородок Рамус, и запустил в него булыжником с ближайшей полки, тот резко отскочил от груди эльфа обратно, и алхимик едва успел увернуться.
– Точно туда, откуда прилетел, – снова потер подбородок очкарик, зачем-то ощупывая себе грудь.
– Да, чёрт! – возмутился уже Руфис, – Сколько лет не виделись, а вместо – «привет, как дела», ты в меня тяжелыми тупыми предметами швыряешься?
– Я тебя вообще увидеть никак не ожидал, – фыркнул алхимик, – Даже после собственной смерти. Во-первых, Ру явно будет наверху, а меня места погорячее ждут, а во-вторых тебя вообще никогда не было.
Руфис только хмыкнул от такого заявления, и попробовал сесть на ближайший стул, но оказался на полу, разглядывая весьма изящную мебель, торчащую из его груди, а Рамус с ухмылочкой неспешно сдвинул стул в сторону, и снова пробормотал:
– Очень любопытно.
– Слушай, – встал эльф и прищелкнул языком от досады, – я конечно, теперь, не устаю, но все время стоя, я же не лошадь. У тебя кольчуги какой-нибудь нет?
– Трусов железных точно нет, – хохотнул Рамус, и сам сел на стул.
– Трусов? – не сразу понял парень, а потом укоризненно посмотрел, – Можно и юбку, или просто подлиннее. Окажи услугу, а?
– Чем платить будешь, душа неприкаянная? – алхимик уже совсем пришел в себя, и с удовольствием смотрел в растерянное лицо друга. Редкое зрелище, если так-то. Но парень и впрямь быстро пришел в себя.
– В счет процентов, что за эти годы накапали.
– Я уже все вернул, – не остался в долгу Рамус, – Ру и Ризу, так что не умничай. Ты давай рассказывай, как тебя снова угораздило так вляпаться?
Руфис вздохнул и рассказал про озеро.
– И ты вот так его бросил? – не поверил алхимик, – Риза?
– Ну а что? – смутился вдруг Руфис, – Ему Ру нужна, а я так, не пойми кто.
– Это да, – поморщился Рамус, вставая, – тут не поспоришь. Пойду, – он ткнул в друга пальцем, – За кольчугой. И не вздумай никуда исчезать!
***
Алазар вышел на плато перед ущельем, лес тут почти заканчивался и потому был редким и чахлым. Старый охотник передернул плечами, внезапно стало неуютно, словно с него плащ на холодном ветру сдернули.
По всему плато были раскиданы черные, словно выжженные круги, не особо большие. Эльф осторожно присел, внимательно рассматривая ближайшее пятно. Это и впрямь был пепел, а еще пахло серой и железом. На своей памяти, ничего подобного Алазар не помнил. Ухо дернулось, улавливая низкое глухое рычание, и охотник вскочил, а под ним сразу загорелась печать. Шустрые, и черные, словно сгустки ночной тьмы, твари кинулись на него с разных сторон. Стена бушующего ветра, вырвавшись из печати, раскидала большую часть, но две все же проскочили внутрь. Алазар потянул клинок, усиливая печать еще одной сверху. Стена стала плотнее, подняв в воздух и песок с мелкими камнями, вращаясь со страшной скоростью, они резали тварей, не желающих отступать, не хуже железных лезвий.
Охотник смог их рассмотреть, очень худые, с большой головой и клыками, длинным лысым хвостом и небольшими, торчащими острыми ушами, эти звери походили на собак. Вот только собаки не дымятся и не имеют таких багровых горящих глаз. А еще, от тварей, ощутимо несло магией. Нехорошей магией, которая пахла огнём, пеплом и кровью.
Клацнув челюстью, одна из тварей бросилась к нему, а вторая, обойдя сзади, попробовала вцепиться Алазару в загривок. Мужчина пригнулся и, шагнув навстречу первой, резанул ее по животу. Руку дернуло, словно он распарывал древесину. Тварь заверещала и упала на землю, вокруг неё заклубился черный дым, а рана на глазах затянулась.
Это было плохо! Охотник настороженно смотрел, как собаки, уже снова обе, приближаются к нему. У него было с собой масло, но отчего-то эльфу сразу показалось, что огонь ему не поможет. Силы таяли, но тех тварей, что были за печатью, стало меньше, а значит, их покрошило, а точнее перетерло в вихре. То есть убить их все же можно, но буквально разодрав по кусочкам. Охотник сделал выпад в сторону собак, те отпрыгнули в разные стороны, но одну из них он все же толкнул воздушной ладонью, откидывая в область действия печати.
Вторая низко зарычала, выпуская длинные когти и прижимаясь к земле, похоже, эти твари были еще и весьма умны, а значит, надо заканчивать с ними быстрее и предупредить остальных эльфов, и обязательно собрать совет старших. Хорошо бы одну тварь поймать, но охотник сейчас на это даже не надеялся, он зашептал, создавая оттиск печати под собакой, но та успела отпрыгнуть и завыла. Неожиданно, ее очертания расплылись и, оставив после себя черный выжженный круг, она ушла под землю. Все стихло.
Осторожно оглядываясь, Алазар погасил печати, и задумчиво смотрел, как распадается созданный им вихрь. Это было непростительной ошибкой. Вокруг него замелькали вспышки, открываемых кругов, и оставшиеся пять тварей, одновременно прыгнули на охотника. Силы уже заметно поистратились, а твари явно были не последние. Скорее даже разведчики, но какой у него был выбор?
Охотник призвал печать сгущения воздуха, обрушивая на животных огромный вес, их припечатало к земле, но они рычали и, сопротивляясь давлению, упорно ползли к нему. Алазар подошел к ближайшей собаке и отрезал ей голову, запах серы усилился, а тварь словно подернулась пеплом, вспыхнула и сгорела. Если он хотел показать её остальным, то надо брать живьем. Разделавшись еще с тремя, он достал мешок, надеясь, что ткань пропитанная магией, сможет это удержать. С трудом запихав собаку в мешок, он снял печати. Глухое рычание и треск раздираемого полотна, предупредили, что идея с мешком потерпела крах. Тварь выбралась из плена и вцепилась охотнику в руку, раздирая задними ногами его грудь. Колечки тонкой кольчуги полетели во все стороны.
Выхватив нож, Алазар глубоко всадил его в тело твари, активизируя у неё внутри заклинание мгновенного расширения пространства, животное разодрало на клочья. Мужчина попробовал стряхнуть остатки со своей руки, но тварь уже расползалась рваными клочьями дыма, рану сильно защипало, а края почернели и свернулись. Похоже, слюна этой собаки ядовита, или это не слюна, а дым так действует. В любом случае, результат один. Замотав руку, охотник полез в сумку, и достал шесть колб, наполненных синей светящейся жидкостью. Когда он всё же взял их у Риза, то даже и не думал, что ему, одному из самых сильных магов, придется этим воспользоваться, но сейчас Алазар был благодарен.
Разложив шесть штук по кругу, охотник открыл печать перемещения, колбы засветились и лопнули, сгущенная в жидкость магия испарялась, напитывая рисунок силой. Алазар сделал шаг внутрь, и почувствовал, как теряет сознание.
***
Лари резко вскочил в кровати, словно его стукнули. В голове пульсировало, и он не сразу понял, что с ним такое. Только услышав знакомые голоса и заметив, что на дворе слишком светло для ночи, он понял, что так чувствует магию. Да ну? Новость шокировала, у него же нет способностей, от слова совсем.
Но это все мелочи, главное, что там были отец и Дирт. Не потрудившись одеться, мальчишка, как и был в пижаме, рванул вниз, кидаясь в объятия любимых людей.
– Пап, пап! – в глазах Лари надежда смешалась с отчаяньем.
– Да что случилось? – с тревогой оглядывая сына, присел к нему Риз. А его командиры тут же прыснули в стороны, осмотреть территорию. Дирт растерялся, не зная, что делать и решил просто остаться на месте.
– С дедом беда, – мальчишка сдерживался, но потрясение последних двух дней, с появлением такого надежного человека, прорвалось наружу и слезы потоком покатились по щекам. Риз молчал, и вопросительно смотрел на сына, ожидая пояснений.
– Он уехал, а потом вернулся, – всхлипывая и мешая слова начал Лари, Дивейн сжал сильнее его руки, тихонько встряхивая, и кивнул в сторону Дирта:
– Сходи, проверь деда, – а потом перевел взгляд на младшего сына и попросил, – Успокойся, я уже тут. Куда уехал? Что случилось?
– В Лероф, – мальчик судорожно втянул воздух и вытер лицо, потом выдохнул и продолжил, – Но они не доехали. Ночью на них напали. Какие-то мелкие твари и успели покусать деда и еще двух людей, пока охранники не покрошили их на куски.
– Что за твари? – нахмурился Риз, глядя на своих вернувшихся командиров. Ничего не найдя, но услышав слова мальчишки, те тоже хмурились.
– Я не знаю, – Лари покачал головой, – Остальные говорят, на собак похожи или кошек, но привезти даже труп у них не вышло.
– Хм, – Риз поднялся, беря сына за руку, – Идем.
По дороге герцог поймал и старшего сына, останавливая слепо мчавшегося мимо них парня, побледневшего, как полотно, за шиворот. Испуганно ойкнув, Дирт широко распахнутыми глазами уставился на отца. Ничего не спрашивая, Риз ускорил шаги, и так понятно, что хорошего он там не увидит.
Мортре лежал на кровати, едва дыша. Лицо было почерневшим, а губы словно присыпаны пеплом. Дрожа всем телом, перед ними суетился целитель, сбивчиво пытаясь рассказать собственную теорию. Значимого было не много: во-первых – это явно какой-то яд, второе, что целитель ничего не смог сделать, и третье, что все пострадавшие были в том же состоянии, что и граф.
Дети молчали. Да и понятно, возможно, вскоре им предстояло расстаться с еще одним дорогим человеком. Риз до боли сжал зубы, пытаясь понять, что можно сделать. Вот где Азавия, когда она так нужна? Может тогда Алазар? Или кто-то из его эльфов? Да даже Лафи он тоже был бы рад, лишь бы помогло.
Дилар осторожно шагнул вперед, к кровати деда, судя по его виду, мальчика сюда не пускали. Из глаз младшего, да и старшего сына, текли слезы. Риз не стал останавливать, надо учиться принимать все, как есть и смотреть в лицо, а не прятаться…. Тут он досадливо прицыкнул языком, припоминая свой последний месяц, но там другое. Другое же? Ответить ему бы не смог никто, но умерев, Ру словно забрала с собой и половину его жизни, причем лучшую.
Пока Риз прогонял непрошеные мысли, Лари протянул руку и взял сухие пальцы старика в ладони. Между ними что-то вспыхнуло, и мальчишка тихонько ойкнул, но скорее от неожиданности, чем от боли. С его руки, на грудь Мортре скользнуло что-то яркое и зеленое, очень похожее на змейку. Дирт дернулся прогнать, но Риз остановил, он не чувствовал угрозы. Покрутившись по телу графа, маленькое пресмыкающееся скользнуло обратно в рукав мальчишки. Лицо старика посветлело, и глубоко вздохнув, он открыл глаза.
– Что это? – Дирт все же подошел к брату и развернул его на себя, – С каких это пор и ты стал магом?
– Ни с каких! И я не маг! – вспыхнул Лари, – А это, – он закусил губу, переводя испуганный взгляд с отца на деда.
– Так, – решил вмешаться Риз, – Деду надо отдохнуть, а ну пошли все вон, – целитель согласно закивал, уже осматривая графа, а Дивейн повернулся к младшему, – Подожди за дверью, поговорить надо.
Втянув голову в плечи, но утвердительно кивнув, мальчишка вышел следом за всеми. Риз подошел к старику:
– И? Что случилось? Зачем ты вообще в Лероф поехал?
– Наместник решил, что тебе сейчас недосуг и прислал жалобу мне, на странных тварей, которые не так давно стали нападать в лесу. Прежде чем отвлекать короля от реализации его желания в жизнь, я решил сам все проверить, – Мортре поморщился, – И конечно, сразу вляпался. Мне никогда не везло, даже были подозрения, что вся моя удача досталась Ру.
Ничего не отвечая, Риз уступил упрекающим взглядам лекаря и оставил старика в покое. По словам того же целителя, яд вышел и Мортре скоро поправиться.
Выйдя за дверь, Дивейн наткнулся на испуганный взгляд Лари. Дирт тоже стоял тут, как и два его командира. Тяжело вздохнув, герцог кивнул всем следовать за собой, поговорить с глазу на глаз можно, но потом придется еще и всем повторять, так что лучше уж сразу пусть слушают.
Мальчишка сбивчиво и очень кратенько рассказал про свою прогулку в лесу и тайник. У старшего тут же засветились глаза, что и понятно, но и Нарус туда же? Вроде давно вырос. Покачав головой, Риз попросил показать браслет. Дилар снял сапог, и все увидели тоненькую металлическую змейку. Обычная безделушка, каких сотнями продают в мелких столичных лавках.
Подумав, Риз попросил сыновей проведать остальных пострадавших. Очень скоро вернувшись, они печально сообщили, что змейка больше не просыпалась и помочь не вышло. Это была плохая новость, и к эльфам все же придется идти. Видимо он сказал это вслух, так как мальчишки тут же оживились. Решив не откладывать, так как пострадавшие могли до завтра и не дожить, маленькая экспедиция из пяти человек, через час стояла у входа в коридор, удивленно рассматривая иллюзию. Интересно, Ру о ней знала? Или сам Мортре?
Глава седьмая. Вот и встретились.
Залы тёмных эльфов были красивыми. Тут не стал бы спорить даже Алазар, не особо заморачивающийся на прекрасном. А Луаз наверняка бы пришел в восторг. Хотя, может он уже тут был.
Тёмных эльфов было еще меньше, чем лесных. Жили они в горах под землей, в обширных пещерах, изредка общаясь со светлокожими сородичами и никогда с людьми. Очень бережно, даже для эльфов обращались с книгами и традициями, и имели самую большую библиотеку в…. Да просто, самую большую, собственно именно поэтому Лафи сюда и занесло.
Из богов, темные собратья почитали Азамаи – бога жизни и смерти, и изображали его везде, поэтому пещеры были просто усеяны всевозможными скульптурами дракона, и Алиат – богиню подземного пламени. К огню, особенно магическому тёмные вообще относились с большим уважением, поэтому Лафадия была всегда для них дорогим гостем, и чуть ли земным воплощением богини.
А вот Арван, увы, нет. Его местные жители скорее побаивались, ибо он брал магию из камня, и проводил её к небу, а весь их дом собственно камнем и был. Так что старшие выделили ему сопровождающего, худого молодого эльфа, который постоянно пялился на него огромными желтыми глазами, и разрешили осмотреть любое место, а после…. После, кроме собственно этого сопровождающего, с поэтичным именем Туфар, остальных тёмных он больше не видел.
Арван поежился, его все время преследовало ощущение, словно он бродит по городу призраков: везде пусто, но так, словно это место только покинули, а за спиной постоянно что-то шептало и шуршало, но стоило ему обернуться, как он обнаруживал только пустоту.
Осматривая большой, богато украшенный дом, в котором жила Лафадия, он лишь иногда хмыкал, определенно завидуя её умению так удобно устраиваться. Ничего важного он там не нашел, хоть и пересмотрел кучу записок, нацарапанных ужасным кривым почерком. У Арвана даже голова разболелась от дикого напряжения в попытках продраться через дебри запутанных мыслей старой подруги.
Зато библиотека тёмных Арвана впечатлила. Даже очень. Огромные стеллажи, изящно вырезанные в стенах каменной пещеры, уходили вверх, под свод мерцающий кристаллами, и были заставлены различными фолиантами. Стрельчатые арки, с которых смотрели всё те же драконы, соединяли все это в удивительную конструкцию. Бродить тут можно было неделями, а то и месяцами.
Мальчишка привел его к комнате, даже не стеллажу, в которой последний месяц работала Лафи и тихонечко сел в уголке. Туф не мешал, но и не помогал. Потратив еще день на бессмысленный труд, Арван уже хотел сдаться, когда наткнулся на странные следы, уходящие за один из стеллажей. Внимательно осмотрев место, эльф понял, что стена за ним не более чем иллюзия и, запалив маленький светляк, пошел по коридору. Прямых улик, доказывающих, что его подруга тоже ушла туда, не было, но куда-то же она ушла?
Туф постоянно вздрагивал, трясся, но, тем не менее, шел следом. Арван даже и не подумал бы, что и без того огромные глаза эльфа, могут стать еще больше. И он полагал, что светляк тёмному скорее мешал, чем помогал, но без него, сам лесной эльф тут был хуже крота. Тусклый свет, исходящий от плесени на стенах, был слишком слаб.
Через какое-то время, в проходе стало суше, а оттенки вокруг с бледно-зеленого, именно так светилась плесень, перешли к более теплому желтому, а потом и к красному.
Туф, как и он, очень удивился, обнаружив в конце пути огромную пещеру, пересеченную ручьями с лавой. Присмотревшись, Арван понял, что это и не ручьи вовсе, а скорее каналы, и были они вырезаны так, что образовывали очень сложную печать, а вокруг нее, до самого верха уходили огромные колонны, усеянные яркими красно-оранжевыми кристаллами. Пахло серой, пахло железом, и почему-то кровью. Последнее сильно настораживало и наводило на нехорошие мысли.
– Что это за место? – поинтересовался маг у своего провожатого.
– Не знаю, – замотал абсолютно белыми прядями волос Туф, и снова растерянно огляделся.
Место Арвану совсем не нравилось, он чувствовал, что Лафи тут была, и что пропала она тоже тут. Ушла через печать? Но куда? И главное зачем? Решив не проверять самостоятельно, мужчина попятился обратно в коридор. Лучше не геройствовать в одиночку, а спросить сначала старших, и обязательно рассказать всё Алазару.
***
Руви, побледнев и закусив губу, смотрела, как двое охотников заносят в дом её наставника. Кожа Алазара посерела и пошла тёмными пятнами. Протолкавшись, через обеспокоенных жителей, к старому охотнику подошли Ван со своим учителем Даэталом. Почти такой же старый, как и его друг-король, целитель сдавленно охнул и, встряхнув руки, зашептал. Пятна побледнели, почти исчезнув, и даже дышать Алазар стал ровнее, но в себя не пришел. Руви чувствовала, что внутри него происходит какая-то борьба, но сама ничем помочь не могла. Не в силах больше смотреть на мучения наставника, она вышла на улицу, с облегчением вдыхая вечерний воздух.
Вот почему он пошел один? Ей запрещает, а сам именно так и делает! Девочка топнула ногой, начиная злиться, но это сейчас было не к чему, так что она просто помотала головой, постаравшись все отпустить. На смену злости, пришла глухая боль и тревога. Дабы как-то всё это унять, Руви решила пробежаться.
Ноги несли её по знакомой дорожке, и мысли приходили в порядок.
«Даэтал, самый лучший целитель в мире. Он справиться! – вот только тревога никак не унималась, – А если еще и с Арваном что-то случиться? Что ей тогда делать? Кто у неё вообще останется?!»
