Страница 1 из 3
Автор поэтического сборника «Превратности судьбы» не новичок в литературе. Виктор Денисов – известный журналист, главный редактор крупных журналов и газет, политический обозреватель, педагог и успешный предприниматель – всю свою жизнь посвятивший служению слову и людям.
Рассматривая творческую биографию такого незаурядного человека, порой не думаешь о том, что в каждом успешном и уверенном в себе человеке живет прекрасная душа, независимо от внешнего шарма, ранимая, жаждущая любви, тепла и света. И открывается она немногим – в личных отношениях, в поэзии и в песне.
Сегодня читателю этого сборника предоставляется возможность заглянуть в святое святых автора, вместе с ним погрустить, поразмышлять и посмеяться, за короткое время пройдя с ним путь от раннего детства до зрелости.
Пошли стихи, как горлом кровь.
Как слезы, песня и любовь
Приходят в мир одновременно.
И ты поймешь все это непременно,
Пока есть у тебя очаг и кров,
Пока дрова трещат и есть, что есть,
И дым отечества глаза не ест.
Ты будешь счастлив, как всегда,
Доволен всем, а, главное, спокоен.
Ведь найден ритм и рифмы наготове.
Еще чуть-чуть и строфы потекут…
Но ты забыл, как смысл бывает крут,
Когда он гаснет, искажаясь в слове.
Ты позабыл, как смерти вопреки,
Он просочиться может из-под строчек,
И из-под букв и даже из-под точек,
Рукой коснувшись до твоей щеки.
… А, значит, будь всегда готов,
Когда стихи твои прольются вновь
Волной тяжелой до изнеможения,
И этот мир внезапного прозренья
Прими как дар – волшебный дар богов!
Вчера еще звала любимым,
Вчера еще стелила ложе.
Теперь прости ее, о, Боже!
Взгляд отведя, проходит мимо.
Вчера еще молил я Бога:
«Навечно обвенчал бы нас!».
Теперь бреду тропой отчаяния
И все трудней моя дорога,
…Все тяжелее жизни крест.
И зов слышней родимых мест.
А на земле опять весна.
Любовь, как кубок,
Вновь – по кругу.
И я один, и ты одна,
И мы еще нужны друг другу.
Сады – в цвету, сердца – в бреду,
Как будто бабочки порхают,
И я опять к тебе иду,
Хотя зачем – еще не знаю.
И все же я тебя найду:
Любовь –
Левостороннее движенье.
Людских
Сердец самосожженье
У прохожих на виду.
Как жалят полночью сомненья,
В сердце назревает бунт.
И чью-то волю в исполненье
Проводит мозг – бессонный Брут.
Зачем ты здесь? Твое дыханье
Нагрело нежностью плечо.
Наградой ли за опозданье
Ты так целуешь горячо?
Со мной была ли ты счастлива?
С кем будешь счастлива потом?
Но одиночество постылое
Пусть стороною обойдет твой дом.
Какая глупость быть мужчиной,
Когда тебя мне не забыть,
Когда всегда с тобою быть
Мне суждено судьбой отныне.
Какая глупость ревновать,
Иль делать вид, что равнодушен,
Когда уже не слиться душам
И нужных слов не подобрать.
Не для меня уж многоточье
Твоих шагов, твоих обид.
О, как ладонь моя горит,
За то, что счастье нам пророчила.
За то, что я всегда, везде
Жил лишь рассудком, а не сердцем.
Стал самозванцем в собственной судьбе,
Чтобы в твоей быть самодержцем….
1.
Мир теряет очертанья,
Превращаясь в крик спины –
Гениальное созданье
Человеческой вины.
Как так случилось,
Мы не знаем сами:
Смешалось «я» моей
И «ты» ее спины.
И «мы», как чудо,
Что с двумя сердцами
И с четырьмя слезинками беды.
2.
Я не верю твоему голосу –
Нежность в нем, как пустота.
Падаешь, падаешь в волосы,
Их целуешь, немея,
А в дар – слепота…
Я напишу очень светлый стих,
Я подарю ему столько улыбок,
Чтобы горе любое стихло,
Как море стихает у скальных глыб.
В каждую строчку – солнца луч,
В каждую рифму – вкус поцелуя,
Чтоб только ты, любя и ревнуя,
Ко мне спускалась с небесных круч.
Любимых мы не понимаем,
Когда целуем даже или обнимаем.
Вот потому и нас не понимают
И за других обычно принимают.
Как далеки мы сами от себя
И как близки мы к зеркалу кривому.
Там настоящее, отрекшись от былого,
Смеется, будущего не любя…
К такому не был я готов:
Камин и сладкий запах дров,
Вот-вот сорвется снег,
Засыплет лисьи норы.
Мы в Лагонаках, где истоки рек.
Здесь время замедляет бег.
К ногам любимой подползают горы
И объясняются в любви навек…
Не хочу ни на чьей стороне быть.
Не хочу в чужой стране жить.
Не ненавидеть хочу, а любить
Из твоих ладоней воду пить.
Не думать и не размышлять,
На глупые вопросы не отвечать.
Важно, что есть лодка и есть река.
Твои ладони и в них вода.
Пусть повторится это вновь и вновь.
Только с жаждою рождается любовь.
Ее смех разорвал тишину,
Словно сухую бумагу.
И ее клочки спускались
На шкаф, глаза, стулья, руки,
Подобно первому снегу,
Но невидимому и всесильному
Для наших чувств.
И я понял, что у нее уже другой,
И я понял, что она уйдет
Очень стремительно и очень скоро.
И обязательно зимой.
А желтый лист воспоминания обо мне
Все еще будет тихо плыть
По прожилке ее виска,
Изредка вздрагивая,
Когда ее будет целовать другой.
Ты опять пришла намокшая.
По лицу – дождинок струи.
По ресницам ветер бродит.
Ты сказала: «Ну его!
Привязался по дороге,
Столько слов наговорил».
Улыбнулась: «Я продрогла.
Ты бы печку затопил…»
… В августе печку? Немножко смешно.
Просто снимаю твой плащ и платье.
