Жанна Хохлова "Так не бывает!"

Он коротко кивнул головой и пошёл к выходу.

– Эй, – окликнула его Маша, он вновь обернулся к ней. – Ты ничего не хочешь мне сказать? – её уверенность в себе таяла с каждой секундой.

– Спасибо, – коротко проговорил мужчина и покинул женский клозет.

Маша громко хмыкнула и тоже удалилась. В одной из кабинок сработал сливной бачок. Элина вышла, усмехаясь. Она подошла к раковине и, проведя рукой по воздуху, поднесла ладони к тёплой воде и вымыла их. Особенно тщательно. В то время во второй кабинке что-то брякнуло.

– Вика, – обратилась Элина к закрытой двери, – выходи, шоу с нашим боссом в главной роли окончено.

В кабинке было подозрительно тихо.

– Вика? – обеспокоенно проговорила девушка и подошла к кабине, стукнув в дверь.

Послышались лёгкие всхлипы, и неожиданно всё прекратилось.

– Вика? – ещё раз спросила Элина и отскочила от двери.

Кабинка открылась, и оттуда вывалилась бледная помощница босса. Её ресницы были влажными.

– Эй, это же туалет в крупной корпорации, он видывал и не такое, – Элина не могла понять причины состояния Клячкиной, а вглядевшись в глаза на мокром месте, произнесла: – Ну да, это смешно…

Но потом осеклась и медленно подошла к Вике, которая тем временем замерла и смотрела на своё отражение. Элина толкнула двери кабинок, убедившись, что они пусты, вытолкала зашедшую было сотрудницу из туалета с громкими ругательствами, а затем подошла к девушке.

– Ты чё? Запала на Святика?! – спросила она и повернула её к себе, чуть встряхивая.

Клячкина побледнела ещё больше. Она смотрела на подругу с мольбой.

– Он же… кобель, – проговорила черноволосая.

Вика ещё раз всхлипнула.

– С ума сошла! – прошипела Элина.

– Я не думала об этом, вернее, я думала, но поняла… я только сейчас поняла, – тихо проговорила девушка.

– Это пройдёт, – сказала Элина словно вынесла приговор. – Ты мало от него получаешь?! Дерьмо ешь каждый день огромной ложкой!

Вика пожала плечами и отвернулась к умывальнику.

– Подожди, – вскрикнула Элина, предположив, – ты – мазохистка?

Вика умылась и, посмотрев на подругу, побледнела ещё больше.

– Он тебе нужен? – проговорила гот, смягчаясь. – Такого мужчину так просто не взять.

Элина показала рукой на Вику.

– Мне так не смочь… наверное, – с сомнением пропищала девушка.

– С ума сошла, – со вздохом глубокого отвращения проговорила Элина. – Упаси тебя Небо так познакомиться…

Элина отошла от Вики и с сомнением осмотрела её. Клячкина почувствовала себя голой.

– М-да, – выдала она приговор. – Я тебе уже говорила, что твоя одежда…

– А что с ней не так? – спросила недоуменно Страшила.

– Всё не так, я уже говорила. Сколько тебе платит этот? – спросила Элина и, узнав, присвистнула. – Он упырь и жмот.

Вика тяжело вздохнула.

– А сбережения? У тебя есть сбережения? – спросила без надежды в голосе Элина.

Помощница просияла и часто, утвердительно закивала головой.

– Рискнуть хочешь? – спросила голосом на пониженных тонах Элина.

Клячкина с сомнением посмотрела на неё, скоро проговорив:

– Если это не связано с криминалом.

– Дорогая, – рассмеявшись, произнесла та и прищёлкнула пальцами. – Мой папка – финансовый гений, к нему так и липнут деньги, ценные бумаги и прочее, и я приношу удачу, тоже.

Она сверкнула зелёными глазами и улыбнулась.

– Пошли, – предложила та, крепко обнимая Вику за талию, – зарегистрирую тебя на InteractiveBrokers.

Вика знала, что это. И это был риск. То, что всегда избегала Клячкина, то, что решила попробовать сейчас.

По проводам телефонной связи.

– Когда Вы сможете вернуться? – проговорил хрипловатый женский голос, выпуская клубы душистого клубничного табачного дыма.

В трубке послышался лёгкий вздох.

– Вы слишком нетерпеливы, – низкий мужской голос был полон скрытой насмешки.

– Напротив, я слишком долго ждала, – женщина пыталась держать себя в руках.

– Всему своё время, давайте придерживаться изначального плана и не гнать лошадей впереди повозки, – увещевал мужчина.

– Я поверю Вам и подожду ещё, но ведь и Вы должны знать, что время играет и против Вас, – произнёс глубокий женский голос, и на том конце провода повесили трубку.

– Прекрасно осознаю, – проговорил мужчина и с шумом отбросил от себя телефон.

Глава 5

Рекламное агентство «Андеграунд».

Клячкина носилась по этажу. Она как-то не заметила, что на неё свалилась ещё и обязанность ежедневного изучения бумаг и финансовых документов компании. Святослав лишь указывал, грозясь увольнением, абсолютно ничем не помогая, только бесконечно отчитывал её за непунктуальность и за то, что исполнения его указаний приходится долго ждать. Все попытки девушки объяснить, что ей приходится преодолевать огромное расстояние, прежде чем она доберётся до его кабинета и выполнит его задание, наталкивались на ледяной взгляд, приподнятую бровь и искривлённый в презрении рот.

В этой вечной гонке угодить боссу можно было сгинуть, и она была уверена почти на сто процентов, что о ней бы и не вспомнили, ну, до того момента, когда надо было пить кофе… но и тогда бы равнодушно подождали минут пять и спустились бы в кафе. Может, это всё зря? Может, зря вся её работа здесь? Вику отвлекали от грустных мыслей две вещи: задушевные разговоры с Элиной, которая могла спустить витающую в облаках девушку на землю, и утренние передачи Каравайцева, шедшие на канале рекламного агентства – душевные и проникнутые семейным теплом.

– И как ты можешь это смотреть? – спросила Элина и уселась рядом с Викой в те блаженные минуты, когда босс изволил обедать и напрочь забывал о ней.

Вика вздрогнула и улыбнулась.

– Мне напоминает это времена, когда моя мама была с нами, – ответила девушка, и её глаза стали печальными.

– Оу, соболезную, – грустно вздохнула Элина.

– О, нет, нет, нет, – возразила Вика, – нет, она жива…

Подруга свела брови к переносице и ничего не сказала, она ждала, когда разговор продолжила бы её подруга. Вика тяжело вздохнула и осевшим голосом проговорила:

– Мы просто однажды утром встали с отцом и нашли от неё записку примерно с такими словами, что она не может так больше жить, что ей нужно нечто лучшее, чем мой отец может ей предложить, что ей… – голос девушки вздрогнул, и она посмотрела на свои ладони.

– Если не хочешь – не говори, – шёпотом предложила Элина, убирая упавшие пряди волос с лица Вики.

Та вздохнула, но продолжила:

– Я должна была это сказать, иначе когда-нибудь взорвалась бы, – словно собираясь с мыслями и эмоциями, проговорила она, – моя мама написала, что устала от меня, что я вечно плачу и что слишком нуждаюсь в ней, что это напрягает её и что меня стало очень много в жизни матери.

Вика уже не плакала, всё, что она могла, выплакала уже давно, сначала не понимая, за что, потом смиряясь, а потом откровенно злясь и ненавидя мать.

Элина молчала, пытаясь отвлечь подругу на что-то другое, и увидела яркую папку на её столе.

– Что это? – с искренним любопытством спросила она и схватила тонкий скоросшиватель, на обложке которого было написано… – Ты хочешь предложить идеи для утреннего шоу «Дома с Каравайцевым»?

Вика покраснела и выхватила бумаги из рук Элины.

– Да там так… намётки, – проговорила Вика.

Подруга посмотрела на девушку и вздохнула, та опять парила в мечтах как в облаках.

– Вика, ты же прекрасно понимаешь, что… – начала было она.

– Элина, я всё понимаю, я бы хотела предложить, но не думаю, будет ли это кому-то интересно… – Вика спрятала скоросшиватель в стол.

Зазвонил телефон, и девушка мученически взглянула на него, потом на свою подругу и унеслась в кабинет шефа. Элина же, заговорщицки улыбнувшись, открыла ящик стола и вынула оттуда папку.

Кабинет босса.

– Я смотрю, ты чертовски неплохо устроился, – восхищённо проговорил Даниил, глядя, как, загнув рукава, Святослав играет бейсбольным мячиком, подкидывая его вверх, а ноги вытянув и положив на стол.

Тот широко ему улыбнулся:

– Я не жалуюсь, ещё бы от Клячкиной избавиться…

Даниил посмотрел на того немного странно и произнёс оторопело:

– Так ты же тогда лишишься такого комфорта…

– Ой ли, Дань, найдётся секретарша и поумнее, и с внешностью как мне надо.

Юрист прикрыл глаза и осуждающе покачал головой.

– Что? – спросил Святослав и забросил мяч в мусорную корзину, мысленно празднуя победу. – Думаешь, её за мозги взяли сюда? Наивный! Отец взял её на работу, потому что она страшная, как атомная война, чтобы у меня… чтобы, в общем, даже мыслей на работе не было… крамольных.

– Слава, ты не меняешься, – проговорил Даниил.

На это босс только пожал плечами. А Вика слышала всё, что только что было произнесено в кабинете её босса, собственными ушами из слова в слово и выбежала из приёмной, сильно растерявшись и расстроившись.

А тем временем в кабинете.

– Вот где она сейчас ходит? – раздражённо спросил Святослав. – Почему её так долго нет?

– Может, потому, что ты её отсадил в левое крыло, до которого добираться – целая история? – защитил Вику Морозов.

Святослав непонимающе уставился на друга.

– Техническое? – уточнил босс, и его обдало испариной.

– За ним, – ответил главный юрист.

Босс ошалелым взглядом посмотрел на своего друга, потом вспомнил высокие каблуки девушки, её вечно растрёпанный вид, и где-то глубоко внутри него шевельнулась жалость, шевельнулась и больше не двигалась.

– Ей полезно больше передвигаться, – оптимистично заметил Королёв.

– Ты неисправим, – хохотнул мужчина, тряхнув белокурыми локонами.

А Вика вбежала в туалет, попыталась привести в порядок свои мысли, мысленно оправдав слова босса, что всем даётся в жизни шанс чего-то в ней добиться, что у неё он вот такой, корявенький, но это шанс, и надо собраться, если она и вправду хочет, чтобы её мечты осуществились. Девушка, собрав силу воли в кулак, отправилась в кабинет шефа за очередным нагоняем или заданием.