– Ради Рюу я готова на всё.
– Что ж, в этом я тебя тоже понимаю. И я готов ради него на всё.
– Когда нужно явиться во дворец?
– Сначала тебе нужно вернуть себе женский облик. А я всё узнаю и сообщу тебе.
– Я буду ждать. Я так счастлива, что смогу послужить Рюу.
«Вот это промывка мозгов, – промелькнуло в мыслях Шиори. – Нам с Юи ещё учиться и учиться».
IV
Шиори смотрел на Рюу, которого, как он раньше думал, нельзя было вывести из себя, и на всякий случай готовился дать отпор. В глазах Дракона сверкали молнии, а в голосе слышался металл.
– Признавайся, это ведь вы её надоумили? Ваша идея? Сама бы она ни за что не додумалась устроиться во дворец!
– Вообще додумалась, – осторожно ответил жрец. – И чего ты разорался? Сейчас из порта матросы набегут.
Они стояли на берегу, вернее, Шиори стоял, а Рюу ходил туда-сюда, периодически размахивая руками.
– Что? – Дракон остановился.
– Матросы, говорю, прибегут, подумают, мы с тобой сейчас драться будем. Ставки делать начнут.
– Тебя вообще не беспокоит то, что произошло?
– Беспокоит, конечно. Только я не вижу в этом своей вины. Девочка глупенькая и легко поддающаяся чужому влиянию. Сначала в тебя влюбилась, а теперь в Хизоку. Отправь её в Серес, она в Зихао влюбится, если он ей пару раз улыбнётся, а потом на её глазах спасёт котёнка.
– Какого котёнка?
– Не знаю, с крыши снимет, например, рискуя собственной жизнью.
– Хизока снял котёнка с крыши?
– Мне уточнить?
– Шио, я действительно не понимаю, что он такого сделал! Почему она переметнулась?
Жрец глубоко вздохнул.
– Если ты прикажешь мне, мой господин, я узнаю.
– Издеваешься, да?
– Почему ты не веришь в мою искренность?
– Потому что вы с братом хотите занять место Мибу и всё. На меня вам плевать.
– По-моему, самые прочные отношения строятся именно на такой взаимной выгоде. Разве нет?
– Вот именно, что взаимной. А вы что сделали? Лишили меня доступа к оружейной мануфактуре!
– Иногда, чтобы сделать шаг вперёд, надо сделать два шага назад.
– Ты ещё учить меня будешь?
– Я жрец, мне положено.
– Я тоже жрец!
– Рюу, господин мой, хватит орать. Если тебе нужно, я узнаю, что такого сделал Хизока с Кайо.
– Узнай. И учти, я на вас злюсь.
– Хочешь нас как-то наказать? Я тебе говорил, как нас наказывал Хэчиру? Хочешь, можешь поступить точно так же. Верёвку принести?
– Шио… – в глаза Рюу читалась растерянность. – Просто узнай про Кайо.
Шиори не надо было ничего узнавать, потому что он был в курсе происходящего с самого начала. Несмотря на то, что это был пересказ пересказа, жрец всё равно был осведомлён о том, что именно происходило во дворце. Янтарь делилась с любопытным Тадеши, а он в свою очередь рассказывал близнецам, да ещё в красках.
Нет, Хизока пока не спасал ни котёнка, ни щенка. Он всего лишь ухаживал за канарейками, скворцами и ящерицей в присутствии новой служанки. А ещё однажды у одного из стражников приболела жена, и Хизока лично отпустил его домой. Вишенкой на торте стал поход правителя Ямато в детский приют. Кайо попросили помочь, поэтому она тоже отправилась туда с Хизокой, чтобы отнести корзинку с угощениями. По словам Янтарь, девушка чуть не разрыдалась, когда увидела, как человек, которого она считала садистом, взял на руки плачущего малыша и сумел его успокоить. Пересказывающий эту историю Тадеши, правда, добавил немного скепсиса.
– Вот я бы, например, мог предположить, что Хизока пошёл выбирать себе новую жертву. Но Кайо, видимо, настолько невинна, что не додумалась.
– Зато ты у нас, оказывается, достаточно извращённый, – хмыкнул Юичи.
Когда Шиори снова встретился с Рюу на том же месте, то долго ходить вокруг да около не стал.
– Понимаешь, всё дело в том, что Кайо увидела своими глазами, что ты ей лгал, – проговорил он.
– Лгал?
– А как это называется, твоё драконье величество?
– Что ты сейчас сказал?
– А как это называется?
– Нет, потом.
– Твоё драконье величество.
– Почему?
– Ты же почти правитель Ямато, значит, величество, и ты Рюу, значит, дракон. Не нравится?
– Это странно. Но вернёмся к моей лжи. В чём я лгал?
– В том, что Хизока – садист.
– Но ты же сам меня в этом поддерживал!
– Я поддержу кого угодно, если он может мне что-то дать взамен.
– То есть ты с самого начала рассчитывал на такое сотрудничество?
– На какое-нибудь уж точно. Я людей хорошо читаю.
– Значит, Хизока не садист?
– Я точно сказать не могу, но во дворце он ведёт себя образцово-показательно. Кайо без ума от его доброты и обходительности.
– Хорошо, – Рюу глубоко вздохнул, – вычеркнем Кайо из нашей жизни.
– Нам её убить? – небрежно поинтересовался Шиори.
– А вы бы убили?
– Если бы ты приказал, конечно.
– И этого вашего Тадеши?
– Причём здесь Тадеши?
– Он же служит в Тайном совете. И он вроде бы ваш друг с детства.
– Всё так.
– Так вот если бы я приказал его убить, вы бы убили?
– Нам бы это не понравилось, но убили бы. Кажется, у нас гости, – и Шиори достал сюрикен. Рюу обернулся, положив руку на цубу своего меча. Неспешным шагом к ним приближался Сэтору.
– Привет, Мибу, – первым заговорил Рюу.
– Здравствуйте. Я пришёл говорить с вами от имени его величества правителя Ямато Хизоки.
– Арестовать меня хочешь?
– Вовсе нет. Его величество предлагает вам решить всё так, как решали благородные айни на протяжении столетий – поединком. Ваш воин против его воина. На площади перед дворцом на глазах у народа. Если победит воин его величества, вы откажетесь от притязаний на трон. Прилюдно. Если же ваш воин одержит победу, то его величество уступит вам трон. О поединке будет объявлено заранее по всему Ямато. Всё будет честно.
– Кто будет воином от Хизоки?
– Полагаю, что я. Что мне передать его величеству? Вы будете думать или дадите ответ прямо сейчас?
– Дай нам минутку, – вдруг вмешался в разговор Шиори. Мибу кивнул. Жрец отошёл в сторону и поманил Рюу к себе, а затем перешёл на древний язык:
– Они не знают, что нас двое, никто не знает. Когда один из нас выдохнется, то изобразит из себя раненого, ну, или в случае с Сэтору, действительно будет ранен, второй его заменит. Мибу будет уставший, а я или Юичи нет.
– Но как?
– Там будет толпа. Один из нас просто будет отступать туда, где будет скрываться второй. Рюу, мы с братом проделываем этот трюк с раннего детства. Доверься нам, и мы принесём тебе трон Ямато.
За три дня до уже назначенного поединка Тадеши передал близнецам, что Сэтору хочет видеть обоих в додзё и желательно ночью. Когда братья явились, Мибу проговорил:
– Я не горю желанием убивать вас, поэтому предлагаю отрепетировать нашу схватку.
– Мы только за, – кивнул Юичи, обнажая меч.
– Ты будешь первым?
– Да.
– А как вы это решаете?
– Чаще всего бросаем монетку. Иногда бывает, что жребий тянем. Это всегда выбор Цукиюми.
– Тогда приступим. Надеюсь, вы помните, что я левша.
– Да, и это жутко неудобно, – улыбнулся Юичи, парируя первый удар.
– Но ты смог отразить мой выпад. Хвалю.
– Нас учил наш дядя Ичиру. Он прекрасный мастер скрытности.
– Я это вижу. Однако хватит болтать.
– Ты поддаёшься?
– Я же сказал, хватить болтать! – и меч Сэтору коснулся плеча Юичи.
– Сделай так и во время поединка. Только по-настоящему.
– Хочешь, чтобы я тебя ранил?
– Только поцарапал. Это будет правдоподобно.
– А как вы планируете поменяться?
– Сделать царапину на руке несложно, – улыбнулся Шиори.
Когда было решено, в какой момент произойдёт подмена, вместо Юичи вышел его брат.
– Я должен буду пропустить твой удар, и было бы неплохо, если бы ты толкнул меня, а я бы упал на спину, после чего ты приставишь меч к моему горлу, – проговорил он.
– Смотрю, вы уже всё продумали, – усмехнулся Мибу.
– Нам кажется, это идеальный вариант. Ты нас не убиваешь, но очевидно выигрываешь. После такого бой будет остановлен.
– Думаешь, Рюу это примет?
– Мы будем на это рассчитывать.
– А если нет?
– Если нет, то… – Шиори замолчал.
– Что?
– Мы справимся.
– Неплохая уверенность. Теперь давай отрепетируем то, что ты предложил.
В день поединка перед дворцом собралась настоящая толпа. Свидетелями исторически важного для Ямато события захотели стать айни со всех уголков страны. Стражники выстроились в оцепление, дабы никто не смог вмешаться в происходящее, кроме главных героев дня. Хизока спустился по ступеням дворца в сопровождении Сэтору и Норико. На Хизоке было вышитое золотом красное одеяние, которое словно подчёркивало, кому принадлежит этот дворец и всё в Ямато.
Рюу и Юичи уже стояли на площади, и лекарь даже через одежду ощущал на себе прожигающие взгляды толпы. Дракон был одет во всё чёрное, и этот строгий цвет говорил о его готовности пойти на всё. Тадеши прятался среди людей вместе с одетым в плащ с капюшоном Шиори. Где скрывалась Янтарь, не знал никто, но она без сомнения была на площади.
– Люди Ямато! – заговорил Хизока. – Властью, данной мне как правителю этой страны, я объявляю поединок между моим воином Сэтору и воином моего дяди Рюу – Шиори. Пусть царственная Цукиюми и все боги, хранящие Ямато, придадут им силы, и да будет их решение справедливым! Тот, чей воин одержит сегодня победу, и будет признан правителем Ямато по праву!
Сэтору и Юичи подошли друг к другу и поклонились сначала Хизоке, потом Рюу, а затем друг другу. Дракон хранил молчание. Соперники обнажили свои мечи, и поединок начался. Шиори наблюдал за ним, сдерживая волнение, которое сейчас было совсем не к месту. Мибу и Юичи всё делали точь-в-точь, как было отрепетировано. Их действия были слаженными, но выглядели естественными, и Шиори верил в то, что никому не придёт в голову заподозрить их в нечестной игре. Сэтору оцарапал плечо своему сопернику, и Шиори, поморщившись, проделал то же самое с собой. Когда Юичи, отступая, попятился туда, где прятался его брат, Тадеши по просьбе близнецов крикнул:
– Кажется, там лучник! – и он показал в противоположную сторону. Толпа и стражники отвлеклись, а братья успели подменить друг друга, и теперь против Сэтору выступал Шиори, а Юичи скрывался под капюшоном. Легко задетое плечо противно саднило.
Бой продолжался, как было задумано. Наконец, Шиори пропустил удар и, сбитый с ног, упал на землю. Сэтору приставил меч к его горлу.
– Остановись! – приказал Хизока. – Не нужно добивать его. Это поединок не на смерть.
Мибу опустил меч, подчиняясь правителю, и Шиори поднялся, опустив своё оружие.
– Ты признаёшь поражение? – спросил Хизока.
– Разве никто, кроме меня, не видел, что Шиори поддался? – вдруг воскликнул Рюу. – Вы все ослепли?
– Я не поддался, – тихо ответил жрец. – Это был честный поединок, и Сэтору оказался сильнее меня.
– Может, он и сильнее, но ты поддался! Я не понимаю, почему. Возможно, ты слишком хотел жить. Сейчас твои мотивы неважны. Важно другое.
И Рюу, обнажив свой меч, сделал шаг к Сэтору.
– Продолжим! – проговорил Дракон.
– Нет, – к нему вышел Норико, заграждая собой Мибу. – Он уже устал, а ты свеж и полон сил. Я – твой противник.
Сэтору встретился взглядом с Норико, а затем молча кивнул, убирая меч. Смотря на начавшееся сражение, Шиори вдруг понял, что в этот раз поединок закончится смертью одного из противников. Никто из них не уступит. Шиори не хотел смерти Норико, но он понимал, что если погибнет Рюу, то всё, что они с братом делали ради Хизоки, будет напрасно. Смерть сына Мураты на глазах у толпы может сделать его мучеником, и Ямато снова окажется разделённым, как в эпоху кланов. Только теперь это будет гражданская война. Рюу должен был выжить. Поединок нужно было остановить любой ценой.
– Рюу, прекрати это! – крикнул Шиори и встал между дерущимися, закрывая собой Норико. Не ожидавший этого Дракон, метивший в своего противника, с ужасом смотрел, как его меч вонзается в грудь Шиори.
– Шио… – непонимающе прошептал Рюу. – Почему?
– Ты не должен становиться убийцей, мой господин, – успел ответить Шиори, прежде чем потерять сознание.
Юичи стоял в толпе, зажимая себе рот одной рукой, а другой державшись за грудь. Он хотел броситься к брату, но помнил об их беседе с Сэтору и понимал, что сейчас ему оставалось только смотреть. Стоявший рядом Тадеши уже почти ринулся вперёд с криком, но его вдруг кто-то схватил сзади. Обернувшись, он увидел Янтарь.
– Не глупи, – проговорила она. – Ты ничего не сделаешь.
– Я убью его!
– И тогда жертва твоего друга будет напрасной.
Тем временем Хизока подошёл к склонившимися над Шиори Норико и Рюу и громко крикнул:
– Позовите сюда моего лекаря! Пусть позаботится о раненом!
– Не надо лекаря! – из толпы вышел мужчина-норт, в котором потрясённый Юичи узнал своего отца Айдо. – Я лекарь. Позвольте мне забрать его.
– Хорошо. Помогите ему кто-нибудь!
Янтарь отпустила Тадеши, и тот побежал к другу и, взяв его на руки, поспешил за Айдо. Юичи осторожно последовал за ними.
– Почему он так поступил? – оборачиваясь на Сэтору, спросил Норико.
– А ты забыл, что ты сам когда-то сделал для его брата? – тихо ответил Мибу. – Но дело не только в этом. Сейчас он не хотел смерти ни одного из вас и посчитал, что это был единственный способ остановить кровопролитье.
– Рюу, я повторю свой вопрос, – снова заговорил Хизока. – Признаёшь ли ты поражение?
– И что будет, если я признаю? Ты прикажешь арестовать меня?
– Нет.
– Нет? Сразу прикажешь убить?
– Убить своего родного дядю? За кого ты меня принимаешь? – на губах Хизоки появилась улыбка.
Услышав, что происходило на площади, Юичи остановился. Решив узнать, чем закончится, возможно, один из самых важных диалогов в жизни сына Мураты и его внука, и понять, оправдан ли поступок Шиори, Юичи замер.
– Хорошо, – Рюу огляделся по сторонам. Сэтору и Норико стояли рядом, готовые в любой момент обнажить мечи. – Я признаю поражение моего воина.
– Тогда как правитель Ямато не по праву первородства, на какое претендовал ты, Рюу, а по праву, данному мне бывшим правителем Муратой, изъявившим свою волю, я хочу объявить тебя своим дядей и даровать титул принца.
– Что?
– Теперь ты принц Ямато. Его высочество Рюу, сын Мураты.
– Принц?
– Ты будешь жить во дворце и помогать мне править страной. Я жду от тебя поддержки, а народ Ямато ждёт от тебя справедливых решений на благо всех айни.
– Позволив мне жить во дворце, не боишься ли ты, что я однажды…
– Ты однажды что? – снова улыбнулся Хизока. – Давай, скажи это, айни будет интересно это услышать.
– Ничего, – ответил Рюу.
– Ты принимаешь моё предложение?
– Да.
– Да, ваше величество, – поправил его Сэтору.
– Да, ваше величество, – повторил Рюу.
– Да здравствует Хизока? – с улыбкой прошептал правитель.
– Да здравствует его величество Хизока! – крикнул Мибу и народ подхватил его восклицание.
– Да здравствует Хизока, – негромко проговорил Рюу. Вздохнув, Юичи побежал в сторону аптеки, туда, куда ушли отец и Тадеши с Шиори на руках. Поняв, что на дороге он был не один, лекарь посильнее натянул капюшон и скрылся за деревьями, чтобы увидеть, как в аптеку, запыхавшись, спешил Кента, который, по всей видимости, тоже наблюдал за поединком и дожидался, чем всё закончится. Юичи осторожно пошёл за ним, и, лишь убедившись, что отца оставили наедине с раненым, пробрался в комнату.
– Я прогнал их, мотивируя это тем, что я отец и справлюсь сам, – проговорил Айдо. – Но я надеялся, что ты придёшь. Здравствуй, Юи.
– Здравствуй, папа, – сдерживая слёзы, ответил он.
– Возьми себя в руки.
– Я уже взял. Просто было тяжело дышать из-за удара меча. Ты не переживай, я уже могу тебе ассистировать.
– Отлично.
– Где мама?
– В Нагаи. Не отвлекай меня.
Тадеши очень хотел помочь, но не осмелился спорить с отцом братьев, которого он знал и уважал с детства. Теперь же он сидел прямо на полу аптеки и судорожно теребил в руках первый попавшийся ему мешочек с какими-то травами.
– Какого он так поступил? – недоумевал Кента. – Зачем он влез? Чего добивался?
– Вы это у меня спрашиваете? – отозвался Тадеши.
– Нет, – вздохнул аптекарь. – Понимаю, что вы тут не причём и вообще не в курсе происходящего. Но спасибо вам за помощь.
– Мы вроде как были знакомы. Он мне лекарства готовил, мы даже общались. Он… хороший парень… наверное.
– Вы были за Дракона?
– Я был ни за кого. За справедливость.
– Считаете, она восторжествовала?
– А что там было дальше? Я же ушёл.
– Хизока объявил Рюу принцем.
– Прям принцем?
– Ну, этот Рюу, как я понял, и, правда, сын его величества Мураты. Значит, он принц. Только незаконнорожденный.
– И что он? Согласился?
– Хизока не оставил ему выбора.
– Это как?
– А вы сами подумайте. На глазах у всей толпы его воин остановил поединок между ним и человеком Хизоки. Да как остановил! Возможно, Шиори отдал свою жизнь за это.
– Не говорите так!
– Я тоже не хочу, чтобы Шиори погиб. Он мне… я им дорожу. После его поступка Рюу должен был признать поражение. И выбор у него невелик. Уйти и сделаться изгоем, либо принять предложение Хизоки. Да, ему пришлось признать в нём законного правителя, но взамен он получает жизнь во дворце и отличный шанс поквитаться за поражение.
– Думаете, Рюу ещё восстанет?
– Всё может быть.
– А вам никакая помощь не нужна? – вдруг вскочив, спросил Тадеши. – Не могу без дела сидеть.
– Вы ведь не разбираетесь в лекарствах?
– Нет. То есть… не знаю.
– Я бы предложил вам помочь мне с уборкой, но, боюсь, вам не следует работать с пылью.
– Почему?
– Вы прекрасно знаете, почему. Я помню ваш диагноз. Мне не нужен здесь ещё один умирающий.
Тадеши едва не вспылил, но взял себя в руки и проговорил:
– Может, воды вам принести?
– Принеси, – кивнул Кента.
Тануки быстро сбегал к колодцу и притащил в аптеку два ведра воды, а затем снова вышел на улицу. Небо было серым и тяжёлым, словно вот-вот начнётся дождь. Тадеши попытался вспомнить вторую часть поединка, когда Шиори подменил брата. Неужели действительно было видно, что он поддался? Сам Тануки не увидел ровным счётом ничего, но он и не был мастером кэндзю и уж, тем более, мастером скрытности. Он был отличным бойцом, как он сам считал. Он был меток, ловок и силён. Вот только сейчас всё это было никому не нужно. Помочь своим лучшим друзьям Тадеши был не в состоянии. Он подошёл к окну комнаты, в которой Айдо оперировал своего родного сына, и заглянул внутрь. Юичи был там и помогал отцу. Тануки представления не имел, каким мужеством и хладнокровием должны были обладать эти двое. Ни по Айдо, ни по Юичи этого никогда нельзя было сказать. Отец близнецов всегда был улыбчивым и очень вежливым. Он почти никогда не спорил и часто отшучивался, когда речь заходила о чём-то серьёзном. Но Тадеши видел, как в его глазах прятался страх за сыновей, которым приходилось всю свою жизнь скрываться и обманывать. Тануки знал, как тяжело Айдо было принять выбор сыновей, которые пошли служить Хизоке, но сам Айдо при этом ни слова не сказал против, а лишь поддержал детей вместе с Юки.
Когда операция была закончена, Айдо и Юичи устало легли на татами рядом друг с другом. Тадеши зашёл к ним и тихо спросил:
