Перейти к содержанию

Такие времена. Сборник рассказов от Анны Медь

Автор:

Категория
Современная русская литература
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Сборник рассказов о реальной жизни в современном мире, о любви и предательстве, о изменах и прощении. В книге поднимаются темы сложных взаимоотношений между родными людьми.

Читать «Такие времена. Сборник рассказов от Анны Медь» — Анна Медь онлайн

Страница 13 из 35

Надя стиснула зубы и вышла из квартиры.

Как же она дошла до жизни такой?

Сколько себя помнила, Надя жила с матерью. Отец технично самоустранился из их семьи еще до ее рождения, ушел к другой женщине. Сейчас, при зрелом рассуждении, Надя понимала, что не может винить его за это решение. Мать ее была женщиной язвительной, склочной и мстительной. Вину за уход отца она, недолго думая, возложила на плечи дочери.

С шести лет Надя слышала в свой адрес, что она бестолковая, некрасивая, тупая, криворукая, что испортила матери жизнь самим фактом своего бесполезного существования.

– Послал же Бог наказание, – говорила мать брезгливо. – Вся в отца: такая же никчемная.

В детстве Надя порой внимательно рассматривала себя в зеркало, пытаясь найти хоть какие-то хорошие черты, хоть немного делающие ее похожей на маму. И ужасалась, когда не находила. Ей до слез было жалко маму, которая мучается с такой уродиной и неумехой.

– Опять около зеркала вертишься весь день! – ругалась на нее мать, когда замечала эти тоскливые бдения. – Тоже мне модель нашлась!

В школе Наде даже диковатым казалось, как вели себя мамы ее подружек. Обнимать и целовать? Спрашивать, как дела в школе? Устроить день рождения в аква-центре? Говорить, что любит? Непорядок. Позже она поняла, что это, скорее, в их семье отношения отличаются от обычных, причем не в лучшую сторону.

В неустроенности маминой личной жизни виновата тоже была Надя. Вернувшись с очередного неудавшегося свидания, мать с не меньшим удовольствием, которое некоторые получают от просмотра мыльных опер, распекала дочь:

– Почему я назвала тебя Надеждой? Сглазила, наверное, ведь от тебя никакой надеждой и не пахнет. Ты – самый безнадежный человек в моей, да и в своей жизни!

Мыльную оперу Надина мать могла устроить и сама, без всяких сценаристов.

Тем не менее, когда Наде исполнилось шестнадцать, мать повторно вышла замуж. Павел Иванович оказался мужчиной работящим, хозяйственным, имел свой небольшой бизнес. Надя всей душой одобряла выбор матери, надеясь, что теперь-то поток оскорблений иссякнет.

Как бы ни так.

Несмотря на всю лояльность дочери к отчиму, матери казалось, что Надя только и думает, как бы испортить ей личную жизнь, которая только начала налаживаться. Мать искала любой повод, даже самый незначительный, чтобы выбранить дочь. Парадоксальным образом подстегивало ее злобу еще и то, что Павел Иванович относился к Наде, как к родной. Возможно, потому что у самого детей не было, либо просто прекрасно понимал, что происходит в его новой семье, и пытался поддержать девочку заботой, которой ей так не хватало.

В конце концов, Надя не выдержала постоянных нападок матери и ушла жить к первому попавшемуся парню. Тот был на несколько лет старше и жил в собственной квартире, доставшейся в наследство от бабушки. Славик не походил на мужчину мечты – пил, гулял, мог ударить. Надя терпела, потому что альтернатива – вернуться под неуютное материнское крыло – пугала ее куда больше.

Привыкшая с детства к оскорблениям, Надя особых перемен и не почувствовала.

Вчера, вернувшись домой после очередного загула, Славик решил «поучить ее уму-разуму», как он это называл. Результатом, как обычно, стал лиловатый синяк на лице.

Наде очень не хотелось красоваться с фингалом перед болтливыми бабками-сплетницами, облюбовавшими скамейку у подъезда. Но в холодильнике было хоть шаром покати, а ненаглядный (глаза б его никогда не видели!) требовал завтрака и опохмела. Волей-неволей пришлось выйти на улицу.

Погода стояла чудесная: мягко грело ласковое солнце, буйной лимонно-желтой пеной цвели акации. Но на душе у Нади было погано.

В магазине девушка столкнулась с Павлом Ивановичем. Тот был искренне рад ее видеть.

– Наденька, здравствуй! – расплылся он в улыбке. – Давно к нам в гости не заходила. Как жизнь молодая?

– Здравствуйте, Павел Иванович, – Надя постаралась встать так, чтобы не светить синяком. – У меня все хорошо. А вы как? Как мама?

Ее маневры не остались незамеченными для отчима. Он посерьезнел и придержал ее за плечо.

– Да у нас все потихоньку. Погоди… Ну дела, – тихо присвистнул он, увидев синяк. – И давно у вас так?

– Давно… Только маме не рассказывайте. – Внезапно Надя не выдержала и разревелась.

– Ну, тише, тише, – Павел Иванович приобнял ее за плечи. Надя спрятала покрасневшее от мучительного стыда лицо у него на груди. В голове зловредной каруселью крутились слова матери: «Послал же Бог наказание», «…никому ты кроме меня не нужна…», «…бесполезная…», «…никчемная…», «…обуза…»

– Вот что, – сказал отчим. – Давай не выдумывай и возвращайся домой. С твоей мамой я поговорю.

Надя отстранилась от Павла Ивановича и машинально положила в корзинку первое, что попалось под руку. Может быть, это ее ошибка? Может, не стоило рвать с семьей ради сомнительного удовольствия жить со жлобом и пьяницей?

– Хорошо, – тихо сказала она. – Спасибо вам… большое.

Посмотрев в корзинку, она увидела в ней ненужный стиральный порошок.

Пива Славику она так и не купила.

В этот же день отчим забрал Надины вещи из квартиры Славика. Бойфренд (теперь уже бывший) сначала было хорохорился. Но после того как Павел Иванович пригрозил написать заявление и снять фото побоев, а также прозрачно намекнул, что побои могут быть не только у Нади, поспешно стушевался.

– Вернулась, блудная дочь, – такими словами встретила Надю мать. Она стояла на пороге квартиры, скрестив руки, будто не хотела пускать дочь домой. Павел Иванович взял ее за руку и как бы невзначай подвинул, освобождая путь. Надя с тяжелым сердцем прошла в квартиру.

– Здравствуй, мама.

Не сказать, чтобы мать была очень счастлива возвращению Нади, но Павел Иванович проявил себя, как настоящий миротворец, сглаживая острые углы, успокаивая и убеждая.

– Худой мир лучше доброй ссоры, – говорил он. – Может, на шашлыки сегодня, девочки? Как думаете? Я мясо замариную по особо секретному рецепту, что передается в моей семье из поколения в поколение!

Мать в итоге сменила гнев на милость и даже немного смягчилась по отношению к дочери. Возможно потому, что признала за ней некую самостоятельность, но скорее всего просто получила еще один весомый довод для нападок.

– Не успела школу закончить, а уже по парням шляется, – мать не отказывала себе в удовольствии поиздеваться над Надей.

В таких ситуациях отчим всегда заступался за падчерицу. Мать злилась и ревновала, но с Павлом Ивановичем предпочитала не ссориться и спускала конфликт на тормозах.

Благодаря влиянию отчима жизнь Нади стала практически терпимой. Особой теплоты и заботы у матери не прибавилось, но хотя бы прекратились ежедневные унижения.

Окончив школу, Надя поступила в престижный университет в другом городе. Разумеется, на вступительные экзамены с ней ездил Павел Иванович: матери было некогда. Отчим оплатил учебу и снял падчерице небольшую, но уютную квартиру рядом с вузом. Надя с огромным облегчением съехала от матери.

В другом городе Надя могла начать жизнь с чистого листа. Ту жизнь, в которой она не была «тупой», «некрасивой», «гулящей». Чтобы добиться большей независимости, Надя устроилась на подработку: после пар разносила заказы в кафе. Тем не менее, отчим всегда помогал ей деньгами.

– На первых порах на новом месте всегда нелегко, – говорил он по телефону. – Ты только не стесняйся, обращайся за помощью, хорошо?

Иногда звонила мать. По старой традиции разговоры начинались с упреков и обвинений.

– Павел Иванович – добрая душа, а ты знай себе пользуешься.

– И я люблю тебя, мама, – вздохнула Надя.

– Снова деньги клянчила?

– Нет, мама, ничего я не «клянчила». Я на работу устроилась, забыла?

Мать промолчала.

– Мы сами, знаешь ли, не барствуем, – наконец сказала она. – В магазинах цены видела? Дороговизна ужасная. Ты-то небось найдешь себе студентика, который будет за тебя счета оплачивать, да?

– Пока, мама.

– А тут еще и квартира эта дорогущая, не могла подешевле найти? Хоть бы и в коммуналке, ты не фарфоровая.

– До свидания. – Она решительно повесила трубку.

Надя задумчиво посмотрела в зеркало. Оттуда на нее глядела молодая симпатичная девушка, с упрямой линией губ, решительным взглядом карих глаз и непослушной прядкой волос, которая змеилась за ухом и все норовила попасть в глаза. Не «уродина», не «имбецилка». И на мать свою ни капельки не похожая.

Надя улыбнулась и подмигнула своему отражению.

Подоконник

Жизни Гали могли позавидовать многие. Карьера талантливого гинеколога, профессионала в своем деле, стремительно шла в гору. Проблем с финансами у семьи не было: квартира, машина – всё своё. А дома царили мир и любовь. Муж-умница, Виктор, шеф-повар со стажем, работал в одном из самых высокооплачиваемых ресторанов Москвы и задаривал Галю цветами.

На годовщину их свадьбы женщина сообщила ему, что ждет ребенка, а он, окрыленный счастьем, арендовал целое заведение и пригласил всех родственников, чтобы отметить эту радостную новость.

Сына назвали Антошей. Уже с младенчества мальчик показал все «прелести» своего характера: по натуре упрямый, своевольный, он часто капризничал и требовал материнского внимания. Однако родители умилялись его любопытству и желанию познавать мир. Тоша был желанным, долгожданным ребенком – он воспитывался в атмосфере тепла и заботы, рос озорным и активным мальчиком.

А уже через год, когда сын начал делать свои первые шажки, Галя узнала, что снова беременна.

Муж был счастлив и вновь устроил большое застолье, где близкие друзья, будущие крестные, предложили устроить гендер-пати. Так, на пятом месяце беременности Гали, они арендовали загородный дом и организовали громкую вечеринку, где будущие родители и узнали, какого пола будет второй ребенок.

Девочку назвали Таней. В отличие от братика-сорванца, она отличалась скромным и тихим характером. Малышка почти не кричала. Лежа в люльке, она смотрела на мир вокруг с опаской, но и с интересом. И все никак не могла отучиться засыпать без нежных маминых рук – пожалуй, то было единственным, с чем Галя намучилась. Но время шло, и женщина не могла нарадоваться своей большой и дружной семье.

Казалось, жизнь наконец-таки удалась, а вместе с тем пришли стабильность, покой и вера в счастливое будущее…

Однако на третий год жизни сына случилась страшная трагедия. Тоша, оставленный на несколько минут поиграть в ванне, неожиданно заснул и ушел с головой под воду. Галя обнаружила мальчика, когда тот уже был без сознания. Перепуганная женщина в ужасе закричала и схватила ребенка на руки, расплескав воду по всей ванной комнате.

Заплаканная, она выбежала в коридор и в панике набрала скорую помощь, а затем мужа. До больницы ребенок не дожил – медики констатировали утопление. Тело забрали в судебно-медицинский морг.

Убитая горем мать вернулась домой, где ее уже ждал муж, сорвавшийся с работы, чтобы приглядеть за перепуганной, ничего не понимающей Танечкой. Двухлетняя малышка испуганно выглядывала из-за папиной штанины, держа его за руку. Ей сказали: «Тоша просто заболел, и его нужно срочно отвезти к доктору».

Но почему же тогда мама вернулась одна, без братика? Девочка, кусая крохотные губки, подняла глаза на папу.

Виктор молчал и смотрел на жену, еле сдерживая слезы. Ему не нужно было задавать лишних вопросов, тем более, при дочке: скорбящий и отсутствующий взгляд Гали говорил сам за себя…

Следующие полгода после похорон тянулись как в кошмаре. Жизнь потеряла былые краски, стала серой и пустой. Галина взяла отпуск за свой счет, чтобы нести траур по сыну. Порой она даже не могла встать с постели и просто часами лежала, глядя в потолок. Виктор старался поддерживать жену, но сам страдал не меньше. Трагедия с гибелью старшего сына нанесла серьезный удар по их отношениям.

Муж, видя, как тяжело Галя переживала уход сына, никогда не обвинял жену в его смерти. Он и сам заходился рыданиями каждый божий день, запираясь ночами в ванной. Однако убитая горем женщина больше не видела надежды на светлое будущее – она внушила себе, что муж тайно презирает ее, ненавидит и живет с ней под одной крышей только ради маленькой дочери.

Так начались недомолвки, ссоры. Затем они переросли в самые настоящие скандалы. Доходило до того, что об стены разбивалась посуда, а в комнатах устраивался кавардак. Бедная Танечка, будучи невольной свидетельницей родительских истерик, окончательно замкнулась в себе. Решение о разводе принял Виктор.

Оно было обдуманным, тяжелым, ведь он по-прежнему любил жену, однако страдания их единственной дочки разбивали ему сердце.

Развелись супруги без суда, оба эмоционально истощенные. Квартиру Виктор оставил своим девочкам, себе забрал только машину. В дальнейшем, он стабильно высылал Гале приличные алименты и забирал дочку на выходные.

Время шло. Жизнь постепенно возвращалась в привычное русло. Танечка пошла в детский сад, а ее мама с головой погрузилась в работу, чтобы не оставить в голове места навязчивым мыслям об умершем сыне. В личную жизнь бывшего супруга Галя не лезла, пыталась наладить свою. Однажды на сайте знакомств она познакомилась с неким Сергеем.

Он показался Гале очень привлекательным и вежливым в общении.

А больше всего покорило женщину его чувство юмора. Шутки Сергея, как и работа, отвлекали ее, не давали заскучать и уйти в себя. Поклонника также не смущало, что у Гали осталась дочка от первого брака. «Я люблю детей! И о своих мечтаю!» – убеждал он ее.

И Галя окончательно растаяла.

Договорились встретиться в кафе, поужинать, поболтать. Так, слово за слово, из разговора Галина узнала, что Сергей, оказывается, опытный летчик. Прикинула про себя: мужчина симпатичный, при деньгах, еще и детей любит и даже чужого ребенка готов принять. И хотя при личной встрече в Гале не вспыхнули ответные чувства, и ее к этому человеку не тянуло, женщина решила поступить так, как ей казалось, разумно.

Она дала шанс Сергею проявить себя и свои серьезные намерения.

Спустя год они поженились. У Гали и Сергея родилась прекрасная белокурая девочка, которую назвали в честь Галиной мамы – Настей. И хотя женщина не была счастлива в браке с нелюбимым мужчиной, ее спасательным кругом стало материнство. Жизнь вернулась на круги своя.

Карьера вновь взлетела в гору – гонорары росли, а чисто постоянных клиенток с каждым полугодием быстро увеличивалось. Галя приобрела себе новую иномарку взамен старой, отданной когда-то бывшему мужу. Помимо основной работы Галя основательно занялась бизнесом: поначалу она просто арендовала несколько квартир и сдавала их посуточно, но позже доход позволил выкупить их в собственность.

Все шло прекрасно, пока Галину семью вновь не посетила трагедия.

Мужа, Сергея, отправили в отставку по состоянию здоровья, что серьезно сказалось на его психическом состоянии. Небо, самолеты, до боли знакомый штурвал – всё это было неотъемлемой частью его жизни, но в один миг исчезло. Сергей замкнулся в себе, стал прикладываться к бутылке. Поначалу просто проводил вечера за стопкой водки. Но уже вскоре мужчина стал уходить в полноценные запои.

Сергей изменился до неузнаваемости: стал нервным и дерганным, вечно раздраженным. Всё бурчал себе что-то под нос, да стопки наполнял, одну за другой, одну за другой… Незаметно пролетело несколько лет. Муж так и не нашел работу, да, честно говоря, и не искал. Из красивого, статного летчика он превратился в заросшего пьяницу.

Галина всерьез задумывалась о том, чтобы развестись с нерадивым мужем, но до последнего оттягивала, ведь Настеньке нужен отец.

Переломным моментом для женщины стал инцидент, произошедший на Рождество. В тот вечер Сергей поймал так называемую «белку»: по факту, то был самый обычный психоз. Он изрядно переборщил с алкоголем, чему в семье уже никто не удивлялся, и вдруг заревел, подобно медведю, и опрокинул накрытый стол. Сергей принялся сметать все на своем пути, подняв на уши весь дом.

Затем неожиданно подлетел к Настеньке, схватил взвизгнувшую девочку на руки и каким-то чудом, невзирая на свое состояние, забрался на подоконник.

Настежь распахнул окно – по комнате тут же со свистом прокатился морозный январский ветер. Под ногами – десять с лишним этажей. Галина закричала и подскочила к мужу, прикрывая собой старшую дочь.

Женщина понимала, что скандалить тут бесполезно – требовалось разумным тоном успокоить неадекватного мужа. Она была готова стерпеть любые унижения, даже встать на колени, лишь бы с перепуганной Настенькой все было хорошо.

На следующий же день, пока Сергей отсыпался, Галина съездила в загс и подала на развод. Заявление приняли, но дали три месяца, чтобы хорошенько все обдумать. «Да что тут обдумывать-то?!» – возмущалась про себя женщина.

Однако она даже не подозревала, что вскоре изменит свое, казалось бы, разумное решение.

К вечеру, когда Галя забрала дочек из младшей школы и вернулась домой, Сергей проспался и, на удивление, впервые за последний год был трезв как стеклышко. Он упал перед Галей на колени и зашелся рыданиями, умоляя простить его. Клялся, что бросит пить и найдет работу, объяснялся в бесконечной любви к ней и к детям. И Галя, сама от себя не ожидая, согласилась не рубить с плеча.

Все три месяца, что им дали на принятие окончательного решения, Сергей и правда держал себя в руках, и даже работу нашел. Казалось, жизнь постепенно идет на лад, но стоило Гале по окончании срока забрать заявление, как в тот же вечер Сергей ввалился на порог ее дома пьяный в стельку.

Так прошло еще несколько лет. Девочки подросли и уже заканчивали школу. Они разъехались по вузам ближе к сентябрю, когда Галиного мужа вдруг разбил инсульт. В больницу Сергей обращаться отказался, продолжив вести привычный образ жизни, а Галя и не настаивала.

Женщина надеялась, что муж-пьяница вскоре скончается, но вместо этого у него снова случился инсульт. Теперь уже престарелый Сергей стал инвалидом, и Галя, не раздумывая, сдала его в дом ветеранов, а через пару дней подала на развод. Она ликовала: столько лет Сергей был для нее обузой!

Гале приходилось тянуть все самой, благо доходы позволяли, и бесконечно терпеть «фокусы», вытворяемые мужем в пьяном угаре. А теперь она свободна. Дочки-умницы разъехались по вузам, а она продолжает оправдывать свое звание одного из лучших гинекологов столицы.

И все бы ничего, да только Галю мучал один факт: у ее Сергея было двое взрослых сыновей. Они жили в Зеленограде, и за все годы, прожитые вместе, женщина никогда не слышала, чтобы муж общался с кем-либо из них.

Насколько ей было известно, Сергей бросил бывшую жену с детьми и до самой свой старости контакта с ними не поддерживал. Однако сыновья могли заинтересоваться наследством отца в случае его смерти. При этом вся приобретенная с ним в браке недвижимость, купленная за счет Галины, делилась бы поровну между ней, ее дочками и сыновьями Сергея.

Допустить этого Галя не могла и уже через полгода не выдержала: привезла мужа-инвалида обратно домой. Все-таки в казенном учреждении люди умирают быстро. Заявление о разводе она также забрала. Через силу и железное терпение женщина выхаживала Сергея, как могла, но состояние мужчины только ухудшалось.

Инсульт поразил всю его левую сторону, дал осложнения на зрение и почти лишил возможности говорить. И вот через три года мучений Сергей неизбежно скончался. Перед смертью он все-таки произнес свои последние слова:

– Прости, Галя! Прости за всё…

Со дня похорон мужа прошло больше полугода, но за это время никто из его детей так и не объявился и не высказал свои права на наследство. Все имущество осталось в руках Гали и впоследствии должно будет отойти ее дочерям.

Вертихвостка

Сквозь мутное, обрызганное дождем оконное стекло Анастасия Фёдоровна наблюдала за стоящей около подъезда машиной. Вроде иномарка какая-то, не так важно. Гораздо важнее было то, что в машине сидела ее невестка, Оксана. С мужчиной. Они о чем-то разговаривали, уже не одну минуту. О чем можно так долго разговаривать, как не о возмутительном адюльтере?

Это вообще как понимать? Совсем стыд потеряла? Крутит шашни с любовничком прямо около дома? Это ни в какие ворота не лезет!

Возмущению Анастасии Фёдоровны не было предела. Говорила ведь сыну, что жена ему досталась шебутная, гулящая! Такой только цацки подавай, она за них на все готова! Она всегда подозревала невестку в супружеской неверности и теперь нашла прямые доказательства своей правоты!

К возмущению примешивалось торжество от осознания собственной проницательности и дальновидности.

Конечно же, бдительная свекровь в корне неверно оценила ситуацию. Анастасия Фёдоровна смотрела на Оксану сквозь призму недоверия и ревности, и, если у того или иного случая могло быть несколько объяснений, она всегда выбирала самое недостойное.

Анастасия Фёдоровна не одобряла выбор своего сына и не делала из этого секрет. Правда, после свадьбы Оксана переехала к ним домой, и свекровь вынуждена была соблюдать некое подобие паритета, ради Анатолия. Как бы то ни было, обстановка была довольно напряженной, и молодая жена была под постоянным неусыпным контролем свекрови.

Оксана очень хотела поскорее скопить денег на первый взнос за собственную квартиру и съехать, наконец, из неуютного приюта. Поэтому она недавно устроилась на новую работу, которая была всем хороша, и зарплатой и возможностями карьерного роста, кроме одного фактора: филиал, в котором она работала, находился за городом. Иногда Анатолию, ее мужу, удавалось довозить ее до работы, но чаще всего ей приходилось ездить на рейсовом автобусе или вызывать такси.

Первый вариант был неудобным, так как автобусы не имели четкого расписания, второй – дорогостоящим. На вторую машину они с Анатолием пока не могли разориться, и на семейной «девятке» ездил на работу муж.

Однажды, в столовой, в обеденный перерыв, Оксана раздумывала над сложившейся ситуацией и перебирала варианты ее разрешения, поэтому не заметила, как чуть не врезалась в мужчину и не перевернула его поднос. Он успел перехватить поднос и одновременно поддержал Оксану, чтобы та не упала.

– Ох, простите, ради Бога, – забеспокоилась Оксана.

– Ничего страшного! Видишь, ни капли не пролил! Достойный акробатический маневр, на мой скромный взгляд!

Оксана улыбнулась. Это был Дмитрий, коллега из другого отдела фирмы. Он был высоким мужчиной лет 30-35. Они были шапочно знакомы, встречались как-то на корпоративе.

– Давай на “ты”? Не возражаешь, если составлю компанию? – спросил он. – Скучно, наверное, обедать одной. Ты еще толком ни с кем здесь не познакомилась?

– Да… Спасибо, не откажусь.

Оксана присела за столик Дмитрия. Мало помалу они разговорились. Все мысли Оксаны крутились сейчас вокруг ее транспортного кризиса, и она сама не заметила, как все выложила коллеге. Впрочем, она об этом не пожалела, потому что, словно сама судьба подкинула ей решение проблемы.

Оказалось, что Дмитрий живет всего в паре кварталов от нее. В порыве благодушного альтруизма новый знакомец предложил заезжать за ней на своей машине и отвозить с работы и на работу.

– Мы, как одновременно соседи и коллеги, должны помогать друг другу, – заявил он, несколько даже напыщенно, чем рассмешил Оксану.

Она, не долго думая, согласилась, радуясь такому изящному решению транспортного вопроса.

Этим же днем Дмитрий отвез ее домой. Машина у него была шикарная, с уютным салоном и работающим кондиционером, что для душного городского лета было однозначным преимуществом. Да и собеседником Дмитрий оказался отличным, с юмором, с ним можно было поболтать о работе и просто на отвлеченные темы.

В тот же вечер она рассказала об этом мужу. Тот порадовался за нее, ведь он уезжал рано и потом беспокоился, как Оксана добралась до филиала фирмы.

– И на такси сэкономишь, и я волноваться каждый раз не буду, – сказал Анатолий.

– А ревновать не будешь? – кокетничала Оксана.

– Молилась ли ты на ночь, Дездемона? – делал муж страшные глаза. Оксана хохотала и отбивалась от него подушкой.

Делиться со свекровью этой новостью просто напросто не пришло Оксане в голову. В дальнейшем это ей аукнулось. Она недооценила воображение Анастасии Фёдоровны, вскормленное тучной диетой из телевизионных сериалов с самыми мелодраматичными сюжетами.

Сегодня Дмитрий подвез Оксану до самого подъезда. Они продолжали разговор об одном заказчике и способах ускорения закрытия сделки, и Оксана задержалась в автомобиле минут на 20. Все это время за ними, кипя от негодования, наблюдала из окна Анастасия Фёдоровна.

– Ну, в принципе, если до выходных счета все подбить, то можно будет и закругляться. А то клиент все нервы вынет, точно тебе говорю, – сказал Дмитрий.

– Отлично, так и сделаем, – подытожила Оксана, – Документы в течение недели подготовлю.

– Супер!

– Ну все, до завтра.

– Чао!

Оксана вышла из машины и направилась к двери подъезда. Занавеска окна ее квартиры торопливо задернулась.

Войдя в квартиру, Оксана поздоровалась со свекровью. Та была подозрительно молчалива. Списав это на усталость, Оксана занялась домашними делами. Анастасия Фёдоровна хотя весь день и крутилась на кухне, но готовкой себя не особо утруждала, так как смотрела, в основном, телевизор. Так и сейчас она не выходила с кухни, словно ждала чего-то. По телевизору шел один из любимых ею сериалов, с роковыми страстями и коварными интригами, с неверными женами и подлецами-любовниками.

Анастасия Фёдоровна готовилась к потрясающему воображение скандалу, который она разыграет, как по нотам, но его главный зритель еще не пришел.

Загадочное поведение свекрови получило объяснение, когда вернулся с работы Анатолий. Не успел он еще и разуться, как Анастасия Фёдоровна выскользнула из кухни с выражением злорадного триумфа на лице.

– Здравствуй, сынок,– всем своим видом Анастасия Фёдоровна выражала лихорадочное нетерпение.

– Здравствуй, мама. Оксана дома уже? – спросил Анатолий с заговорщицким видом.

– Привет, дорогой, – Оксана вышла из ванной, и поцеловала мужа. – Как день прошел?

– Хорошо, даже замечательно! По этому поводу – небольшой сюрприз! – Анатолий картинным жестом фокусника достал из-за спины букет любимых Оксаниных цветов.

– Ой! Спасибо! – Оксана еще раз поцеловала мужа и пошла на кухню, поставить цветы в вазу.

– Вот зачем ей цветы? – пошла в атаку свекровь. – Ей теперь этого мало, ей машину новую подавай. А в придачу еще и ухажера нового, гулять так гулять! Скажи не так, вертихвостка?

– Мам, ты о чем? – нахмурился Анатолий.

– Анастасия Фёдоровна, я тоже не понимаю, – у Оксаны, вернувшейся с кухни, округлились глаза.

Лицо свекрови светилось торжеством. Она представляла себя грозной, но справедливой Фемидой, бичующей людские пороки.

– Ах, не понимает она! Ну так я объясню, с радостью объясню. Твоя жена, Толя, совсем всякий стыд потеряла. Мало того, что хахаля завела, так и еще ведь не стесняется с ним прямо перед домом миловаться!

– Какой хахаль? О чем вы говорите? – недоумевала Оксана.

– Вот только не надо разыгрывать тут оскорбленную невинность! Кто полчаса сидел с каким-то мужиком в дорогущей машине под нашими окнами? Ты думала, я не увижу? Я все вижу, и все знаю! Вот, Толя, полюбуйся, что твоя женушка за твоей спиной вытворяет! На денежки повелась, да? На импортную тачку?

Оксана задохнулась от возмущения. Ей до боли было обидно выслушивать нелепые и абсолютно незаслуженные обвинения в свой адрес. Она не знала, что сказать, просто дар речи потеряла, а свекровь уже готовилась бросится в новую атаку.

Но ее остановил Анатолий.

– А какая машина была у этого коварного любовника? – спросил он с невинным видом. – Случайно, не Майбах серый?

– Ну да… серая машина, большая, – сбилась Анасасия Фёдоровна и перевела взгляд с невестки на сына, ее обличающий пыл немного охладел. – А что?

– А то, мама, что это никакой не любовник, а коллега с работы, – Анатолий подошел к Оксане, обнял ее за плечи и рассмеялся. – Ну честное слово, насмотришься своих сериалов, а потом чудятся несуществующие любовники под каждым кустом.

Свекровь непонимающе замолчала. Оксана пришла в себя, ощутив поддержку мужа, и выступила вперед:

– Вы все совершенно неправильно поняли!

Анатолий и Оксана все объяснили Анастасии Фёдоровне, про транспортные неурядицы и про коллегу Дмитрия, благодаря которому они разрешились.

Для неподготовленного самолюбия Анастасии Фёдоровны это было весомым ударом. Из бдительной свекрови с проницательностью, достойной детектива, чуть ли не мисс Марпл местного разлива, она в один момент превратилась в обычную склочную старуху, не видящую дальше своего носа.

Это был полный и позорный разгром по всем фронтам. Тем не менее, свекровь с достоинством приняла свое поражение.

– Извини, Оксан, почудилось мне, – сказала она невестке. – Забудь, что я сказала, хорошо? Дура я старая, ерунда сплошная мерещится.

Скрепя сердце, Оксана простила Анастасию Фёдоровну за несправедливый поклеп. В семье восстановился мир, по крайней мере, на время. Пристыженная свекровь, вероятно, еще не скоро возобновит свою шпионскую деятельность.

– Есть такой принцип, «бритва Оккама» называется, который советует не выдумывать лишние сущности без необходимости. Рекомендую им пользоваться, очень помогает в жизни, – посоветовал матери Анатолий.

Та надула губы и пообещала самой себе рано или поздно вывести невестку на чистую воду. Потому что знала, просто знала в душе, что та обманывает ее сыночка.

Живот подпирает

– Да-а уж, и зачем ты только замуж выходила, раз мужик твой ни к чему не способен? – В очередной раз задалась вопросом Клавдия, глядя, как ее дочь вбивает в стену гвоздь.

Отношения в семье – загадка Венского леса и тайна за семью печатями… должны быть. Но зачастую их обсуждают те, кого подпускать к семейным делам и близко не стоило.

Ирина и Михаил познакомились еще студентами. Она – технарь, готовый вскрыть любой механизм, чтобы разобраться, как и что внутри него устроено. Он – гуманитарий, совершенно неспособный понять, как можно не видеть красоту в самых простых вещах.

Совершенно разные, они оказались идеальными половинками одного целого. Но так считали далеко не все! Ребята решили долго не тянуть с отношениями и, спустя всего полгода после знакомства, подали заявление в ЗАГС.

– Куда так торопиться? Или вас так живот подпирает? – ехидничала будущая свекровь.

– Неужели не могли подольше повстречаться? Студент! Он даже содержать тебя не сможет, – сомневалась в выборе дочери будущая теща.

Несмотря на то, что знакомы дамы не были, в данном вопросе они отличались редкой согласованностью. Чем больше каждая из них узнавала про потенциальную «половинку» своего ребенка, тем резче были высказывания:

– Сынок! Это что ж за девушка, раз готовить не умеет?

– Мам, она вообще на кухне ничего делать не любит! Ну и что? Я обожаю готовить, мне это в радость. Тем более, я учусь, а она и учится, и работает!

– Это ерунда! Жена должна все успевать и о муже заботиться! Как же я в свое время успевала и работать, и дом вести, и о вас с отцом заботиться? Нет! Не пара она тебе! Подумай получше! Сколько кругом девушек и красивее, и хозяйственнее!

– Я не спорю, но мне нужна именно Ирина. Она, и только она для меня самая лучшая!

– Вот ведьма! Небось, приворожила!

– Мам, ну брось эти пережитки и обряды!

На всякий случай, втайне от сына, мать все же решила сходить к местной бабке и выяснить, чем таким приманила непутевая сноха ее сыночка.

В другом лагере шли не менее ожесточенные баталии.

– Дочь! Да что ж это за мужик, раз в доме руками делать ничего не умеет? Еще не женаты, а ты уже сама мебель собираешь, да гвозди заколачиваешь!

– Мам, ты не понимаешь, что ли? Или забыла, какой я росла? Мне нравится это все, нравится разбираться, как все устроено, я люблю уют создавать. А Миша готовить любит. Дело-то вроде не мужское, но ему нравится. А вот гвоздь прибить он не может. Во-первых, ему это не нравится, а во-вторых, он скорее палец себе повредит, чем нормально сделает.

– Ну, ты не сравнивай! Готовит он! Ты вообще-то работаешь! А он у тебя на шее сидит!

– Он скоро тоже будет работать, как только защитит диплом!

– Ой, дочь, волнуюсь я за тебя! Еще не женаты, а ты уже всю семью на себе тащишь!

Глядя, как реагируют родители на их свадьбу, молодые решили расписаться тихо, вдвоем, без шумихи и торжеств, а потом пригласить родителей в квартиру, которую пару месяцев снимали вместе до свадьбы.

– Ну посмотрим, какой уют в квартире сношенька навела, какой стол праздничный наготовила! – пыталась поддеть Ирину свекровь.

– Сначала посмотрим, сколько денег жених ей дал на стол и уют, да и вообще, насколько «рукастый» он у вас! – не уступала новоявленная теща.

Молодожены переглянулись, вздохнули и приготовились обороняться.

– Ох, ну и стол! Сказка! Блюда, как из ресторана! Хотелось, конечно, оценить кулинарный талант молодой жены, но что ж поделаешь!

– Да-а, а картины-то как ровно висят! Иришка с детства рукастая была, по дому все дела умела справлять!

Молодожены молчали и не вмешивались. Объяснять, что таков будет уклад ИХ семьи, они не стали, так как могли спровоцировать очередной скандал.

Провожая родителей, ребята были уверены: больше такие свидания они повторять не будут, да и вообще максимально дистанцируются от родителей. Однако они ошибались, ибо у родителей были на них совершенно другие планы.

– Мариночка, привет, дорогая! Как твои дела? Послушай, а твой Коленька еще свободен? Ой, как чудесно! Вы приходите с ним ко мне на выходных. Чай попьем! Ирина? Да замужем, только там такой экземпляр, что лучше бы ей к твоему Коленьке присмотреться!

На другом конце города, в другой квартире происходил аналогичный разговор:

– Миш, ты уверен, что хочешь прожить жизнь рядом с ТАКОЙ женой?

– Да, мам. А в чем проблема?

– Да во всем! Она же совершенно не приспособлена к семейной жизни! Неряха! Криворукая! Готовить не умеет, дома прибрать не может! Может, пока не поздно, присмотришься к Аллочке?

– К какой? Дочке твоей подруги? Ну уж нет! Она же на всю голову долбанутая!

– Почему ты так решил? Хорошая девочка! А готовит как! А в доме какая чистота!

– Мам, с ней встречался мой одноклассник. Если помнишь, она его преследовать начала. Дошло до того, что она подкараулила его девушку и угрожала ей! Ты действительно хочешь мне такого «счастья»?