Страница 12 из 53
Ее племянница действительно звонила полгода назад и приглашала тетю к себе, посмотреть на деревенский быт. Уезжать из города насовсем Галина Степановна не хотела, но, как назло, Соня пришла к ней накануне отъезда и буквально вынудила ее позвонить племяннице и сообщить о скором визите.
– Галя, так дела не делаются. Если ты едешь так далеко, то будь уверена, что тебя встретят, довезут точно до места. Ты уже не в том возрасте, чтобы таскать тяжелые чемоданы и перебираться на перекладных. Сейчас же звони Лиде!
– Соня, я обязательно позвоню. Позже.
– Нет, звони при мне! Я тебя знаю – ты опять закрутишься и забудешь.
Галине Степановне показалось, что Лидка звонку не обрадовалась. Свои слова по телефону она подтвердила без особого энтузиазма. Пообещала, что на автовокзале Галину встретит ее гражданский муж. Она сама не может, работает.
Галина Степановна положила трубку и сделала ход конем:
– Теперь ты при мне позвони сестре и скажи, чтобы тебя встретили.
– Галя, я самостоятельнее, чем ты. Да и жить я планирую в гостинице, чтобы не стеснять Женю.
– Как это? Едешь в гости и будешь жить в отеле? Будете встречаться с сестрой на нейтральной территории?
– Ты же знаешь, Галь, я люблю тишину, а у Жени – трое маленьких внуков в трёхкомнатной квартире, сын и невестка. Где мне прикажешь ночевать, в ванной? Решено! Я буду жить в гостинице, уже и номер забронировала.
Проводив Софию Дмитриевну, Галина Степановна отправилась собираться в деревню. Много вещей брать с собой не стала, уложила несколько халатов, нарядное платье (вдруг «в люди» выйти придется?), полотенце и летние тапочки в небольшую дорожную сумку. Рано утром села на автобус и поехала отдыхать.
К удивлению Галины Степановны, в обед на автовокзале ее никто не встретил. Позвонила Лидка и велела добираться до деревни своим ходом – мужу некогда, а дети еще слишком маленькие, чтобы самим ехать в областной центр.
Протяжно вдохнув, Галина Степановна потащила сумку к стоящим на перекрёстке «бомбилам». Таксист за двадцать минут дороги содрал с пассажирки почти полтысячи. «Если бы я знала, что проезд на этой раздолбанной колымаге мне обойдется так дорого, я бы никогда не поехала в эту чертову деревню», злилась Галина.
У калитки Галину Степановна встретил Витька, гражданский муж, как сейчас модно говорить, Лиды. Он деловито провел женщину в комнату, показал пальцем на железную панцирную кровать и молча вышел.
Галина Степановна разложила вещи, достала подарки и пошла угощать детей. Племянница вернулась с работы поздно и не в духе.
– Ну, здравствуйте, Галина Степановна. Давно не виделись. Как добрались?
– Да неплохо, Лида, спасибо. Как дела у вас? Хорошо все-таки в деревне, природа, чистый воздух…
– И целая куча дел! Раз уж вы, Галина Степановна, почтили нас своим приездом, то поможете мне немного по хозяйству? Уезжаю я рано, приезжаю поздно. Ребятишек нужно каждый день обедом кормить, а я вечером с ног валюсь от усталости. Может быть, вы, пока отдыхаете, возьмете на себя часть обязанностей? Многого не прошу – огород прополоть, хату прибрать, да обед с ужином приготовить.
Не так представляла себе Галина Степановна отдых в деревне, но отказать племяннице было неудобно, поэтому женщина согласилась. Лида разбудила тетку почти на рассвете.
– Уезжаю на работу. Тряпка с ведром – за дверью, продукты – в холодильнике, а тяпка и мотыга – в дровяном сарае. Да сами разберетесь. Если что, Витя подскажет, что где лежит.
Первый день «отдыха» прошел суетливо. Галина Сергеевна не присела ни на минуту, устала так, что отказалась от ужина и сразу же легла спать. Витька примерял на себя роль хозяина – приходил контролировать работу, указывал на недостатки и даже журил Галину Сергеевну за нерасторопность.
– Неудивительно, тетя Галя, что вы одна. Это же какой мужик потерпит такую неумеху? Вы посмотрите, сколько на грядке лишней травы осталось? И суп у вас что-то жидковат. Моя Лида всегда больше мяса кладет. Не жадничайте, не вами же куплено.
– Шел бы ты, Витя, в дом. Не мешал бы ты мне работать.
Всю неделю Галина Степановна каждый день каторжно трудилась. Несколько раз звонила Соня – подруга отлично отдыхала, гуляла по городу, посещала музеи, кафе, выставки, кинотеатр и, в принципе, была довольна поездкой.
Галина Степановна не смогла признаться ей в том, что Лида тетку обманула. Женщина рассказала, что каждый день ходит купаться на чистейшую речку, вечерами собирает ягоды в лесу и наслаждается природой.
Тем временем Лида совсем обнаглела. Она взвалила весь быт на тетку: приезжала с работы, переодевалась, требовала накрыть ей на стол. Однажды отругала Галину Степановну за то, что не затоплена баня.
Август почти заканчивался. Галине не хотелось еще неделю торчать в деревне. Последней каплей стала выходка Лиды – она без спроса утянула платье Галины Степановны. Уехала в нем на работу, в свой коровник.
Галина Степановна по-настоящему рассердилась. Едва завидев Лиду у калитки, женщина сурово спросила:
– Лида, ты почему без спроса мою вещь надела?
– А что, спросить надо было? Вы спали, не хотела тревожить. Теть Галь, да вам что, жалко?
– Лида, платье дорогое. Я его берегу, только по торжественным случаям надеваю. Зачем в шкафу лазила?
– Мой шкаф, захотела – достала и надела. Не надо было такое платье в нашу глушь тащить – где здесь торжество? А подарите его мне, а, теть Галь? Все равно там на рукаве теперь пятно. Не отстирается, наверное.
Галина Степановна даже не нашлась, что ответить. Она пожалела, что позавчера не устроила скандал, когда поймала Лиду с собственным кошельком в руках. Племянница сделала вид, что подняла его с пола, а Галина потом не досчиталась двухсот рублей.
Хамское отношение племянницы ей надоело, поэтому в тот же вечер она предупредила Лиду и Витю о своем скором отъезде.
– Спасибо, дорогие, за гостеприимство, но мне пора домой.
– Что это вы, Галина Степановна, так быстро засобирались? Не понравился деревенский быт?
– Ну что ты, Лидочка. Просто соскучилась по дому. Скоро приезжает подруга, да и в городе у меня есть одно важное дело.
– Ну хорошо, езжайте. Мы ближе к сентябрю к вам приедем. Детей нужно одевать к школе. Ах да, Галина Степановна, вы же поучаствуете в этом мероприятии? Нам получку еще не выдали, а вы одна живете. Копить-то не для кого.
– Извини, Лида. В это время меня не будет в городе. Дело в том, что я познакомилась с мужчиной, и мы договорились вместе съездить в пансионат. Он хочет с размахом отгулять последние деньки отпуска.
Галина Степановна тут же пожалела, что рассказала Лиде о своих планах. Племянница подскочила, стала кричать, что тетка неблагодарная, неделю сидела на ее шее, ела за ее счет, да еще отказывает в такой мизерной просьбе близким родственникам! Они к ней со всей душой: делами не нагружали, почти никакой помощи не требовали, а она к ним вот так?
– Раз вы, Галина Степановна, до такой степени наглая, то считайте, что отдыхали вы в гостинице. Сутки проживания в апартаментах вам будут стоить пятьсот рублей. Итого с вас три с половиной тысячи! Ладно уж, за продукты денег брать не буду, их вы отработали.
Галина Степановна открыла кошелек, молча отсчитала племяннице деньги и положила их на стол. Вздохнув, развернулась и пошла к себе в комнату, собирать вещи.
Словно почуяв неладное, позвонил Григорий. Женщина расплакалась от обиды и рассказала мужчине все. Григорий успокоил Галю, сказал, что немедленно выезжает на машине, велел никуда не уходить и обязательно дождаться.
Два часа Галина Степановна просидела на скамейке у калитки. Григорий подхватил сумку, усадил Галину машину и прошел во двор к Лизе. Женщина не знала, о чем беседовали Виктор и Григорий на крыльце. Чуть позже вышла Лида, подошла к машине, молча протянула Галине Степановне деньги и ушла в дом. Виктор же вынес палатку.
Галина Степановна и Григорий три дня провели на берегу реки. Ночевали в палатке, ловили рыбу, варили уху на костре и были абсолютно, безмерно счастливы.
Мужчина уехал в свой город продавать квартиру. Галина отправилась домой. Вернулась и Соня из отпуска. Женщины решили отметить приезд, и за вокалом вина Галина Степановна в подробностях рассказала Софии Дмитриевне о своих приключениях.
Не забыла она похвастаться и новостями о личной жизни. Подруга искренне поздравила Галину со скорым замужеством.
Мама не в себе
Зинаида Петровна недолюбливала свою невестку. С самого первого дня, когда сын привел ее в дом, она почуяла неладное. Вроде бы девушка вела себя прилично, помогала накрыть на стол к ужину, но материнское сердце беспокоилось: казалось, она только притворяется хорошей.
Однако мать не лезла в дела сына, ведь он мужчина взрослый, сам разберется. Да и отношения портить не хотелось.
Однажды Зинаиде понадобилось лечь в больницу на обследование. В ее маленьком городе не было компетентных врачей, а сын жил в областном центре. Он предложил матери остановиться у него, если возникнет такая необходимость.
– А Таня не будет против? Вдруг я помешаю? – сомневалась женщина. Ей не хотелось доставлять неудобства его семье.
– Нет, ничего страшного. Ты же не навсегда к нам переезжаешь, так что никого не стеснишь. Да и гостишь ты у нас редко. Не волнуйся и спокойно приезжай.
Поверив сыну, Зинаида решила на пару дней остаться у него, пока ее не положат в стационар. С вокзала ее никто не встретил, так что искать нужный адрес пришлось самой. В незнакомом городе это оказалось непросто, но благодаря неравнодушным прохожим женщина быстро справилась.
Она позвонила в домофон и поднялась на восьмой этаж. Дверь оказалась открыта, но у порога никого не было. Вдалеке раздавались звуки кухни и чьи-то голоса. Зинаида разделась и несмело прошла в квартиру, сомневаясь, туда ли она вообще попала. Но то, что она увидела повергло ее в шок.
Невестка с подружкой сидели на диване и хохотали во весь рот. Таня потягивала модное пиво из цветастой банки, оставляя на каемке следы бордовой помады. Сын же кружился на кухне. В одной руке у него была лопатка, в другой двухлетняя хнычущая дочка, которую он старательно утешал, а к ноге прилип пятилетний сын.
Мужчина управлялся с кастрюлей и детьми, пытаясь приготовить себе ужин.
– Добрый вечер, – произнесла Зинаида Петровна. Она все еще стояла в растерянности на входе в гостиную и не знала, как реагировать на увиденное.
Внучок, заметив ее, отлепился от папиной ноги и побежал к ней с радостными криками «бабуля». Невестка лишь кивнула, окинув свекровь презрительным взглядом.
– Мама, привет, – едва обернулся сын. – Проходи. Извини, что не встретил. Только с работы пришел.
Женщина оставила сумки в коридоре и села за стол. Внук забрался к ней на колени и начал весело лепетать. Бабушка поглаживала его по голове. Таня даже не обратила на нее внимания и продолжала что-то весело обсуждать с подружкой.
Зинаида ужаснулась – она и подумать не могла, что ее невестка может себе такое позволить! Если она ведет себя так, когда свекровь приезжает в гости, то что же творится за закрытыми дверьми? Страшно представить!
Вскоре сын накрыл на стол. Он, дети и Зинаида Петровна ужинали и обсуждали разные бытовые вещи. Сначала женщина удивилась, почему Таня не сидит с ними за одним столом, но вскоре получила ответ на свой вопрос.
Когда они доели, убрали со стола, и гостившая подруга ушла, невестка отправилась на кухню. Она села на королевское место, наложила себе огромную порцию и как царица принялась трапезничать. Внук держался возле бабушки, избегая подходить к матери.
А вот дочка, увидев, что возле мамы больше нет незнакомой тети, радостно подбежала к ней. Она протянула ручки, улыбаясь и ища ее внимания.
– Уходи! – крикнула мама на маленькую дочку, стукнув по столу, и приборы звякнули. – Дай мне поесть спокойно в тишине! Иди отсюда!
Глаза девочки испуганно округлились, налились слезами, и малышка зарыдав, убежала к папе. Мальчик же только сильнее вжался в ногу бабушки. Зинаида Петровна ошарашенно смотрела на эту сцену и не знала, как реагировать.
С одной стороны, ей было жалко детей, а с другой, она не понимала, как сын это терпит и позволяет такое творить по отношению и к себе, и к малышам. По старшему ребенку видно, что он уже запуганный своей матерью и лишний раз старается ее не злить.
– Извини за ее поведение, – тихонько сказал мужчина, когда они ушли в другую комнату.
– И у вас всегда так?
Он ничего не ответил, только стыдливо опустил глаза. Воистину: молчание – знак согласия.
К счастью, надолго задерживаться в доме сына не пришлось, и совсем скоро пенсионерка легла в стационар на обследование. Ей сделали все необходимые анализы и назначили лечение.
Зинаида Петровна вернулась домой сразу, как ее выписали из больницы. Ей больше не хотелось снова заставлять сына испытывать мерзкое чувство стыда, которое читалось на его лице в тот вечер. Но и держать негодование при себе было невозможно.
На следующий день после возвращения в город ее сестра с племянницей пришли в гости, и тогда она им все рассказала.
– Господи! Это же ужасное безобразие, – охнула сестра. – Где это видано? Ведь она жена и мать. Да еще и не работает! Он зарабатывает деньги, а она жирует на его шее?
– Она не работает? – ужаснулась племянница и ее лицо побагровело.
Эта пробивная и активная двадцатипятилетняя девушка ненавидела традиционные устои и считала, что хозяйством и кухней должны заниматься все, а не только женщина. Но такая непомерная наглость и нахлебничество привели ее в бешенство.
– Ну, наверное, они как-то уживаются? – Вздохнула Зинаида Петровна. – Ужасная, конечно, ситуация, но для них, видимо, это норма.
– Но это же вообще ни разу не норма! Человек должен чем-то по жизни заниматься, а не просто сидеть и пить пиво, да еще и при родителях мужа! – Девушка закипала все сильнее.
– Саш, успокойся. Он взрослый тридцатилетний мужик, сам разберется.
– Взрослый мужик разве допустил бы такое? Я хочу прояснить ситуацию. Вдруг у нее тогда что-то случилось, и это разовая история. Но если нет, то брату надо вправить мозги.
Саша была настроена решительно. Зинаида даже испугалась фанатичного огонька в ее глазах. Она его уже видела не раз, – племянница что-то задумала, значит, скоро что-то начнется.
Так и вышло. Спустя пару дней девушка снова пришла в гости. Ее лицо было бледным и суровым.
– Зинаида Петровна, присядьте, – едва сдерживаясь произнесла она, проходя в гостиную.
Женщина, напуганная настроением племянницы, послушно приземлилась на диван:
– Что случилось?
– Я тут кое-что нарыла. – Девушка достала телефон. – Я подумала о том, что у брата нет соцсетей, поэтому он о чем-то может не знать. А Таня, уверенная, что он ничего не увидит, чувствует абсолютную свободу и может публиковать вообще все что угодно. Я руководствовалась этой логикой.
Зинаида внимательно слушала и кивала. У сына и правда не было соцсетей, поскольку госслужащим это запрещено. Максимум, что у него есть, – это Вайбер. Поэтому рассуждения Саши пока что казались логичными.
– Я нашла ее страничку в соцсетях. И оказалось, что она ведет жесть, какой разгульный образ жизни. Вот!
Племянница развернула телефон экраном к Зинаиде и начала листать фотографии со страницы невестки. Посиделки в ресторанах, клубы, несколько девчонок и толпы мужчин.
С одним из кавалеров Таня часто появлялась на снимках. На некоторых они откровенно обжимались. Сердце женщины сжалось. Ее сына так бессовестно водят за нос, а сделать ничего нельзя?
– Господи, какой ужас. Что же делать? – запричитала она.
– Я уже ему все отправила. Для начала он должен знать, а дальше пусть сам решает. – Саша пожала плечами. – Мне вот что интересно: куда она детей девает? Он на работе, она где-то шляется. А дети с кем?
В этот момент на телефоне высветилось сообщение от пользователя «Братик».
«Спасибо, что сообщила»
Зинаиде стало нехорошо.
«Что если все это плохо кончится? Может, не стоило ничего ему говорить?»
Вскоре она позвонила сыну, чтобы узнать, как у него дела. Голос его звучал мрачно. Понятное дело, что он очень расстроен. Мужчина все рассказал матери.
Сказал, что давно подозревал неладное, и отношения в семье его не устраивали. Раньше жена казалась ему хорошей, в первую беременность начала вести себя странно. Он думал, что это гормоны, и все пройдет. Но со временем становилось только хуже, а с рождением второго ребенка Таня совсем пошла в разнос и стала много себе позволять.
Когда он показал ей те фото, что прислала сестра, Таня спокойно призналась в измене, и заявила, что происходило это не раз. Сын даже радовался, что теперь у него был повод устроить жене скандал и развестись.
