– То есть ты себя относишь к меньшинству? – Теперь уже Алесса удивлённо-насмешливо выгнула красивую бровь дугой.
Вопрос оказался… сложным. В принципе, я всегда был уверен, что более чем способен контролировать низменные желания тела, но именно эта девушка вызывала крайне смешанные чувства. Если бы не ситуация в лифте, я бы с лёгкостью сказал, что к сексу отношусь весьма спокойно. В конце концов, пара лет без женщины вообще далась мне легко, но… швархов ежевичный аромат соблазнительным фантомом плыл в воздухе, и я бы соврал, если бы сказал, что сама девушка в рубашке размера оверсайз и драных джинсах смотрелась несексуально. Скорее, наоборот, дурацкая мешковатая клетчатая ткань будила воображение.
Мой ответ был Алессе настолько важен, что она даже подалась вперёд. Зрачки в фиолетовых глазах расширились, губы чуть приоткрылись, а жилка на шее часто-часто пульсировала.
«А ведь я ей тоже нравлюсь… но она старательно пытается это скрыть».
– Неважно, к какой прослойке общества я себя отношу, – произнёс, тщательно взвешивая слова. Впервые за долгое время я вдруг почувствовал, что беседа напоминает минное поле. Шварх, даже в зале суда такое было со мной очень давно! – Важно то, что любой представитель нашей расы вполне способен держать себя в руках и думать головой, а не тем, что ниже пояса.
– А как же стандартное обоснование, что у чистокровных эльтониек ярко выраженные доминантные гены, благодаря которым рождаются лишь девочки? – с неприкрытым сарказмом переспросила гостья. – Мы таким способом просто ищем себе мужчину для продления рода, ведь на Эльтоне их практически нет. Когда видим хоть сколько-то подходящего самца, нам просто «сносит крышу», сама природа требует спариться, чтобы раса не вымерла.
Я не обманывался. Разумеется, Алесса так не думала. В её словах сквозило столько горечи и самоиронии, что лишь глухой бы этого не услышал. Алесса искренне ненавидела сложившееся мнение об эльтонийках и была обижена на всю ситуацию не меньше, чем я сам.
Пурпурные с благородным малиновым оттенком волосы после прыганья по «соцветиям» водных цветов на балконе разметались по плечам и спине эльтонийки, а умные миндалевидные глаза смотрели с не поддающимся расшифровке выражением. Высокие скулы, нежно-золотистый оттенок кожи, длинный гибкий хвост с мягкой кисточкой… Лицо без яркого макияжа даже приятнее, чем с ним.
Несколько секунд я смотрел на девушку и всё не мог понять… Откуда она взялась такая? Красивая, пахнущая как дурманящий ежевичный шэйтарри и такая… уязвимая. Кто её так сильно ранил, что в своей глухой обороне она похожа на шипящую кошку из подворотни, которой уже нечего терять? Что не замечает даже того, что я на её стороне?
Я отрицательно покачал головой.
– Все проблемы нашей расы кроются в отношении к чистоте генов. Это нездоровая ситуация, когда репутация и положение эльтонийки напрямую зависят от её внешности. В тот момент, когда женщины перестанут морщиться при виде девочек с «неправильным» цветом кожи или жабрами на шее, прекратят высылать смесков за орбиту, а рождение похожих на отцов мальчиков больше не будет позором, всё изменится. Крайне медленно, поколение за поколением, но изменится. Сами эльтонийки перестанут стыдиться своих сыновей и… избавляться от них. Постепенно выходить замуж и заводить детей в браке станет нормой, как у большинства граждан всей Федерации, а следовательно, пропадёт и вся дурная слава о нашей расе.
– Удобную ты занял позицию, сам-то чистокровный эльтониец, – хмыкнула Алесса. – Получается эдакая политическая проституция – вроде и гражданин Эльтона, и пользуешься всеми правами планеты, а вроде и осуждаешь со стороны…
Я сам не заметил, как чашка в руке треснула и кофе обжёг ладонь.
– Ты и представить себе не можешь, что было в моей жизни до того, как я получил статус «гражданина» Эльтона! – Я разозлился не на шутку.
– О, то есть ты уникальный честный адвокат? И статуса «гражданина» добился тоже честным путём?
Шах и мат, задери эту… студентку! Моя бурная молодость не отличалась законными действиями. Конечно, я никогда не убивал и не крал, но, чтобы получить желаемые документы, мне пришлось даже пойти на небольшой шантаж должностного лица, входящего в состав Аппарата Управления Планетой. С тех пор со всеми нелегальными вещами я строго-настрого завязал.
Я с раздражением встряхнул ладонь от осколков чашки, поморщившись, когда один особенно острый всё же впился под кожу. Кто бы мог подумать, что разговор с первой встречной девушкой затронет моё прошлое так глубоко? И вроде бы я мог вызвать аэротакси и послать гостью ко всем швархам…
– Алесса… возможно, в моей жизни и есть вещи, которыми я не горжусь, но я действительно всегда стараюсь поступать по совести.
– Ещё скажи, что клиентов защищаешь только тех, кто этого достоин, а не тех, чьё дело выглядит выигрышным, – фыркнула красотка.
– Да, это тоже так.
Невозмутимо кивнул и набрал на панели управления офисом код очистки помещения от бытового мусора и вновь повернулся к гостье. Алесса смотрела на меня… странно. Она внезапно облизала нижнюю губу и произнесла с видом человека, решившего прыгнуть в открытый космос без скафандра:
– Слабо́ доказать?
Мои брови удивлённо поползли вверх.
– А зачем мне это?
– Ну… Мало ли. Деньги. Услуга. Жажда справедливости. Я не знаю, что тебе интересно, но если ты возьмёшься, то выполню любое твоё желание. Идёт?
На последних словах Алесса понизила голос до еле слышимого, почти интимного шёпота. За какие-то доли секунды девушка преобразилась. Из глупенькой эльтонийки, которую чуть было не поимели на парковке, она вдруг превратилась в женщину-загадку.
В этот момент до меня с кристальной ясностью дошло, что весь этот странный разговор и полёт во флаере – тщательно спланированная акция. Всё делалось исключительно ради того, чтобы я взялся за дело. Готов поспорить на всё что угодно, что ещё в «Золотом веке» Алесса прекрасно знала, кто я. Да и словосочетание «политическая проституция» никак не подходит молоденькой эльтонийке… будь она трижды студенткой юридического. Если и было в этой жизни что-то, способное меня зацепить по-настоящему, то это разгадывание тайн.
Любопытно, всё же с какого места началась игра? На парковке Алесса определённо испытывала страх, такую реакцию не подделаешь… Скорее всего, она подкарауливала меня в баре. Возможно, даже планировала подойти, но жаждущая развлечений соотечественница спутала ей карты. Как итог, Алесса решила выйти на свежий воздух, чтобы перехватить меня у флаера, но её спутник с поправкой на внешность девушки всё понял неверно.
– Хм-м-м… – сказал я, делая вид, что раздумываю. – У меня слишком много клиентов на ближайшую пару месяцев…
– Это клиент с Карридо, и он не заслуживает наказания. Эрик, если ты откажешься, то его осудят на мучительную казнь! – выпалила Алесса, не мигая. Она пошла ва-банк.
Какое поразительное совпадение… Ещё утром Бен мне предлагал взглянуть на дело преступника с Карридо за двадцать тысяч крекеров.
– И какое же дело студентке, – я выделил слово с нажимом, – до преступника? И откуда ты знаешь, что он не заслуживает наказания?
– Мне поручили курсовую. – Собеседница пожала плечами. – Я выяснила, что мужчину осудили по «финансовому эквиваленту». Не мне тебе рассказывать, что это значит.
К сожалению, я знал. Финансовый эквивалент преступления – это пережиток докосмической эпохи, когда жизнь гуманоида оценивалась слитками золота. Жизнь взрослого работоспособного гражданина – двадцать слитков, ребёнка – пятнадцать, старика, не способного дать обществу практически ничего, – шесть. Вор, ограбивший банк, по тяжести степени преступления, а следовательно, и по наказанию приравнивался к серийному убийце.
– Это же бред… – хмурясь, пробормотал я.
– Бред.
В помещении наступила вязкая, почти ощутимая тишина. От волнения на висках Алессы проступила испарина, а её щёки раскраснелись. Похоже, это дело было ей действительно очень важно. Настолько, что она даже решилась обратиться к знаменитому Эрику Вейссу, хотя, судя по предыдущим репликам, изначально к «чистокровному эльтонийцу» она была настроена враждебно.
– Ладно, я посмотрю дело, – внезапно для себя озвучил решение, и в этот же момент плечи гостьи расслабились, а тишину прервало характерное громкое урчание.
Гостья смущённо дотронулась до живота и отвела взгляд.
– Прошу прощения, я сегодня не ужинала.
– Ничего страшного, у нас тут недалеко есть небольшая кухня для тех, кто настолько занят, что не может спуститься в ресторан. Я сейчас что-нибудь принесу. Располагайся.
Алесса благодарно кивнула.
Я вышел из кабинета, одновременно пропуская робота-чистильщика в помещение, и, не теряя времени, набрал номер Шарлен. Полупрозрачная голограмма тут же соткалась в воздухе и зависла передо мной, пока я уверенно шёл по коридору.
– Привет, Эрик, – хмуро буркнула моя подопечная, практически сразу приняв вызов. – Ты когда дома появишься? Я пришла, а тебя нет и нет…
Судя по одежде, она ещё не ложилась спать.
– Я в офисе на Тур-Рине. Звоню по делу.
– Ещё бы ты звонил не по делу, – фыркнула Ленни, тут же настраиваясь на рабочий лад. – Что надо сделать?
– Ты не могла бы пробить некую Алессу Мариар, студентку юридического… правда, какого института, я точно не знаю…
Ленни хмыкнула, но, не задавая лишних вопросов, потянулась за ноутбуком. В эфире тут же послышался звук щёлканья клавиатуры. Тем временем я зашёл на кухню и первым делом достал из бокового шкафчика аптечку. Застрявший в ладони осколок кружки мешал, да и само место кровоточило.
– Вот как тебе нужна информация, так ты тут же звонишь мне, и как сотрудник фирмы я тебя устраиваю, – заворчала полумиттарка, уткнувшись в экран ноута, – а когда ты дома, то тут же вдруг строишь из себя старшего… ну и зачем мне образование, а?..
– Ленни, по-моему, мы уже это обсуждали, – пробормотал я, доставая пинцетом стекло.
– Нет, ну реально?! – продолжила в «фоновом режиме» негодовать девушка. – Ты сам говорил, что из всей ИТ-команды только системный администратор толково обращается с железом, а программистов приходится менять одного за другим. То влезут в базы данных незаконно, то затупят и неправильно обновят программное обеспечение для бухгалтерии.
– Допустим, в базы данных и ты вечно незаконно лазаешь, вместо того чтобы составить официальный запрос или использовать аналитику искусственного интеллекта…
– Фи, она плоская, как жёсткий диск! Влезть в планетарные базы до сих пор легче. К тому же, в отличие от коллег, я следов в инфосети за собой не оставляю… Так. – Она резко прервалась. – Если ты хотел взять эту Алессу Мариар на практику при фирме, рекомендую несколько раз подумать.
– Что не так со студенткой?
– В том-то и дело, что она не студентка… – Ленни хмыкнула, разворачивая мне экран собственного ноутбука. – Она?
Голограмма передавала экран другого устройства далеко не так качественно, как если бы Шарлен переслала изображение на коммуникатор отдельно, но я всё равно узнал в однотонной голубой проекции сегодняшнюю гостью. Те же выразительные черты красивого лица, пухлые губы, высокие скулы… Вот только вместо потрёпанных джинсов, модных среди молодёжи, и несуразной клетчатой рубашки на Алессе был строгий деловой костюм: обтягивающая юбка-карандаш с завышенной талией, тонкая блуза с воротничком-стоечкой и приталенный двубортный пиджак. Малиновые с пурпурным отливом волосы оказались собраны в изысканный пучок-узел – гладкий, но пышный, а в прищуренных глазах читался открытый вызов. Передо мной была совершенно иная Мариар. Эдакая холодная и неприступная стерва с акульей хваткой. С такой сцепиться в суде – мало не покажется… Я даже мысленно восхитился этой женщиной! Право, мастер перевоплощений!
Я задумчиво кивнул.
– Алесса Мариар, – зачитала Ленни, разворачивая экран ноутбука обратно к себе. – Помощница прокурора, она же младший прокурор на спутнике Нуар-343 планеты Орион-3… Симпатичная эльтонийка, но, боюсь, «Вейсс Юро-Щит» с ней не по пути.
Помощник прокурора, значит, из дальней системы. Любопытно… Обвиняющая сторона настолько заинтересована в оправдательном приговоре, что за стенами суда на «слабо» нанимает адвоката для подсудимого?
– Там есть какие-то пометки по этой Мариар? Количество проигранных дел? Возможно, что-то ещё? Почему она вдруг оказалась на Ионе?
– Да ничего особенного, выигранных дел существенно больше, чем проигранных, хотя общий опыт работы в судебной системе относительно небольшой, – ответила Ленни, быстро вчитываясь в анкету моей новой знакомой. – С Орион-3 в систему Эльтона её рекомендовали после практики в силу принадлежности к расе… ну и потому что на Нуар-343 всё очень тухло… это же краевой сектор Федерации, если я не ошибаюсь. Там, считай, деревня, по сравнению с Эльтоном-то. Диплом, кстати, хороший. Почти по всем предметам высший балл, средние оценки лишь по криминологии и военным делам. В общем-то неудивительно, что она перебралась на Ион. Скорее, удивительно то, что она так долго сидела в своём захолустье с отличным дипломом.
– А там есть что-то про дела, которые она ведёт? – уточнил я.
– Хм-м-м… – Шарлен нахмурилась. – В принципе, да, их тут несколько…
– Найди мне, пожалуйста, то, что касается заключённого на Карридо, и сбрось сообщением. И по Мариар всё, что найдёшь, тоже скидывай. Я спешу.
– Угу. – Ленни пометила себе дело, а затем обернулась и только заметила, что я заклеиваю пластырем ладонь. – Ох, Эрик, у тебя кровь!
– Ерунда, чашка с кофе разбилась. Домой не жди, выполнишь дело – и сразу спать. Хорошо?
– А если не лягу, прилетишь и лично отшлёпаешь?
Шарлен вдруг бросила на меня острый взгляд из-под полуприкрытых ресниц. Не понял, что на неё нашло?
– Ленни, не знаю, где ты этой ерунды набралась и что у тебя за переходный возраст такой, но давай уже завязывай. По-моему, я такого отношения не заслуживаю. Хочешь новый сервер – будет тебе сервер.
И с этими словами, не дожидаясь ответа подопечной, я отключил связь. Закинул аптечку на место, взял из хладогенератора сэндвичи – по моему указанию Бен для сотрудников закупал всё только самое свежее и натуральное – и быстрым шагом вернулся в кабинет.
– Прости, что задержался, – начал я с порога и осёкся.
Прелестная гостья сопела на диване, свернувшись клубком. Голова покоилась на низком подлокотнике, волосы пушистым облаком рассыпались по плечам и спине, рот во сне слегка приоткрылся, и из него забавно торчал кончик розового язычка. Девушка обхватила себя руками, пытаясь не то согреться, не то защититься. Хвост с мягкой пурпурно-малиновой кисточкой слегка подрагивал. Спящая эльтонийка выглядела милой и беззащитной – ничего общего с той голограммой, которую я видел на экране ноутбука Шарлен.
И что мне с тобой теперь делать, Алесса? Я-то как раз собирался ночевать в офисе, а тебе вызвать аэротакси…
Покачал головой, взял плед и единственную подушку из шкафа с бельём. Нажатием кнопки в подлокотнике трансформировал диван в кровать, однако эльтонийка при этом даже не пошевелилась. Лишь когда я сбросил ботинки и бесшумно лёг рядом, Алесса вдруг сонно завозилась и доверчиво прижалась ко мне холодными ступнями и руками, сквозь дрёму почуяв тепло. Прохладный нос щекотно ткнулся в мою подмышку.
– Вселенная, когда ты только успела так замёрзнуть? – Я изумился, накидывая на девушку плед в два слоя.
– Тепло-о-о… – довольно пробормотала эльтонийка во сне и протиснула узкую ладошку между пуговиц рубашки мне на живот. А я замер, окутанный сладким ароматом ежевики и ровным дыханием Алессы.
[1] Подробнее о суде на Танорге в книге «Академия Космического Флота: Аромат эмоций».
[2] Подробнее о свойствах магниса и его связи с водой в книге «Академия Космического Флота: Пограничный филиал».
[3] Хайда – древний ритуал у коренных племён на Ларке, в ходе которого через отбор выбираются сильнейшие воины и именно от них беременеет девушка. Считается дикостью в большинстве Миров Федерации. Подробнее в «Агенте таурель-класса».
Глава 6. Сны и реальность
…Холодный неаппетитный кусок теста с синтетической колбасой и завядшим пучком травы не вызывал у меня интереса. Как назло, домашний робот Тони сообщил, что мама сегодня вернётся поздно. В животе заурчало, я захлопнул дверцу хладогенератора и решительно направился к компьютеру мамы. В конце концов, я много раз видел, как она заказывает свежую пиццу с доставкой на дом! Что я, сам разве не справлюсь?
Экран ноутбука мигнул, разноцветные иконки веером рассыпались перед глазами. Здесь были смешные машинки, один в один как у тёти Лианоры, шарики, крестики, квадратики… В самом углу красовался большой довольный человечек с круглым животом.
«О, вот он точно пиццы наелся!» – сообразил я и радостно ткнул пальцем в иконку. Но почему-то вместо выбора начинки для пиццы на экране вдруг возникло изображение расстроенной мамы и пожилой тётеньки в длинном белом халате с голубыми карманами.
– У вас есть время подумать, не принимайте поспешных решений.
– Да вы издеваетесь?! Вы сами сказали, что это мальчик! Вселенная, это же катастрофа! Когда информация дойдёт до АУЭ, соседи будут тыкать в меня пальцем! Мне заблокируют все скидочные карты в магазинах, меня не пустят на порог ни одного приличного заведения! Хорошо, если работы не лишусь!
– Госпожа Вейсс, полгода назад вы сами говорили, что хотели бы ребёнка…
– Девочку, разумеется! Чистокровную!А не вот это… недоразумение!
– …если вы сейчас сделаете аборт, то уже никогда не сможете иметь детей.
Мама всхлипнула.
– Лучше так, чем жить в позоре и бедности…
Тётя достала из голубого кармана горсть чудаковатых присосок на резиновом шнуре, напоминающих гирлянду для новогоднего дерева, прикрепила их к животу мамы, а затем указала на чёрно-белую картинку на виртуальной панели:
– Госпожа Вейсс, обратите внимание, у плода уже есть зачатки хвоста. Вспомните, пожалуйста, с кем из цваргов у вас были контакты за последний месяц? Среди этой расы встречаются очень обеспеченные мужчины. Как док, я настоятельно рекомендую родить и продать ребёнка биологическому отцу. Так вы и здоровье не потеряете, и финансовое положение поправите.
Мама вытерла слёзы тыльной стороной ладони, хотя выглядела всё ещё грустной.
– Думаете, получится всё незаметно провернуть? В принципе, контакты у меня остались, надо только в записной книге проверить, с кем именно связываться… А если он ещё и больным каким окажется?
Тётенька в халате покачала головой.
– Конечно, на таком раннем сроке я не могу ничего говорить точно, но на первый взгляд плод здоров. Да и цварги, – она поморщилась, – неразборчивы в детях, те ещё простофили. Берут всех подряд. Уверяю, даже если вы с отцом промахнётесь, скорее всего, он не будет делать генетический тест.
– Вы так думаете? – Мама встрепенулась. – А деньги? Транзакцию будет видно, у Аппарата начнутся вопросы. Если всё всплывёт, это будет ужасно! Я боюсь… может, лучше всё-таки аборт?
– Аннабель… я же могу к вам так обращаться? – Пожилая женщина вздохнула и, дождавшись утвердительного кивка, продолжила: – Аннабель, не вы первая, не вы последняя. Не волнуйтесь, всё будет хорошо. Оформить продажу и поступление кредитов на оффшорный счёт незаметно поможет моя близкая подруга. Она как раз работает в Межгалактическом Банке, я сейчас контакт найду для вас… Декларировать доход не придётся.
Она нагнулась, что-то быстро нацарапала на крошечной пластели термопером и протянула записку маме.
– И по деньгам – не продешевите. Цварги – богатая раса. Тысяч двадцать или тридцать кредитов можно смело просить.
***
Я резко вынырнул из сна и ещё несколько секунд унимал бешеное сердцебиение. Шварх, столько лет прошло, а дурацкие воспоминания из детства нет-нет да возвращаются по ночам! Идиотская медицинская система Эльтона, когда все приёмы и назначения в обязательном порядке фиксируются и скидываются в личный кабинет пациента. Администрация их, разумеется, не смотрит. Доступ к ним остаётся только у самого обследуемого, ведь очень часто доки рекомендуют определённые физические упражнения или систему дыхания или дают объяснения, как правильно употреблять ту или иную форму лекарства. После того как выяснилось, что полторы сотни лет назад сама госпожа президент неправильно использовала ингалятор, подсоединяя баллончик не той стороной к камере для дыхания, и из-за этого прожила якобы на пять лет меньше, закон вошёл в Главный Кодекс Эльтона. Таким образом я, будучи мальчишкой, случайно влез в личное приложение матери и увидел то, что мне не полагалось. А вот почему Аннабель не стёрла запись, я так и не осмелился спросить. Очевидно, когда у неё на свет появился не цварг, а чистокровный мальчик-эльтониец, она забыла про тот приём у дока.
Если обычно после кошмаров я больше не мог уснуть и садился за работу, то в этот раз мне не дали даже пошевелиться. Алесса обвила меня ногами, руками и даже хвостом так плотно, как лианы обвивают деревья. Она тесно прижалась всем стройным телом, и стоило мне чуть подвинуться, тут же недовольно нахмурилась и бессознательно туже сжала мою голень хвостом, будто с кем-то боролась за право обладания тёплой грелкой. Я усмехнулся мысленному сравнению и машинально погладил девушку, которая тут же расслабилась от прикосновения. Исчезла вертикальная морщинка между бровей, красивое лицо вновь стало безмятежным.
Я замер, поражённый мыслью, что никогда ни с кем не спал, кроме Элизы… В том самом интимно-сокровенном смысле, когда двое остаются в одной постели на ночь. Женщины никогда не стремились именно в кровать, если уж на то пошло. Моих предыдущих пассий полностью устраивал секс на столе, в лифте, во флаере, в кабинке клуба, туалете ресторана, подсобке рейсового лайнера… Но лежать на спине, притягивая к себе Алессу, оказалось неожиданно приятно. Видение из прошлого тут же отступило, спрятав скалящиеся клыки мерзкого чувства потерянности напуганного маленького мальчика.
Я скосил взгляд на коммуникатор, мысленно приготовившись ближайшие несколько часов лежать на спине и бездумно пялиться в потолок. Стоило мне так подумать, как пьянящий ежевичный аромат окутал сладкой дымкой уюта, глаза закрылись сами собой, а в следующий раз, когда я проснулся, за окном рассвело.
Как я быстро выяснил, разбудил меня не свет, а чей-то наглый хвост, который за ночь с голени перебрался на внутреннюю поверхность бедра. При этом лицо Алессы было настолько безмятежным, что сомнений не оставалось: хвост явно действовал без ведома хозяйки, по принципу «где теплее». И вот там, где сейчас находилась малиновая кисточка, оказалось зверски горячо. И шёрстка ещё такая мягкая… Шварх, так жестоко мою выдержку ещё не проверяли. В паху тянуло. Если бы не дело, клянусь, я бы разбудил красотку и показал, что нельзя… распускать хвост. Но у меня таки было дело. И очень важное. Пришлось собрать всю выдержку в кулак, вдохнуть и выдохнуть, аккуратно передвинуть чужую конечность и проверить почту от Шарлен.
К тому моменту, как длинные шоколадные ресницы распахнулись и на меня с удивлением уставились фиалковые глаза с насыщенной бирюзовой каёмкой, я уже знал практически всё о Камиле Росси – гении, разработавшем инновационный софт для радаров звездолётов.
Росси, работая в крупнейшей корпорации «Танорг Генезис: Астротехнологии», создал принципиально новое программное обеспечение для стандартных локаторов, которыми оснащались космические корабли среднего и малого классов. Благодаря уникальному алгоритму распознавания образов и энерговолн, Камиль добился того, что обычные радары становились чуть ли не более чувствительными, чем последние военные разработки. Камилю были выдвинуты обвинения в краже интеллектуальной собственности. Шарлен коротко пояснила, что программист написал код, имея на тот момент действующий трудовой договор… то есть по всем документам софт для радаров действительно должен принадлежать «Танорг Генезис: Астротехнологии». Однако Росси незадолго до выхода продукта на рынок зарегистрировал его как собственную торговую марку «Сонары Росси». Ленни написала ещё множество поясняющих терминов, которые без утреннего кофе не укладывались у меня в голове, но суть была одна: Камиль совершенно точно не заслуживал тюрьмы на Карридо.
Сонная Алесса пошевелилась, лёжа на моём плече, открыла глаза и с возмущением уставилась на ладонь, лежащую у неё на бедре. Вмиг исчезли томность и мягкость, рядом со мной оказалась разгневанная шипящая кошка.
– Ещё ни одна женщина не укладывала меня так профессионально на лопатки, – произнёс я, глядя на нарастающее негодование гостьи.
– Что?! – Спесь мгновенно слетела с Алессы, она резко выпуталась и как ужаленная подскочила с раскладного дивана. – Между нами что-то было?! Шварх, я ничего не помню!..
От меня не укрылся облегчённый вздох девушки, когда она нащупала помятую рубашку и застёгнутые джинсы. А вот это, признаться, даже слегка задело самолюбие: за всю жизнь ещё ни одна женщина не жалела о том, что у нас с ней что-то было. И это она ещё не знала, где побывала её кисточка сегодня утром.
– О… между нами было всё, – протянул я, с удовольствием рассматривая, как вытягивается лицо красотки от нарастающего изумления. – Ты страстно сопела мне в подмышку, тёрлась хвостом и признавалась в том, что я горячий.
– Да как ты… – Алесса набрала полные лёгкие воздуха, а затем резко выдохнула, словно лопнувший воздушный шарик, наконец-то осознав, что я сказал. – Прости, – произнесла она, поспешно одёргивая рубашку и приводя себя в порядок. – Это привычка из детства. Просто раньше я спала вместе с… братом.
Крошечная заминка не ускользнула от моего слуха. А с братом ли спала эта огненная крошка?
– Алесса, как адвокат защиты я ежедневно общаюсь с искусными лжецами. Надо хорошо постараться, чтобы обмануть меня. – И, не давая девушке опомниться, добавил: – И кем же тебе приходится Камиль Росси, уважаемый помощник прокурора?
Обычно, когда гуманоида ловят на лжи, он или смущается и начинает лепетать что-то невнятное, или, наоборот, яро отрицает враньё – всё зависит от психотипа личности. Я ожидал, что, как только поставлю эльтонийку в известность, что разгадал её способ нанять меня в качестве адвоката, Алесса проявит себя, но неожиданно она расправила плечи и чётко ответила:
– Никем. И раз уж ты обо всём догадался и пробил информацию самостоятельно, давай начистоту. Ты будешь работать над делом Росси?
Я удивлённо кивнул, вновь понимая, что логика Алессы не ложится ни на один известный мне шаблон. Тем временем девушка нашла свою сумку, заплела волосы в аккуратный колосок и, выжидательно посмотрев на меня, сообщила:
– Уже много времени. Мне необходимо лететь по делам. Я могу вызвать аэротакси на крышу здания?
– «Элотара Плазу» обслуживает отдельная компания. Когда выйдешь из лифта, справа в охранной кабине обязательно будет кто-то дежурить, – ответил на автомате и спохватился: – Тебя точно не подвезти?
– Нет. – Эльтонийка отрицательно качнула головой. – Спасибо, но я разберусь. Все имеющиеся документы по делу пришлю сразу же, как только доберусь до рабочего ноутбука.
С этими словами она направилась к выходу из кабинета.
– И что, ты даже не извинишься за враньё?! – крикнул вдогонку Алессе.
– За какое? – спокойно отозвалась девушка.
– Ты сказала, что студентка!
– Помощники прокурора учатся у своих кураторов, а значит, в каком-то смысле являются студентами. Студент – это не должность и не «корочка», это в первую очередь состояние души, когда гуманоид с удовольствием впитывает знания. Посмотри перевод слова «студио», с древнеэльтонийского оно означает «впитывающий знания».
– Но ты не студентка, ты уже помощник прокурора.
– И что? – Алесса пожала плечами. – Если ты всё бросишь, переберёшься за край Федерации и займёшься, скажем, выпиливанием статуй из древесины, разве ты перестанешь быть адвокатом?
Я покачал головой. Вот же… хитрюга! Хотя в какой-то степени она, конечно, права.
– А возраст? Тебе вообще-то шестьдесят пять, а не тридцать!
– Так я и не говорила, что мне ровно тридцать. Я сказала «тридцать мне есть», а уж округлил мой возраст ты сам, – бросила напоследок эта наглая хвостатая личность и скрылась за дверью.
Глава 7. Академия Космофлота
День выдался длинным. После утренней разминки на турниках я несколько раз созванивался с Беном. Секретарь подтвердил, что Камиль Росси – это и есть тот самый денежный клиент, о котором шла речь. Он так обрадовался, что задаток не придётся возвращать, что, несмотря на шесть рук, грохнулся с левитационного гамака, на котором предпочитал проводить большую часть времени.
– Бен, старина, ты не пробовал работать в кресле? Знаешь, это такое сиденье на колёсиках, некоторые им пользуются. Ты так и сломать себе что-нибудь можешь, – спросил я, стараясь не рассмеяться.
– Эрик, старина, а ты не пробовал исполнять обещания? Например, в Академии лекцию прочитать, которую обещал совету адмиралов ещё в том месяце? Это такое заведение на летающей космической станции, в котором учится молодёжь. Ты так из преподавательского состава пробкой вылетишь, – в тон мне ответил обиженный секретарь.
Кривая плоскость эклиптики! Лекции!
Конечно, из-за пропущенных занятий меня увольнять не стали бы, но Бен был прав. В итоге я взял «Тигра» и рванул в главный филиал, по дороге раздавая указания.
Бен обещал согласовать с администрацией тюрьмы личную встречу с Камилем Росси. На Аврору я перекинул всё, что касалось налоговых консультаций и вывода денежных средств со счетов Захранских банков, так и не получивших лицензию федеративного порядка. Верану достался сложный клиент, утверждающий, что завещание двоюродного дяди – подделка, а на самом деле он является единственным наследником. Веран всегда отлично показывал себя во всём, что касалось контрактов и договорного права, так что я со спокойной совестью перепоручил ему вечно недовольного и брюзжащего, но потенциально очень богатого старика.
Ивонн с радостью перехватил эстафету по представлению «Вейсс Юро-Щит» в Галактической Коллегии Адвокатов. Делать там было особо нечего, но передавать ежеквартальную отчётность приходилось. По поводу Ивонна я сомневался, когда принимал его на работу. Он плавал даже в правилах этики, но при этом ларк обладал такой харизмой, что ему многое сходило с рук. А ещё он всегда первым вызывался в командировки на Эльтон, и в какой-то степени это стало решающим фактором. Всё-таки менталитет эльтониек оставлял существенный отпечаток даже на юридическом бизнесе. На заре создания «Вейсс Юро-Щит» я столкнулся с тем, что влиятельные дамочки моей расы наотрез отказывались сотрудничать без так называемого «покровительства». Они не стеснялись ни угроз, ни откровенного вранья, ни лёгкого шантажа. Мой первый офис получил свидетельство о пожарной безопасности лишь с восьмого раза, потому что я, по мнению главной инспекторши, обязан был «уплатить вступительный взнос». После общения с категорично настроенными эльтонийками многие последующие судебные процессы мне показались обыкновенной бумажной волокитой без капли нервов. Так что в каком-то смысле Ивонн был в фирме незаменим, а его, в свою очередь, полностью устраивала работа в непосредственной близости от Эльтона. Пожалуй, Ивонн был первым ларком на моей памяти, который превосходно чувствовал себя вне общества своих сородичей, ведь всем известно, что эти парни предпочитают жить стаями.
Лаура, Дориан и Жульен распределили оставшиеся дела между собой. Эти трое предпочитали работать вместе. Я в двух словах обозначил линию защиты по каждому клиенту и предоставил им полную свободу действий.
Удостоверившись, что «Вейсс Юро-Щит» работает с точностью атомных часов, я переключился на Академию. Черкнул сообщение студентам собрать и подготовить информацию по самым необычным ИТ-делам за последнее десятилетие. За самые оригинальные процессы я пообещал оценки по практике. Профессия адвоката – это не только безупречное знание законов, подготовка клиента к процессу и непосредственное выступление в суде, это также десятки часов кропотливой работы над документами, поиск похожих дел, аккуратный сбор и анализ тонны информации. Последнее я предпочитал перепоручать студентам, ловя две кометы за хвост: они освобождали моё время и сами учились находить прецеденты.
– Маршрут до цели по стандартным космотрассам составляет два часа сорок одну минуту, – вежливо проинформировал бортовой компьютер, когда мы вылетели из системы Эльтона.
Я приблизил 3D-визуализацию маршрута, заботливо построенную «Тигром», и поморщился. Крюк через шестой сектор, пониженная скорость на участке, пролегающем рядом с магнитаром, наверняка очередь на кротовую нору… Б-р-р-р, ну к швархам такой путь.
Я решительно выключил автопилот, переключил тумблером микрореактор в спортивный режим и привычно потянул штурвал на себя, уводя истребитель коротким путём через мерцающее астероидное облако. Не то чтобы этого нельзя было делать, просто мало кто из пилотов любил рисковать жизнью. Однако для бывшего гонщика на трассах вулканической планеты М-14 это было, скорее, детским развлечением. «Тигр» послушно нырнул под один астероид, по дуге обошёл второй, третий… Я прищурился, на глаз прикидывая поля притяжений между следующими парящими гигантами, и подкорректировал антиграв, одновременно ещё чуть-чуть ускоряясь. Знакомое чувство перегрузки накрыло с головой…
…Запах моторного масла ещё можно было перетерпеть, но вкупе с невыносимой жарой, оглушительным дребезжанием антигравитационной подвески и пованивающим накопителем закиси азота, который в этой модели кара был установлен не под капотом, а прямо на соседнем с водителем сиденье, – отвратительно.
Внезапно флаер тряхануло со всей мощи – засранец Ален всё-таки подкараулил момент и попытался отжать меня на повороте перед входом в туннель, но я вошёл в тёмный зев скалы на сотую секунды раньше. Острая боль прострелила бровь. К общему запаху добавился ещё и резкий металлический.
Плевать… Я приду первым! Я заработаю денег, чтобы раз и навсегда убраться с Эльтона и больше ни от кого не зависеть…
– И-и-и-и несравненный Эльтониец приходит первым! Поразительно, третий раз подряд он побеждает, да ещё и как красиво, вырываясь в лидеры фактически в последние минуты! – раздаётся голос комментатора гонок из всех колонок на всеобщем, а затем переводится дешёвым ретранслятором на основные языки Федерации.
Я презрительно фыркнул. «В последние минуты». Ну-ну… я специально держал близкую дистанцию к Алену большую часть трассы и обогнал алый кабрио лишь на последнем круге, чтобы собрать куш покрупнее в следующий раз. Пока зрители верят, что победа даётся мне адским трудом, они будут колебаться, ставки – распределяться более или менее равномерно между любимчиками публики, ну а я, ставя на себя, заработаю больше.
Крутанул руль одной левой и направил флаер на парковочную платформу, правой придерживая гермошлем. Шварх… После подсечки Алена всё как в тумане, и в ушах шумит. Надо поскорее отложить достаточную сумму крекеров и завязывать с гонками. Организаторы, между прочим, мне ещё за предыдущий заезд премию не выплатили…
Я выбрался из слегка помятого кузова и, не обращая внимания на подскочивших механиков, покачиваясь, направился в личную раздевалку. По привычке стянул гермошлем сразу же, как задёрнул занавеску, повернулся и вздрогнул от неожиданности.
– Ох, у тебя всё лицо в крови! Дай я посмотрю…
Первым желанием было рыкнуть на очередную наглую фанатку, пробравшуюся в личное пространство, и выставить её за те несчастные шесть квадратных метров, которые мне полагались как участнику заезда. Но слова застряли в горле.
Милая девчушка в мятом переднике уборщицы на коленях отмывала пол и скамейку для переодевания от машинного масла, которого здесь было больше, чем пыли на Захране. Искренняя тревога плескалась в огромных глазищах цвета тропического океана. То ли синих, то ли зелёных. Такого же яркого цвета оказались косы и кисточка на непропорционально коротком хвосте. Передо мной стояла полуэльтонийка-полумиттарка. Совершенно нескладная, с плоской грудью, выпирающими ключицами в круглом вырезе платья и острыми коленками в синяках и ссадинах, выглядывающими из-под подола мятой юбки. Худющая, невысокая, растрёпанная и с красными пятнами на лице и шее от усердной работы. Разрез глаз, золотистая кожа, форма скул, носа, черты лица – как у чистокровной эльтонийки, но всё остальное буквально кричало, что отец девушки – миттар.
Пока я разглядывал незнакомку, она поднялась с колен, ловким движением распечатала новую влажную тряпку и потянулась к моему лицу.
– Да погоди, грязь не занесу. Это одноразовые салфетки, я же свежую взяла! – произнесла она, нахмурившись, когда я резко дёрнулся.
Привычка не давать свои волосы, кровь, да и вообще любые частицы, которые могут содержать ДНК, плотно въелась в подкорку. Даже за слюну при желании я мог бы договориться, чтобы мне заплатили. Но я оставлял этот вид заработка на крайний случай…
– Ну вот, ведь не больно же. – Девушка лучезарно улыбнулась, проведя тканью рядом с глазом, а потом по щеке. При этом она приподнялась на цыпочки и забавно закусила щёку, будто делала что-то архиважное. – Меня, кстати, Элиза зовут, но для друзей я просто Лиз.
– А я Эрик, – представился настоящим именем, как последний дурак. Надо было сразу выставить девчонку из раздевалки, но почему-то рука так и не поднялась.
– Ну всё. Кровь смыла. Хорошо бы, конечно, показаться доку, но на это нужно хотя бы с десяток кредитов, – вздохнула она, отходя на шаг, чтобы осмотреть результат труда.
Я мысленно усмехнулся. Десять кредитов – это на М-14. На Эльтоне посещение дока с такой царапиной стоит от силы три. А для меня, как для уникума, вообще бесплатно, вот только доки ещё литр крови «на анализы» откачают, чтобы «удостовериться, что это действительно царапина».
– Ерунда, само заживёт, – ответил я, с изумлением наблюдая, как незнакомка, не задумываясь, выбрасывает салфетки в утилизатор.
Не прячет их. Не старается сохранить. Просто выбрасывает.
– Погоди, у меня с собой в сумочке есть обезболивающее, сейчас дам…
Синевласка отворачивается, что-то ищет в своих вещах, а когда вновь поворачивается ко мне, внезапно громко ойкает.
Пока она искала лекарство, я снял подшлемник и гоночный комбинезон. И без того большие сине-зелёные глаза Элизы становятся просто-таки огромными. Она растерянно смотрит на моё лицо, волосы самого популярного малинового оттенка на Эльтоне, на хвост с кисточкой, а не шипом, как у цваргов, нервно икает и выдаёт:
– Так ты что, действительно эльтониец? Это не просто прозвище?!
***
Очередной астероид попался на моём пути, и я без зазрения совести расщепил его боевым лазером в мелкую крошку. Истребитель стремительно вырвался из астероидного облака, оставляя за собой шлейф льда и каменной пыли. Навигатор тихо пискнул, сообщая, что найден новый маршрут. Я довольно усмехнулся, вновь щёлкнул тумблером, передавая управление технике, и переключился на оставшиеся дела. Я как раз вводил в расписание тему лекции – «Финансовый эквивалент преступления» – когда «Тигр» перехватил входящий вызов от Киара Леру.
С бывшим соседом по комнате у нас с самого начала установились весьма натянутые отношения, и выпуск из Академии ничего не изменил. Он был уверен, что я увёл у него девушку, когда мы учились в Космофлоте, и излишне ревностно относился к любому взаимодействию с его женой. Если бы не моя глубокая признательность его старшему брату – адмиралу Юлиану Леру – и не менее искреннее уважение его жены – Анестэйши Радосской – то я вообще не стал бы общаться со вспыльчивым и заносчивым цваргом. Но…
– Принять вызов, – со вздохом скомандовал «Тигру».
– Вейсс. – Голограмма мощного цварга в форменном мундире с золотой нашивкой на груди и эполетах соткалась прямо в рубке истребителя и безо всяких вступительных речей тут же потребовала ответа: – Ты где?
Весело хмыкнул.
– М-да, вот что Космофлот с гуманоидами делает. Ни тебе «Привет, Эрик, давно не виделись», ни «Сколько лет, сколько планет». Приличные гуманоиды обычно здороваются, Киар. Смотрю, тебе настолько нравится ходить в ранге адмирала, что ты со всеми потрохами вжился в роль неотёсанного солдафона. Ой, или ты всегда был таким? Я что-то запамятовал.
– Вейсс, хватит паясничать! – прорычал адмирал Леру-младший.
Даже сквозь зыбкую голограмму было видно, что глаза цварга покраснели – явный признак подступающего бешенства. Ух, давненько я не злил бывшего однокурсника всего лишь несколькими фразами. Приятно знать, что не теряю сноровку с годами!
– Лечу сейчас в Академию, через сорок минут уже буду там. У меня лекция, ну и если тебе что-то от меня требуется, то как раз могу заглянуть. Ты же тоже на станции? – Киар показался мне хмурым, а потому, ведомый детским порывом подёргать цварга за рога, я добавил: – Анестэйша с тобой? Я бы заглянул к вам на чай.
Но, вместо того чтобы разозлиться, Киар неожиданно успокоился. Белки глаз собеседника посветлели. Он приподнял надменно подбородок и ответил:
– Я был на дежурстве и перехватил сигнал из Системной Полиции Эльтона. Они просят тебя не покидать сектор Эльтона и вернуться. Ты можешь посещать Ион, Тур-Рин и пару соседних планет, но полёты на главный филиал Космофлота на текущий момент ограничены.
Что? Ограничены?!
– С какой стати?.. – я начал было возмущаться, но сразу вспомнил о нелепом иске, выставленном Розалиндой за якобы домогательство в туалете здания суда. Вот же зараза! Сумела и тут подгадить… – Вообще-то, Системная Полиция какого бы то ни было Мира не имеет права ограничивать моё перемещение…
– Послушай, Эрик, – Киар впервые за диалог обратился по имени. – Я не знаю, какие у тебя проблемы, но уверен, что ты как всегда с ними справишься. Разворачивай истребитель и лети обратно на Эльтон или Ион. О замене лекции я договорюсь. Если хочешь увидеть Анестэйшу, то прилетай, когда решишь все… недоразумения с законом. Ей сейчас вредно волноваться.
П-ф-ф-ф, кто бы сомневался, что Киар придумает причину, чтобы я не пересекался с его женой.
– Откуда ты знаешь, что я на истребителе? – Прищурился, рассматривая голограмму цварга.
Всё-таки хорош, чертяга, как ни крути. Оно и понятно, почему такая девушка, как Стася, его выбрала.
– Ты запланировал лекцию, а в соседнем парсеке от Академии внезапно разнесло несколько небесных тел. – Леру-младший хмыкнул и, глядя на моё удивление, пояснил: – Радары засекли. Может, я и неотёсанный солдафон, Вейсс, но сложить два и два могу. Всего космического.
Связь оборвалась, а я не выдержал и громко выругался… Какого шварха? Мы уже как много лет не делим одну каюту на двоих, а Киар всё равно считает себя вправе мне указывать, что делать, и отменять мои лекции! А не прогуляться ли ему в чёрную дыру?!
– Сэр, мне поступил запрос от Системной Полиции Эльтона с требованием вернуться на планету. – В мысли вмешался бортовой компьютер. – Мне изменить конечную цель маршрута?
– Нет, «Тигр», – решительно ответил. – Как ты помнишь, у меня всё ещё есть удостоверение военного, а значит, я не обязан подчиняться Системной Полиции. Всю мощность на гипердвигатели. Хочу прилететь в Академию как можно скорее.
«Тигр» понял меня с полуслова, недаром техника с Танорга. Взревели турбины, загудели кулеры, зашелестела система климат-контроля. Я вновь перехватил управление истребителем и менее чем через семнадцать минут уже штопором входил в шлюз станции, заставляя операторов ругаться самыми неприличными выражениями в прямом эфире.
Глава 8. Адмирал Леру
– Итак, студенты, кто мне ответит, какая правильная стратегия защиты клиента, если сторона обвинения привлекает свидетеля? Суд открытый, с присяжными.
– Господин Вейсс, уточните, пожалуйста. – Кадет-цварг с витыми чёрными рогами поднял руку. – А на какой планете проходит процесс?
– Неважно. – Я покачал головой. – Меня интересует общая стратегия.
Лекторий притих. Студенты переваривали вопрос, девушка с заднего ряда робко подняла руку.
– Да, кадет Флай?
– Ну… мне кажется, что если суд с присяжными и у обвинения есть свидетель, то надо пытаться договориться в мирном русле до минимального срока…
– Неправильно, садитесь. Плохо, кадет Флай. Ещё варианты? Вообще кто-нибудь домашнее задание делал?!
