– Да, смелый был, трусов у нас не бывает, – продолжил Сергей. – Только вот не доехал он до дома. Пропал, был человек, и вот нет его, и следов никаких нет. И милиция искала и военная прокуратура, ничего и никого не нашли. Сошел он с самолета в аэропорту Кольцово и все. Когда это дело открылось, пошли мы с Виктором к нашему командиру, капитану Федору Остапенко, и рассказали все как на духу и про брошку эту проклятую и про Лехину затею с барыгами.
– Капитан у нас мужик правильный… был, за своих всегда горой стоял, – продолжил Виктор. – Пошел он к замполиту, о чем они толковали никому не ведомо, только на другой день отправился он в командировку, опять же в этот город Свердловск.
– Женат был наш командир, жена и дочка семилетняя, остались ждать его. Только через две недели вызвал нас замполит и, ни с того ни с сего, устроил нам выволочку. Все наши старые грехи припомнил, орал на нас так, что самого чуть удар не хватил. Красный стал весь. А потом сел на стул, махнул рукой и сказал: «Нет больше вашего командира, Федора Остапенко, сбил его маневренный тепловоз на станции Дружинино. Следователь сказал, что пьяный был, так вскрытие показало».
– Да-а, – протянул Игорь. – Далековато отсюда Дружинино…
– Не в этом дело, Игорек, – грустно продолжил Сергей. – Дело в том, что наш капитан вообще не пьет. Он не пьет спиртное нигде, ни с кем, и ни в каких обстоятельствах. Он не пьет ни шампанское, ни пиво и никакие напитки, где есть хоть капля алкоголя. Вот так-то. Труп его доставили в запаянном цинковом гробу. Одежду и вещи жена опознала. Гроб она потребовала открыть, не знаю, как Ольга выдержала это зрелище, – характер у нее железный, – но труп она опознала.
– На другой день после похорон, – снова заговорил Виктор, – она пришла в нашу с Серегой комнату с бутылкой ямайского рома. Сама-то она, в отличие от мужа, иногда позволяла себе рюмку, другую, но не более того. А в этот раз, она на себя была не похожа. В глазах ни слезинки, а взгляд… Описать невозможно, так смотрят в прицел снайперской винтовки. Возле рта появились морщинки, а ведь совсем еще молодая женщина. Выпили мы, посидели, еще выпили, только хмеля ни в одном глазу, ни у кого.
– Вот тогда и говорит она нам, – сказал Серега. – Смотрит, тем самым взглядом и говорит: «Я им своего мужа просто так не прощу. Все равно докопаюсь до правды!» Спокойно так сказала, но даже мне жутко стало, а уж я-то бояться давно отвык.
– А вот тут, – снова заговорил Виктор, – мы с Серегой сказали ей, что сами с этим делом разберемся. Мы люди свободные, в смысле отпуска у нас пока не использованы, дома нас никто особо не ждет, и мы найдем душегуба, или душегубов. Моряки своих не бросают: ни живых, ни мертвых. А вы Ольга Викторовна, воспитывайте дочку. Через месяц мы вернемся и отчитаемся перед вами, как перед нашим капитаном.
– Отпуска нам дали сразу, – продолжил Серега. – Никто даже не поинтересовался: куда собрались. Замполит только пошутил: «Если не вернетесь, – расстреляю лично».
– Но это еще не все, – опять сказал Виктор. – Самое интересное впереди. Пошел я на почту, проверить корреспонденцию до востребования. Сколько дней идет почта до нашей точки дислокации на камчатке, я рассказывать не буду. Тут надо сочинять поэму, а я не мастер. Так вот получаю я вдруг бандероль, а от кого бы вы думали? От Гюзель Юсуповой! Кто-нибудь знает эту даму? Я лично – нет! Но данные получателя мои. Принес в общагу, Сереге показываю. Вскрывать – не вскрывать? А он мне: «Если тебе адресована, – вскрывай! Может тайная обожательница прислала». Ну вскрыл я бандерольку, небольшая такая коробочка оказалась… А в ней записки нашего командира Федора Остапенко и несколько фотографий. Кто такая Гюзель Юсупова пока пусть останется тайной, возможно к нашему делу, она отношения не имеет.
Мы, Игорь, твою записку прочитали, правда, без твоего ведома, теперь ты должен прочитать записки нашего командира.
С этими словами Виктор достал несколько потертых листочков. Было видно, что их читали и перечитывали не один раз. Игорь взял листки в руки и углубился в чтение.
9 сентября. Собираюсь в командировку в Свердловск, я должен выяснить, куда пропал мой подчиненный Леха Круглов. Судя по тому, что рассказали Сергей и Виктор, дело очень нехорошее, но моряки своих не бросают. Эти записки, при удачном завершении дела, никто не прочтет, если вы читаете их, значит, моя миссия не удалась.
Я одолжил у Ольги ее браслет, вещь старинная и, наверняка, дорогая, но дело даже не в цене. Она отнеслась с пониманием. «Жизнь человеческая бесценна, а это всего лишь украшение, – сказала она». Замполит одолжил мне маленький фотоаппарат, вещь, конечно, не для разведчиков, но размером со спичечный коробок. При известной сноровке можно незаметно вести съемку.
12 сентября. Снял комнату в районе студенческого городка. Сходил в прокуратуру города, узнал, что розыск продолжается, но результатов нет. Сходил в МВД, добился, чтоб показали фотографии неопознанных трупов за последние два месяца, – помню его татуировку на левом плече, но Леху я не опознал.
14 сентября. Начал поиски Лехи, через криминальную среду. Засветил Ольгин браслет у ломбарда. Сдавать, разумеется, не стал, якобы не понравилась цена, хотя цену он назвал, ой ей ёй. Не знал, каким сокровищем владеем. Тут же, едва отошел от прилавка, ко мне подошел мужичек, затрапезного вида и предложил цену выше. Я сделал вид, что задумался и предложил встретиться завтра. Мужичек согласился и назначил встречу в ресторане напротив. Я постарался незаметно проследить за ним и увидел странную картину: он шел по тротуару, вдруг остановилась белая волга, открылась задняя дверь, высунулась женщина, что-то крикнула, и мужичек мгновенно юркнул в машину. Я успел сфотографировать момент посадки, но женщина в кадр не попала. Вечером я внимательно осмотрел предполагаемое место встречи, в ресторане посетителей было немного, я заказал скромный ужин и постарался незаметно сфотографировать сидевших посетителей. Когда я вышел, заметил за собой слежку.
Завернув за угол, я быстро встал за дерево. Два парня, что шли за мной вдруг остановились в растерянности. Мне удалось их незаметно заснять. Затем я снова дал обнаружить себя и еще час водил их за собой по городу, но светить свое жилье не собирался и поэтому внезапно прыгнул в отъезжающий автобус. Сделав еще две пересадки и убедившись, что слежки нет, я отправился домой.
17 сентября. За три дня произошло много событий. Мне, благодаря своей выучке, удалось вырваться из ловушки, а вот Леха, как видно, не смог… Но опишу по порядку.
Вечером 15 сентября, я пришел в ресторан на встречу с тем мужичком. Заказал ужин, но когда официантка принесла мне заказанное блюдо, она вдруг наклонилась ко мне и тихо сказала: «Уходите отсюда, товарищ офицер, это очень опасные люди…» Я удивленно посмотрел на нее, но она быстро ушла. Все шло по плану. Двое парней, которые пытались следить за мной, сидели за столиком у самого входа. Мужичка, которого я ждал, в зале не было. Внезапно и без приглашения за мой столик села женщина. На вид ей было лет сорок, но фигура была безупречна, затянутая в строгий серый костюм: юбка и жакет, под ним белая блузка. Лицо, чуть тронутое косметикой было бы красивым, если бы не глаза… Серые глаза, вроде бы ничего особенного, только взгляд был какой-то нечеловеческий. Так смотрят волки на свою жертву, перед тем как вцепиться ей в горло. Тем не менее, она улыбнулась мне, и сказала мягким грудным голосом с хрипотцой, которая иногда бывает у курящих женщин:
– Здравствуйте, Федор, меня зовут Анна Иоановна. Тот, кого вы ждете, не придет. Это мой человек и вы будете иметь дело со мной. Товар с вами?
– Да, конечно, – ответил я и полез в карман.
– Нет, не здесь, – сказала она, – идемте за мной. Надеюсь, вы меня не боитесь?
В ее улыбке мелькнула насмешка. Нет, ее я не боялся, я не боялся и тех парней у дальнего столика и спокойно вышел вслед за ней к машине. Я был готов ко всему, те парни мне не соперники, а ее я вообще не брал в расчет, но, как оказалось, напрасно…
Очнулся я ранним утром, в окно чуть брезжил рассвет. Я лежал на кушетке, в незнакомой комнате, руки и ноги были связаны. Прямо передо мной сидел майор милиции.
– Ну, что, капитан? – сказал он, увидев, что я очнулся. – Люди гибнут за металл. Наша императрица не щадит никого. Ты уже второй морпех, которого за побрякушку грохнут… Я только выполняю приказ, так что не обессудь. За ней такие люди стоят…
Пока он говорил, я опробовал путы на руках. Связали меня явно дилетанты. Если бы майор вышел, мне хватило бы пяти минут, чтоб освободиться. На мое счастье на улице послышался шум подъезжающего автомобиля.
– Ну, наконец-то, – сказал майор. – Полежи пока, орать не советую, впрочем, береженого, бог бережет.
Затолкал он мне в рот какую-то тряпку и вышел. Руки я освободил быстро, выдернул дурацкий кляп, но орать, конечно, не стал, а подошел к двери. Майора я оглушил, как только он вошел, с вошедшим вслед за ним парнем поступил жестче, просто свернул шею. Третий паренек, который шел следом за ними, выхватил ПМ, но выстрелить не успел. После моего удара он тоже не жилец. Я осторожно вышел во двор и увидел стоявшую там белую волгу. Водитель, протирал лобовое стекло. Увидев меня, он быстро открыл дверцу и юркнул за руль, но ехать ему было некуда, ворота частного дома были закрыты. Я вытащил его из машины и аккуратно вырубил. Затем вернулся в дом, взял веревки, которыми был связан и аккуратно, но надежно связал майора и водителя. Обыскав всех своих жертв, я к великой радости нашел свой фотоаппарат в кармане у майора, а вот браслета не обнаружил, хотя документы были на месте. Записав адрес столь негостеприимного дома, и оставив на кушетке ПМ, я отправился к ближайшему телефону-автомату и вызвал наряд. Ждать наряд я, естественно, не стал, а отправился к себе на квартиру обдумать ситуацию.
Вчера в студенческой фото-студии, я, с помощью моих друзей студентов, проявил пленку и напечатал фотографии. К сожалению, Анны Иоановны на них нет, но есть другие личности, участники банды: майор и водитель.
18 сентября. В милицию решил не ходить, там меня арестует тот же майор, а потом грохнет при попытке к бегству. Ему-то терять нечего. Отправлюсь прямо в ГБ. Приготовил бандерольку с фотографиями и вложу туда эти записки. Отдам ее той официантке из ресторана, которая пыталась меня предупредить. Кстати, хорошая девушка, Гюзель зовут ее. Я ей накажу отправить посылку на адрес нашей части, а конкретно тебе Виктор, если не появлюсь в течение пяти дней.
Виктор, если вы с Серегой читаете эти строки, значит дело куда хуже, чем можно предположить. Вы мальчики взрослые, сами скоро станете командирами, поэтому сами решите: как следует поступить. Помните парни, – наш замполит, мужик правильный, но прежде всего, он замполит.
Ольге моей письмо показывать не надо, лучше пусть считает пропавшим без вести.
Федор Остапенко. 18.9.72
Дочитав записки и просмотрев фотографии, Игорь сказал:
– Я эту Анну Иоановну и без фотографий узнаю, найти бы только ее логово. Этот дом, который вы нашли, я тоже знаю, побывал там, как и ваш командир. Двух охранников этой Анны Иоановны я ликвидировал и саму ее ушиб немного. Теперь жалею, что не свернул ей шею. В милицию я тоже сообщил, теперь понимаю, почему она так быстро вывернулась. А ведь сдал я ее в такой ситуации, когда прямая дорога в тюрьму…
– Ладно, – сказал Серега, – как ты к ней попал, спрашивать не будем. Ясно, что повторил Лехину дорогу. Зато теперь нас трое, и мы от этого балагана камня на камне не оставим.
– Так какие будут предложения? – спросил Виктор.
– Я предлагаю, захватить в этом доме языка, и как следует поспрашивать его, – сказал Серега.
– У меня есть идея получше, – ответил Игорь. – Надо найти эту официантку, Гюзель, и у нее осторожно разузнать об этой даме, которая так старается походить на исторический персонаж. Официантки знают многое о завсегдатаях своих заведений. Только действовать надо тонко и аккуратно, чтоб не напугать девушку и не подставить. А то Анна Иоановна дама мстительная и в средствах неразборчива.
– Так давай это тебе и поручим, – предложил Виктор.
– Мне нельзя появляться в ресторане. Меня там знают и, вообще, если вы помните, я на крючке. Меня надо использовать в качестве наживки, чтоб выманить нашу акулу.
– Верно. Тогда пусть идет Виктор, у него с женщинами лучше получается, – ухмыльнулся Серега.
– Нет. Вы пойдете оба, но по отдельности. Виктор будет пытаться понравиться официантке, а Серега на подстраховке. Я тоже буду поблизости. Если увижу Анну Иоановну, постараюсь подстраховать вас. Я до сих пор не понимаю, как она смогла меня вырубить, и капитан об этом не написал. Предлагаю в ресторан на обед, а сейчас надо немного поспать. Вечером у нас может быть много работы. Кстати, мужики, форма морпеха, она, конечно, внушает уважение, но для нашего предприятия не годится, надо гражданскую одежду.
Для понимания дальнейшего повествования читателями двадцать первого века, рискну сделать несколько замечаний. В начале семидесятых годов прошлого столетия полностью отсутствовали такие понятия, как сотовая связь, видеонаблюдение, интернет и даже обычный проводной телефон был привилегией высших слоев общества. Автомобиль, как гласила известная пословица, был не роскошью, а средством передвижения. Только большая часть населения Союза произносили ее с иронией. Чтоб приблизиться к истине, скажем, что в те времена это было роскошное средство передвижения, и было этих средств на дорогах города крайне мало. Такое понятие, как автомобильная пробка, вовсе не существовало, об этом и помыслить было дико. Угнать автомобиль, при известном умении, конечно, можно, только очень ненадолго, поскольку дороги пусты, а у милиции есть транспорт и рации.
К ресторану Игорь подошел первый, он осмотрелся и обнаружил на противоположной стороне улицы в тени густых кустов акаций скамейку, где и расположился. Закурив сигарету, он ожидал своих товарищей, наблюдая за входом в ресторан. – Позиция безупречна, – подумал он. Первым вошел Виктор, одетый в серый костюм, сидевший на нем не без некоторого изящества. Через несколько минут появился Сергей. Игорь с трудом узнал его: светлые брюки, желтая рубашка и легкая курточка, по цвету гармонирующая с брюками, полностью преобразили его. Рубашка, конечно, намекала на ВМФ, но это только добавляло шарма. В результате Игорь даже не заметил, как на скамейку к нему подсел старичок, одетый явно не по погоде. На нем был болоньевый плащ и шляпа, седая бородка и очки придавали ему какой-то странный, чужеродный вид. Такой вид бывает у человека, который изо всех сил старается не быть узнанным, а поскольку опыта в маскировке нет, то получается наоборот, только привлекает к себе внимание.
– Товарищ кого-то ждет? – спросил он, слегка картавя и моделируя одесский акцент.
– Я жду девушку, – с неудовольствием ответил Игорь.
– Ваша девушка сегодня не придет, – продолжил старик, – но я знаю, где ее найти.
– Шли бы вы, папаша, своей дорогой, – разозлился Игорь.
– Товарищ лейтенант, послушайте меня, и ваша жизнь не будет короткой.
Игорь уставился на странного собеседника и не нашелся, что ответить.
– Поверьте мне, один вы не сможете справиться с ней. Анна Иоановна совсем заигралась, ее боятся даже ее покровители. Мало того, что она на корню уничтожает честную коммерцию, так еще начала убивать людей. Я имею в виду наших людей.
– Продолжайте, я готов выслушать вас. Расскажите мне, где ее найти, и я смогу решить свои проблемы и ваши.
– Я вам все расскажу, только одному вам не справиться, а милиция тут не поможет, скорее наоборот.
– На этот раз я не один. Мои друзья ведут разведку, я на подстраховке. Но теперь с вашей помощью, мы сможем найти ее быстрее и проще.
– Ее особняк находится за городом, адрес и план дома в этом пакете, – продолжил незнакомец, передавая пакет. – Охрана там серьезная, два человека… вооружены. Но собак нет, ненавидит она собак. Зато есть связь с милицией, причем не только по телефону, и это нужно учесть. И запомните Игорь, один вы не справитесь, но если у вас есть друг, то и надежда есть.
– У меня два друга, и у них свой интерес в этом деле. Мои друзья, морпехи, с охраной справятся, я с телефонной связью разберусь.
– И последнее, не верьте этой женщине: что бы она ни говорила, что бы ни посулила. Стреляйте сразу, иначе она вас уничтожит.
– Спасибо вам за информацию, если все получится, то надеюсь еще раз увидеть вас и отблагодарить. Извините, не знаю, как вас зовут.
– Пока вам лучше этого не знать, я не хочу повторить судьбу Алексея Петровича, а в случае успеха, извольте. Послезавтра в это же время на этом месте.
С этими словами старичок поклонился и исчез, затерявшись в кустах акации. Игорь оставался на скамейке, наблюдая за входом в ресторан. Через несколько минут появился Сергей, он не спеша осмотрелся и скучающей походкой направился в сторону Игоря. Он сел несколько чуть в стороне и, не глядя на Игоря, сказал:
– Виктор и Гюзель сейчас выйдут, у нее смена кончается. Подождем и пойдем следом. Не нравится мне это местечко.
И действительно, вскоре вышел Виктор с высокой черноволосой девушкой. Игорь и Сергей не спеша двинулись следом. По дороге Игорь объяснил Сергею, что нужная информация уже получена и Виктор может не напрягаться, однако пара, идущая впереди, о чем-то увлеченно разговаривали, смеялись, было жалко нарушать идиллию. Вдруг у обочины остановилась белая волга и из нее вышли два мужика, один высокий и крепкий, другой маленький, невзрачный, и направились вслед за ничего не подозревающей парой, которая уже свернула в переулок. Игорь вдруг понял, что уже не раз видел эту волгу и метнулся вперед. Высокий мужик уже подходил к Виктору, а в руке маленького блеснул нож. В прыжке Игорь достал невзрачного мужичка, и его нож буквально сантиметр не достал спины Гюзель, в этот момент высокий мужик подскочил к Виктору, но выучка морпехов, была на должной высоте. Прошло пять секунд и он уже сидел на асфальте, хватая ртом воздух. Гюзель с ужасом смотрела на, валявшийся на асфальте, нож, а его владелец, извернувшись змеей, вскочил и бросился наутек. Виктор с Сергеем подняли на ноги второго.
– Ты чего-то хотел узнать? – участливо спросил Виктор.
Парень попытался вырваться, но получил чувствительный удар по почкам. На них стали оглядываться прохожие.
– Отпустите его, – сказал Игорь. – Люди смотрят.
Парень уже давно оценил расклад сил и, как только его отпустили, бросился бежать.
– Они сели в волгу, – спокойно констатировал Сергей.
– Гюзель, – продолжил Игорь, – ты в этом ресторане больше не работаешь. Завтра же рассчитаешься. Виктор тебя проводит домой.
– Я живу в общежитии, и я боюсь идти домой. Это меня они хотели убить. Я их знаю, они как-то узнали, что я отправила бандероль того моряка… Я вам должна все объяснить, все так запутано и в милицию нельзя, там этот майор…
– Возвращаемся к нам, – сказал Сергей. – Гюзель, ничего не бойтесь, мы решим все проблемы в течение суток.
Вернувшись на снятую квартиру морпехов, Игорь пересказал друзьям разговор со старичком и вскрыл переданный им пакет, где оказался адрес и план дома. Гюзель дополнила рассказ капитана Остапенко и горько сокрушалась, узнав, что он погиб. Затем они все вместе обсуждали план операции по захвату бандитского гнезда, изучали план здания. Действовать решили этой же ночью. Моряки переоделись в свою униформу, а Игорь съездил на свою квартиру, и забрал вещи, оставив ключ хозяйке в условленном месте.
На последней электричке Игорь и морпехи доехали до платформы Нурьино, дальше двинулись пешком. При слабом свете нарождающейся луны, они прошли четыре километра, едва различая дорогу. Двухэтажный особняк был обнесен забором высотой два с половиной метра. План дома у них был, а вот плана двора не было. Тем, не менее, забор они преодолели со стороны, противоположной воротам. Тут, для тренированных парней проблемы не было. Времени было около часу ночи, но в сторожке горел свет, Виктор осторожно двинулся к двери сторожки. Сергей обходил особняк с другой стороны. Игорь, находясь в тени, контролировал входную дверь. Вскоре свет в сторожке погас и зажегся снова. Это был условный знак. Все окна в доме были темные, правда, это еще не означало, что все спят. Собственно, все – это охранник и Анна Иоановна.
Одно из окон второго этажа было приоткрыто. Игорь осторожно забросил туда крюк на веревке, то, что по-простому, называется кошкой. Крюк был обмотан тряпкой, чтоб было как можно меньше шума. Шум, конечно, все равно получился, но Сергей уже молниеносно поднялся по веревке, распахнул окно полностью и проскользнул в дом. Вслед за ним не столь сноровисто, но все же быстро поднялись Игорь и Виктор. Охранник, успел проснуться, но сделать ничего не успел. Сергей сработал быстро и аккуратно. Игорь быстро спустился вниз, нашел обозначенный на плане электрощиток, рядом с которым располагалась телефонная коробка. Он вырезал изрядный кусок телефонного кабеля и спрятал его в карман. Теперь можно было не спешить.
В спальне Анны Иоановны зажегся свет, Игорь и Сергей встали по обеим сторонам двери, а Виктор спустился вниз проверить остальные помещения.
– Кто здесь! – раздался знакомый с хрипотцой голос.
Дверь приоткрылась и показалась сама хозяйка и пистолетом в руке. Сергей мгновенно вырвал пистолет, а Игорь втолкнул даму в комнату и вошел следом. Комната выглядела роскошно: в углу стояла огромная кровать, посередине небольшой круглый стол, у противоположной стены большой книжный шкаф. Сама хозяйка стояла в ночной рубашке, опираясь на стол одной рукой, другой приводила в порядок прическу. Увидев ночных гостей, обезоруживших ее, она не выказала ни малейших признаков страха.
– А, это ты Игорек, – как-то буднично сказала она. – Ну, что, принес?
От такой наглости Игорь поперхнулся, а затем, теряя самообладание, выхватил нож. В этот момент вошел Виктор и знаком дал понять, что больше в доме никого нет.
– Ну ладно, ладно, шучу я, – гнусно улыбаясь, продолжила Анна Иоановна. – Друзья у тебя хорошие, надо бы их отблагодарить.
Сергей уже убрал пистолет в карман, справедливо полагая, что три здоровых мужика, против одной сорокалетней женщины, могут обойтись без оружия. Виктор внимательно следил за хозяйкой. Она спокойно, все с той же ухмылкой, оперлась рукой на книжный шкаф, и тот, вдруг, отъехал в сторону.
– Да, не пугайтесь вы так, – сказала она, насторожившимся морпехам. – Я просто хочу вас отблагодарить за хорошо выполненную работу.
Она просунула руку за шкаф и вынула пачку банкнот в банковской упаковке: двадцатипятирублевики, – четвертаки, проще говоря. Пачка улетела под ноги морпехам. А в руке женщины уже появился пистолет с неестественно длинным дулом, которое стало двигаться в сторону Игоря. Тот буквально за секунду до появления оружия, поняв, что произойдет, начал разворачиваясь уходить с линии огня. Раздался чавкающий звук, левый бок обожгло, прямого попадания не было, это Игорь понял сразу. А дуло револьвера уже было направлено на морпехов, но тут дама дернулась, и Игорь увидел торчащий в ее горле нож, тем не менее, еще дважды раздался чавкающий звук.
Анна Иоановна лежала на полу. Кровь, хлеставшая из ее горла, заливала пушистый ковер, остекленевшие глаза смотрели в потолок.
– Зацепила? – спросил Сергей Игоря.
– Чуть-чуть поцарапала, – ответил тот, ощупывая левый бок. – Во время ты среагировал.
– Все, уходим. Больше тут делать нечего, – сказал Виктор.
– Нет не все, – ответил Игорь и заглянул за шкаф.
Там была глубокая ниша, в которой лежали пачки банкнот и большой ларец. Игорь вытащил все это на стол. Всего оказалось, пять пачек десяти рублевиков, две пачки четвертаков и пачка сторублевиков.
– Двадцать тысяч, – сказал Сергей. – Моя зарплата за пять лет службы.
Открыли ларец, и зарябило в глазах от женских золотых украшений. Игорь, которого этим богатством было не удивить, перевернул ларец и высыпал все на стол.
– Сколько же крови на них, – сказал он.
