Страница 1 из 6
Яр
Телефон вибрирует. Смотрю на экран – там сообщение от Кристинки Дружининой, моей одноклассницы.
«На линейку идёшь?»
Странный вопрос. Конечно, блин, иду! Одиннадцатый класс, вашу мать! Я ждал этого слишком долго!
Следом приходит сообщение от Мэта.
«Яр, ты на линейку идёшь?»
И он туда же…
Проверяю, который час. Нет, я не опаздываю. Отвечаю Матвею: «Выхожу через пять минут». Но когда точно такое же сообщение приходит от второго моего кореша Костяна, я немного завожусь.
«А имеются сомнения, что я могу пропустить линейку?»
Сегодня первое сентября. Я вернулся в пансион прошлым вечером. Некоторые из одноклассников приехали только сегодня. Я ещё никого не видел. В комнате, предназначенной для двоих, в этом году буду жить один. Так уж вышло. И я очень даже не против.
Да и вообще, моё настроение сейчас сложно чем-то испортить. Я в выпускном классе! Предстоящий год – мой год! Теперь я полноправный и единственный лидер школы. Год обещает быть фееричным!
От Костяна прилетает ответ.
«Решил убедиться, что ты не пропустишь ТАКОЕ событие».
«Какое?»
Я реально не в курсе, о чём он… Представляю, как друган сейчас ухмыляется, торжествуя, что владеет какой-то уникальной инфой. Костян набирает ответ, а я напряжённо жду… Правда, прочитать не успеваю, меня отвлекает резко распахнутая дверь.
В комнату заходят Соболевы. Сразу оба. Вашу ж мать!..
– Агоев, ты занял нашу комнату? – Тимур удивлённо изгибает одну бровь.
Артём бесцеремонно садится на мою кровать.
Ну да, я занял их комнату. Соболевы закончили одиннадцатый и покинули наконец-то пансион. Оставив меня за главного. Какого чёрта им здесь надо?
Застёгиваю пуговицы на рубашке, молча глядя на братьев. Надеваю пиджак… И только тогда с усмешкой произношу:
– Если вы пришли сказать «привет», то не стоило утруждаться.
– Стали бы мы тащиться сюда из-за приветов, – ухмыляется в ответ Тимур и садится рядом с братом. Подбородком указывает на вторую кровать, которая стоит напротив. – Присядь, Яр. Дело есть. Важное.
Твою ж мать! Мне это очень не нравится! Однако подчиняюсь. Раздражённо плюхнувшись на кровать, перевожу взгляд с одного брата на другого.
– У меня линейка через пару минут.
Такое ощущение, что они не знают, с чего начать. Да и лица у них вдруг становятся слишком серьёзными. Мне всё больше это не нравится.
– Ладно, давай я, – подаёт голос Артём, взглянув на брата. Потом переводит взгляд на меня: – Для тебя есть задание на этот год. Нужно присмотреть за нашей сестрой. Она перевелась сюда и будет учиться в твоём классе.
Не-не-не! Ни хрена! Только, блин, не это! Какая ещё сестра у Соболевых? Откуда она взялась, блин?!
Увидев мою охреневшую рожу, подключается Тимур.
– Отказаться не получится, Агоев. У нашей сестры очень деликатная ситуация. С неё нужно прям пылинки сдувать. И не дай Бог, кто обидит.
Мои кулаки непроизвольно сжимаются. Вскакиваю и рявкаю возмущённо:
– Нянькой, что ли, быть?! Ни хрена!
Тимур тоже вскакивает и подаётся ко мне. В начале этого года он получил титул чемпиона по боксу. Привык всё решать силой. Но и я тоже… Упираемся друг в друга лбами. Сверлим недобрыми взглядами.
– Это не просьба, это приказ! – чеканит Тимур. – Мою сестру серьёзно обидели. И здесь, в пансионе, она должна быть под защитой! Усёк?!
– Тогда найми ей охрану, чёрт возьми! – отрезаю я.
Вклинивается Артём.
– Давай всё-таки я, – произносит спокойным голосом, глядя на брата.
Тимур нехотя отстраняется и, нервно взъерошив волосы, вновь опускается на кровать.
По-любому злится, потому что теперь не может меня заставить. Теперь я тут лидер! А его в школе уже нет!
– Давай договариваться, Яр, – включает Артём дипломата. – Чего ты хочешь взамен?
– Прямо сейчас я хочу, чтобы вы свалили нахрен! Мне пора на линейку.
Да пошли они нафиг со своей сестрой!
Решительно шагаю к двери.
– Ты неправильно ставишь вопрос, Тёмыч, – говорит Тимур до того, как я успеваю распахнуть дверь и выставить обоих из МОЕЙ комнаты. – Спроси его лучше, чего он не хочет, если вдруг рискнёт отказаться?
Артём усмехается, явно понимая, что имеет в виду брат. А я вот не догоняю…
Обернувшись, вопросительно смотрю на Соболевых. Тимур встаёт.
– Ты, наверное, забыл, кто директор пансиона… Я напомню – наш отец! Дальше сам покубаторишь или тебе подсказать?
Твою ж!..
Их папаша – конченый псих. Стал, правда, немного адекватнее в последнее время, но всё же без вопросов может меня отчислить, если его сыновья что-нибудь обо мне наплетут. Тимур – мастер провокаций. И умеет давить на своего отца. И методы выбирает всегда самые грязные.
Дверь я так и не открываю. Братьев не выгоняю. Ещё и выслушиваю инструкции, как именно должен обращаться с их сестрой. Там целый список пунктов, который я, видимо, должен выучить.
Защищать, только незаметно.
Помочь завести друзей.
Душить на корню сплетни о ней.
Оберегать от общества парней.
И самое главное – не иметь на неё никаких видов. Не подкатывать. Не флиртовать. Она должна просто спокойно учиться. И пребывать в прекрасном настроении.
Короче, жесть!
Тимур в красках описывает, что он со мной сделает, если я вдруг где-то оступлюсь, не услежу и тем более сам подкачу к его сестрёнке, как её там…
Словно я вот обязательно на неё позарюсь!..
Красивая? Стройная? С выдающейся грудью и ногами от ушей? Ну и что?! Да у нас в классе полно таких! И не только в классе…
Когда братья наконец уходят, беру телефон и читаю сообщение от Костяна. Оно лаконичное.
«У нас новенькая!»
Зажмуриваюсь, сжав переносицу двумя пальцами.
Новенькая… Ещё одна Соболева…
Да, я уже в курсе, бл**!
Лера
– Оо, гляньте! Феликс! Кажется, в этом году он выглядит даже лучше, чем Яр! – шепчет девчонка, стоящая рядом со мной.
Её имя я пока не запомнила. Как и имена остальных новых одноклассников, с которыми познакомилась буквально несколько минут назад. Разве что соседку по комнате знаю чуть дольше. Её зовут Кристина. Она староста класса.
– Да ладно тебе! Кто может соперничать с Яром… – мечтательно протягивает вторая.
Третья возмущённо фыркает:
– Оба придурки! Вам что, говорить больше не о чем?
Перевожу взгляд на того, о ком они говорят. Какой-то Феликс. Почти чёрные волосы, тёмные, как угли, глаза. Рядом с ним брюнетка с боевым макияжем. Оба глазеют на меня. Брюнетка показывает мне средний палец. Прелестно… А вот парень подмигивает. Ещё лучше… Отворачиваюсь.
– Лера, не обращай на них внимания, – шёпотом говорит мне староста.
– На кого именно?
– На этих, – подбородком указывает на Феликса с подружкой. – Они сами по себе. В жизни класса не участвуют… и шуточки у них не всегда адекватные… Правда, они, как и все, подчиняются Агоеву.
Подчиняются Агоеву… Что это значит?
Но я не спрашиваю. Мне всё равно. Я просто хочу, чтобы все перестали глазеть на меня. Чтобы появление новенькой как можно скорее перестало привлекать всеобщий интерес. Не хочу быть в центре внимания.
Начинается линейка – и тут же начинает моросить дождь. Подошедший к микрофону директор с недовольством морщится, посмотрев на тяжёлые тучи над нашими головами. Скорее всего, сейчас будет ливень. И мы все стопроцентно вымокнем.
– Ладно, я быстро, ребята, – улыбается Влад Сергеевич. Правда, улыбка не касается его глаз.
Вообще-то, он мой дядя. И я знаю его достаточно хорошо.
Дождь усиливается, но директор упорно продолжает вещать. Что-то об уставе, о том, что мы должны быть сплочённым коллективом и проявлять уважение и терпимость друг к другу.
Уважение и терпимость среди мажоров? Это что-то за гранью моего понимания. Я в пансионе всего пару часов, но уже достаточно увидела, чтобы понять, как мои одноклассники относятся друг к другу. Да и сложно представить, что мои братья – Тимур и Артём – вели себя терпимо с одноклассниками.
Подружка Феликса внезапно оборачивается и смотрит на меня. От дождя макияж на левом глазу немного потёк и теперь выглядит ещё устрашающе. Брюнетка улыбается, но её взгляд не обещает мне ничего хорошего.
Я игнорирую её и просто смотрю на своего дядю. Он наконец-то заканчивает с речью и передаёт слово завучу. Миловидная женщина берёт в руки микрофон, поздравляет всех с началом учебного года… Кто-то пихает меня в бок.
– Смотрите! Яр пришёл! – восторженно шепчет та девчонка, которая ранее так же восхищалась Феликсом.
Другие девочки начинают тихо улюлюкать. Парни, стоящие впереди, оборачиваются.
– Ребята, повнимательнее, пожалуйста! – призывает к порядку наш классный руководитель.
Жанна Альбертовна – учительница иностранных языков. Молоденькая, не больше двадцати пяти. Интересно, её кто-нибудь всерьёз воспринимает?
Девочка рядом со мной прикладывает руки к груди и шепчет:
– Нет, всё-таки Феликс ему явно проигрывает. Вы посмотрите! Яр, походу, ещё больше накачался. Какие плечи! Ммм…
Остальные девчонки просто мычат что-то нечленораздельное, словно языки проглотили. Но очевидно, что согласны с ней.
Ну понятно… Этот Яр – их идол. Тоже мне…
Почти все мои одноклассники забыли о выступлении завуча и теперь смотрят совсем в другую сторону. Нехотя проследив за их взглядами, быстро понимаю, о ком они говорят. Не потому что этот Яр уж прям такой весь из себя, что можно ослепнуть. А потому, что он выглядит действительно как лидер. Расслабленная поза, лёгкая ухмылка на губах, не по уставу расстёгнутые верхние пуговицы рубашки. И взгляд… Как у пастуха, небрежно осматривающего своё стадо.
Эта школа почти не отличается от моей предыдущей. И год назад я так же хлопала глазками, фанатея от лидера класса. Но теперь я другая! И мне хочется дистанцироваться от всех.
Мелкий дождик всё-таки превращается в ливень, и все с криками несутся ко входу в школу. У дверей начинается давка, с которой даже директору школы не удаётся быстро разобраться. Я не хочу, чтобы меня затоптали, поэтому остаюсь в хвосте. Всё равно уже вымокла насквозь. Ладно хоть, рюкзаки мы оставили в классе, а то прощай, учебники и тетради.
– Эй, новенькая. Ты Лера, да?
Незаметно подкравшись сзади, кто-то сжимает мою талию. На секунду меня буквально парализует…
– Чего молчишь? Надеюсь, ты не немая? – губы парня задевают моё ухо, горячее дыхание неприятно опаляет кожу.
Дёргаюсь вперёд и оборачиваюсь. Перед моими глазами всё плывёт, но я всё-таки различаю лицо Феликса. Он расплывается в улыбке, сверкая ровными белоснежными зубами.
– Твоя блузка… – опускает взгляд вниз. – Точнее, то, что под ней. Ммм… Мне нравится то, что я вижу.
Пячусь к двери, задевая спиной кого-то впереди. Опускаю глаза на свою блузку. Промокшая белая ткань просвечивает, и мой бюстгальтер прекрасно виден. Запахиваю пиджак. Феликс цокает языком, наступая на меня.
– Да ладно, не прикрывайся. Мне ты можешь показать всё, что у тебя есть. Но больше никому не показывай, окей?
Мне нужно что-то ему ответить. Что-то колкое. Что-то обидное. Послать его в известном направлении в конце концов! Давай же, Лера! Ты же готовилась! Ну нельзя же теперь всю жизнь бояться парней!
Однако я не могу произнести ни слова. Словно кто-то горло сдавил. Единственное, что могу – это убежать. Только вот у двери всё ещё полно ребят, туда не пробиться.
– Егоров! – неожиданно рявкает кто-то справа, и Феликс переводит взгляд.
Это тот парень, Яр. Он появился рядом непонятно откуда.
– Агоев… – довольно недружелюбно приветствует его Феликс. – Как сам?
Егоров и Агоев…
Только вот Агоев, кажется, не намерен болтать с Феликсом. Он прёт прямо на него, как танк, оттесняя от меня. Я оказываюсь за широкой спиной Яра. Кажется, он замахивается… Но я не успеваю толком ничего увидеть, потому что Кристина хватает меня за руку и тащит в школу.
– Господи… Каждый год одно и то же!.. – причитает староста. – Агоев с Егоровым не устают бодаться. Из года в год, из года в год… Феликс всё надеется, что может занять место Яра.
Я слушаю вполуха, всё ещё переваривая произошедшее. Этот Агоев… Он только что вступился за меня. Почему?
Яр
Стиснув ворот его рубашки одной рукой, вторую сжимаю в кулак, замахиваюсь и даже практически доношу кулак до фейса Феликса.
– Агоев! – рявкает Маргарита Ивановна.
Она завуч. Жутко приставучая баба. И всегда появляется не вовремя.
– Что? – перевожу хмурый взгляд на неё.
– Марш в школу!
– Ты её слышал, Яр, – хмыкает Егоров.
Вновь смотрю на него и медленно разжимаю пальцы.
– Слышал, да…
Тщательно разглаживаю складки на его рубашке, которые образовались из-за меня. С фальшивым дружелюбием хлопаю Феликса по плечу.
– Но мы ведь потом закончим, да?
Он кивает. Бесстрашный идиот, который вообразил в позапрошлом году, что ему всё можно. Потому что его семья спонсирует эту школу.
Нет, нихрена нельзя! А к новенькой лезть точно не получится!
Маргарита ждёт, когда мы наконец зайдём в школу, и даже провожает до класса. Ещё и бросает напоследок:
– Глаз с вас не спущу весь этот год!
Феликс расплывается в подхалимской улыбке:
– Да мы с Ярославом просто шутим! Так… Подстёгиваем иногда друг друга. Но на самом деле мы лучшие друзья. Так ведь, Яр?
– О да! Лучшие! – соглашаюсь без всякого энтузиазма в голосе и сразу захожу в класс.
Наши уже расселись по местам. Новенькая стоит возле учительского стола спиной ко всем.
Остановившись возле своей парты, снимаю мокрый пиджак и вешаю на спинку стула. Прямо поверх рюкзака, который ранее оставил тут же. Запустив пальцы в волосы, взъерошиваю их, пытаясь избавиться от влаги. Капли попадают на Кристинку, и она с недовольством фыркает.
– Ну хватит! Ты как собака отряхиваешься!
– Гав-гав! – отвечаю ей, ещё активнее взъерошивая волосы.
В итоге староста хихикает, и в её взгляде вспыхивает восхищение. Впрочем, как и всегда. Мы с Кристинкой довольно давно дружим. Она мой кореш, как Костян с Матвеем. Ни о какой романтической чуши, которую нам приписывают, и речи не идёт. Кристинка не в моём вкусе.
Хотя, мне приписывают интрижки много с кем. И версии бывают, ну самые дичайшие. Но некоторые, кстати, не без оснований.
Плюхнувшись на стул, без промедления шепчу Костяну:
– Ты прямо сейчас пересаживаешься!
– Что-о? – охреневает он.
– Быстро! Сядь за четвёртую парту!
– Яр, я чё-то не врубаюсь… – друг в недоумении трясёт головой.
Не врубается он… Да я и сам не врубаюсь! Решил всё вот прямо сейчас.
Тем временем новенькая отходит от стола Жанны и как будто нехотя окидывает взглядом класс.
– Всем привет, – говорит она довольно вяло. – Меня зовут Валерия. Валерия Соболева.
Лика – подпевала Феликса – тут же вклинивается:
– Соболева? Как наш директор, да?
– И как братья-близнецы Соболевы, – вставляет Мэт.
– Генофонд у вас, конечно – закачаешься!.. – восхищённо протягивает Тина – главный гот, эмо и просто фрик класса.
Девчонка ещё не определилась, к какой субкультуре себя относить.
После её реплики все парни начинают дружно улюлюкать. И Костян тоже. Пихаю его локтем.
– Пересядь, пока я силой тебя не пересадил, – понижаю голос до угрожающего шёпота.
Он закатывает глаза, хватает свой рюкзак и уходит на четвёртую парту.
– Ребята, у вас есть какие-то вопросы к Валерии? – наша класснуха Жанна встаёт рядом с ней. Смотрит, как всегда, на меня. – Ярослав?
– У меня нет вопросов, – бросаю расслабленно. И, посмотрев в глаза новенькой, добавляю: – Добро пожаловать.
В ад!
Именно так мы сказали в прошлом году двум новеньким бюджетницам. Я сказал бы то же самое Валерии Соболевой, если бы не утренний визит её братьев. Но теперь я должен пылинки с неё сдувать.
– Что ж, садись, Лера…
Сначала Жанна смотрит на четвёртую парту. До недавнего времени там было единственное свободное место, но сейчас его занял мой друг Костик. Училка возвращает взгляд на меня, точнее, на место рядом со мной.
– Садись к Ярославу, – произносит в итоге Жанна, указав рукой на парту.
Валерия поднимает свой рюкзак и уверенно проходит ко второй парте. Не снимая мокрого пиджака, опускается на стул. Достаёт из рюкзака телефон, потом вытаскивает учебник по английскому.
– Он тебе не понадобится, – бросаю я небрежно.
Девушка переводит на меня удивлённый взгляд синих-пресиних глаз. Я невольно засматриваюсь на эту синеву. Наверняка линзы. Да и натуральной блондинкой она вряд ли может быть.
Крашеная, в линзах… Вся такая манерная…
Объясняю коротко:
– Сейчас классный час.
– Ясно.
Прикусив пухлую нижнюю губу, она кладёт учебник обратно и вешает рюкзак на спинку стула. Всё делает как робот – механично, ненатурально. Откидывает волосы за спину. Почёсывает кончик носа. Крутит колечко на указательном пальце.
Девчонка явно нервничает, но пытается показать, что это совсем не так. И она вовсе не выглядит обиженной, как сказали Соболевы. И я невольно задаюсь вопросом: что же с ней произошло? Кто её обидел? И как?
Она прокашливается. Скашивает на меня глаза и тихо произносит:
– Кажется, к тебе обращаются.
Что?
Блин, только сейчас понимаю, что училка смотрит на меня. И весь класс тоже.
– Можно повторить вопрос? – прошу Жанну Альбертовну.
Она хмурится, но всё-таки повторяет:
– В этом году мы должны отвечать за одно из мероприятий. Что выбираем? Выставка, поход или новогодний концерт.
Нет уж, хватит! Благодаря Соболевым, я в прошлом году был по уши погружён в новогодний концерт, играя Деда Мороза. Сейчас хочу жить на лайте. Тут же отвечаю:
– Поход!
Кристинка со мной не согласна.
– А я за выставку.
– Конечно, ты ведь в ней участвуешь! – парирую я.
Наша староста неплохо рисует и возглавляет кружок по рисованию. В прошлом году её из статуса ученицы перевели в статус преподавателя. И она теперь вся такая важная, чёрт возьми!
– Я тоже за поход! – выкрикивает Мэт. – На выставку вообще не пойду. К искусству меня не тянет.
– А я за Крис! – подаёт голос Феликс.
Обернувшись, смотрю на третью парту во втором ряду. А Феликс смотрит на меня, поигрывая бровями. Явно пытается задеть.
– Тогда давайте голосовать, – разводит руками Жанна. – Кто за выставку – поднимаем руку.
И я с удивлением наблюдаю за тем, как рука новенькой взмывает вверх. Кристинка кивает ей с благодарностью. Но я и невооружённым взглядом вижу, что голосов для победы выставке явно не хватает.
– Кто за поход – поднимите руку, – продолжает учительница.
Поднимают все остальные. Я побеждаю с перевесом в пять голосов.
Жанна делает какую-то пометку в блокноте.
– Тогда в эти выходные будем во все глаза следить за тем, чтобы поход прошёл нормально.
Это что-то типа традиции. Каждый год, в самом его начале, десятый и одиннадцатый классы ходят в поход в горы. Там нас типа учат выживать в дикой местности. Хотя эту местность дикой можно считать с очень большим натягом.
Новенькая поднимает руку и обращается к учителю.
– А можно пропустить?
– Пропустить что? – не понимает Жанна.
– Поход.
Класснуха неуверенно пожимает плечами.
– Об этом тебе лучше поговорить с директором.
– Хорошо, спасибо.
Когда она вновь переключается на класс, я придвигаюсь к новенькой ближе. Не могу не спросить.
