Александр Святецкий "Генеральская дочка"

– Да ладно. Перестань, любой бы помог на моем месте, – сказал Константин, после чего почему-то добавил, – особенно Дворцов!

– Дворцов? – усмехнувшись, Лиза развела руками.

– А что тебя удивляет? – спросил Константин.

– Он у вас пошляк! Шустрый слишком. Подошел, сказал, что Куразовкий попросил его показать мне еще раз колледж. Я и согласилась! Вместо этого он меня довел до КПП. И начал лапать и целоваться полез. Так я ему между ног дала коленом и ушла.

Константин покатился на месте.

– Ты чего смеешься? – спросила Лиза, улыбаясь.

– Да просто! Он нам рассказывал другую историю. Что у вас прям любовь, и ты в него втюрилась…

– Да? Ну, ладно! Я ему еще устрою!

Они посмотрели друг на друга. Константин хотел что-то сказать, но, после секундной паузы, Лиза его опередила:

– Ладно, Костя. Спасибо большое еще раз! – подойдя к нему, она поцеловала его в щеку. После чего развернулась и пошла в сторону дома.

Константин стоял, провожая взглядом. Зайдя в подъезд, Лиза посмотрела на парня еще раз и закрыла за собой дверь.

Отойдя от эйфории, Ткачев посмотрел на часы. Константин вспомнил, что надо бежать обратно. Оставалось буквально минут пятнадцать до конца увольнительной. За этот маленький промежуток времени было нереально добежать до училища через КПП. Но был еще один способ пройти и сократить расстояние в два раза. Об этой дороге мало, кто знал, наверное, только студенты из других университетов, которые учились на территории колледжа. Данный проход был расположен рядом со столовой.

Сделав глубокий вдох, Костя побежал по запланированному маршруту. С улыбкой на лице, счастливый, он бежал, не задумываясь, что с ним будет сейчас, сколько ему дадут нарядов за опоздание. Важно то, что все получилось. Эта встреча, разговор, неважно, как он прошел: с эмоциями, со слезами. Доверие, как искра прошла между ними, и это было видно.

Оставалось пять минут до конца увольнительной, когда Константин добежал до назначенной двери. К сожалению, железная дверь, через которую ходили студенты, была заперта, висел амбарный замок. Понимая, что обратного пути нет, Ткачев прыгнул на дверь, чтобы перелезть через нее.

За весь период обучения курсанты задавали себе один и тот же вопрос: почему двери, заборы училища покрывали колючей проволокой? Как будто курсанты – это такие же осужденные, которые могут убежать. Но все приходили туда по своей воле, так что никто не видел смысла в этих мерах.

Константин, перелезая через забор, зацепился бушлатом за колючую проволоку и порвал его. Перепрыгнув через дверь и посмотрев на порванный бушлат, он побежал дальше в сторону дежурной части.

Он забежал в помещение, часы показывали его опоздание на пять минут. Как назло, дежурным был сегодня Дятлов.

– О-о, наш всезнайка! – удивленным голосом сказал Дятлов, подойдя к окну. – Так-так, почему опаздываем?

– Товарищ майор, здравия желаю, бежал так быстро, как мог! – ответил Константин, переводя дыхание.

– Да это никого не волнует! А это что у тебя? – Показал пальцем на бушлат, который был порван. Константин, когда перелезал через забор еще и замарался, были видны пятна грязи и ржавчины от проволоки.

– Товарищ курсант. Вы в таком виде были в городе? – сказал Дятлов. Здесь оправданий не было смысла придумывать. Константин молчал, пока Дятлов надрывался и говорил о том, как должен вести себя курсант и что его форма является лицом колледжа.

Понимая, что этот случай не останется без наказания, Костя смотрел на дежурного довольным счастливым лицом, думая о Лизе и мечтая увидеть ее снова.

***

Новый год для каждого особенный праздник. Для некоторых – это праздник семейный и светлый, когда в новогоднюю ночь исполняются все заветные желания, дарят друг другу подарки, пахнет мандаринами и все обиды прощаются. Но иногда Новый год идет насмарку. Семья от тебя далеко, ты находишься на работе, на посту или на дежурстве.

– Курсант Ткачев, почему вы опоздали с увольнительной? – спрашивал командир взвода Бабошин у Константина.

После опоздания Константина с увольнения, майор Детлов доложил об этом командиру взвода Бабошину. Он без промедления вызвал Константина в кабинет командиров взводов.

– Товарищ старший лейтенант! Я не знаю, что ответить! Так получилось! Виноват, такого больше не повторится!

То, что было в увольнительной, парень не хотел рассказывать. Да и зачем об этом кому-то знать. Начнутся слухи, различные расспросы.

– То, что виноват, это-то понятно. Но то, что ты, опоздал и пришел в разорванной и грязной куртке, можно по-разному трактовать! К примеру, участвовал в драке, залез на чужой участок. Ты ничего не хочешь рассказать?

– Нет! Бушлат порвал при других обстоятельствах! Чтобы прибыть вовремя с увольнительной!

После этих слов Бабошин встал, подошел к окну и начал говорить:

– А я расскажу, что было вчера! Ты опоздал, потому что провожал девушку! Чтобы успеть вовремя прибыть из увольнительной, побежал напрямки, не через КПП, а через выход, который находится за столовой. Увидев, что он закрыт, тебе пришлось перелезать через забор, который перетянут колючей проволокой. Там ты и порвал свою куртку и испачкался…

От удивления у Константина глаза стали большими. Рассказал, все, как было, как будто он там присутствовал.

– Но откуда? Откуда вы все знаете? – спросил Константин. Бабошин улыбнулся.

– Я сам был курсантом и долго работаю в этом училище! Догадаться, что здесь замешана девушка, не очень сложно! И какой конфликт у вас был с майором Дятловым я тоже знаю. И его не одобряю! Но наряд вне очереди у тебя будет однозначно! Я не могу не отреагировать! Сегодня в наряд по столовой заступаешь, в новогоднюю ночь.

Константин с облегчением вздохнул. Ведь наряд вне очереди по столовой – это просто подарок.

– Спасибо большое, товарищ старший лейтенант! – ответил Константин. В этот момент прозвенел внутренний телефон, который находился на его столе.

Ответив на звонок, лицо Бабошина изменилось, брови свелись к переносице, лицо стало очень серьезным.

– Так точно, есть, будет сделано! Как скажете! Она уже получила наряд вне очереди за опоздание! Так точно! – говорил он громко и четко в трубку.

После недолгого разговора, Бабошин положил трубку, посмотрев на Константина:

– Ну, что, тебе все ясно? – переспросил Бабошин.

– Так точно!

– Ну все! Кругом, шагом марш готовиться к наряду… – сказал Бабошин. Константин пошел в сторону двери, но, не успев выйти, услышал слова: – Да, еще! Передай дневальному! Когда девушки прибудут в казарму, пусть скажет новенькой, чтобы зашла ко мне. Как ее зовут…

– Лиза Емельянова? – дополнил Константин.

– Да, точно! Курсантка Емельянова.

– Понял – сказал Константин и вышел за дверь.

***

Мало, кто хотел попасть в наряд перед Новым годом. Курсанты любыми способами договаривались со старшими групп, командирами взводов, чтобы этот день для них был свободным и в наряды не были привлечены.

Старшие групп выбирали своего счастливчика. Искали того, у кого есть двойки по наряду, а если не было таких, то кидали монетку, либо складывали записки в шапку с прописанными цифрами, датами, когда и кто пойдет на дежурства.

В суточной ведомости Константин записан, как помощник повара. В резерв должна была заступить девушка, но ее отпустили домой на новогодние праздники. Но кто заступит за нее на дежурство, не сказали.

– Всех с наступающим! – начала говорить с улыбкой заведующая Елена Ивановна новому суточному наряду. – Надо будет сегодня поработать, завтра праздничный завтрак, обед и ужин.

Заведующая была очень красивой девушкой, ее глаза, шикарная фигура просто завораживали и влюбляли курсантов в себя. Но те, кто уже знал Елену, старались с ней дела не иметь. За некоторые свои проделки ее среди курсантов.

Был случай, когда Елена Ивановна в очередной раз понравилась одному из курсантов. Он начал ей отправлять открытки, оставлять цветы под дверью кабинета, писать на снегу послания. Заведующая не знала, кто сей герой. В один день, набравшись смелости, курсант признался в чувствах. Но она не ответила ему взаимностью и рассказала все начальнику столовой, добавив от себя львиную порцию неправды.

– Этот курсант меня домогается. И не дает мне работать.

Начальник столовой принял меры незамедлительно. Курсанта отчислили. После этого Елена Ивановна начала давать такие задания курсантам, что наряд в столовой казался сущим наказанием.

Нельзя было и свободной минуты найти на то, чтобы перевести дух. По ее мнению, курсант должен в наряде работать как раб на галерах, от заката до рассвета. Бесконечные поручения и задания. Если же ослушался, жди наряд вне очереди.

Начальник столовой тоже был человеком со своими тараканами в голове. Про него много рассказывали разных историй. Больше плохих, чем хороших. Но, если Елена Ивановна жалуется ему на кого-нибудь из курсантов, пощады не будет.

Елена Ивановна, как всегда, была в своем репертуаре. Даже под Новый год не давала расслабляться никому из курсантов.

Теперь она стояла перед курсантами в роскошном платье с дерзким взглядом, готовая к празднику.

– Итак, ребята! Я сегодня спешу, у меня много домашних дел.

– Отлично выглядите, Елена Ивановна, прямо Анджелина Джоли! – сказал, перебив ее, дежурный. Наряд затих от неожиданных слов.

– Спасибо, знаю! – сказала она, улыбнувшись. – Но перебивать меня не стоит. Никогда! Если я говорю, вы стоите и молчите. Уяснили?

В этот момент хлопнула дверь, послышались шаги. Курсанты, которые стояли в строю, обернулись, в обеденный зал зашла новенькая, Елизавета Емельянова.

Ее расправленные плечи, красивые глаза, неспешная и уверенная походка будоражили не только Константина, но и остальных курсантов. Даже заведующая поменялась в лице, когда ее увидела.

– Вы к кому, товарищ курсант? – спросила заведующая высокомерным голосом. Лиза остановилась, не дойдя до строя.

– Меня отправил командир взвода заступать в наряд! Вот я и пришла.

– А почему вы опаздываете? – спросила строгим голосом заведующая. – И вы попроще сделайте походку и выражение лица! В следующий раз, когда вы пойдете в наряд, не надо краситься. Это вам, девушка, не подиум, и вы не на прогулке…

– По поводу моего опоздания. Все вопросы к нашему командиру взвода, – сказала Лиза спокойным голосом в ответ. Сделав глубокий вдох, она продолжила: – А по поводу моей походки и лица… В какой инструкции прописано, что мне нельзя краситься?

Лицо заведующей от злости покраснело. Курсанты стояли и молчали, удивленными глазами смотрели на Емельянову.

– Как ты смеешь со мной так разговаривать?

– Не кричите, – перебила Лиза. – Зачем портить этот новогодний праздник. Мне и вам. Кстати, красивое платье, зачет! Только вы его зря надели, в столовой такие запахи, что одежда может пропахнуть. А на новогоднем ужине будет не очень приятный запах от вас…

– Вы, курсантка! Чего себе позволяете? Вон из моей столовой!

– Если я уйду! Я расскажу своему отцу Емельянову, как вы общаетесь с курсантами. Вы, наверное, помните его? Ему будет очень интересно… а теперь разрешите встать в строй и заступать на суточный наряд! – ответила Лиза. Заведующая ничего не ответила. Махнув рукой, ушла в сторону своего кабинета. Наряд разошелся по своим местам. Константин удивленными глазами смотрел на Лизу. Она улыбнулась, помахала рукой и подошла к нему.

– Ты чего наговорила? Она наряд сейчас с ума сведет со своими обязанностями.

– Не сведет! Поверь мне.

– А кто твой отец? Если не секрет?

– Неважно. Костя, все будет нормально. Я сегодня куда заступила? Что мне делать?

– В резерв!

– О-о, овощи! Чистка овощей, всегда мечтала под новый год заниматься этим! – с усмешкой сказала Лиза.

***

Наряд по столовой отпустили в казарму ровно в 21:00. После дерзких слов Емельяновой, курсанты, которые заступали в наряд, подумали, что заведующая замучает их работой под Новый год. Но все прошло иначе. Заведующая ушла через час после заступившего нового наряда и больше не возвращалась. А Лиза, сделав все дела по наряду, ушла со всеми в казарму.

– Я хочу встретить Новый год с вами, – сказала Лиза Константину.

Курсанты терзались вопросами: кто ее отец? Кто она такая? Поставила заведующую на место так, что она просто ушла, без лишних слов.

Константин был очень рад, что Лиза останется в казарме встречать праздник со своим курсом. В новогоднюю ночь Лиза не отходила от Константина, находилась рядом с ним. Постоянно говорила и рассказывала о себе. Как будто ее держали в одиночной клетке много лет и вот отпустили на волю.

– Что-то я разговорилась! Все о себе, да о себе… Может, ты расскажешь что-нибудь? – спросила Лиза и начинала опять говорить о себе. Константина это не раздражало. Наоборот, ему было приятно слушать ее. Слышать этот голос, узнавать про нее все новое…

На центральном проходе казармы стояли уже накрытые праздничные столы. Небольшой скромный курсантский фуршет: соки, конфеты, фрукты, немного сырной и колбасной нарезки. Самое главное новогоднее блюдо в этот раз – курсантские чепковые сосиски. Под новогодний вечер их трудно было приобрести. Курсанты раскупали их в кафе, как дорогую икру на рынке. В городской магазин больше не отпускали.

В это время в казарме курсанты занимались личными делами. Кто-то говорил по телефону, кто-то смотрел телевизор, ожидая звон курантов.

– Есть место, где можно побыть с тобой вдвоем? – спросила Лиза. От услышанного щеки Константина покраснели. От стеснения он начал заикаться.

– Да, да, есть! Конечно…

Запасной выход лестничного марша официально был всегда закрыт. Входные двери на улицу заперты на замок, кроме этажных замков. Открыв дверь, Константин и Лиза между первым и вторым этажом сели на лесенку, разложив под собой старое покрывало.

– Лиза, скажи правду! Кто твой отец? – спросил Константин.

– Очень большой человек, Костя! Давай не будем об этом… – ответила Лиза и прижалась к его плечу. Константин чувствовал приятные прикосновения теплых мягких женских рук. Лиза тянулась к Константину, как будто они много лет знакомы и знают друг друга очень давно. Сердце его забилось быстрее.

– Да-а, я так Новый год еще ни разу не встречала. – На лестничном марше казармы со стаканчиком сока в руках, – сказала Лиза и улыбнулась. После чего бросила взгляд на Константина. – А ты? Какой Новый год тебе запомнился?

Константин задумался и посмотрел на Лизу. Ее красивые голубые глаза смотрели на него, улыбка была приятной и нежной, хотелось смотреть на нее постоянно.

– Давай, ты первая, – застеснявшись, ответил Константин.

– Ну, хорошо! Мы один раз с родителями встретили Новый год в Великом Устюге. На родине деда Мороза. Там так было классно, как в сказке. Дед мороз, подарки. Это был последний раз, когда мы с папой и мамой отдыхали вместе… – сказала Лиза и опустила глаза. Ее голос стал немного грустным от сказанного. – А теперь твоя очередь…

– У-у, не знаю! По-разному всегда встречал, но этот год особенный.

– И почему? – спросила Лиза, поменяв свое выражение лица.

– Потому что со мной встречает Новый год самая красивая девушка, которая очень сильно мне нравится, – секундное молчание. Лиза подняла голову и начала смотреть в глаза Константину.

Ее лицо оказалось на одном уровне с его.