Коллизия

– Ты права, засиделись мы. Как же не хочется покидать это место, я буквально влюбилась в него. Скажите, что мы вновь вернёмся сюда?! – говорит Айрис, с надеждой заглядывая в глаза Дэйва.

Кто бы мог подумать, что эта странная девушка потеряет голову от багряного рассвета. Для неё когда-то самым интересным были ночные вылазки на вечеринки, а здесь она влюбилась в природу, лишь за одно мгновение, проведённое рядом с любящим человеком, который заставляет её чувствовать многое, что она в своё время запрещала себе.

– У нас ещё будет не один и не два рассвета и заката. Нас ожидает большое будущее, – уверив девушку, отзывается Дэйв, мгновенно чем вызывает неподдельный восторг в глазах Айрис, полной надежды.

За долгие годы близкой дружбы с Айси я смело могу сказать, что она девушка-ураган. Своей внутреннею энергетикой она заряжает окружающих ее людей. Её натура далеко не мечтательная и не романтическая, ей не присущее эмоциональное проявление нежных чувств, но рядом с Дэйвом она меняется. Я неоднократно замечаю, что в настоящий момент она обрела того, кто в состоянии утихомирить бурю, что время от времени проявляется с большой силой в ней.

Деррик элегантно протягивает мне руку, вкладывая мою ладошку в свою. От этого чрезвычайно лёгкого движения его бесцветные щёки укрывает пурпурный румянец, а сам парень выглядит сконфуженно. Подобные жесты несвойственны, такому как он. Оттого что являюсь причиной его резких перемен, мне невольно становится тепло на душе. Дэйв дублирует действия, повторяя их с моей подругой. И мы покидаем лес.

Благополучно воротившись к летнему домику, я замечаю знакомую персону, стоявшую во дворе рядом с домом, расположившимся неподалёку от нашего. Высокий, стройный силуэт темноволосой девушки. Когда она резко поворачивает голову, я в два счета узнаю́ в ней свою соперницу. Эйприл Клемптон воплоти. Чего ради она тут? Хотя дурацкий вопрос, думаю, она так же яро любит благотворительные вечера, как и я, но седьмое чувство подсказывает, что она здесь не только за этим. У меня подсознательно внезапно начинает тянуть под ложечкой. Я машу ей в приветственном жесте, девушка отвечает мне тем же и добавляет кивок.

Пусть вечер прошёл на ура, предстоящий день и выступление обещают быть плодотворными. Нашей поставленной задачей было не ударить в грязь лицом. Миссия Айси – доходчиво поведать о гуманитарном факультете, стараясь завлечь как можно больше абитуриентов, а моим заданием было – провести просветительную лекцию, касающеюся сугубо религиозной стороны колледжа, в частности, о христианских религиозных конфессиях.

Каждая группа студентов проводит, то или прочее мероприятие, инициативно привлекая людей и собирая средства, которые пойдут в федеральный фонд поддержка слабослышащих и глухих людей.

Времени оставалось в обрез, нам следовало бы поспешить, чтобы не опоздать. Моё выступление через час, а я всё ещё растрёпана из-за безмятежной ночи, проведённой в лесу.

Мы с Айрис в очередной раз начинаем сборы. Я остановила свой выбор на вечернем платье-комбинации мятного цвета и свитере свободного кроя, который придаёт образу относительной лёгкости, несмотря на то, что выглядит объёмно. Мои непослушливые волосы я уложила в низкий пучок и выпустила аккуратно передние пряди, чтобы образ казался более воздушным, на ноги надела туфли лодочки. Макияжем облик не испортить, поэтому глаза я специально подчеркнула стрелками и на блёклые губы нанесла немного блеска.

Посмотрела на себя в зеркало и осталась удовлетворенна блестящим результатом. Подкрепили мой правильный выбор парни и Айрис. У Деррика чуть челюсть не отвисла, когда я вышла в комнату и продемонстрировала свой наряд. Мне понравился его бездонный взгляд, я видела в его глазах восхищение. Эмоции отчётливо показывали, что парень сейчас чувствует.

Метнула взгляд на часы.Стало ясно, что уже нужно выдвигаться в пункт назначения. Мы с ребятами выдвинулись в центр лагеря – в самое современное здание, построенное тут в прошлом году, как раз для проводимых мероприятий по типу тех, на котором мы сегодня будем выступать. На улице уже темнело, неспешными шагами прохладный вечер сменял ныне знойный день. Дом, в котором проводился раут, отличался своей колоритностью. Крупный, с нестандартной архитектурой и множеством панорамных окон. Походил наа уютный шале.

Подойдя к нему мы услышали музыка, которая сочилась из открытых окошек, и двор озаряли весёлые переливающийся всеми цветами радуги гирлянды, придающие ему в особенности фантастический вид. Перед тем как войти, я ещё раз повертела во все стороны головой, чтобы рассмотреть всю округу и вдалеке моему взору попался спортивный мотоцикл, аккуратно припаркованный неподалёку от здания. Он показался мне знакомым, но я не придала этому должного значения, сославшись на то, мало ли кому он мог принадлежать. Он ведь не может быть здесь, верно? Вопрос прозвучал в моей голове, но я сразу ответила на него твёрдым —нет.

Мы вошли внутрь и оказались в холле. Нас моментально оглушил гул , принадлежавшей галдящей толпе отдыхающих, которые тут и там вели чисто светские беседы, из разных уголков долетали обрывки их бесед. Не успела опомниться, к нам тут же подлетели наши однокурсники и буквально завалили вопросами о всяком.

Во всей этой кутерьме я не сразу услышала голос, который принадлежал девушке, доносившийся по правую сторону от меня. Лишь когда меня почти невесомо коснулась рука, я услышала зов. Голос принадлежал высокой, точёной брюнетке, которая значилась в списке моих конкуренток – Эйприл Клэмптон. Я окинула девушку взглядом, отметив для себя, что она смотрится безупречно. Смею заметить, от той серенькой мышки из школы не осталось и следа. Судя по всему, она кропотливо работала над собой все эти годы. Брюнетка источала веселье и беспечность при этом, деловито попивала коктейль, который грациозно держала в руках.

У нас завязался непринуждённый разговор, касаемо предстоящего конкурса. Беседа выдалась не особо простой. Вопросы девушки были слегка провокационными, во всяком случае, так мне казалось. Она была моей соперницей, которая пыталась в непринуждённой беседе разузнать, как идёт моя подготовка, и какой танец мы ставим с моим партнёром, что очень насторожило меня. Вежливо съехав с темы я заверила её в том, что всё идёт своим чередом и что танец будет оценен зрителями по достоинству. За беседой с Эйприл я потеряла счёт времени и не заметила, что мои друзья уже покинули холл и, вероятнее всего, уже заняли место в зрительном зале. Мне следовало поскорее проститься с Эйприл и поспешить к остальным, ведь время моего выступления наступало мне на пятки. Это выяснилось тогда, когда я бросила взгляд на мои наручные часы.

Я поспешила попрощаться с ней и предложила пообщаться после лекции. Эйприл остановила меня, когда я уже почти простилась с ней и хотела ретироваться.

– Выступление? Не думала, что ты сегодня в качестве спикера, так вот почему ты так хорошо выглядишь, – ухмыльнувшись, сказала девушка.

– Хм, я нередко выступаю здесь, – констатируя факт, ответила я.

– Неожиданно, тогда мне сто́ит пожелать тебе удачи, – блеснула белоснежной улыбкой и ответила девушка.

– Благодарю, не сомневаюсь, я справлюсь, так было всегда, – поблагодарив её, я уже была на низком старте, как она меня остановила.

Видимо, ей захотелось заключить меня в объятия . Потому что после сказанных слов, Эйприл стала сокращать дистанцию между нами, в попытке обнять меня. Я ответила взаимностью, но я не сразу поняла, что так подвигло её на физический контакт со мной. Как только я обняла её в ответ, почувствовала прохладную жидкость, медленно стекающую по моей груди. Словно ошпаренная, я отскочила от неё и увидела пятно яркого апельсинового цвета, красующегося на груди.

– Блин, блин, блин, – затараторила я, немного охваченная паникой, из-за сложившейся неуместной ситуации.

– Прости, прости меня, пожалуйста, я не думала, что так получится, я могу как-то помочь? – извинялась Эйприл, её голос сменился.

У меня не было времени ругаться с Эйприл за её оплошность, поэтому, вскользь попрощавшись, я удалилась. И лишь обернувшись мельком, я увидела понурый взгляд Эйприл, которая была расстроена тем, что испортила мой наряд. Какая же досада. Опаздываю, ещё и образ испорчен. Нужно срочно что-то придумать. Договорюсь о переносе выступления через пару человек, допускаю, они войдут в моё положение. Успею переодеться.

Вошла в зал и поспешила найти друзей, чтобы предупредить о том, что немного опоздаю. В силу казуса, я торопливо показала на свитер, на котором было огромное оранжевое пятно. Айси с понимаем отнеслась к произошедшему и, быстро нашла руководителей, предупредила их о моей задержке, а я шеметом побежала в туалет, чтобы успеть хоть как-то исправить свой подпорченный внешний вид.

Уборная находилась на втором этаже. Я забежалав неё и начала прихорашиваться, пытаясь хоть что-то сделать с пятнами на моей одежде. Из-за шума воды, которая заглушала сторонние звуки, я не услышала щелчок закрывающейся двери. Дёрнула ручку, она оказалась неподвластна мне, комната оказалась заперта, а за ней я услышала шорохи. Должно быть это гости. Я стала звать на помощь, с просьбой открыть дверь, но ответом мне была тишина. Спустя пару минут, я решила повторить свою попытку, как вдруг на той стороне послышался голос.

– Как считаешь, они сильно расстроятся, если ты сегодня не почтишь их своим присутствием? – вместо «Привет» говорил человек по ту сторону. Это был Макс, он говорил с нотками прослеживающегося сарказма.

– Макс? Тебя то каким ветром сюда надуло? – в моём голосе звучало удивление, ведь я была уверена, что парня нет и не было в лагере, но, видимо, мои худшие опасения сбылись.

– А ты мне не рада, Ариана? – проигнорировал мой вопрос парень.

– Выпусти меня, немедленно! – не горя желанием отвечать на его идиотский вопрос, стала требовать наглеца об освобождении.

– И не подумаю, нам с тобой нужно обсудить важный вопрос, тебе так не кажется? Сомневаюсь, что найдётся более подходящее время, чем сейчас, – продолжая выводить меня из себя, говорил Макс, побуждая вскипать и нервничать меня ещё сильнее.

– Нам с тобой не о чем разговаривать, только если ты не хочешь обсудить уровень твоего кретинизма, тогда я с великим удовольствием поддержу разговор,– я начинала всё сильнее сердиться и решила пойти в наступление, стараясь и парня вывести из себя.

– Кретинизма? Я думал ты куда более изобретательна, но, видимо всё, что о тебе говорят, лишь бредни, какая жалость. Так вот, сейчас не об этом. Конкурс. Ты ведь понимаешь, о каком конкурсе идёт речь? – ничуть не обидевшись, продолжил молодой человек.

– И что с ним? Ты желаешь обсудить начало наших репетиций? – спросила я, улыбнувшись, понимая, что если бы парень увидел это, то взбесился бы.

– Отнюдь я хочу сказать тебе, что с этого дня ты больше в нём не участвуешь, – констатируя факт, с малою толикой задора чеканил мотоциклист.

От его излишней самоуверенности у меня глаза на лоб полезли, он всё ещё напрасно надеяться, что такой дешёвый саботаж, как запирание меня в туалете, заставит отступиться. Какая жалость, поспешу его расстроить.

– Только представь, сколько плюсов ты получишь, когда откажешься от участия? – лекторским голосом, вероятно, заранее подготовившись, говорил он, неторопливо озвучивая «плюсы».

Мне меньше всего сейчас хотелось слушать речи нидиота, посмевшего воспрепятствовать моему выступлению, поэтому как, только я обнаружила окно, которое сулило мне свободу, я поторопилась сбежать из своего заточения. Оставил Макса вести диалог с дверью. Хотела бы я увидеть его лицо, когда он поймёт, что его собеседница резво смылась из заточения, а он вел диалог с самим собой.

Выбравшись на свободу, я шеметом метнулась в зал, в котором услышала овации, которые принадлежали Айрис, успешно защитившей свою презентацию. Поздравила девушку и побежала к сцене, где мне уже в четыре руки поправляли макияж и надевали гарнитуру волонтёры, отвечавшие за подготовку спикеров к выступлению.

Выйдя на сцену и начав свой монолог, бодро и естественно, позабыв о Максе и Эйприл, я оглядывала зал, в надежде найти Деррика, чей взгляд вселил бы в меня ещё больше уверенности, но вместо этого. Сама того не осознавая, выцепила взгляд, который прожигал во мне дыру. Эти глаза цвета морской волны, сейчас смотрели на меня и были похожи на глаза демона, готовые растлить меня прямо здесь в зале. Лицо Макса исказила гримаса гнева, он явно остался недоволен, когда обнаружил пропажу своей собеседницы.

Глава 8

Я выступила на высшем уровне, приглашённые гости остались довольны, а от администрации университета заработала похвалу прямо на сцене и мне обещали вручить благодарственное письмо, которое пополнит мою коллекцию.

В голове мелькнули мысли – «Выкуси, папа!» Если бы он только знал, что все труды, которые я приложила к созданию своего образа, всё ради него. Временами, мне кажется, что мои старания, как "капля в море", ведь мой отец уже очень давно не выходи́л со мной на связь. Наш последний разговор с ним:

– Здравствуй, поздравляю тебя, – его голос звучал механически, так, словно я общалась с роботом, а не с родным отцом. А после я услышала гудки, мой папаша просто-напросто бросил трубку, не дав мне и слова сказать. После этого я была крайне расстроена и проплакала в своей комнате до позднего вечера, мама тогда долгое время пыталась утешить меня, но всё было напрасно.

Неурядицу с внешним видом удалось разрешить в два счёта благодаря Айрис. Она, когда увидела меня расстроенной, подавленной, без слов и ненужных вопросов вызвалась прийти на выручку, бегом юркнув за сменным ве́рхом, и принесла мне рубашку, которую я повязала поверх платья, чуточку оголив плечо. Вид был не хуже, чем раньше, поэтому уровень моего настроения пополз вверх. А ещё я очень горжусь своей подругой. Ей было весьма тяжело осмелиться выступать перед таким числом людей, но она не побоялась и отважилась рассказать презентацию, над которой работала не покладая рук целую неделю. Это большой труд.

– Ты видела, видела, да? Они аплодировали мне, им понравилось, ты можешь в это поверить?! Я справилась, – верещала во все горло.

Девушка была на седьмом небе от счастья и сойдя со сцены ринулась прямиком к нам троим. Её выступление было превосходным, пусть я и не видела его целиком, ибо была заперта в туалете, но я уверена, моя подруга блистала.

– Ты отлично справилась, я горжусь тобой, малышка! – сказал Дэйв, взяв девушку на руки и закружил.

Они выглядели такими счастливыми, я смущенно посмотрела на Деррика. Подметила для себя, что сейчас хотела бы также кружиться с ним и разделять радость моего успеха. Но какие-то внутренние барьеры не давали мне вот так сразу близко подпустить к себе молодого человека. Может все дело в том, что я неопытна и меня одолевает страх оплошать и показаться неумелой в романтических отношениях? Смотря на друзей, проигрывала в голове вопросы.

– Не ожидал, что ты настолько хороша в ораторстве, Ри. Я очарован, – сделал лестный комплимент парень и я, не сдержала порыва и кинулась ему на шею, захотелось повторить действия, как и наши друзья. Он не ожидал моего рвения и едва успел подхватить меня, но у него прекрасная реакция, поэтому он ловко поймал меня.

Это было незабываемо, вот так беспечно обниматься с ним, после хорошо выполненной задачи. Чудный вечер прервал звон моего телефона. Заглянула в него и увидела массу пропущенных звонков от мамы, неудивительно, что она названивала мне всё это время, ведь я оставила немало вызовов на её мобильнике. Могу уверить себя, что её напористость касаемо звонков была вызвана тем, что мы так и не поговорили перед выступлением, а мама лишь желала узнать, как всё прошло.

Официальная часть вечера позади и меня не покидает ощущение, что Макс ещё воздаст мне за то, что так кинула его у дверей туалета. Во время выступления, я то и дело неоднократно ловила на себе его взгляд, выхватывая из скопления зрителей в зале, что вынуждало меня неосознанно нервничать. Ещё никто так пристально не пялился на меня, норовя вывести из равновесия. Он смотрел, пытливо и изучающее, я бы даже сказала оценивая.

Гости были в приподнятом расположение духа, и каждый из них подходил и лично благодарил мистера Джонсона и всю администрацию университета за раут, проведённый весьма на высшем уровне. Мы с ребятами приняли решение вернуться домой, не оставаясь на другую часть мероприятия, так как у каждого из нас остались незаконченные дела, которые следовало бы завершить к началу новой учебной недели.

Болтали о прошедшем и наблюдали за гостями, которые кружились в танце, передавая своё настроение остальным. Напоследок и нас не оставило равнодушным подобное развлечение. Деррик и Дэйв, как настоящие джентльмены увлекли нас с Айси в неспешном танце, взяв роль ведущих на себя. Мы утопали в танце под мелодии композиторов. В один момент я бросила взгляд в окно, не оставив незамеченным резкую смену погоды.

Доселе позитивная погода, играющая последними уходящими в закат лучами света, разбрасывала солнечные зайчики по всей площади. Легкий ветерок, щекотавший днем носы гостей, стал более ярым. Небо, свободное от облаков, заволокло грозными тучами и, внезапно прогремел гром, раскатом пронёсшись над лагерем, оповещая о том, что вот-вот разразится гроза.

– Кажется, приближается гроза, думаю сто́ит завершить танец и выдвигаться в сторону дома, чтобы доехать до её начала, предупреди ребят, а я заберу свои вещи, хорошо? – вырвал меня из моих мыслей, произнёся Деррик.

– Ты прав, скажу Айрис и Дэйву, что пора уходить, – согласившись с парнем, останавливаю наш танец.

Отыскиваю друзей, самозабвенно танцующих поодаль от нас, они словно растворились друг в друге и не замечают никого кроме них. Дозваться их выходит лишь с третьего раза, жестом привлекая их внимание. Предупреждаю Айрис и Дэйва, и дождавшись, когда Деррик вернётся, мы отправляемся к выходу, как меня окликает голос декана.

– Мисс Миллер, я попросил бы вас остаться, с вами очень хотят пообщаться, – любезно, но с требовательными нотками заявляет мужчина.

– Это не займёт много времени? – решаю уточнить, как надолго мне следует задержаться.

– Не более часа, надеюсь, вы никуда не торопитесь? – чутко включается в беседу Джонсон.

Я мнусь с ответом и обдумываю, что сказать, но ко мне обращается Айрис, которая заверяет меня, что они могли бы дождаться меня, если это необходимо, но взвесив всё, я говорю друзьям, чтобы они ехали без меня, убедив их в том, что сама доберусь до дома.

Друзья поспешили в домик поскорее собрать вещи и уехать домой до того, как начнется буря. А мне предстояло остаться здесь и, как оказалось, после пообщаться с родителями, дети которых намереваются поступать к нам в будущем году. Обговорив все нюансы, я ответила на вопросы любопытных родителей. Удостоверилась у мистера Джонсона, что моя задача на сегодня выполнена, затем пулей поторопилась к домику. Забежала в него и бросилась к кровати. Заглядывая под неё нашла сумку и начала собирать в спешке вещи, забрасывая всё хаотично. Закинула по ошибке и вещи Айрис, которая забыла их на моей кровати, когда собиралась на мероприятие.

«Вот растеряша» – улыбнувшись, подумала я, когда заметила оставленную косметичку девушки на своей постели. Закончила сборы, вышла на улицу, окидывая грустным взором домик, с которым вновь придётся расстаться до следующего года.

На улице разразилось неописуемое, скорость ветра достигала двадцати метров в секунду, загибала деревья к земле, заставляя их склониться перед ней. Дождь громко стучал по земле, отбивая свою мелодию. Я пересекла парковку, найдя на ней мою одиноко стоя́щую машину под деревьями, неприметно спрятавшуюся от злостного дождя. Я слишком торопилась домой, поэтому все мои движения были быстры и несуразны. Я попыталась выудить ключи из сумки, но моя нервозность сетовала против меня, всё буквально валилось из рук. Я несколько раз с громким звяканьем выронила ключи на дорогу, ополоснув их в воде.

Я села за руль и словно стритрейсер ловким движением руки вырулила на дорогу и вжала педаль газа, наплевав на все правила безопасности, сейчас меня это волновало в последнюю очередь. Внимательно следя за доро́гой, я молча глазела на полоски, которые моя машина поедала, точно хищник, не замечая живописную природу, растелившуюся вдоль дороги. Достала наушники и воткнула их в уши, и включила композицию Баха. Классическая музыка успокаивала меня и задавала чуточку тоскливое настроение, отвлекая от скользкой, пропитанной дождём дороги.

Я ощущала себя под гипнозом, и вот чем мне это аукнулось. В один момент я просто не заметила большую кочку, что уютно поместилась посреди дороги, и, подпрыгнув на ней, как на трамплине, лишь спасённая судьбой осталась жива. Заглушила автомобиль, я вылезла под зябкий дождь, который и не собирался освобождать место веселящему солнцу. Оглядела машину со всех сторон.К моему сожалению, было обнаружено спущенное колесо, которое было очень ни кстати.

Единственный выход – смена колеса, которое тихо покоилось в багажнике.– Чёрт, чёрт, чёрт! Только не сейчас, только не это! – я ругалась вслух, расстроенная произошедшим.

– И что мне с тобой делать, – окончательно опешив, стала говорить с колесом, пытаясь его загипнотизировать.

Повертела головой в надежде увидеть вдалеке хоть одну проезжающую машину. В ответ мне возражал шум деревьев и барабанная дробь дождя и не одного звука движущихся колёс.

– Я редко к тебе обращаюсь, но, пожалуйста, услышь меня сейчас, ГосподьВсемогущий. Пошли мне помощь, я знаю, ты можешь, обещаю чаще ходить в церковь, – завела я монолог со Всевышним, моля его, наверное, о невозможном.

От отчаяния я готова была взывыть.Остаться посреди трассы поздним вечером такая себе перспектива. Ничего не оставалось делать. Взяла себя в руки. Выдохнула и направилась к багажнику, в котором валялось одиноко лежащее колесо, которое мне как раз было очень необходимо. Приложив все усилия, вытащила его из багажника и с грохотом опустила на землю. В этот момент с меня сошло семь потов. Порылась в задней части машины и обнаружила целый ящик инструментов, который, вероятно, лежал здесь именно для таких казусных ситуаций. Достала его. Он весил не меньше тонны, а мне предстояло разобраться с содержимым.

Перетащив его ближе к водительскому сиденью, я приземлилась в машине и стала соображать, что есть что. Из всего многообразия мне была знакома лишь пара предметов – старый гаечный ключ и домкрат. Все мои познания о том, для чего они нужны, строго ограничиваются тем, что домкрат служит для подъёма машины. Точка. Ознакомившись с содержимым таинственного для меня по сей день ящика, я приступаю к замена пробитого колеса.

Мне едва удалось доволочить домкрат до нужного места. Установила его, в надежде, что всё сделано правильно и принялась к орудыванию гаечным ключом, пробуя отвинтить колесо от автомобиля. Закинула язык на плечо, как говорится, я пыхтела, кряхтела так около десяти минут. Под беспощадным дождём я промокла до нитки, платье превратилось в тряпки, часть юбки была порвана. Даже не припоминаю, где я так успела, вероятно, в тот момент, когда тягала колесо из багажника. На одной из туфель сломался каблук. Вид был не из лучших.

И ещё раз, устремив взгляд к небесам, я повторяла свою мантру, как внезапно услышала звук мотора, ревущего практически рядом со мной.

– Спасибо, боже, я верила в тебя! – благодарила я судьбу, за подкинутую мне помощь в эту нелёгкую минуту, как увидела мотоцикл, аккуратно останавливающийся рядом с моим лексусом.

И как думаете, кто оказался моим спасителем? Конечно же, Макс. Кто если не он станет моим героем сегодня. Парень вальяжно слез со своего стального коня и мастерски поставив его на подножку, подошёл ближе. У меня не было желания разговаривать с ним, поэтому я не говоря ни слова продолжила колдовать над своей работой, в надежде, что эти пытки вот-вот завершатся.

– Весьма приятная встреча, – произнёс Макс, ехидно скалясь и рассматривая моё состояние и состояние машины, отмечая, что пробитое колесо не подвластно мне.

–Знаешь, как говорят? Бесконечно можно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течёт вода, и как такая растяпа, как ты, возиться с тачкой, вразумив себя автомехаником, – стоял и язвил Макс, пристально смотря на мучения, пока я тщетно вертела гаечным ключом.

Его сарказм был крайне неуместен и выбивал меня из равновесия, так как под его пристальным надзором, я всё хуже и хуже справлялась со своей задачей, то и дело, роняя инструменты.

– Ты остановился, чтобы в очередной раз поиздеваться надо мной? – не отрывалась от машины и задавала вопрос парню.

– Никак нет, увидел одинокую машину на обочине, решил остановиться и узнать, может, кому-то нужна помощь, а тут ты. Это даже порадовало, – оскалившись, сказал Макс.

– И что же тебя обрадовало? – очередной вопрос, ответ на который я уже знала.

– Мы не закончили наш разговор, – подойдя ближе ко мне и нагнувшись, чтобы лучше рассмотреть повреждение, ответил мотоциклист.

–Правда, а ты что не наговорился там в туалете? Или тебя не устроил монолог с самим собой, – неожиданно для себя я начала ехидничать, на долю минуты оторвавшись от колеса.

Он вытянулся словно струна, сказанное мною, его зацепило, но спустя минуту, от былого напряжения не осталось и следа и, Макс вновь стал прежним и начал подтрунивать надо мной.

– Кстати, что с твоим платьем? Дай угадаю, дралась с колесом и проиграла ему в неравной битве? – подметил мой убогий внешний вид, зубоскалил он.

– Ха-ха, очень смешно, – метнула в него недобрый взгляд и продолжила менять колесо.

– Хм, нет? Не угадал? Тогда ещё попытка. У тебя закончились деньги на новые вещи, и ты решила надеть своё любимое платье, которое давно уже мама пустила на тряпки? – доволен собой, Макс усмехнулся и увидел, что я начинаю злиться.

Окончательно до него дошло, в тот момент, когда я со звоном, бросила гаечный ключ на землю и направилась в сторону мотоциклиста.

– Ненавижу тебя, ты когда-нибудь оставишь меня в покое?! – моё терпение сходило на нет, колкости идиота выводили меня из себя.

– Только когда ты откажешься от конкурса, – произнёс Макс, но всё же он вызвался помочь.

Обойдя меня, он подошёл к машине, и поднял с земли гаечный ключ.

– Ужас, руки бы тебе пообломать за такое обращение с инструментом. Я сам всё сделаю, ни то так и останешься здесь под этим ливнем в своей развалюхе.

– Мне не нужна твоя помощь и я не нуждаюсь в твоих подачках. От кого-то, но точно не от тебя, – с гордостью произнесла, вернувшись к спущенному колесу, отодвинула парня в сторону.

– Я дважды предлагать не буду, – насмешливо отвечал парень, двигаясь к своему средству передвижения.

Он уже уселся на него и завёл мотор. Бросал взгляд от машины к мотоциклу. Я металась в принятии решения. Подумала и поняла, что само́й мне не справиться, я уже окоченела от холода, а дождь, судя по всему, и не собирается прекращаться. Мне ничего не оставалось, как сдаться на милость врагу.

– Ладно, не хочу это признавать, но ты прав. Сама не могу с этим совладать, я принимаю твою помощь, – подойдя к мотоциклу, просящими глазами посмотрела на Макса, который в этот момент был очень доволен своей победой.

Парень принялся за работу, а я, бессовестно оставила его мокнуть под дождём и залезла в машину, укутавшись в плед, найденный на заднем сиденье машины, и грелась, наблюдая за действиями парня. Они были слаженными и уверенными, словно он делал это ежедневно. Я подумала, что мне нравится наблюдать за его телодвижениями. Спустя минут десять мой красавец снова был в строю. Убрав спущенное колесо, парень закрыл багажник и подошёл ко мне.

– Принимай работу, Ариана.Можешь ехать, только будь аккуратна, не хочу снова терять время на возню с твоими проблемами, – сказал мне Макс, сверкнув своей белоснежной улыбкой, он не мог обойтись без издёвки, от этого у меня чуть челюсть не отвисла.

Возиться? Да кто он такой.

Выбравшись из машины, я оглядела её, запаска стояла как влитая, словно поломки не было и в помине.

– Спасибо, Макс, не знаю, как тебя отблагодарить, – я смущённо смотрела в землю, не понимая, как после этого вести себя с парнем.

– Отказ от конкурса будет наивысшей благодарностью мне, – подмигнув, ответил Макс, параллельно садясь на своего железного коня, приготовившись вот-вот рвануть с места.

Глава 9

– Старина Эйнштейн говорил: «Все знают, что это невозможно. Но вот приходит невежда, которому это неизвестно – он-то и делает открытие.»

Сильное высказывание, дающее пинок каждому из нас, но благо нам с вами ничего открывать и изобретать не нужно, потому поговорим о том, что же такое электрический ток.

– В проводниках, как мы знаем при определённых условиях, может возникнуть непрерывное упорядоченное движение свободных носителей электрического заряда. Тем самым отсюда и следует, что такое движение называется электрическим током.

Монотонный голос педагога тихонько погружал меня в сон, сконцентрироваться удавалось весьма непросто, ведь утро началось сегодня очень рано – с красным восходом солнца и дивного щебетания птиц. Первый семинар, который сегодня стоит в нашем расписании – физика.

Физика не являлась обязательным предметом изучения студентами нашего факультета, но я не смогла пройти мимо, когда был набор. Тогда мне казалось, что это очень занимательный и лёгкий предмет. Но суровая действительность оказалась не такой радужной, как ожидания.

Спустя несколько занятий выяснилось, что я далеко не поклонник точных наук, потому слушать об открытиях и теориях Альберта Эйнштейна каким бы великим гением он не был не в моих силах.

Я прикладываю массу усилий, чтобы не уронить голову на парту и не начать посапывать прямо здесь. Какой бы неинтересный предмет ни был, его необходимо посещать и сдавать по нему зачёт, поэтому даже на пресловутой физике, мне следует держать лицо и быть прилежной студенткой. А вот Айрис, наоборот, без стеснения и не боясь посетить кабинет Джонсона уже наверняка видит десятый сон, спокойно расположившись на парте и сопеть в тон голосу преподавателя.

Сегодня предстоит первая наша репетиция с Максом. Нам следует определиться с танцем, который будет представлять наша пара. А также нам кровь из носу нужно найти себе хореографа (хореографами для конкурсантов выступали студенты, которые учились на факультете международных танцев). Мы с моим компаньоном условились встретиться вечером, в 19:00, на заднем дворе колледжа, за корпусом гуманитарных наук. Как бы мне хотелось отложить, а лучше вообще отменить эту встречу. Но увы, чему быть того не миновать и сегодня мне придётся провести вечер в обществе этого нахала.

От занятного рассказа о теории частиц и их взаимодействия моё внимание отвлекает голос из динамика, который уведомляет о том, что мою скромную персону хочет видеть декан, что вынуждает меня немного заволноваться. Преподаватель останавливается и повторяет за диктором, просит меня оставить аудиторию и посетить мистера Джонсона.

Я плетусь на ватных ногах, в голове перекликается множество мыслей. Мои визиты к Джонсону в последнее время стали довольно-таки частыми, что не может не насторожить. Что же в этот раз ему от меня нужно? Я вхожу в кабинет, в котором царит полная тишина и слышен лишь стук часовых стрелок. Декан корпит за компьютером, активно набирая текст и не сразу замечает, что в его кабинет вторглись посторонние.

– Кхм, кхм…, – покашливаю я, дабы привлечь внимание.

– О, мисс Миллер, присаживайтесь, рад снова вас видеть! – оставляет без внимания дело, которым был увлечён, мужчина приветствует меня, расползаясь в улыбке.

– Я немного недоумеваю, почему вы снова вызвали меня, надеюсь, ничего страшного не приключилось? – с нотками волнения, которое было ясно видно по моему выражению лица, задала вопрос мистеру Джонсону.

– Бросьте, мисс Миллер, я лишь хотел спросить, как продвигаются репетиции. Мне очень хотелось бы взглянуть на этого оболтуса – Макса, который морочит мне голову уже столько времени, – он говорил с нотками задора, спрашивал так естественно.

Выдохнула и объяснила всё мистеру Джонсону. Мужчина вновь просиял улыбкой, сказанное мною, вероятно, его успокоило, ну или же как минимум утешило, а вот сказанное им далее, ввергло меня в шок.

– Репетиции, эм…Да, всё продвигается не так быстро, как хотелось бы, но мы стараемся, – на секунду я замешкалась, мой взгляд начал бегать в поисках предмета, на который я могла бы отвлечься, чтобы сбавить градус волнения.

– Великолепная новость, во сколько ваша репетиция? Я хотел бы зайти и посмотреть, как у вас всё проходит, – скрестил руки на груди и облокотившись на локти, с любопытством спросил он.

Волнение не покидало меня, поэтому я нервно начала теребить подол платья, пытаясь не думать о том, что если он придёт, то нам обоим не поздоровиться.

– А вы уверены, что это хорошая идея? Понимаете ли, у нас плохо проработаны движения, всё хаотично и неуклюже, вы лишь потеряете время, – стараясь унять панику, я начала отговаривать руководителя от идеи, нанести визит.

– Не беспокойтесь об этом, я лишь удостовериться в том, что наш злостный прогульщик исполняет то, что ему велено, – в безнадёжной попытке успокоить меня, невозмутимым тоном отвечает мужчина.

– Посещает…, – это всё, что мне удалось выдавить из себя, после той бури тревоги, что одолела меня.

Вкратце сообщаю ему координаты нашей репетиции и скоро попрощавшись я вылетаю из его кабинета.

Я вернулась к своему корпусу и дала себе немного времени унять дрожь волнения, которая до сих пор не отпускала меня. Ситуация складывалась далеко не радужная и мне следовало придумать, как не оплошать перед деканом и не получить нагоняй. Впереди ещё два занятия, которые мне, по видимости, придётся пропустить, чтобы подготовиться к репетиции. Первостепенной задачей для меня стояло разыскать своего горе-партнёра, который невесть, где сейчас мог ошиваться.

Я спешно решила набрать ему сообщение, которое гласило: «Нужно увидеться раньше! У нас проблемы! Джонсон хочет прийти на репетицию!»

Допечатала сообщение, чуть ли не с сигналом SOS и присела перевести дух на одну из скамеек, что стояли рядом с корпусом, в ажурной тени громоздких деревьев, от которых исходил диковинный аромат. Я заслушалась. Прошло около десяти минут томного ожидания. Ответ от Макса так и не поступил. Ничего не оставалось делать, как идти на поиски, ведь на счету была каждая минута.

Позвонила Дэйву, который учился с Максом на одном потоке и решила спросить, не видел ли он мотоциклиста сегодня, на что я получила печальный ответ – нет.

Корпус экономистов находился буквально за углом, стоило лишь пройти парочку скверов. Я не нашла парня в здании и отправилась на заднюю площадку, на которой студенты в обеденный перерыв отдыхали, уминая свою еду или же попросту готовились к следующему семинару. Решила, что если парня нет внутри, то, возможно, он просто дышит свежим воздухом. Я услышала девчачий писк и мужские ругательства. Вдалеке под навесом самого могучего дерева, что здесь росло, развязалась настоящая драка, вокруг которой собралась кучка зевак-наблюдателей, которые подтрунивали над теми, кто был в эпицентре борьбы.

– Разойдитесь, немедленно! Что здесь происходит?! – расталкивая зевак, пробиралась я в центр. Чутьё подсказывало, что моя пропажа как раз и стал зачинщиком этой потасовки.

– Какого черта здесь творится?! – я не ошиблась, одним из «борцов» оказался Макс, который лежал сейчас на земле и вертко отбивал нападение, стараясь защитить лицо.

Услышав мой голос, он отвлёкся, тем самым забыл отразить атаку и заработал кулаком в нос и тут же кровь хлынула фонтаном. Придя в себя и наспех вытерев рукавом толстовки кровь с носа, Макс нанёс удар своему противнику, отчего тот изогнулся пополам, ведь удар пришелся в живот. Воспользовавшись беспомощностью своего соперника мой партнёр встал на ноги и ещё раз стукнул несчастного парня в грудь, тот закашлялся, вероятно, удар был прямиком в солнечное сплетение. Не в силах и дальше продолжать баталию, побеждённый сдался, моля о пощаде.

– Ещё хоть раз услышу, что ты пускаешь подобные слухи обо мне или моей семье, я тебя закопаю, – склонившись над обессиленным парнем, злостно прорычал Макс, а по моему телу прошёлся табун мурашек.

Таким грозным я его ещё не видела, в его глазах наблюдались бесята ярости. Макс пнул несчастного ботинком и отошёл от толпы. Я поспешила за ним.

Опасаясь подходить к нему в таком состоянии, я приняла решение дать ему время прийти в себя. Я стояла позади него, боясь побеспокоить. Он выглядел таким странным. Взъерошенные волосы, которые он приглаживал рукой, выбившаяся из-под толстовки футболка, оголившая мышцы спины…

Вероятно, он ощущал мой взгляд, или шелест травы под моими ногами выдавал моё присутствие, когда я мялась с ноги на ногу. Обдумывала как правильно начать разговор.

– Долго будешь стоять там?! Недоразумение, что тебе от меня нужно? – грубо прервал моё любование им и напугал, отчего я чуть было не подскочила на месте.

Я была возмущена, что он снова так брезгливо обращается ко мне, но переборов эмоции, я выдохнула и сдержанно ответила:

– Декан Джонсон будет сегодня на репетиции, возникает вопр…, – не успела закончить предложение, он перебил меня на полуслове.

– Мне плевать, я вроде ясно дал понять, – он приблизился вплотную ко мне, присев немного, чтобы наши глаза оказались на одном уровне и добавил:

– Как вы все меня достали!

Мне так же, как и ему не улыбалась эта затея, но раз так вышло, и мы угодили в одну лодку, то стоит начать действовать сообща.

– Угомонись и выслушай меня! Джонсон сегодня придёт и что мы ему продемонстрируем? Спляшем бугги-вугги? Он шкуру с нас сдерёт, за то, что у нас нулевая подготовка, – на одном дыхании выдала ему свою браваду.

– За какие такие грехи ты свалилась на мою голову, – чуть погодя произнёс мотоциклист.

– И, какие у тебя будут идеи, предлагаешь забацать танец прямо сейчас? – уже отойдя от драки и понемногу успокоившись, Макс спросил.

– Для начала нужно бы найти хореографа, а дальше разберёмся. Так что бери вещи и идём в кафетерий, пообедаем, а там как раз и Никки подойдёт, – улыбнулась уголками глаз я обрадовалась тому, что он таки пал на мою милость и я оговорила наш план действий.

– Никки? Хорошо, пусть будет она, – пожал плечами и закинул свой рюкзак на плечи Макс проворным шагом двинулся в кафетерий, побуждая меня, чуть ли не бежать за ним.

Кафетерий был пуст. Все студенты находились на занятиях, потому нам крупно свезло занять самые удобные места, рядышком с окном и прекрасным видом на парк. Мы взяли перекус. Ну как сказать мы. На моём подносе оказался большой стакан капучино и тройной гамбургер, а вот Макс решил ограничиться лишь тыквенным латте, что крайне поразило меня.

– И ты его съешь? Не чересчур большой, для такой мелкой как ты? – перебрасывая взгляд с гамбургера и на меня, интересовался парень.

– Съем, моему растущему организму необходимо хорошо питаться, – фыркнула носом, что придало мне вид ёжика, я нарочно откусила громоздкий кусок и протянула:

– Ммм, объедение.

– Ещё и обжора, – сделал глоток своего латте и отвернувшись к окну, изрёк мотоциклист.

– Хватит обо мне, пока у нас есть время, – прожёвывая гамбургер и как истинная леди,вытирая соус с уголков губ, начала я говорить.

Заметила, что он показательно игнорирует меня и пнула ногой под столом, он пошатнулся от внезапности.– Зачем ты накинулся на того бедолагу? – спросила я.

– Не твоего ума дела, тот, как ты его прозвала – бедолага, заслужил парочку ударов под дых. Меньше будет чесать своим поганым языком, – продолжил попивать свой кофе и не оглядываясь на меня, ответил Макс.

– И что же такого он мог сказать? – не желая теплить себя догадками, я ненавязчиво выведывала у партнёра информацию, коротая время за ожиданием хореографа.

– Какой танец будем ставить, Ариана? Раз отказываться ты не планируешь, а у меня выбор невелик, то давай выберем то, на что у нас обоих хватит терпения? – не горя желанием продолжать тему потасовки, парень переводит её, на этот раз наградив меня своим взглядом.

Мне хотелось всего ничего – пощекотать его нервы и увидеть страх в его глазах, когда он узрит сложность и многообразность па в данной постановке. Я включила видео и, как только Макс увидел первые движения, его глаза стали больше в два раза и чуть ли не повылазили из орбит.

– Хм, я долго думала об этом, столько видео роликов пересмотрела. И меня очень зацепил один вид подвижных танцев, – открыла галерею в телефоне ия начинаю рыться в нём и решив найти ролик с танцем фокстрот, но я не спешила сообщать Максу о том, что это не единственный и не последний вариант.

Он поперхнулся кофе, вследствие чего, на его толстовке проступило тыквенное пятнышко:

– Ни за что не подпишусь на это! Может, найдём что-то попроще? – словно с мольбой, говорил мотоциклист, промокая салфеткой пятно и отставляя свой недопитый кофе, дабы подобного не повторилось, а то ведь неизвестно, какие ещё варианты я ему уготовила.

В то время, пока я разыскивала в галереи своего телефона ещё одно видео, не заметила, как к нам приблизилась ещё одна фигура, тень которой упала на нас. Это была Никки. Второй семинар закончился и она, как и обещала,пришла.

– Привет, Ариана! – обняла меня девушка и поздоровалась.

– И…Эм, – она промешкала, позабыв имя моего спутника, он тут же представился.

– Макс. Макс Ламберт, экономический факультет, – блеснув своей улыбкой, отсалютовал он Никки.

– Итак, вы уже решили, каким танцем будете сражать всех на конкурсе? – заняла место рядом со мной, усевшись на соседний стул и сбросив сумку около рюкзака Макса, хореограф перешла к делу.

Из её уст донёсся нервный смешок, по всей вероятности, наш выбор позабавил её или же испугал, ведь ей следовало научить нас всем сложным па, которыми богат этот стиль танца. ( * Фокстрот – хореографический стиль, возникший в эпоху Гарри Фокса).– Обижаешь, мы будем танцевать фокстрот, – специально зыркнув на Макса, ответила я новоприбывшей.

– Кхм…Вы уверены? Ошеломляющий выбор, но думаю для такого конкурса нужно что-то более чувственное, нежное, проникновенное, – начала было говорить Никки, бросая взгляд то на меня, то на Макса. Словно подбирая в голове нужную композицию танца для нашей пары.

– И я ей то же самое говорю, проще нужно, – выдохнув с облегчением и обрадовавшись тому, что предложенный мною вариант отвергнут, мой партнёр решил поддакивать нашему девушке.

– Говорил? Что ты там говорил? – решила уточнить у него, но меня опередила Никки, уже подобравшая безупречный «простенький вариант» для нас обоих.

– Хрустальный вальс! То, что нужно! – восхищённая своей блистательною идеей, она подскочила на месте и захлопала.

На неё обернулось несколько студентов, которые пришли перекусить.

– Вальс? Хм, мне нравится. Раз два-три, раз два-три. Пара квадратов и ничего трудного. Никки, идеальный выбор. С таким даже бы и самый неуклюжий медведь справился, – почесав подбородок и на свой страх и риск, быстро глотнув кофе, вслух мозговал Макс.

– Медведь-то может и справился бы, а вот на твой счёт я не была бы так уверена, – решила поддеть его я.

– Ты…Что ты? Хорошо дамы, раз мы приняли решение какой танец будет на конкурсе, то разрешите мне откланяться, меня жде…, – запротестовал на мой подкол и решил спастись бегством, Макс по-джентльменски сделал поклон и собирался было смотаться, но его попытку к вмиг приструнили.

Никки, которая во весь свой звонкий голос вещала о том, каким должен получиться наш танец, воодушевлённо витала вокруг нас. Сделала очередной круг вокруг моего товарища по несчастью и остановилась позади него, как раз в ту секунду, когда он хотел свершить побег.

Струсил, а может и просто поддавшись очарованию Никки, мотоциклист вернулся на исходную позицию, и надув губы допивал свой остывший латте.

– Стоять, дружок, команды расходиться не было! – ткнула его пальцем, указала на стул, который одиноко стоял вблизи Макса, показывая ему что нужно вернуться на место.

Он решил устроить нам в некотором роде байкот, на наши предложения или высказывания парень слабо реагировал. Он просто смотрел неотрывно в окно, мотая в руках пустой стакан из-под кофе.

– Пфф…, -фыркнул и показательно закатил глаза, не хотя и с шумом приземлился на стул молодой человек.

– Земля вызывает Макса, ты здесь? – я щёлкнула пальцами перед носом мотоциклиста, выводя его из транса, требуя начать учить квадраты па.

Никки метнула на него неодобрительный взгляд, в её глазах было заметно недовольство. Она подошла к нему. Взяла за руку и вывела чуть ли не на середину столовой, бросив парня недоумённо стоять. Затем подозвала к себе и меня. Мы стояли рядом и боялись смотреть на друг друга. Глазели в пол, как два провинившихся студента.– Чего тебе? – уделил некоторое внимание мне, он мельком взглянул на меня и продолжил пялиться на деревья, меланхолично покачивающиеся на улице.

– Ариана, тебе нужно устроить свои руки на его плечах, – указала сначала на меня, а после показала на размашистые плечи моего партнёра, уточняя, раздавала указания Никки. Я подчинилась её воле.

– А ты, Макс, не стой столбом, положи руки на её талию, – сказала она ему.

Никки оставалась непреклонна и потому, подойдя к нам, уложила горячие ладони Макса на мою тонкую талию.– А без прикосновений никак? – наш «неженка» решил поломаться, потому стал канючить.

– Видишь. Ариана ведь не кусается, – осталась довольной своим поступком, хореограф отошла продемонстрировать квадрат, который мы должны были повторить.

Па оказались не такими уж и тяжёлыми и, мы старались воспроизвести их. Но на войне не без урона, как говориться. Мы сбивались со счёта и у нас выходило всё скомкано, а Макс умудрился отдавить мне ногу, наступая на неё каждый раз. Ну а я, то и дело ударялась в его грудь носом, врезаясь, когда наши движения не совпадали. Никки стояла позади, подсказывала и направляла нас, время от времени негромко смеясь.

Очередной квадрат, нога Макса на моей, и я не вытерпела, громко взвизгнув от боли.

– Прекрати топтать мои ноги, и правда, как косолапый! – выкрикнула я ему, предварительно оттолкнув, тем самым остановила репетицию.

– Ты сама виновата, выполняй всё правильно! – начал защищаться он, раздраженно смотря на меня.

Он слушал. Стоял, смотрел на меня, очевидно, надеясь прожечь дыру. После не сказал и слова, направился к столу, с грохотом отодвинул его, закинул рюкзак на плечи и исчез из кафетерия. До меня отдалённо донеслось ругательство, которое он произнёс, прежде чем раствориться за дверью:– Это я неправильно делаю? Это ты неуклюжий медведь! Не слышишь счета Никки? Уши заложило? – я стала нападать на него хотя понимала, что подготовка будет непростой и изнурительной и мы ещё не раз поссоримся, но сейчас ничего не могла с собой поделать.

– Идите к чёрту! – ругнулся Макс.

Его словно и след простыл. А я стояла и пялилась на дверь, за которой улетучился мой партнёр.

– Извини, это наша первая репетиция и мы не особо ладим друг с другом, но обещаю, в другой раз будет по-другому, – я стояла, с пунцовыми щеками и мялась посредине кафетерия, не зная, как вести себя с Никки.

Я решила извиниться, мне было стыдно за то, что она сделалась непрошеным свидетелем нашей ссоры.

– Ничего страшного. Всё в порядке, считай, что я ничего не слышала и не видела, давай назначим следующую репетицию? – она опустилась за стол, приглашая меня. Мы обсудили следующий день репетиции, и я поспешила пойти на последний семинар.