Вика психанула, фыркнула, но не стала спорить. Это ее не вразумило и на следующий день она опять начала делать те же самые манипуляции в мою сторону.
Я терпела! У меня не получилось с ней договориться. В итоге я высказала все начальству. Нужно сказать, что Вика нашего директора практически боготворила.
Она всегда восхваляла его, как мужчину, потому что Михаил Дмитриевич был очень привлекательный, умный и весьма состоятельный. Видимо, Вика грезила им. Конечно, его она послушала, но на меня окрысилась и назвала стукачкой.
После речей самого привлекательного директора Вика все-таки согласилась, чтобы мы распределяли тяжелую работу поровну. Отношения у нас испортились. Хотя они и так были не очень теплыми, но теперь стало хуже. На объектах мы практически не общались, поэтому работа шла тяжело. Было сложно не физически, а эмоционально.
Для меня очень важно, чтобы в коллективе была дружеская хорошая обстановка. Когда можно друг друга поддержать, поделиться новостями, посмеяться. Мы – девочки и у нас тяжелый физический труд, а если к тяжелому физическому труду добавить еще напряженную психологическую обстановку, то становится очень тяжко и некомфортно.
На тот момент своей жизни я принимала такие нюансы как должное, ведь другого опыта у меня не было.
Так вот, однажды нас с Викой отправили на уборку коттеджа. Это был хороший дом на окраине города, закрытая частная территория, весьма ухоженный участок.
Мы распределились. Вика идет на кухню, а я иду на санузлы. В какой-то момент она позвала меня и предложила:
– Давай поменяемся?
Я подумала: «С чего она мне это предлагает?»
– Я там уже практически закончила в санузлах, – ответила я.
– Да, дело в том, что кухня огромная. Я уже устала. Давай мы поменяемся? Ты домывай кухню, а я пойду на санузлы, а потом пойдем мыть комнаты. Не могу тут уже находиться, надоело.
Это был первый раз, когда Вика в любезной форме меня о чем-то попросила. Вдруг она решила таким способом помириться.
– Ну хорошо, – ответила я, – без проблем!
Я начала мыть кухню, и все в целом проходило нормально. К вечеру приехал Михаил Дмитриевич, и тут началось самое интересное.
Заказчица зашла на кухню и начала дико визжать. Дело в том, что у нее на кухне каменная раковина, и она оказалась вся поцарапанная.
– Кто мыл кухню? – спросил Михаил Дмитриевич.
– Кухню мыла Алина, – с уверенностью и улыбкой на лице сказала Вика.
Дело в том, что когда поверхность раковины мокрая, то на ней не видно дефектов. Потом, когда все высыхает, то царапины проявляются. Соответственно, я не видела, что с раковиной. Вика меня сюда специально отправила, чтобы потом спихнуть вину на меня.
Михаил Дмитриевич в первую очередь предложил заказчице скидку. Она не согласилась и начала требовать, чтобы мы возместили ущерб.
По ее словам, эта раковина стоит около тридцати тысяч рублей.
Я отвела Вику в сторону.
– Это ты поцарапала?
Она смотрела мне прямо в глаза и с улыбкой ответила:
– Конечно, это не я, это ты! Ну или докажи обратное!
«Вот же тварь», – подумала я.
Мне было понятно, что предложение поменяться на уборке было не актом улучшения отношений. Это была обыкновенная и подлая подстава.
Михаил Дмитриевич написал расписку, что мы возместим ущерб, и попросил прислать чек на раковину, чтобы заказать именно такую. После чего мы отправились по домам.
Могу сказать честно, что в тот вечер дома я просто рыдала, у меня была истерика. Для меня это были огромные деньги. Мало того, что нужно будет эту сумму отработать. Больше всего было просто обидно. Ведь я не виновата в случившемся, но доказать обратное не могла.
Я поставила чайник, хотела увидеть солнышко на стекле. Но вот же невезенье, у основания провод заискрил и перегорел! Теперь чайник не работает! Что за день сегодня? Почему мне в жизни так не везёт? Даже чайник против меня.
Домой со свиданья пришла Алена, такая вся счастливая и окрыленная новыми отношениями.
– Что, гуляешь? А у меня тут капец!
Я рассказала ей всю историю. Алена была правдолюбом и спросила:
– Почему ты должна за это платить?
– Так я не могу доказать, что это не я поцарапала раковину. Ее слово против моего. А я, в отличие от нее, с небольшим опытом. И действительно, кухню в конце мыла я. Кому из нас поверят?
– Я сейчас разберусь!
Алена выхватила мой телефон и побежала в сторону входной двери. Видимо, хотела выйти на улицу и позвонить моему начальнику.
– Стой, – крикнула я и бросилась за ней вслед.
Она уже закрывала входную дверь, но я успела подставить руку и часть ноги. Алена со всей силой хлопнула дверью. Тут я завизжала и почувствовала жуткую боль.
– Посмотри, что ты наделала. Черт, так больно.
Алена уже не собиралась сбегать из дома с моим телефоном. Даже забыла, что собиралась звонить моему директору.
Вот сижу я на диване, держу замороженную курицу в районе стопы и рыдаю. Алена бегает вокруг меня и пытается утешить.
– Меня подставили… за раковину теперь платить, – заикаясь и хлюпая носом, бормотала я, – так еще чайник не работает, и ты мне ногу сломала.
– Ну прости! Я же не специально.
– Посмотри на мою руку. Указательный палец смотрит куда-то вбок.
Алена взяла мою руку и начала аккуратно ощупывать палец.
– Да, он действительно какай-то странный!
– Ага, ходишь тут по свиданиям, а на меня тебе плевать. Между прочим, я работаю, в отличие от тебя.
– Знаешь, так говорят мужики своим неработающим женам.
– Да? – вытирая сопли, спросила я.
– Прикинь! Да!
Я разозлилась на нее. Набрала полную грудь воздуха, чтобы наорать. Но в этот момент Алена со всей силы потянула мой указательный палец, чтобы вправить на место. Вместо запланированного крика в сторону Алены я издала глубокий протяжный вой и выругалась матом.
– Ты орешь, как кобыла при схватках!
– Что? Как кобыла? Можно подумать, ты знаешь, как они орут.
– Знаю, много раз в детстве видела, – спокойно ответила Алена.
– Просто очень больно, понимаешь?
– Ну, допустим, палец вправлен и все обошлось. А вот что с ногой? Видимо, придется скорую вызывать.
– Я не хочу. Я боюсь!
Алена посмотрела на меня с укором и вызвала скорую.
Медики приехали достаточно быстро. Я сидела зареванная на диване. Конечно, они поинтересовались, что случилось. Ну я все и выдала как на духу.
– Значит, правильно ли я понимаю: две девушки живут вместе, подруги. Подрались между собой, и в итоге одна другой сломала ногу? – посмеиваясь, спрашивал у меня врач.
– Нет, мы не подрались, а просто поспорили. – сказала Алена.
– Значит, теперь обычные споры приводят к перелому конечностей?
– Нет, это случайность! – теперь уже я начала вставлять, чтобы мы не выглядели полными дурами.
В итоге, мне наложили гипс. Класс! Как я теперь буду отрабатывать раковину?
На следующий день мне позвонил Михаил Дмитриевич и сказал, что такая раковина в магазине стоит не тридцать тысяч, а пятнадцать. Тут я уже немного выдохнула, но предупредила его о своей травме и о том, что не скоро смогу выйти на работу.
– Ты что, это специально сделала? – рассмеялся он.
– Нет, конечно. Это случайность!
– Случайности не случайны, – добавил он.
– Хотите, я вам расписку напишу?
– Так, успокойся и сильно не переживай. У меня есть идея по поводу этой раковины.
Оказалось, что Михаил Дмитриевич обратился к производителю раковины. Он попросил объяснить, почему у данного изделия настолько нежное защитное покрытие. Ведь оно так легко царапается!
После долгих переписок и разговоров, он отправил производителю фото многострадальной поцарапанной раковины. Производитель ответил, что скорее всего попалась бракованная раковина. Также они готовы принять данное изделие на экспертизу, и скорее всего просто заменят на новую.
Заказчица, посмотрев ответ производителя, сказала, что демонтировать раковину не хочет, и они сошлись на том, что ее просто отшлифуют. Это стоило весьма недорого, и я смогла за это заплатить.
Вину с меня сняли, так как здесь больше брак, чем повреждения, нанесенные клинером. А вот Вика даже немного расстроилась.
После такого опыта работы я пришла к двум выводам.
Первое. Есть хорошие и справедливые начальники! Я была безумно благодарна Михаилу Дмитриевичу, потому что если бы не он, то я бы сама не справилась с такой ситуацией. Удивительно, но он меня не ругал, не оскорблял, а даже помог.
Второе. Я не хочу работать с людьми, которые могут меня подставить. Не хочу работать с подлыми натурами, которые мной пользуются, помыкают и манипулируют.
Из-за Виктории я ушла из этой клининговой компании и начала искать другую. Достаточно быстро мне повезло.
Через наставника моей соседки меня познакомили с девушкой, которая работала в небольшой клининговой компании. Та сказала, что сотрудник нужен и дала мне номер телефона ее менеджера Натальи. Далее все просто. Я созвонилась, вышла на стажировку, потом начала полноценно работать. В этом коллективе я задержалась очень надолго.
Там меня устраивало все. Была поддержка, приятный эмоциональный фон и работа проходила гораздо уютнее, быстрее и проще. Мы собирались вместе на праздники и дни рождения, делились своими радостями, бедами и сложностями. Они мне стали не просто сослуживцами, а друзьями.
Могу сказать от себя. Никогда не ходите на работу в подобный серпентарий, гадюшник чувствуется сразу. Вы проводите большую часть жизни на работе. Тщательно выбирайте, с кем проведёте годы своей жизни.
Берегите и любите себя. Там, где плохо психологически и морально, ничего хорошего не будет. Не стоит ждать, что всё наладится и не стоит тратить там свое время. Просто идите дальше и обязательно найдете своих людей.
От мусора к чайнику
Наверное, это будет самый короткий мой рассказ. Дело было летом. Я как раз устаканилась на новом рабочем месте.
У нас был дружный коллектив. Всем девочкам давали напарниц. Мне досталась Катя. Та еще штучка! Вечно надо мной прикалывалась. Хотя ее юмор мне очень нравился и шутки были добрые. Зато иногда на заказах мы так ржали, что потом живот болел.
С остальными девочками нас ставили только на крупные объекты. С ними мы виделись почти каждое утро, когда собирались у офиса.
Руководила всем процессом менеджер Наталья. Такая "мамушка" над большим количеством молодых девчонок. Она нас нежно и с любовью обзывала курятником.
Иногда она приходила к нам в процессе уборки, а мы там бегаем, моем, спешим, нервничаем. Вот в такой момент она останавливалась в проходе, вдумчиво смотрела на нас и медленно произносила:
– Ну вот, опять у вас здесь курятник!
Так вот, я доросла по своей зарплате до такого уровня, что появилась возможность тратить деньги на себя. Первое, что мне искренне хотелось сделать – маникюр.
Раньше я думала, что, работая клинером, невозможно ходить с красивыми ногтями и вообще в целом хорошо выглядеть.
Но вот однажды, у нас в команде появилась девушка, которая всегда ходила с ресничками, ноготочками и вся такая девочка-девочка. Тут я подумала: а чем я хуже?!
Оказалось, что профессия и то, как ты выглядишь, – это абсолютно не связанные вещи. При любой профессии можно выглядеть на все «сто». Если, конечно, человек этого хочет, а не находит миллион причин для ограничения возможностей.
Свое преображение я решила начать с ногтей. Знакомая девушка как раз занималась этой великолепной профессией и сделала мне невероятно красивые небесно- голубые ногти.
– Гель лак точно не слетит, – уверяла она меня.
– Отлично!
– Но если что, то приходи!
Вот это «если что» – это, интересно, что имелось в виду? Но я не забивала себе голову и не могла налюбоваться на свои красивые ручки, даже сделала фото и выложила в социальные сети.
На следующий день жизни моих прекрасных ногтей, звонит мне менеджер Наталья и говорит:
– Алина, у нас тут нестандартный заказ. Нужно мусор с крыши убрать.
Самое интересное, говорит и еле сдерживает смех.
– Какой еще мусор?
– Ты не переживай. Дело плевое. Позвонила мне представитель управляющей компании суперэлитного квартирного дома. Ты там была один раз.
– И что там нужно убрать?
– Так вот, работали у них там на крыше какие-то мастера, что-то чинили. Видимо, работали весь день и решили прибухнуть, скучно им стало!
– Тут уже становится интереснее.
– Так не убрали за собой! А с соседнего дома было все видно. Они там тусили под музыку с сигаретами в зубах и бутылками в руках. Но надо отдать должное, работу выполнили!
Я начала откровенно ржать в голос.
– Это, конечно, капец просто. А чего сегодня просто не уберут.
– Видимо, не в состоянии! Устали очень. Мне даже прислали видео, как они там развлекались. Хочешь посмотреть?
– Нет, не особо хочу видеть пьяные мужские рожи.
– Алин, там убирать – делать нефиг. Просто управляющая компания принципиально не хочет этого делать. Поэтому обратилась в клининг, чтобы мы убрали. А они потом с чеком будут обращаться в организацию, откуда эти ребята были, чтобы деньги вернули.
– Ты реально хочешь, чтобы я убирала пустые бутылки из-под вискаря – или что там у них было – с крыши?
– Слушай, я им такую сумму за это назвала, что за эти пять минут позора уборки за алкашами ты получишь как за три полных рабочих дня.
– А они согласились?
– Конечно! Ведь в итоге не им платить, а тем ребятам, которые нагадили на крыше элитного дома. Вот это надо было додуматься. Ну так что, ты пойдешь?
– Ладно, я согласна на пять минут позора за хорошие деньги.
– Алина, ты сейчас говоришь, как проститутка.
Наталья мне подвезла сумку с инвентарем. Я поднялась на крышу и увидела «это». Не хочу описывать то, что я увидела. Просто не хочу!
Я достала пакет, надела перчатки, дышала исключительно ртом, чтобы не вызвать у себя рвотный рефлекс. Затем быстренько покидала все в пакет. Одна недопитая бутылка начала протекать. Тогда я взяла другой пакет – и его в пакет. Сняла перчатки – и тоже в мусорку их.
Далее я достала третий пакет, чтобы этот пакет с мусором положить в него, на всякий случай. В такой момент в голове вертится: «Ну мало ли что, лучше подстраховаться».
Все было убрано, и я счастливая и довольная пошла на выход. Мои красивые ручки с новыми ноготками несли пакет с отходами от тусовки каких-то мужиков.
Дальше было все очень весело. Я несла пакет на расстоянии вытянутой руки, потому что мысль о том, что в этом пакете, не давало мне покоя. Вдруг неожиданно протечет оттуда на меня.
Дело в том, что я ненавижу запах алкоголя и "амбре" бычков просто терпеть не могу. Плюс, там были остатки еды, которые они не смогли доесть. Видимо, ребята основательно подготовились для работ на крыше элитного дома. Потом видео с их тусовкой выложили в интернете и набрало оно очень много просмотров.
На лестнице моя нога подвернулась, потому что под ноги я не смотрела вообще, а была сосредоточена на пакете.
Из-за резкого рывка вниз, при падении я попыталась схватиться за перила рукой, в которой был пакет. Пакет зацепился за угол перил, порвался и практически все рассыпалось. Капец просто! Заодно об эти несчастные перила я сломала два ногтя и громко, с эхом, выругалась матом.
Я снова достала пакеты и перчатки. Снова начала собирать отходы мужской деятельности со звёздной тусовки. Мимо шел мужик. Я стояла попой вверх и головой вниз, собирала мусор и тихонько материлась.
– Девушка, а вы что тут делаете?
Я встрепенулась, подняла голову.
– Вы что, одна из тех девиц, которые вчера приезжали на крышу?
Боже, так что же там вчера было? Если уже речь пошла о девицах.
– Нет, я из клининговой компании. Убираю. Не видно разве?
– Вообще, больше похоже, что вы разбрасываете, а не убираете.
– Мужчина, не мешайте мне. Идите куда шли.
– А телефончик не дадите?
– Я не из тех девушек. Непонятно разве?
В этот момент одна из стеклянных бутылок с грохотом покатилась вниз по ступенькам. Я – за ней. Мужик – за мной.
Тут по лестнице идет какая-то женщина, спотыкается об этот мусор. Пакет рвется еще сильнее, и по лестнице уже покатились все остальные бутылки.
На грохот вышли соседи. Мужик куда-то сразу исчез. Видимо, слишком много свидетелей.
Пять минут обещанного позора превратились в час кромешного ада. Все обитатели этого элитного дома собрались, стояли и смотрели, как я бегаю по лестнице и все это собираю.
В итоге всё, конечно, закончилось хорошо и ногти мне подкорректировали. Девушка мастер сказала, что это обычное дело.
Эту историю я долго помнила. А вот на полученные деньги за этот час ада я решила себя побаловать и купила себе новый и красивейший чайник для дома. А то старый-то сломался, и моего солнышка на окошке я больше видеть не могла. Вот теперь, когда пью чай и вижу улыбающееся солнышко на стекле, то вспоминаю эту историю и уже не так улыбаюсь солнышку, как раньше.
Королевская креветка
Стоял прекрасный солнечный день, у меня был выходной. Тут завибрировал телефон. Звонит Наталья. «Ну нет, – подумала я. – Не говори только мне, что срочно нужно выйти на заказ. Я не хочу-у-у!»
– Привет. Удобно говорить?
– Да, нормально. Я сегодня не могу выйти, – я решила сразу обозначить.
– Эмм… – протяжно произнесла Наталья. – Ну как хочешь! Тут хороший клиент освободился. Платят много, но если тебе неинтересно, то предложу…
– Нет, говори, – перебила я ее, – рассказывай.
– Так вот. Есть тут у нас постоянный клиент, ну очень богатый. У него работала наша клинер, но она уже в возрасте, не справляется, поэтому решила уйти на пенсию. Хочешь заменить ее?
– Ну, возможно, хочу, но только не сегодня, – многострадальным голосом протянула я.
– Ладно, пусть не сегодня. Тогда я тебе пришлю сейчас номер телефона Аллы Григорьевны. Это она у них убирала. Познакомитесь, пообщаетесь. Завтра она тебе покажет все нюансы работы в этом доме. Сразу хочу сказать, что клиенты непростые.
– Так они все непростые! Куда ни плюнь – то тут сложный, тут перфекционист, а тут просто псих, – попыталась пошутить я.
– Без шуточек и посерьезнее. Это богатые и влиятельные люди, которые твой юмор точно не поймут.
– Так я и не собираюсь там шутить. Иду на работу, чтобы работать, а не болтать.
– Умничка. Так держать. Я знаю, что ты справишься!
Наталья прислала мне номер телефона Аллы Григорьевны. Пока я прогуливалась, решила позвонить ей, не откладывая. В трубке услышала уставший и немного сиплый голос.
– Здравствуйте.
– Здравствуйте, мне ваш номер телефона дала Наталья, наш менеджер, меня Алина зовут, я буду работать вместо вас.
– Привет, Алина, давай сразу на «ты». Скажи, у тебя психика устойчивая?
Этот вопрос меня просто ввел в ступор. Даже еще не начали диалог, а тут такой вопрос в лоб.
– Я бы сказала, что скорее нет!
– Отлично! – воскликнула она. – Значит, тебе уже нечего терять!
Было слышно, как она откровенно смеется в трубку.
– Ты не обращай внимания на мое чувство юмора, – продолжала Алла Григорьевна, – просто от этих клиентов – либо вешаться, либо смеяться. Лучше второе, иначе не вытянешь.
– Что-то мне уже не хочется к ним, – ответила я.
– Да не переживай! Если я в своем возрасте вытягиваю, то ты точно справишься. Главное – ничего не принимать близко к сердцу.
Далее Алла Григорьевна решила мне рассказать про эту семью, чтобы я имела хоть немного представления о них.
– Глава семейства – некая властная личность, мужчина около пятидесяти лет от роду, невысокого роста, с пузиком, психованный, кричащий, вечно кем-то недовольный. Его, слава богу, ты будешь видеть крайне редко, потому что дома он бывает поздно вечером и приходит постоянно подшофе. Если появляется днем, то ненадолго. Занимает очень высокий пост, имеет бизнес, весьма доходный. Далее пойдут жены.
– В смысле жены? У него их несколько? – прокомментировала я.
– Нет, официальная – одна, которая последняя. Но есть еще парочка предыдущих, которые активно участвуют в жизни детей.
– Так, стоп, я уже запуталась. Они что, все вместе живут?
– Нет, предыдущие жены живут отдельно, но дети приезжают. Через детей они пытаются манипулировать главой семейства.
– Видимо, там весёлая шведская семья.
– Ой, там целый зоопарк. От первой жены у него сын – подросток, в голове – ветер и туман. На цокольном этаже есть комната для игр в виртуальную реальность. Он постоянно там зависает. С ним приходит толпа друзей-подростков. Я называю их «племя шимпанзе». Они налетают на кухню и просто сжирают всё что находят, как саранча. Наша бедная кухарка еле справляется, когда происходит нападение на продуктовые запасы и холодильник, отбиться можно только едой.
– Не хотела бы я быть поварихой в этом доме.
– Зато платят ей хорошо. От второй жены детей нету, но она часто приходит якобы по очень важному делу. Она эдакая мисс стерва. От третьей жены у него опять сын, но они сейчас живут за границей и периодически приезжают в гости. От четвертой жены – сын детсадовского возраста и совсем маленькая малышка. Про нее будет отдельная история. Еще в доме живут сестра жены и ее муж.
– Какой из жен?
– Из последнего племени. Еще там живет мать князя. Дополнительно, на постоянной основе в доме обитают кухарка, садовник, няня и охранник. Водитель еще приходит и уходит.
– Капец сколько там народу!
– Ой, да ты привыкнешь!
На следующий день мы с Аллой Григорьевной поехали в этот дом. Нет, я буду называть это не домом, а особняком. Хотя сейчас модно говорить «коттедж», но мне плевать на моду.
Я посмотрела на объемы и ужаснулась.
– Сколько тут квадратных метров?
– Точно не могу сказать. По-моему, около тысячи или даже две, – ответила Алла Григорьевна.
– Так я же не справлюсь с таким объемом!
– К ним раз в неделю приезжает бригада и убирает весь дом. Тебе нужно лишь поддерживать. Понятно, что ты не сможешь убирать такой объем. Ты приезжаешь рано утром и до обеда проходишь по всему дому. Убирать нужно выборочно. Грязную одежду относишь в прачечную, мусор и испорченную еду выбрасываешь. Если где-то что-то разлито, то просто протираешь. Через пару недель разберешься.
– Так надо каждый день?
– Каждый будний день, слава богу. Всю неделю в этом обезьяннике никто не выдержит. Мне кажется, что глава этого дома просто не умеет выбирать себе женщин. Видимо, деньги зарабатывать дар есть, а вот бабу себе нормальную найти – не дано ему!
Мы зашли в дом. Алла Григорьевна объяснила, что приезжать надо к половине седьмого утра. Сначала убирать общественные места, а только потом пройтись по комнатам, потому что здесь многие встают к обеду.
В этот момент со второго этажа начало двигаться тело. Шла девушка, похожая на подростка, мелкая, худая, вся плоская, лохматая и в белой пижамке. Шла, почесывала себе пупок. Волосы закрывали лицо, и она зевала, широко открывая рот. Я не могла разглядеть лица. «Наверное, это дочь князя», – подумала я.
