Ирмина Изфри
Вырвать крылья
Как же больно бывает любить!
Сердце плачет, разрываясь в клочья.
Как же больно с тобою быть.
В твоей постели всего лишь я гостья.
Возникают тоска и страданье,
Кода знаю, что ты – немой.
Мечты уплывают в моё подсознанье
В душе ядавитый остался след твой.
Делаю вид,что все это не важно,
Но глубоко внутри болит боль.
Ты море – я всего лишь капля,
Отверженная, замороженная тобой.
Зачем любовь, если душу так ранит?
Отчего, сердце грустью полно?
Эти строки в твое бы сознанье,
А сможет ли боль ту, облегчить вино?
Но помни, что времени стрелки текут,
И сердца заживают от яда.
Возможно, тот день, когда боль оторвут,
Грянет громко, взрывом снаряда!
ИИ – нейросеть
1
– Удар! Еще удар! – крутилось у нее в голове – Ди, ты лидируешь, отправь эту сучку в нокуат.
Девушка проводит серию коротких ударов в голову соперницы, и звучит гонг, оповещая о конце второго раунда. Слышны подбадривающие крики болельщиков, Диана отходит в красный угол, и принимает бутылку воды от секунданта, тренер похлопывает по плечу, показывая, что доволен ее тактикой ведения боя.
Сегодня она бьется с Канадкой, Софией Кларк, оппонент опытней девушки, у нее на счету восемнадцать побед, а у Дианы восемь, но у девушки нет ни одного поражения в бою, а у канадки их пять. Пока Розова отдыхала, осматривала свою соперницу: синие перчатки, красная майка и шорты, на поясе, как и у нее, черный пояс с именем и эмблемой клуба, за который они выступают. Диана наблюдает, как катмен* Софии разглаживает рассечение, нанесенное рукой Розовой, и смазывает его, промокая салфеткой струйку крови.
Гонг своим звоном вернул девушку в боевой настрой, и она двинулась к середине арены, где девушек встречал рефери.* Четвертый раунд, силы есть, Диана отбивает удары, у нее на лице в отличие от канадки нет ссадин, и это радует.
Двенадцатый, последний раунд, обе девушки выдохлись, дыхания тяжелые, теперь уже не так легко порхают по рингу, часто цепляются друг за друга, и в таком положении умудряются набирать очки, нанося удары. Диана не привыкла отступать, передохнув, сжимая руками плечи канадки, делает шаг назад, выносит руку вперед, удар точно в голову и выжатая, словно лимон спортсменка падает, от полученного нокаута.*
– Единым решением судей, Победу одержала Диана Розова, – судья, держащий за руки обеих девушек, поднимает вверх руку в красной перчатке, публика ревет, улюлюкает, Диана улыбается своим болельщикам, махает свободной рукой. И получает заслуженный приз, голубой пояс чемпионки в легчайшем весе.
Диану после боя ждала толпа журналистов, и на вопрос кому Розова посвящает свою победу, она снова, не уставая повторять это последний год жизни, отвечает: «Своему единственному, мужчине Розову Константину – любимому мужу». – И глаза передают всю ее любовь, и счастливый блеск влюбленной женщины.
***
Мужчина встает с кровати, абсолютно голый проходит в ванную комнату, которая расположена в одном из самых дорогих отелей в городе. Ему пора покидать номер, нужно ехать в аэропорт, встретить супругу.
– Костя – мужчина, сидя на краю кровати, натянул джинсы, взялся за футболку, как его голый торс обвили руки любовницы. – Когда мы теперь встретимся? – ее ласковый голосок звучал прямо у уха Розова, она кончиками пальцев провела от его живота до груди и обратно. Томно выдыхая в его шею, пробуждая мурашки на спине.
– Ида – мужчина сбросил руки, сковывающие его, встал, натянул футболку, и перевел строгий взгляд на любовницу. Соболева сразу среагировала и села в вызывающей позе, подавая свою шикарную грудь на обозрение. – Не знаю – взгляд мужчины был ровный, ни одна искорка желания не загорелась на его лице, при виде обнаженной, зазывающей его девушки. Они и так хорошо потрахались, он перевел взгляд на три использованных презерватива. – Если ты не забыла, у меня с женой годовщина свадьбы. Диана прилетает с соревнований, так, что я думаю, недели две точно не увидимся.
Любовница сдвинула брови, такой расклад ее не устраивал, она хотела своего любовника постоянно, встречи в отелях ее уже не устраивали. Он ее мужчина.
– Бросай ты эту Диану, чего к ней прицепился? – в голосе слышалось раздражение.
– Я люблю свою жену – взгляд Розова потемнел от злости – и не тебе мне указывать, что делать. – Он ткнул в ее сторону указательным пальцем.
Ида, сидя в кровати, смотрела на мужчину, с которым провела в постели последние три часа ее жизни, он был такой горячий, мощный, страстный, но как от него отказаться? Сейчас видела, как любовник злится, когда она снова поднимала тему его семейной жизни. Его желваки заходили на лице, девушка прекрасно понимала, что задела запретную тему.
– Тогда почему ты трахаешься со мной? – подаваясь вперед на ладони, и проползая по большой кровати в сторону одевающегося мужчины, выкрикнула. – И не только со мной, я знаю еще парочку девочек, побывавших под тобой.
– Знаешь почему? – он приподнял подбородок приползшей к нему любовницы, и наклонился к ней, чтобы их глаза были на одном уровне. – Я привык к регулярному сексу, моя жена спортсменка, и она часто бывает на сборах, уезжает на соревнования. Поэтому я пользуюсь, любой свободной дыркой, лишь бы та держала рот на замке. А ты, смотрю, начала, много лишнего говорить. – Он провел большим пальцем по припухшим от его поцелуев губам. – Будешь много болтать, я закрою тебе твой сладенький рот. – Ида не теряясь, прихватила его палец, и со звуком присосалась к нему. – Сучка! – прорычал мужчина, эта женщина знала, как его возбудить, он бросил взгляд на часы, успеет. Расстегнул ширинку и заменил палец во рту любовницы на свой налившийся член.
Ида сидела и смотрела в закрывшуюся дверь за спиной любимого мужчины. Она снова побоялась признаться ему, что ждет от него ребенка, потому, что знала, чем закончится их разговор. Константин не разрешит ей рожать, он хочет только законных наследников, со своей Дианочкой. Как она ее ненавидит, как жалеет о том дне, когда сама познакомила этих двоих. Как хорошо было до появления Журавиной, в жизни ее мужчины.
Полтора года назад.
–Константин Макарович – Ида специально официально называла своего парня, он настаивал, чтобы они скрывали отношения, которые были между ними только в горизонтальной плоскости. – Познакомься, – она подвела к нему младшую сестру своей близкой подруги. – Диана Журавина. – И заговорщицки подмигнула ему.
– Очень приятно – Розов протянул руку, захватил ладонь красивой молодой девушки перед ним, и поцеловал кисть. Его позабавила реакция девушки на легкое прикосновение его губ к своей коже. Диана смутилась от его наглости.– А чем такая милая девушка занимается?
– Я профессиональный боксер – открыто, смотря в глаза новому знакомому, улыбаясь, произнесла Диана, а у Константина готова была отвалиться челюсть. Стоявшая перед ним эффектная девушка, мало напоминала мастера спорта. В его представлении все борцы накаченные, грубые, жесткие девицы, а эта показалась ему немного надменной колючей, но захватывающе красивой. Белые, закрученные, длинные локоны, струились по ее плечам, и водопадом падали по спине к ягодицам. Темные глаза, пронзали своим сиянием, маленькие губки, которые она сейчас прикусывала, так и просились, чтобы их поцеловали. Диана понравилась ему с первого взгляда.
– Как интересно – Константин решил не отказываться от подарка, который преподнесла ему его любовница. Он намекнул Иде, что она ему надоела, и хотел бы девушку по – моложе, и если любовница сможет подвинуться в его постели, то он развлечется с малышкой, а потом вернется к опытной пантере. – Расскажешь по подробнее? – Розов подхватил Журавину под локоть, повел по залу. Сегодня был светский прием в доме одного знакомого бизнесмена, куда пригласили и местных знаменитостей. Он потом узнал, что Диана выиграла областные соревнования, и ее готовили к международному бою.
Ида не понимала, почему Костя потерялся, и не связывался с ней уже много времени. Позже узнала, что Розов просто с ума сошел от этой девчонки, ухаживал за ней полгода, и в конце концов сделал ей предложение.
– Почему? – Она донимала его звонками каждый день, иногда, когда у Константина было настроение, он отвечал на них. – Почему ты решил жениться на ней? А как же я?
– Причем тут вообще ты – его тон убивал Соболеву, разве можно просто так перечеркнуть семь лет их близкого общения. – Диана мне подходит, самая лучшая кандидатура на место рядом со мной.
– Но ты же обещал вернуться ко мне. – Она всхлипывала в трубку, понимая, что сама нехотя, разрушила идиллию их отношений.
– Может когда нибудь, – спокойно, отвечал любимый мужчина, разрезая на части ее сердце. – Пока я не могу насытиться своей крошкой. – Это была последняя капля, Розов, никогда не называл Иду нежными словами, а эту пигалицу малолетнюю, так нежно назвал «крошкой». Она услышала гудки в трубке и обмякла на кровати. Узнав о свадьбе любимого, она уже неделю не выходила из своей квартиры. Только могла заливать горе крепким алкоголем. Ей потребовалось три недели, чтобы взять себя в руки. Она приняла решение мужчины, которого считала своим, жениться на Диане. Соболева даже нашла силы, присутствовать на их свадьбе, и мило улыбалась новобрачным, перекидываться колкими фразочками в их адрес, с подругой. Которую теперь тоже ненавидела, ведь ее сестра увела у нее счастье.
Розов объявился через полгода, когда его жена уехала на сборы. И тогда ее душа вернулась к жизни. Не смог без нее, соскучился! Конечно, она всегда исполняла все его прихоти, готовая на все, чтобы осчастливить Розова, ведь она любит все то, что любит он.
Настоящее время.
Ида глубоко вздохнула, она уже много раз прокручивала в своей голове варианты, как преподнести новость Розову, но видимо придется все перевернуть. Он будет ее, если рядом не будет этой выскочки, которая заманила самого лучшего мужчину на этой планете в свои темные сети. И она знала, что будет делать.
– Любимый – Диана с разбега кинулась в объятия своего мужчины. – Я соскучилась – девушка прижалась к груди любимого мужа.
– Как соскучилась? – Не пряча счастливую улыбку, подначивал ее Константин.
– Вот так – И Диана как можно крепче сцепила мужа в объятиях, прижалась губами к его губам, и плевать, что вся команда видит, как она любит своего мужа. Пусть завидуют, у нее крепкий брак, еще не долгий, но она знает, что ее муж любит только ее, и никогда не предаст. Через два дня у них событие, год со дня их бракосочетания. Диана, одурманенная близостью мужчины, прижималась к нему и старалась надышаться запахом Розова, который обожала. Она почувствовала легкий флер, женский духов на его шее, и перевела изучающий взгляд на супруга. Никаких следов помады, наверно снова работал, устраивал деловой обед, и сразу к ней. Вот такой у нее заботливый мужчина, о себе думает в последнюю очередь.
– Ты встречался с кем то? – Константин перевел взгляд на идущую рядом жену, а сердце испуганно екнуло, о чем она? Он принял душ после того как развлекался с Соболевой, а после ее умелого минета, думал успеть дома помыться еще раз. Неужели что – то заподозрила?
– Ты о чем? – Он напрягся, в голове закрутились шестеренки, ища различные оправдания.
– От тебя пахнет женскими духами. Ты снова много работаешь. – Диана повернулась к мужу и заглянула в его глаза, сейчас в них плескался океан любви и нежности – Надеюсь, ты смог решить все дела, и ближайшие дни будешь заниматься только мной.
– Конечно – облегченно выдохнул Розов, его девочка совсем не наивная дурочка, она все подмечает. Ее цепкий взгляд сразу видит опасность, но один поцелуй и она тает в его руках. Пока ее любовь закрывает на все глаза, но не дай бог узнает про его похождения, сразу уйдет от него, как бы ни было больно. Он узнал свою женщину за этот год, она очень гордая, и не переваривает предателей. Зачем он вообще сегодня встречался с Соболевой, зная, что сможет провести ночь, между ног, своей любимой женушки? Костя не сомневался, что любит этого черноглазого ангелочка, кроме Журавиной никто не вызывал в нем таких чувств. А к Иде он видимо привык, с ней он выпускал своего порочного зверя, который драл как ему угодно, на все готовую любовницу. Нужно завязывать все отношения на стороне, все, хватит, он осознал, что ему нужна только Диана, он серьезно испугался, подумав, что она может узнать о его связях. Что ему нужно? Диана младше его на пять лет, красивая, здоровая, они подумывают увеличить их семью на еще одного человечка. Все решено! Больше никаких баб! От такого решения Розову даже стало легче на душе. Его надо было принять еще год назад.
Катмен – человек, который прямо на ринге помогает боксеру сохранить лицо… Между раундами у него есть всего минута, чтобы разгладить гематому, закрыть рассечение и нанести тончайшим слоем специальный вазелин.
Рефери – человек, контролирующий ход боксёрского поединка и обеспечивающей соблюдение принципов честного спортивного соперничества и правил этого вида спорта во время боя как боксёрами-участниками, так и другими лицами (секундантами и прочими). Рефери даёт сигнал к началу и окончанию поединка, а также следит за тем, чтобы во время проведения боя здоровью спортсменов ничего не угрожало.
Нокаут – ситуация, при которой боец после пропущенного удара не смог подняться с канваса до 10 секунд, которые отсчитывает рефери в ринге вслух. В свою очередь, рефери ориентируется на главного судью, следящего за моментом начала отсчета, так как рефери обычно первые 2-3 секунды контролирует правило отступления второго боксера в нейтральный угол. А также, рефери в ринге ведет отсчет не только вслух, но и показывая счет пальцами, так как боец бывает дезориентирован.
2
Журавина открывает глаза, как хорошо быть дома. Хоть они и живут в квартире мужа, но он разрешил ей переделать все, как ей нравится. И она не скупилась, наняла дизайнеров, и работа закипела. Диана сама была не из бедной семьи, у родителей бизнес, не такой как у мужа, но у них своя небольшая сеть супермаркетов. А перейдя в профессиональный спорт, Диана стала зарабатывать хорошие деньги, поэтому у мужа брала только тогда, когда он настаивал, что ей нужна его карта. В такие моменты Диана шла в магазин и занималась шопингом, чтобы сделать мужу приятно.
Потянулась на кровати, какая благодать, тело сразу вспомнило ласки, которые дарил муж, и девушка широко улыбаясь, пошла в ванную, приводить себя в порядок.
Диана, еще на сборах, долго выбирала подарок на годовщину для Константина, она намотала наверно тысячи километров, пока не нашла что-то подходящее. Трудно удивить человека, у которого все есть. И вот в одной лавочке, она наткнулась на старинные шахматы, ручной работы. Причудливые, необычно вырезанные и разрисованные фигурки, привлекли ее внимание. Муж рассказывал, как в школе посещал занятия по шахматам, и ему нравилось, даже на турнирах призовые места занимал. Бросил это занятие в старшей школе. Захотелось напомнить ему о тех днях, когда он был беззаботным мальчиком. Только она не одна обратила внимание на это чудо, творения рук человека, мужчина в деловом костюме тоже приметил этот шедевр.
– Извините – Диана включила все свое обаяние, кроме шахмат ей ничего не надо, она и так долго искала подарок для любимого. – Я до вашего прихода уже заинтересовалась ими – и протянула руки с самой своей дружелюбной улыбкой. – Это подарок для моего мужа. – Она подняла веки и часто заморгала, но серьезное выражение лица мужчины, говорило ей, что она зря старается. Ради своего мужа Диана готова на все. – Я заплачу двойную цену – выкрикнула она продавцу и снова попыталась выхватить из рук мужчины шахматную доску.
– Девушка – голос не принимал никаких возражений – когда я подошел к витрине, вас не было, мне тоже понравились эти шахматы.
Диана злилась, ну подумаешь, отошла на пару минут поглазеть на другие экспонаты, а эти шахматы все равно лучшие, и именно они могут удивить ее супруга.
– Ну как насчет двойной стоимости? – снова обратилась она к продавцу.
– Да, да – довольно заулыбавшись, закивал головой китаец.
– Мне плевать – мужчина вцепился в шахматы и не собирался сдаваться. Розова подняла глаза, чтобы рассмотреть этого упрямца. Красивое молодое лицо, он немного старше ее, года на три не больше, темные уложенные волосы, серо – голубые глаза, которые сейчас зло пронзали ее.
– Ну, я все же девушка – протянула она – неужели вы не уступите женщине, как истинный мужчина?
Видно было, что такой исход событий не устраивает его, он сжал нижнюю челюсть, и, посмотрев исподлобья, помотал головой в знак не согласия.
Ну, прости мужик, Диана не хотела применять свои профессиональные умения, но он сам не мог пойти ей на встречу. Она хватается за край доски, выворачивает ее вместе с руками этого гнусного, несговорчивого типа, и коленкой бьет мужчину в живот. Тот от неожиданности загибается, падает на колени и мычит, от боли.
– Сучка – выстанывает он, но видит спину торопящейся к кассе блондинки. Диана быстро прикладывает карточку к терминалу, и, не дожидаясь, когда выйдет чек, убегает из лавки. Конечно, они никогда не встретятся, ведь, скорее всего, этот мужчина иностранец, мало похож он на русского. Английский у него звучал намного лучше, чем у нее, ее выдавал акцент.
Наконец муж сможет оценить ее сюрприз, Диана сидела в салоне красоты, хотелось удивить Костю, новой прической. Диана красила свои волосы под блондинку, она должна сегодня блистать, стилист предложила еще больше осветлить их, и конечно приготовить свое тело к страстной ночи любви, чтобы ни один волосок не мог испортить их идиллию.
Розова осталась довольна работой стилистов, не могла насмотреться на свое отражение. Мама с детства привила ей высокую самооценку. Диана знала, что достойна самого лучшего, родители никогда не ограничивали ее в своих потребностях, но старались, чтобы она и сама участвовала в достижениях своих целей. А когда их дочь решила заниматься боксом, поддержали ее, и напомнили, что она должна быть первой, и она почти у цели, осталось выйти на международный уровень в ее весовой категории. Кто – то может, считал ее надменной сучкой, но это их проблемы, она точно достойна высшего класса. И Константин Макарович Розов подходит под ее требования, лучше мужа не найти, и она правда, потеряла от этого красавца голову.
На выходе из салона Диана столкнулась с давней подругой ее сводной сестры Алисы, и Розова, Соболевой Идой, они притворно расцеловались в щечки в холле, и обменялись приторными улыбочками. Диана не любила эту особу, она всегда бросала на ее Костю распутные взгляды, и крутилась рядом с ним. Но муж смог убедить ее, что между ними только многолетняя дружба, а сестра сказала, что никогда не слышала об отношениях между ними, а Диана склонна верить своему любимому мужчине.
– Ди – протянула шатенка сладким голоском, – выглядишь просто королевой.
– Да я постаралась, сегодня у меня свидание с Костей – она увидела, как после ее слов Соболева сжалась, а взгляд стал твердым и пронзающим.
– Ах, да – стараясь не выдавать, как ее трясет от ревности, продолжила Ида – у вас же годовщина. Поздравляю! – Она тянула губы, как могла, лишь бы только сейчас ее улыбка не была похожа на оскал. – И кстати – словно невзначай, она полезла в сумочку и достала из нее маленькую плоскую коробочку. – У меня есть для тебя подарок, покупала себе, не подошел. Это недорогой браслет. Как будешь одна, примерь – она вложила коробку в ладонь Дианы, та не хотела брать, сомневалась. – Бери. – И Ида сжала пальцы ненавистной соперницы вокруг упаковки. – Лучше Косте не говори о моем подарке, ему не нужно знать, наши женские секретики. – И заглянула в глаза Диане, словно они и вправду две заговорщицы.
– Спасибо! – от неожиданности даже голос пропал, ничего она не будет смотреть, при первой же возможности выкинет в мусорное ведро. Глаза выхватили время на электронных часах, висевших на стене, Диана поняла, что опаздывает. – Мне пора – она забросила презент в пакет, к своему подарку мужу, и побежала к машине, а то любимому не нравилось, когда она опаздывала.
– Извини, дорогой – Диана поцеловала мужа в щечку, и с помощью официанта присела напротив. Костя ждал ее, на столе уже стояли ее любимые блюда. – Как всегда хотела хорошо выглядеть, в салоне задержалась. – Она улыбалась, зная, что надутость мужа напускная, он нисколько не рассержен.
– Тебе не нужны никакие салоны, ты и так хороша – пожал руку жены Розов и вложил в ее ладонь коробочку.
– Что это? – сделав вид, что удивлена, девушка раскрыла шкатулку, глаза ее заблестели. Она обожала золото, а внутри лежали превосходные серьги с топазами, большие, как она любила, чтобы было видно издалека. – Какая красота – выдохнула и вскочила со своего места, прижаться к груди щедрого дарителя. – Ты самый лучший.
Довольный супруг притянул свою молодую жену и запечатлел на ее губах долгий, жадный поцелуй. Вокруг их стола послышались возгласы умиления, кто-то даже захлопал в ладоши. Диана никогда не стеснялась проявлять чувства на людях, если она любит – значит, любит, ненавидит – значит, будет унижать при всех, и оскорблять, потому, что человек заслужил такое отношение. Наконец, Константин отпустил свою красавицу.
– Ну, давай отметим нашу первую годовщину. – Он протянул к ней бокал, с шампанским, послышался звон хрусталя.
Выпив напиток, Диана посмотрела на мужа, она только сейчас осознала, что скучала по нему, тренировки забирали много времени и сил, поэтому некогда было думать о чувствах. А после соревнований, можно предаться им полностью.
– Что делал без меня? – поинтересовалась Розова.
– Завалил себя работой, чтобы не скучать по моей крошке – Диана смотрела в глаза мужа, читала в них, что он правда по ней скучал, его взгляд пожирал ее декольте, из которого вываливалась ее грудь. Он любил, когда все заглядывались на нее, и поэтому Диана всегда наряжалась как королева. Богато, и стильно, чтобы производить эффект на окружающих.
– Я тоже скучала, милый – их бокалы снова встретились.
У Константина зазвенел телефон, он посмотрел на номер и с извиняющим видом встал из-за стола.
– Не могу не ответить, прости.
Пока муж отошел обсудить дела, девушка огляделась. Будний день, в ресторане не много народу, любимый заказал лучший столик у окна. Пока нет супруга, можно и покушать. Диана как истинная леди орудовала ножиком и вилкой для морепродуктов. Она была голодна, и не собиралась ждать, когда ее муж наговорится, вечно занятой бизнесмен.
– Я смотрю, ты не скучаешь? – Она подняла голову и встретила насмешливый взгляд Константина.
– А ты не мог предупредить своих подчиненных, что у тебя сегодня свидание с женой, чтобы не беспокоили? Не могут потерпеть до завтра?
– Извини, – Константин сел на свое место, расслабил галстук, и взялся за приборы – просто один молодой предприниматель, пробирается в нашу сферу деятельности. А я делиться не хочу. Вот и слежу за каждым шагом этого Астахова.
– Астахов? – Переспросила Диана – не слышала про такого.
– Приехал недавно из-за границы, теперь здесь дела налаживает. Что не сиделось в своей Америке? – Константин от недовольства даже плечами повел, прикладывая вилку ко рту.
– Не переживай, дорогой – девушка вложила в свой взгляд и голос, всю свою нежность – ты самый умный, у тебя все получится. – Она улыбалась ему, несколько не сомневалась, что муж не отдаст свое место на рынке, он много работает, и заслужил быть самым продвинутым бизнесменом.
– Знаю – довольно усмехнулся Розов. – Ладно, хватит о грустном, давай уже поедим, и домой, в теплую постельку.
– Подожди – Диана подняла ладони, призывая его не торопиться, – у меня тоже для тебя подарок. Пришлось из-за него с одним иностранцем повздорить, но я девочка ушлая. Победа была за мной. – И Розова встала, положила на стол пакет с подарком. – Смотри – вытащила резную шахматную доску. – Вот – протянула она, и выложила содержимое напротив мужчины, который не отрывал взгляда от такой красоты.
– Здорово – Диана поняла, что угодила ему, и гордость тепло расползлась в груди. Не зря она того мужика немного помяла. – Ты моя прелесть, – Константин открыл шахматы, глаза его забегали от восторга, он любил всякие эксклюзивные штуки, а эти фигурки явно нечасто встретишь. – Угодила – он обнял жену и перевел все внимание на подарок.
Теперь телефон завибрировал у Розовой – Ой – она округлила глаза, – я забыла маме перезвонить, я на секунду.
В это момент, она захотела убрать бумажный пакет из-под шахмат и из него выкатилась еще одна небольшая плоская коробочка.
– Что это? – подхватил ее Розов – еще один сюрприз?
Мужчина увидел, как Диана поморщилась;
– Встретила вашу с сестрой знакомую, Соболеву, она поздравила меня с годовщиной – Диана покрутила коробочку, а у Розова проступила морщина посреди лба, и сердце перевернулось в груди. – Сказала открыть этот подарочек, когда буду одна. Я хотела сразу выбросить, но торопилась к тебе и забыла.
– Правильно! Ни к чему от нее подарки принимать – настроение у Розова упало, как эта стерва, посмела приблизиться к его девочке, увидит – прибьет.
– Ты же знаешь, она мне не нравится, – Диана подошла к мужу и притянула его к себе за ворот рубашки – Эта Ида, на тебя всегда так смотрит, словно хочет съесть. – И щелкнула зубами около губ Кости. Мужчина засмеялся и поцеловал сладкий ротик любимой. Снова заиграл телефон Дианы, и Розов отправил девушку пообщаться с матерью. Как только Диана скрылась за дверью, мужчина схватил подарок от любовницы. Сел на свое место, его изнутри всего колотило от злости на эту больную дуру, прекрасно знает, что не нужна ему, нет, все равно, пытается подлезть, дать знать о себе. Даже не будет с ней расставаться, как планировал, по – человечески, просто при первой возможности напишет смс о том, что между ними все кончено. И не дай бог, она снова будет мелькать возле него, а тем более, около Дианы. Сам выкинет эту хрень, которую она сунула его жене, только сначала посмотрит, что там.
Его взгляд снова скользнул по резным фигуркам, руки взяли плоскую упаковку, мужчина открывает ее, и видит листок бумаги, с запиской: «Я беременна, от твоего мужа!» «Сука! Я ее убью»! Раздается подозрительный щелчок, и Розов понимает, что это были последние в его жизни мысли, успевает бросить взгляд на подарок жены, и раздается оглушительный взрыв. Тело обмякает, и наступает чернота!
3
Блаженство! Она ощущает руки любимого мужчины на своих плечах, его горячие губы проходят от шеи к груди, ниже к животу, останавливаются около родинки у пупка. Руки нежно, практически невесомо оглаживают пах, пробираются к лобку, раскрывают ее ноги и по внутренней стороне бедра, к коленкам. Диана выгибается, Костя знает, как ей сделать приятно, хочет поймать его голову и притянуть к себе, для страстного поцелуя, она так соскучилась, так давно не чувствовала его тепло. Тянет губы, но никак не может поймать их, почему муж не целует ее? Что за игру он ведет? Так не честно, она тоже хочет прижаться губами к своему единственному мужчине. Снова делает попытку притянуть к себе голову супруга, вот, наконец, она чувствует его приближение, приподнимает взгляд, а там пусто, головы просто нет. Диану окутывает холодом страха, и она открывает глаза.
Сон! Всего лишь сон! Вой отчаяния раздается в ее голове, и воспоминания снова наседают на ее плечи, словно бетонная плита, придавливая ее к грязному полу камеры. Осознание всей ее ситуации приходит вместе с разочарованием. Она все еще жива. Розова должна была быть рядом с мужем и умереть там же, в ресторане с ним.
Снова уже в тысячный раз, за последние полгода, перед ней встают события того ужасного вечера. Она разговаривает с мамой, хвастается дорогим подарком мужа, делится своим счастливым моментом, поворачивает голову, чтобы помахать мужу через окно. Муж занят, рассматриваем шахмат, дочка спешит сообщить родительнице и о том, как удачно зашла в одну лавку, будучи в Китае. Через окно снова возвращает взгляд на Константина, не может до сих пор поверить своему счастью, что такой мужчина, как Розов обратил свое внимание на нее, да еще и в жены взял. Любуется на Костю, блаженная улыбка расплывается на все лицо. Муж берет другую коробочку, ту, что не нравится Ди, хмурится… Словно вспышка ослепила Диану, а потом раскат грома, и она лежит на земле, осколки от разорвавшегося на куски панорамного окна падают ей на спину, голову, которую она прикрыла руками, разносятся крики ужаса, вопли боли. Она соскакивает, не обращает внимания на уколы в ноге, несется внутрь, там ее любимый. Но ее не пускают.
– Там мой муж – отталкивает она охранника, у которого кровь течет по голове, но ей все равно, ее глаза тоже заливает красной пеленой, но она не может оставить своего родного, нужного мужчину внутри.
– Нельзя, там произошло преступление, сейчас приедет полиция. – Мужчина выставляет вперед руку.
Диану не устраивает такой ответ, она напирает на охранника, он сопротивляется, а у нее мысли только добраться до мужа, вытащить его оттуда, может, ему помощь нужна. Все плывет перед глазами, вокруг одни враги, поставленный удар оттесняет одного громилу, другой рукой и наскоком с ноги второй тоже отлетает в сторону, третьему сверху в прыжке по голове, и тот оседает на пол. Пробирается к месту, где проходило их свидание и крик ужаса из самой утробы, девушка слышит свой вой, ноги становятся ватными, не хотят держать тело. Диана хватается за стол, а там тело мужа, у которого нет половины головы, и отсутствует правая кисть.
– Милый – она хватает его за плечо, – очнись – трясет его, – проснись, я сказала, – приказным тоном кричит, но никакой реакции от мужчины. – Ты не можешь меня бросить – орет и трясет мертвое тело уже двумя руками – Я же умру без тебя – и снова этот вой, она и ощущает себя сейчас волчицей, чью пару убили, растерзав ее сердце железными когтями.
Ее кое – как оторвали от тела мужа, усадили в машину скорой помощи. Время, которое она провела в больнице, помнила смутно. Обработали, зашили раны нанесенные осколками стекла, все словно во сне. Потом были допросы, она отвечала на все вопросы, говорила только правду, что понятия не имеет, как в руках у мужа оказалась бомба. Она тогда и правда ничего не понимала, мысли были там, с телом мужа в ресторане, и она рядом с ним на коленях, уткнувшаяся в его ноги.
Когда она начала отходить и вспоминать подробности, рассказала адвокату про подарок от Соболевой.
– Ида Евгеньевна отрицает ваши показания, она утверждает, что ничего не дарила вам.
– Мы встретились с ней в салоне, спросите у администратора, она нас видела.
– Факт встречи – был, но подарка не было. – Диана подняла круглые от негодования глаза, она еще в своем уме, и помнит, как та зажала коробочку в ее руках. – Мы для верности проверили камеры в салоне, не было никакой передачи вам некоего предмета, на которой вы настаиваете.
Диана тогда испытала всю гамму чувств от ненависти к этой Соболевой, до ярости от своей беспомощности. Ее обвинили в убийстве собственного мужа, которого она любила всей душой, а они вменяли ей, что она совершила расправу на почве ревности.
Розова лежала на нарах, благо отец нанял самых лучших адвокатов, и они устроили ее в одиночную камеру, говорить ни с кем не хотелось. Только думать, прокручивать снова и снова события того дня, чтобы понять, кто виновен в смерти ее любимого. И она доберется до правды, и тогда преступнику несдобровать.
Полгода! Столько времени она винит себя в смерти мужчины, которому отдала свое сердце, и от которого ждет ребенка. Ида теперь сомнамбула, простая амеба, ничего ей не надо от жизни. Забросила все, что когда – то интересовало, даже свой свадебный салон, в который вложила всю душу, много денег и времени. Живот ходит ходуном, там сын Розова, а ей плевать, нахрена ей ребенок без Кости!
Ее волновало только одно, почему погиб он, когда должна была сдохнуть эта тварь белобрысая, Диана!
Слез уже нет, полная апатия, равнодушие, нет больше в жизни смысла! Через неделю новое заседание по делу Розовой, скорее всего последнее, всю свою причастность к событиям того дня, она быстро стерла. Администраторше салона, которая и слила ей информацию о том, что жена Кости там, уплачены хорошие деньги, прикрепленные угрозами, и та давно работает в другом городе. Видеозаписи подчищены профессионалами, никто не доберется до истинны. Это не она виновата в смерти Константина, это его долбанная жена виновна, сказано же было, чтобы открывала подарок в одиночестве, почему она отдала его Розову? Сука, Ненавидит она ее, и всегда ненавидела. Вот и пусть гниет теперь за решеткой, там таким место!
– Десять лет! – возмущалась Соболева. – Этой суке дали всего десять лет, за убийство! – Она хотела, чтобы эту тварь посадили на пожизненный срок.
Внутри бушевала ярость, она со злостью начала сметать все стоявшее на столе в ее комнате, дорогие духи, помады, которые она покупала, экономя на своих нуждах, все по боку, она не довольна приговором! Раз стукнула своим круглым животом об стол, два, ребенок замер и тупая боль пронзила чрево, отдаваясь во всем теле.
– Мамочки – спохватившись, что внутри у нее ребенок, схватилась за живот. Боль еще усилилась, и резала изнутри. – Мамочки – не на шутку испугалась Ида, схватила телефон и долго искала номер, на который не звонила уже долгие четыре года.
На том конце не брали трубку, Ида уже думала, что придется сдаваться врачам скорой, как, наконец, услышала голос самого родного человека на этой земле.
– Ида? – женщина, ответившая, явно не ожидала, что ей позвонят с этого номера.
– Мама – стонет в трубку Соболева, – мне нужна твоя помощь.
– Конечно – в голосе сарказм, – по другому случаю, ты бы и не вспомнила, что у тебя есть мать.
– Срочно – уже еле сдерживая крики боли, взвывала, прося о помощи девушка, – я по – моему рожаю.
– Что?????
Две женщины вошли в здание роддома со служебного входа, одна буквально тащила на себе вторую, державшую двумя руками живот.
– Алла Николаевна – подбежала к ним медсестра, – что происходит?
– Катерина – строгим начальственным тоном отвечает та, которая старше – срочно организуй мне аппарат УЗИ, ищи Матвея Романовича, пусть бросает всех пациенток и ко мне. Живо! – кричала она уже в спину бежавшей вдоль длинного коридора девушки.
Ида лежала в пустом зале, где то дальше по коридору слышались стоны рожениц, и она тоже страдала, ее ребенку еще рано рождаться, она сама виновата, перенервничала. Соболева и не знала, что там вообще с ним происходит, не хотела, не собиралась его оставлять. Думала отказаться сразу после родов, отдать на усыновление. Поэтому на учет не вставала, и не следила за развитием плода. Он ей не нужен!
Когда мать с коллегой, осматривали ее, ничего не нашли. Все в норме. Ида узнала – у нее будет мальчик. Зачем они ей вообще все это говорили!? Не хотела она слышать про свой плод ничего. Вот только, мальчик не готов рождаться, ее нервный срыв спровоцировал преждевременные роды. И вот девушка лежит, ждет, когда все будет готово. Боль то тупая, то расползающаяся по всему животу, то остро бьющая в поясницу, не дает ни минуты расслабиться, забирая силы. Когда уже все соберутся вытаскивать это из ее живота?
– Ты почему не встала на учет? – ругала ее мать – Почему мне не сказала? Я же акушер – гинеколог, помогла бы тебе, осмотрела.
– Не хотела я его рожать.
– Как не хотела? – возмутилась женщина, – а аборт, почему не делала?
– Некогда было – сквозь стон боли, сжав зубы, выдыхала девушка.
– Как так? – не понимала Алла Николаевна дочь.
– Ни хочу я его – выкрикнула Ида, – неужели не понятно?
– Придется рожать. – Прикрикнула на нее акушер.
Наконец послышались голоса и в ее помещении,
– Ставим укол, разворачиваем ребенка, – говорил мужчина – сам не повернется.
– Делай, что нужно, Матвей – это говорила ее мать – тебе только могу доверить моего внука.
И Ида почувствовала на животе руки, которые ощупывали живот, поддавливали, и нисколько не облегчали ее страдания.
Сколько времени ее мучили, она не поняла, но то, что она устала так, словно сама разгрузила вагон с тюками, полными камней, ощущала явно. Ее выжали как лимон, этот ребенок не хотел покидать нагретое место внутри нее, и за это еще больше вызывал в ней отторжение к себе. Бедный еще не родившийся малыш, уже не нужен той, в которой зародился.
Ида чувствовала, как слезы бегут по ее щекам, как соль обжигает кожу, боль, пронзающая все тело, мешала здраво мыслить. Снова она обвиняла во всех бедах Журавину Диану, если бы этой твари дали больший срок, сейчас бы она не мучилась в больнице, а сидела на кладбище у могилы любимого, и отмечала это событие. Вот почему он выбрал не ее? У них бы была нормальная семья, ему она бы хоть пятерых родила, а без него не надо ей никого, сама жить не может, не человек она уже, что может дать «мать – зомби» развивающемуся маленькому человечку? Пусть возьмут те, кто умеет жить. Укрепилась в своем решении Соболева.
Ее снова мяли, казалось, все внутренности ей перевернули вверх тормашками, а она, сжав зубы, не издала ни одного звука, пусть не надеются услышать ее боль, та, что лежит на сердце больнее давит на душу, эта по сравнению с той, что укус комара. Наконец в зале раздался тихий писк, словно маленький щенок оторвался от мамкиной сиськи.
Ей даже не дали на него посмотреть и сразу унесли. А она закрыла глаза, наконец, все закончилось, ее ждет свобода, а на сердце тяжесть неимоверная, и этот жалобный скулеж в ушах. Нет, она не будет даже смотреть на того, кто вылез из ее утробы, чтобы не видеть, на кого он похож, чтобы не иметь представления о нем. Нет, ни хочет она его любить, дарить свое тепло. Пусть забирают те, кому нужнее.
Мужчина стоял в своем кабинете напротив большого телевизора, висевшего на стене, он сложил руки на груди и внимательно вглядывался в блондинку, сидевшую за решеткой в зале суда. Репортер, с экрана говорит в микрофон, что сегодня суд вынес приговор по делу об убийстве Розова Константина Макаровича, убитого своей молодой супругой. Диану Васильевну приговорили к лишению свободы на срок десять лет, которые она будет отбывать в колонии…
Его отвлек от выпуска новостей помощник, принесший нужные документы.
– Руслан Робертович, – парень положил папку на стол – вот все, что вы просили.
Мужчина подошел к столу раскрыл бумаги.
– Жалко девчонку, – махнул головой в сторону экрана – молодая, вроде жена у Розова?
– Да всего двадцать два. – Согласился Владислав, помощник Руслана. Мужчины оба уставились на телевизор, где сейчас показывали крупным планом, бледную, замученную девушку, а у Руслана щелкнуло в голове воспоминание, как одна наглая блондинка выхватила у него присмотренный подарок отцу, и еще в живот коленом зарядила.
– Это же та девчонка, которая у меня шахматы тогда отжала. – Он быстро нажал на паузу, и подошел, чтобы убедиться в своих словах. – Точно она. Так это была жена Розова? Жаль, хороший был подарок, успел ли им воспользоваться. – Хмыкнул Руслан.
Астахову Руслану Робертовичу, смерть Розова была на руку, Константин мешал ему выбиться в лидеры на рынке, где Руслан только начинал отвоевывать места. Сейчас бизнес Розова встал, и молодой человек быстро сориентировавшись в ситуации, скупал акции и филиалы конкурентной фирмы. Еще полгода и все перейдет в его руки.
– Я видел их как- то на одном из приемов – рассказывал начальнику Долгополов, – Диана красивая девушка, только немного заносчивая, избалованная. Смотрела на окружающих, словно они ее подданные, тогда она еще не была женой Константина.
– Значит, принцесса Диана, теперь будет сидеть в башне, долгие десять лет – протянул Руслан, – ну значит заслужила. – Отмахнулся он от этих новостей и взялся за работу, у него туча дел, еще нужно выстроить тактику, по поглощению оставшихся филиалов фирмы Розова.
– Дианочка, девочка моя – отец сидит напротив дочери, в зале для свиданий, это последнее их близкое общение, завтра ее перевозят в колонию, где она будет отбывать срок наказания. – Адвокат обещал поговорить с прокурором, и подать протест, мы будем бороться.
Диана сидела и смотрела в поникшие глаза отца, она знала, что он делает все возможное и невозможное, чтобы вызволить ее отсюда, но улики указывают на ее причастность к взрыву. От коробочки, которую ей всучила Соболева, не осталось и следа, а вот ее подарок, резные шахматы, по версии пострадавшей стороны были заминированы. Диана уже смирилась, она устала от пустых разговоров со следователем, который ее не слышал, или не хотел слышать, или специально не понимал то, что она пыталась ему вбить в голову, свои домыслы, про Соболеву. Бесполезно, ее уже до суда приговорили, за убийство, которого она не совершала, да даже думать об этом не могла. Сколько свидетелей прошло через суд, и никто не мог открыто сказать, что Диана способна на убийство.
Да она виновата в том, что нанесла увечья охранникам ресторана, так она принесла свои извинения и выплатила моральный ущерб. Хорошо, что Диана получила приличный гонорар за последнюю победу. Его как раз хватило покрыть ремонт ресторана, и выплатить людям моральную компенсацию. Теперь у нее нет ни копейки. А отец как белка в колесе бегает, ищет способ опровергнуть причастность дочери к убийству, уже два своих супермаркета продал. Пора остановиться.
– Папа – пожала его ладони, и посмотрела на него открыто, постаралась улыбнуться – Хватит, не нужно. Ты и так сделал много для меня. Спасибо!
– Если ты до сих пор за решеткой, значит, не все я сделал, ты не убивала Костю, я знаю. – Настаивал отец, и в его глазах снова зажглась решимость, он землю зубами грызть будет, но докажет невиновность дочери.
– Мне этого достаточно – обреченно произнесла Диана – Ты, мама и Алиса, если вы верите мне, то этого хватит, чтобы я продолжала жить дальше. – Розова еще сильнее сжала руки родителя, и, увидев, как покатились по его лицу слезы, провела руками по его щекам. Отец встал, он так хотел крепко прижать к себе дочь, но как только подался вперед, сразу услышал недовольный, командный тон, надсмотрщика.
– Не положено.
Диана грустно улыбнулась, ее глаза тоже застилали слезы, никогда в жизни ни в чем не нуждалась, всегда старалась выделяться из толпы, а теперь будет серой массой сливаться с остальными осужденными женщинами, станет невидимкой под номером. Охранник грубо расцепил руки Дианы и ее отца и, подталкивая в спину осужденную, повел из помещения в камеру.
4
Прогулка закончилась перекличкой, Диана подняла глаза к небу, и посмотрела на хмурое, темное небо. Снова будет дождь, осень в этом году не радует теплой погодой. В принципе ей все равно, ее местонахождение не изменится еще лет шесть. Дождь, снег, или зной с засухой ей все по одному месту. Здесь все такие полулюди, безэмоциональные существа, даже и не скажешь с первого взгляда, что эти тени раньше были женщинами.
Сидела каждая в своей крохотной камере одна, чтобы никто не мешал совести, грызть заключенную изнутри.
Диану же съедала другая напасть, она не могла смириться с тем, что настоящий убийца ее мужчины на свободе. Кто мог желать смерти Кости? Она обязательно докопается до истины, и накажет настоящего преступника.
Мыслительный процесс она совмещала с тренировками, только они помогали забыться, Диана закрывала глаза и видела себя на ринге, вот она снова в перчатках, с каппой во рту, готовая к победе. Изматывает себя отработками приемов, представляя перед собой соперницу, пока силы не покидают тело, и она валится на кровать, как только вырубается свет в камере.
Снова капает мелкий мерзкий дождик, женщины не разговаривают между собой, а только перекидываются взглядами, многих здесь Диана знает, эти лица не меняются перед ней уже два года. Но имен нет, только номера. Когда появлялись новенькие, глаза загорались и все с любопытством осматривали их, еще не успевших потухнуть, с искрами в глазах. И через какое – то время, те тоже сливались с безликой толпой. Редко перебрасывались ничего не значащими фразочками, сухими хриплыми голосами.
– Розова – Диана не среагировала на окликнувший ее женский голос – Розова – уже громче кричала одна из надсмотрщиц. Девушка закопалась в своих мыслях, она давно не слышала своих имени и фамилии.
– Эй – ее толкнула в плечо рядом идущая женщина – ты же вроде Розова. – Она махнула головой в сторону стоявшей женщины в форме. Та хмурилась, от того, что не могла найти нужную ей заключенную.
– Ну, я – Диана даже испугалась своего голоса, он словно не ей принадлежал, словно из какого – то дальнего глубоко колодца.
– Пройдем за мной – строго глядя, проговорила надсмотрщица. – Начальник вызывает.
– Диана Васильевна – заключенная стояла перед мужчиной в форме, сцепив руки в замок, заметно нервничала, и смотрела в пол. – Добрый день, присаживайтесь.
Диане пришлось посмотреть в глаза мужчине, который вызвал ее к себе впервые за два года нахождения ее на зоне. И что понадобилось этому блюстителю закона от нее?
– Диана Васильевна, у меня для вас хорошие новости – она подняла брови и внимательно следила за движениями начальника тюрьмы. – Пришел ответ на мое прошение о переводе вас в другую колонию. – Диана удивленно уставилась на начальника, впервые слышит, о каком – то прошении, она точно к этому не причастна. – Не удивляйтесь, в этом состоит моя работа. У вас хорошее поведение, режим вы не нарушаете, характеристику я дал тоже положительную. Вас одобрили, и завтра вы уезжаете отсюда.
– К- Как? – язык не слушался, он словно застыл, – в какую?
– Там будет лучше, там не такой строгий режим, вы будете общаться с другими заключенными, работать. – Мужчина смотрел на побледневшую от неожиданности подопечную, в ее глазах не было радости, восторга от того, что теперь она будет общаться с такими же бедолагами, застрявшими в каменных стенах колоний, даже показалось, что она не желает покидать это проклятое место. – Там вы вернетесь в жизнь, пусть не полноценную, ну все же.
– А связываться с родственниками там разрешают?
– Да, конечно, раз в неделю – это единственное, что порадовало девушку, а так абсолютно все равно где отсиживаться до конца срока, дружбу она водить ни с кем не собирается.
Ее вернули на прогулочную площадку, и Диана почувствовала на себе завистливые взгляды подруг по несчастью, все знали, что к начальнику тюрьмы вызывают только избранных, кого считают, что перевоспитали, и кто готов вернуться в социум.
– Ну что? – догнала Диану, та, что тыкала ее в плечо. – Какие новости?
– Завтра меня увозят отсюда. – Безразличным тоном ответила на любопытный взгляд осужденной.
– Везет тебе девочка, – выдохнула женщина – а я здесь долго еще гнить буду.
– Почему? – Диана впервые с интересом посмотрела на собеседницу.
– Так я трех козлов убила, – и лицо женщины окаменело в злобной маске – они изнасиловали двух моих дочерей.
– Я бы тоже за это убила – от такого признания Диану пробила дрожь, на месте этой заключенной так же поступила бы любая мать. Но, если совершается самосуд, человек сразу становится убийцей, и попадает в это темное логово, где находятся все переступившие через букву закона.
– С особой жестокостью – женщина скривила губы в страшной усмешке – я их выследила, усыпила, связала. Вывезла на пустырь – женщина сплюнула – отрезала им их причиндалы, а когда они пришли в себя, засунула их члены в их задницы. – Злорадный смех эхом распространился по периметру. – И никогда я не признаю свою вину, таких гондонов – надо убивать.
