– До свидания!
На нижнем этаже запах выпивки постепенно начал теснить запах мыла. Прибавилась пара посетителей, но до полной посадки было ещё ой как далеко. Приблизившись к стойке, Арманд услышал доносящийся с кухни аромат жареного лука. «Долгий путь» потихоньку возвращался к повседневной жизни.
– Детектив, да? – вместо приветствия выдал бородач в рубашке и с трудом сходящейся на мощной груди жилетке.
– Да. Вы Скоб?
– Он самый. Чем обязан?
– Медарр Путтев сказал, что именно вы принимали убитую вчера вечером.
– Принимал сильно сказано. Народу было уже много, как она вошла я не видел. Подошла к стойке, попросила комнату и ужин с курицей. «Если есть, с курицей», – вот так сказала. Я дал ей ключ, взял деньги, для порядка имя спросил. Её Марэн звали. Спросил, нужно ли проводить. Хотел малого с ней отправить, но она отказалась. Я на кухню про ужин крикнул и делами занялся. Нужно следить, чтобы выпивохи не смылись не оплатив.
«Никудышные сведения. Совсем никудышные», – угрюмо заключил про себя Арманд.
– Ясно. Благодарю за информацию! Прощайте!
– Бывайте!
Они простились, и Арманд вышел на улицу.
Глава третья
Солнце скрылось за тучами, и Бороград предстал перед Армандом таким, каким полюбился ему с раннего детства. Таинственным и разномастным. Город содержал столько цветов, столько оттенков, что его совершенно не требовалось освещать солнцем. Он будто светился сам по себе.
Историки до сих пор не сошлись во мнениях, когда заложили Бороград. Впрочем, какую теорию не послушать, получалось одно – давно. За несколько тысяч лет существования город сменил множество хозяев. Расположение пограничных столбиков вокруг него менялось бессчётное количество раз. Многие считали Бороград своим. Кто опираясь на историю, кто на силу, кто просто на случай. Властвование одних сменялось другими столь быстро, что не успевало избавиться от следов предыдущих. Символы, порядки и традиции накапливались в городе безумным лабиринтом.
Расположение на водном торговом пути не упрощало дела, наполняя Бороград всё новыми культурами и обитателями. Запад и Восток, Север и Юг, море и суша, кочевники и земледельцы – все рано или поздно оказывались здесь, что-то оставляя от себя.
Когда поток начал потихоньку замедляться, его подтолкнуло время. В Бороград пришёл научный и технологический прогресс. Порицаемое во многих соседних краях местное вольнодумство сделало город привлекательным для учёных, естествоиспытателей и просто любопытствующих. Следом за ними потянулись новые развлечения, а вскоре и немалые капиталы, обеспечивая и зарабатывая на всех предыдущих.
К последней войне, затеянной ради очередного перемещения пограничных столбиков, Бороград накопил достаточно «своего», чтобы решить более не участвовать в чужих делёжках. Богатые и бедные, работяги и стяжатели, кутилы и аскеты – все вместе впервые подняли оружие исключительно ради себя и никого другого. Бороград отвоевал независимость!
Вскоре после утихания на поле боя пушек и ружей, сражения пошли на страницах писем, договоров и пактов. В конце концов жаждущие заполучить Бороград себе согласились отказаться от притязаний в обмен на то, что он не достанется никому другому. Так город стал жить сам по себе. Хотя и не смог навести порядок в тысячелетнем наслоении культур.
Арманд поддался односекундному порыву и свернул направо. Стоило пройти лишь несколько шагов, впереди замаячила баня. Или сауна. Детектив к собственному стыду мало понимал разницу. Рядом с синеватым мозаичным зданием толпились люди, из высоких песочно-белых труб валил пар.
«Нет, здесь слишком многолюдно в любое время. Сюда убийца не пошёл бы».
Согласившись с внутренним заключением, Арманд свернул в переулок. Старый дом из чёрного камня жался к новострою из красного. Спрятаться здесь, а тем более что-то надёжно спрятать не представлялось возможным. Детектив пошёл дальше.
Переулок вытекал в широкую улицу, вскоре переходящую в аллею со статуей генерала на боевом скакуне. У входа маячил нервный тип, щипающий взглядом прохожих. Чуть дальше лежал пьяница.
«Карманники и бродяги. Ночью их будет ещё больше. Тоже не вариант».
Арманд развернулся, обойдя «Долгий путь» сзади. Свернул у остатков старых стойл, заброшенных за ненадобностью, и вышел к гряде внутренних двориков. Пару столетий назад в Борограде пользовались особой популярностью дома с арками и сквозными воротами.
«Идеальное место, чтобы выбросить вещи убитой и скрыться через ворота на соседние улицы. Вот только – куда выбросить?» – оформился в голове вопрос.
Сбавив шаг, Арманд принялся водить глазами по домам. Судачащие между собой старухи у дверей не оставили странного прохожего без внимания, начав зыркать на него и громко шушукаться. Детектив опустил взгляд и пошёл дальше.
Проходя мимо тупика, хаотично засаженного чахлого вида кустами смородины, Арманд увидел краем глаза нескольких мужчин. Повернул на них голову и резко остановился. Четвёрка в плачевного вида одежде столпилась вокруг удерживаемой одним из них сумки. Судя по размеру – дорожной, а по узорчатой расцветке – женской.
«Нашёл!» – с удовольствием воскликнул про себя Арманд и осторожно вошёл в тупик.
– Медарры!
Четвёрка обернулась на оклик. Детектив остановился в паре шагов от них и бегло оглядел.
Держащий сумку выглядел хуже всех. Изодранный походный плащ покрывала многолетняя грязь. Столь же перепачканное лицо обезображивала мерзкая ухмылка. Ничего, кроме отвращения, тип не вызывал.
Стоявший рядом с ним обладал самым пристойным костюмом из всех. Порванные лишь в одном месте брюки, вовсе не порванный плащ. Тяжёлые ботинки со сбитыми носами. На лице имелся шрам, тянущийся от виска ниже скулы. Взгляд полыхал ненавистью и нахальством. Тип однозначно был знаком с боевым делом.
Оставшиеся двое выглядели одинаково блёкло. Даже приложив усилия, Арманд с трудом смог обозначить их хоть минимальные черты.
– Чё? – выдал держащий сумку бродяга.
– Эта сумка. – Арманд указал на предмет пальцем и сделал шаг вперёд. – Я, кажется, знаю, откуда она.
– И? – грозно спросил шрамированный.
«Можно попробовать их подкупить, но так не хочется расставаться с деньгами. Цену наверняка заломят, чтобы побольше пойла купить. И всё ради сумки…», – мысленный торг не утихал, со скрипом ища компромисс.
– Её можно вернуть и получить неплохие денежки. Если я прав, там сбоку должен быть небольшой приметный узор. – Детектив указал пальцем. – Если он там…
Бродяга развернул сумку, ища узор. Прочие присоединились к нему.
Арманд спешно оценил, что лучшего шанса не представиться, и сиганул вперёд. Резко вырвал сумку из рук не ожидавшего рывка типа, пнул стоявшего рядом бродягу со шрамом в колено и отпрыгнул назад. Боевой взвыл, остальные заорали. Детектив стремительно развернулся и бросился бежать. Ближайшие сквозные ворота проложили ему путь на соседнюю улицу.
Каблуки крепких туфель громко стучали по мостовой. Сумка оказалась нетяжёлой, почти не замедляя бегства. Раздающиеся позади топот, крики и ругань подстёгивали ноги мчаться быстрее.
Арманд нёсся не оборачиваясь. Требовалось внимательно смотреть под ноги: не к чему создавать себе лишние преграды. Детектив вильнул, перескочил через низкую телегу с парой ящиков и умчался по переулку. Преследователи немного отстали, но всё ещё продолжали погоню.
Выскочив из переулка, Арманд побежал наискосок через проезжую улицу. Проскочил прямо перед запряжёнными в повозку лошадьми. К проклятьям от бродяг прибавилась ругань извозчика, зато между детективом и преследователями стало на одну преграду больше.
Любопытство юной поры̀, множество знакомых среди горожан, годы службы и наконец работа частным детективом подарили Арманду к его нынешним годам превосходное знание устройства города. Улицы, закоулки, повороты, лестницы… Всего знать, конечно, было нельзя. Бороград слишком активно жил: велись стройки и переезды, но общая картина закрепилась в голове детектива.
Спрыгнув через перила, Арманд забежал на рынок. Не желая увязнуть в толпе, свернул у близкого ко входу развала с тканями. Пригнувшись, прошмыгнул за спинами грузчиков и скрылся в новом переулке. Сбавил шаг, чтобы топот не привлёк лишнего внимания. Звуки преследователей исчезли ещё перед рынком. Похоже, те потеряли детектива из виду.
Дойдя до конца переулка, Арманд просиял. Впереди виднелись строительные леса. Решительно забравшись на них и игнорируя возгласы рабочих, детектив оказался на крыше прилегающего к заводу склада. За обилием местных дымовых труб его уже никто не найдёт.
– Ух. Ну, жить можно, – сбивчиво дыша, прошептал Арманд.
Удерживая сумку под мышкой, молодой человек размотал с шеи платок и вытер пот со лба. Протёр щипаемые солью глаза.
«Хорошо хоть солнце скрылось. К удаче», – про себя пробормотал Арманд, накидывая платок обратно на шею и приступая к осмотру сумки.
Сразу бросалось в глаза, что изготовитель приложил немалые усилия для максимального сочетания практичности, удобства и красоты. Крепкий материал позволял сумке выдерживать капризы погоды и дальние путешествия.
«Идеальный вариант от намокания», – заключил детектив, прощупав внешнюю сторону.
Светло-серую отделку покрывал незатейливый сиреневый узор. Вместе с объёмом внешний облик однозначно подтверждал, что сумка рассчитана на женщин. Низ и три из четырёх сторон покрывала грязь. В основном трава и земля. Злоумышленник забросил сумку поглубже в кусты, чтобы дольше не нашли.
«Кости оставил в комнате, чтобы собаки не почуяли, а вот местных бродяг не предусмотрел. Залезут в любой уголок». – Детектив улыбнулся левым уголком рта, осторожно повертев сумку в руках.
Следы крови отсутствовали. Многоговорящие пятна от краски, напитков или чего-то ещё тоже.
Застёжка не имела особого замка, хотя была довольно тугой. С двумя креплениями. В толпе такую запросто не расстегнуть. Достойный выбор против воришек.
Раскрыв сумку, Арманд удовлетворённо хмыкнул. Поверх вещей лежала грязная тарелка, грубая кружка и вилка с ножом. Догадка подтвердилась. Убийца отужинал со своей жертвой, а затем спрятал посуду в её сумку и всё вместе выбросил.
«Продуманно действовал. Вероятно, убийство преднамеренное и спланированное», – рассудил Арманд, снимая с шеи просоленный грязный платок.
Осторожно выудив кружку, детектив принюхался. Пахнуло хересом. Сладким, без изысков. На уровне таверны «Долгий путь».
«Они выпивали, и когда она захмелела, убийца оглушил её. Эх, надо было собраться с духом и осмотреть голову. Там наверняка нашёлся бы синяк от удара. Ладно, что было, то было», – проворчал про себя Арманд. – «Они ужинали, выпили, он… Кстати, почему «он»? Подвесить женщину к потолку требует усилий, но дюжая медарра вполне могла справиться. Повешение на своих же волосах – изощрённый и жестокий способ убийства. Женской фантазии подходит более чем». – Арманд подёрнул плечами.
На лежащей в сумке тарелке остались следы жира от жареной курицы. Аналогичные на ноже и вилке. Отложив их, детектив взялся за пристальное изучение личных вещей убитой.
Большую часть из них составляла одежда. Дорожные ботинки, дорожная куртка, длинная юбка…
«Переоделась в платье и удобные туфли для ужина. Возможно, встреча носила романтический характер». – Арманд задумчиво взглянул на подошвы ботинок и подол юбки. – «Грязи не слишком много, но всё же есть. Она приехала откуда-то. Свидание? Но зачем тогда вещи? Она могла приехать из другого города, и её убили, так как убийца состоит в браке, и это раскрыло бы интрижку. Натянуто? Не больше, чем другие версии. Даже меньше. Продолжим».
Кроме одежды, в сумке нашлись туалетные принадлежности первой необходимости и пара типичных спутниц женщин, вроде флаконов с духами и набора для нанесения макияжа. Одни часы на цепочке, книжка стихов и молитвенник. Какой конкретно веры, Арманд предположить не решился. Осведомлённость о религиях не относилась к его сильным сторонам.
Пролистав обе книжки и не найдя рукотворных записей, детектив сложил всё обратно.
«Она откуда-то приехала. Могла приехать из другой страны или из Борограда. Запачкаться подобным образом на наших улицах проще простого. Она знала своего убийцу и питала к нему некие чувства. Надела платье и серьги. Искренними ли были её чувства или она решила кого-то охмурить? Хм, пожалуй, для охмурения простой ужин в подобной таверне не годится. Больше похоже на искренность. Затем её убили. Продуманно, жестоко и… театрально. Так расстараться можно или чтобы невероятно запугать убитую, или чтобы произвести эффект на тех, кто её найдёт. Её смерть является заявлением для кого-то? Для кого-то конкретного? Пффф».
Арманд покрутил головой и потёр шею.
«Нужно постараться понять, кто она такая. Увы, здесь внятного ответа нет». – Детектив недовольно закрыл сумку. – «Попытаю удачу у Вэ̀ймы. Возможно, её «таланты» смогут пролить немного света».
Глава четвёртая
Арманд провёл пальцем по начертанной в книге таблице. Медленно прочитал каждую строчку, едва заметно шевеля губами. Он обожал, когда массив текста разделялся на небольшие части и дополнялся разными схематическими элементами. Так можно было составить в голове некое подобие карты для продуктивного усвоения информации. Не многие учёные сопровождали свои научные труды подобными дополнениями, но Арманд придирчиво выбирал книги для чтения.
«Беседа – краеугольный камень психопатологии» за авторством местного психиатра, успевшего сыскать невероятное уважение одной половины коллег и презрительные насмешки второй, занимала Арманда уже больше месяца. Книга была не слишком увесистой, однако детектив читал крайне тщательно, по несколько дней переваривая информацию и порой возвращаясь к уже освоенным разделам. На первый взгляд казалось немыслимо оказывать столь сильное влияние на человеческий мозг простой беседой, но каждая новая глава убеждала в обратном. Арманд углубился в том с азартом авантюриста, распахивающего сундук, полный золотых монет.
Дверь библиотеки с оглушительным скрипом распахнулась, следом послышался шлёпающий топот по каменному полу, будто торопящийся едва не поскальзывался на идеально вымытой поверхности.
– Сюда можно только по документу! А ну! Прочь! – раздался командный голос библиотекаря, не уступавший в мощи армейскому генералу.
Арманд оторвался от книги и выглянул из закутка, в котором примостился. Три глухие стены, крошечная печка, два кресла и арочный проход – лучшего места для чтения детектив не знал во всём Борограде.
Посреди проходной стоял мальчишка-оборванец. Замызганный, зато в ботинках – первый признак заработка в городе. На малолетнего визитёра грозно взирал через очки стоявший за стойкой библиотекарь, посылая все возможные сигналы, чтобы тот поскорее исчез.
– Слав, это ко мне! – воскликнул Арманд, захлопывая книгу.
Библиотекарь и мальчишка-оборванец дружно посмотрели на детектива. Первый недовольно выдохнул и едва заметно кивнул, второй ехидно просиял и направился в закуток.
– Только быстро. И на кресла не садиться, только грязи в храме знания не хватало! Понял? – прикрикнул Слав вслед мальцу.
– Два мига и всё! – ответил Арманд вместо оборванца, сопроводив реплику обольстительной улыбкой. Библиотекарь вздохнул и вернулся к своим делам.
– Принёс? – без приветствия спросил детектив, как только мальчишка подошёл к нему.
– Принёс, медарр Арманд! – оборванец протянул небольшой кусок бумаги, сложенный хитроумным способом. – Только медарра мне не заплатила, – добавил он излишне обиженным голосом.
– Надо же, Вэйма и не заплатила. Совсем не в её духе. – Детектив усмехнулся. Малец старательно изобразил честную мину. – Забыла, наверное. Вот, держи. – Арманд сунул посыльному монету. – Дуй отсюда, пока Слав не рассвирепел снова.
– Благодарю, медарр Арманд! – оборванец упрятал монету поглубже в карман укороченных штанов и непутёво поклонился. – Обращайтесь снова! Мне в радость!
Мальчишка-посыльный умчался, на прощание вновь оглушительно скрипнув дверью. Арманд откинулся на спинку кресла, убрал книги по психопатологии под локоть и поднёс к глазам полученную записку. В нос ударил аромат пихты. Удивительным образом бумага, побывавшая в пальцах Вэймы, всегда несла с собой один из запахов её обители. Детектив полагал, секрет крылся в количестве используемых девушкой масел.
Ещё раз вдохнув аромат колючего дерева, Арманд развернул ловко сложенную записку. Подобный неповторимый способ запечатывания являлся лучшим доказательством девственности послания.
«Приходи, я свободна. Пару часов в твоём распоряжении есть», – гласил написанный витиеватым почерком текст.
Арманд улыбнулся с лёгкой тенью ворчливости. Ему не нравилось, что он не мог в любое, особенно в нужное для расследования, время наведываться к подруге. В то же время он прекрасно понимал логику Вэймы, поставившей месяц назад условие спрашивать разрешение на посещение и приходить только после получения одобрительного ответа. Среди посетителей девушки имелись люди не в лучших отношениях с законом, и их нервишки легко мог потревожить вид внезапно приходящего частного детектива.
Укрыв послание в кармане сюртука и подхватив книгу, Арманд двинулся в путь.
Обитель Вэймы, на деле являющаяся огромным шатром с несколькими комнатами, отделёнными друг от друга перегородками из тёмной ткани, находилась за деревянными воротами. Незнающий человек ни за что бы её не нашёл. Да и мало кто без дела околачивался на окраине рынка кѝппов – одного из осевших в городе народов, пришедшего за многие века до обретения Бороградом независимости.
Арманд зашёл в шатёр, оказавшись в крошечной передней. Сдвинутая им полоса ткани коснулась другой, пробудив цепочку колокольчиков. Об его прибытии незамедлительно стало известно.
– Проходи! – раздался из основной «комнаты» шатра невысокий женский голос.
Детектив плавно пошёл вперёд, давая глазам время привыкнуть к полумраку. Плотный материал крыши и стен не позволял свету ранней луны проникнуть внутрь, а свечей горело в недостаточном количестве.
Стоило Арманду пройти в новую долю шатра, как его захватила смесь запахов. Пихта, дуб, бузина, зверобой, базилик и многие другие. Вырываясь из масел, настоек и травяных свечей, они становились единой доминирующей силой, не позволяющей ничему другому пробраться в сей отдельный потаённый мир.
Даже после сотни посещений круговорот ароматов от смеси растений сбивал с толку. Но со временем Арманд привык к нему и научился сокращать периоды замешательства всего до пары десятков секунд. Глубоко вдохнув и влившись в здешнюю атмосферу, детектив посмотрел на Вэйму.
Девушка сидела за большим круглым столом, покрытым светлой скатертью и заставленным свечами и чашами с водой. В её рыжих кудрях красовались разноцветные ленты, массивные серьги блестели в свете свечей, а лёгкая улыбка обнажала острые зубы. Вэйма одновременно пугала и завораживала. Но у Арманда её вид вызывал лишь одно чувство – облегчение. Живя в самом большом городе мира и всегда будучи настороже, детектив всей душой любил оставаться наедине со старыми друзьям. Такие встречи дарили редкие часы расслабления в безостановочно бегущей жизни.
– Привет!
– Привет!
Они поздоровались, и Арманд сел напротив подруги, примостив рядом захваченную по пути из своей квартиры сумку убитой Марэн. Наёмное жильё как раз находилось между библиотекой и обителью Вэймы.
– Выглядишь усталым. Плохо спал? – спросила рыжеволосая девушка, поставив скрещение руки на стол и немного наискось положив на них голову.
– И это тоже. Меня начали одолевать всякие мутные сны. Точнее, один мутный сон. Но это ерунда, просто какая-то дурь в голове засела. – Арманд помотал головой, будто отмахиваясь от порядком надоевшего сновидения. – Есть кое-что намного важнее. Произошло убийство. – Вэйма прекратила улыбаться, выпрямившись и сосредоточенно уставившись на друга. – В «Долгом пути», таверна такая, убили женщину. Её повесили на собственных волосах и разрезали платье.
– Кошмар. Отвратительно. – Вэйма прокашлялась, перестав говорить шёпотом, и продолжила уже нормальным голосом: – Мерзость какая. Ты выслеживаешь сделавшего это маньяка?
– Да. Я уверился, что убийство совершил один человек. Но пока не понимаю зачем. И кем он вообще мог быть. Надеюсь, личные вещи убитой смогут подсказать.
– Это её сумку ты принёс?
– Ага. – Арманд переставил сумку ближе к Вэйме. – Я её осмотрел, но никаких зацепок или идей не возникло. Подумал, вдруг ты сможешь что-то найти?
– Хочешь, чтобы я помогла тебе как ведунья? – Вэйма вновь улыбнулась и даже позволила себе лёгкий смешок.
– Ты знаешь, что я не верю во все эти ваши вздохи, взмахи, травы и прочее. Но занимаясь ими, ты научилась великолепно читать людей и замечать самые разные детали. Просто взгляни на содержимое сумки. Не как «ведунья», а как внимательная, умная девушка.
– Ох, Арманд, в тебе так много достоинств, но совсем нет веры. Как можно жить, веря только в грубую материю? – Вэйма покачала головой, приведя каскад рыжих кудрей и цветастых лент в движение. На фоне действа её карие глаза на миг показались ярко-жёлтыми.
– Я верю и в изящные материи. – Арманд рассмеялся, невольно следя за игрой света на лице подруги. – Слова, музыка, даже эмоции людей способны повлиять на мир и добиться чего-то. Но «магические» штуки существуют лишь в воображении.
– То, что ты не понимаешь, как они работают, и называешь их «магией», не значит, что они на самом деле не работают. – Вэйма вновь издала лёгкий смешок. – Ладно, давай посмотрим на твою сумку.
Ведунья нагнулась через стол. Висящий на длинной верёвочке древесный амулет выпрыгнул из глубокого декольте свободного платья и чуть не угодил в одну из чаш с водой, в последний момент пролетев мимо. Вэйма научилась идеально двигаться среди множества атрибутов своей обители.
– Почему она такая грязная? – спросила девушка, подтаскивая к себе сумку и не решаясь ставить её на стол. Перспектива запачкать скатерть совсем не прельщала.
– Убийца выбросил сумку в кусты поодаль от таверны.
– Поэтому ты решил, что она может рассказать что-то о нём?
– Я полагаю, убийца и жертва были знакомы. Возможно, её личность сможет рассказать что-то о нём или даже навести на его след.
– Разумно, – прошептала Вэйма, раскрывая сумку. На мгновение девушка замешкалась. – Посуда? – спросила она, переводя взгляд на Арманда.
– Убийцы. Он спрятал её и выбросил вместе с сумкой, пытаясь скрыть, что они вместе ужинали.
– Запутанное и противное дело. – Вэйма сморщилась. Упавшие на её лоб пряди на мгновение сделали цвет глаз почти чёрным. – Кто нанял тебя искать убийцу?
– Формально владелец таверны, где нашли тело. Но это я сам влез. Подобное дело – именно то, что мне сейчас нужно. И я не позволю маньяку, совершившему подобное, безнаказанно расхаживать по улицам. Лиллард его вряд ли поймает.
– Здесь и Лиллард замешан?
– Он ведущий по делу.
– Арманд. – Вэйма потянулась к Арманду, не коснувшись его руки лишь потому, что детектив держал свои у себя на коленях. – Это опасно и слишком лично для тебя. Будь осторожен.
– Не волнуйся за меня, я справлюсь.
– Прозвучит обидно, но как раз этого я и боюсь. Ты выследишь убийцу. Того, кто вешает женщин на их собственных волосах. – Вэйма опять поморщилась. – Он может убить тебя. Твоё главное оружие ум, а не мускулы.
– Я что-нибудь придумаю. – Детектив улыбнулся с напускной хитростью. Он прекрасно знал истинный предел своей физической силы, но проговорённая вслух убеждённость подруги в его слабости настроения не улучшала. Пусть Вэйма и руководствовалась исключительно заботой и добрыми намерениями.
– Надеюсь. – Ведунья хмыкнула и вернула своё внимание к сумке.
Следующие пять минут Вэйма осматривала вещи, порой что-то бубня себе под нос. Арманду не удавалось разобрать слов.
– Мои итоги тебя не очень обрадуют. – Ведунья выпрямилась на стуле, аккуратно облокотившись на спинку.
– Всё так плохо или ничего не узнала?
– Второе. Могу предположить, что она приезжая. Не уверена, насколько издалека. Она ведь была не очень богата?
– Я пришёл к такому выводу. – Арманд кивнул.
– Я тоже, судя по вещам. И ты сказал, что на ней разрезали платье. Значит, в таверне она переоделась?
– Да, в красивое, качественное платье.
– Будь она из Борограда, выбрала бы для дороги другой наряд. Не такой, как в сумке. – Вэйма бросила взгляд на содержимое. – Местные не пойдут по нашей грязи в подобной юбке. Тем более бедные женщины, чьим рукам стирки и так хватает. И местным беднякам вообще нет смысла иметь подобный наряд.
– Многие вещи в сумке дорожные. – Арманд задумчиво уставился на одну из свечей ведуньи, позволив мыслям оформляться в голове самостоятельно. – Соглашусь с тобой. Она приезжая. Но откуда?
– Этого не могу сказать или даже предположить. Одежда очень обычная. А я не бывала нигде, кроме Борограда.
– Я тоже. – Детектив ненамеренно ухмыльнулся. – Спасибо тебе и за это! Я сам не был уверен, из города она или нет. Это уже подвижка. – Арманд собрался встать.
– Погоди! – Вэйма подалась вперёд. – Давай я осмотрю тебя. Погружу в транс.
– Зачем? Я не люблю, когда ты так делаешь. Только время зря потеряем.
– Не ворчи. Сам говоришь, что плохо спишь. Голова затуманена, а тебе нужна ясность ума и острота восприятия. Тем более, по твоим словам, я всё равно ничего не делаю. – Ведунья рассмеялась. – Вреда не будет.
Арманд заколебался. Порой подруга проводила над ним «трансы». Во время них он ничего не запоминал и вообще плохо воспринимал происходящее. Хотя надо признать, иногда после них в голове возникала уверенность или спокойствие.
«Согласиться?» – мысленно спросил самого себя детектив.
Взгляд упал на стопку книг, лежащую на сундуке в дальнем углу. «Краткая история Борограда», «Action ad subconscious humanum», «Диалоги», «Scientia». Вэйма читала книги настоящих учёных. Даже ушедшей древней эры. Несмотря на ремесло ведуньи, она не отрицала науку и более того – интересовалась ею. Вэйма действительно была умна.
«Ладно, пусть делает. Не поможет, так не навредит. Я пока всё равно на месте топчусь».
– Хорошо, уговорила. Твори свою магию. – Арманд откинулся на спинку стула, ослабляя шейный платок. По крайней мере, следующие полчаса ему не нужно будет никуда спешить.
– Арманд-Арманд, – тихим голосом пробормотала Вэйма. – Как в тебе мало веры.
На столе прибавилось травяных свечей, наполнив шатёр новыми ароматами. Детектив не узнавал запахов, лишь почувствовал сонливость и расслабленность в плечах. Голос Вэймы стал тягучим и низким, будто слова доносились из уходящей вглубь земли пещеры. Вскоре они слились в нечто неразборчивое, утратив смысл. Перед глазами закружилось пламя свечей, вращаемый ведуньей диковинный оберег и её широкие глаза. Мысли покинули разум детектива.
***
Когда Арманд вышел из шатра, Вэйма издала тяжёлый стон и согнулась. Словно её тело исторгло давящее напряжение. Будто натянутая тетива лука наконец смогла расслабиться, исполнив своё предназначение.
Взглянув на собственное отражение в большой чаше с водой, ведунья сощурилась. «Так надо», – чётко сказала она себе и выпрямилась.
– Можешь выйти.
Из глубин шатра показался мужчина. Смуглый, лет пятидесяти, в дорогом костюме свободного кроя и головном уборе, напоминающем наслоение нескольких широких отрезков ткани. Он бросил взгляд на ведунью, а затем на выход из шатра.
Не оборачиваясь на него, Вэйма заговорила:
– Я продолжаю. Долго ещё?
– Сколько потребуется. И убийство. – Мужчина говорил медленно, ощущая полную власть над временем и зная, что и как в этом мире должно происходить. – Используй его.
Глава пятая
Впереди клубился мрак. Пульсируя и нарастая, он начал обнажать тени. Массивные и широкие стояли за беглыми и тонкими. Из их глубины послышался треск. Совсем тихий, доносящийся издалека. Он почти убаюкивал. Тени и треск обнимали, притягивая к себе, как вдруг из них прорезался свет. Зарево пламени. Треск десятикратно усилился, оглушая и подминая под себя. Огненный ореол подобрался ближе, закрутившись кольцами до чернеющего тьмой верха. За его пожирающим танцем треск незаметно, будто в одну скоротечную секунду, заменился плеском. Пламя плясало на воде. Отбрасываемый им свет ясно давал рассмотреть волны. Гребни, по которым что-то плыло. Длинное, извивающееся, опутывающее. Полыхающий ореол отбросил сноп искр. Стало видно, что по воде плыли волосы. Длинные русые волосы.
Арманд резко открыл глаза. Почувствовал скованность по всему телу и издал протяжный стон. Вырвавшийся из горла звук освободил тело от странного напавшего ощущения. Скованность исчезла, непонятно откуда появившись. Только стопы и икры немного зудели.
«Беготня. Не зря детективов сравнивают с собаками-ищейками. Носишься как угорелый, ищешь, вынюхиваешь, и всё тело потом ноет. Ещё и дурь всякая в голову лезет!» – проворчал детектив, поворачиваясь на бок и подкладывая под подушку руку. Увы, та расплющилась, подобно блину, чему совсем не была благодарна шея. – «Наверняка наши гении занимаются вопросами глупых снов. Нужно в библиотеке что-нибудь почитать. Главное – не рассказывать никому. Насоветуют странных духовных практик и учений всяких мутных шарлатанов, а делу не помогут».
Закончив с претензиями, Арманд нехотя встал. Протопал к умывальнику и принялся чистить зубы. Глянув в зеркало, он заметил лежащую возле кровати в комнате сумку убитой.
«Надо под кровать затолкать. Чересчур много вопросов вызывает».
Исполнив задуманное, Арманд вскинул руки, потянул спину и открыл окно. Запахи города и галдёж прогнали последние остатки сна из тела.
«Что было, то прошло. Сегодня всё по новой», – произнёс про себя детектив, смотря на стального цвета небо. – «Выяснить, кем была убитая не выходит. Только трачу зря время, грызя этот тупик. Нужно что-то новое. Поискать другие улики. А ещё лучше – свидетелей».
В желудок опустились крепкий чай с третью ложки сахара, пара сухих тостов и варёное яйцо. Сегодняшний день обещал быть длинным. Может получиться, длиннее предыдущего. Лучше запастись силами.
Вчерашний наряд всё ещё подходил для появления на публике. Следы бегства от бродяг бесследно исчезли, стоило хорошенько поработать щёткой. Только шейный платок пришлось взять новый. Тёмно-синий – второй из трёх имеющихся. Повесив вчерашний дымчатый на изголовье кровати, чтобы точно не забыть вечером постирать, Арманд вышел из наёмной квартиры.
Не успел он спуститься по лестнице со второго этажа, как день подкинул встречу.
– Утреца! Утреца! – громогласно поприветствовал молодого человека стоявший у общедомовой двери грузный домовладелец.
– Доброе утро, медарр Руд! – поздоровался Арманд с улыбкой, начиная не спеша спускаться по лестнице.
– Берна̀р, просто Бернар! Смышлёный парень, а запомнить никак не можешь! – Домовладелец хохотнул. – По детективским делам с раннего утра?
– Да, правосудию некогда спать. Нужно ловить негодяев.
– Ох, мальчик мой, рад я, несказанно рад, что ты пошёл в частные детективы. – Бернар облокотился руками о перила, приближаясь к спустившемуся Арманду. – Пока ты носился в пустом городском сыске, денег у тебя никогда не водилось. Платил с опозданиями. А сейчас – красота! Платишь заранее и вон какой щёголь стал. Франт настоящий! – Домовладелец глянул на шейный платок детектива.
«Всё потому, что гоняюсь за сбежавшими дочками аристократов и вороватых дворецких разоблачаю, а в сыске нормальное дело делал. Только за него не платит никто», – про себя пробормотал Арманд, добродушно улыбаясь. Вслух же он ответил:
– Мне везёт с прибыльными делами. Хорошее чутьё, видимо!
– Везунчик! И когда сам себе начальник, даже день лучше складывается. Да, мой мальчик, правильно, когда сам себе голова.
Разговор с Бернаром занял ещё минут десять, затронув последние новости, городские и в особенности квартальные сплетни, байки о чудесах науки и анекдоты разной степени свежести. Домовладелец относился к тем типам людей, чьи пустые разговоры не позволено пресекать. Остаётся оставлять время до своего высвобождения на их милость.
Улица встретила Арманда привычнейшим из пейзажей. Серые, вялотекущие тучи. Поторапливающиеся прохожие. Голосистый Пеша с газетами. Лежащий на углу дома напротив бродяга. Всё знакомые по опыту лет виды.
Встретившись взглядом с Пешой, Арманд мотком головы отказался от газеты и пошёл по улице к оживлённой части. Лёгкий стук собственных каблуков по тёмной брусчатке и приносимый ветром запах промышленной гари неожиданно подкинули идею, откуда начать поиски. Дойдя до конца улицы, Арманд ускорил шаг.
День определённо решил подбрасывать детективу знакомые картины. Обстановка возле редакции «Красного воробья» отличалась типичными толкотнёй и многоголосьем. Сегодня у входа расположилось даже больше повозок, чем вчера. Здание редакции встретило привычными запахами, из которых более остальных выделялись выпивка и пот. Видно, ночью трудяги газетного дела работали не покладая рук.
Подойдя вплотную к кабинету Куорона, Арманд заметил внутри пару посетителей. Юнца, объявившегося вчера, когда он сам уже уходил, и тощего старика, потряхивающего головой. Оба терпеливо ждали, пока редактор что-то закончит за столом.
Детектив опёрся руками о перила, не желая мешать приятелю, и не упустил возможность подслушать что-нибудь интересное. К расстройству, ничего интересного не обнаружилось. Через минуту Куорон удивительно громко воскликнул «Готово! Несите!», юнец со стариком в разнобой попрощались и направились к выходу. Арманд развернулся обратно к кабинету, подождал, пока визитёры выйдут, и придержал не закрывшуюся дверь.
– Куорон! – воскликнул он, входя внутрь.
– Арманд! – Газетчик спешно оторвался от пригубленного стакана с бренди и сунул тот в ящик стола. Судя по силе голоса и цвету лица, стакан за сегодня был далеко не первым.
– Насыщенный день? – спросил детектив, присаживаясь на край стола.
– Ужасно! Поганым делом занимаюсь! Счета оплачиваю! Ха! – газетчик оглушительно рассмеялся и извлёк стакан с бренди обратно на свет. – Выручил деньги за последний тираж. Удвоенный! Любит народ читать про всякие ужасы! Ужас! – Остатки бренди упали в рот Куорона. – Зато заплатил стервятникам! Пэтр поверенного прислал, будь ему неладно. Не терплю поверенных! – Газетчик снова наполнил стакан и мигом отхлебнул. – Ты какими судьбами? Налить?
– Нет, благодарю! – Арманд решительным жестом отказался. – Я хотел поговорить с тобой об убийстве в «Долгом пути».
– Оххх! – Куорон тяжело выдохнул, будто его резко ударили под дых. – Расследуешь эту гадость? Правильно! Признаться… – Газетчик понизил голос. – Я мужикам вчера разрешил ночью лишнего выпить. Поработали хорошо, но про такую мерзость. – Куорон опустошил очередной стакан бренди. – Как успехи?
– Не очень.
Газетчик откинулся на спинку, передёрнул плечами и выпрямился.
– Помощь нужна? Или информация?
– Информация в помощь. – Арманд уныло усмехнулся. – Ты говорил, что узнал об убийстве от своего человека. От кого именно?
– А! Девчушка. Ну не девчушка уже, на самом деле. Ей уже замуж скоро по возрасту. Зовут Са̀брэ. Она из ра̀гинцев.
Куорон глянул в глаза Арманду, как бы задавая вопрос. Детектив кивнул, подтверждая, что знаком с сим горным народом. Просвещённость в этническом составе Борограда относилась к его сильным сторонам. Куорон продолжил:
– Сабрэ в порту работает и ещё ходит в некоторые таверны. Креветки продаёт. Очень смышлёная девчушка! Я узнал про неё от завсегдатаев и нанял. Ну предложение сделал. Если она что-то интересное раньше других узнает, чтобы со всех ног ко мне бежала. За хорошие сведения я ей плачу.
– Много у тебя информаторов, – саркастично сказал Арманд.
– Так уже десяток лет сижу здесь! – Куорон хрипло усмехнулся, хлопнув по подлокотнику стула увесистой ладонью. В горле газетчика пересохло, и он потянулся к заветному ящику стола.
– Как она выглядит?
– Невысокая, ниже тебя на полголовы примерно. Крепкая, плечи широкие, нос с горбинкой. Глаза… тёмные, типа карие. На голове постоянно носит шапочку плоскую с платком. Небольшую такую.
– Понял. Где её можно найти?
– В этом часу? – Куорон бросил взгляд на лежащие на столе наручные часы. – В порту должна быть. В той части, которая рыбацкая, а не торговая.
