Через пять минут дверь постпредства открылась. С крыльца сошёл полный мужчина в обычном, не представительском костюме. В руках он вертел кубик Рубика.
– Адрес Уландсграхт, 13. Продажа, сервис и тюнинг итальянских марок «Фиат», «Альфа Ромео» и «Ланчия». Улицу найти очень просто – это большой популярный туристический бульвар, там рынок антиквариата. Это ваша «Ланчия»?
– Пока моя. Отгоняю в «Хеллему».
Он отомкнул калитку и вышел. Мы подошли к «Дедре».
– Все говорят, что это новая модель, и в Голландии её нет, – сказал я.
– Здесь одна такая, очень приметная. Я вижу её в городе. За рулём сидит магнат.
– Магнат?
– Да. Магнат Хеллема. Он продаёт итальянские марки. К нам иногда обращаются с просьбой найти к нему подход. Наши перекупщики.
– Вы его знаете?
– Нет. Если эта итальянка продаётся, то сообщите мне. Куплю ради цифровой панели – таких больше нет. Меня зовут дядей Сашей.
Похлопав по капоту «Дедры», дядя Саша вернулся на дипломатическую службу решать ребус Рубика, а я попросил полицейских отъехать, завёл мотор и тронулся. Полиция последовала следом. Через пять минут я стоял у «Хеллемы» и весело сигналил.
Из гаража вышел полный бородатый итальянец в синем комбинезоне.
– Худеморхен, Марио! – поприветствовал я. – Машина шикарная. Водить её восторг. Один недостаток – мчится, словно стрела.
– Полиция останавливала?
– Нет. Я же не патрон и вожу аккуратно. Под оперные арии…
Я крутанул ручку громкости.
– Мамма миа, что вы слушаете? – поморщился Марио.
– Это Классика ФМ. Где Дирк?
– Патрон завтракает в кафе напротив.
Марио взял ключи, выключил радио и начал загонять «Дедру» в гараж, а я пересёк бульвар с липами и вошёл в кафе под вывеской «Каса бьянка. Траттория. Кафе. Пиво».
В глубине зала несколько местных завсегдатаев пили пиво и дёргали за ручку однорукого бандита.
Дирк сидел у раскрытого настежь окна. Наконец-то я мог хорошо рассмотреть патрона. Это был атлет с открытым привлекательным лицом, высокий, светловолосый, коротко стриженный. Он мог бы заниматься любым видом спорта и везде праздновать успех. Одет Дирк был просто и неброско, в коричневую кожаную куртку, из-под которой сияла белизной шёлковая сорочка. Перед ним стоял фужер с коньяком, обеими руками он держал длинный багет, нафаршированный ветчиной, сыром и зеленью.
– Худеморхен, Дирк. Беданкт за авто. Никогда не ездил на таком. Чувство лёгкости и невесомости на трассе незабываемое.
– Вы сделали свои дела?
– Да, Дирк. Хротеданк. В полтретьего я был в Наймегене.
– Долго добирались. Вы сообщили соседке, что я доставил вас в срок?
– Ещё нет. Похоже, вы испугались её. Это забавно, Дирк.
– О чём вы? Я никого не боюсь. В этом городе никто не кричит на меня.
– Не сердитесь на неё. К ней надо привыкнуть, и тогда она милая девушка.
– Я вчера ломал голову, почему вы спешили в Наймеген. На встречу с девушкой?
– Почему так решили?
– Вы одеты, словно жених.
– Я всегда так одет. Я из Советского Союза, из Ленинграда. Мы все ходим в костюмах при галстуках.
– Значит вы из Советов? Я знал ваших шоссейников, соревновался с ними. Даже помню имена, хоть они дьявольски трудные. Быков и Москвин…
– И Колюшев с Вуколовым. Значит, вы велогонщик?
– Да, но гонял давно. А ваши парни очень гордые.
– Почему?
– Им предлагали сменить флаг и гонять за немцев и итальянцев. И мы предлагали большие деньги. Они отказались. Вы тоже патриот? Вас зовут Иван?
– Да, я Иван. И, наверное, патриот.
– Зачем же вы здесь?
– Я историк, учу вашу страну. Учу язык, традиции, культуру.
– И вернётесь назад?
– Да. В воскресенье еду в Наймеген. Там должны быть готовы документы на пятую БМВ. На ней и тронусь.
– Так вы ездили покупать машину? Почему? Мой гараж полон автомобилей.
– Вчера я этого не знал, Дирк. И купил не для себя. Отгоню домой, перепродам и вернусь. Говорят, что многие так делают.
– Тогда держитесь меня. В моём гараже всегда можно подобрать нужный автомобиль. Вы голодны? Что вы будете есть?
– Такой же багет, как вы, и стакан молока. Данкевел.
– Ян, тащи пистолет! И молоко! – крикнул Дирк.
– Патрон, у нас нет молока, – высунулся из задней двери парень в белом фартуке.
– Пошли кого-нибудь!
Из-за дальнего стола вскочила татуированная девица и выбежала прочь.
– Вы пьёте только молоко? – спросил меня Дирк.
– Сейчас утро, самое время для молока. А будет с вами дело – напьёмся в смерть.
У кафе резко остановился открытый спортивный «Мерседес». Из него неспешно вышла длинноногая блондинка. Она открыла дверцу малышу, забежавшему в кафе и бросившемуся на руки к Дирку, затем вошла следом.
– Па! – закричал малыш.
– Это мой сын Йентл. Это моя женщина Эллен, – представил их Дирк. – Не чета вашей соседке. Моя женщина не лает.
Эллен подошла к нему, поцеловала в щёку и уселась за столик у стены, вытащив из сумки спицы с вязанием. Она была великолепна. Странно было видеть эту со вкусом одетую молодую женщину, словно бы сошедшую со страниц модного журнала, со спицами в руках в этом простеньком, хоть и чистом кафе.
– Ваша Эллен чудо, Дирк. Давно не видел наяву столь красивой женщины. Ей бы на конкурс красоты.
– Тут вы правы, Иван. Она Мисс Голландии.
Эллен спокойно вязала, не вмешиваясь в разговор и, словно бы, даже не вслушиваясь в него. Малыш ёрзал на руках отца, и было в этом что-то необычное, из каких-то далёких времён или далёких стран. Мне не хотелось быть участником чужого счастья, и я начал собираться.
– А молоко? Иван, вы не можете просто так уйти. В первый раз в моём кафе потребовали молоко, и его не оказалось. Прошу вас, подождите минуту.
– Это кафе тоже ваше, Дирк?
– Здесь всё моё, – ответил он, и в этих словах чувствовалось нечто-то большее, чем кафе и гараж напротив.
В этот миг вбежала татуированная девица с двумя молочными бутылями.
– Свежие заанские фоллемелк и карнемелк, – сказал Дирк. – Что вам, Иван?
– А в чём разница, Дирк?
Дирк засмеялся.
– Эллен, забавно, но рюс не знает разницы между фоллемелком и карнемелком.
Королева подняла на Дирка огромные голубые глаза.
– Ты не смейся, а объясни, – кротко бросила она и снова уткнулась в вязание.
– Фоллемелк это жирное молоко. А карнемелк это… Вы лучше попробуйте.
Он налил густой карнемелк в высокий тонкий стакан для колы.
– Что-то вроде кефира, – сказал я, попробовав.
– Вот именно, карнемелк это кефир. Но лучший кефир в Италии! – засмеялся Дирк.
– Видимо, вы гоняли только в Италии, Дирк. Кефир, как и йогурт, греческий продукт, и лучше греков никто его сделает.
– Разве греческий?
– Дирк, слушай, что говорит образованный человек. Он знает, – подняла на глаза на Дирка Эллен.
– Он всё знает? Сейчас проверю. Кто сейчас лучший шоссейник у Советов?
– Марат Ганеев или Евгений Берзин.
– Верно, Иван. А про кефир я не знал. Надо вместе поехать в Грецию и сравнить.
– Дирк, беданкт за завтрак. И за «Дедру». Приятно познакомиться. Пусть мир и спокойствие царит в вашем доме.
Я встал. Дирк последовал моему примеру.
– Иван, если будете искать битые машины, то всегда найдёте их в моём гараже.
– Данкевел. Возможно, в конце года я вернусь.
Дирк крепко сжал мою руку, и я вышел из «Каса бьянки».
Вернувшись к себе, я набрал Портоса. Он ждал моего звонка.
– Брат, ты как? Ваня, ты уже нашёл тачку? У тебя же всё делается само собою…
– Да, Портос, представь себе, нашёл пятёрку цвета бордо. Пробег пятьдесят, салон кожа, спортивный штурвал, затенённые стёкла. Продаёт её голландец, работавший у нас в Союзе. Я оставил ему фотокопию паспорта. Бумаги он оформит.
– Ваня, ура! Это же мечта! Выбрось свои книжки! Ведь ты рождён для автобизнеса! И мы с тобою уделаем всех автоперегонщиков!.. А когда тебя ждать?
– Портос, я выеду восьмого вечером, на следующий день заберу машину и буду в Берлине, а десятого жди меня в Бресте. Это будет вторник, и очередь должна быть небольшой. Только не приезжай на «Запоре». Он жутко воняет и кренится на бок.
– Не волнуйся, Ваня, и я буду не один, а приеду с бойцами на форсированной трёшке. В паре мы так быстро отскочим, что у всех бандитов в Бресте отвалятся челюсти.
– Планируй это сам, Портос. Твоя банда меня не интересует, а брестская подавно. Я своё дело сделаю, как пересеку границу.
– Ты молоток, Ваня. Слушай, а есть что-то на перспективу?
– Ты о чём, Портос?
– О следующем заходе. У твоего голландца есть ещё БМВ?
– Это частник, Портос, пенсионер, а не гараж. Но на следующий раз есть итальянский гараж.
– Где, неужели в Италии? У тебя есть и итальянская виза?
– Нет, Портос. Итальянский гараж в Амстердаме. «Фиат», «Альфа» и «Ланчия».
– Ваня, ты не шутишь?
– Нет, Портос. Приеду – поговорим.
