Страница 2 из 3
– Не рабыня, – мягко поправил я, отметив холодное "вы". – Лина, мой придворный маг предрек, что моя истинная – иномирянка. Удивительно, что дракон выбрал человека, но поверь, это именно так. И я бы, несомненно, предпочел более простой путь, но, увы, это мне неподвластно.
– Зато подвластно мне, – пожала плечами девушка. – Мой дракон… О, погодите-ка, а у меня нет дракона! И я никого не выбирала, и не намерена потворствовать звериным инстинктам. Чем раньше вы это поймете, эрин, тем больше времени у вас будет на поиск настоящей истинной для вашего дракона.
С этими словами она резко развернулась, сделала шаг, поскользнулась и упала прямо в заботливо подставленные мной руки. Лина вздрогнула, мгновенно встала на ноги и оттолкнула меня.
– Не стоит беспокоиться, эрин, – девушка выбежала из зала, и я слышал, как удаляется стук ее каблучков.
С ней будет непросто. Человечка, начисто лишенная покорности. Тогда почему мне вдруг стало так интересно?
Каждый мой шаг отдавался гулким эхом от ледяных стен. Его придворный маг, видите ли, предрек! Да мало ли что там ему вздумалось этому эрину вместе с магом! Почему он вдруг решил, что я соглашусь? Даже звучит абсурдно, что-то вроде: эй, детка, мы знакомы пару часов, но мне очень надо, чтобы ты стала моей женой и нарожала мне наследников. Бред какой-то!
А вот с придворным магом познакомиться не помешает, он определенно должен знать, как открывается портал в обратную сторону. Возможно, и сам Алорейн тоже знает. Значит, нужно убедить эрина, что худшей кандидатуры на роль его спутницы жизни найти просто невозможно. Что ж, это мне вполне под силу. Стоит только вспомнить, как его раздражают мои манеры. Решено, никакой вежливости и поклонения, получай, драконище, настоящую Лину!
– Госпожа Лина, госпожа, постойте, – раздался девичий голос позади меня. Я обернулась и увидела Шаолу, спешащую по коридору. – Ох, еле успела!
– Куда ты так спешила? – удивилась я. – Бежать мне все равно некуда.
– Бежать? – охнула девушка. – Эрин приказал проводить вас в ваши покои или в любое место замка, куда вы попросите. Чтобы не заблудились. Он заботливый.
Шаола мечтательно улыбнулась. Да она, кажется, влюблена в Алорейна! Наложница? Выглядит совсем молодо, неужели она действительно влюблена в этого надменного ящера?!
– Шаола, а расскажи мне о нем, – попросила я. В конце концов, чем больше у меня будет информации, тем проще будет сойти совершенно неподходящей парой для дракона.
– О, госпожа!
– Ты можешь звать меня просто Лина, – разрешила я. – Там, откуда я, друг к другу обращаются просто по именам. И на "ты".
– Лина, – девушка прищурилась, словно прислушиваясь к тому, как это, назвать госпожу без титула, – что ты хочешь узнать?
– Какой он? Добрый и великодушный или жестокий и злой? Сколько ему лет, почему он одинок?
– Лучшего эрина и представить нельзя, – уверенно ответила Шаола. – Отец эрина Алорейна, великий Ролейн, загадочно почил две луны назад.
– Две луны? – не поняла я.
– Тридцать ночей – это одна луна, – пояснила девушка. – Что с ним приключилось, никому не известно, мы лишь слышали, что бездыханного дракона с израненными крыльями обнаружили у Северных скал, куда вообще никогда никто не ходит и не летает. Уж больно места там странные. И что там забыл эрин Ролейн, ума не приложу. Вот с тех пор Алорейн – единственный наследник престола. Беда лишь в том, что на престол взойти может обрученный дракон, эрина должна уравновесить его силу.
– Раз Алорейн – единственный наследник, к чему спешка со свадьбой?
– Не знаю, – пожала плечами Шаола. – Но можно спросить у самого эрина. В любом случае, он еще не нашел свою истинную пару, а без нее он не женится.
– А бывает так, – задумчиво спросила я, – что дракон вообще не находит свою истинную пару?
– Бывает, – грустно ответила девушка. – Но лучше бы все-таки нашел. Особенно эрин Алорейн.
– Почему?
– Он хороший, – вздохнула Шаола. – А дракон, не создавший семью с истинной парой до ста тридцати лет, погибает.
– Ужас, сколько же лет Алорейну?
– Сто двадцать девять, – пробормотала девушка, открывая дверь в мои покои.
Мне казалось, я предусмотрел все. Был вежлив и внимателен, разделил с ней трапезу – высшая степень уважения, которое я мог проявить к девушке. А уж человечки и вовсе не бывали во дворце. Не оценила. Хлопнула дверью, будто она эрина, а я ее подданный.
Я поймал себя на том, что на моих губах застыла глупая улыбка. Отчего-то мне не хотелось заставлять ее силой, хотя, несомненно, мог бы. Магия дракона, зов истинной пары – в моем арсенале достаточно средств, чтобы убедить даже самую непокорную человечку. Но я вдруг подумал о том, что хочу, чтобы она пришла ко мне сама. Не по принуждению и не от страха, а от такого же жгучего желания быть рядом, какое с недавних пор отравляло мою жизнь.
Покончив с обедом, я отправился в западную башню, где расположился орей Зотар. Нужно было выяснить у мага, как вышло, что моя истинная и правда пришла из другого мира. Но главный вопрос был в другом: сможет ли она отозваться, утолить жажду любви моего дракона. Ведь в ней не было ни капли драконьей крови. И сможет ли она справиться с ним, когда станет эриной? Если станет. Нет, все-таки когда.
Зотар, находящийся в том прекрасном возрасте, когда от здорового образа жизни уже мало что зависит, обнаружился у камина, где он пил красное вино, блаженно прикрыв глаза и причмокивая губами. Я поморщился. Не самое подходящее пойло для чистокровного дракона, однако Зотар был полукровкой. Высокого положения он достиг лишь благодаря выдающимся способностям.
– Кгхм, – тихо кашлянул я, чтобы не напугать орея. В его-то летах от страха и крылья откинуть недолго.
– Мой эрин, – маг подскочил, расплескав вино на грудь. На его белоснежной мантии тотчас заалели некрасивые пятна. – Я не ожидал вашего визита.
– Успокойся, – я устало махнул рукой. – Мне нужно узнать… У тебя виски есть?
– Есть, мой эрин, сейчас, – он захлопотал у стола, служившего ему хранилищем бутылей. – В вашем погребе закончилось виски? У меня всего две бутыли, но я…
– О чем ты? Я не об этом пришел спросить.
– Вот как? – удивленно прищурился орей, протягивая мне бокал. – Тогда что привело вас в мои покои?
– Девушка. Человеческая девушка, Зотар, – я нахмурился. – Та самая, которую ты мне напророчил.
Орей ойкнул, втянул голову в плечи, будто ожидая кары за ложное предсказание. Чудак, если бы я ему не доверял, он бы и дня не продержался в моем замке.
– Ты не поверишь, но она действительно существует, – ухмыльнулся я и увидел, как выдохнул с облегчением маг.
– Я безгранично счастлив, мой эрин, – пролепетал он. – Но чего вы хотите от меня? Я лишь скромный орей, в моей власти видеть будущее, однако это все, что я могу и…
– О, ты весьма приуменьшаешь свои способности, Зотар, – фыркнул я. – У тебя я всего лишь хотел бы узнать. Что чувствуют те, у кого внутри нет дракона? Могут ли они испытывать столь же сильное желание?
– Хороший вопрос, мой эрин, – впервые лицо мага озарила улыбка. – Конечно, могут, она же человечка, а не бездушная кукла. Разница лишь в том, что дракон подчиняется природным инстинктам, а люди… Что вы знаете о любви, мои эрин? Очаруйте ее, заставьте ее полюбить вашу человеческую ипостась, и тогда она будет так близко, как этого требует ваш дракон.
От орея я уходил с непонятным ощущением. То, что предложил мне маг, было настолько новым для меня и неестественным для сущности эрина, что я едва ли был уверен в том, что у меня получится. Очаровать? Прежде мне не доводилось этого делать. Вежливости эрина хватало для того, чтобы любая драконица Эрейна мечтала стать моей. На любой срок. Даже понимая, что рискует своей честью. Мог ли я подумать, что мне придется очаровывать кого-то, кто не желает даже находиться со мной в одной комнате? Да еще и человечку?
Сто двадцать девять лет! У меня эта цифра вообще в голове не укладывается! И никакие заверения Шаолы в том, что по драконьим меркам Алорейн еще молод, не помогли. Да когда мне будет сто двадцать девять… Погодите-ка, да никогда мне столько не будет, люди вообще столько не живут! И да, он самый восхитительный эрин, потрясающий мужчина. Опять же по словам Шаолы. Она так нахваливала Алорейна, что когда я все-таки спросила, не влюблена ли она в него, ну так, совершенно случайно, девушка густо покраснела и сменила тему.
Потом правда она призналась, что в эйра влюблены вообще все. Любая девушка королевства, будь она хоть наследницей знатного рода, хоть младшей дочерью беднейшей гномьей семьи, мечтала стать его эриной.
– Сколько их тут побывало, не счесть, – щебетала Шаола. – Но эрин никого не выбрал.
– И чем они ему не угодили? – поинтересовалась я.
– Не ему, – вздохнула служанка. – Дракону. Эрин сможет взойти на престол только с истинной парой, любая красавица королевства тут не сгодится.
– Слушай, – задумчиво протянула я. – А если дракону девушка понравится, а самому эрину нет? Что тогда?
– А ничего, – пожала плечами Шаола. – Такое часто бывает. Истинная рожает наследников, а для услады взора и тела существуют наложницы.
– И она что же, терпит измены?! – возмутилась я.
– Госпожа, так это же не измена, – отмахнулась девушка. – Эрин – мужчина, если ему нужно…
– Тьфу, мерзость, – фыркнула я. – Мужчина, если ему нужно… А если женщине нужно? Если эрин недостаточно хорош? Тоже наложники?
– Госпожа Лина, – отчаянно вращая глазами зашептала Шаола. – Вы только при эрине такого не скажите, тогда нам обеим головы не сносить. Негоже женщине и в мыслях такого держать, чтоб ее мужчина… А уж тем более сам великий эрин… Ох…
– Успокойся, я поняла, – вздохнула я. – Великий эрин прекрасен во всем. Надеюсь, мне не придется убедиться в этом лично.
Шаола испуганно поклонилась и ушла, точнее убежала, плотно прикрыв дверь. Я осталась одна со своими невеселыми мыслями. Что ж, если представить, что рядом с собой великолепнейший из великолепных эринов Алорейн жаждет видеть манерную особу, то он ошибся с кандидатурой на эту роль. Крови у меня отнюдь не королевские, да и вообще я человечка, что автоматически ставит меня в самый них местной иерархии. Посмотрим, пересилит ли отвращение человека притяжение дракона. Вот прямо утром и посмотрим, а сейчас я безумно устала.
Уже закрывая глаза, я подумала, что если бы обстоятельства моего визита сюда быть чуть менее… драматичными, мне бы даже понравилось. Да и сам Алорейн, возможно, не вызывал бы неприязни. Может быть, я даже посмотрела бы на него, как на привлекательного мужчину. Но, к сожалению, второй раз произвести первое впечатление невозможно, поэтому я сделаю все, чтобы эрин сам от меня отказался.
Итак, что мы имеем. Несносную человечку, от которой мой дракон в дичайшем восторге, и последний оставшийся год на то, чтобы она ответила взаимностью. Хотя, я не собираюсь так затягивать. И уж тем более не станут так долго ждать матушка с ее прихвостнем, претендующие на то, что по праву принадлежит мне. При одной лишь мысли о пронырливом Нирее, мои кулаки сжались, а зубы заскрежетали. Нет, так не пойдет.
Отец всегда говорил, что главное достоинство, которым должен обладать эрин – холодная голова и трезвый рассудок. Нельзя позволить эмоциям взять верх над тем, что действительно важно. И со всех сторон выходило, что единственное важное сейчас – Лина. Она одновременно мой пропуск на трон и гарант жизни моего дракона. Если бы я не был эрином, можно было бы и закрыть глаза на отсутствие драконьей ипостаси. Не каждому повезло встретить свою истинную пару до ста тридцати лет, но это не значит, что и человек от этого страдает.
Кто-то живет в гордом одиночестве, кто-то находит пару человеческим сердцем и живет в любви и согласии. У бывших драконов остаются все сословные привилегии, они по-прежнему почитаемы в обществе, вхожи в королевский дом. Есть лишь один небольшой минус – такие люди напрочь лишены магии. Помимо звериной ипостаси именно драконья кровь служит тем самым катализатором, позволяющим колдовать. А эрин без магии – пустышка. Такой участи я для себя категорически не желал. Значит, Лина…
Ранним утром, не дожидаясь пробуждения человечки, я позвал Шаолу. Надеялся, что главная замковая сплетница успела выспросить у Лины что-то, что будет мне полезно. Догадливая служанка явилась с завтраком: на подносе истекал кровью полупрожаренный стейк, в кубке плескалось вино. Дракон довольно заурчал, к счастью, у меня достаточно сил, чтобы его контролировать и не наброситься на еду, раздирая ее зубами. Такое происходило с теми, кто не смог подчинить зверя.
– Мой эрин, – девушка улыбнулась, осторожно поставила поднос на стол, наклонившись так низко, чтобы я совершенно точно рассмотрел, что она принесла помимо завтрака. – Помочь вам?
Она потянулась к ножу и вилке. Да, был такой грешок… И с Шаолой, и с другими наложницами. Но сейчас мои мысли занимала человечка.
– Спасибо, Шаола, – я мягко отстранил служанку. – Не сегодня. Я звал тебя для другого.
– Для чего? – теперь недогадливая полукровка тянулась к пуговицам на платье. Я вздохнул и покачал головой. Девушка недовольно надула губки, но тут же вспомнила, в чьих покоях находится, и сменила выражение лица на приторно-счастливое. – Чем я могу быть полезна моему эрину?
– Я бы хотел узнать что-нибудь о Лине, – церемониться я не стал. В конце концов, не те у нас с Шаолой отношения, чтобы я берег ее чувства. Она прекрасно понимала, что и ее положение, и происхождение не оставляют ей шанса занять достойное место рядом со мной. Впрочем, если бы не странная реакция дракона, у Лины вообще бы шансов не было. Ноги человека прежде во дворце не бывало.
– Как пожелаете, мой эрин, – Шаола покорно склонила голову.
Жестом я предложил ей сесть на стоящий у стены стул. Да, нарушение субординации, но, в конце концов, я не изверг, а разговор обещал быть долгим.
– Что именно вы хотите узнать? – спросила девушка.
– Все. Чем она занимается, что любит, о чем мечтает. Естественно, кроме возвращения домой.
– О, – Шаола удивленно округлила глаза. – Мой эрин, вы хотите проявить к ней знаки внимания?
– Что-то вроде этого, – я кивнул.
Губы служанки сжались в тонкую нить, будто она раздумывала, стоит ли делиться столь важной информацией. Возможно, нужно было выбрать кого-то другого в качестве информатора, вот только станет ли откровенничать Лина, если я пришлю к ней, скажем, своего помощника Лийера. Крепкий дракон с суровым лицом вытряхнет правду из кого угодно. Вопрос лишь в том, что с ней помтом делать.
– Она не говорила о себе, – призналась Шаола. – Но спрашивала о вас.
– И что ты ей сказала?
– Что вы – лучший эрин на свете, – вдруг улыбнулась служанка. – И что каждая мечтает…
– Драконьи боги, Шаола! – застонал я, понимая, каким было продолжение этой фразы.
– Разве это неправда, мой эрин? – хитро прищурилась она. – Для любой девушки королевства большая честь, если на нее обратит внимание сам эрин.
– И что ответила на это Лина? – вдруг заинтересовался я.
– Ее это не впечатлило, – пожала плечами Шаола. – Она лишь спросила, как долго проживет дракон без истинной пары. К сожалению, больше мне ничего не известно, мой эрин.
Не дожидаясь моего ответа, служанка поклонилась, ловко схватила опустевший поднос и скрылась за дверью. Останавливать я ее не стал, погрузившись в невеселые мысли. Итак, во-первых, Лина знает, что у меня мало времени, и одному драконьему богу известно, что у нее на уме. А во-вторых, больше нельзя отправлять к ней Шаолу.
Утро наступило резко во всех смыслах этого слова. Холодный свет доставлял неприятные ощущения даже закрытым глазам, я проснулась и поежилась. Как они живут в этом ледяном королевстве? Хорошо хоть подушка и одеяло на моей кровати были самыми обычными, иначе вместо меня утром обнаружилась бы ледяная скульптура. Стараясь не думать о том, как переживают в моем мире так и не дождавшиеся меня родители, я нехотя вылезла из постели, поставила ноги на пол и тотчас подняла их обратно на кровать.
– Чертовы ящерицы, – пробормотала я, проклиная ледяных драконов и вечную мерзлоту Эйлера. – Им бы сюда хоть одного огнедышащего, камин бы хоть развели…
Вчерашняя одежда исчезла вместе с обувью, теплых носков мне тоже никто не принес. Перебежками я добежала до уборной, высоко поднимая ноги и одновременно стараясь не поскользнуться. Хорошо, что прогресс дошел и до ледяного королевства, бежать в какой-нибудь сколоченный в уклу у забора домик я бы не рискнула. Впрочем, вода в кране ожидаемо оказалась только холодной.
Когда от утренних процедур у меня зуб на зуб не попадал, я сидула на кровати, поджав колени к подбородку и завернувшись в одеяло, каким-то чудом сохранившее тепло моего тела, в дверь тихонько поскреблись. Послышался робкий голос:
– Госпожа Лина, вы уже проснулись?
– Заходи скорее, – разрешила я, надеясь, что это Шаола с одеждой и каким-нибудь теплым чаем.
На пороге оказалась другая девушка, юная и с испуганными глазами. К счастью, теплые вещи были при ней. Без конца приседая и кланяясь, она положила передо мной белое шерстяное платье в пол, такое же белое меховое пальто и какие-то бесформенные рейтузы. На ноги предлагалось надеть сапожки, угадайте, какого цвета. От неожиданности я спросила:
– Я уже замуж? А завтрак?
– Простите, госпожа, – растерялась девушка. – Я только принесла одежду. Когда эрин сердится, в Эйлере становится холоднее.
Так вот почему вчера мне не казалось, что я уснула на улице прямо в сугробе! Эрин сердится! Ох, уж не на Шаолу случайно? Что такого произошло, пока я спала?
– Как тебя зовут? – поинтересовалась я.
– Ролана, – поклонилась девушка.
– Ролана, не подумай, что я не рада тебе, но что случилось с Шаолой? Ее наказали?
– Наказали? – удивленно охнула девушка. – Нет, госпожа, что вы! Эрин суров, но справедлив, он никогда не наказывает слуг просто так. Ему лишь показалось, что она не справилась, и он прислал меня.
– А где Шаола? – не унималась я.
– На кухне, помогает с завтраком.
Эта новость меня обнадежила. Если Шаола помогает с завтраком, стоило рассчитывать на то, что мне не принесут замороженные пироги или что тут у них в ходу. Я оделась в неожиданно мягкое платье, натянула теплые сапожки и обернулась в пальто, не сдержав блаженной улыбки. Вот теперь почти хорошо, осталось только выпить чего-нибудь горячего, и можно считать, что я оттаяла.
– Если госпожа готова, я вас провожу, – поклонилась Ролана.
– Куда? – оторопела я.
– Эрин ждет, – благоговейно отозвалась девушка, и я поняла, что мои мечты о вкусном завтраке и чашечке ароматного чая накрылись медным тазом.
С эрином было неуютно, нервно и напряженно. А еще холодно и голодно. Однако выбора мне не оставили, и я поспешила за Роланой, радуясь, что подошвы сапожек не скользили по ледяному полу дворца.
Я стоял на плоской крыше одной из замковых башен. Подставив лицо порывам ледяного ветра, старался вдохнуть свежесть утреннего города. Ледяные драконы просыпаются рано, едва первые солнечные лучи коснутся искрящихся стен. В солнце, как ни странно, кроется наша сила. И наша слабость обновременно. Лентнее, обжигающе горячее, оно скорее играет на стороне огненных собратьев. А вот яркое, ослепляющее зимнее принадлежит нам. К счастью, Эйлер накрыт магическим куполом, оттого здесь всегда зима.
Сегодня я впервые отложил свои планы ради девушки. Хуже, ради человечки. Однако если я хочу сохранить титул, придется забыть о ее происхождении. Будем считать, что передо мной драконица, хоть это и будет весьма непросто. Я поморщился, вспоминая, как неловко Лина скользит по полу, едва не падая на каждом шагу. Сегодня я приказал заколдовать подошвы ее сапог, я не планирую собирать будущую эрину по кусочкам.
– Эрин Алорейн, вы хотели меня видеть? – раздался нежный голос за спиной.
Лина изо всех сил старалась казаться суровой, но выходило у нее плохо. Драконы чувствуют фальшь, но еще лучше мы ощущаем страх. Сейчас человечка боялась так, что ее тело то и дело пронзала крупная дрожь. Я обернулся и невольно залюбовался ей. На хрупкие плечи, прикрытые белым мехом, падали тяжелые каштановые кудри. Взгляд широко распахнутых медовых глаз задержался на мне лишь на мгновение, потом Лина отчего-то смутилась и уставилась вперед.
– Как красиво! – восхищенно выдохнула она.
Я догадался, что она увидела. Юные драконы порой развлекались, взмывая высоко в небо и выдыхая пламя, смешанное с ледяными искорками. Зрелище это восхищало даже искушенных дракониц, что говорить о человечке.
Ведомая непонятно чем, она вдруг сделала шаг вперед, неловко взмахнула руками и непременно бы упала, если бы я не успел подхватить ее. Очарование момента пало.
– Дьявол, Лина, как можно быть такой неловкой?! – прошипел я, чувствуя, как внутри закипает злость. Я же подошвы заговорил! Что еще мне сделать, чтобы неуклюжая девица перестала выглядеть как орк на льду?!
– Так что же вы в меня вцепились, эрин? – в ее медовых глазах блеснули слезы, но она быстро справилась с ними. Удивительное сочетание внутренней силы и горячего сердца. – Неужели вы не видите, что я не подхожу вам? Отпустите меня.
Я отпустил. Медленно, чтобы она не поскользнулась снова.
– Так лучше? – уточнил я.
– Лучше, когда тебя вообще рядом нет, – не удержалась Лина.
От злости она отбросила церемонии. Я непременно наказал бы за это, но Лина была мне нужна. Нужна дракону, а значит, придется на время поступиться своими привычками. Перевоспитаю ее потом, когда она будет принадлежать мне без остатка.
– Поверь, не лучше, – мягко заметил я. – Идем, я хотел тебе кое-что показать.
И вот тут, по моему плану, она должна была заинтересоваться, улыбнуться, осыпать меня вопросами, как это делали те, кого я прежде приводил на летную площадку. Восхищенно хлопать в ладоши от одной мысли о том, что великий эрин проведет с ней целое утро. Однако Лина поджала губы, дернула головой и буркнула:
– Я никуда с тобой не пойду.
– Лина, ты, вероятно, не до конца понимаешь… – я уже наччинал закипать.
– Нет, Алорейн, это ты, вероятно, не понимаешь, – она вдруг выпрямилась, снова качнулась, но, к счастью, устояла на ногах. – В нашем мире девушек не заставляют быть с мужчиной силой. Во всяком случае, в цивилизованной его части. Выбор девушки также важен.
– Что мне сделать, чтобы ты выбрала меня?! – кажется, мой голос звучал резче, чем хотелось бы. Лина поморщилась.
– Чтобы ты прекратил на меня рычать! – закричала она. – Чтобы хоть раз поинтересовался, чего хочу я!
– По моему, ты только и бубнишь о том, что хочешь вернуться домой! – мы оба вопили так, что с соседней башни испуганно разлетелись лерты, крохотные ледяные птички.
– А ты бы не хотел?! – она уже не сдерживала слез. И, кажется, устала бороться, ее голос вдруг зазвучал хрипло и тихо. – Мне страшно, я в чужом мире совсем одна. Я не глупая, Алорейн, понимаю, что зачем-то тебе нужна, хоть тебе и претит сама мысль о том, что ты – величайший дракон всего Эйлера, а я – всего лишь человечка. Однако, тебе приходится наступить на традиции и делать вид, что ты вежлив и обходителен. А сейчас ответь себе, великий эрин, – мой титул прозвучал в ее устах презрительно, – готов ли ты всю жизнь терпеть рядом с собой человечку? Ради чего такие жертвы, Алорейн?
– А знаешь…
Ее неожиданная откровенность обескуражила. Лина оказалась достаточно проницательной, не тешила себя иллюзиями и прекрасно понимала свое место. Место человечки. Вот только… Она стояла на крыше, ежась от холода. Соленые слезы на щеках замерзали, не успевая упасть, отчего на разрумянившихся от мороза щеках застыли причудливые ледяные полоски. Она казалась такой беззащитной и хрупкой, что я проглотил все то, что намеревался сказать. Сделал шар вперед, и, поддавшись необъяснимому порыву, прижал всхлипывающую девушку к себе.
– Я старался, Лина, – пробормотал я.
Дракон внутри меня бился от щемящего предвкушения, чувствуя близость девушки. Во мне словно боролись два сознания: рассчетливое и твердое мое, а второе, драконье, возбужденное близостью истинной, желающее дать ей все, о чем она попросит. Никогда прежде он не был силен настолько, чтобы захватить мой человеческий разум. Я почувствовал, как все крепче прижимаю ее к себе, запускаю руку в каштановые волосы, вдыхаю аромат морозной вишни, исходящий от них. А когда Лина удивленно поднимает на меня заплаканные глаза и приоткрывает пухлые губы, чтобы о чем-то спросить, дракон окончательно затмевает человека.
Мне хотелось закрыть глаза, раствориться в его объятьях, довериться. Если мне не суждено вернуться обратно, лучше быть с кем-то по доброй воле, чем пленницей, пусть и в королевском дворце. Но довериться эрину не получалось. Слишком быстро он менялся, вот только что едва ли не рычал на меня, и я всерьез опасалась, что он попросту сбросит меня с башни. А через мгновение нежно и осторожно касается моих губ своими, словно ему и правда небезразлично было то, что я кричала.
Хорошая попытка приручить человечку, эрин Алорейн. Если бы Артур не научил меня никому не доверять. Неужели дракон и правда считает, что за его ласками я не замечу, как он брезгливо кривится, когда я поскальзываюсь на ужасных ледяных полах? Что не слышу, как он цедит это свое "человечка"? Что не догадываюсь, как претит ему одна лишь мысль о том, что он вынужден уговаривать меня провести с ним жизнь, когда сам этого не хочет?
– Скажи мне правду, Алорейн, – шепотом попросила я. – Просто скажи мне правду.
– Ты уверена, что хочешь знать? – также тихо отозвался он. Странно, но из объятий мужчина меня не выпустил, мне даже показалось, совсем невиданое дело, что он коснулся губами моих волос.
– Лучше ужасная правда, – я пожала плечами, – чем постоянная ложь. Не находишь?
– Замок эрина – обитель постоянной лжи, Лина, – грустно ответил он.
– Я же говорила, рыба гниет с головы, – не удержалась я.
– Хорошо, – неожиданно согласился Алорейн. – Я расскажу тебе правду сегодня вечером. Но этот день ты проведешь со мной.
– Зачем тебе это?
– Не поверишь, – фыркнул эрин. – Мне вдруг захотелось узнать тебя поближе.
– Не поверю, – согласилась я. – Но, я так понимаю, выбора у меня все равно нет. И что мы будем делать?
– Я собирался показать тебе Эйлер, – дракон мечтательно зажмурился, подставляя лицо солнцу. – По утрам он прекрасен. А днем ты сможешь увидеть, как живут подданные королевства.
– Уверен? Они же увидят эрина с человечкой. Как ты объяснишь этот невероятный мезальянс? Мне уже объяснили, таким как я даже приближаться к тебе нельзя.
– Послушай, Лина, – Алорейн отстранился и внимательно посмотрел мне в глаза. Я поежилась, не понимая, он сердится на мои слова или на что-то другое. – Ты же не думаешь, что я буду интересоваться у всякого случайного прохожего, позволено ли мне находиться рядом с тобой?
– А как насчет остального, эрин?
Он стоял передо мной такой величественный и решительный, что я чувствовала себя жалкой букашкой. Алорейн спрашивал о том, что должно случиться, чтобы я выбрала его. Было бы неплохо хотя бы перестать подчеркивать мое происхождение, отчего-то считающееся позорным в этом мире. Я ни капли не стыжусь отсутствия магии, я вообще не навязывалась. И это я ему нужна, а не он мне. Неожиданная хулиганская мысль заставила меня улыбнуться и приблизиться к дракону. Он замер, насторожился, совсем как зверь перед броском. Что ж, эрин, поиграем по твоим правилам.
– Тебе же придется не просто находиться рядом, – промурлыкала я, подходя ближе и прижимаясь к нему. – В нашем мире, – горячо шептала я, вставая на цыпочки, чтобы дотянуться, – между супругами есть и другие увлекательные занятия. Что скажут твои подданные об этом?
Не знаю, что на меня нашло, но я вдруг сама потянулась к его губам, руками обхватила шею. Он уже целовал меня несколько минут назад, но только сейчас я поняла, как Алорейн сдерживался. Не успела я коснуться губ эрина, как он прижал меня к своему крепкому торсу одной рукой, второй лаская все, до чего мог дотянуться. Его губы были властными и напористыми, он целовал исступленно и жадно, и я пожалела, что решилась с ним шутить.
– Ты этого хотела, Лина? – голос мужчины снова походил на звериный рык. Я испугалась. – Так в твоем мире выглядит выбор женщины?
– Нет, отпусти! – крикнула я, не рассчитывая, что он послушает. Внезапно хватка ослабла.
– Никогда не играй со мной, Лина, – сквозь зубы произнес Алорейн. – Сегодня мы смотрим Эйлер. Ты меня поняла?
Я кивнула, моля неизвестных мне драконьих богов, чтобы я вернулась живой с этой прогулки.
Я струдом сдерживал ярость, стиснул зубы до боли и, стараясь не смотреть на притихшую человечку, сделал глубокий вдох. Это будет сложнее, чем я себе представлял. В ее присутствии звериная сущность затмевала разум, и мне с трудов удавалось сохранять иллюзию спокойствия.
Впрочем, я уже убедился, что Лина вывела бы из себя даже адепта драконьего культа, коим я не являлся. Это молодцы в рясах давали обет безбрачия и служения Драконьему Богу, я же предпочитал жить. Просто жить, не оглядываясь на иллюзорные запреты, над которыми, вероятно, потешался Драконий Бог.
– Куда мы пойдем? – тихо поинтересовалась Лина.
Я покосился на нее. Теперь она снова казалась крохотной и напуганной, в уголках глаз виднелись слезы. Наплевать. Девчонка сама виновата, в конце концов, я и так позволил ей больше вольностей, чем допускалось для человечек за всю историю существования Эйлера. Никто не смеет играть с эрином, испытывая его терпение.
– Туда, куда и собирались. Сначала полетим на Проклятое плато, потом – в горы, а после… Посмотрим.
– Проклятое плато? – Лина вздрогнула, и дракон, почуяв страх, едва не бросился к ней обнимать и успокаивать.
– Это название, Лина. Всего лишь старое название, – устало ответил я.
– Хорошо, – она явно нервничала. – А что значит, полетим? Я не вижу здесь ничего такого, на чем можно было бы…
Я улыбнулся. Девчонка не показалась мне глупой, любопытно, как скоро она догадается, на чем именно ей придется лететь? Она еще раз оглядела крышу, задумчиво посмотрела куда-то вдаль, словно надеясь, что прилетит спасительная воздушная карета, а потом наконец-то уставилась на меня.
– К вашим услугам, – фыркнул я.
– Не-ет! – воскликнула Лина. – Ты же не хочешь сказать?.. Да нет! Ты же правитель, как тебя, эрин! Не ездовой дракон!
Она так искренне возмущалась и забавно пятилась назад, что я засмеялся. Совсем забыл, что в их мире нет драконов, но она не выглядела перепуганной до смерти. В огромных глазах блестело любопытство.
– Конечно же нет, Лина, – медленно проговорил я. – Я совершенно точно не ездовой дракон. Но мне показалось, ты не будешь против.
Любопытно было наблюдать, как она колеблется. Щурясь на солнце, она смотрела на искрящийся Эйлер, словно он был способен ей что-то подсказать. Щеки румянились от мороза, а тонкие пальцы покраснели. Стараясь унять дракона, я подошел чуть ближе и взял ее ладони в свои. Лина вздрогнула от неожиданности, подняла на меня взгляд и вдруг едва уловимо улыбнулась.
– Хорошо, эрин Алорейн, – игриво произнесла она. – Я полечу с вами, если вы поклянетесь не сбросить меня со спины.
– И в мыслях не было, – искренне удивился я.
– Тогда давай скорее, пока я не испугалась и не передумала!
Теперь Лина была похожа на девчонку, которой только что пообещали огромный торт. Кусала от нетерпения губы, растирала ладони и подпрыгивала на месте. Главное теперь, чтобы она не упала в обморок, пока я буду обращаться в дракона. В конце концов, если она и правда станет эриной, ей придется иногда видеть меня в звериной ипостаси.
Я снял сюртук и рубаху, оставшись в одних штанах. Единственное неудобство оборота, впрочем, на плато есть место, где я смогу одеться. Лина, кажется, затаила дыхание. Ее взгляд блуждал по моему телу, а щеки выдавали смущение. А я всерьез переживал, что она боится увидеть страшного зверя. Кажется, не такая уж она и крепость, во всяком случае, ничто драконье ей не чуждо.
А дракон уже бился от нетерпения, словно желая познакомиться с девчонкой. Я его отпустил, чувствуя, как человеческий разум теснит звериный. Как обостряются чувства, становится насыщеннее морозный аромат Эйлера, к которому примешивается чужой, но приятный шлейф яблок и ванили, кажется, исходящий от Лины. Несколько мгновений – и перед Линой белоснежный ледяной дракон.
"Стой, глупая ящерица!" – бестолково ругался я где-то внутри, а зверь уже осторожно, будто дворовый пес, подставлял огромную морду под крохотную девичью ладонь, требуя ласки.
Удивительно, но чувств человечка не лишилась. Она смотрела на меня с интересом, а коснувшись драконьей морды и вовсе засмеялась.
– Так вот ты какой, грозный эрин Алорейн! – фыркнула она.
Дьявол! Дракон ластился, а я вдруг поймал себя на мысли, что больше не сержусь на него. Осторожно подкинул Лину крылом, чтобы она оказалась у меня на спине и подставил шею. Она мягко обхватила ее, а потом отстранилась и прошептала туда, где по ее мнению у дракона было ухо:
– А ты не задохнешься?
Я смеялся, а дракон выдыхал пары дыма из ноздрей. Она всерьез боится навредить огромной ящерице?! Наконец, Лина решилась. Вцепилась мне в шею, прижалась так плотно, что даже сквозь толстую друконью шкуру я чувствовал, как бьется ее сердце.
– Полетели? – шепнула она, и я раскинул крылья.
Драконом Алорейн неожиданно показался мне куда более мягким, чем человеком. Во всяком случае, в человеческом обличье эрин всячески подчеркивал свой статус, не забывал напоминать о том, что он в Эйлере нарасхват. Я искренне недоумевала, почему он вообще пытается наладить со мной отношения, если у меня все равно нет выбора. Сама я дорогу обратно не найду, а для того, чтобы меня на себе женить, можно и моего согласия не спрашивать. Разве кто-то осмелится перечить эрину?
Но сейчас я старалась об этом не думать. Прижимаясь к огромному белоснежному дракону, я вдруг поняла, что испытываю не страх, а восхищение. Эйлер был прекрасен с высоты, словно ледяная сказка. Причудливые белые дома с серебристыми крышами, переливающиеся на солнце всеми цветами радуги. Залитые разноцветными искрами площади, по которым суетливыми муравьишками сновали люди. Я бы расспросила Алорейна, но дракон мне ответить не мог.
До Проклятого Плато лететь оказалось недолго, уже через несколько минут дракон коснулся огромными лапами ледяной площадки. Я думала, что здесь никого не будет, но ко мне уже бежали стражники, облаченные в сияющие серебром доспехи. Да, солнечное великолепие Эйлера ослепляет, в прямом смысле этого слова. С помощью стражников я спустилась с драконьей спины, а Алорейн, гордо вскинув голову, то есть драконью морду, торжественно куда-то удалился.
– Он что, меня здесь оставит? – пробормотала я.
– Что вы, госпожа, – почтительно отозвался один из стражников, тот, что стоял ближе. – Эрин ушел, чтобы облачиться в подобающее случаю одеяние.
– Какому именно случаю? – заинтересовалась я. – У него что там, гардеробная?
– Госпоже виднее, какой у вас случай, – смутился стражник. – А за плато находится пещера эрина, что у него там, нам неведомо. Мы лишь охраняем.
– И рассказываем о том, что там пещера дракона всем, кому не попадя, – недовольно пробурчал появившийся из ниоткуда Алорейн. На нем была белая рубаха, распахнутая на груди, серебристые штаны, заправленные в сапоги и теплый меховой плащ.
Точнее, он просто подошел, но мы были так увлечены беседой, что не заметили этого.
– Мой эрин, госпожа прибыла на вашей спине, и я подумал… – с неподдельным ужасом затараторил стражник.
Алорейн поднял было руку и сделал глубокий вдох, а я догадалась, что сейчас произойдет что-то ужасное. Подбежала к эрину, повисла на его руке и горячо зашептала:
– Рейн, пожалуйста, не надо! Я никому не скажу, где твоя пещера, только не трогай его, пожалуйста, прошу тебя!
– Я собирался… Неважно… Как ты меня назвала? – голос мужчины звучал отчего-то тише, чем обычно.
