– И не думаю! Мы уже запатентовали двигатель для машин и самолетов, который черпает энергию прямо из воздуха! Вернее, из колебаний температур окружающей среды. Конечно, обычный двигатель все еще нужен в качестве страховки, но разница в себестоимости энергии грандиозна… Это намного эффективнее солнечных и прочих альтернативных источников энергии!
– Если вы не шутите, то вы совершили настоящий прорыв в развитии всего человечества, – заметил Леонид.
Хозяин встал, гневно сверкнул глазами, взмахнул тростью и удалился из-за стола.
Тут доктор резким движением откинул в сторону листы и каркающим голосом произнес:
– Эй вы, господин изобретатель! В этих ваших чертежах чудовищная ошибка! Вы понимаете, что с вашим двигателем риск аварии повышается в разы? Да что там, в разы, в десятки раз!
Алексей побледнел.
– М-м… Не может быть. В моих чертежах не может быть ошибки! Я все перепроверил сотни раз. Там все правильно!
– Ха, ха и еще раз ха, – выпрямился доктор Коста. – Посмотрите сами! – Он кинул листки в сторону Алексея.
Чертежи разлетелись по столу, один из листков попал прямо в салат. Лицо Алексея покрылось алыми пятнами. Он выудил бумагу из пиалы с руколой, отер масло и уставился на формулу, на которую указывал доктор. Гости за столом притихли. Доктор подошел к Алексею и ткнул вилкой в нужное место.
– Вот! Вы хотя бы пользовались калькулятором для ваших расчетов? Бездарность вы, а не ученый. Вы погубите тысячи человеческих жизней!
– Не говорите глупостей! Даже если все так, как вы говорите, положительный эффект выше всех рисков, он стоит того… – растерянно пробормотал Алексей. – Изобретение уже запатентовано, в следующем месяце мы начинаем производство… Колесо прогресса уже не остановить!
– А вы все-таки остановите это ваше колесо! – гневно воскликнул доктор Коста. – Всякие тщеславные ученые воображают невесть что о своем великом уме, а потом самолеты и поезда разбиваются, и люди гибнут, – и уже ничего поправить нельзя! – Лицо доктора стало фиолетовым, а его глаза, казалось, готовы были вылезти из орбит.
– Ну, вы же сами ученый, – попробовала успокоить его Елена. – У всех бывают просчеты, их исправляют – и движутся дальше…
Доктор молчал и тяжело дышал.
Алексей выглядел так, будто ему дали пощечину.
Мари оглядела гостей. Мюллер ковырял вилкой в тарелке, Мелисса рассеянно крутила кольцо на пальце, мадам Бриль с любопытством смотрела на зятя.
Вдруг взгляд Мари привлек летчик. Он пристально вглядывался в доктора, будто тот был насекомым, и он решал, стоит ли того раздавить или все-таки оставить в живых. «А Симон не так прост, как кажется», – вдруг подумала Мари. Он, похоже, из тех людей, которые порой много и охотно говорят, но свои настоящие мысли держат при себе.
Алексей поднялся на ноги.
– Ну, полно вам, полно, успокойтесь… – снова попыталась охладить пыл спорящих Елена. – Давайте мы поговорим об этом потом… Алексей, пощади гостей. Они приехали сюда не для того, чтобы вести научные дискуссии!
Она собрала бумаги, ловко подхватила мужа под локоть и увела его из-за стола. Алексей мгновенно сник и покорно поплелся за ней.
На пороге он помедлил пару секунд, обернулся и выкрикнул:
– И все-таки, меня не остановят ваши трусливые нападки! Прогресс неизбежен!
Пару минут за столом царило неловкое молчание.
– А я вот очень Джейн Остин люблю… – нерешительно пробормотал Женька. – У нее в книгах всегда все хорошо кончается…
– А попробуйте вот это крылышко! – проворковала мадам Бриль. – Право слово, мед, а не крылышко! Йозеф, Йосечка, ваш повар – просто золото!
Женька с удовольствием подставил тарелку.
– Надо же, бесплатная энергия… – хмыкнул Мюллер. – Радужные перспективы ждут нас…
– Закон Ханта гласит: у любой великой идеи есть недостаток, равный или превышающий величие этой идеи… – пробормотал летчик.
Глава 11
Пойди погляди —
Остались следы на снегу.
– Нудные академики, – сказал Феликс, закатывая глаза к потолку.
Мари отложила в сторону вилку и поднялась.
– Ну все, я больше не могу. Благодарю за королевский обед! – Она повернулась к Женьке и Леониду. – Если у вас еще остались силы на что-то, кроме переваривания пищи, не могли бы вы мне помочь поставить на место бидермейер?
– Что-что? Биде… – захлопал глазами Женька. – Мари, ты что! Мы же за столом!
– Это шкаф.
– Шкаф? – удивился приятель. – Так бы сразу и сказала. А зачем же ты его трогала?
– Я не прикоснулась к нему и пальцем. Кому-то вздумалось сегодня пошалить у меня в комнате. Впрочем, пойдемте, и вы сами увидите сию прекрасную картину.
– Совсем люди умом тронулись… – Женька зевнул и откинулся на спинку стула. – Нет-нет, после обеда я не занимаюсь физическим трудом! Он пагубно сказывается на моем настроении и священном процессе переваривания пищи…
– Ну ты и лентяй!
– Я не лентяй, я следую зову сердца… Эй, поставь мой стул на место!
– А ну-ка вставай, поможем Мари, – сказал Леонид. – Неужели тебе не интересно, что там снова натворило привидение?
– А десерт? – Женька возмущенно взмахнул руками, но все же неохотно поднялся под насмешливым взглядом Леонида. – Ладно уж. Тогда помогите мне принести наверх вот эти блюда…
Он взял несколько старинных медных подносов, поставил на них кофейник со свежесваренным кофе, три фарфоровых чашки, россыпь пирожных с кремом и тарелку с миндальным печеньем. Подумав, добавил к этому бутерброды с ветчиной, сахарницу и сливки.
Они подхватили улов и поспешили наверх.
– Мари, – спросил Леонид, когда они поднимались по лестнице. – А ты не думала о том, как именно кто-то смог проникнуть к тебе в номер?
– Да может, просто ключи от всех комнат одинаковые? – предположил Евгений.
– Меня сейчас больше интересует, зачем… – пробормотала Мари.
Она отперла дверь.
– Любуйтесь! Остальную мебель я уже расставила по местам. А вот шкаф так и стоит неприкаянно посреди комнаты.
– Ну и ну… – присвистнул Женька.
Леонид, повозившись несколько минут, вернул бидермейер на место.
– Ну что же, теперь мы хотя бы знаем, что наше привидение – отнюдь не слабая изящная леди.
– Да. Или это все же наши охотники за привидениями постарались…
Женька поставил поднос на столик, и компания расположилась на полосатой софе с круглой спинкой и удобными валиками-подлокотниками.
– Ну что же, заседание нашего маленького штаба можно считать открытым, – сказала Мари. – Знаете, дело несколько серьезнее, чем я предполагала ранее…
– Ты о чем? – удивился Женька. – Все же замечательно! Такое прекрасное место! – Он погладил себя по животу. – Я тебе сразу говорил – надо сюда ехать! Ну, с ногой твоей нехорошо получилось, конечно… Но тут ты сама виновата: понадобились тебе эти лыжи! Нечего было зря выходить из дома. Мы же не пещерные люди, в конце концов! Мы умеем строить стены и отапливать жилища, и у нас больше нет нужды выходить в опасный дикий мир!
Женька с опаской выглянул в окно и передернул плечами. Снег валил крупными хлопьями. Он взял кофейник и начал разливать по чашкам густой кофе.
– Слушалась бы меня – и все было бы хорошо…
Мари хмыкнула.
– Евгений, оптимизм – это недостаток информации. Я еще не успела сообщить тебе последние новости. – Улыбка сошла с ее лица. – Слушай же. Сегодня утром я не сама свалилась с горы. Мне в этом помогли.
– Это как же это? – Женька вздрогнул и пролил кофе на поднос.
– Между двух сосен кто-то натянул ленту, о которую я благополучно зацепилась и кубарем полетела вниз, испытав все прелести свободного полета.
Женька закашлялся, подавившись печеньем.
– Да что ты такое говоришь? – воскликнул он. – Ты уверена? Может, это были корни деревьев, а не лента?
– Нет, Евгений, это самая настоящая, нарочно привязанная на спуске человеческими руками лента, – сказал спортсмен. – Я тоже видел.
– Хм… Это может означать только одно, – Женька растерянно почесал затылок. – То, что… М-м, а что именно?
Мари с сомнением взглянула на него.
– Пока это дело темное, друг мой. Но кто-то явно желает убрать меня с дороги.
Спортсмен удивленно покачал головой.
– Леонид, а ты ведь не знаешь почти ничего…
– Хм, есть что-то еще, что я должен узнать? – удивился тот.
– Не очень много. Но для полноты картины следует сообщить тебе все факты.
Леонид внимательно взглянул ей в глаза.
– А ты уверена, что мне можно доверять? И что не я тот негодяй, который натянул ленту между соснами?
Мари пожала плечами.
– Вряд ли. Можешь называть это интуицией. Впрочем, я, конечно, иду на риск…
– И очень зря, – Леонид скорчил злодейскую рожу. – Кажется, я недостаточно явно изображаю отвращение при знакомствах, люди проникаются доверием и пытаются встретиться со мной второй раз и даже подружиться. Ладно, шутки в сторону, – тут же посерьезнел он. – Выкладывай.
Мари быстро ввела Леонида в курс дела.
– М-да, информации не очень много, – покачал он головой. – Записки с детскими угрозами, смутные намеки Ван Фу, байки о привидениях… Если бы не утреннее происшествие, не стоило бы обращать на все это никакого внимания. – Он подошел к окну и посмотрел на мутную пелену снега. – А может быть, тот, кто изображает привидение, просто немного заигрался и перешел грань разумности?
– Или же… – Мари сделала глоток горячего кофе, – или же привидение не имеет к лыжам никакого отношения! Допустим, в замке присутствует некий таинственный гость, выдающий себя за другого человека. Гость, которого я могу узнать. Гость настолько опасный, что ради сохранения своего инкогнито он готов пойти на многое. Тогда мозаика событий складывается в весьма интересный узор!
– Интересный? – схватился за голову Женька. – Мари, у нас с тобой разные понятия о том, что такое «интересно»! Меня совсем не радует такой узор… Я ехал в эту глушь, чтобы отдохнуть душой и телом! Ну, еще, конечно, помочь тебе сделать фотографии для твоих статей, но вовсе не рисковать жизнью! Нет-нет, Мари, я в такие сомнительные игры не играю! – Он вскочил со стула и замахал руками. – Мое дело маленькое! Я отчаливаю в Барселону, и тебе тоже советую внять голосу разума – моему голосу – и начать собирать свой чемодан. Иначе добром это не кончится! – Женька принялся бегать по комнате, учащенно дыша. – Вот только помешавшихся гостей и повредившихся рассудком привидений нам еще не хватало…
– Отставить панику, Евгений, – скомандовала Мари.
Она усадила приятеля на стул, подхватила с подноса пирожное и ловко отправила его Женьке в рот. – Садись, жуй и дыши глубже!
Женька покорно сел обратно на софу и принялся пережевывать пирожное.
– Прости, – продолжила Мари серьезно. – Если в этом доме есть зло, потустороннее или вполне обычное, земное, моя обязанность – разоблачить его. Я должна навести порядок. Я не могу иначе. Извини, друг. Если ты хочешь уехать – я тебя не держу.
Женька как-то сразу сник, насупился и исподлобья посмотрел на Мари.
– И что с тобой будешь делать… – пробормотал он, смахивая крошки со щек тыльной стороной рукава. – Как же я тебя снова одну оставлю…
Мари вздохнула.
– Смотри сам, Женька. Может быть, тебе и правда лучше уехать, пока дороги не замело…
– Ну, рождественский ужин я уж точно не пропущу… А там посмотрим! – Женька уже снова ровно дышал, и лицо его приобрело привычный персиковый оттенок.
– Мари, я все никак не пойму, почему же ты такой опасный свидетель – хоть для привидения, хоть для гостя? – Леонид поскреб в затылке.
– Журналисты – всегда нежелательные очевидцы. Персоны нон грата, – пожала плечами Мари. – Да и по роду своей деятельности я знаю многих и многое. На чердаке моей памяти может храниться нечто, представляющее для кого-то опасность. Хотя я пока, увы, и понятия не имею, что именно… А еще я, можно сказать, частный детектив, – продолжила Мари, – распутала пару нашумевших историй. А принадлежность к полицейским ищейкам любого рода, вида и родословной вряд ли добавляет мне привлекательности в глазах человека с криминальным прошлым.
Спортсмен приподнял брови.
– Ты детектив?
– Да-да, расскажу позже, – отмахнулась Мари. – Кстати, кроме меня в отеле есть еще и настоящий сыщик! Полицейский, путешествующий инкогнито, частным образом. Это герр Мюллер. Он сейчас в отпуске, – добавила она. – Но, по-моему, лишь я одна знаю о роде его деятельности.
– А теперь и мы, – добавил Женька.
– М-да… Ну что же, я бы пока не стал особенно беспокоиться обо всем заранее, – сказал Леонид. – Но нам в любом случае нужно быть очень осторожными. Либо привидение перешло грань добрых шуток, либо кто-то из гостей выдает себя за другого человека.
– А гостей со странностями у нас предостаточно, – шумно вздохнул Женька.
– О да… – Мари прищурила глаза. – Потрясающая коллекция! Безумный ученый, религиозный фанатик, растленный аристократ, флегматичный полицейский… Кто там у нас еще? Блоковская фея, бессовестно-богатый клерк, майор в отставке. Милая заботливая мама с детьми, озорная старушка, экзотический иностранец. Я постараюсь сойти за первых суфражисток – решительных юных дам, интересующихся наукой и стремящихся к приключениям, – рассмеялась она. – А тебе, Леонид, похоже, придется быть отважным путешественником…
