Лоес Моррен
Любовный треугольник
Глава 1
Порыв ледяного ветра ударил меня в лицо, впившись в кожу сотней острых иголок. Отвернув голову, я подняла воротник, чтобы не дать холоду проникнуть к телу, и спустилась по лестнице. Да, погода не радует, и того и гляди пойдет дождь, а я, как назло, в кроссовках. Не лучший, конечно, выбор для прогулок по лужам, но утром было ясно, и даже светило солнце. Лишь к вечеру произошли резкие изменения, и небо стянули тучи.
Это случилось, как назло, в конце рабочего дня. К слову, сегодня было спокойно, и кроме бумажной работы, ничего выдающегося не произошло. Мне это показалось странным и необычным, тем более для нашего города. Обычно в день происходит по несколько убийств, а тут – ни одного.
Остальным копам в участке тоже было не по себе. Привыкшие к грязной работе на местах преступления, они весь день были на взводе, слоняясь от безделья и заливая в себя литры кофе. И только капитан Дрикс сохранял холодное спокойствие, сидя у себя в офисе с сигарой в зубах. Время от времени он выпускал кольцо дыма и наблюдал, как оно медленно поднимается к потолку.
Чертов холод. Поёжившись, стараюсь укутаться, как можно сильнее в пальто, и прячу руки в карманы. Последний раз так холодно было пару недель назад, и то только поздно ночью. Вообще, я заметила, что с климатом на земле стала твориться какая-то чертовщина, но по телевизору об этом упорно молчат. Их больше интересует, как показать больше рекламы, а также глупые телешоу, от которых с первых секунд просмотра начинает тошнить.
Ускоряю шаг, чтобы скорее добраться до любимого бара и не околеть по пути. Там меня ждёт порция виски со льдом и приятная компания молчаливого бармена. Он никогда не задаёт лишних вопросов и не лезет в душу, с каким бы настроением ты не заявилась. Я ему очень благодарна за такую черту характера и всегда оставляю хорошие чаевые.
Внезапно сверху донёсся гул двигателей, и стены домов задрожали. Я замерла, как вкопанная, и подняла голову к небу. Тут же внутри все сжалось, и в памяти начали всплывать ужасные картинки из военного прошлого, которые я стараюсь навсегда забыть. С момента возвращения на землю такие приступы происходят постоянно, стоит только услышать гул двигателей.
В это время транспортный корабль, похожий на огромного жука, появился высоко в небе и медленно проплыл над городом. В грузовом отсеке он вёз тонны необходимых для города товаров, гуманитарную помощь, а также сырьё для заводов. Всё, что нужно для того, чтобы город не погиб и производил товары. В какой-то момент он полностью скрылся из виду, оставив за собой след из сгоревшего топлива и лопнувшую черепицу на крышах домов.
Сделав глубокий вдох, опускаю голову и снова перехожу на ускоренный шаг. Мне удалось свернуть в переулок, до того, как ядовитое облако от корабля опустилось вниз. Там лучше не находиться в этот момент – на какое-то время воздух на улице будет отравлен. Дышать, конечно, можно, но если делать это постоянно, то в итоге сляжешь от отравления тяжёлыми металлами.
Именно из-за этого нас обязуют проходить медосмотр каждую неделю, чтобы контролировать степень заражения. Мэр города даже распорядился выделить для врача отдельный кабинет в участке и закупил всё необходимое оборудование. Когда всё было готово, он приехал на торжественное открытие и, конечно же, привез с собой кучу журналистов. Нам не нужно было объяснять, что его старания были всего лишь показухой, и ему было плевать на здоровье полицейских.
Нога случайно задела пустую бутылку, и та полетела вперёд, как футбольный мяч, жутко звеня на всю округу. Если подумать, то это не самое страшное, что могло произойти. В кромешной тьме, царившей здесь, можно напороться на что-нибудь и похуже.
Мало того, что погода ужасная, но и в переулке снова не работает уличное освещение, а мусорные баки ужасно воняют чем-то непонятным. От этого запаха начинает мутить в животе, и к горлу подступает комок.
Чутье детектива подсказывает, что идеального места для преступления не найти: темно и безлюдно. Но я не боюсь. В кобуре на поясе у меня висит пистолет, который лазерным лучом проделает отверстие в чем угодно. А ещё там есть значок детектива, который̆ позволит применить его в любой̆ ситуации, угрожающей̆ жизни офицера полиции.
Очередной̆ порыв ветра чуть не сбивает с ног, сильно толкая вперед. Я борюсь с ним, как могу, но потом сдаюсь и прячусь за мусорным баком. Отличная идея подождать здесь, пока ветер немного стихнет; горжусь собой̆. Отсюда уже видны огни заведения. Они манят своим мерцанием, обещая тепло и бокал ледяного виски.
Смотрю на них и не могу оторвать взгляд, сглатывая появившуюся во рту слюну. В итоге огни побеждают. Вынырнув из укрытия, я чуть не плюхнулась на асфальт лицом, но смогла сохранить равновесие. Затем ещё пару десятков метров борьбы, и рука легла на ручку двери.
Охранник на входе резко оживился, услышав скрип двери, и вскочил со стула, но, увидев меня, тут же вернулся на место. Я прохожу мимо него и краем глаза замечаю, что они обновили на входе наклейки. Те теперь стали больше, а рисунок красочнее, а также появилась надпись: «Андроидам вход воспрещён!».
Они мне не нравятся, но запретить их клеить не могу. Нет такого закона, на который̆ можно сослаться. Если владелец выбрал такую политику в отношении клиентов, то это его законное право, и он обязан прямо с порога сообщить о нем.
Иду прямиком к барной̆ стойке, расстегивая на ходу пальто и занимаю свободное место. Сегодня в баре на удивление тихо, и народа не так много. Две парочки за разными столами справа и компания из трех мужчин слева. Я внимательно осматриваю каждого из присутствующих и выдыхаю с облегчением; вроде никто не вызывает подозрений.
– Как обычно, детектив? – бармен достает чистый̆ стакан.
– Да, спасибо.
Он опускает на дно три кубика льда, затем тянется за бутылкой̆ и наливает мне виски. Я киваю, делаю два глотка и опускаю стакан обратно на стойку – это моя норма на сегодня, так что спешить некуда. Конечно, можно было бы выпить всё залпом, но тогда придется идти домой̆ в пустую квартиру.
Ещё успею. Делаю ещё глоток и слышу, как компания слева начинает что-то оживленно обсуждать, но слов разобрать не могу. В это время выпитый̆ виски всё-таки добирается до головы и начинает там командовать. Настроение резко улучшилось, а на душе стало невероятно легко. Расслабившись, я потеряла бдительность и не заметила, как один из парней встал из-за стола и направился в мою сторону. Остальные внимательно наблюдали за ним, хихикая и перешептываясь. В это время «герой» неуверенно приблизился, потирая потные руки и собравшись с духом, произнес:
– Привет, можно тебя угостить?
Бармен посмотрел на него с другого конца стойки и улыбнулся, предвкушая представление, которое последует дальше. Он же знает, что я детектив, в то время как остальные нет, и это дает ему преимущество.Впервые кто-то решил подойти и познакомиться со мной. За все время, что я провожу здесь (а это почти каждый вечер), мужчины старательно игнорировали меня. Может быть, им не нравится моя внешность или прическа. С моей короткой стрижкой "пикси" сзади я похожа на мужчину.
И вот, наконец, один из них решил взглянуть на меня ближе, может быть, услышал мой голос, когда я разговаривала с барменом. Потом, возможно, поспорил с друзьями, что подцепит меня, и теперь стоит передо мной с идиотским видом, ожидая ответа.
Почему-то мне стало его жалко. Медленно я сняла значок с пояса и положила его на стойку перед ним. Он не сразу понял, кто перед ним, а когда понял, то испугался и начал отступать. Потом замер, осмотрелся по сторонам и убежал к своим друзьям, которые встретили его диким ржанием и подколками.
Пора идти домой. Я достаю из кармана стопку евразийских кредитов, отсчитываю нужную сумму и поднимаюсь на ноги. Затем я киваю бармену, хватаю значок и направляюсь к выходу. Удивительно, но сегодняший вечер мне понравился, несмотря на плохую погоду. Приятно осознавать, что меня заметили и даже попытались познакомиться. Значит, не все потеряно.
Толкаю ногой дверь и выбегаю на улицу. Снаружи уже моросит дождь, переливаясь сотнями искр в свете фонарей. Капли настолько мелкие, что кружат в воздухе, не поддаваясь законам физики. Я прячусь под козырек и смотрю в небо, пытаясь оценить, насколько плачевна ситуация.
Черная бездна наверху подсказывает, что нужно поторопиться, иначе придется полностью промокнуть. Я делаю глубокий вдох, наполняя легкие мокрым воздухом, и бегу со всех ног к переулку. Там все так же темно и жутко, а запах усилился из-за дождя.
Прикрыв нос воротником, проношусь мимо первых двух баков и в ужасе отскакиваю в сторону, ударившись о кирпичный забор. Я настолько ошарашена, что не замечаю резкую боль, пронзившую спину. Вначале она жжет кожу, словно раскаленный нож, а потом постепенно переходит в тупую боль.
Вся моя концентрация привлекает тело молодой девушки, лежащее в куче мусора за баком. Быстро прихожу в себя и бросаюсь к ней, не обращая внимания на лужи. Упав на колени, я прикладываю два пальца к ее шее – пульс не прощупывается. Я наклоняюсь еще ближе, подношу ухо к ее губам и понимаю, что она не дышит.
Нужно реанимировать! Пакеты с мусором разлетаются в разные стороны, и появляется больше места. Затем мне приходится снять пальто и отбросить его в сторону – оно сильно мешает движениям. Теперь можно действовать и начать массаж сердца.
Едва касаясь груди девушки, мне кажется странным, что кожа какая-то неестественная на ощупь. Мгновенно в мозгу возникает одна мысль. Я сразу убираю руки и поднимаю голову, чтобы ощупать затылок.
Бинго! Мои пальцы натыкаются на разъем для зарядки. С облегчением выдыхаю, отпускаю голову девушки на землю и встаю – передо мной не человек, а андроид. Тем не менее, все равно нужно осмотреть его на наличие повреждений.
Снова наклонившись над телом, ощупываю каждый сантиметр и натыкаюсь на браслет. Судя по цвету, он, кажется, выполнен из настоящего золота и имеет гравировку. Пытаюсь разобрать буквы, но в темноте этого сделать невозможно, а фонарика у меня не было с собой.
В это время, чутье копа кричало внутри, что тут не всё чисто. Почему андроид вовремя не оплатил заряд для своей батареи? Судя по одежде и украшениям, он очень богат. Это и настораживало больше всего.
Решила вызвать коллег, достала маячок и нажала на кнопку. Даже если дело окажется пустяковым, то кроме выговора мне ничего не светит. Правда, придётся выслушать длинную нотацию от капитана, но это можно пережить.
В это время адреналин в крови перестал действовать, и тело начало потихоньку замерзать. Пришлось нацепить полу мокрое пальто, застегнуть все пуговицы и спрятать руки под мышки. Снова смотрю на бездыханное тело андроида, и в голове снова всплывают картинки из военного прошлого.
Обычно я сейчас уже нахожусь дома, пью свои таблетки и ложусь спать. Скорее всего, второй приступ случился именно из-за этого. Мой врач будет не доволен, что пропустила приём лекарств. Пытаюсь сосредоточиться на чём-то одном, чтобы отпустило, но получается с трудом.
Где вас черти носят! Начинаю нервничать, становлюсь раздражительной, а это плохо. В таком состоянии, другим меня лучше не видеть, а тем более коллегам по службе. Они могут неправильно меня понять, а потом шептаться за спиной, что с ними работает сумасшедшая, а у меня всего лишь посттравматический синдром. Капитан, конечно же, знает о моём диагнозе и будет всячески пресекать такие темы, но сплетни никогда не перестанут гулять по участку.
Мои уши, наконец, улавливают вой сирен. Затем в небе появляются два автомобиля и зависают над переулком, освещая прожекторами огромное пространство внизу. Закрыв глаза, достаю жетон и поднимаю над головой.
Один из автомобилей начинает снижаться и приземляется, перекрыв один конец переулка, другой сделал то же самое с противоположной стороны. Открываю глаза и не могу поверить в то, что вижу – ко мне бежит капитан.
– Какого чёрта, Стоун? – кричит он издалека.
– Вот, сэр, обнаружила тело андроида, – отвечаю и виновато смотрю на него.
Он бросает мимолётный взгляд в сторону мусорного бака и кричит через плечо, чтобы принесли сюда свет. Остальные копы засуетились, притащили прожекторы из багажников и подключили. Через секунду, яркий свет озарил каждый уголок места преступления и тело андроида.
Смотрю на её белое лицо. Оно мне кажется до боли знакомым, но не могу вспомнить, где могла её видеть. Перевожу взгляд на золотой браслет и читаю гравировку: "Арасаки Индастриз". Внезапно капитан приказал всем оставаться на своих местах, а сам медленно подошёл к телу и замер, как вкопанный.
– Не может быть, – произносит он.
– Сэр, вы знаете её? – бросаюсь к нему.
– Назад, детектив! – капитан останавливает меня на полпути, а затем склоняется над телом. – Кто ж её не знает?
– Ответьте, капитан, – не унимаюсь я.
– Иди домой, Стоун, дальше я сам, – он смотрит на меня, а затем добавляет. – Это приказ.
Я, насупившись, смотрю ему в лицо, шумно выдыхаю и покидаю место преступления. Капитан знает, на что давить – бывший военный не может ослушаться приказа, даже если уже не на службе. У нас это в крови. Обойдя автомобиль, оглядываюсь назад и вижу, как капитан разговаривает по телефону, попутно отдавая приказы остальным. По нему видно, что он сильно нервничает, и время от времени переходит на крик. Никогда его таким не видела, даже в самые плохие деньки, а они у нас случаются с завидным постоянством.
Меня вдруг охватило дикое желание повернуть назад, присоединиться к ним и помочь, чем смогу. По крайней мере, это будет честно. Я же обнаружила тело, а не какой-нибудь случайный прохожий. Однако, тут же забываю об этой идее, вспоминая про лекарства, и иду дальше в сторону дома.
Где же я могла её видеть? Пытаюсь вспомнить и перебираю в голове все места, где была за последнее время. И тут меня настолько осенило, что аж дыхание перехватило, а сердце бешено заколотилось, отдавая гулкими ударами в ушах.
Помню, однажды в приёмной у психиатра, мне было так скучно ждать своей очереди, что пришлось обратить внимание на груду журналов. На обложке одного из них красовалось лицо андроида из переулка, но не это шокировало меня. Журнал был старым, а заголовок гласил: «Прорыв технологий! Ева! Первый в мире андроид с искусственным интеллектом!». Именно с её появлением мир изменился, а общество разделилось на тех, кто был рад открытию, и тех, кто выступал против.
Потом «Арасаки Индастриз» стала самой богатой корпорацией и в то же время неприкосновенной. Богатые люди платили им кучу денег, чтобы получить первыми новомодную игрушку. Владельцы заводов увольняли сотрудников, чтобы заменить их на тех, кто может работать без отдыха, а дальше безработица и уровень преступлений взлетел до небес.
Хорошо помню то время. Моя служба тогда только начиналась, но нас уже посылали в самое пекло, чтобы подавить очередное восстание, и продолжалось это несколько долгих лет. А затем, высшее общество устало жить в страхе и основало «Новую Латрицию». Континент, куда невозможно попасть, если у тебя слишком маленький счёт в банке.
Но как Ева оказалась здесь? Кому понадобилась убивать её? Голова начала трещать от всех этих мыслей, отдавая тупой болью в затылке. Мне стало понятно, почему капитан так нервничал и кричал. Убийство первого в мире андроида – это же скандал мирового масштаба. Представляю, как разойдутся журналисты, когда узнают, где это произошло, а газеты ещё долго будут пестрить яркими заголовками.
Впереди, наконец-то, появился мой дом. Последние метры иду кое-как переставляя от усталости ноги и захожу в подъезд. Как обычно, меня там встречает бездомный кот, который начинает мурлыкать в надежде получить лакомство.
– Прости, сегодня у меня ничего нет, – я провела рукой по мягкой шёрстке. Потом шагаю к лестнице, поднимаюсь на последний этаж и захожу в квартиру. Секундой спустя, автоматически загорается свет и появляется голограмма помощницы.
– Добрый вечер, Айза, – произносит она и мило улыбается.
– Привет.
– Ужинать будете?
– Нет, я не голодна.
– Что-нибудь ещё?
– Оставь меня в покое.
Голограмма тут же исчезла. Я сбросила промокшие кроссовки, затем сняла пальто и поспешила в ванную принять лекарство. Отсчитав три таблетки, я бросила их в рот и запила водой. Мне сразу стало легче, голова прояснилась, а настроение поднялось. Сегодня почему-то нет никакого желания принимать ванну, поэтому я ограничиваюсь горячим душем. Стоя под напором воды, стараюсь не думать о случившемся в переулке, но мысли все равно лезут в голову.
Что будет завтра? Кого назначат вести дело? Жутко хочется, чтобы поставили именно меня, но это маловероятно. Капитан не согласится так рисковать. Он лучше отдаст это дело кому-то более "нормальному" с психикой, чем детективу Стоун, а мне, как обычно, поручит разгребать "мёртвые" дела.
Стало трудно дышать. От горячей воды ванная наполнилась паром и превратилась в сауну. Я перекрыла воду, обмоталась полотенцем, а затем выбралась на мягкий коврик. Зеркало давно запотело, и теперь большие капли стекают вниз, оставляя за собой ровные дорожки. Провожу рукой по стеклу, смахивая их и смотрю на свое отражение. Мокрые волосы, зачесанные назад, выдают небольшой шрам от ранения осколком выше лба.
Помню тогда даже не почувствовала, что в меня попало, пока кровь не начала заливать глаза, а медика рядом не оказалось. На поле боя его не всегда можно было найти. Пришлось выкручиваться самой и вытирать рукавом время от времени.
Сколько раз пытаюсь забыть эти воспоминания, но ничего не выходит. Каждый раз, когда увижу этот шрам, тут же всплывает картинка в голове, и становится не по себе. Резко накидываю полотенце на голову и взъерошиваю волосы, а затем поправляю челку. К этому времени ванная уже успела остыть, и тело покрывается мурашками. На помощь приходит пижама, подаренная когда-то мамой. Мне становится так уютно и тепло в ней, что начинает клонить в сон.
Выбегаю из ванной, прыгаю в мягкую кровать и накрываюсь толстым одеялом. Остался последний штрих, и можно отдыхать. Рука тянется к пульту, выбираю эротический сон и нажимаю кнопку. Именно такой выбор помогает мне забыться и восстановить силы. Пока идет загрузка, ложусь поудобнее и закрываю глаза.
***
Так быстро готовиться к выходу мне еще никогда не приходилось. Проснувшись, трачу ровно двадцать минут, чтобы умыться и привести волосы в порядок. На выходе из ванной сталкиваюсь с голограммой, которая пытается предложить завтрак. Снова послал ее куда подальше и быстро одеваюсь.
Затем хватаю оружие, значок и выхожу за дверь. Странно, но снаружи никого. Обычно в это время жильцы идут на работу, и на лестнице не протолкнуться. Сейчас же тут царит гробовая тишина, которая сильно давит на уши.
Спускаюсь на этаж ниже, и там никого. Сложилось ощущение, что дом закрыли на карантин, обнаружив неизвестную болезнь, а всех жильцов эвакуировали. Правда не хватало одной детали для полной картины, а именно жёлтых ленточек и учёных в защитных костюмах.
Они бы точно сильно удивились, увидев, как я спокойно спускаюсь вниз, и не дали бы выйти на улицу. Слава богу, но ничего такого не произошло, а то в голову уже начали лезть всякие ужасные мысли. Неожиданно, где-то внутри дома хлопнула дверь. Я вздрогнула от неожиданности и прислушалась, но звука шагов не последовало. Пожав плечами, двигаюсь дальше по тёмному коридору и прохожу мимо почтовых ящиков, направляясь на улицу.
Глаза тут же взвыли от боли, не ожидая такого быстрого перехода из тьмы к свету. Солнце не осталось в стороне и ударило лучом прямо в лицо. Полностью потеряв ориентацию в пространстве, я схватилась за перила и опустила голову, зажмурившись. Пришлось выждать некоторое время в таком положении, пока зрение полностью не восстановилось.
Оглядевшись вокруг, понимаю, что на улице тоже никого. Одним прыжком спускаюсь с крыльца и в ужасе бегу в сторону участка. Около клуба для андроидов моё внимание привлекает огромный экран. На нём пестрили фото Евы на заднем фоне, а на переднем репортёр что-то оживлённо рассказывал. Без звука невозможно было понять, о чём он говорит, а прочитать по губам не получилось.
Я поняла, что "стервятники" уже побывали на месте преступления, и каждый урвал свой кусок. Прохожу мимо клуба и смотрю в сторону участка. Там, среди двух полицейских машин, стоит одна незнакомая. Она полностью покрашена в чёрный цвет с наглухо тонированными стёклами и без номерного знака. Оказавшись рядом, пытаюсь разглядеть салон внутри, но ничего не выходит, как бы я не подстраивалась.
Кого это черти принесли? Оставляю в покое загадочный автомобиль и захожу внутрь. На удивление, в участке царит спокойная атмосфера, как будто ничего не произошло. Кто-то спокойно принимает звонки, другие копаются в компьютерах, печатая отчёты. Чувствую горечь и разочарование. Не так я представляла этот день.
Бросаю взгляд на дверь офиса капитана и сквозь стекло замечаю, что он там не один. В помещении сидят три незнакомца. Двое из них похожи, как две капли воды, и одеты в чёрный смокинг, а на глазах солнцезащитные очки. Третий разительно отличается от остальных – молодой и очень симпатичный парень. На нём одета новая форма, которая ему очень к лицу.
Чувствую, что с сердцем творится что-то непонятное, а глаза не могут оторваться и прикованы к его лицу. Так и иду к своему столу и плюхаюсь в кресло. В этот момент капитан заметил меня и направился к двери.
– Стоун, зайди ко мне, – крикнул он, выглядывая из офиса.
Я не успела сообразить, как дверь снова захлопнулась. Медленно встаю, оглядываюсь на остальных и ловлю завистливые взгляды. Затем быстро иду к офису, стучусь и вхожу.
– Заходи и закрой дверь, – скомандовал капитан.
Послушно выполняю приказ и замираю на месте с глупым видом. Неожиданно один из "близнецов" вскочил на ноги и жестом указал на стул. Смотрю на него, потом на капитана, и ловлю кивок с его стороны, но ноги не хотят повиноваться.
– Да сядь ты уже, – не выдержал он, – и познакомься со своим новым напарником.
Парень в форме посмотрел в мою сторону, улыбнулся и шутливо отдал честь. Второй "близнец" тут же осадил его, громко прочистив горло. Всё ещё не понимая, что происходит, я сделала два шага вперёд и упала в кресло.
Глава 2
– Адам Коллинз, -прошептал новый напарник и протянул руку.
Чувствую себя неловко, между нами до сих пор сидит один из «близнецов», но отвечаю на рукопожатие:
– Айза Стоун.
Пытаюсь сделать голос более женственным, но он почему-то звучит, как из могилы. Наверное, мне стоило всё-таки выпить горячего кофе перед выходом из дома и согреть связки. Рука Адама мягкая на ощупь и невероятно тёплая. Он слегка сжимает мою ладонь, улыбается и смотрит в это время прямо мне в глаза. Смутившись, резко поворачиваю голову в сторону капитана и смотрю на него непонимающим взглядом.
– Как ты уже догадалась, тебе поручают заняться делом Евы, -произнёс он и бросил на стол тонкую папку.
– Нам, -вмешался Адам.
– Что скажешь? Потянешь? –спросил капитан, проигнорировав замечание.
Оглядываюсь по сторонам, пытаясь осознать происходящее. Я никак не могу поверить, что мне так повезло и моя мечта сбылась. В это время, один из «близнецов» снял очки и сделал шаг вперёд.
– Мне кажется вы ошиблись в выборе капитан, -произнёс он.
– А знаете, давайте не будем спешить, -Адам вскочил на ноги и схватил папку, – мы пойдём с детективом пока изучим материалы.
Он прошёл мимо меня и направился к выходу. Прихожу в себя и понимаю, что могу упустить шанс всей моей жизни и начинаю действовать. Вскакиваю и догоняю Адама, а затем выхватываю папку из его рук. Коллинз довольно улыбнулся, кивнул остальным и пропустил меня вперёд.
Покинув кабинет, молча веду его к своему столу и усаживаю в кресло. Сама же остаюсь на ногах, кладу папку на стол и разворачиваю.
– Не густо, -Адам снял фуражку и отбросил в сторону.
В папке находились несколько фотографий тела Евы с разных ракурсов и пару листков с отчётами. Капитан проделал титаническую работу тем вечером, успев опросить многих, но никто ничего не видел. Странно, но отчёта о причине смерти не было среди материалов дела. Вообще казалось, что его собрали на скорую руку.
Я снова стала детективом Стоун, а не той мямлей, которой была пару минут назад. Пока Адам пролистывал фотографии в папке, я размышляла о следующем шаге в расследовании. Нам нужно было посетить места, которые могут быть связанны с Евой.
Единственное, что пришло на ум –это бар для андроидов «Ньютон». Схватив фотографию Евы, иду к выходу. Адам провожает меня удивлённым взглядом, понимает, что про него забыли и бежит за мной. У дверей, он схватил меня за руку и остановил.
Развернувшись, смотрю на него грозным взглядом. Адам понял, что переборщил и отпустил мою руку.
– Я не собираюсь бегать за тобой, как собачонка, -спокойно произнёс он.
– Прости, не знаю, как себя вести, у меня никогда не было напарника, -я сменила гнев на милость.
Остальные полицейские, смотрели на нас пытливым взглядом, как на влюблённую парочку, выясняющую отношения. Бросив на них взгляд, фыркаю и выталкиваю Адама на улицу, а затем выхожу следом.
– Куда направляемся? –спросил он.
– В «Атом», клуб для андроидов, -начала я, -это единственное место, где могли видеть Еву.
– Только там она могла купить заряд для батареи, -закончил за меня Адам.
А он не так плох.Киваю в знак согласия и спускаюсь с лестницы, направляясь в сторону входа в клуб. Мы идём молча, думая каждый о своём. Внезапно, решаю поблагодарить его, чтобы хоть как-то начать разговор и сбавляю ход, поравнявшись с ним.
– Спасибо, что выручил меня в кабинете, -я улыбнулась ему.
– Пустяки, мы же напарники, -ответил он.
– Ты бывал раньше в таких местах?
– Нет, не доводилось.
– О, да! Ты очень удивишься.
Огромный экран у входа больше не показывал новости. Теперь на нём крутили рекламу, в которой девушка мило танцевала, предлагая очередной бесполезный товар. Ролик подошёл к концу и сменился другим, рекламирующим боевых андроидов от «Арасаки Индастриз». Отвожу взгляд в сторону, чтобы не случился очередной приступ. Сейчас мен нужна была ясная голова.
– Здесь не очень любят людей, -предупреждаю Адама у дверей, -лучше помалкивай и оставь всю работу мне.
Он кивнул и открыл дверь, пропуская меня вперёд. Едва мы оказались внутри, к нам подлетел мускулистый андроид и преградил путь. Он оглядел нас с головы до ног и безошибочно признал людьми, а затем указал на выход. Его даже не смутила форма в которой щеголял Адам.
Распахнув куртку, показываю ему свой значок. Он тут же передумал и отступил в сторону, освобождая дорогу. Теперь я пропустила напарника вперёд, а сама задерживаюсь и показываю охраннику фото Евы. Андроид бросил мимолётный взгляд и покачал головой.
Прячу фото в карман и догоняю Адама. Мы прошли по длинному коридору и упёрлись в очередные двери, которые распахнулись автоматически, впуская нас в сам клуб. Едва оказавшись там, меня окутало пульсирующими волнами электронной музыки. Огоньки разноцветных ламп и мерцание светящихся полос на полу создавали эффект гипнотизирующего светового шоу, а в воздухе витала атмосфера, наполненная элегантностью и механической пластичностью.
Андроиды, словно исполняя строго отточенный танец, стояли на подиумах, и каждое их движение было частью холодной, но безупречной хореографии. Звуки их механических движений сочетались с ритмом электронной музыки, создавая атмосферу будущего, где искусство стало полностью автоматизированным.
Это место всегда вызывало во мне ненависть и отвращение. При мысли о том, что каждый из посетителей балансирует на грани между жизнью и смертью, становится ясно, насколько разложилось общество. Андроиды вынуждены вести пустую жизнь, каждый день исполняя танец перед публикой, лишь бы заработать на заряд энергии. Иначе завтра для них не настанет.
Адам в это время замирает, увлеченно разглядывая пышные формы танцовщиц, едва прикрытые бельем, и уходит из реальности. Я силой отвлекаю его, схватив за руку, и выражаю свое недовольство:
– Мы здесь по делу!
– Да как здесь устоишь! – он смотрит на меня виновато.
– Иди лучше сядь за столик в дальнем углу, чтобы не маячить тут. А я, пока, пообщаюсь с барменом.
Адам хотел возразить, но два андроида, пристально глядя на нас, заставляют его послушаться. Он ведет себя, как подросток, поглощенный своим нарциссизмом. Начинаю сомневаться в том, что мы сможем эффективно сотрудничать, но это решение капитана, и мне придется терпеть.
С грустью направляюсь к барной стойке, проталкиваясь между андроидами. Они смотрят на меня с презрением, пытаясь преградить дорогу, но уступают, увидев значок на моем поясе. Стараюсь не обращать внимание на их обезображенные подпольной медициной лица и дешевые материалы.
Неужели человечество мечтало о таком будущем, создавая искусственный интеллект? Изначально андроидов считали высшими существами, а сейчас они опустились даже ниже домашнего питомца, которого хотя бы лечат официально в ветеринарной клинике, а не в подпольной.
Преодолев последние метры, опираюсь о деревянную стойку и подзываю бармена. Андроид на колесах оказывается моментально передо мной, включая дисплей на корпусе, предлагая ознакомиться с меню напитков. Он отличается от других и больше напоминает холодильник с головой. Оглядываясь по сторонам, достаю фотографию Евы и кладу ее на стойку.
– Детектив Стоун, – представляюсь и спрашиваю, – видел здесь этого андроида?
– Извините, я ограничен заложенным кодом. Что будете пить? – отвечает бармен металлическим голосом.
Как назло, мне попалась старая модель и именно в такой ответственный момент. Понимаю, что от него не добьюсь внятного ответа, и нужно пойти на уловку. Я девушка не глупая и сразу соображаю, как добиться результата:
– Мне, пожалуйста, то же самое, что пила она, – показываю пальцем на фотографию.
Секундой спустя из глаз бармена вырывались два зелёных луча, просканировав изображение Евы, и начиналась загрузка. Это выглядит жутко страшно, как будто он сейчас взорвется прямо тут. Затем прозвучал щелчок, и меню загорелось красным.
– Ошибка, нет данных, – снова прозвучал металлический голос.
– Ладно, сделай два виски со льдом.
Надежды не оправдались, и от этого очень горько на душе, но расследование никогда не бывает легким. Расплатившись за выпивку, хватаю два ледяных бокала и направляюсь к Адаму. Впереди нас ждет кропотливая и долгая работа, поэтому сейчас можно расслабиться и попробовать лучше узнать друг друга.
По пути к Адаму, краем глаза слежу за посетителями. Вдруг один из них причастен к убийству и совершит глупость, увидев значок детектива. За годы службы я поняла, что поведение людей ничуть не изменилось, неважно, человек перед тобой или андроид. С искусственным интеллектом даже легче работать – он почему-то очень плохо умеет врать.
Печально, но все было спокойно, и посетители вели себя естественно, совсем не проявляя интереса ко мне. Обойдя очередной столик, кладу стакан напротив Адама и сажусь рядом, сделав сразу небольшой глоток:
– Виски, надеюсь, угадала с напитком.
– Алкоголь на службе?" – он удивленно смотрит на меня, – а кофе не было, я бы не отказался от кружки.
– Ты думаешь, его продают в клубах?
– А что, нет?
– Если хочешь, не пей.
– А если капитан узнает?
– А ты что, боишься получить выговор?
– Нет, конечно!
Адам поднимает стакан, отпивает из него и, поморщившись, глотает обжигающий виски. В этот момент музыка резко сменяется на более спокойную и мелодичную. От нее в воздухе витает романтическая атмосфера, дополненная приглушенным светом. Идеальный момент, чтобы сойтись с кем-то в медленном танце.
Делаю еще один глоток и с завистью наблюдаю, как посетители приглашают друг друга. Отворачиваю голову и случайно натыкаюсь взглядом на Адама. Его внимание вновь полностью поглощено очередным танцем девушки-андроида.
Внезапно, где-то внутри осознаю, что мне нравятся его острые скулы – это было странное чувство. После тяжелого развода со своим мужем пять лет назад мое сердце превратилось в камень и больше не хотело испытывать чувства. Только работа детективом не дала депрессии полностью уничтожить меня, как личность. Всё это время я смотрела на мужчин и расценивала их только как друзей и коллег, но сейчас всё было по-другому.
Внутри меня начинал закипать вулкан ревности. Не та, которую испытывают влюблённые сердца, а женская из-за недостатка внимания. В голове не укладывалось, как он может смотреть на андроида, состоящего из микросхем с проводами, и полностью игнорировать живого человека.
От злости рука сильно сдавила стакан, и тот выскальзнул, чуть не упав на стол. Сама того не подозревая, но у меня получилось привлечь внимание Адама. Он резко смотрит на меня и улыбается.
Да чтоб вас! Теперь мне нравится его улыбка. Сохраняю спокойствие, хотя очень хочется улыбнуться в ответ. И тут напарник всё же решается заговорить со мной и задаёт самый глупый вопрос из всех возможных:
– Слушай, капитан говорил, что ты ветеран войны. О какой именно идет речь?
– Угадай, – поднимаю палец вверх.
Глаза Адама начинают расширяться с каждой секундой всё больше и больше. Он делает глоток и поворачивается в мою сторону.
– Обалдеть! Ты участвовала в лунной войне? – с восхищением спрашивает напарник.
– Верно, только не особо горжусь этим.
– А у нас всё по-другому, даже памятники установили по всему городу.
– Где это «у вас»?
– В пригороде Новой Латриции. Я родом оттуда, но учился в академии на самом континенте.
Теперь всё встало на свои места. Вот почему он так впечатлён этим местом. В Новой Латриции андроидам не нужно танцевать, чтобы заработать. Они там живут наравне с людьми и получают свой заряд от хозяина, заказавшего себе игрушку.
– И как же тебя занесло сюда? – настал мой черёд спрашивать.
– «Арасаки Индастриз» нужны только лучшие сотрудники, а так как я был первым во всём в академии, то меня направили к вам.
– Значит, ты работаешь на них?
– Формально да, но отчитываюсь перед академией, а они передают информацию в отдел безопасности.
После этих слов стало ясно, что «Арасаки Индастриз» можно вычёркивать из числа подозреваемых, и убийство Евы не является решением руководства корпорации. Если только это не была месть. Как же мне не хотелось даже думать об этой теории. Влезать в грязные игры корпораций и пытаться добиться правды – это всё равно, что биться головой о стену.
Делаю последний глоток, и вместе с ним уходит горечь. В голове не укладывалось, что капитан позволил корпорации привлечь своего человека к расследованию. Видимо, они знали, чем надавить на него и заставить изменить своим принципам.
Адам в это время, как будто почувствовал мои сомнения по поводу доверия к нему и подсаживается ближе. Затем одним глотком осушает стакан и протягивает руку:
– Давай договоримся, что будем честны и не станем действовать за спинами друг друга. Можем даже вместе писать отчёты в академию, если захочешь.
– Идёт, – улыбаюсь и пожимаю его руку.
Стаканы опустели. Здесь нам больше делать нечего. Мы покидаем клуб и направляемся к выходу. Я почувствовала, что стена между нами рухнула, и на душе стало намного легче. Адам это тоже почувствовал.
– Прости, но меня мучает один вопрос, – начинает он.
– Слушаю.
– Почему ты живешь в этом городе? Как мне известно, вам очень хорошо платили во время лунной войны. У тебя же были все шансы поселиться в Новой Латриции?
– Были, мне даже хотели подарить квартиру, но я отказалась. То место не для людей, разбитых и покалеченных войной, а деньги ушли на доброе дело.
– Могу узнать какое?
– Конечно, мы как раз идём туда. Сам увидишь.
Хлопаю Адама по плечу, приглашая за собой, и перехожу дорогу. Затем мы идём в ближайший переулок и через несколько кварталов попадаем в трущобы. Удивительный мир, полный контрастов и противоречий.
Высокие здания, сросшиеся между собой, словно пытаются укрыться от внешнего мира. Фасады домов облуплены, окна грязные, но за этим пейзажем скрывается целая история. Каждая царапина на стене – это отпечаток времени, свидетельство борьбы за выживание в этом городе.
Мы сворачиваем в один из переулков и останавливаемся напротив небольшого здания, на котором красовалась большая вывеска: «Клиника Салли». Там же, только чуть ниже, горит маленькая табличка с изображением гаечного ключа. Не спешу заходить и даю Адаму время прийти в себя.
– Клиника? – спрашивает он.
– Совершенно верно. Она построена на мои деньги и помогает людям из трущоб, а также андроидам.
– Я впечатлён! Ты оказывается не только раскрываешь преступления, но и занимаешься благотворительностью.
Он меня немного смутил своими словами, но стараюсь не подавать виду и веду его внутрь. Салли, как всегда, на месте и сама встречает посетителей. Она в диком восторге увидев меня на пороге и бросается обнимать.
– Айза! Рада тебя видеть! – восклицает Салли, чуть не задушив меня.
– Привет!
– А кто этот красавчик? – спрашивает она, глядя на Адама.
– Мой напарник.
– Жалко, я уж подумала, что это твой парень.
– Не вгоняй меня в краску. Давай лучше перейдём к делу.
– Знаю, что ты спросишь, но её здесь не было в тот день.
– А на улицах, что говорят?
– Там её тоже не видели. Знаешь, это ужасная трагедия для меня и для всех здесь.
