И он продолжил рассказ…
Да. Облегчение. И еще какое-то чувство… Кристиан его не совсем понимал. Лишь осознавал, что ему постоянно хочется дотронуться до девушки…
– Твоя история не похожа ни на что из того, что я могу знать, – сказала Кайя. – Мне понравилось, как поступил Крис. Но я одного не поняла из твоего рассказа. Если все сошли с ума от нехватки эфира… почему не ты?
Кристиан задумался.
– А почему выжила ты? Сейчас я думаю вот о чем… может быть, я сам по себе родился астральным путником? И дело не только в наследии Криса. Просто я не знал об этом… Но у меня всегда было жадное желание разузнать как можно больше о других вселенных. Немного странное желание для сильвана.
– Тогда все сходится.
– Именно. Есть теория, что в каждом из таких, как мы, есть частица Древа Жизни. Оно растет в Междумирье и незримо связывает между собой все миры. Каждая из его ветвей представляет собой что-то особенное… на ней могут расти цветы или плоды, бабочки или огоньки… маленькие вихри или водные пузыри… что угодно. Иногда Древо бросает семя в астрал, отпускает птичку с ветви… что-то еще отправляет в любой из миров. Тот, кого при рождении или при создании коснется дар Древа Жизни, получает в себя частицу его сущности. Так становятся детьми астрала. Есть в этом и защита – и в нашем случае она сработала.
– Я не знала этого.
– Это лишь теория. Но Крис в нее верил. Верю и я.
– Ты так странно на меня смотришь…
Кристиан неловко улыбнулся.
– Я догадываюсь. И сам удивляюсь тому, как это человеческое тело реагирует на… м-м-м…
– На что же?
– На тебя, Кайя. Твоя красота сильно меня волнует.
– Красота? Я могу сказать, – Кайя теперь внимательно приглядывалась к своему собеседнику, – что ты очень красивый.
– Правда?
– Да. Я так думаю.
– О… Прости. Поверь, я тебя не побеспокою.
– Ты не беспокоишь.
– Просто… Понимаешь, я не представляю, как с этим управлялся Крис. Он был первым и единственным человеком, который побывал в нашем мире. Ему все у нас понравилось. Он уплывал на своем корабле, а потом возвращался. Я всегда подробно расспрашивал его о других мирах и вселенных, и так мы сдружились. А на острове Ветров Крис встретил свою любовь. Арелика… Год назад она отправилась к Древу Жизни. Люди сказали бы – умерла. Крис был в отчаянии. Он говорил мне, что будет хранить ей верность. И сейчас я это понимаю! А тогда не мог.
– Почему?
– Раз в год на острове Деревьев наступает… наступала… долгая пора Цветения. Это время любви. У меня было много девушек – сильфид, дриад, морских дев… И я не ощущал потребности хранить верность ни одной из них. Ни одна не стала матерью моих детей. У нас, стихийных духов, рождение новой жизни – вообще редкое явление. Поэтому следовало пробовать снова и снова, но в другое время года мы спокойны, и нас не влекут любовные игры… Так было со мной. Но тело, доставшееся мне от Криса… с ним все иначе. Хм… хотел бы я узнать, что чувствуют при этом люди.
– А я, по-твоему, человек?
– Во всяком случае, очень похоже на то.
– Но я тоже не знаю, что люди чувствуют при этом. Могла бы и не узнать. В других мирах таким образом пытаются завести детей…
– В других мирах?
– Не в нашем. Мы просыпаемся такими, какие есть. Старые, молодые, совсем маленькие… Мы больше не изменимся. Дети не вырастут. Никто не умрет. И никто никогда от нас не родится.
– Получается – застывшая жизнь? Дети никогда не вырастут… никто не умрет, но это значит, что никто не увидит Древа Жизни? Знаешь, мне что-то все меньше и меньше нравится эта ваша Вселенная Отражений.
Кайя отвернулась.
– Мне она не нравится совсем.
Кристиан призадумался.
«Послушай, Сальватор, – мысленно обратился он к призрачному киту, – мы ведь можем как-то выбраться из нашего плана и посмотреть, что там снаружи? Да хотя бы сидя у тебя на спине?»
«Нет ничего легче, Кристиан. Я сделаю вам дверь в гостиной».
«Ого! Это место все больше становится похожим на дом. Спасибо тебе».
– Кайя, хочешь подышать свежим воздухом?
– Подышать… ты о чем?
– Вроде так говорят, когда приглашают на прогулку.
– Куда же мы можем здесь пойти?
– Не пойти, а покататься. На Сальваторе! Он разрешил. Покататься на спине призрачного кита – здорово же!
– Наверное. Ты ведь таким образом заботишься обо мне, да?
– Думаю, да.
– Но почему?
– Сам не знаю. Раньше я привык заботиться о ком-то. Хранителями с тем и рождаются. Но сейчас… нет, это все-таки не то. Не будем пока много об этом думать! Пойдем? – и он протянул девушке руку.
***
Они вышли из зимней комнаты в звездное небо своей гостиной. Возникшая рядом с диваном полупрозрачная дверь отворилась сама собой. За дверью что-то серебрилось и переливалось. Кристиан сделал шаг в это нечто, по-прежнему держа Кайю за руку. И оба оказались на спине у Сальватора.
Поначалу они просто стояли не шелохнувшись, не разжимая рук. Даже у Кайи заблестели глаза.
Астрал любого мог заворожить сменой великолепных фантасмагорий. Пространство все время меняло цвета и наполнение – море перетекало в летающий сад, цветы в нем укрупнялись и становились лицами – добрыми, спокойными, смеющимися, усталыми… Потом от лиц оставались лишь глаза – они вспыхивали разноцветными огнями, складываясь в радугу. Радуга рассыпалась пурпурными искрами, рисующими загадочные узоры на темном фоне… И так без конца.
Пахло то яблоками, то тающим снегом, то шоколадом…
И постоянно звучала мелодия – нежная, чистая, на грани слышимости, которую не передать, не повторить…
Сальватор медленно и величаво плыл вперед.
Кристиан невольно обнял девушку одной рукой за плечи.
– Знаешь… мы с тобой почти все потеряли. Но многое, кажется, можем и обрести.
Кайя промолчала. Но в выражении ее лица действительно появилось что-то новое…
Так прошло несколько дней, хотя определять дни в мирном неторопливом течении по астралу было довольно трудно. Но теперь Кайя и Кристиан постоянно выходили «на прогулку».
Сальватору, кажется, их удивление и радость доставляли удовольствие. Иногда он вплывал в ровную зону, где не было ничего, кроме мягко светящего сумрака. Но случались и маленькие приключения. Однажды на кита обрушился рой огромных стрекоз, потом его завертело в водовороте пурпурной астральной реки, но он быстро выровнялся. И почти всегда – где-то едва уловимо, на грани видимости, а где-то очень ярко – проступало семицветье…
В этот раз прошел примерно час, а Кайя не произнесла ни слова. Она не отрывала взгляда от бесконечной игры астрала, а о чем думала – непонятно.
– Интересно, когда же нам встретится по пути какая-нибудь вселенная?
Девушка не отвечала.
– Хотя бы маленький мирок… Лучше всего – открытый, без астральной оболочки.
– Зачем тебе это? – наконец спросила она.
– Хм… ну, хотя бы для того, чтобы раздобыть еще какой-нибудь еды, кроме яблок. Я, будучи духом, принимал человеческий облик и питался древесной смолой и цветочным нектаром, пил родниковую воду. Но сейчас мне этого мало. Хлеба бы попробовать… И кофе. А ты не хочешь?
– Не знаю. Наверное, я могу и совсем не есть.
– Это неправда. Ты же не дух и не призрак. Не станешь есть – ослабеешь и умрешь.
– Я же говорила, что вряд ли умру.
– Но проверять не хотелось бы. Кайя! Может быть, я и впрямь не совсем понимаю, кто ты такая. Но не хочу тебя потерять, так этого и не узнав.
Она наконец оторвалась от созерцания чудо-картин и взглянула на юношу своими печальными темно-серыми глазами.
– Для тебя это важно?
– Очень.
Девушка кивнула и вновь замолчала.
Кристиан призадумался. Неужели Кайя так и не воспринимает ни его, ни Сальватора как часть мира, в котором живет сейчас? Она вообще не признает этот мир? И что с этим делать?
А картины все менялись. Отсветы, отголоски миров… Отблеск лиловой луны. Рябь океана и очертания морского города под водой. Странное святилище… А потом – залитый светом луг… светлая фигурка девчонки с солнечными волосами скользнула по этому лугу вперед, прямо к Сальватору, выставила руку, словно хотела то ли не пустить дальше, то ли предупредить о чем-то… и исчезла, как мимолетный блик.
Впервые они кого-то встретили… Задумавшись о явлении призрачной девочки, Кристиан даже темно-сиреневую тучу, что наплывала на них, поначалу тоже принял за астральную игру. Но все-таки ему стало тревожно.
Туча приближалась, преобразуясь в гигантскую рыбу. Своеобразную, почти бесформенную, но у нее были плавники и хвост… и громадные неподвижные круглые глаза. Рыба плыла прямо на них.
Исходящий от нее то ли дым, то ли темный туман скрутился в смерч и направился к Сальватору.
– Кайя, возвращаемся! – невольно скомандовал Кристиан.
Но кит не успел открыть портальную дверь, ведущую в их убежище. Смерч ударил с неожиданной силой и сорвал Кайю со спины Сальватора. Потянул ее к рыбе, уже широко раскрывшей рот. Девушка тут же исчезла внутри. А потом куда-то пропало и поглотившее ее чудище.
«Пространственный прыжок, – услышал Кристиан голос Сальватора. – Но я постараюсь догнать ее».
– Чт-то… что это? – молодой человек был потрясен.
«Сам не понимаю до конца… Но это нечто… вроде меня. Не биологическое существо. Прости, мне надо сосредоточиться и услышать Кайю – я настроен на нее, как и на тебя».
– Удачи нам… – прошептал Кристиан.
***
Кайя оказалась поначалу в кромешной тьме. А потом мир предстал в фиолетовом свечении. Где она? Это походило на внутренность пещеры, но рассматривать обстановку у девушки не было ни времени, ни желания.
Ее окружили четверо. Двое были людьми, это она сразу поняла. Молодые мужчина и женщина, в похожих куртках и брюках из темно-коричневой кожи. Лиц их Кайя толком не разглядела – вроде лица как лица. У парня белые волосы стоят толчком, у девушки тугой темный узел на макушке. Более странным показалось ей похожее на человека существо в серебристом трико – чешуйчатая переливающаяся кожа, круглые глаза и гребень на голове из острых наростов. Человек-рептилия. Ящер?
А четвертый… закутанная в черный плащ фигура в капюшоне. Лицо вообще не различимо. А может, его и нет? Вместо лица какое-то бледное марево. И это нечто обратилось к Кайе – она услышала голос в своем сознании, как если бы с ней говорил Сальватор. Но в отличие от призрачного кита существо звучало крайне неприятно, его слова отдавались болью в висках:
«Астральный путник! Откуда ты? Сколько вас? Есть ли у вас база?»
Девушка молчала. Что им от нее нужно? Да не все ли равно… она не чувствует ничего, кроме отвращения. А еще… что-то слишком сильно бьется в груди, в том месте, где она ощущает постоянную боль. Осознание, что она может не вернуться к Сальватору и Кристиану, неожиданно ошеломило Кайю.
– С-существо, с которого мы тебя с-сняли… – проговорил ящер вперемежку с шипением, – кто это? И что за человек был с-с тобой?
– Вот же красотка! – восхитился, не слушая своих приятелей, блондинчик в кожаной куртке. И получил за это яростный тычок в бедро от стоящей рядом женщины.
Создание в черном подошло совсем близко, и Кайя убедилась – у него действительно нет лица. Виски вновь сдавило болью. Она ощутила, как что-то неудержимо лезет ей в голову… Чья-то бесконечно чуждая, злая воля пыталась овладеть ее мыслями и подчинить себе. Но она напряглась до предела и сопротивлялась этому наглому вторжению.
– Она ничего не с-с-скажет по доброй воле, – спокойно заметил ящер, не спускавший с девушки глаз.
Парень подошел к Кайе ближе, невзирая на недовольное бурчание своей подруги.
– Кто знает? Может, такую прелесть надо как-то по-особому уговаривать?
Он попытался схватить ее за руку. За руку… к которой прикасался Кристиан… Только Кристиан за все недолгое время существования Кайи дотрагивался до нее. Только он дал ей почувствовать чужое тепло. А теперь…
Ярость. Неконтролируемая вспышка. Вскинутая рука, желание оттолкнуть, отбросить, защищаясь… И снежинки с пальцев в ледяном вихре… Новое неудержимое чувство пробудилось в душе, и Кайя почувствовала себя более… живой?
Злость и страстное желание выбраться отсюда, чтобы снова увидеть Кристиана и Сальватора, выплескивалось в потоках холода с оледеневших пальцев девушки. Двое людей отпрянули и с криками исчезли за клубящимися в глубине этого странного помещения тенями. Ящер застыл как парализованный. Видимо, он был уязвим к холоду. Безликий же, не обращая ни на что внимания, подобрался к Кайе вплотную, но что он хотел сделать, она так и не узнала.
Странная рыба, внутри которой они плыли по астралу, покрылась инеем изнутри, и это ей явно не понравилось. Она распахнула пасть – словно кто-то освободил заваленный вход в пещеру, и девушка почувствовала, как дикая сила выталкивает ее наружу. Рыба выплюнула ее в безграничное пространство…
Кайя уже ощущала подобное… Безнадежный полет в никуда. Но сейчас был свет – малиновые искры на золотистом поле. И она плыла по этому свету, чувствуя, как согреваются скованные холодом пальцы. Медленно приходя в себя, она даже не успела задуматься о том, что будет дальше. Навстречу плыл Сальватор…
***
«Я едва не потерял твое звучание, Кайя, – рассказывал призрачный кит так, чтобы его мысленную речь слышали одновременно оба его друга. – Вы, наверное, меня не понимаете. Моя эктоплазма настроена на звучание тех, кого я принимаю… как друзей. Таких существ я могу слышать на расстоянии. Хотя оно не безгранично… Я хочу научить вас одной мелодии – один раз запомнив, вы ее уже не забудете, и если мы разделимся, сможете меня позвать. Конечно, можно просто произнести мое имя. Но мелодия надежней, пока мы еще только привыкаем друг к другу. Пожалуйста, давайте это сделаем. Вы видите – астрал полон опасностей».
Проходил этот разговор в комнате Кайи. Вновь оказавшись здесь, она почувствовала себя странно – ей было… неуютно? Она едва оттаяла от собственного магического выплеска, и теперь в душу проник запоздалый страх.
