И да! В тот момент мое сердце кольнуло чудовищной завистью к братишке!
«Скажи, зачетная кошечка, бро?»
Сам того не подозревая, Игорь Титов захапал вовсе не милую нежную особь из семейства кошачьих…
А само СОВЕРШЕНСТВО, блядь?!
Глава 6. Конунг из Тронхейма
Я с упоением глядела на то, как мои мужики пьют ледяное пиво из запотевших бутылок в прикуску с домашними пельменями по рецепту дорогой бабули, что была родом с Урала…
Блин! Оговорочка по Фрейду. «Мои мужики»?
Лучшие друзья, почти братья, за обе щеки, уплетающие блюдо, которое является для моей семьи чем-то сакральным. Да, несмотря на странноватое поведение Елисея, я приняла его, впустила в душу как важную частичку Игорька.
И снова – да! Я из кожи вон лезла, чтобы эта закадычная парочка наслаждалась общением, долгожданной встречей.
Пельмени. Игорек относился ко всему домашнему с прохладцей, предпочитал заказанную еду с доставкой до дверей и терпеть не мог всё, что ассоциировалось бы со словом «быт». Имея большой, просторный дом, он упорно отказывался «одомашниваться», остепеняться, прирастать к земле, предпочитая постоянно путешествовать.
Приезд друга – можно сказать, уникальный момент для того, чтобы показать себя хозяйкой. То, что наваливается на одних женщин чудовищно тяжелой плитой, было для меня как праздник, приходящий в дом раз в год или того реже…
Елисей. Я исподволь поглядывала на него, изучая лицо и весь облик в целом… Если бы Игорек не рассказал, что его «братишка» русский, то в жизни б не поверила. Чистый европеец. Скандинав с пронизывающими насквозь зелено-серыми глазами.
Молодой конунг8, предпочитающий носить не длинные волосы, заплетенные в косы, а модную, очень аккуратную прическу с пробором набок. С час тому назад, когда странный друг Игоряшки не пожелал ответить на рукопожатие, он и вовсе показался каким-то высокопоставленным молодым сержантом Третьего Рейха.
Но после его ужасно нелепой реплики про мои «пельмени» пришло осознание, что на Елисее рано ставить клеймо жестокого урода. Конунг, который приехал к весельчаку-принцу Титу из холодных, старинных земель. Статный, высокий викинг, снизошедший до того, чтобы пожать будущей жене «принца» руку. Его фразочка про пельмени растопила мое заледеневшее от его надменного поведения сердце.
Конунг, который как бы сказал на ломаном русском не «Я хочу попробовать твои пельмени», а «Ладно, женщина, я сделаю милость и отведаю еду с твоего стола».
Гостиная. Елисей постепенно преображался. Скандинавский герой, выбравший не меч или топор, а ноутбук и очки в тонкой оправе…
Ох уж эта твоя любовь к скандинавским мифам и культуре, Полина?
Елисей менялся. Становился более добродушным и расслабленным. После того как я наложила конунгу и принцу пельмени, он какое-то время пробовал орудовать столовым ножом, а затем плюнул, сказав: «Ай! Да насрать!»
И принялся накалывать еду на вилку, причмокивая жирными от сливочного масла губами. На мгновение даже показалось, что на его голове и щеках отрастает светлая щетина, и к концу вечера, напившись и раздухарившись, мои мужчины превратятся в двух неистовых, отвязных дураков, забывших про светские манеры, регламенты и тормоза.
«Братишка» Игорька. Просто ошеломительная разница во внешности. Кудрявый брюнет Игорь с загаром от недавней поездки на Сейшелы и светло-русый Елисей, кожа которого была свидетельством того, что он трудоголик и давненько не был на морях-океанах. Игоряшка, сияющий здоровьем и заботой близких с самого детства. И чуток худощавый, но широкоплечий и высокий Елисей.
Недавний просмотр сериала «Викинги». Актер Трэвис Фиммел9 – вот на кого смахивал лицом Елисей. А вот Игорек больше напоминал Джо из «Джонас Бразерс»10. Холодный пронизывающий и изучающий взгляд конунга и улыбчивые глаза беспечного принца.
Как-то мой жених показывал фотки из их детства. Игорек мало изменился. Он всегда был красавчиком, и предки не жалели денег на стильные дорогие одежду и обувь. Другое дело – Елисей. На фотках он выглядел каким-то щуплым недокормышем из детского дома.
По редким рассказам Игорька родителям лучшего друга приходилось несладко. Отец работал в конструкторском бюро за нищенскую зарплату, а мать была вынуждена уволиться из школы, где она работала учителем математики, и устроиться продавцом турецкой одежды на рынок. Очень-очень разные Игорек и Елисей.
Их полярные миры. Лучезарный принц, которому всё преподносилось на блюдечке с голубой каемочкой. И мрачноватый парнишка со сказочным русским именем, отправившийся в одиночку в чужие земли ради завоеваний и признания. Ставший норвежским конунгом. Щедро помогающий семье, матери с отцом и младшей сестре.
Да, из Игорька пришлось клещами вытягивать подробности прошлой жизни его братишки. Думаю, мой жених не хотел расхваливать его, так как интуитивно чувствовал, что Елисей добился большего, чем он. Принц по праву рождения обязан вести определенный образ жизни. Носить корону, путешествовать и не знать ни в чем отказа или нужды. Игорек родился с короной на голове, а Елисей заработал ее умом и упорным трудом.
Блин! Елисей вызывал в тебе жгучий интерес, Поля?
Да. Мне хотелось понять, что он за человек. Но своим высокомерием и ледяными взглядами с недовольно поджатыми губами он не давал и шанса это сделать…
Масляные уголки губ конунга приподнимались, когда он уплетал десятый по счету пельмень. Моя личная победа. Мы практически не обмолвились с ним ни словом. Но я знала, чувствовала, что сердце викинга тоже начало таять от близости друга и вкусной еды.
Я не собиралась идти с ним на сближение. Просто понаблюдать из любопытства. А заодно доказать, что я достойна его «бро». Что я порядочная и любящая невеста. Впрочем, задачка была та еще. Так как конунг, несмотря на согласие разделить с «женщиной» стол, по-прежнему выглядел в моих глазах сексистом, женоненавистником.
Глава 7. Дебютантка
Под вечер мы с братишкой хорошо накидались вискарем тридцатилетней выдержки. Из-за этого в моих висках долбило пульсом, когда мы потели в сауне, что располагалась в отдельном просторном домике перед крытым бассейном.
Кошка, слава богу, отказалась составить нам компанию. Игорек настаивал, упрашивал невесту, в очередной раз щипая ее за задницу.
Ты даже поймал себя на неприятной мысли, что брат из кожи вон лезет, чтобы похвастать всеми прелестями будущей жены?
Было такое, черт… Породистая кошечка на выставке. Ее хозяин, глядящий питомицу по блестящей шерсти. Дебютантка, которая не может не привлекать внимание других заводчиков.
Кошки, киски…
Крайний раз я занимался сексом с норвежкой Михаэллой. Женщиной с довольно фривольными взглядами на жизнь. Она хвасталась, что снимается в домашнем порно, периодически участвует в оргиях и не собирается ни выходить замуж, ни рожать молокососов.
Бисексуальная Михаэлла. Я робко отказал ей, когда она предложила «в следующий раз позвать кого-нибудь третьего». Почему-то показалось, что она намекает на то, что этот «человек» точно окажется с членом и яйцами, а не сочной мулаткой или сексуальной азиаточкой с крохотной грудью.
Когда я брал Михаэллу, она напоказ громко стонала, будто бы где-то в моей квартире есть камера. Она мне не нравилась. Она раздражала и вызывала желание поскорее закончить с ней, а затем швырнуть использованный презерватив в мусорное ведро и хорошенько помыться в душе.
Если честно, когда я ехал в Норвегию, то рассчитывал, что баб там будет уйма. И что я, до этого всегда находясь в тени Игоряна, наконец оторвусь по полной. Буду иметь всех без разбора женщин и девушек. Увы, на деле я оказался довольно брезгливым. И ленивым в плане ухаживаний. Секс с Михаэллой был скорее жестом отчаяния от недотраха.
По этой причине ты очень злился на Игоряна за его странное желание показать кошку с разных сторон?
Братану и в голову не пришло, что я тоже мужик.
Причем с членом побольше, чем у него, почти в два раза. И это факт, а не хвастовство, да?
– И что с этой Михаэллой, брат? – поправив банный колпак с надписью «Адмирал флота», поинтересовался Игорян.
– Ничего, – поморщился я, поднявшись с лавки.
Мне было жарко, душно, плохо в сауне после алкоголя и кальяна на грейпфруте. Но отказать братишке я не мог, ведь он второй раз за годы не поленился растопить парилку, чтобы по-мужски, брутально провести время за пошловатыми разговорчиками. Я подошел к запотевшему окну и…
Увидел смутные очертания кошки, что терлась возле бассейна!!!
На автомате я провел пальцами по стеклу. И мой приятель под туго закрученной простыней дрогнул от прилива крови!
Бирюзовый купальник. Задница – два орешка, две ямочки внизу поясницы и татуировка в виде кошачьих отпечатков лапок. Эти отпечатки спускались туда, в трусики купальника.
И тебе отчаянно захотелось поставить кошку раком и медленно стянуть нижнюю часть купальника, чтобы глянуть, куда ведут те следы невидимой кошечки: к копчику или дальше, к…
Боже! Эрекция на будущую жену лучшего друга, который что-то спросил, но его голос казался непонятным эхом на фоне той картины.
А чертова кошка гибко потянулась и двинулась к входу бассейна.
И я поклялся, что лучше сдохну от жары в сауне, чем присоединюсь к Игоряну и его кошке в бассейне или хоть мимолетом еще раз посмотрю в ее сторону!
Я зарекся никогда не глядеть на нее. Особенно в купальнике…
– Что «ничего»? – переспросил Тит.
– Э-э-э… – протянул я, не сразу припомнив, о чем мы болтали.
– Скажи, брат, та Михаэлла кончала с тобой? – вроде бы легко, но как-то чуть сдавленно произнес он мне в спину.
Мы с Игоряном имели привычку обсуждать многие вещи без утайки. В основном, как и в каких позах брали девушек, на какие хитрости шли, чтобы поскорее затащить их в койку. Послужной список Тита всегда был шире и разнообразней, поэтому он и болтал, получается, больше. Да-да, на фоне всех фактов тот вопрос показался мне странным. Брат явно перебрал с виски и решился со мной пооткровенничать.
– Она придурочная, эта Михаэлла, поэтому хрен знает: имитировала она или нет. Мне плевать, если честно. – Я последний раз глянул во двор через окно, где уже не было кошки.
– «Плевать», – повторил за мной Игорян. – А если б, ну, у тебя была постоянная баба, то тебя бы это волновало?
Я недоуменно глянул на потного и раскрасневшегося Тита сверху вниз.
– Не знаю. По-моему, лучше честно. Ненавижу симуляции со стороны телок. Их хрен разберешь. С нами-то всё понятно. Сперма на стенке душевой, или на одеяле, или в гандоне. Кстати, бро, я надеюсь, ты не собираешься обзаводиться потомством ближайшие лет сто-двести? – совершенно серьезно спросил я.
Игорян лишь почесал небритый подбородок, на мгновение прикрыв глаза.
– Да, моя Полинка очень честная, – вдруг хмыкнул он.
Боже, он намекал, что его кошка из тех, кого трудно довести до оргазма?
Она из тех, кто не симулирует в койке. Я не понимал, что делать с этой информацией. Совсем не понимал… Зато вспомнил, как однажды мы мерились в компании пацанов. Мерились, у кого длиннее член.
И оказалось, что кто-то «О, счастливчик!»?
Ужасно подлая, насмешливая и гаденькая мыслишка уже засела в подсознании и проросла там ядовитым семенем. У Тита не получалось удовлетворить его кошку. Дело ли в размере его стручка или он просто неумелый? Уверен, что Михаэлла всё-таки достигла оргазма. И другие мои редкие женщины – тоже…
Отравленное зерно. Слабое, уязвимое место идеального во всем и такого звездного Игоряна, о котором бы я ни за что не узнал бы, если б не тридцатилетний виски и жара, что, видимо, окончательно размазали его мозги. Да, я почувствовал превосходство…
И непреодолимое желание узнать: его кошка просто такая от природы, малочувствительная и холодноватая, или дело именно в Тите?
Греховные. Очень греховные мысли, которые упорно лезли в мою тоже не очень трезвую голову…
Фантазии.
Кровать в гостевой комнате. Задрожавшие коготки лапок, которыми кошка перебирала, направляясь ко мне для приветствия. Дрожание каждой клеточки ее тела от пришедшего оргазма. Я представил, что Игоря не существует в природе и тот дом и сауна, и бассейн – мои.
И что ты…
Какой кошмар! Думать о том, достигла ли бы кошка оргазма со мной. И что я делал бы, чтоб доставить ей удовольствие…
Да ты б в лепешку расшибся, чтобы увидеть, как она стонет и извивается под тобой, дойдя до пика наслаждения?
Бля! Кажись, я попал!
Глава 8. Шашлычок и вискарёк
Вечер переставал быть томным с каждой минутой, Поля?
К большому сожалению, Игорек захотел позвать на дружеские посиделки еще и Дементьевых с Одоевскими.
Его кореша со своими женами. Надменными сплетницами и пустышками. Я так и не смогла толком вписаться в компанию будущего мужа. Зато этих людей обожала моя будущая свекруха. Она совершенно бесстыдно как-то намекнула за совместным обедом, что и с Олькой, и с Изабелкой у Игорька были отношения. Мол, они очень «благовоспитанные девушки из достойных семей».
Татьяна Эдуардовна либо идиотка, либо прикидывалась. Олька с Изабелкой переспали, пожалуй, со всеми богатенькими парнями города, о чем не стеснялись болтать, когда их мужей не было рядом. А охреневшая и наглая Изабелка и вовсе клеилась к Игорьку по пьяни. Правда, он не отвечал на ее домогательства, но как-то отложилось на подкорке, ведь кому такое понравится?
Рыба-прилипала, которая втайне ненавидела тебя за то, что принц Титов выбрал не ее?
Елисей. Мне бы вполне хватило и его странного общества. Разобраться, что он за человек, найти какие-то темы для общения. Раздобрить его еще больше вкусным завтраком и новенькими полотенцами в гостевой ванной, которые были куплены специально для него в «Зара-Хоум».
Да-да, ты, Полиночка, точно лезла из кожи вон, чтобы угодить братишке жениха…
Но вот одновременно, будто по сигналу, приперлись Дементьевы и Одоевские. Они словно марали гостиную, в которой еще недавно царила приятная, домашняя и такая теплая атмосфера. С ними Игорек надевал маску местного мажора. Он менялся, и мне это не нравилось. Так же, как и не пришлось по душе Елисею, который безэмоционально и сухо поприветствовал гостей, нахмурившись. Он хотел провести время с другом. Без посторонних людей. Точнее, персонажей из их общего прошлого.
– Селиванов, а ты неплохо выглядишь, – проворковала похабная Изабелка, завидевшая в дверях дома Елисея с голым торсом и обмотанного простыней ниже живота после отдыха в парной.
Да, они когда-то были знакомы, но Елисей явно не собирался вспоминать прошлое или любезничать с Деменьтевыми-Одоевскими. Кажется, приехавший из далеких земель конунг ненавидел местных снобов не меньше моего. Мы оказались с ним будто бы на одной стороне. И от этого стало чуть теплее на душе…
Слава богу, Олька и Изабелка не сильно донимали меня тем вечером. Пока мужики жарили в беседке шашлык, я вручную мыла посуду, стараясь не вслушиваться в болтовню сплетниц, которые обсуждали эпик-фэйл какой-то их приятельницы на вечеринке в клубе.
– Нужна помощь? – вдруг послышался низкий сипловатый голос.
– Господи! – шарахнулась я от неожиданности.
Елисей стоял между мной и огромным полу-убранным столом и мял хлопковую салфетку. Ему явно стало скучно в компании высокомерных мажоров в беседке. Но меня больше поразило, что он первым заговорил со мной, предложил помощь, в то время как Олька и Изабелка не собирались даже из вежливости выдавливать из себя нечто подобное. За увлекательной трепней они не замечали ни меня, ни пришедшего Елисея.
– Эм-м-м, – протянула я, искрясь внутри от того, что мы точно по одну сторону баррикад. – Подай, пожалуйста, бокалы и приборы, – выдавила наконец, покрывшись мурашками.
Елисей коротко кивнул и принялся собирать вилки и ножи. Затем он приблизился и встал рядом.
– Ведь есть посудомойка, – сухо заметил он, протянув «букет» из грязных приборов.
– Спасибо, – так же сухо ответила. – Меня успокаивает это глупое занятие. Протрешь? – я сунула ему стопку вымытых влажных тарелок.
– Ну давай, – выдохнул он, демонстративно закатив зелено-серые глаза, в которых мелькнул огонек дружеского подкола.
Когда я передавала ему тарелки, наши пальцы соприкоснулись…
Боже, Полина, какие у него глаза!
На меня нахлынула волна такого жара, что щеки вспыхнули вмиг. Мы не делали ничего предосудительного, но я вдруг разом уловила крепкий хвойный аромат парфюма Елисея и подловила себя на мысли, какие у него красивые жилистые руки с по-мужски изящными пальцами.
А еще вспомнила, что заценила его тело, которое прикрывала лишь светлая простынь?
Тело. Ни одного волоска на груди, широкие плечи, подтянутый живот и узкая дорожка волос, спускающаяся вниз, к паху…
Блядь!
Да, я не имела никакого права оценивать природные данные конунга из далеких земель, но невольно сделала это. И в совокупности со случайным соприкосновением наших пальцев всё это казалось чем-то недопустимым, запретным…
Мою кожу обожгло! Пришпарило к его теплым изящным пальцам. Я не понимала, почему мне так совестно, почему стыдно…
Чертова лгунья!
Нет, понимала! Искорка дружеского подкола в глазах Елисея сменилась на что-то иное… Звериное, охотничье, пронизывающее стрелой лука. Тем, что было уловимо, странно, пугающе и будоражаще.
Норвежский конунг медленно моргнул, и кадык на его шее приподнялся.
«Я хочу попробовать твои пельмени».
Глупая фраза, произнесенная хмурым человеком, врезалась в мое тело локомотивным составом, название которому было «Поезд желаний».
Тайных желаний, которые обуяли, чер-р-рт?
Признание. Четкое, до боли конкретное, острое, словно осколок стекла.
Елисей вызывал гамму чувств. С самой первой видеосвязи. Отчаянная досада от его холодности, желание доказать, что я не пустышка и не воровка его братишки. Какой-то чудовищный контраст между Игорем и ним. Казалось, в конунге было всё то, чего не было в принце-женихе.
Но! Мой лучезарный, коронованный жених почему-то мерк перед мрачным конунгом, вышедшем из тени.
Свет и тьма. День и ночь. Странный парадокс, от которого всё внутри трепетало. Желание снискать у заморского викинга уважение и расположение.
И желание вычеркнуть его из жизни Игоря Титова?
Не потому что я стерва или собственница, которая мстит за его надменность и хладнокровие.
Тебе даже на расстоянии было невыносимо с ним?
Невыносимо настолько, что мы глядели друг другу в глаза вечность, стоя на кухне!
И, казалось, конунг считал всё в моих глазах. Он словно вывел на чистую воду, вскрыл главную тайну. Нет-нет, я не была хищницей, не собиралась обтаскивать семью Титовых или висеть у принца на шее. На самом деле я не намеревалась разлучать братишек или совать нос в их мужские дела.
В невероятных светло-зеленых радужках глаз Елисея стоял вопрос, на который он, кажется, уже знал ответ…
«Женщина, ты точно уверена, что любишь принца?!»
Глава 9. Осколки
– Эй, братишка! – раздался веселый и хмельной голос Тита.
Вдребезги! Вся стопка тарелок, что отделяла меня примерно тридцатью сантиметрами от кошки, со звоном столкнулась сперва с краем раковины, а затем полетела на пол из пробкового дерева.
Кошачьи глаза. Они наполнились такой паникой, что я даже вздрогнул. И проклял тот день, когда Игорян сообщил, что у него появилась девушка, в которую он, как тогда и сказал: «походу втрескался, бро».
Будь проклят тот день, когда ты принял решение приехать на свадьбу. Будь проклята сама будущая свадьба, блядь!
Да, сколько бы я ни сопротивлялся и не оттягивал время, наша встреча что с невестой, что с уже ставшей женой лучшего друга была неминуемой. Фатальность. Ужасный злой рок. Эта кошка с огромными ореховыми глазами сводила с ума! И я люто ненавидел ее…
Потому что хотел?
Потому что кошка не сделала мне ничего плохого, но разрушала мой мир! Она представляла опасность, потому как вызывала в голове фантазии, а мой дружок в штанах еще никогда так не реагировал ни на одну телку на всем белом свете.
Исключительная, какая-то первозданная, да?
Она заставляла меня страдать, когда улыбалась через экран и махала рукой в веб-камеру. Я вынужден был прожить с ней целую мучительную неделю в одном доме. Кошка заставляла подсознательно заниматься поиском плюсов в себе и недостатков – в моем лучшем друге. Мы не могли быть с Игоряном конкурентами.
Только не с ним!
Непорядочно, не по-мужски. Проклятая Полина, которая засела у меня в башке пятном муки на ее щеке и следами лапок невидимой кошки, что тихо прокралась в мое сердце…
И да-да-да, черт бы тебя побрал!
Мне было плевать и на Тита с его полупьяной болтовней в той беседке и уж тем более на его придурочных друзей.
Кошка. Она занимала куда больше. Стремление показать себя с нормальной стороны, плюс – непреодолимое желание рассмотреть вблизи…
Тело, спрятанное под слегка прозрачной туникой?
Умопомрачительные ноги. Сладкая загорелая попка, которую отчаянно хотелось рывком посадить на кухонную столешницу, а затем раздвинуть бедра и сорвать белые трусики-шорты. Проникнуть пальцами в ее лоно. Довести ее клитор до изнеможенного кайфа. Покусывать мочку милого крохотного уха кошечки. А затем брать Полину прямо на полу под стоны и бесполезные стенания.
«Пожалуйста, не надо! Что мы делаем, боже?!»
Кухня-гостиная. Та девушка, которую я так неимоверно желал, смотрела очень пристально. И мимолетное касание наших рук вызвало в моем теле взрыв тысячи атомных бомб!
Я проклял себя за то, что принял идиотское, необдуманное решение подойти к ней и заговорить. Я не должен был вообще приближаться к ней менее чем на десять метров, зная, что неминуемо попаду в медовую ловушку. То, как мое нутро реагировало на нее, было не просто неприличным, а катастрофическим!
Да, мать твою за ногу!
Я не помог кошке с битым стеклом, когда Игорян окликнул меня. Я смерил ее, вставшую на колени, искусительницу, холодным наигранно-брезгливым взглядом. Она собирала осколки, и ее губы находились на непозволительно малом расстоянии от моего паха. Мой приятель в штанах отныне был лютым врагом, предателем!
Да, я вышел из кухни-гостиной, коротко глянув на шлюху Изабеллу, которая страстно закусила губу, когда я поравнялся с ней.
А не выдрать ли ее сегодня ночью, когда муженек уснет?
Да-да, я собирался согрешить с замужней бабой, чтобы мой враг в штанах перестал бунтовать, а кошка на веки вечные убралась из головы и сердца.
Еще одно решение созрело мгновенно: игнорировать кошку, вести себя с ней настолько холодно и грубо, насколько будет возможно, учитывая, что Игоряну это не должно броситься в глаза. Пережить чертову неделю в их доме. Приезжать сюда только для того, чтобы поспать. Проводить время в городе или его окрестностях.
Подарить Игоряну деньги в конверте на самой свадьбе. Пережить сопливую церемонию, превозмогая приступы тошноты…
И приступы зависти и ревности к лучшему другу?
Сказать короткую речь, которая прямо укажет кошке, что она – НИКТО. Что я никогда не смирюсь с этим браком. Я буду говорить по бумажке о наших с Игоряном приключениях в детстве и о том, какой он был ходок по телкам. Ни словечка про красоту и хорошие качества драной кошки. А в конце такие слова: «Брат, будь счастлив. И – горько!».
«Горько» с реальным привкусом горечи. Язвительное выражение истинного отношения к их свадьбе. Пожелание того, чтобы кошка мучилась, терзаемая родней Тита. Чтобы она знала, что их брак бракованный. Искреннее пожелание ей захлебнуться горькими слезами. Я не имел права к ней так относиться? Жестоко, некрасиво, несправедливо?
Ну и пусть, блядь!
Я всегда умел правильно расставлять приоритеты и придерживаться принципов мужского братства.
Ужасно, что я позволил проворной гибкой кошке ловко и тихо пролезть в узкую щель двери, ведущей в мое сердце.
Она не успела. Дребезги! Под звуки разбитой посуды я опомнился. И с силой захлопнул невидимую дверь, прижав дурацкий хвост кошки под жалобное мяуканье. Я собирался держать ее в таком положении неделю, без еды и воды, пока она не издохнет.
Никаких следов ее лап. Заткнуть уши берушами, чтобы не слышать ее, надеть лошадиные шоры, чтоб не глядеть на нее. Держаться изо всех сил. Говорить только при необходимости. Никаких церемоний или жалости. Только лед…
И цель: уморить кошку, а затем похоронить ее труп на лужайке дома Игорька.
Снова оставить страну на годы и жить обычной сытой и благополучной жизнью.
Но сперва выдрать похотливую дуру Изабеллу?
Первый раз в жизни так мощно скомпрометировать свою почти безупречную репутацию, чтобы никогда больше не нарываться на лезущее в душу желание разрушить собственную жизнь преступной, оголтелой, безумной и такой манящей связью с кошкой…
Глава 10. Вино – Изабелла
Игорек вырубился на диване в гостиной, когда настенные часы уже практически орали «Пошли вон!» на Дементьевых с Одоевскими. Но, увы, до того как мой жених отключился, он великодушно заявил, что парочки могут остаться с ночевкой.
Места в доме было, опять-таки увы, предостаточно. И я мысленно выругалась матом на родителей Игорька за то, что они оказались чертовски щедры и не поскупились на целый замок для любимого сына-принца.
Весь остаток вечера пьяная Изабелла стреляла глазами в Игорька, но еще больше – в Елисея.
Человека, от которого тебя бросало в дрожь, Полина?
Сотканный из противоречий. Норвежский конунг с ледяным сердцем, ужасными манерами и такими теплыми красивыми пальцами…
После сцены с битой посудой он глянул на меня так, будто перед ним не женщина, а кусок дерьма, мусор, грязь под ногтями. Он не потрудился помочь, не произнес больше ни слова. И меня разрывало от двойственных чувств! Досады и нездорового, совершенно нелогичного интереса к гаду.
Всё кончено! Я решила, что больше не буду учтивой и милой с ним. В конце концов, у меня тоже есть гордость. В конце концов, я не обязана ни ему, ни Игорьку ничем. Уж больно долго терпела выходки и угрюмую, враждебную рожу конунга из проклятых далеких земель Тронхейма.
– Стоп! – прошептала я еле слышно после очередного брошенного в сторону викинга косого взгляда.
Я так отчаянно мечтала, чтобы незваные (мной) гости побыстрее разошлись, что хотелось заорать в голос: «Да заткнитесь уже, уроды! И проваливайте из (не моего) дома!»
Адски бесило, что на правах мнимой хозяйки я обязана терпеть их. Обслуживать Дементьевых и Одоевских. Проявлять гостеприимство и тихую покладистость, пока шлюховатая Изабелла окучивала конунга.
Ее муж с идиотским именем Тарас будто не замечал фокусов жены. Они изменяли друг другу, и об этом было хорошо известно. Брак по расчету. Тарас заманивал случайных баб вовсе не внешними данными. Рыхлое пузо и щербатое оплывшее лицо. Но при том – куча денег в бумажнике и на кредитках. Игорек никогда не узнает о том, что пару раз Тарас лез и ко мне украдкой. Делал сальные комплиментики и недвусмысленные намеки на то, что был бы не прочь уединиться при случае…
Чертов Елисей развалился на диване, закинув ногу за ногу, и без всякого интереса слушал бредни Изабеллы, которая то и дело меняла позу и поправляла прическу. Кривляка отпивала вино из бокала и пыталась вывести конунга на нормальный диалог глупыми воспоминаниями.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
