Во имя надежды

Взглянув на время, Иван в ответ произнёс: “Ну, хорошо, можем сходить”

С довольным лицом, Женя произнёс: “спасибо”, после чего они сели в машину и направились в сторону порта. Пока они ехали в машине, Женя наслаждался видом из окна, пока он был в предвкушении невероятных пейзажей и неописуемой красоты. После примерно двадцати минут езды, они добрались до этого знаменитого порта, и “Господи, какой же он всё-таки огромный”

Он хоть и был в порту своего города, но он был просто большим, без каких-либо изысков. А тут сочетается и большие объёмы и некая благородность с красотой, которую обязательно должен увидеть каждый.

Бродя с дядей по порту Гамбурга, Иван показывал и рассказывал ему обо всех красотах этого места, а Женя в свою очередь, наслаждаясь приплывающими и отплылвающимися огромными танкерами, неким подобием Биг-Бена, который находился по ту сторону реки и внушительным количеством окружавших весь порт контейнеров, в тот момент он прекрасно осознал, что хоть у этого города и есть свои проблемы, но он любит его, и именно в том самом порту, возле играющих на воде волн и приятного вечернего бриза, он пообещал себе, что сделает всё возможное ради того, чтобы остаться в Гамбурге – навсегда.

Пока они гуляли по потру, Иван предложил Евгению пойти на экскурсию, в знаменитый музей знаковых лодок и судов, которые когда либо были в этом порту. Недолго думая, Женя сразу же согласился. И в ближайший час, они оба наслаждались старинной коллекцией знаковых танкеров, катеров, ковчегов судов и парусников, слушая экскурсовода, рассматривая каждый экземпляр с небывалым интересном. Во время экскурсии, Иван задал Жене один интересный вопрос: “Ты действительно понимаешь всё то, что она говорит по немецки?” – с неким беспокойством спросил дядя.

“Ja, ichversteheallesperfekt (Да, все прекрасно понимаю)” – с гордостью произнёс Евгений.

А Иван, слегка улыбнувшись, сказал в ответ: “Nagut, freutmichfürdich (Ну я рада за тебя)”. После чего, они продолжили свою экскурсию.

По окончанию их небольшого ознакомления со старинными лодками и кораблями, на часах уже стояло время в пол восьмого вечера, и Иван предлагает Евгению сходить в местный ресторан морской кухни, где они, наконец смогут вместе сесть и спокойно поужинать.

Зайдя в ближайший ресторан, который находился совсем недалеко от реки Эльба, Иван с Женей, сели прямо возле окна, наслаждаясь дивным видом на порт в лучах собирающегося заката. Дядя Ваня сказал, что уже был как-то здесь давно, а потому, взяв лист с меню, решает заказать то, что брал и в прошлый раз: “Макароны с креветками и мидиями” вместе с бутылочкой прохладного пива. А Женя, доверившись вкусу дяди, решает взять тоже самое. По приходу официанта, Иван показывает ему, что они выбрали, а как только молодой юноша собирался уходить, Иван посмотрел на Женю и вновь обратившись к официанту, c некой ухмылкой произнёс: “Zwei Flaschen bitte”.

Женя увидел в тот момент пробежавший на него взгляд и поняв перевод фразы которую он произнёс, и бросив беглый взгляд на уходящего официанта, тот после призадумался: “Неужели они как-то связанны?” – подумал про себя Женя. А пока он об этом размышлял, Иван предложил сходить помыть руки, что они спокойно и сделали.

Вернувшись на место, Женя стал рассматривать само заведение, его интерьер и людей, которые в нём находятся. “Заведение, приятное, и вполне себе уютное” – так думал про себя Евгений. Правда его снова удивило, что парочку людей в углу зала всё ещё сидят в масках. А едят они так, что когда они засовывают пищу в рот они её открывают, а по пережёвыванию и глатанию, закрывают. И эта культура отношения к общественному “перевыполнению нормы”, его даже в какой-то степени вводила в недоумение. Ведь в его голове всё не уходила мысль: “Но карантин ведь завершился, зачем вы продолжаете так делать?” – сам себя спрашивал Женя, в очередной раз, так и не найдя ответ на поставленный вопрос.

Посмотрев на племянника, сделав выдох, Иван снова вернулся к теме, которая так его взволновала сегодня днём:

“Меня сегодня довольно нехило взволновало то, что ты сегодня ушёл, и совершенно ничего мне не сказал. Нужно быть честным прежде всего с другими и с самим собой, а это означает, что наверное, это больше моя вина, что ты так поступил, ведь именно я разрешил тебе выходить из дому, не дав тебе симку, чтоб связаться с тобою. Я был в растерянности, я не знал где тебя искать. Ведь сам понимаешь, какой порой контингент разгуливает у нас по улицам. Что бы я сказал твоим родителям? Теперь, ведь вся ответственность лежит на мне. Даже думать не хочу. Знаешь, я не в коем случае не буду запрещать тебе выходить на улицу пока меня нет, но давай договоримся прямо здесь и сейчас, что когда ты будешь выходить, ты будешь мне звонить и говорить, куда именно ты пошёл, и каждые два часа на прогулке, просто звони и говори, что у тебя всё в порядке. Хорошо?”

“Хорошо, ладно” – спокойным и понимающим голосом произнёс Евгений.

“Ну и отлично” – улыбнувшись произнёс Иван.

После их небольшого диалога, к ним подошёл официант с блюдами и пивом, оставив всё на столе и без единого слова, ушёл к другим столикам.

“Приятного аппетита” – пожелал Иван пред ужином.

“Вам тоже” – с улыбкой произнёс Евгений, после чего, они оба приступили к вечерней трапезе.

Навертев макароны на вилку, положив её в рот и закусив свеже-приготовленной креветкой, Женя явно не пожалел о выбранном блюде, и с удовольствием доел его до самого конца. Да вот только в самом разгаре ужина, Иван берёт две прохладные бутылки пива, одну из которых он оставляет у себя, а вторую тянет к своему племяннику.

Евгений поначалу недоумевал, говоря про себя: “Он что, действительно собирается дать мне целую бутылку пива?” – спрашивал он у себя, глядя удивлённым взором ему в глаза.

И вместе с тем, ка Иван поставил бутылку на часть его стола, он проговаривает: “Давай вместе, насколько я знаю, тебе ведь уже можно”

Вновь придя в состояние перманентного удивления, Женя, заикаясь, начал произносить:

-“Даа…, нет же, мне папа говорил, что алкоголь это опасно, и его вообще лучше не пить. Спасибо конечно за предложение, но мне нельзя”

-“Знаешь, я и сам не любитель сей подобных вещей, но в приятной компании, и по хорошему поводу, чтоб не выпить по бутылочке. Вреда от этого будет совершенно никакого. Да и ты к тому же под моим присмотром, так что, если всё же ты решишь пойти в отрыв, то не переживай, я тебя как следует прикрою. И родителям я твоим ничего не скажу”

-“Я не знаю. По моему, это как-то, неправильно что ли”

-“Я уверен, что ты хотя бы раз в жизни видел, как твой отец употреблял алкоголь. А потому, раз ему можно тогда почему тебе нельзя, тем более когда тебе уже можно?”

Не произнеся ни слова, и опустив свой взор на бутылку с пенным напитком, Женя решается взять её в руки, ради последующей обонятельной дегустации. Сделав пару вдохов нюхательным аппаратом прямо напротив горлышка, он с неким отвращением поворачивает голову в сторону со сморщенным лицом, задавая Ивану вопрос: “Да как это вообще можно пить?”

Легко улыбнувшись, опустив голову и поворачивая её то вправо то в лево, он рассказывает ему способ, как правильно выпивать свою первую бутылку: “Ты не обращай внимания на запах. При первой пробе он всегда будет отталкивать. Нужно, всем залпом, взять и просто выпить свою первую бутылку исключительно единственным заходом. Тогда принятие и вовлечение во вкус будет не таким горьким”

“Ну, ладно” – скромно произнёс Евгений.

Оба взяв свои бутылки, Иван поднёс её к середине стола, немного держа её на весу. Женя же, из чувства вежливости и нежеланием быть смущенным и ещё хоть как-то расстраивать своего родственника, сделал тоже самое. И в тот момент, когда две бутылки соприкоснулись друг с другом, дядя произноси следующий небольшой тост: “За твой приезд и великие успехи в будущем”

Улыбнувшийся с неким волнением Женя, в тот момент видел, как Иван подбирает к себе бутылку со словами: “Давай, на счёт три. Я буду пить вместе с тобой”

Сделав глубокий выдох, вглядевшись в бутылочку в руках, вместе с тем бросив уверенный взгляд в сторону Ивана, он, навострив уши, начинает внимательно слушать обратный отчёт, до принятия внутрь столь злосчастной бутылки.

“Всё, готов? Давай, я начинаю…. РАЗ”

Вновь опустив взгляд на бутылку, чувствуя протекающий по её стенкам холодные капельки воды, сердце нашего героя начало биться от волнения невыносимо быстро, словно он готовится принимать не обыкновенное пиво, а ампулу с ядовитым цианистым калием.

Два

На второй счёт, Женя представлял себе, как будет её пить. Сделать ли это быстро, или же постараться понять каждый глоток всего содержимого в бутылке. “Сейчас он скажет три, как бы мне поступить? Каков будет вкус? И может мне стоило бы отказаться?” – такие беглые вопросы тогда крутились у него, представляя что будет, как наконец он услышит цифру три.

Три

Сделав резкий вдох, не думая ни одной лишней секунды, он всё же решается просто поднести эту бутылку ко рту, и вместе с дядей, выпить её как можно быстрее.

Невыносимая на первый взгляд горечь и лёгкий привкус спирта, словно кричали ему в тот миг: “Брось меня, я того не стою”. Но деваться было некуда, и закрыв глаза, стараясь вообще не дышать и чувствовать вкус, Женя старался как можно быстрее иссушить это бутылку, чтобы всё это неприятное дело, наконец поскорее завершилось. В то время, пока наше герой старался как можно быстрее со всем этим завязать, его партнёр по столу не спеша пил свой прохладный напиток, одним глазком наблюдая за реакцией человека с его первым знакомством с бутылкой, стараясь параллельно не пролить всё содержимое от негромкого смеха.

Продолжалось для Жени всё это мероприятие примерно секунд 8, а для его как ему казалось в тот момент соперника, все 15, по окончанию которых, Иван спросил его: “Ну, как тебе твой первый раз?”

На этот поставленный вопрос ответа он тка и не дождался. Ведь после столь резкого попадания в первый раз, на первый взгляд столь незначительного количество алкоголя в организм, Евгений ещё никогда не испытывал такого отвращения по употреблению чего-либо. Уткнувшись головой прямо в стол, параллельно издавая звуки, слабо похожие на сожаление и отвращение, Женя старался в тот момент задать всего один вопрос: “Зачем я это сделал?”. Но пролежав так секунд 15, ему в голову приходит неплохая на его взгляд идея, по продолжению употребления содержимого в тарелке, что бы хоть как-то перебить тот неприятный вкус, который словно огонь выжигал ему всю глотку.

После поедания небольшого количества пасты с креветками, этот отвратительный вкус богомерзкого пойла вроде как перестал угнетать его рот. И бросив свой взор на Ивана, тот снова задаёт интересующий его вопрос: “ Ну, как тебе твой первый раз?”

Прожував и проглотив всё содержимое во рту, он решается высказать своё авторитетное и неподкупное мнение, касательно сея продукта: “Ужас, просто отвратительное пойло, совершенно горькое и невкусное. Как вы вообще можете пить это так спокойно?”

Легко просмеявшись, Иван проговаривает в ответ: “Ничего, все так по началу говорят, а потом, привыкают”

“Ну нет, не нужна мне такая привычка” – рассерженным голосом отвечает Евгений.

“А может, ты ощущаешь какое-то новое чувство?” – с интригой спросил его Иван.

“А…, ну…, наверное, да. Я словно ощущаю ранее непонятную мне лёгкость и внезапный подъём…, хорошего настроения?” – с тянувшейся улыбкой на лице спросил он.

“Понятно, при таком случае, нужно выпить воды, что бы такое чувство прошло. Посиди здесь, и поешь ещё, так будет лучше” – сказал дядя, после чего пошёл к кассиру за водой.

По возвращению, он наблюдал довольно интересную картину. Подойдя к столу, он увидел как его племянник весь изгорбившись, чуть ли уже не лежа головой в пасте, стараясь кое-как заглатывать макароны, беспричинно и непонятно по какому поводу беспорядочно хихикает. Сев на диван, Иван, протягивая бутылку воды и спрашивает его: “Неужели ты так поплыл всего-то из-за одной бутылки?”

А Евгений, запинаясь, оговариваясь, и продолжая нелепо хихикать старается что-то говорить: “Эээм…, нет. Просто мне сейчас так хорошо и легко, будто я готов, готов покорить сейчас все горы”

“Нет, никаких гор нам не надо. На вот, попей воды и станет легче”

“С-спасибо, вам, за то, что вы меня приняли к себе. Я, этому, очень, благодарен, вам”

“Да не стоит, на вот, попей, легче станет”

“А я, а я ведь у себя дома даже и представить не мог то, что, что я смогу легально, на глазах у взрослого выпить, ха-ха-ха, выпить целую бутылку пива. С-спасибо вам, большое”

“Да, хорошо, выпей пожалуйста во…”

“За эти два дня, вы мне подарили столько новых ощущений и эмоций, наверно больше, чем за все восемнадцать лет жизни с родителями. А-а-а-а будто, я просил их об этом? К чему они так со мной поступали? Нет, я к-к-конечно понимаю причину, иначе они без меня пропадут. Но, я ведь тоже хотел иметь друзей ( с этого момента, Евгений начинает говорить всё со слезами на глазах), поиграть во дворе с детьми, которых я практически каждый день видел лишь с окон собственного дома, не смотреть лишь то, что мне разрешалось смотреть и любые потуги к творчеству, обрубались на корню. Почему? Я ведь старался писать книжки, людям они нравились, мне самому это тоже нравилось, и я даже получал с них деньги за продажу. Но папа, папа при виде них, угрожая коту, удалил их у меня на глазах, а все мои накопленные деньги, просто взял и разорван на кусочки ( после чего он просто продолжал плакать, не произнося не слова )”

Уже не навязывая свою воду, Иван, наблюдая за нетрезвым, заплаканным лицом племянника задумался: “Виктор мне рассказывал о том, что он собирается позаботится о будущем своего сына, и он действительно он нём позаботился. Он меня лишь просил о том, что бы я говорил Жене, как здесь всё замечательно и ему нужно не сдаваться, чтоб сюда приехать. Но он мне не поведал обо всём плане по его воспитательной методике в полной мере. И вот стоило ли оно того, чтоб лишать мальчика столько необходимого детства?”

Продумав, Иван думает рассказать историю о том, почему Виктор так с ним поступил. Но увидев заплаканное лицо Жени в явно неготовом выслушивать состоянии, он всё-таки решает, что момент наверняка неудачный, и он сейчас вообще ничего не поймёт. Потому, приберёг этот разговор до недолгого случая.

“Ну всё, ладно тебе” – говорил успокаивающим голосом дядя.

“На вот, возьми салфетку и вытри слёзы, а то ка-то неловко”

“Я просто…, я просто хотел занимать тем чем любил, и жить в своё удовольствие, абсолютно понимая, через что мне в будущем пришлось бы пройти.” “РАЗВЕ Я МНОГОГО ПРОШУ?” – уже крича и продолжая плакать кричит Евгений, после чего тянется к салфетке.

Взяв пару салфеток, Женя кое-как старается избавится от крокодильих слёз, после чего, доедает свой вкусный ужин и наконец собираются домой. Оплатив счёт, они оба вышли на улицу, и сев в машину, взяли свой курс к долгожданному дому.

Время уже стояло довольно тёмное. Потихоньку начали распускаться фонари, и город погрузился в невероятную атмосферу ночных огней. Но к сожалению, Женя за этим не уследил, потому как по посадке в автомобиль, он сразу пристегнулся, откинул голову на плечо и попытался заснуть. Иван, прокручивая в голове всё сказанное ранее, начал в голове порицать своего брата: “Виктор, поздравляю, ты достиг своей цели. Но какой ценой и главное зачем? Неужели тебе так нужно было это продолжать?” С такими мыслями, он продолжал вести машину до самого дома.

По приезду, Иван попросил его выйти из машины и зайти в квартиру, но казалось бы, такое простое дельце для Евгения в обычном состоянии, для Евгения под градусом казалось на первый взгляд непосильным испытанием.

Бросив несколько попыток на отсоединение от кресла, со слипшимися глазами, он, шатаясь, кое-как старается выйти из машины и захлопнуть дверь, стараясь идти ровной походкой подбирается к двери своего подъезда.

Чтоб тот не упал, поднимаясь на четвёртый этаж дома, Иван немного придерживал Евгения, придавая ему определённое дополнительно равновесие. С трудом преодолевая каждую ступеньку, постанывая на каждом этаже, они наконец таки добираются до квартиры, и заходят в неё с облегчённой душой.

Только разувшись, Женя сразу же направился в сторону кухни, так-как из-за выпитого алкоголя он чувствовал небольшое иссушение во рту. Пока он напивался водой, Иван поставил кипятится волу в чайнике и спросил Евгения, не желает ли он чайку на ночь. То же отвечает, что не против и просит сделать ему покрепче. Пока вода в чайнике кипятилась, Евгений же в свою очередь, решается ещё немного полежать в своей кровати, исключительно в трусах и майке, даже не надевая специально отведённую для сна одежду. Плюхнувшись на кровать, одеяло от такой встряски улетело прямо на пол, и как бы не хотел Женя до него дотянутся, из-за усталости и головокружения, он этого к сожалению сделать не смог.

По прошествии пяти минут, как только закипела вода, Иван поставил две кружки чая с печньками на стол и стал зазывать Евгения, да вот только отклика он таки и не услышал. Не услышав его по повторному спросу, он решается поискать его по квартире, что бы выяснить: “В порядки ли с ним всё?”. Немного побродив по дому, он замечает его в своей ( в смысле для Жени ) комнате, увидав его лежачим на кровати лишь в одних трусах и майке, вместе с опрокинутым на полу одеяле. Немного усмехнувшись, он вошёл в положение и подобрав одеяло, накрыл его худое, измученное алкоголем тело. Почувствовав тепло, он вспоминает о немаловажной для него вещи – ежедневном звонке для родителей и бабушки с дедушкой. Стараясь с закрытыми глазами, размахивая рукой обыскать телефон в кармане штанов, дядя его спрашивает: “Отдыхай, тебе нужно выспаться”

-“Нет, я…, я должен позвонить родителям”

-“Не переживай, я сам им позвоню”

Выдохнув и улёгся поудобней, он тихим голосом проговаривает: “Спасибо”

Перед тем как выйти, Иван желает ему спокойной ночи, но пред тем как закрыть дверь, он еле слышит от него последнюю за сегодня фразу: “Вы…, вы мой самый лучший друг”

И улыбнувшись, он негромко отвечает: “И ты мой тоже”, после чего дверь закрывается, а Евгений благополучно засыпает.

За чашкой вечернего чая он звонит родителям Жени, говоря о том, что он сегодня очень сильно устал, много гуляли и в целом ощутил много новых впечатлений, потому устав, решил он сегодня лечь пораньше.

-“Надеюсь, только положительных и совершенно безвредных?” – спросил с неким недовольством Виктор.

-“Конечно нет, он находится у меня под пристальным надзором, ничего без моего ведома не пройдёт мимо”

-“Ну и отлично” – с успокоением Виктор ответил.

-“Слушай, зачем ты так с ним поступаешь? Разве все эти ограничения у упрёки, стоили того что бы лишать мальчика детства?”

-“Это ради его же блага, ты меня не поймёшь” – услышал Иван это на другом конце аппарата раздражённым голосом.

-“Я к тебе всегда нормально относился, но этот поступок переходит всевозможные рамки дозволенного. Ты это понимаешь?”

-“Все эти ограничения, привила и меры предосторожности, сделали именно его тем, кем можно по-настоящему гордиться и брать пример, так что, нет. Да, они жёсткие, но на мой взгляд, были необходимы”

-“Но ведь можно было дать ему хоть каплю столь для него желанной свободы?”

“Ты меня сейчас не поймёшь, а потому этот спор бессмысленный, давай, пока” – сказал Виктор, после чего он бросил трубку

“Мда” – ответил Иван, на впервые увиденное столь дерзкое поведение своего брата. После тяжёлого выдоха, он допил свой чай, вылил второй, всё вымыл, и после часа просмотра телевизора отправился спать.

Наутро, Женя на этот раз проснулся практически к обеду, а дяди Вани предсказуемо не было дома. На сей раз, он не смог так легко и непринуждённо встать с кровати и заняться всеми утренними делами. Уже не успев открыть глаза, он почувствовал во рту сильную жажду, голова словно собиралась расколоться, а тело на его взгляд, вообще отказывалось хоть как-либо слушаться. Сделав попытку протереть глаза, он из всех оставшихся сил старается встать с кровати, с задачей которой он более-менее справляется.

Первым делом, он отправляется на кухню, что бы утолить свою столь огромную жажду, которая превращала его горло в безлюдную пустыню. Покачиваясь из стороны в сторону, он кое-как доходит до кухни, и взяв столь желанный стакан, выпивает несколько полных заходов воды. В тот момент ему становиться куда лучше. Придя в себя, он смотрит на часы, дожидаясь времени, когда же начнётся столь желанный урок. До шести часов вечера ещё полно времени, а сейчас только пол первого. А потому, с горем пополам выполнив все утренние дела, поев, он снова задумался: “А чем мне собственно заняться?”

Мелкие намёки вчерашней буйной ночи ещё давали о себе знать в виде лёгкой головной боли и небольшого головокружения, но по крайне мере он уже мог полноценно двигаться и трезво соображать. Вновь взглянув на часы, он задумывается: “Для завтрака уже поздно, подожду ещё пол часика и пожалуй приступлю сразу к обеду” – уверенно он заявил. А эти тридцать минут, он решает провести за просмотром телевизора.

Так же ка и вчера, он первым делом наткнулся на канал с новостями, которые изобилуют самыми “наилучшими” подробностями в мире, на канал с мультфильмами и музыкой, стараясь, вникнуть во всю суть чего демонстрировал ему чудо-ящик. Но по большей части, он быстро перелистывал каналы, стараясь, как можно быстрее убить эти полчаса времени.

Эти тридцать минут прошли долго и по большей части скучно, но к счастью для Жени, это невыносимое время уже прошло. Пойдя на кухню, он наливает себе тарелку супа из почти пустой кастрюли, и нарезав себе хлеба с сыром, начинает уплетать свой обед на кухне в гордом одиночестве.

Еда в желудке, чистая тарелка с ложкой и ножом лежат на своих местах. И как бы ему не хотелось об этом думать, но тот злополучный вопрос вновь возвышается над его головой: “А чем мне собственно заняться?” – на сей раз даже как то злостно спросил сам себя Женя в слух.

Войдя в свою комнату, он ещё раз проверил весь необходимый реквизит для сегодняшнего урока, подготовил на выход свою проездную карточку, которую дядя Ваня приготовил незадолго до его приезда и посмотрел, что он оденет на урок. Как на его взор падает тот самый шкаф с книжками, в котором он увидал те самые загадочные фотографии с ребёнком. Но на сей раз, он решает не зацикливать на них своё внимание, а лишь только более подробно ознакомиться с трудами стоящих в этой полке авторов.

Первым русским знаменательным автором, который захватил его внимание был Михаил Пришвин, и его произведение “Кладовая солнца”, затем был Константин Паустовский, с его повестью “Золотая роза”, и Тургенев, представленный трудом “Отцы и дети”. Евгений не был лично знаком с этими плодами трудом данных авторов, но и нельзя сказать, что он о них совершенно ничего не слышал, просто, уделял внимание куда более популярным проектам.

Когда он рассматривал работы немецких авторов, то их имена не говорили ему абсолютно ничего, а о названии и содержании книг вообще не могло идти речи.

После ознакомления со всеми представленными книгами из шкафа, он решается познать зарубежную литературу, и её авторов. Взяв побольше книжек немецких авторов, он отправился в зал, где начал просматривать и анализировать биографии данных творцов литературы.

Проведя около двух часов за просмотр биографий имён с обложек, ему стали известны такие имена как: Теодор Бёлль, Эрих Ремарк, Эрнст Юнгер и Герман Гессе. Абсолютно ничего не зная содержания о содержании произведений, он решил выбрать книгу основываясь на самой запоминающейся биографии автора. Больше всего его тронула история жизни Эрнста Юнгера, тот человек, кто застал две мировые войны, а также дожил аж до ста двух лет. Взяв в руки книгу с его именем, на ней было название: “На мраморных утёсах”, которая насчитывала почти 110 страниц.

Поставив все книги обратно на полку, он приступил к чтению сея произведения, но в этот раз не только для того, чтоб снова проверить свой уровень немецкого, но и наконец прочувствовать данный труд и извлечь из него какой-нибудь урок.

За один заход, читал по времени он в общей сложности полтора часа, прямо до приезда Ивана, который возвращается ровно в пять. Может по началу, он и читал исключительно для очередной проверки своего уровня языка, но красота описанных действий, погружала его не только в сам оригинальный язык написания, но ещё и историю всего происходящего.

В пять часов дня, в дом зашёл собственно хозяин квартиры, во всё также в строгом костюме, который словно прилип к Ивану и не отпускал его прямо таки на минуту. Но также это означало, что пора бы начать сборы на его первый урок немецкого языка, и взяв книжку с собой в надежде почитать её в дороге, он переоделся из обыкновенной домашней одежды в более прилежный наряд, закинул сумку с тетрадками и ручками на плечо, и уже самостоятельно отправился в путь. Иван перед уходом спросил его: “Ты сам сможешь доехать, не пропустишь остановку?” – с волнением он спросил.

-“Да, мне рассказывали, как доехать” – с некой радостью ответил Евгений.

-“Ну хорошо. Я буду дома если что”

-“Хорошо. Я, тогда пойду?”

-“Да, можешь ехать”. После слов которых, Женя обулся и уже вышел в коридор.

Перед тем как выйти Иван закрыл дверь, Евгений сказал: “Ладно, пока”

Но Иван на такое изречение, лишь нахмурился и высказал недовольным тоном: “Не говори так от греха подальше, мы ведь ещё с тобой сегодня ещё встретимся”

-“А, ну, ладно” – с недоумением ответил Женя.

-“И не забудь позвонить мне как приедешь” – попросил его перед уходом дядя.

-“Хорошо, позвоню” – спокойным голосом ответил Евгений. После чего, дверь закрывается, а Евгений с мыслями о грядущем уроке выходит на улицу.

Снова выйдя во двор, он наблюдает приятную картину, как мама со своими детьми гуляет тихо и мирно во дворе. Но у него не было времени на рассмотрение этой приятной картины. А потому, надев рюкзак поудобней, он отправился к ближайшей автобусной остановке, до которой было метров триста пешим ходом.

Путь его лежал по правой стороне дороги, где он с Иваном гулял в первый вечер своего приезда. Тогда, в темноте, он её вообще не заметил, но в свете дневного солнца, он смог разглядеть её, аж почти от ста метров от неё. Придя на место, он взглянул на часы, которые показывали 17:15 часов дня. И увидев это число, он взволнованно про себя возразил: “Пора бы ему уже появиться”. Да вот только по расписанию, нужное ему средство передвижения обязан приехать только ещё по прошествии десяти минут. Всё это время, Евгений ждал и надеялся: “Может он всё таки придёт пораньше?”, но чуда не случилось и он приехал в назначенное на табло время. По входу в автобус, он первым делом приложил карточку к валидатору, тем самым перво-наперво оплатив свои проезд. А после, он нашёл тихое и укромное месточко возле окошка, и любуясь местными красотами надеялся, как бы поскорее добраться до места его назначения. По прошествии тридцати минут езды, он сходит на нужной ему остановке, и глядя на время понимает, что ему всё также нужно спешить. Ему рассказывали про улицу, на которой находилось его языковые курсы, но в тот момент, название самой улицы ему не говорило ему абсолютно ничего. Тогда, он начал вспоминать, как родители ему объясняли указатели и здания, по которым можно сориентироваться.

“Как только выйдешь с остановки, иди налево до тех пор, пока не увидишь ларёк с белой вывеской в названии. Затем, перейди дорогу, подойти к магазину и идя прямо проходя вдоль него. Пройдёшь ещё два дома, и там будут твои курсы, где чёрно жёлто красной вывеской будет написано: “Haus der deutschen Sprache (Дом немецкого языка)””.

Вспомнив всё это, Женя тут же ринулся за реализацию всего плана указанными родителями. Он бежал со всех ног, что бы не в коем случае не опоздать к уроку. И честно говоря, реализация всего плана заняла у него ровно десять минут. А потому, он всё же капельку опоздал на урок, за что ему было крайне стыдно. Запыхаясь, перед тем как войти в здание он для начала позвонил Ивану, сказав, что успешно добрался. После чего, тихонько зайдя внутрь, он по началу попадает в коридор, где его уже ждала его учительница.

На вид, это была немецкая интеллигентная дама среднего возраста, примерно где-то лет под пятидесяти, в свободной и лёгкой одежде, собранными в клубок волосами, небольшими квадратными очками на глазах и довольно приветливым лицом. Как только он её увидел, Евгений тут же начал извиняться и просить прощения за опоздание. В ответ же, она сказала, что ничего страшного, но попросила в следующий раз приходить немного пораньше, после чего завела в кабинет, где и будут проходить уроки. Это был частный класс, в котором сидели исключительно он и учитель. Оба, достав все учебные принадлежности, учитель спокойным голосом, сразу же на немецком языке попросила его немного рассказать о себе и о дальнейших планах на будущее, пока сама капалась в своих бумагах. И в дальнейшем, она на удивление говорила исключительно на немецком языке.

Евгений описал себя как спокойного и неглупого человека, который делает всё возможное, для достижения своих поставленных задач. А на счёт будущего, он в свою очередь отвечает, что собирается для начала отполировать свой разговорный уровень немецкого, затем закончить подготовительный колледж, а после уже поступить на врача – произнёс Женя, слегка запинаясь и вспоминая слова.

“Да, твоя мама говорила, что ты вроде бы владеешь языком” – с интересом ответила эта дама. “Ну давай, тогда проверим на что ты годишься”, после чего, кладёт ему тест на стол для начинающих, и даёт ему 15 минут времени, отдавая себе отчёт, что он будет делать куда дольше и с большим количеством ошибок даже в самых элементарных задачах.

Через пять минут, Женя заявляет о готовности к проверке. Учитель же в свою очередь, таким озадаченным голосом отвечает: “Всё, лучше ещё раз окончательно проверь”

“Да нет, я всё” – с интересом он возражает.

“Ну хорошо, давай проверю”– затем встаёт со стола и забирает его работу.

По прошествии минуты, она с заинтригованным выражением лица отвечает: “Всё верно, но этот только самый базовый уровень”, после очередных слов которых, она даёт ему листок с текстом средней сложности, который нужно прочесть и ответить на поставленные ниже вопросы.

“На всё про всё я даю тебе минут двадцать” – уж точно с полным пониманием того, что он не сможет достойно его завершить.

Через минут десять, он вновь просит её проверить свои ответы.

“Точно готов мне его сейчас отдать?” – спросила его преподаватель с явными намёками на то, что бы он лучше проверил ещё.

“Да, можете проверять” – спокойно ответил Женя.

Встав со стола, она вновь забирает его работу на проверку, и по прошествии двух минут, с удивленным лицом ставит наивысшую отметку.

“Ладно, молодец” – довольным и удивлённым голосом ответил учитель. “Но пришло время самой последней и важной проверки” – сказала эта дама таким тоном, словно собирается бросить ему вызов.

В тот момент, пока она доставала толстенную книгу проверочных тестов, увидав её, он почувствовал резкое биение сердца в груди. Но положив его на стол, бегло прочитав его, он всё понял и приступил к работе.

“Даю пол часа на выполнение всего и вся. Скажешь, когда нужно поставить аудирование”, уже точно зная, что с этим он никак не справиться, так как даже сами ученики подготовительных школ сдают его минимум за час. Но Женя ничего не подозревая приступил к работе.

Этого вообще не понимая, он делал задания по языку наивысшей сложности, после сдачи которых, он мог безо всяких проблем учиться в университете. Но он считал его словно обычный проходной тест, хотя и с довольно непростыми заданиями.

Первым делом было задание по грамматике, правильно вставьте слова, логически докончите предложения и.т.д. Затем, наступала пора чтения. В нём был представлен отрывок романа, из которого нужно выявить основную мысль и расписать её на сотню слов( что-то типа одновременно и чтение и письмо ) Третье было аудирование, в котором нужно было понять все новости, которые озвучивал диктор. Как вы могли понять, с данным заданием он справился быстрее всего. Последним и самым трудным для него заданием стал монолог на тему: “Моё будущее”, который должен был длиться минимум минут пять.

Пока он делал все задания, время на подготовку монолога уже никак не оставалось. А потому, бегло озвучив про себя в голове основные компоненты своего текста, он приступил к волнующему выступлению.

“Я знаю своё будущее очень хорошо. Я отучусь в этой школе до конца месяца, затем пройду подготовительный курс, и после этого поступлю в университет на врача, хотя сказать сейчас какого я не знаю. Как только я отучусь и начну работать, я стану получать хорошую зарплату, на которую мы с папой сможем вместе отдыхать в парке и есть мороженное, наслаждаясь приятной атмосферой состоятельной жизни.

Такое решение мне дали родители, которые с самого детства готовили меня к этой поездке, сами много трудясь, работая и откладывая деньги ради этой возможности. Сам я должен сделать все их поручения, ради светлого будущего всей семьи, а иначе они без меня пропадут. Я не в коем случае не должен сбиваться с пути. Не курить, не пить, не с кем не знакомиться, так как все эти факторы потащат меня на самое дно, и за-за которых я буду обязан вернуться домой и работать за гроши каким-нибудь уборщиком. И для достижения данной цели, я с малых лет усердно учился, работал, старался, для достижения самого наивысшего результата. А когда мне исполнилось 13 лет, меня мама стала обучать ещё и немецкому языку, ради более простого и недолгого поступления в университет, будущее которое после поступления, я уже выше описал”

Это не был прям таки текст на пять минуть отчётливого и поставленного монолога. Учитель сразу разглядел в нём как тот иногда заикается, видно было как временами тревожно он бросал взгляд по сторонам, но кое как с запинками и небольшим проглатыванием слов, он всё же рассказал свой монолог, дотянув его до пяти минут.

Поблагодарив его за выступление, учитель попросил его сеть на парту, пока она будет проверять его написания. Иногда ошибки были, местами были явные недочёты. Но в целом, если суммировать все полученные баллы за все отрасли теста, то при сдаче экзамена он получил бы почти что однозначно почти что наивысшую оценку, с его знаниями которыми, он мог бы учиться в любом университете Германии.

-“Невероятно” – сняв очки, потерев салфеткой, лоб произнесла она.

-“Ты вот сказал, что учил с мамой немецкий с 13-ти лет, а сам ходил в какие то языковые школы, может практиковал немецкий с носителями или как-то ещё углубленно изучал язык? Как, как вам это удалось?” – с чувством перманентного изумления спрашивала его учительница, с нетерпением ждав ответа.

-“Да, так, с мамой после школы занимались каждый день по часику, и по прошествии пяти лет, я достиг вот такого уровня”

-“Удивительно. За всю мою почти двадцатилетнюю практику обучению языку, твой случай совершенно для меня редкостный и уникальный. Но раз при твоём-то уровне владения, почему ты решил записаться ко мне на курсы?”

-“Мама мне сказала, что у меня недостаточно хорошо развиты разговорные навыки. А потому, мы нашли вас, что бы вы помогли мне научиться свободней говорить и подготовиться к языковому тесту для поступления в университет”

-“Да, мне это объясняли”. “Ладно, раз тебе вам этот так хочется, то для начала, можем пройтись по твоим ошибкам из последнего теста, где мы вновь проверим и справим твои недочёты”

“Хорошо” – сказал Евгений, после чего они оба приступили к работе.

За проверкой и исправлением ошибок они провели около часа, искореняя те пробелы, которые ещё оставались в его грамматике и иногда написании слов. По прошествии этого часа, на часах уже стояло время в 19:45. И закончив со всей этой грамматической суетой, преподаватель предложил Жене на оставшееся время просто немного поговорить и наработать язык. С запинками, задумками и по началу заранее проговаривая про себя предложения, он в этот промежуток времени говорил о себе, своих увлечениях, семье, любимой еде и других мелких темах, после прошествии которых, учитель делает вывод касательно его устно-языкового уровня: “Грамматику ты знаешь хорошо, касательно этого пункта пререканий нет. Словарный запас тоже на уровне, можешь спокойно изъявлять свои мысли в случае любой ситуации. И понимаешь собеседника на слух ты также прекрасно. Твоя основная проблема заключается в том, что тебе просто не хватает разговорной практики, вот и всё”.

-“Ты когда занимался дома в России, у тебя была разговорная практика с кем либо?”

-“Из разговорной практики у меня были только видео звонки с моим дядей, которой живёт, в этом городе и у которого я сейчас живу”

“Понятно” – с улыбкой на лице ответил учитель. “Ну должна сказать, что твоя работа, тот труд который ты проделал и чему научился, это всё достойно огромной похвалы. Осталось конечно небольшое слабое звено в виде твоих разговорных способностей, но за месяц думаю мы это запросто исправим.” – воодушевляющее высказала учительница.

“Хорошо” – с радостью лице он произнёс.

-“Ладно, уже восемь вечера, ты можешь идти”

Пару раз кивнув головой, он собрал все свои вещи и направился к выходу из кабинета, а перед тем как выйти произнёс: “Auf Wiedersehen ( до свидания )”, в ответ получив такое же прощание, но ровно до того момента как уйти, он услыхал от неё одно важное наставление: “Лучше сразу иди домой, на улице уже темнеет, гулять особо не безопасно”

В ответ он ответил: “Хорошо, ладно” и вышел из кабинета, а после здания.

Выходя на улицу, он чувствовал несомненный подъём хорошего настроения и некую лёгкость на душе, понимая, что за этот месяц, он уже свободно освоит немецкий не хуже коренного жителя Германии. Сама учительница, показалась ему довольно приветливой и приятной на характер женщиной, которая в лёгкой и совершенно, умиротворённой форме проводит свои уроки. А раз родители выбрали именно её, то и учит она отменно – думал так про себя Евгений.

На улице уже было немного темновато, и появилась лёгкое волнение того, как бы к нему никто не подошёл с неудобными вопросами. Повторяя путь по которому он дошёл до курсов, он выходит на автобусный маршрут, где хоть и кое как, но замечает остановку напротив той, на которой он слез. И перейдя дорогу, Женя доходит до той самой остановки, после чего начинается время ожидания.

На остановке, в другом, самом дальнем конце, был довольно подозрительный и неспокойный человек, который сидел себе на лавочке с закрытыми глазами, в любой момент который мог резко дёрнуться и завопить каким-то воплем. Сам по себе был одет в потёртую куртку, местами рваные штаны и чёрной шапкой на голове. Евгений принимает мудрое решение, по которому он решает не беспокоить этого “интеллигентного” господина. Не беспокоить так, что он вообще решает выйти за пределы остановки и подождать за её пределами.

Снова, автобус приехал в назначенное время, после пятнадцати минут, как только он пришёл на остановку. И легко выдохнув, он шустро в него зашёл, оплатил свой проезд, и найдя себе место, стал наслаждаться красотами города, на сей раз в укутанного в объятия ночных фонарей.

Пока он ехал, он видел в окне чуть ли не ту чарующую картинку, которую он ранее наблюдал исключительно на отредактированных фотографиях в отцовском ноутбуке. Казалось бы, совершенно разные заведения с разным предназначением, под влиянием темноты и света ночной чарующей страсти, Евгений, в ту минуту, был готов вечно смотреть за переливающимися светом ярких вывескок, уютными и даже в какой-то степени “домашними фонарями”, и включённым светом ухоженных и современных жилых зданий, в надежде хоть на секунду, стать частью всего этого грандиозного великолепия. Смотрел он на них так вовлечённо, что чуть ли не упустил свою собственную остановку, на которой обязан был выходить, и осознав это чуть ли не в последнюю секунду, вылетает с автобуса прям уже в момент его закрытия. Но расслабляться было ещё рано, так как во дворе всё ещё стояла лёгкая темень, которая потихоньку наступала с приближением Евгения к дому. И от этого понимания, у Евгения вновь обостряется чувство опаски.

Решив побежать лёгким бегом, он для начала на светофоре перебегает на противоположную часть улицы, и уже после держал путь домой. Во время бега, ему вдалеке виднелись подозрительные силуэты, непонятные тени и слыхавшийся вдалеке лай собак, что вызывало нашего героя только ещё большее желание набрать побольше скорости.

Когда он забежал во двор, он в том же самом углу увидал тех двоих “интеллигентов”, которые тогда любезно просили приобрести их “товар”. Не желая вновь с ними сталкиваться, Женя обходит двор по противоположной стороне огибая круг, чтоб тем самым они его не в коем случае не заметили. Сделав это, наконец, зайдя в подъезд с облегчением, и сделав небольшую передышку, начинает подниматься на четвёртый этаж.

По входу в квартиру, его встречает обеспокоенный дядя Ваня, который спрашивает, о том, всё ли с ним в порядке и никто ли к нему не прикопался. На все вопросы ответив “нет”, Иван с облегчением вздыхает и берёт у Жени сумку, после чего весит её на крючок в коридоре и собирается уходить в зал. Но прямо перед дверью, в зал, он останавливается и проговаривает свои следующие мысли:

“Слушай, тогда вчера в кафе, я наверное зря установил тебе такое задание, за один замах по сути заставив тебя выпить целую бутылку алкогольного пива, хотя ты в жизни даже его ранее не пробовал. И что ты вчера вытворял, всё то, что ты тогда сказал, это моя вина. Умеренное распитие алкоголя, это не плохо. За хорошей компанией и в приятной обстановке, что бы не выпить для поднятия настроения. Но в больших количествах, он привод к ужасающим последствиями, в числе которых моральная зависимость и необладание собой во время пьяного состояния.

Ты чувствовал наутро головную боль и иссушение во рту, и стоило ли это состояние ради жалких минут лживого удовольствия? Потому, лучше им никогда не злоупотреблять. Как чувствуешь, что тебя уже начинает заносить, остановись, так будет для тебя только лучше. А по вчерашней ситуации, прости меня. Я не должен был тебя заставлять так делать”

Немного подумав, разувшись и зайдя в коридор, он отвечает: “Мне папа тоже рассказывал про вред алкоголя. Да, он мне также объяснял, что можно редко и по поводу выпить немного когда я стану взрослым, но вчера, можно сказать что я его тоже ослушался, хотя он меня предупреждал. Надо было отказаться и твёрже стоять на своём, но я согласился. А потому, это скорее больше моя вина” – сказал Женя, стараясь снять груз вины с дяди.

“Ладно, тогда давай сделаем так: Мы не забудем эту ситуацию, сделаем из неё правильные выводы и дадим друг-другу обещание, что мы больше никогда не будем доходить до откровенно пьяного состояния, и до конца наших дней, пусть наши головы более не будут одурманены обильным количеством этой злосчастной гадости. Хорошо?”

“Хорошо” – ответил воодушевлённо Женя за себя и Ивана. После чего, они пожали друг другу, чувствуя некую гордость друг за друга.

“Ладно, мне тут ещё нужно в зале поработать над проектом, потому можешь пойти на кухню и поесть, но пожалуйста, мне не мешай”.

“Ладно, я тогда буду на кухне” – сказал Евгений, после слов которых, Иван вновь вернулся ко своим делам.

Помыв руки, переодевшись и убрав сумку на место, Женя подходит к холодильнику, и внутри замечает кастрюльку с макаронами и сосисками, которые Иван специально для него оставил. Поев в одиночной тишине, помыв посуду, он смотрит на часы, которые показывали время 21:30. Тихонька войдя в зал, увидав работающего дядю, он решает ему не мешать и взяв в руки книжку которую он читал днём, Женя сидел себе на кухне и продолжал заниматься столь занимательным чтением. Спокойно он занимался этим делом пол часа, пока в десять вечера Иван не пришёл на кухню и заявляет о том, что он собирается ложиться спать. Женя это услышал и он собирается также пойти спать, только ещё немного почитает. После этого они желают друг другу приятных снов, пока Евгений ещё тридцать минут сидит на кухне в компании интересной книжки.

По прошествии этих тридцати минут, он решает, что пора бы ему тоже пойти спать. Хотя завтра у него никаких дел нет, но нужно привыкать к местным особенностям жизни. Пройдя мимо зала, он решает взглянуть: “А над чем это там Иван трудиться?”

Зайдя в зал, кинув свой взор на стол, он видит как думает макет нового парка, которой по описанию, будет прекрасным местом для уединения человека и “доработанной” природы. В данной миниатюрной модели, он различает различные приятные для детей лёгкие аттракционы, тропинки, вокруг которыми возвышаются густые ветви деревьев, небольшой ботанический сад с уникальными видами растений, небольшое футбольное и баскетбольное поле, сцена с внушительной площадью где по всей видимости будут выступать артисты, а также обширная местность нетронутой природы, где люди смогут отдохнуть, сходить на пикник или позаниматься спором.

После разглядывания этого проекта на протяжении пяти минут, он высказывает своё исключительно важное мнение: “Супер”. Сказав это, он идёт в ванну, чистит зубы, переодевается и уже в постели вспоминает о том, что он должен сделать звонок родителям и рассказать о том, как прошёл первый урок.

Сделав по интернету звонок, первой трубку взяла мама, и первый вопрос, который она задала: “Неужели ты уже забыл о нас и почему так поздно звонишь?”. В ответ на это, Женя признаётся в том, что действительно забыл позвонить раньше и вспомнил о звонке когда уже собирался спать.

“Ну молодец” – саркастично ответила мать. “Теперь, мы будем ждать твоего звонка, когда у нас будет ровно десять часов вечера. А это получается, что по твоему времени, звонок должен к нам доходить к девяти часам вечера. Ты меня понял?”

“Да” – спокойно и понимая ответил Женя.

И после этого небольшого диалога, разговор сменяется на тему первого урока, и как вообще у него происходят дела.

“Дела хорошо, учитель был крайне удивлён моими познаниям в немецком языке, видать не зря мы столько вместе учили” – гордо заявляет Евгений.

“Ну хорошо, рада а тебя” – с радостью ответила мама. “Ну ладно там, давай, продолжай учиться, и веди себя культурно”

“Хорошо” – отвечает Женя.

“Давай там”

“Давай”

И уже собираясь сбросить звонок, как к телефону подходит отец и спрашивает его довольно хмурым голосом: “У тебя всё нормально?”

“Да, всё хорошо” – ответил Евгений.

“Хорошо. Ты давай, учись там, веди себя хорошо, дяде Ване помогай где нужно. И не забывай, как мы на тебя надеемся”

“Я помню” – на сей раз, с неким огорчением ответил он

“Хорошо, давай”

“Давайте”. После чего, звонок наконец завершается.

С гнетущими мыслями и немного ухудшимся настроением, он делает звонок дедушке с бабушкой, на котором проговаривалось всё тоже самое, и в конце была вновь услышана от бабушки та самая фраза о надежде, после которой ему уже хочется разбить телефон об стенку, но на самом деле лишь спокойно прощается, завершает звонок и кладёт его на место.

Ложился спать он с той самой фразой о надежде, которая ещё минут двадцать не отпускала его в мир снов, которая всё доходчивее говорила ему о важности его дела, как нельзя не на что отвлекаться, придерживаться всем правилам отца. Но по прошествии этих двадцати минут, ему всё же удаётся заснуть, а последней мыслью перед засыпанием была: “Что же меня завтра будет ожидать?”.

Проснувшись со спокойной и трезвой головой, без волнений от дурацкого сна, он на сей раз с лёгким удивлением не замечает дядю Ваню у себя дома. “Значит у него шестидневный рабочий день. Понятно” – спокойно сказал сам для себя Женя. Сделав все утренние дела, поев, он вновь берётся за только вчера взявшуюся книжку, в надежде расслабиться и в выходной день с утра немного почитать. Да вот только, по прошествии десяти минут сидения с занимательным чтивом, на душе его стало терзать какое-то странное чувство недовольства, словно он должен был сделать важное дело, но по неизвестной ему причине, он этого ещё не сделал.

Пытаясь отстранится от этого гнетущего ощущения, Евгений начинает читать как можно быстрее, в надежде на то, что это неприятное чувство уйдёт само собой. Но нет. Как только он набирал скорость чтения, это на первых порах просто неприятное ощущение, превратилось в самое настоящее внутреннее волнение и истинную душевную неприязнь. Положив в сторону книгу, закрыв глаза и поудобней раскинувшись на диване, он решает собраться с мыслями и подумать о том: “Что же меня так беспокоит?”.

Просидев так минут пятнадцать, ему так в голову ни одного толкового ответа и не пришло. “Я учусь, учусь. Я веду себя хорошо, хорошо. Я стараюсь помогать, помогаю. Тогда в чём же проблема?”

На часах уже часы показывали 12 часов полудня, до часа оставалось ещё 60 минут, до прихода Ивана ещё 300. “Наверное прогуляюсь по окрестностям до обеда пока ещё время есть” – произнёс это для себя Женя и набрал номер Ивана для высказывания своих планов. Когда он дозвонился и рассказал о своих намереньях, Женя услышал одобрение со стороны дяди, только наказал его прийти домой к обеду и поесть. Женя с пониманием согласился, всё в доме проверив, чтоб ничего не было включено, он закрыл двери и вышел на улицу, уж на сей раз отвлечься от этого неприятного ощущения или возможно даже найти источник его причины.

Выйдя со двора, он вновь увидал спокойно гулящих во дворе мать со своим ребёнком. Но на этот раз ему спешить никуда не надо было, а потому, присев недалеко от них, он старается расслабится и насладиться эстетикой благополучного немецкого дворика. Сидя на лавочке, и наблюдая за тем, как ребёнок спокойно веселиться, качаясь себе на небольших аттракционах, ему в голову невольно приходили воспоминания о том самом дне в парке, когда он увидал тех двоих мальчиков играющих на площадке, и игра именно которых послужила основой сюжета для его первого произведения.

“И куда я только полез?” – с само порицанием риторически спросил себя Женя, испытывая некую неприязнь к тому, что он делал.

Просидел он так со своими мыслями минут 10, но догадаться о том, что же его так мучало он не мог, а потому вновь решил немного пройтись, по уже более знакомым ему местам. Он вновь прошёлся по левой стороне дороги, где Женя снова стал наслаждаться эстетикой ухоженного города, с его уютной малоэтажной застройкой, целостной брущаткой и приятной погодой на улице. Да вот только вновь раздражали граффитисты, которые оставляют свои теги на стенах портили всю картину прекрасных зданий. “Как можно на такую красоту вообще поднять руку?” – недоумевающе спрашивал себя Евгений, который продолжал свою дорогу. Пешая прогулка по Гамбургу продолжалась около часа, во время которого, он продолжал заходить во дворики жилых домов и рассматривать витрины местных магазинчиков, проглядывая весь ассортимент лежащего товара.

Пока он гулял, ему удалось отстраниться от этого неприятного внутреннего ощущения неизвестной гнетущности. Но в тоже время, он не нашел на него ответа. И поэтому, когда он вернулся домой в пол второго дня на обед, уже по входу в подъезд его вновь начали мучить неприятные внутренние ощущения, которые терзали его всё это время.

Оповестив дядю о возвращении домой, он спросил его, не нужно ли чем-нибудь заниматься по дому. Иван же в свою очередь отвечает, что он мы протереть полы и вытереть с полок пыль, если у него конечно будет желание. Евгений сказал, что он всё понял, после чего приступил к дневной трапезе за просмотром в зале телевизора. Пока он ел, неприятное чувство его всё не собиралось покидать.

По заключению обеда, Женя взглянув на часы увядал время в три часа дня, до прихода Ивана оставалось часа два, а потому, можно было в доме немного убраться и навести порядок. Минут десять он протирал полы мокрой тряпкой, а позже ещё минут пятнадцать протирал полки влажной тряпкой. И когда вновь дело дошло до книжного шкафа в его комнате, он в который раз увидал те две книжки, которые хранили в себе те злосчастные фотографии.

Вновь подумав о них, тех людях которые на них изображены, в его голову вновь полезли вопросы о неизвестном ему случившемся, о том, какие вопросы так занимали его голову. Даже не открывая эти изображения вновь, он закрывает шкаф с книжками, стараясь не думать о всём содержимом в них, после чего без особых усилий завершает уборку.

На часах стояло время практически в пол четвёртого дня, все дела сделаны, только заняться теперь вновь особо нечем, за исключением ещё не до-прочитанной книги, к чему он и приступил. Читал он ровно до того момента, пока в пять часов не вернулся Иван, на вид довольно уставший, но не лишённый улыбки на лице. Также, в руках у него был пакет, в которой вроде бы проглядывались две пачки гречки, килограмм сосисок и две баночки пива.

Первым делом при встрече с Иваном, Евгений спросил: “Как дела на работе?”

-“Хорошо, прекрасно. Мой проект одобрили, а потому скоро в нашем городе появиться новый замечательный парк”

-“Это хорошо” – ответил Женя, после чего вновь отправился в зал за книжку. Но как только он перешагнул порог главной комнаты, в его голове неожиданно начинает крутиться следующий поток мыслей: “ Как дела на работе? Как дела на работе? Работе, РАБОТЕ”