Перейти к содержанию

Творожная кнопка или зовите Ханну

Автор:

4,9 80+ оценок читателей Рунета
Категория
Любовное фэнтези
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Моя мечта - уехать из столицы в небольшой городок, где никто не знает, что я метаморф. Эту особенность считают уродством почти все, кроме детей. Поэтому их родители зовут меня для выступлений на праздниках, где я превращаюсь в разных животных на радость их чадам. Еще одно мероприятие с хорошей оплатой, и смогу купить небольшой домик и переехать. Но все идет не по плану, и мной начинает интересоваться полиция. Детектив зовет меня помочь в расследовании запутанного дела. Разве я могу отказать? Тем более за один золотой в день и два за ночь...

Читать «Творожная кнопка или зовите Ханну» — Анка Гринёва онлайн

Страница 2 из 4

– Но вы ведь догадались, кем были преступники?

– А договор будет?

– Госпожа Лорин, будет вам договор. Рассказывайте, вы знаете кто воры?

– Я вам больше скажу, – я с широкой улыбкой наблюдала за следователем, который терпеливо ждал моего откровения. – Я знаю, как они пахнут.

– Госпожа Лорин, не тяните кота за хвост, – не выдержал он.

– Ладно… это были собака и обезьяна, а точнее лилипутская макака, – я подошла к месту, где разглядела скудный волосок шерсти, и с улыбкой победителя добавила, – точно такая же есть в нашем зоопарке.

– Была, – сказал следователь. – Месяц назад ее выкрали из зоопарка. Как считаете, это могла быть та самая?

– Не думаю. Её возможно обучить, но на это уйдет больше месяца. Здесь была более чёткая работа, так скажем. Как будто она знала, зачем пришла и что делать…

– Это могли быть вы? – спокойно спросил Макгрегор, наблюдая за моей реакцией.

– Да вы с ума сошли?!

– Я просто предположил, – поспешил с ответом он, – что с сумкой?

– Ее поставили сюда. На этом участке такой же запах, как и от преступников, но более плотный, и если присмотреться, то на это место прилипли пылинки, как будто дно сумки было грязным и липким.

– Что вы говорили про запахи?

– От них пахнет нечистотами, подвалом… и еще чем-то, не понимаю, – погрузилась я в свои ощущения и воспоминания.

– Вы можете проследить за этим запахом? – наседал следователь.

– Я попробую, но не обещаю. Слишком много времени прошло. Где я могу оставить свои вещи? Мне нужно раздеться.

– Пройдемте, я покажу. Могу я взять вашу одежду с собой, чтобы не возвращаться?

– Можете, – ответила ему. А пока я думала, как это неудобно и в большой степени неприлично, меня проводили в кабинет. Я быстро разделась, сложила вещи и завязала узлом, чтобы не выпали чулки и женские штучки. Превратилась в собаку. Надеюсь, мне не повстречается кошка, а то позору не оберешься… Поцарапав дверь лапой, дала знать, что готова. Господин следователь открыл и с интересом осмотрел меня всю с лап до головы. Я покрутилась вокруг него, села, рявкнула и склонила голову вправо. На что он широко улыбнулся и было потянулся рукой к моему уху, но, спасибо Создательнице, опомнился. Не хочу знать, как было бы приятно и очень неловко, почеши он меня за ухом.

Я ждала на выходе, пока следователь положит мои вещи в экипаж. Переминалась с лапы на лапу, то садилась, то снова вставала и очень сильно виляла хвостом. Я уже давно взяла след, и мне не терпелось узнать, куда он приведет.

Как только Макгрегор обозначил свою готовность, я побежала, петляя по городским улочкам. Он не отставал, бежал за мной. Наконец, след привел нас на территорию складских помещений на окраине города. Запах манил вглубь строений, и дальнейший путь лежал через дыру в разбитом окне. Но только я хотела залезть в заброшенное здание, как меня остановили.

– Госпожа Лорин, дальше мы сами. Это может быть опасно, – Макгрегор коснулся серьги на ухе, – к переулку Восточному, на угол улицы Дилливейс. Пойдемте, госпожа, нас не должны тут видеть.

Мы вышли с промышленной зоны никем не замеченные. Вернулись к оживленным улицам, а пройдя еще немного, увидели экипаж, припрятанный за углом дома. Следователь тактично подождал снаружи, пока я приведу себя в порядок в карете.

– Господин следователь, я все, – сказала, приоткрыв шторку.

Как только Макгрегор уселся, экипаж тронулся, и мы поехали в сторону моего дома. Мысли все время возвращались к запаху. Он показался мне знакомым и достаточно стойким, чтобы выбиваться из ужасного амбре канализационных нечистот. Но мои размышления прервали.

– Спасибо за помощь, благодарен вам, – сказал Макгрегор.

– Господин следователь, я поняла, что это был за запах, кроме нечистот…

– Любопытно, и что же? – подался он вперед.

– Так пахнут дети, их пот. Не знаю, как это объяснить, но уверена в этом. Мне кажется, что животные содержатся там же, где и дети. Но если это так, то я даже боюсь представить в каких условиях… Господин главный следователь, вы ведь поможете им?

– Если то, что вы говорите, правда, то постараюсь в этом разобраться. Сейчас сложно дать какие-либо обещания.

Пришлось согласиться. Мы ведь действительно мало что знали, и я не могла требовать больше.

Перед тем, как высадить меня у дома, Макгрегор попросил никому не говорить о помощи в расследовании. Родители мне устроили настоящий допрос, не то, что в кабинете следователя. Мама требовала выложить все подробности встречи и вернуть судочек, в котором хранились сырники. Я же могла удовлетворить только первую часть ее запросов, скрыв свое участие в расследовании.

Глава 3.

Ханна

Когда в дверь постучали, мы ужинали. Мама встала из-за стола, заранее злясь на любого, кто бы ни оказался на пороге.

Спустя некоторое время раздался звук открывающейся двери и голос мамы, так чтобы нам с отцом непременно было слышно:

– Вы пришли вернуть судочек? Или она еще что-то натворила? – спросила мама и добавила еще громче, – я запру тебя в комнате и не выпущу до конца твоей безмужней жизни!

– Госпожа Розалин Лорин? Здравствуйте, меня зовут Дориан Макгрегор. Я могу войти?

– А то я не знаю, кто вы?! Каждый раз, когда в этом доме появляется аристократ, быть беде! – выговаривала мама.

Услышав голос следователя, я поспешила ему на выручку.

– Мама, скорее всего, господин следователь пришел по моему делу, нехорошо держать его на пороге. Проходите скорей, – я отодвинула маму и шире открыла двери, приглашая гостя войти.

– Спасибо. Где мы можем поговорить наедине? – немного оглядевшись, спросил он меня.

– Нигде! – выпалила мама.

– Все разговоры будут вестись только в нашем присутствии, – поддержал ее отец.

– Добрый вечер, господин Лорин. Если без этого не обойтись, то пройдемте в более удобное место для разговора, – предложил Макгрегор, все также стоявший у входа.

– Пойдемте, – мама недовольно проводила в зал господина следователя.

Папа усадил меня в кресло, а сам сел на диван с гостем, сильно потеснив его, и обратился без церемоний:

– Выкладывайте, с чем пришли!

– Ваша дочь оказывает помощь полиции. Ее дар позволил нам выйти на след преступников, и я хотел бы привлечь ее снова. Все прописано в договоре, – он выложил на стол бумагу, которую тут же выхватил отец. – Я бы не пришел так поздно, но дело срочное.

Отец бегло пробежался глазами по строчкам и передал мне, но бумагу выхватила мама. Я только успела вздохнуть с сожалением и опустить руку, зависшую в воздухе. Видимо, договор мне не прочитать.

– Вы гарантируете ее безопасность? – спросил отец.

– Конечно, ручаюсь своей головой.

– Где пункт об оплате? – тут же подключилась маман.

– Мама! Какая оплата? Следователь поможет снять обвинения Зельцев!

– С этим мы сами как-нибудь бы разобрались, – пробурчала она.

– Это очень правильный вопрос. Один золотой за день работы, вас устроит? – Макгрегор почему-то обратился к моей матери.

– И два золотых в ночь! – не стала она мелочиться.

– Мама! – я покраснела до корней волос. Меня продавали как девицу в доме мадам Безе, который славился… не очень хорошим славился, короче.

– Что мама? Нужно ценить себя и правильно оценивать свое время!

– Согласен, – следователь вынул из кармана кожаный мешочек и выудил оттуда три золотых, положив сразу на стол. Наконец, он посмотрел на меня, – госпожа Лорин, возьмите все, что может понадобиться, и проедем со мной.

– Хорошо, господин следователь. Две минуты, – ответила я и помчалась в свою комнату.

– Прошу никому не сообщать о содействии вашей дочери полиции. Это может быть опасно для нее, – услышала я его наставления родителям.

Собралась я быстро, кинув в сумку для выступлений запасные вещи, аптечку, расческу. Я волновалась и ликовала: сам господин следователь приехал за мной и просил помощи в деле. Конечно, мне очень льстило такое внимание, и я снова готова была работать за «спасибо», потому как об обещанном договоре с утра даже и не вспомнила.

В экипаже господин Макгрегор начал вводить меня в курс дела.

– Мы обследовали место, в которое вы привели сегодня по запаху. Вы оказались правы, там содержали животных. Но следов детей и других людей мы не обнаружили. Благодаря свидетельским показаниям, мы узнали предполагаемое местонахождение злоумышленников. Однако для штурма необходимо определить, где именно находятся преступники, сколько их, есть ли еще животные, а главное, есть ли там дети. Нужно действовать осторожно и незаметно…

– Для этого вам нужна я? В какой роли?

– На окраине столицы есть заброшенный коллектор. Его закрыли около 10 лет назад до глобальной замены канализационных труб города. На аукционе он был продан одной из фирм. При этом, спустя несколько лет, она обанкротилась, а старый коллектор так и остался в подвешенном состоянии, не принадлежа ни городу, ни, собственно, этой фирме. Мои специалисты заметили вокруг объекта охранный контур, реагирующий на людей. По старым чертежам нам удалось обнаружить трубу, которая ведет в подземный тоннель, недалеко от этого места…

– В какой роли, господин наискучнейший следователь?

– Вы не дослушали, госпожа Лорин. Еще немного и получите всю информацию.

– Хорошо, господин «Ближе-к-делу-следователь». Я вся внимание! – старалась я сдержать свое нетерпение.

– Диаметр прохода около 30 сантиметров. Я продумал различные варианты маскировки и выявил, что наиболее безопасным обличьем для вас станет… – он сделал паузу, которую я с достоинством выдержала, – крыса.

– Фу! Не хочу крысой! Кошка тоже пролезет!

– Госпожа Лорин, мы не знаем, сколько крыс внутри коллектора. Не мне вам рассказывать, на что они способны в большом количестве. Также крыса не привлечет внимания людей.

– Ладно, ваша взяла… и прошу, просто умоляю, зовите меня Ханна. С каждым вашим «госпожа Лорин» я старею минут на десять.

Мы добрались до места, когда полностью стемнело. Макгрегор оставил меня в экипаже «приводить себя в порядок». А всего-то нужно было успокоиться и раздеться. Дело в том, что у меня в списке немного животных, в которых я не люблю превращаться. Из-за эстетических соображений. Крыса в нем на третьем месте. На втором месте – гусеница, а на первом – слизняк. Может, потому что в других ползущих и неприятных я больше не превращаюсь? Так список стал бы гораздо длиннее. Я и в слизняка-то перевоплотилась, поспорив в школе с рыжим Питером. Он сказал, что я лгунья и не смогу превратиться в слизня. Что же, я победила в этом споре и впервые заработала на своем даре метаморфа.

Обратившись в крысу, я пригладила жёсткую рыже-коричневую шерстку, собралась с духом и, усевшись на окно, поскрежетала когтями, привлекая внимание следователя. Тот открыл дверцу вместе со мной, висящей на небольшом выступе.

– Забирайтесь, я вас подброшу, – предложил он руку. Я, как хорошо воспитанная девушка, приняла помощь галантного мужчины. Высадив меня у небольшого отверстия, уходящего вглубь земли, Макгрегор добавил, – помните, это все на благо детей, которые могут удерживаться преступниками.

Вот гад! Знает, на что надавить!

– Ваша задача – найти людей, запомнить их количество и местоположение. Оценить обстановку, найти детей, животных и, по возможности, украденный шедевр.

В ответ я только зашипела: не хотела с ним говорить в таком обличье. Пусть думает, что так и должно быть. Набрав побольше воздуха в грудь, я зачем-то задержала дыхание и нырнула в трубу.

Ну что могу сказать, было весело. После нескольких секунд полета, мне удалось затормозить расставленными лапками, почти не напрасно: получилось не сразу упасть в жижу, а аккуратненько в нее сесть. Теперь я местная. Вонючая, грязная и злая. Сосредоточилась на запахе. Ничего! Ничего, что могло бы пересилить окружившую меня вонь. Она была повсюду. Это настоящее дерьмо! Ладно, может, не все из этого фекалии, но большая часть… Тут же заброшенная канализация! Откуда это все?

Наверное, я бы еще долго злилась на несправедливость мира, если бы не заметила блики света впереди. Пропетляв по коридорам заброшенной канализации, я увидела тусклый свет и услышала голоса. Уже что-то. Поднявшись по выступающей к потолку трубе, я просунула мордочку в дыру от отколовшейся стены и смогла рассмотреть что-то похожее на обжитую комнату. Пол, застеленный сеном, несколько матрасов, отхожее место. Вонь канализации не смогла полностью замаскировать запах детей. Они точно здесь! Кое-как просунув свой крысиный зад в дырку, я свалилась в комнату, пробежала по ней и определила три запаха. Бедные дети, жить в таких условиях…

Частично трансформировавшись, я потянула дверь, а когда та открылась, вернулась в обличье крысы. В коридоре царил полумрак. Я продолжила путь, заглядывая в открытые комнаты. Одни пустовали, другие были заполнены клетками с животными: собаки бойцовских пород, макака, голуби, аквариумы с пауками и тараканами. Несколько дверей были закрыты, приложив носик к щелям, я уловила запах лекарственных препаратов. В одном из пустых помещений мне удалось залезть в вентиляционную шахту. Я побежала по достаточно широкому проходу, пытаясь запомнить маршрут. Сквозь решетку удалось рассмотреть, что закрытые комнаты полностью отличались от тех, что я видела до этого. Оборудованная лаборатория, чистенькая, новенькая, блестящая и дорого обставленный кабинет. За столом сидел мужчина. Я не могла разглядеть его лицо, потому что смотрела с высоты из-за спины. Зато мне хорошо были видны дети, стоящие перед ним. Мальчикам на вид около восьми и десяти лет, а девочке нет и пяти, она жалась к пареньку постарше.

– Вы отлично справились, поэтому сегодня отдыхайте. Проводите их в комнату.

Бугаи, незамеченные до этого, отделились от стены и прошли к детям, толкая их, вывели из кабинета. Мое сердце заплакало.

– Генри, остаешься за главного. Обнови охранный контур и выставь дозор, чтобы муха не пролетела.

С этими словами он встал из-за стола и пошел на выход. Я же побежала к заветной трубе, рассказать, что узнала. Нужно быстрее вызволить детей!

Обратно я неслась как полоумная. На пути встречались другие крысы, но мой вид пугал их больше, чем они меня. Поэтому я просто пробегала мимо. Отталкиваясь всеми лапками, я забралась наверх по трубе. Через несколько минут я вылезла под открытое небо в чистый воздух.

– Господин Макгрегор! – заорала я не своим голосом. Полицейские вздрогнули и заозирались в поисках невидимой угрозы.

– Госпожа Лорин? – следователь безошибочно идентифицировал меня в темноте.

– Там трое детей, полные клетки животных, с макакой в том числе, три огромных охранника, а главный злодей куда-то уходит. Он сказал обновить контур и выставить дозор. Нужно действовать и спасать детей! – вывалила я разом все, что узнала.

– Очень ценная информация, спасибо. Давайте вы расскажете, что увидели, когда приведете себя в порядок? – он присел напротив меня на корточки.

– Вы что, не слышали меня? Там дети! Нельзя терять ни минуты!

– Госпожа Лорин, вам нужно успокоиться, а нам хорошо спланировать спасательную операцию. Мы можем навредить сейчас, ворвавшись в здание.

Да что б его Тель развеял… Макгрегор прав. Очнувшись, я поняла, что вцепилась в его большую руку своими лапками. Отпрянула, стараясь не поцарапать следователя. Еще заразить его чем-нибудь не хватало!

– Мне нужно помыться… домой так нельзя, а то родители с вами меня больше не отпустят.

– Пойдемте, – откуда-то взялась коробка, в которую меня собственно и пригласили войти.

Так, в коробке я и ехала. По дороге следователь по связи раздавал распоряжения, и все они назначались не ранее завтрашнего утра. Я же очень переживала за детей. Так, что меня тошнило. Возможно, все дело в той вони, которая витала в нашем экипаже. Не знаю.

Меня внесли в большой дом господина следователя как царицу Крыс. Макгрегор поднялся вместе со мной на второй этаж, прямиком в ванную комнату гостевой. То, что это не хозяйская спальня, выдавали золотые цветочки на обоях, которые я успела рассмотреть из коробки.

– Погодите, я принесу мыло и шампунь, – сказал хозяин дома, как только помог мне выбраться.

– Спасибо, – шмыгнула я носом. Грязная, вонючая, и все зря. Дети так и остались в неволе.

– Не плачьте. Отмоетесь, будете как новенькая, – следователь решил меня утешить.

– Да я не поэтому, – я снова шмыгнула носом, – мне детей жалко.

– Госпожа Лорин, я сделаю все возможное, чтобы их вызволить.

– Обещаете? – никто за язык его не тянул, между прочим.

– Обещаю, – немного замешкавшись, выдал он.

Сначала я купалась крысой, потом отмокала в ванной с пеной и всеми душистыми маслами, которыми меня снабдил хозяин дома, но все равно мне казалось, что запах въелся в кожу, которую я терла до красноты.

Макгрегор караулил за дверью, интересуясь, как у меня дела. Но лишь раз на третий понял, что я закончу только тогда, когда закончу.

По завершению водных процедур, я оделась в огромный и теплый халат. Теперь единственным желанием было поспать. Я решила воспользоваться гостеприимством господина следователя и оплаченной полностью ночью и без задних ног завалилась на огромную кровать.

Привычка вставать рано позволила мне проснуться до Макгрегора. Я по-хозяйски прошла на кухню и нашла продукты на сырники.

– Доброе утро, госпожа Лорин. Как спалось? – спросил следователь, когда кофе уже варился на плите, источая соблазнительнейший аромат.

– И вам доброго утра, – не могла не улыбнуться я в ответ.

Он выглядел гораздо лучше, чем вчера. Да и пах значительно приятнее. Гладко выбрит, глаза немного сонные, но уже при полном параде. Рубашка, пиджак, уложенные волосы или просто мокрые?

– Садитесь, позавтракаем и поедем детей спасать, – сказала я следователю.

Выставила на стол тарелки и кружки с кофе. Следователь обвел взглядом джем и сметану в вазочках, сырники на своей тарелке и, дождавшись, когда я присяду, выдал:

– Госпожа Лорин, я безмерно благодарен вам за помощь, но должен сказать, что дальше мы сами. Понимаете, это дело требует тщательной подготовки.

Откусанный мной сырник встал в горле, а на глазах, против моей воли, выступили слезы.

– Конечно, я все понимаю, – спряталась за кружку, отпивая кофе.

– Не обижайтесь, уверен, что ваша помощь пригодится, еще и не раз. Вы даже не представляете, как помогли нам. Я отплачу вам тем же, – видя мой растерянный взгляд, пояснил, – в деле с Зельцами.

– Ах да, точно. Спасибо, господин наиглавнейший следователь, – за всей этой суетой и приключениями я забыла о Зельцах напрочь.

Завтрак закончился в молчании, также неловко мы ехали в экипаже и, выйдя у кафе, скомкано попрощались.

Весь день я проработала, витая в облаках. Была рассеяна и не раз забывала взять или принести заказ.

– Доча, ты как? Все нормально? – переживая, спросил отец в перерыве.

– Да, пап. Нормально, – подумав немного, я спросила о беспокоящем меня весь день, – па, а вот если б ты знал, что дети в беде… Не твои, чужие, может, вообще никому не нужные. Не важно. Дети в беде, короче. Вот ты бы, что сделал?

– Не важно, чей ребенок, если он в беде, всегда помочь надо. Словом, делом, верой. Порой, чтоб ребятенку из беды выйти, просто слово доброе нужно, – ответил мне отец.

И в моей голове щелкнуло!

– Папа, ты чудо! – сказала я, поцеловав его в щеку. Я скинула фартук и прокричала уже у выхода с кухни, – я на другую работу, меня не ждите!

Глава 4.

Дориан Макгрегор

Разве крысы могут плакать? А у нее слезы градом текли. У меня никак не выходило из головы ее «Вы спасете детей? Обещаете?». Я терпеть не могу давать обещания, когда от меня мало что зависит. Слишком много факторов, влияющих на конечный результат. Нужно просчитать в голове все ходы и сотню или больше возможных вариантов развития событий. Но нет же… я пообещал.

– Макгрегор, ты вообще меня слушаешь? – недовольно поинтересовался начальник.

Капитан полиции Уилл Бродерик вызвал меня еще утром, чтобы расспросить про дело с картиной. И был мягко сказать ошарашен первыми результатами. И вот последние пятнадцать минут распинался про то, как важно раскрыть дело, не допустить утечки информации в массы, а самое главное – взять на себя все коммуникации с Волрейном, Его Величеством Волрейном III, если быть точнее.

Дело в том, что все преступления, связанные с репутационными рисками полиции, а также потребностью общаться с аристократическим кругом, направлялись мне. Поэтому, при должности детектива, я все время был главным следователем по важным и не очень важным делам аристократов. Неофициально капитан выдал звание «мастера урегулирования репутационных рисков» и ласково величал меня «мурр». Из его уст это звучало еще страннее. Собственно, так у меня и оказалось два совершенно разных дела: недовольство Зельцев и кража картины.

– Слушаю, капитан Бродерик. И все понимаю. Я готовлю спецоперацию на сегодня, надеюсь, все сложится удачно.

– Хотелось бы, избавь меня от необходимости докладывать Королю, что ты все профукал. Да-да, все свалю на тебя, как обычно. А то что, зря сидишь здесь?

Мне нравилось, как капитан использовал мою дружбу с Волрейном, всегда и при любых обстоятельствах.

– Господин следователь, все собрались, – сообщил Серж по связи.

– Капитан Бродерик, мне пора на встречу. У вас есть, что еще сказать мне?

– Нет, иди, только время тратить с тобой, – махнул он на меня рукой.

Я попрощался и вышел в пустой коридор. Пока шел, привел свои мысли в порядок. Главное не упустить преступника, спасти детей и больше не связываться с Ханной, чтобы ненароком не дать ей еще какое-нибудь обещание. В зале все были на месте: главные маги, глава специального отряда по захвату преступников, лучшие нашего отделения.

– Здравствуйте, спасибо, что прибыли так быстро, – я занял место во главе стола и указал на доску с чертежами и зарисовками, которые удалось сделать по рассказам госпожи Лорин. – Сегодня нам предстоит составить план захвата предполагаемого преступника, того, кто стоит за кражей полотна Саповского из Художественного музея, лилипутской макаки из зоопарка, а также незаконно удерживающего детей и редких животных. Нашему спецагенту удалось выяснить, что преступник обустроился в старом коллекторе.

Я подсветил чертеж с прорисованным маршрутом Ханны, с помощью магии добавил стрелочки и указал ответвления комнат.

– Здесь находятся животные. Собаки, макака, пауки и тараканы. Здесь, – подсветил другое помещение, – находятся трое детей. Два мальчика восьми и десяти лет и девочка, ей не более 5 лет. Далее по коридору расположены лаборатория и кабинет. Спецагент насчитал троих охранников. Из подслушанного разговора выяснилось, что существует некий отряд дозоров. Объект охраняется контуром, реагирующим на приближение людей. Какие есть соображения по проведению захвата?

– Для деактивации контура специалисту необходимо больше данных, – заговорил глава магов, Джозеф Найман.

– Господин Найман, вчера мои люди сделали необходимые зарисовки. Серж, передайте, – обратился я к помощнику.

Серж взял несколько листков с эскизами, что успели вчера сделать до нашей спецоперации. Господин Найман оставил себе верхний лист, остальные передал рядом сидящему парню, который не выглядел специалистом до тех пор, пока не открыл рот.

– Охранный контур 10 уровня с трехступенчатым действием: сигнал, сканирование, паралич. Деактивация может занять от 5 минут до часа. Зависит от узора. Если найти слабое место, то от него можно расплести всю охранку. Если биться сразу в сплошную вязь, то деактивация может либо затянуться, либо вовсе не произойти.

– Что нужно, чтобы найти слабое место? – уточнил я.

– Разведка. Ваш спецагент может обойти всю территорию с нашим прибором? Насколько я понял, на него охранный контур не подействовал, – предложил парень, все еще разглядывая зарисовку.

– Нет, спецагент больше не сможет участвовать в операции, – неожиданно для себя я разозлился от того, что Ханну хотят снова привлечь.

– Что же... тогда я могу отправить своих ребят, но нужно дождаться темноты. Днем их увидят, – немного разочарованно добавил специалист.

– Темнеет после 20:00, господин Макгрегор, – вставил Серж.

– А вы что скажете, господин Дорман? – обратился я к командиру спецотряда.

– Могу предложить использовать усыпляющий газ, запустив его в вентиляционную шахту. Это позволит сократить число предполагаемой охраны.

– Какая концентрация? – я начал просчитывать вероятную угрозу.

– 0,01 мг на кубометр, – ответили мне.

– Нет. Слишком высокая плотность вещества для детей, они не должны пострадать.

– Без риска никуда, господин Макгрегор, – пожал плечами Дорман. – У нас есть разработка, позволяющая скрыть присутствие людей на некоторое время. Так мы сможем застать преступников врасплох. Подойдем вплотную и установим взрывчатку на двери. Первый вход со стороны кабинета, второй – со стороны комнаты детей.

– Нет, потолки могут обвалиться, и дети пострадают, – ответил я, отгоняя из мыслей образ Ханны в слезах.

– Господин Макгрегор, какая цель спецоперации? Вызволить детей или захватить банду? – раздраженно спросил Дорман.

– Захватить преступную группировку с минимальным числом жертв, – жестко ответил я, не поддаваясь настроению командира.

Кабинет погрузился в тишину. Каждый смотрел в свои бумаги и чертежи.

– Господин Макгрегор, если я правильно понял госпожу… простите, спецагента, то существует вентиляционная шахта, позволяющая пройти человеку. Вот здесь, – заговорил Серж и указал на чертеже проход над лабораторией и кабинетом. – На старом чертеже ее нет, по словам спецагента она достаточно новая. Можно выяснить, куда ведет вентиляция с учетом требований постройки.

– Мысль понятна. Пригласи инженера, – обратился я к Сержу. Мне понравилась идея. – Расходимся на перерыв, в 14 часов возвращаемся к обсуждению. Всем спасибо.

Я остался в кабинете и уставился на чертеж, размышляя совсем не о деле. Хотелось есть, и почему-то сырников хотелось больше всего. Вспомнилась Ханна у плиты. На моей кухне давно никто не хозяйничал, с момента, как ушла кухарка со словами «В этом доме некого кормить». Наверное, мама права, пора жениться. Спасибо Телю, она не читает мысли, а то бы давно взяла меня в оборот.

– Господин следователь, пойдете на обед в кафе неподалеку? – спросил меня Серж.

Я так погрузился в свои мысли, что забыл о его присутствии. Решил, что обязательно нужно сходить. День обещает быть длинным.

– Да, Серж, спасибо, – я искренне поблагодарил парня.

В обозначенное время все вернулись к обсуждению плана спецоперации с учетом данных от инженера. Благодаря его комментариям, мы подготовили два варианта развития событий: спуск в туннель через вентиляционную шахту и использование взрывчатки на входе, ближайшем к кабинету. Начало операции назначили на 20 часов, а штурм – с наступлением темноты.

Ханна

По дороге домой я обдумывала план встречи с детьми. Мне нужно всего лишь сообщить, что их скоро освободят. Это придаст ребятишкам сил и надежду на лучшее.

Не теряя драгоценного времени, в своей комнате я быстро скинула одежду и выпорхнула голубем в окно. Я примерно представляла, где расположена труба, по которой спускалась вниз. Но мне пришлось немного покружить в поисках нужного отверстия, потому как вчера в темноте все выглядело иначе. Как только я его нашла, приземлилась и превратилась в крысу.

Сегодня было проще, путь мне уже знаком. Я заглянула в комнату и с облегчением выдохнула. Повезло, дети внутри. Девочка жалась к мальчику постарше, который негромко рассказывал ей какую-то историю. Другой мальчишка в этот раз казался еще младше, худой, с растрепанными светлыми волосами, в выцветшей и запачканной рубашке, которая была слишком ему велика. Он водил палочкой по земле, расчистив ее от соломы. Создательница Мирра, дай мне сил…

Взяв себя в лапки, я пропихнула зад в дыру и спустилась по стене.

– Нана! – девочка бросилась ко мне, но ее остановил мальчик постарше.

– Мила, это не Нана. Это просто крыса. А ну, кыш! – он топнул на меня ногой.

– Не бойтесь, я не крыса, – прошептала я и превратилась в кошку, так приятнее было общаться.

Мальчики вышли вперед и закрыли Милу, уставившись на меня с подозрением.

– Ты кто такая вообще? – настороженно спросил белокурый мальчик.

– Меня зовут Ханна, и я могу превращаться в любого животного, которого когда-либо видела. Я пришла сказать, что скоро вас вызволят из беды.

– Как ты пришла сюда? – парнишка постарше смотрел на меня с недоверием.

– Крысой, по канализации и трубе, – призналась я.

– Кайл, может, и мы так, а? – обратился мальчик к тому, что постарше.

– Нет, нам некуда идти, – ответил Кайл.

В этот момент послышался звук открывающегося замка. В секунду я превратилась в крысу и нырнула за матрас поближе к стене.

– На выход, – пробасил вошедший бугай.

Дети направились за ним, дверь осталась приоткрытой, и я юркнула в щель. Они вошли в кабинет, который я видела в прошлый раз. Мне пришлось осталась за дверью, чтобы не быть замеченной, но все слышать.

– Здравствуйте, дети мои. Кайл, у нас новое дело, – заговорил главный. Его голос был мне уже знаком.

– Вы обещали, что вчера было последнее, – ответил мальчик.

За секундой тишины последовал писк девочки и рыдания.

– Хорошо, отпустите Милу. Я все сделаю! – выкрикнул Кайл. Всхлипы стали тише.

– Вот и отлично. За тобой придут, – спокойно сказал главарь.

Послышались шаги, и я ринулась обратно в комнату. Снова спряталась, осторожно выглядывая из-за матраса. Детей втолкнули внутрь и закрыли дверь на ключ.

– Кайл, я не хочу, чтобы ты уходил, – заплакала Мила.

– Если нужно, я могу сходить на дело, – предложил мальчик помладше.

И мое сердце не выдержало.

– Мы отсюда уходим! Сейчас же! – решительно заявила я, выскочив из своего убежища и встав перед детьми.

– Мы не можем уйти! Ты ничего не понимаешь. Нас найдут, и будет только хуже. Я пытался, – с горечью ответил Кайл.

– Я знаю, где мы спрячемся! У меня есть друг, детектив в центральном участке. Он спрячет нас и поймает всех злодеев! И вам ничего не будет угрожать, – расписала я все прелести побега.

– Котелкам верить – себя не уважать, – весомо высказал белокурый мальчишка. И где только он этого набрался?

– Тихо, Адриан, – приструнил того Кайл и обратился уже ко мне, – и как ты это себе представляешь?